Читать книгу "Как узнать всё о Древней Греции, не выходя из лифта"

Глава 1. Сердце не камень (каменный век)

– Итак, начнем с самого начала!

– Окей. – Он снисходительно посмотрел на меня. – С чего все началось?

– С любви.

– Что?

– Шучу. Просто, согласно греческой мифологии, первым существом, которое появилось из тьмы и хаоса, был Эрос.

– Да ладно! То есть любовь побеждает?

Он улыбнулся и многозначительно кивнул.

– Всегда. В сущности, всем правят любовь и власть.

– И деньги.

– Деньги – всего лишь одна из одежд, в которые любит рядиться власть.

– А любовь? Во что любит рядиться она?

– Любовь, мой друг, всегда нага. Но давайте поговорим про доисторические времена.

– Разве мы не про Древнюю Грецию?

– Не спешите. Мы обязательно дойдем до классического периода, и вы получите ответы на многие свои вопросы. Думаю, лучше всего начать с прогулки по всей греческой древности, а не только по классике. Доисторическая эпоха очень важна. Она интересна, увлекательна, познавательна и позволяет понять, как и почему возникла Древняя Греция. В конце концов, доисторические времена тоже относятся к древности.

– Доисторические? Вы имеете в виду пещерных людей? У-ху-ху и все такое?

– У-ху-ху и все такое?! Именно так вы представляете себе доисторических людей?

– Ну, наверно… Они похожи на животных… Немного тупые… Не знаю…

– Распространенная ошибка. Мы считаем, что расстояние во времени каким-то образом подразумевает и интеллектуальную дистанцию. В своей субъективной манере смотреть на вещи мы представляем историю как человеческую жизнь в большом масштабе и неосознанно помещаем себя во взрослую фазу этой жизни, а предыдущие поколения считаем более молодыми и менее зрелыми.

– Пусть так, но не скажете же вы, что люди совсем не развивались интеллектуально!

– Конечно, развивались. Еще как! И каждое поколение продолжает развиваться. Однако доисторические люди хоть и начинали с нуля, но были далеко не глупы. Просто они были другими. Глупцы бы не выжили. Вы хоть представляете, как трудно охотиться на огромных диких четвероногих, чтобы прокормиться?

– Вы имеете в виду мамонтов?

– Не только. Думаете, легко поймать ну хотя бы тура?

– Не знаю, не пробовал. Я охотился только на цыплят в деревне, когда был маленьким.

– Что ж, должен отметить, что между двумя видами фауны, о которых мы говорим, есть небольшие различия.

– Однозначно! Вообще-то мне и цыпленка не удалось поймать ни разу! А диких животных я видел только в зоопарке. И как же они такие охотились?

– Используя самое мощное оружие, какое только существует, – человеческий разум! Например, из более поздних источников мы знаем, что люди ухитрялись загонять стада на специально устроенные тропы, которые вели к обрыву. Испуганные животные падали и погибали. Нечто подобное вполне могло происходить и в доисторический период.

– Гениально! Получается, человеческая природа не меняется?

– Это очень тонкий вопрос. Я бы сказал, что в обществе не существует никакой человеческой природы. Существует человеческая биология, с этим я не спорю. Мы хотим есть и пить, нам нужно справлять естественные потребности, мы чувствуем боль и плачем. Все это – часть нашей биологии, а не природы. Наша природа есть нечто, что мы создали и продолжаем приспосабливать, как вы увидите совсем скоро.

– Так и насколько доисторические люди могли отличаться от нас?

– В некоторых вещах они совсем от нас не отличались. В других отличались очень существенно. Несомненно, они иначе смотрели на мир. Но сразу нужно отметить, что у них определенно были чувства, сходные с нашими.

– Откуда вы все это знаете?

– Когда мы находим захоронения эпохи палеолита и видим, как заботливо хоронили людей, то понимаем, что их оплакивали, что кто-то был огорчен утратой. Исходя из этого, мы можем предположить, что доисторические люди также должны были испытывать тревогу и беспокойство – например, о том, как будет протекать беременность у молодой женщины в разгар суровой зимы. Или представить, с какой тоской ожидали тех, кто ушел на охоту, но слишком долго не возвращался… Затаив дыхание, люди всматривались вдаль, увидев, что к ним приближается поредевший отряд. Подгибались колени, учащался пульс, сердце сжималось от страха, но они отчаянно пытались разглядеть среди темных силуэтов любимого человека. Эти люди совершенно по-другому воспринимали себя и окружающий мир.

– Что вы имеете в виду?

– Все очень просто. Тогдашний мир был совсем не похож на тот, который мы знаем. Не было ни городов, ни технологий, никаких материальных благ, к которым мы привыкли. Поэтому их взгляд на мир и способы взаимодействия с ним были основаны на совершенно иных стимулах.

– Уф, это уже слишком заумно для меня. Я понимаю, что должен знать что-то о периодах, когда происходили важные вещи. Но не понимаю, зачем нужно понимать доисторическую эпоху и что-то с ней соотносить.

– Но ведь все началось именно в доисторический период! Именно тогда мы и стали людьми!

– Когда это было?

– Ладно, вернемся к началу. Мы говорим о каменном веке, который делится на три периода: палеолит, мезолит и неолит. Вы слышали эти термины?

– Да, и даже догадываюсь, по какому принципу они упорядочены, но и только. Еще я знаю, что это было очень давно. Но почему каменный век делится на три части и почему он идет первым? Это просто случайность? И откуда взялись эти названия?

– Да. Все действительно просто. Ученые разделяют доисторический период на три основные части: каменный век, бронзовый век и железный век.

– Допустим. Но почему их так назвали? Почему нельзя было назвать их как-нибудь по-другому?

– Потому что!

– Вы что, серьезно?

– Нет, шучу! Если серьезно: последовательно идущие периоды получили названия по материалам, из которых в основном изготавливали инструменты, обнаруженные при раскопках на заре археологии. Итак, первый период, тот огромный отрезок времени, который мы называем каменным веком, делится на палеолит, мезолит и неолит, а каждый из них – на подразделы.

– Стоп! Я уже запутался. Слишком много терминов. Давайте вернемся к началу. К первому периоду.

– Палеолит – это период, когда практически на всей планете появились люди. Затем прошло много-много тысячелетий между появлением человеческого вида и революцией, результатом которой стали одомашнивание растений и животных, строительство постоянных жилищ. Эти события связывают с неолитическим периодом, и в истории человечества они произошли сравнительно недавно.

– Как я понял, от палеолита мы перешли к неолиту? А куда делся мезолит?

– Мезолит вклинился между двумя другими периодами. Надеюсь, понятно, что изменения происходят не мгновенно. По сути, мезолит – это переходный период между палеолитом и неолитом.

– И все это происходило в Греции?

– Нет! Во всем мире. Греция – не колыбель человечества. Как и Европа. Люди появились в Восточной Африке и оттуда распространились по всему миру.

– И все в эпоху палеолита?

– Именно!

– Так когда же Греция была заселена людьми?

– Мы пока не знаем точно. Вопрос остается открытым. Даже несмотря на то, что мы нашли археологические свидетельства существования древнейшего вида людей в Греции. Впрочем, не буду вываливать на вас каталог видов людей давней доисторической эпохи, чтобы вас совсем не сбивать с толку.

– Виды людей? Да ладно!

– Да, мы – Homo sapiens, но до нас были и другие виды. Например, гейдельбергский человек (Homo heidelbergensis) или неандерталец (Homo neanderthalensis).

– О, эти-то до сих пор живут и здравствуют! – рассмеялся мой собеседник.

– Да, и по какой-то причине чаще всего встречаются за рулем! Но если серьезно, просто запомните: наш далекий предок создал первый инструмент, и мы назвали его Homo habilis – человек умелый. Потом был открыт огонь, другой предок встал на две ноги и начал ходить так, как ходим мы, и мы назвали его Homo erectus – человек прямоходящий. Переход от перемещения на четвереньках к двуногому хождению повлек за собой целую лавину изменений. В любом случае существуют доказательства того, что в какой-то момент Homo heidelbergensis, Homo neanderthalensis и другие виды людей пересекли территорию, которую мы сейчас называем Грецией, и теперь понятно, почему – она образует мост между югом и севером. Ученые пока еще не определили, когда именно человеческий вид покинул Африку и распространился по всему миру. Дальнейшие исследования дадут больше информации.

– Ну, то есть греки жили в Греции со времен палеолита?

– Э, нет! Нет. Мы не можем этого знать. Мы знаем наверняка, что много сотен лет назад на территории, которая впоследствии стала Грецией, появились некие люди. Мы не знаем, к какому виду они принадлежали, и, конечно же, не можем назвать их греками – но они жили в этом пространстве. Мы даже не можем сказать, существовала ли греческая этническая группа (или любая другая), и, в более широком смысле, как в те далекие времена понимались этнические группы, государства и вообще организация общества. Мы не можем говорить об этих вещах, когда говорим о доисторических временах.

– Хотите сказать, что в доисторический период их вообще не существовало?

– Хочу сказать, что мы не можем узнать наверняка, существовали ли они, потому что у нас нет никаких доказательств – ни текстов, ни другой формы представления информации, – которые помогли бы нам понять, как они себя определяли. Мы просто не можем найти этнические группы или нации в доисторическом периоде; любой, кто скажет обратное, лжет.

– Но я видел в Интернете статью, в которой говорилось…

– В Интернете можно найти все что угодно, – прервал я собеседника. – Это не значит, что тексты из Интернета заслуживают доверия, основаны на доказательствах или отражают какую-либо научную точку зрения. Попытки выявить нации в доисторическую эпоху всегда политически мотивированны, и в конечном итоге все они с треском проваливаются, поскольку у их авторов просто нет никаких доказательств. Они не опираются на общепризнанные научные методы. В любом случае доисторическая эпоха имеет огромное значение для всей траектории развития человечества на планете, и не так уж важно, назывались ли доисторические народы греками, малагасийцами, египтянами или масаи. Мы не можем установить этнические группы того времени, но можем изучать человеческий вид в целом и развитие созданных этим видом цивилизаций.

– Хорошо, тогда сразу вопрос. Как давно был палеолит?

– Как правило, во всемирном масштабе его начало датируют временем около 3,5 миллиона лет назад. Об этом периоде мы знаем меньше всего, поскольку его следы труднее всего находить и изучать.

– Почему?

– На то есть очевидные причины. Мы говорим о времени, когда люди еще не научились документировать свои мысли и поступки; когда они еще не начали оставлять после себя великие творения; когда у них даже не было постоянных жилищ. Люди того времени были кочевыми охотниками и собирателями. Представьте себе, это было еще до того, как они начали выращивать пищу! Они питались тем, что удавалось добыть на охоте или сорвать с дерева. Это была нелегкая жизнь. Сотни тысяч лет люди провели в постоянных лишениях. Единственные предметы, которые сохранились от того периода и помогают составить представление о людях эпохи палеолита, – каменные орудия. Палеолитический период и ранняя история человеческой цивилизации начались очень просто. Но если задуматься, этот момент не может не удивлять.

– Вы о чем? Какой момент?

– Момент, когда один из наших далеких предков создал первый инструмент и повел нас туда, где мы находимся сегодня. Конечно, все это происходило постепенно – и очень неторопливо, – но именно с этого инструмента все и началось. В то время люди были не в состоянии оценить всю важность его – или ее – поступка…

– Ее? Первый инструмент создала женщина?

– А разве есть доказательства того, что это был мужчина?

– Опять ваши остроты?

– Итак, этот момент отделил всех людей, как мужчин, так и женщин, от окружающей природы, обозначив первый, бесконечно малый шаг к созданию собственной природы. Возможно, это самый значимый момент в развитии нашего вида на этой планете.

– Отсюда можно подробнее? Почему этот момент так важен?

– Потому что в этот момент люди впервые создали нечто совершенно новое. Что отличает нас от остальной фауны Земли? Тот факт, что мы обладаем способностью как создавать, так и разрушать – в том числе самих себя. Момент, когда люди начали производить орудия труда, и стал моментом, когда они постепенно изменили мир вокруг себя. Ничто уже не будет прежним, и постоянные изменения, начавшиеся в этот момент, никогда уже более не прекратятся. На протяжении миллионов лет флора и фауна покорно подчинялись высшим законам природы. Однако настал час, когда один вид осмелился «хакнуть» природу, подняться над ней и создать свою собственную – и все началось с треска.

– С какого треска? Вы о чем?

– Я про звук, который раздался, когда кто-то ударил камнем о камень, чтобы отколоть кусочек и создать режущий край. Эхо этого треска раздавалось на протяжении многих столетий – звук, с каким человек нарушил законы природы, создав лезвие, которое проложило для будущих людей небывалый ранее путь, звук, возвестивший о начале чуда человечества. Люди покинули теплую Африку и расселились по самым отдаленным уголкам Земли, словно крупинки рассыпанного сахара разбежались по кухонному столу.

– Понятно. Так это и было началом человечества? Это общепризнанный факт?

– Это моя – и, как я предполагаю, далеко не только моя – интерпретация вопроса о том, с чего начался путь человека, который в конечном итоге является скорее философским. Согласно иным объяснениям, зарождением человеческой цивилизации можно считать другие моменты: например, когда разгневанный предок решил воспользоваться словами вместо камней или когда древние люди впервые решили почтить своих умерших погребением. Однако, когда доходит до этого, споры носят чисто академический и спекулятивный характер. По-настоящему важно то, что люди создали цивилизацию и тем самым отделили себя от других форм жизни на планете.

– Круто! То есть люди расселились по всей Земле. И что потом?

– Путешествие было и остается захватывающим. Единственное, что в нем постоянно, – это перемены, которые люди вызывают, но которых, как ни странно, продолжают бояться. Любой, кто хоть немного понимает траекторию развития человечества, посмеется над тем, как упорно мы отказываемся признать единственную неизменную черту, которая определяет, кто мы есть.

– Не думаю, что люди вызывают изменения или заставляют вещи меняться. Просто так обстоят дела. Мы так устроены, это заложено природой.

– Опять о природе, друг мой? Разве в вашей природе есть хлеб, одеваться, водить машину, читать, жить в зданиях высоко над землей, укрощать электричество или пользоваться лифтом? А теперь, посмотрите, вы еще и застряли в одном из них!

Он молча, задумчиво уставился на меня.

– Вы серьезно? Не существует никакой природы человека?

– Очевидно, что она существует, но это вопрос выживания и биологии, и нам лучше это принять, потому что наши судьбы неразрывно связаны. Точно так же мы должны принимать, а не отрицать то, что мы влияем на планету и связаны с ней и со всем тем, что на ней живет. Но не следует использовать эти факты в качестве предлога, пытаясь замаскировать то, что на самом деле нами движет. Наша «природа» не управляет нашим поведением – на самом деле все наоборот. Тебе, мой друг, не следовало раскалывать этот камень, потому что удар по нему вырвал тебя из природы. Откуда тебе было знать? У кого ты должен был спросить? У лишайников и папоротников? Или у мастодонта, который прошел мимо с таким устрашающим видом, что нельзя было и думать о милой беседе с глазу на глаз? В любом случае, если задуматься, путь человечества был одновременно полон приключений – и довольно короток. Помните, что возраст Земли составляет 4,5 миллиарда лет, а жизнь на ней зародилась около 3,5 миллиарда лет назад. Если посмотреть, как далеко мы продвинулись, нельзя не удивиться тому, что люди начали заселять планету всего 3,5 миллиона лет назад! И опять же: как мы должны были адаптироваться ко всем этим изменениям? Неудивительно, что у нас так много психологических проблем! К счастью, на помощь приходит археология.

– В смысле? Хотите сказать, что это цель археологии?

– Шучу, конечно. Но археологию можно понимать как коллективный сеанс терапии, во время которого человечество копается в прошлом, чтобы изучить первопричину своих неврозов. В конце концов, мы – самая нестабильная форма жизни в Солнечной системе.

– Точно! Люди – странные существа! И, честно говоря, мы с друзьями тоже не отказались бы от терапии. И что там эти люди палеолита и все эти штучки, которые они изобрели. Что было дальше?

– Ну, им понравился первый инструмент. Ведь с ним было удобно. Поэтому они стали делать новые. Уже на всех. Ведь один человек не мог выполнять всю работу. И тут у кого-то возникла отличная идея, как сделать лучше. Именно так развивалось изготовление первых инструментов.

– Почему вы столько говорите о каменных орудиях?

– Потому что топоры и другие орудия труда, сделанные из камня и кости, являются наиболее распространенными находками на археологических памятниках эпохи палеолита.

– Разве тогда не использовали другие материалы?

– Конечно, использовали! Например, дерево. Но оно, в отличие от камня, гниет и разрушается со временем. Следовательно, то, что нам известно о доисторических людях, и в частности о людях палеолита, – это немногие мелочи, которым удалось не погибнуть.

– Так чем же еще занимались люди в младенчестве?

– Искусством, мой друг! – взревел я, напугав собеседника внезапной горячностью. – Искусством! Потребность в искусстве – будь то скромные ювелирные изделия или потрясающие наскальные рисунки – появилась в людях намного раньше, чем они научились обрабатывать землю и строить дома! На этом моменте люди искусства обычно бросают микрофон и уходят с высоко поднятой головой.

– О, микдроп! Триумф артиста!

– Так что если когда-нибудь услышите, как один из прекрасных представителей Homo sapiens самодовольно говорит друзьям, что ему «нет дела до искусства» или он просто «не понимает сути искусства», вспомните – уже сотни тысяч лет назад ваши предки, эти «звери», которые жили в пещерах, одевались в шкуры и лишь незначительно отличались по образу жизни от остальных видов, чувствовали потребность создавать искусство. Искусство зародилось одновременно с появлением человека. Еще не освоив другие базовые навыки выживания – земледелие, строительство, – люди решили сначала заняться искусством, а затем позаботиться о жилье и еде, как и подобает настоящим людям.

– Ладно, ладно. Я понял. По крайней мере, пока все понятно. А после палеолита наступил мезолит?

– Да. Но не забывайте, что названия периодам дали уже мы и они условны. Не придавайте им большого значения. Не думайте, что все собрались на вечеринку в пещере, развесили по углам плакаты с надписью «Счастливого мезолита!», отсчитали секунды – три, два, один! – а затем, обнявшись, запели песенку про бой часов. Переход был очень плавным, и мы рисуем его широкими мазками, чтобы хоть как-то структурировать громадную черную дыру доисторического периода.

– Тогда зачем вообще понадобилось выделять мезолитический период? Чем он отличался?

– Шаг за шагом, медленно, неуверенно, жизнь снова начала меняться. Мезолит – это переходный период между палеолитом и неолитом, когда все кардинально преобразилось, но очень постепенно.

– И каким был этот период перемен?

– Хаотичным. Смотрите, мы называем неолитом тот период истории человечества, когда кто-то наконец заметил, что там, где на землю упали плоды или семена, обычно что-то вырастает. Большой шаг вперед. Тут, конечно, случилось озарение: а что произойдет, если закопать семечко в землю и подождать? Действительно, вскоре – раз! – появляется росток с листочками и стебельком. Смотрите, он растет! Вот так люди научились возделывать землю и выращивать пищу. Точнее, не только выращивать, но и запасать – собирать урожай и хранить на случай нужды, когда погода будет плохой и им не удастся найти ничего, чем можно утолить голод.

– А! Могу представить, что они чувствовали!

– Предположительно, это открытие заложило почву для возникновения права собственности и обмена, поскольку в сельском хозяйстве озарения случались одно за другим. Раз уж нам нужна земля, чтобы прокормиться, было бы неплохо временно осесть на месте, не правда ли? Мы не сможем заниматься земледелием, если будем постоянно кочевать.

– Значит, в эпоху неолита все изменилось?

– Вот именно! Видите, многочисленные изменения в неолитической культуре, которые полностью изменили положение дел, служат лучшим аргументом тому, кто сопротивляется переменам или адаптации к новому. Знаете таких людей? «Да мы всегда так делали, зачем что-то менять сейчас?». Так вот, можете им ответить, что люди сотни тысяч лет жили без постоянных жилищ и даже не возделывали землю, чтобы испечь немного хлеба и выжать немного масла, с которым хлеб легче проглотить. Вы бы предпочли вернуться в пещеру? Будет ли она более привычной и комфортной?

– Понятно. Новизна неолитического периода заключалась в том, что люди начали заниматься земледелием?

– Не только. Параллельно они одомашнили животных. Озарение: дикие коровы и быки сильные. Нельзя ли использовать их для пахоты? (Оказалось, что, если хорошо вспахать землю, урожай будет лучше.) Озарение: козы производят молоко, которым кормят своих детенышей, и, похоже, у них частенько остается излишек. Может, попробовать его выпить? Озарение: овцы покрыты шерстью, волокна которой гораздо прочнее, чем волосы на теле человека. Как насчет того, чтобы состричь с них эту шерсть? И так далее, пока одному из наших предков, которого модельерам Парижа, Милана и Нью-Йорка следовало бы почитать как бога, не пришла в голову блестящая идея изготавливать из шерсти одежду. Гениальные идеи распространяются быстро. Странствуя в неизведанных землях, кто-то увидел людей в новенькой шерстяной одежде и позавидовал. Вернувшись в свое поселение, он с отвращением отбросил звериные шкуры.

– Да, но шерсть колется.

– Совершенно верно, и вполне возможно, что неолитические люди чесались до крови, пока наконец кто-то из них не заметил, что хлопок мягкий и пушистый! В интересах справедливости и точности я должен пояснить, что эти открытия вовсе не обязательно делались отдельными людьми. Одни и те же идеи запросто могли более или менее одновременно посетить разных людей в отдаленных друг от друга местах. В то же время люди открыли для себя керамику: они брали грязь из-под ног, лепили из нее что-то, обжигали, и – оп! – получались керамические сосуды! С тех пор они так и продолжают это делать. Знаете ли вы, что керамика невероятно прочна? Время ей не страшно, страшна только рука человека.

– Правда? Как это?

– Керамические сосуды делаются из обожженной глины. Если их не трогать, с ними вообще ничего не случится. Естественно, это великое благо для науки. Сейчас у нас есть доступ к керамике, созданной в эпоху неолита, когда эта технология только-только была изобретена! И теперь, после столетий изучения и анализа, мы можем определить, когда какой сосуд был изготовлен, и расположить находки в хронологическом порядке. Поистине Божий дар. Керамические сосуды – наиболее распространенный вид артефактов, которые находят при археологических раскопках. А зная, как развивалось искусство керамики, мы можем определить период, к которому относятся следы деятельности человека на раскапываемом памятнике. Итак, в эпоху неолита для человеческого вида изменилось все. На Востоке следы неолитического образа жизни восходят уже к началу X тысячелетия до нашей эры. В Греции неолит начался на рубеже VIII и VII тысячелетий до нашей эры и продлился около четырех тысячелетий. Очевидно, что это очень длительный период времени и он не был статичным или однородным. Поэтому мы решили разделить его на подкатегории: ранний неолит, средний неолит, поздний неолит и финальный неолит.

– Ой, все, у меня сейчас мозг взорвется! Я никогда это все не запомню.

– Не беспокойтесь о деталях. Просто знайте, что в этот период неолитический образ жизни распространился по всей материковой Греции и греческим островам. С появлением сельского хозяйства люди стали лучше контролировать собственное существование.

– Поэтому они и поклонялись таким богам, как мать-земля?

– Мы предполагаем, что они поклонялись земле. Скорее всего, так и было, но не забывайте, что речь все еще идет о доисторическом периоде. Мы даже не знаем, как они называли своих богов. В любом случае эти боги, наверно, были довольно пугающими.

– Почему?

– На то есть очевидные причины. Жить и выживать было чрезвычайно трудно. Вполне вероятно, что и боги представлялись суровыми. К тому же выращивать для себя еду – изнурительный труд. Здоровье и даже жизнь земледельцев всецело зависят от того, случится ли ночью заморозок или поля выжжет солнце. Земля может не принести урожая, посевы побьет град, их съедят вредители – и все труды насмарку. Тысячелетиями люди умирали от голода, когда земля не давала достаточно пропитания. Божества, ответственные за такое положение дел, не могли не вызывать благоговение и страх.

– Но если так подумать, разве боги, которые вдыхают жизнь в колосья и фрукты, не должны быть добрыми?

– Резонное замечание. Нет никаких причин, по которым боги не могли быть и добрыми, и злыми. Иногда они проявляли к людям благосклонность, иногда гневались.

– Поэтому люди, чтобы сохранить расположение богов, придумали ритуалы демонстрации веры и преданности! – воскликнул мой собеседник, подняв палец, чтобы подчеркнуть свою блестящую догадку.

– Это упрощение, но верное. Именно так, если кратко, выглядела бескровная неолитическая революция, которая происходила очень медленно, но навсегда изменила человечество. Вы ведь понимаете, что если бы не изменения, о которых мы только что говорили, у нас не было бы ни муки, ни свежеиспеченного хлеба, на который можно с утра намазать толстый слой «Нутеллы» и закусить им хлопья с молоком. На самом деле молоко и крупы тоже стали открытием неолита, не говоря уже о доме, в котором мы сидим за завтраком. Как видите, неолит был одним из важнейших периодов в истории человечества, если не самым важным.

– Знаешь, приятель, я согласен: доисторический период важен и интересен, но он остается загадкой. У вас, археологов, еще много работы! А пока слишком много «вероятно» и «может быть»!

– Да! Но находки и памятники доисторического периода малочисленны и с трудом поддаются анализу. Только представьте, сколько исторических эпох наслоилось сверху! Например, заброшенное доисторическое поселение в Греции будет нести на себе отпечатки всех народов и культур, которые жили в этом месте позже: древних греков, римлян, византийцев, венецианцев и турок. На протяжении многих тысяч лет в этих местах сражались, строили новые деревни и города, перепахивали землю. И все это время, когда случайно обнаруживались древние предметы, их либо выбрасывали, либо уничтожали по незнанию. Однако благодаря терпению и настойчивости современных археологов, занимающихся доисторической эпохой, появляются все новые находки и памятники, которые помогают дополнять картину.

– Есть ли в Греции археологические памятники эпохи неолита, которые стоит посетить?

– Безусловно, и их немало! У нас нет критической массы сохранившихся зданий, а то, что есть, уступает по зрелищности монументам классического периода, поэтому памятники каменного века реже привлекают внимание. В качестве примеров я бы назвал поселения Сескло и Димини в Фессалии, но лучшее, что я могу придумать, – пещера Франхти на Пелопоннесе. Это не единственная подобная пещера, но она действительно потрясающая.

Я достал телефон, погуглил и показал ему фотографии пещеры. Кажется, они не произвели впечатления. И неудивительно: в пещере Франхти нет ни сталагмитов, ни сталактитов, это просто дыра в скале.

– Ну и что?

– К счастью для нас, эта пещера была обитаема на протяжении всего каменного века, не только в палеолите, но также в мезолите и неолите. Что дает нам уникальную возможность проанализировать различия между этими периодами и развитие материальной культуры. В палеолите во Франхти жили охотники и собиратели, которые пользовались каменными орудиями. В эпоху мезолита наметились изменения: жители пещеры начали систематически хоронить умерших, совершать дальние морские путешествия и масштабно заниматься рыболовством. К неолиту численность жителей возросла, и они заселили территорию снаружи, где строили каменные дома, возделывали землю, ловили рыбу, изготавливали керамику и лепили прекрасных глиняных идолов. К концу неолита, когда использование металлов стало обычным явлением, общество снова радикально изменилось.

– И сколько продлился неолитический период?

– В Греции он начался примерно на рубеже VIII и VII тысячелетий до н. э. и закончился на рубеже IV и III тысячелетий. Затем, в начале III тысячелетия, сформировалась Эгейская цивилизация. Примерно в это время каменный век с его тремя отчетливо выраженными периодами подошел к концу и начался бронзовый век.

– Он тоже делится на три периода?

– Именно так! Как я говорил, бронзовый век…

– Эй, притормозите! Давайте не так быстро! Я понял, что мы закончили с каменным веком и его периодами, но, прежде чем мы продолжим, хочу понять одну вещь! Чем реально занимается археология?