Текст книги "Новые русские бесы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/novye-russkie-besy-90503.jpg)
Автор книги: Владимир Хотиненко
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
На сегодня нет более актуальной книги, чем «Бесы»
(Интервью В.И. Хотиненко для газеты «Культура». Журналист Е. Кузина)
– Почему вы вновь обращаетесь к Достоевскому?
Хотиненко: Много раз зарекался никогда не снимать классику. После сериала «Достоевский» мне предложили экранизировать «Бесов». Согласился, не раздумывая – померещилось: я знаю, как это сделать. Затем пришло разочарование. Потом вновь вернулась надежда. Сейчас нахожусь между двумя состояниями, но по-прежнему чувствую материал. С классикой всегда непросто, и «Бесы», с моей точки зрения, до сих пор не дались в кино никому. Необычайно сложное произведение. Поживем – увидим, был ли я прав. Фактически дебютирую как экранизатор.
– Поняв Достоевского как человека и автора в предыдущей картине, вы иными глазами перечитали роман?
Хотиненко: Мне очень близок Достоевский. У нас довольно много специалистов, разбирающихся в его творчестве, – так я могу составить компанию любому профессионалу – поддержать компетентный, опирающийся на факты разговор. Но сумма знаний ничего не решает, не несет понимания, подобного любви, посланной свыше. Экранизировать роман – то же самое, что беседовать с его автором. Это сложно, но я попробую.
– Вы снимаете для кино– или телеэкрана?
Хотиненко: Четырехсерийный фильм выйдет на канале «Россия». Но, полагаю, прежде следует сделать прокатную версию. Попробую убедить руководство отснятым материалом. Мне кажется, кино– и телеаудитория у нас не пересекаются. А юный зритель вообще телевизор почти не смотрит.
– Молодежи нравятся боевики и комедии, серьезные фильмы любят не все. На «Бесов» пойдут?
Хотиненко: Когда в нескольких кинотеатрах устроили пробный показ новой английской «Анны Карениной», мы с женой не смогли попасть в зал. Многое зависит от того, как преподнести роман. Более актуальной книги, чем «Бесы», на сегодня не существует. Если вы перечитаете роман, поймете: в головах персонажей происходит ровно то, что и сейчас в нашей жизни. Буквально. Один в один.
– Многие сегодня читают «Бесов»?
Хотиненко: Сколько бы их ни было – буду снимать именно для этих людей. Возможно, потом другие прочтут.
– Вы настаиваете на экранизации исходного текста или готовите современную трактовку?
Хотиненко: Первое условие, которое поставил продюсерам – снимаю роман! Никакой актуализации! Затем придумал ход, позволяющий заинтересовать аудиторию и пересказать произведение. Какой – тайна. Все, что написано у Федора Михайловича, в фильме будет. И диалоги, и сюжет.
– Кто будет сниматься в картине?
Хотиненко: Ставрогина сыграет Максим Матвеев. Об остальных пока не хотелось бы говорить.
– Когда и где запланированы съемки?
Хотиненко: В августе будем работать в Москве, потом – в Санкт-Петербурге, Костроме, немножко в Монтрё.
– На телевидении вы выступаете в качестве ведущего программы «Смотрим… Обсуждаем…» Это оригинальное ток-шоу канала «Культура» или есть аналоги за рубежом?
Хотиненко: Авторы проекта – Сергей Мирошниченко и Григорий Либергал. Насколько знаю, на западном ТВ подобной передачи нет. Моя роль в ней, условно говоря, пассивная. Могу рекомендовать для просмотра ту или иную картину – например, посоветовал показать «Ариран» Ким Кидука. Но в целом наш репертуар формирует целая команда. Она готовит и сценарную основу, на которую я опираюсь, присутствуя в кадре как ведущий и режиссер. Получив предложение вести программу, поначалу счел, что это не мое. Уговорил меня главный редактор «Культуры» Сергей Шумаков. Условием участия была абсолютная самостоятельность – говорю то, что хочу. И уже третий год смотрим, обсуждаем – втянулся, чувствую себя как рыба в воде. Пришлось освоить новую профессию, понять ее законы, драматургию. У нас очень многое зависит от аудитории – в первые минуты обсуждения пытаюсь уловить настроение людей.
– Чье мнение – экспертов или зала – наиболее интересно зрителям?
Хотиненко: Все зависит от картины. Есть фильмы, совершенно не волнующие студию. В такие дни от нее не дождешься интересных вопросов и ответов. Напротив, эксперты – профессионалы, всегда говорят интересно. Мне чрезвычайно важно присутствие молодежной аудитории, без нее программа носила бы иной характер. У молодых есть собственные взгляды на процессы, происходящие в обществе. В ходе обсуждений документальных фильмов можно увидеть, как молодежь понимает проблемы сегодняшнего мироустройства. Это захватывающий опыт, определяющий мою прямую заинтересованность в «Смотрим… Обсуждаем…»
– Основную аудиторию составляют студенты ВГИКа и журфака МГУ. Участие в проекте помогает состояться будущим профессионалам?
Хотиненко: Может быть. В юности я бы ходил на такую передачу регулярно. В нашем деле научить нельзя, а научиться можно – тот, кто слушает и слышит, а не ждет, когда придет его очередь выступить, обязательно что-то полезное для себя почерпнет. Наши эксперты – замечательные специалисты, могут многое подсказать, правильно направить.
– Их приглашают исходя из тематики картин?
Хотиненко: Да. Есть и практически постоянные участники обсуждений.
– Вы можете назвать фильм, который произвел на вас наиболее сильное впечатление?
Хотиненко: Их несколько. Например, «Мост» Эрика Стила – страшная картина о знаменитом подвесном мосте в Сан-Франциско, на котором происходит множество самоубийств. Невероятная, по-своему циничная история: документалисты снимают суицид. Им говорят: «Как можно? Он сейчас бросится, а вы вместо того, чтобы предотвратить это, включаете камеру?» Отвечают: «Если мы подойдем, самоубийца точно совершит задуманное. А если нет, может быть, передумает. Вызываем спецслужбы». Страшный выбор… У нас было много картин, которые меня потрясли. Пронзительный фильм про бухту в Японии, где охотятся на дельфинов. Ленту Герца Франка – он снял, как ему делают операцию на сердце – посмотрело огромное количество людей, и я получил много благожелательных отзывов об этой передаче, хотя картина очень тяжелая. Мне казалось, фильм трудно дастся аудитории, а вышло наоборот. Предугадать реакцию зала невозможно.
«Просто фильмы» не показываем. В передаче обсуждаются наиболее резонансные ленты – победители международных кинофестивалей. Светлых работ, конечно, меньше: такова жизнь, современное искусство тяготеет к мрачной стороне действительности. Если говорить о позитиве, нас порадовала картина об американском хоре пенсионеров. Потрясающе оптимистично. Как они поют! Коллектив существует очень давно, разъезжает по всему миру, исполняет классику и рок-н-ролл. Удивительные люди. И фильм получился запоминающимся, эмоциональным.
– Сегодня по телевизору мало увидишь светлого. Новости и художественные картины рассказывают про убийства, наводнения… Если бы ваша программа демонстрировала меньше мрачных фильмов, это было бы полезнее для аудитории?
Хотиненко: Конечно, нужно увеличивать количество позитивной информации не только на телевидении, но и в других СМИ тоже. Но у нас очень специфический проект, недаром он называется «Смотрим… Обсуждаем…» Когда все хорошо – и обсуждать нечего. К тому же у канала «Культура» заинтересованный, самостоятельно ориентирующийся зритель. Мы обозначаем проблемы и пытаемся нащупать пути их решения. Каждый должен задуматься всерьез, поразмышлять о том, как он повел бы себя в той или иной ситуации. Недостаточно констатировать: весь мир – бардак.
– Обсуждения могут помочь зрителям найти решения их личных проблем?
Хотиненко: Я не очень верю в какую-то практическую функцию программы, но убежден – многих передача укрепляет. Люди понимают, что живут не в вакууме. А это немало.
2013 г.
Патриотизм как критерий художественности
Родина должна быть на первом месте
(Интервью В.И. Хотиненко для радио «Эхо Москвы». Эфир вели Ксения Ларина и Вита Рамм)
К. ЛАРИНА: …У нас в гостях Сергей Гармаш, позже подойдет Владимир Хотиненко. Здравствуйте, Сергей!
С. ГАРМАШ: Здравствуйте.
К. ЛАРИНА: Давайте я начну с вопроса нашего слушателя. «Смотрел ли Сергей фильм “К-19”? Что он думает об этом фильме? Марина из Челябинска». Когда мы представляли сегодняшнее кино, конечно же, говорили, что это наш ответ «К-19», американцам. Что можно сказать об этом фильме?
С. ГАРМАШ: Это не наш ответ «К-19». Мы не хотели никому отвечать. Мы хотели сделать человеческое кино для широкого круга зрителей. Когда мы делали эту картину, мы думали о том, что она должна быть светлой, с большим титром надежды в конце. Самое главное то, что я сказал в начале, человеческое кино. Что касается «К-19», на мой взгляд, может быть, именно потому, что услуги этой кинокомпании оказывала киностудия «ТРИТЭ», и они снимали у нас, эта картина, американский фильм, снятый о нас, наиболее приближающийся к каким-то реальным вещам, но не до конца, безусловно. Это достаточно серьезная и честная картина. Даже удивительно, что она сделана женщиной. Мне, в первую очередь, понравилось, что там не было русских в валенках и с непонятными погонами, каких-то идиотов. Там был достаточно серьезный подход к историческому факту.
К. ЛАРИНА: А почему такой скандал был, почему ветераны-подводники были так возмущены этим фильмом? Кстати, по-моему, его еще и не видев, как у нас обычно случается.
В. РАММ: На всякий случай.
С. ГАРМАШ: Может быть, на всякий случай, а может быть, потому, что у людей старшего возраста существует такой патриотический момент: «А почему кто-то должен об этом рассказывать, а не мы?»
В. РАММ: Наверное, все-таки «К-19» подтолкнул к мысли, что нужно сделать этот фильм. Тем более, что произведение «72 метра» Александра Покровского уже было напечатано. И, насколько я знаю, по Владивостоку, по Калининграду очень популярно среди моряков. Они ценят этот юмор, это отношение к жизни. Просто нужно верить тому, что «72 метра» это не буквальная экранизация. Конечно, там есть очень много того, что привнес Валерий Золотуха, сценарист, и сами актеры.
С. ГАРМАШ: Да. Некоторые вещи мы просто на площадке додумывали, придумывали, естественно, с согласия сценариста. Но вообще, Володя в этом смысле удивительный режиссер, потому что он просто с открытыми объятиями, с распахнутой душой относится к предложениям актеров. Это не значит, что он их все принимает. Безусловно, не все. Но во всяком случае, он всегда к этому готов. Другое дело, что артистам нужно себя держать в рамках и не позволять себе заниматься не исполнением роли, а только предложениями к артисту, зная, что режиссер…
К. ЛАРИНА: Хвали, хвали! Вот он идет!
С. ГАРМАШ: Да.
К. ЛАРИНА: Это все про Владимира Хотиненко сейчас говорилось. Только хорошее, Володя.
С. ГАРМАШ: А что было поводом, пусть Володя и скажет. Был ли повод? Не думаю.
К. ЛАРИНА Володя, мы начали с того, что вспомнили американский фильм «К-19». Как говорят, наши «72 метра» – это наш ответ американцам на их «К-19».
В. ХОТИНЕНКО: В какой-то газете появилось это – «наш ответ Чемберлену». И потом стало расхожей фразой. Мне это не нравится. Почему? «К-19» может нравиться или не нравиться, это второй вопрос. Но это все картины (я надеюсь, и наша), которые льют воду на ту же самую мельницу этой профессии, на мельницу того духа, в котором существуют эти люди, честь и достоинство. Обратите внимание, картина «К-19» не очень успешно прошла у них в прокате, хотя затрачены были деньги очень большие.
В. РАММ: Она не окупилась.
В. ХОТИНЕНКО: Почему? Им наши герои не нужны. Им нужны наши несчастные люди. И эта бедная режиссерша, которая захотела честно разобраться в этом вопросе, потерпела, к сожалению, поражение. И в этом смысле я скорее ей сочувствую, и в этом смысле это никакой не ответ Чемберлену. Это просто еще одна картина про невероятных людей этой профессии.
К. ЛАРИНА: Факт в том, что все равно, кроме «Командира счастливой “Щуки”», я, например, больше не припомню фильмов на эту тему в истории отечественного кинематографа.
В. ХОТИНЕНКО: Да, может быть.
С. ГАРМАШ: Может быть, где-то в 80-е годы встречаются какие-то фильмы, связанные с подводной лодкой. Но так, как в «Командире счастливой “Щуки”» и в картине «72 метра», где все-таки подводная лодка – главное действующее лицо, такой картины я тоже не припомню.
В. ХОТИНЕНКО: Нет, конечно.
К. ЛАРИНА: Володя, я бы попросила вас сказать несколько слов о сюжете. Я понимаю, что мы не можем рассказывать весь сюжет, и это было бы глупо по радио. Но, чтобы представить кино, как это возможно сделать по радио, наверное, стоит.
В. ХОТИНЕНКО: Режиссеры и драматурги всегда стремятся, чтобы это был многослойный сюжет. Если иметь в виду сюжет как сюжет, это история затонувшей подводной лодки. 72 метра – это та глубина, на которой она лежит. Это 72 метра трагедии.
К. ЛАРИНА: Это реальная история?
В. ХОТИНЕНКО: Нет, это не реальная история. Более того, Покровский ведь написал саму повесть задолго до трагедии «Курска», и более того, его даже обвиняли, что накаркал. До «Титаника», говорят, книжка появилась. Думаю, даже и мистики никакой нет. Когда я погружался в эту тему, первое, что я прочитал в специальной литературе, причем эта литература была написана американцем, что подводная лодка – настолько сложный механизм, что так не может быть, чтобы с ней чего-нибудь не приключилось. Есть голословное утверждение, что всякая катастрофа – это недосмотр человеческий… Нет, это вовсе не так. Надо просто на одно мгновение представить себе, что, несмотря на всякое техническое оснащение, в полной слепоте, темноте… Знаете, каких катастроф наибольшее количество? Лодки нарывались в темноте на какое-нибудь препятствие. Потому что это очень трудно проконтролировать. Под водой нет никакой связи. Упал этот несчастный самолет с несчастными людьми, которые летели с отдыха. Людей там погибло больше, чем на «Курске», и детей… Ужасная трагедия. А шума вокруг этого, в общем, нет. Подумаешь, упал самолет… Лодка сложнее самолета во много-много раз. Хорошо, когда это не путается. Мы постарались это не путать. Мы сделали лодку дизельной. Никакой угрозы миру. Нам было интересно, а как же эти люди…
К. ЛАРИНА: То есть там никаких атомных реакторов нет?
В. ХОТИНЕНКО: Нет. Не надо глушить, не надо спасать мир от новой войны. Ничего не надо. Нужно попытаться понять тех людей, которые оказались внутри этой трагедии.
В. РАММ: Я вчера посмотрела этот фильм. Удивительно, как эти люди, живя в таких убогих условиях, когда все против того, чтобы они жили и служили, они все равно понимают… Что ими движет? Вчера даже спор был на пресс-конференции, оттого, что одна моя коллега сказала Владимиру Хотиненко, что он по-прежнему, как в старые советские времена, говорит, что падать на амбразуру – это очень хорошо. Это просто какая-то советская идеология – совершать подвиг, бессмысленный, казалось бы. Что движет этими людьми, что они выбирают эту профессию? Вчера Дыгало сказал, что конкурс на подводные училища увеличился.
С. ГАРМАШ: А можно мне два слова?
В. ХОТИНЕНКО: Сейчас я одну реплику, а потом ты. Очень хорошо, что мы вдвоем. Все, во всяком случае, мало-мальски образованные люди помнят эпизод, когда Наполеон видит поверженного Болконского со знаменем в руке и говорит: «Какая красивая смерть». Не отвечаю за точность, но смысл слов буквальный. Для военных людей честь, достоинство, Родина всегда были на первом месте. Это так и должно быть всегда, пока будет существовать армия. Не будет у нас армии, тогда, наверное, что-то другое будет. Но для военных это всегда стояло на первом месте. И самое замечательное, что в тех людях, которые там служат действительно в каких-то чудовищных условиях, это осталось. Причем без пафоса. Это мы об этом говорим с пафосом, а они об этом говорят совершенно спокойно.
К. ЛАРИНА: Тоже не для всех. Я бы не говорила, что для всех военных на первом месте честь, достоинство и Родина. Совсем по-разному.
С. ГАРМАШ: Там, где мы снимали это…
К. ЛАРИНА: А где вы снимали?
С. ГАРМАШ: Мы жили в Мурманске, снимали Полярный, Гаджиево, Североморск.
В. РАММ: То есть подводные центры?
С. ГАРМАШ: Да, основные базы. Но, я хочу сказать, я вчера не был на пресс-конференции, не мог, и когда, Вита, ты говоришь такую реплику по поводу амбразуры и по поводу советского пафоса, между прочим, на мой взгляд, все наши амбразуры Великой Отечественной войны – это единственный, может быть, самый главный момент прошлого века, которым мы можем по-настоящему гордиться. Поэтому, если мы каким-то образом перекликаемся с этим, это замечательно.
К. ЛАРИНА: Тут, кстати, наши слушатели предлагают Гармашу сыграть роль Александра Матросова.
С. ГАРМАШ: А это замечательно.
В. РАММ: Он был 18-летним.
С. ГАРМАШ: Я тоже езжу по стране, играю, снимаюсь, вижу военных людей и приходится играть военных людей. И я на сегодняшний день понимаю, где люди служат и какой за ними стоит пафос. Что они служат, для того чтобы сохранить семью, в силу какой-то необходимости, в силу того, что 10 лет назад это им казалось призванием. Но там ситуация совершенно другая. Я не смогу, может быть, Володя смог бы это объяснить. Я честно вам говорю, что я не смогу объяснить точно, что внутри у этих людей. Потому что это действительно что-то мистическое, загадочное и то, чем, наверное, не обладают другие. Это край земли. Края земли обладают каким-то особым магнетизмом. Вы думаете, там было очень уютно? Нет, там было холодно, жестко. Но если бы мне сейчас сказали, что можно опять поехать в Мурманск, я тут же полетел бы туда.
К. ЛАРИНА: Сергея Гармаша в начале программы уже представили. А теперь пришло время биографии Владимира Хотиненко.
В. РАММ: Владимир Хотиненко родился в городе Славгород Алтайского края в семье рабочего. Окончил Свердловский архитектурный институт и высшие режиссерские курсы при Госкино, мастерская Михалкова. Был ассистентом режиссера на фильмах Михалкова «Обломов», «Родня». С 83 года – режиссер-постановщик художественных фильмов. Начало работы – в Свердловской киностудии. Лауреат всесоюзных, российских и международных кинофестивалей. Напомню лишь несколько фильмов из очень обширной творческой биографии. «Зеркало для героя», «Рой», «Спальный вагон», «Патриотическая комедия», «Макаров», «Мусульманин». Сегодня мы говорим о «72 метрах». Заслуженный деятель искусств РФ. Преподает во ВГИКе, руководитель мастерской режиссуры игрового кино и ведет режиссерскую сценарную мастерскую на высших курсах сценаристов и режиссеров. Это совместно с сыном?
В. ХОТИНЕНКО: Да.
К. ЛАРИНА: А говорят, еще сын талантливый.
В. ХОТИНЕНКО: Он интересный парень. Уже даже путают. Уже мне звонят всякие люди и обращаются по поводу его проектов.
К. ЛАРИНА: Деньги предлагают?
В. ХОТИНЕНКО: Нет, как-то крутится, находит. Он все-таки человек новой формации.
К. ЛАРИНА: А наши слушатели в это время работали, предлагали роли Сергею Гармашу. Я думаю, что Сережа будет приятно удивлен. Здесь очень разные есть роли. Я могу прочитать несколько предложений. Может быть, и режиссер воспользуется предложениями наших слушателей, и следующее кино снимет по просьбам слушателей радиостанции «Эхо Москвы». Итак, дон Вито Карлеоне в «Крестном отце». «Гармаш может сыграть трагедии Маяковского, последние годы жизни, Коровьева, Дон Жуана, Казанову, Печорина, Паратова в «Бесприданнице», Бориса в «Грозе». «Я бы сравнила Сергея Гармаша с Робертом де Ниро. Он похож внешне, но и по своим ролям мог бы сыграть в таких фильмах, как “Бешеный бык” и “Однажды в Америке”. Яго, солдат Иван Чонкин». «Увидеть в роли душевного героя по произведениям Шукшина». Ноздрев, «Мертвые души». Жуков или Рокоссовский, Наполеон, Гиляровский, Лаврецкий, Ноздрев, Базаров, Штольц, Отелло, Скалозуб, Богдан Хмельницкий, Штирлиц из «Семнадцати мгновений весны», Константин Левин в «Анне Карениной», Шерлок Холмс. «Артист огромного диапазона, может сыграть любую роль». Тартюф, капитан Немо, Валерий Чкалов, Александр Матросов, Петруччио, Егор Прокудин.
В. ХОТИНЕНКО: Несмотря на то, что этот список может вызвать ироническую улыбку, на самом деле я глубоко убежден и в присутствии Сережи Гармаша утверждаю, что, как это ни выглядит смешно, Сережа действительно может сыграть все эти роли. Потому что у него действительно фантастический диапазон, он замечательный артист. Поэтому замечательно, что зрители, даже стебаясь, предложили убедительный список.
С. ГАРМАШ: Спасибо, Володя! Спасибо зрителям!
К. ЛАРИНА: А вы работали вместе где-нибудь?
В. ХОТИНЕНКО: Конечно.
С. ГАРМАШ: У нас четвертая картина.
К. ЛАРИНА: А что было?
В. ХОТИНЕНКО: У меня с ним был первый мой проект, еще ученический достаточно. Это было уже взрослое кино «В стреляющей глуши». И мы с Сережей там уже достаточно хорошо познакомились. Во всяком случае, для меня было уже ясно, что я буду теперь снимать, пока он не скажет «нет».
С. ГАРМАШ: Потом был «Страстной бульвар».
В. ХОТИНЕНКО: Там была роскошная роль Сережи Гармаша. Он играл писателя.
К. ЛАРИНА: Но фильм какой-то разваленный получился.
В. ХОТИНЕНКО: Есть разные точки зрения на него, но мы любим этот фильм.
С. ГАРМАШ: Да.
К. ЛАРИНА: Это Сергей Колтаков придумал сценарий?
В. ХОТИНЕНКО: Да.
С. ГАРМАШ: Я там играю писателя. Мне это очень редко удавалось в кино. С вами как встречаешься, вы говорите только про ментов и про военных. А там я играл писателя, и мне очень дорога эта роль. А потом мы работали в картине «По ту сторону волков».
К. ЛАРИНА: Это телевизионный проект?
В. ХОТИНЕНКО: Да, но нам там удалось кое-что сделать. И вообще, это даже не предмет для разговора. Пока у Сережи будет находиться время и желание, я буду с ним работать.
С. ГАРМАШ: Мы и сейчас уже находимся в договорной связи по работе.
К. ЛАРИНА: Я хочу с помощью наших слушателей вернуться к фильму, о котором мы говорим. Здесь есть несколько вопросов. Мне кажется, они важные. Пишет нам бывший подводник Николай. «Вы беседуете все время с офицерами, снимая фильмы о военных, а надо беседовать с матросами срочной службы, которые несут на себе все тяготы. Тогда и фильм будет правдивый».
В. РАММ: Консультантами всегда генералы, майоры.
В. ХОТИНЕНКО: Может быть. Во-первых, это тоже необходимо. Потому что моряк не даст разрешения на съемки на атомном крейсере «Петр Великий». Мы должны, и это совершенно естественно, потому что организационные вопросы решают адмиралы. Моряки их не могут решить. Но у нас в картине есть замечательный кадр построения, когда на палубе лодки, перед походом стоит экипаж. И там половина экипажа настоящая, ребят с этой лодки, и половина наших актеров. Ровно пополам. Никто не отличит, если не сказать, кто актер, а кто нет. Они перемешались. И мы с ними, естественно, общались. Еще бы, не общаться с ними! Но общаться нужно на самом деле со всеми, потому что это разные точки зрения на предмет. И чем больше мы узнаем точек зрения на предмет, который мы исследуем, тем лучше.
К. ЛАРИНА: А подводники смотрели ваши фильмы?
В. РАММ: Да, я хотела спросить. Вчера после просмотра они обступили, что-то горячее обсуждали с вами.
В. ХОТИНЕНКО: Я не буду передавать деталей того, что говорят. Важно, чтобы они эту картину приняли.
К. ЛАРИНА: Они приняли?
В. ХОТИНЕНКО: Да. Сейчас, на этом этапе да. Но еще надо, чтобы много посмотрели. Нам нужно все-таки достаточно определенно знать реакцию именно моряков и подводников в частности, потому что картина, в первую очередь, для них. Все-таки это им реверанс. Это обращено к ним, это про них.
В. РАММ: А были цензуры изъятия из сценария или из фильма? Как реакция ВМФ на этот проект?
В. ХОТИНЕНКО: Один из самых фантастических моментов работы над этой картины следующий. Заявляю. Сценарий тому самому начальству, которое так обсуждается, не нравился. Он им не нравился.
В. РАММ: А по каким соображениям не нравился?
В. ХОТИНЕНКО: По идеологическим. Вопрос другой. Они помогали нам так, как будто это было их любимое детище. Этот вопрос разрешить невозможно. Поэтому все разговоры о цензуре здесь практически неуместны. Да, может быть, до сих пор что-то может нравиться или не нравиться. Но мы им, все вместе, обещали, что мы не будем ерничать, мы постараемся показать настоящих людей. И мы, я думаю, это сделали, и поэтому наша совесть чиста. Конечно, не хотелось бы, чтобы какие-то эпизоды там появлялись, но мы их тем не менее сняли. И сняли на базах, никто не стоял возле нас и не говорил: «Не-не-не, вы что? Это нельзя». Пару раз сказали: «В эту сторону не надо, пожалуйста, снимать». Вот и все. Там что-то было, наверное.
В. РАММ: Фильм «72 метра» еще замечателен тем, что очень здорово в нем применены современные кинотехнологии. Действительно, ощущение той мины, которая ползет, подкрадывается к лодке, сама лодка… Фильм о фильме. Я думала об этом. Кажется, что все это снято под водой. Это все современные компьютерные технологии. И это вкрапление было новостью в работе? Как все это сделать, чтобы эта компьютерная графика стала одушевленной, живой, как будто настоящая? Это у нас такие талантливые ребята?
В. ХОТИНЕНКО: Да, теперь я могу твердо сказать. После опыта картины «72 метра» могу уверенно сказать, что у нас уже есть очень талантливые ребята, способные делать графику на каком угодно уровне. В этой картине это обязательно входило в задачу. Вы знаете следующую проблему, что даже если наша картины пробиваются в прокат, то это либо боевики какие-нибудь… А такое кино еще не находит места. Даже вроде иногда дадут возможность показать, а народ почему-то не смотрит. Мы постарались в этой картине оснастить ее и техническими средствами, придать ей признаки блокбастера.
К. ЛАРИНА: Современного кино.
В. ХОТИНЕНКО: Да, яркого современного кино с блестящими актерами. Если сейчас это кино не смотрят, я тогда просто перестану вообще что-либо понимать… Что же касается нас самих, нам нужно было понять, почему люди идут служить в подводный флот.
С. ГАРМАШ: Почему они не уходят оттуда, почему они там живут, как, какими силами, что их там держит. Такой эпизод. Подходит к нам во время съемок молодая девушка, жена офицера. Естественно, ей интересно. Она что-то спрашивает про кино, про Москву и вдруг говорит: «А у нас с мужем есть дом в средней полосе России. Там у нас родственники, свой дом». Я думаю, почему она это говорит. «И мы туда поехали с мужем два года назад». Я говорю: «Ну?» – «Мы не смогли». Я спрашиваю: «И что, вернулись?» – «Да, конечно, вернулись». – «Почему?» Ответ, такой взгляд… Нужно видеть, какой при этом ответе идет взгляд. Она говорит: «Тянет сюда».
В. ХОТИНЕНКО: Знаете, я до этого никогда не был в Мурманске. Мы попали в золотую осень. Я обалдел! Пока мы ехали из аэропорта в Мурманск, это необыкновенная красота и тайна! Это, я думаю, тоже имеет большое значение.
С. ГАРМАШ: Безусловно.
К. ЛАРИНА: Я, кстати, там была, и в Мурманске, и в Североморске. Мы туда ездили с концертами, еще когда я училась в институте. Мы были и на подводных лодках, и знакомились мы с замечательными ребятами, которые там служат. Я с Сережей соглашусь, что есть какая-то мистика в преданности этому выбору. Это даже профессией не назовешь, это какой-то выбор человека. Правда?
С. ГАРМАШ: Безусловно.
К. ЛАРИНА: В этом есть какая-то мистика, и абсолютно неважно, что творится со временем, какая это страна, великая держава или Россия. Это неважно для этих людей, потому что этот выбор они делают совсем на другом уровне.
В. ХОТИНЕНКО: Ведь это, наверное, сродни… Про моряков, может, и немного снято картин, а про любовь очень много. И что, кто-нибудь рассказал про эту тайну что-нибудь нам? Рассказать-то рассказали, но тайну кто-нибудь разгадал? Нет. Потому что есть вещи неразгадываемые. Мы просто можем к ним обращаться, ими подпитываться, крутить в руках, как тайну, с разных сторон на нее смотреть, но разгадать не сможем. Я думаю, природа этого их выбора такая же. Это, в общем, любовь.
С. ГАРМАШ: Я хотел добавить. Действительно, может показаться невероятным, но у меня ощущение, что на сегодняшний день там действительно нет случайных людей. Случайный человек там не задержится.
К. ЛАРИНА: А там есть дедовщина?
С. ГАРМАШ: Не знаю.
В. ХОТИНЕНКО: Я думаю, на лодках это вообще невозможно.
С. ГАРМАШ: А вы знаете, что на лодке есть вещи, которые не существуют нигде? На лодке все едят из одного котла, в отличие от надводного флота. На лодке нет звания, они не обращаются по званиям, а обращаются по имени-отчеству.
В. ХОТИНЕНКО: Кстати, на кораблях тоже.
С. ГАРМАШ: Для моряков это было невероятное событие, что мы приехали туда и снимаем про них. Потому что давным-давно никто туда не приезжал и о них не снимал. И они даже как-то не верили. Поэтому они делились какими-то историями, случаями, мы их выслушивали. И старший, и младший офицерский состав. Но самое потрясающее, что когда они рассказывали какие-то истории, которые ты слушаешь, разевая рот, они так спокойно… «да, было в Атлантике, легли на грунт, трое суток».
В. РАММ: А будет премьера в Североморске, в Гаджиево?
В. ХОТИНЕНКО: Я думаю, должна быть…
К. ЛАРИНА: Кино выходит в прокат. Мы призываем всех это кино посмотреть. Спасибо большое. Удачи вам.
2004 г.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?