Читать книгу "Викинг. Книга 8. Конец игры…"

Глава 3

Мы неплохо поладили с Джимми, который выразил мне благодарность за то, что я не стал его добивать в схватке у «Бедлама». К тому же мы теперь вообще оказались в одной команде, и он с радостью принялся оказывать мне помощь в подготовке к бою. С утра мы с ним отлично размялись в спаррингах, а после обеда он принёс мне в комнату свежий номер газеты «The Daily Advertiser», где на последнем развороте оказалась размещена реклама боксерского поединка, который должен будет состояться сегодня вечером в амфитеатре на Оксфорд-стрит. В том самом амфитеатре, где мне вскоре предстояло биться за звание чемпиона Англии. Что ж, лучшего момента для того, чтобы врасти в обстановку и не придумаешь. Ведь одно дело просто осмотреть зал и совсем другое – понаблюдать за боем на ринге, на который мне скоро выходить, и прочувствовать атмосферу этого места.

Что же касается рекламной заметки, то прочитав её, я сразу понял откуда растут ноги у традиции грязных перепалок между боксерами или ММАшниками на пресс-конференциях в двадцать первом веке. Ведь заметка оказалась самым что ни на есть трэш-током, только выраженном в печатной форме, ввиду отсутствия телевидения, а так, никаких отличий:

«Вызов – Я, Джордж Хинен, широко известный под прозвищем Солдат-прыгун, пользовавшийся всегда заслуженной репутацией хорошего парня, выиграл множество уличных схваток с самыми лучшими боксерами. Не побоюсь я и сейчас взобраться на подмостки, когда мое мужество и честь подвергаются сомнениям из-за какого-то ирландского хвастунишки, с которым я бился некоторое время назад в предварительном бою. И хотя тогда мне не удалось показать ему всю свою ловкость в искусстве бокса, я вызываю его теперь биться на две гинеи в месте и времени, мною вышеуказанных, где, я не сомневаюсь, покажу ему, как нужно драться по-настоящему».

«Ответ на вызов – Я, Патрик Костиган, известный всем как действительно хороший парень, который никому не отказывал в драке, как на подмостках, так и вне их, и который бился не только ради денег, но частенько и для того, чтобы доставить удовольствие джентльменам, принимаю вызов этого „Прыгающего Петрушки“ и покажу ему парочку моих самых неприятных ударов, которые, я уверен, в очередной раз убедят его в невежестве по части бокса».

***

Прогулявшись пешком до Оксфорд-стрит, до которой от Пикадилли было подать рукой, к шести часам вечера я оказался у большого шатра, сразу вызвавшего у меня ассоциацию с передвижным цирком, который однажды приезжал к нам в маленький сибирский городок на заре моего детства. Купив за один шиллинг входной билет и отстояв короткую очередь на вход, минут через десять я попал внутрь шатра, где мне стало ясно, что здание вполне себе капитальное. Здесь имелись и ложи, и балкон в виде галереи, и партер вокруг небольшого деревянного помоста, на котором размещался самый обычный боксерский ринг со столбами и канатами, только без какого-либо настила на дощатом полу.

Народу на бой пришло немало, хотя амфитеатр явно мог вместить, как минимум, раза в два больше, учитывая, что в качестве сидений партер был оборудован лавками. Но бой, по всей видимости, оказался не самым рейтинговым и не вызвал большого интереса у публики, поэтому свободного места на лавках оставалось вполне достаточно. Предматчевые процедуры надолго не затянулись и вот уже рефери в ринге поставил боксеров в центр и без какого-либо инструктажа дал команду «Бокс». Правильно, чего языком трепать, если никаких правил и запретов нет – загаси соперника и будет тебе счастье в две гинеи.

Услышав команду, боксеры приняли лупить друг друга по корпусу, почти не двигаясь со своих мест, а зал разразился яростными воплями зрителей, поддержка которых разделилась между участниками схватки, примерно, поровну. Первым захватил инициативу Солдат-прыгун, нанесший ирландцу несколько хороших ударов по ребрам, заставив того отступить в угол ринга, но затем он допустил роковую оплошность. Ирландец удачно уклонился от одного из ударов и Солдат со всего маху врезал кулаком по деревянному столбу, удерживающему канаты, на котором, естественно, никакой защиты не имелось, как и на руках боксеров.

Вскрикнув, Солдат схватился за покалеченную руку, прекратив атаковать противника, и ирландец тут же перешел в яростную контратаку. Уйдя в глухую защиту, Солдат начал отступление, которое неизбежно закончилось у противоположных канатов. Там ирландец плотно насел на своего травмированного оппонента, осыпая его градом ударов, и, думаю, уже ни у кого в зале не оставалось сомнений в исходе поединка.

Однако, я очень глубоко заблуждался. Один из судей, располагавшийся сразу за канатами, нисколько не стесняясь, достал из кармана нож и перерезал верхний канат, на котором уже висел, избиваемый ирландцем, его противник. Потеряв опору, Солдат упал за канаты, а на ринг вместо него выскочили его секунданты, стоявшие поблизости, и, совершенно без сомнений, принялись метелить ирландца, в том числе и подручными предметами. Через мгновение к веселью присоединились секунданты Костигана, а потом и с десяток зрителей из первых рядов, переводя происходящее в разряд поединков «стенка-на-стенку». Такого развития событий я не мог себе даже представить.

Однако, как оказалось, подавляющее большинство зрителей подобный перформанс нисколько не смутил, и они спокойно продолжали смотреть групповой «гладиаторский бой», подбадривая криками представителей своих, так сказать, команд. Но, не все. Пожилой, далеко за шестьдесят, мужчина, сидевший по правую руку от меня, который до этого вполне профессионально и достаточно язвительно комментировал происходящее на ринге, вдруг резво вскочил со своего места и запустив в сторону судьи, непонятно как оказавшийся у него в руке предмет, походивший на камень или небольшую картофелину, громко закричал:

– Займись своим делом жирный ублюдок, или мне придётся проучить тебя, как следует!

Ситуация меня заинтересовала, и я принялся наблюдать за её дальнейшим развитием. На моё удивление, судья отреагировал на крик и попадание предмета в плечо абсолютно адекватно и вместо того, чтобы возмутиться столь «хамским» поведением зрителя (как следовало бы ожидать от человека мгновение назад грубо вмешавшегося в ход поединка), принялся наводить порядок на ринге, вместе с троицей подоспевших вышибал. Видимо, слова моего соседа имели здесь определенный вес, подумал я, и мне следует познакомиться с ним поближе, раз уж я на ближайшее время оказался втянут в «помойку» местного профессионального бокса.

Вернувшись на своё место, мужчина сплюнул в сердцах на пол и заговорил, не обращаясь ни к кому конкретно:

– Нет, ну вы видели, и на это дерьмо я должен смотреть, заплатив целый шиллинг, а я ведь ещё тридцать лет назад предлагал ввести обязательные правила, и мы следили за тем, чтобы такого дерьма не происходило, дааа, было время!