Читать книгу "Тайна стройного тела раскрыта"

Я прекрасно понимаю, что вначале мы все проходим через это непростое разграничение. Потому что это образ жизни, а не диета на две недели. И когда вас жизнь сталкивает с чем-то или с кем-то, что может увести вас с нового пути, увести в старые, вредные паттерны, – у меня есть для вас простое и очень действенное упражнение. Откройте свой дневник. И опишите на его страницах как можно подробнее, как вы видите свою новую стройную жизнь. Как вы выглядите? Какую одежду носите (не ту, что «лишь бы сидело», а красивую, желанную)? Сколько вы весите? Как складываются ваши взаимоотношения с мужем – больше нежности, тепла, желания? С детьми – больше терпения и радости? С родителями – вы больше не обижаетесь, не раздражаетесь? С коллегами и друзьями – вы уважаемы и интересны? Где вы живёте (может быть, вы переедете, а может, просто наведёте порядок в доме)? Что вы кушаете с удовольствием? Как вы двигаетесь – танцуете, плаваете, гуляете, бегаете? Опишите все свои чувства и эмоции, ощущения, которые вы испытываете в своём новом стройном теле. До мельчайших нюансов. А потом, когда закончите, возьмите этот дневник, встаньте перед зеркалом и громко, уверенно, вслух прочитайте всё, что написали. Пусть ваши уши услышат ваш голос. Пусть комната наполнится звуками вашего намерения. И после этого скажите себе: да-да, я хочу такой жизни. Я выбираю эту жизнь. И принимайте в свою жизнь эти изменения – открыто, без страха, без оглядки.

Дальше происходит удивительное. Когда меняются наш вкус к жизни и наши вкусовые привычки, то также меняется и вкус к общению. Вы перестаёте выносить пустые, пошлые, негативные разговоры. Вас начинает буквально тошнить от сплетен, от обсуждения чужих недостатков, от бесконечного «всё плохо». Вы замечаете, что есть люди, мягко говоря, высокотоксичные. Их разговоры, их мысли, их энергия – как отрава. После общения с ними хочется пить сорбенты – настолько физически вы чувствуете себя отравленной. И что происходит? Чем дальше вы идёте по пути тотального очищения себя от старого, ненужного, отжившего – тем быстрее такие же люди начинают уходить из вашей жизни. Сами. Не вы их выгоняете, они просто перестают быть вам интересны, а вы – им. Это естественная фильтрация. Не переживайте по этому поводу. Не держитесь за мёртвые связи. Чаще вспоминайте свой список, куда вы идёте и для чего – тот самый, что записали в дневнике. Когда вы чётко знаете, чего хотите, когда это задекларировано на бумаге чёрным по белому – это и есть главный вдохновитель, мотиватор и поддержка в сложных ситуациях. Это ваш якорь. В минуты сомнений просто перечитывайте и возвращайтесь к себе.

И ещё один важнейший принцип – тотальное принятие себя и других людей, какие они есть. Не надо ничего никому доказывать с пеной у рта. Не надо доказывать, что ваша новая жизнь правильнее, чем их старая. Не надо убеждать подругу, сидящую на диете из кефира и печенья, что она не права. Не надо стыдить мужа, который ест жареную картошку. Просто каждый делает свой выбор. Каждый живёт так, как считает нужным в данный момент. И ваше дело – не перевоспитывать мир, а позаботиться о себе. Поэтому честно ответьте себе на несколько вопросов (и обязательно запишите ответы в дневник). Хочу выглядеть – как? Хочу есть – что? Хочу общаться – с кем? На какие темы? Ваш выбор – и только ваш. Никто никому ничего не должен. Каждый имеет право на своё мнение, свой путь, свою скорость. Но если вам неприятны какие-то люди, если после встречи с ними вы чувствуете себя разбитой, опустошённой, злой – сделайте так, чтобы они вас больше не беспокоили. Не обязательно рубить с плеча, можно просто мягко сократить общение, отвечать односложно, переносить встречи. Если же вам по каким-то причинам не избежать общения – например, это близкая родственница или коллега по кабинету, – то постарайтесь сократить частоту встреч и их продолжительность. Пятнадцать минут вместо двух часов. Раз в месяц вместо каждого уикенда. Ваше время и ваша энергия – это ресурс. Не разменивайте их на тех, кто этот ресурс только отнимает.

Запомните, дорогие мои. Любое общение – это энергообмен. Всегда. Даже если вы просто перебросились парой фраз в очереди. Вы отдаёте энергию, вам отдают энергию. Идеальный, здоровый энергообмен должен быть равнозначным. Либо вы отдаёте на десять процентов больше, чем получаете – но это в редких случаях, когда вы сами выбрали быть щедрым источником. А в здоровых, долгосрочных отношениях – дружбе, партнёрстве, наставничестве – общение должно быть равнозначным. Это как взаимокоучинг. Вы растёте с человеком, он растёт с вами. Вы поддерживаете, помогаете, вдохновляете друг друга. Это не просто пустая болтовня. Это рост и развитие. Ищите таких людей. Цените их. Берегите их. И сами будьте такими.

Ну и в завершение этой главы скажу так. Что вы получите в результате выполнения моих рекомендаций, зависит только от вас. Только от вашей честности, от вашей готовности меняться, от вашей настойчивости. Кто-то примет путь глобальной трансформации себя и сильных, кардинальных изменений в своей жизни – и это будет перерождение. Кто-то просто поменяет одежду на два размера меньше – и будет счастлив уже этому. У кого-то поменяются взаимоотношения в семье и с мужем: они не просто перестанут ссориться, они обретут новую глубину. У них будет не просто медовый месяц – у них может быть медовая жизнь. Годы нежности, уважения и страсти. Каждому своё. Каждый вправе сделать свой выбор – на какую глубину нырять. Я даю вам карту и инструменты, но идти и копать – вам. Для вас – это ваш опыт, уникальный, неповторимый. Для меня – мой опыт, тоже уникальный. Я делюсь им с любовью и доверием. А вы делайте свои шаги. Не спеша, в удовольствие, но уверенно. Стройное тело как образ жизни – это не гонка на выживание. Это путешествие к себе настоящей. И оно того стоит. Каждой пройденной минуты.

Психологические причины лишнего веса

Давайте сейчас заглянем туда, куда обычно боятся заглядывать даже самые смелые женщины. Потому что без этого – без понимания психологических корней – все разговоры о воде, движении и питании останутся лишь красивыми словами. Итак, вопрос, который многих заставит внутренне вздрогнуть. Кто из вас ходил в детский сад? Поднимите руку мысленно. А теперь вопрос посложнее: а кого из вас отдали в детский сад в ясли – до года? До того, как вы научились говорить, до того, как вы могли объяснить, что вам страшно, что вам больно, что вы хотите к маме. Подумайте об этом.

Давайте представим. Маленькая девочка – ей всего один годик. Всего один год она прожила в этом мире, и больше всего на свете, в этот период ей нужна мама. Не игрушки, не развивашки, не модные ползунки. Ей нужен запах мамы, её тепло, её руки, её голос. Ребёнок в этом возрасте живёт не на уровне ума – он же ещё не умеет думать взрослыми мыслями. Он живёт на уровне условных и безусловных рефлексов. Проще говоря, на уровне выживания. Мама рядом – безопасно. Мамы нет – смертельная опасность. И в этот самый уязвимый, самый нежный период его, такого маленького и беспомощного, отрывают от матери. Отдают к чужим тёткам. Даже если эти тётки – прекрасные педагоги, даже если у них золотые руки и ангельские сердца, они всё равно чужие. Ребёнок не различает педагогические заслуги. Он чувствует одно: «Меня оставили. Меня отдали чужой». А самое страшное, самое дикое – что в группе не одна такая девочка. В группе тридцать таких же маленьких, орущих, испуганных детей. Тридцать комочков страха, которые не понимают, где мама и вернётся ли она вообще. Вы можете себе представить, что творится в такой группе? Там царит атмосфера брошенности, ненужности, глухой грусти, тоски безысходной, печали и сплошного рева. Это не садик – это маленький филиал ада для детской души.

Что чувствует ребёнок, когда попадает в такую среду? Ребёнок видит, что мама его оставила и ушла. Дверь закрылась. Всё. Ребёнок не понимает, что мама вернётся. У него нет понятия времени. Для него даже минута разлуки в туалете – вечность. А в яслях его оставляют на целый день, а то и на несколько. А ещё хуже, когда оставляли детей на круглосуточное проживание в яслях – такое, к сожалению, было и ещё кое-где бывает. Ребёнок сутками находился в состоянии потерянности и ужаса. Чистого, животного ужаса от того, что его разлучили с мамой. И этот ужас прожигает дыру в тонкой детской психике. Она никогда не заживает полностью. Она затягивается корочкой, но внутри всегда болит. Вот вам первая, самая глубокая причина многих проблем с весом во взрослом возрасте – ранняя разлука с матерью, которую тело никогда не забывает.

Теперь давайте возьмём пример попроще, на первый взгляд, безобидный. Ребёнок остаётся с бабушкой. Он гуляет во дворе, бегает, и вдруг падает – разбивает коленку до крови. Больно, страшно, обидно. Он плачет – громко, навзрыд. Что делает любящая бабушка? Она не говорит: «Давай разберёмся, что ты чувствуешь, давай я тебя обниму, давай мы вместе посмотрим на твою ранку». Нет. Бабушка говорит: «Не плачь, не плачь, на тебе конфетку». И даёт леденец, или печенье, или шоколадку. Дальше. У ребёнка может болеть живот – колики у младенцев, например. Он плачет, потому что ему физически больно. И мама даёт ему соску. Или бутылочку со сладкой водой. И происходит то, что в психологии называется сцепкой. Когда ребёнок плачет, он сигнализирует: «Мне плохо, у меня дискомфорт в теле, мне страшно, мне больно». Это стрессовая реакция. А мама или бабушка в ответ даёт ему СЛАДКОЕ. Или просто еду. Сцепка: стресс – нужно сладенькое. Стресс – нужно поесть. Боль – нужно зажевать. Страх – нужно запить чем-то вкусным. Всё, механизм запущен. Это и есть формирование пищевой зависимости в раннем возрасте. И потом женщина удивляется: «Почему в трудную минуту я тянусь к холодильнику? Почему после ссоры с мужем я иду не в душ, а к торту?» А потому, что твой маленький внутренний ребёнок до сих пор помнит: сладкое – это утешение. Сладкое – это когда тебя жалеют. Сладкое – это временная замена маминому теплу. И когда женщина говорит, что она жила-жила нормально, а потом резко, ни с того ни с сего набрала вес, я всегда уточняю: а что тогда случилось? Что за стресс? Потому что «резко» на самом деле началось очень давно, просто триггер сработал именно сейчас.

А теперь другой пример психологических причин, тоже очень распространённый. Очень строгая семья. С детства ребёнку внушают: не реви, терпи, не показывай свои эмоции. Особенно это сильно выражено у мальчиков – им прямо говорят: плакать нельзя, показывать, что ты слабый – стыдно. «Подбери сопли, ты девчонка что ли, слюни распустила». Но и девочкам достаётся не меньше. Формируется жёсткая реакция: если есть эмоция – её надо подавить. Её нельзя показать, её нельзя проявить, её даже чувствовать-то нельзя. Особенно жёсткий запрет идёт от строгой мамы: «Не реви!», «Будь хорошей девочкой», «Хорошие девочки так не делают», «Хорошие девочки не гневаются, не ревут, не настаивают на своём». А что это значит на самом деле? Это значит, что хорошим девочкам вообще не дают права голоса. Не дают права быть собой. Не дают права на злость – даже справедливую. Не дают права на слёзы – даже от боли. Это подавление любого выражения себя. Ребёнок пытается выразить себя как-то – его ругают. Он пробует ещё раз – другим способом – его опять подавляют. И так раз за разом. А эмоция – это энергия, это не просто слова. Энергия никуда не девается. У ребёнка внутри она постоянно накапливается, как вода в перекрытой плотине. И рано или поздно это должно рвануть, потому что энергия не может всё время находиться в зажатом, спрессованном состоянии. Это как сжатая пружина, которая чем сильнее сжата, тем страшнее её разжатие. Но если в семье давление завязано на страхе – когда детей били, ставили в угол, лишали сладкого, игрушек, любви, – то в результате вся эта накопленная энергия не находит выхода наружу и собирается в разных местах тела, в разных органах. И проявляется в психосоматических состояниях. Это ещё пока не болезни в классическом понимании, но уже предболезни. Трещинки перед большим разломом.

И давайте теперь поговорим о том, куда именно эта энергия прячется. Отсюда берётся, например, «вдовий горб» – когда женщина много на себя взвалила, тащит всё на своих плечах: работу, дом, детей, быт, проблемы родителей, проблемы мужа – и всё это оседает в шее и плечах комком напряжения, который видно невооружённым глазом. Сердце болит – психосоматика здесь прозрачна: «на сердце камень», переживания за близких, невыплаканные слёзы, невысказанные претензии. Человек носит эту тяжесть внутри, и сердце, которое по идее должно быть источником любви и радости, становится контейнером для боли. Печень и желчный пузырь – это отдельный разговор. По моим наблюдениям, это вместилище гнева. Если человек не умеет экологично, то есть безопасно для себя и для других, выражать свой гнев, если он запрещает себе гневаться, злиться, сердиться, то печень и желчный страдают первыми. Опять эти «хорошие девочки так себя не ведут», «мама говорила, что чтобы быть хорошей женой, нельзя гневаться и злиться на мужа», «терпи, прощай, будь мудрее». И все эти подавленные, проглоченные эмоции накапливаются в печени и жёлчном пузыре. А потом – раз! – и холецистит. Или камни. Или дискинезия. У детей, кстати, есть такое очень распространённое сейчас заболевание, как дискинезия желчевыводящих путей. Это когда у ребёнка болит в правом подреберье после бега или активных движений. Врачи разводят руками – причины неясны. А я вам скажу, откуда это. Это как раз из серии психосоматических проявлений, когда «хорошая девочка не может выражать гнев». Или «хороший мальчик не должен злиться на папу». И желчь застаивается. Буквально.

А теперь поговорим о кишечнике. Проблемы с кишечником, особенно запоры, – это классика. Что это означает психологически? Это означает, что человек удерживает в себе всё. И с этим самым не хочет расставаться. Это как эффект «Плюшкина» – помните гоголевского персонажа, который не мог выбросить ни одной старой вещи? Только здесь не только на уровне вещей, но и на уровне эмоций, привычек, старых обид, давно отживших ситуаций. Я много работала с женщинами, и скажу вам честно: есть женщины, которые не могут годами расстаться с нехорошей ситуацией. В жизни у неё что-то произошло – например, развод. Давний развод, десять, пятнадцать лет назад. И она мусолит этот развод годами. Она его пережёвывает как старую, засохшую жвачку. Развелась пятнадцать лет назад, но как она любит об этом поговорить! Она обязательно вспомнит эту историю на вечеринке с подружками, она обязательно расскажет своему попутчику в поезде, она в тысячный раз прокрутит детали – кто что сказал, кто кому изменил, кто как поступил несправедливо. Она вспомнит и проживёт это событие заново, как будто оно случилось вчера. И это бесконечно… И когда ситуация была пятнадцать лет назад, а женщина не рассталась с ней – не отпустила, не простила, не забыла, не выбросила из головы, – отсюда возникают запоры. Тело буквально говорит: ты не отпускаешь прошлое, значит, я не буду отпускать содержимое кишечника. Если женщина не расстаётся с этой темой, она точно так же живёт и с другими темами: копит старые обиды, бережно хранит старые претензии, лелеет старые разочарования. Нет, копить, копить, копить – пусть неприятность, но моя, родная, выстраданная. Куда это всё девается? Всё это откладывается в жировую ткань. Жировая ткань – это не просто калории, это настоящий склад эмоций. Каждая жировая клетка – это непрожитая, подавленная, замороженная эмоция. Злость, страх, обида, вина, стыд – всё там. Всё хранится в теле, ждёт своего часа.

И давайте теперь выстроим полный круг. В результате: там мама наказала, тут папа не долюбил или вообще ушёл из семьи, когда девочке было пять лет. Хотя, заметьте, уход папы из семьи ребёнка вовсе не касается. Это мама с папой не договорились. Это их взрослая драма. Папа ребёнку так и останется папой – навсегда, до конца жизни. Но неумная, несчастная, обиженная мама обязательно вобьёт в голову ребёнку, что папа – нехороший, что он предатель, что он бросил, что он козёл. И на психологическом уровне маленькая девочка верит в это. Она впитывает мамину боль и мамины обиды как губка. И дальше, когда эта девочка вырастает, она попадает в такие же отношения, как у её родителей, потому что мама сформировала такую картину мира. Другой она просто не знает. Как правило, такая девочка в браке будет вести себя точно так же, как её мама: терпеть, молчать, обижаться, годами мусолить неприятные ситуации. И соответственно, мужчина будет вести себя по отношению к ней так же, как вёл себя её папа по отношению к маме – или даже хуже. Потому что она сама, сама, неосознанно, будет его на это провоцировать. Своим поведением, своими ожиданиями, своими страхами. Это не он плохой, зачастую. Это вы просто по-другому не умеете, вас не научили. И в результате накапливаются обиды, чувство вины, страх, что бросит, страх остаться одной, и приходит мысль: «Лучше терпеть, чем быть одной», «А вдруг больше никто не возьмёт с такими-то килограммами и с таким-то возрастом?» А потом типичный женский финал: «Тяжела бабская доля, какая горькая жизнь… Догорай моя лучина, догорю с тобой и я». И мы с вами прошли полный круг и вернулись в ту же самую точку, с которой начинали. Когда жизнь такая горькая, такая пресная, такая безрадостная – то её нужно чем-то подсластить. И женщина снова идёт к холодильнику. И круг замыкается.

Получается очень печальная, но чёткая картина. Все те состояния, которые вы в детстве привыкли подавлять и задвигать под коврик – потому что вас так родители воспитывали, потому что «нельзя», «стыдно», «неприлично», – в зрелом возрасте, при любых стрессовых ситуациях, дают о себе знать. И женщина начинает либо курить, одну сигарету за другой, либо переедать. А это, заметьте, одно и то же. Это стимуляция оральной зоны – как в детстве соска, пустышка, либо конфетка, либо леденец. Это взрослая женщина, ей уже сорок лет, у неё может быть диплом, должность, квартира, машина, дети в школе, но по-прежнему внутри неё живёт маленькая девочка, и у неё все реакции как у маленького ребёнка. Ей больно – она хочет сладкого. Ей страшно – она хочет сладкого. Её обидели – она хочет сладкого. В результате женщина гневается, у неё уже пятна по телу идут от раздражения, и давление скачет, и поджелудочная болит, но она не может сказать человеку в лицо то, что её не устраивает. Потому что она не умеет объяснять свои эмоции. Язык эмоций для неё – китайская грамота. Потому что внутри сидит тот самый детский страх наказания – «скажешь правду – накажут, не любить будут, отвернутся, бросят». И женщина молчит. И заедает.

То же самое происходит и с любовью. Как это ни парадоксально, выражать любовь большинство женщин тоже не умеют. В детстве маленькая девочка подошла к папе, хотела обняться, прижаться, сказать, как она его любит. А папа был занят, или устал, или просто не привык к нежности. Он её отстранил и сказал: «Отстань, мне некогда», или «Иди играй», или «Не мешай». Что почувствовала девочка? Она почувствовала, что её отвергли. Что её любовь – ненужная, что она – лишняя, что её не принимают. Она пошла, поплакала в подушку, а потом нашла конфетку и съела. И сцепка: любовь = боль, любовь = отвержение, любовь = надо чем-то заесть, чтобы не так обидно было. И когда эта девочка вырастает, выходит замуж, то похожая ситуация – муж задержался на работе не позвонив, муж не обратил внимания на новое платье, муж буркнул что-то не то – включает ту самую старую программу. И она снова обижается, снова плачет, снова идёт к холодильнику. Не потому, что она слабая или глупая. А потому, что в детстве всё это сформировалось, и до поры до времени хранилось в глубине, забылось. Но забылось – в голове. А внутри есть память тела. Тело помнит всё. Каждый удар, каждую слезу, каждое «отойди, мне некогда», каждое «не реви, не позорь меня». Тело – это архив. И рано или поздно этот архив вскрывается.

Девочка росла. Становилась подростком, потом девушкой, потом выходила замуж – и вдруг, откуда ни возьмись, растолстела. Это первая программа, друзья мои. Пока вы ходите в девках – живёте с родителями или отдельно, но не замужем, – эта программа спит. Спит глубоким сном, словно её и нет. Но как только вы выходите замуж, как только меняете социальный статус, программа включается. Включается автоматически: жена – это как мама. Я сейчас объясню. Если у вашей мамы есть лишний вес – а у большинства мам в нашем поколении он есть, потому что они тоже носили свои программы, – то, выйдя замуж, вы бессознательно начинаете становиться «образцовой женой». А что значит «образцовая» с точки зрения вашего детства? Это значит – быть похожей на маму. В том числе иметь мамино тело. И вы начинаете набирать вес. Не потому что вы много едите – а потому что внутри звучит команда: «Стань как мама». То, что мама набрала вес не сразу, а после родов, после сорока, после стрессов, – вы это не фильтруете, вы не анализируете. Это всё подсознательные процессы. Включаются все программы: как мама себя вела в семье, как она переживала обиды, как она разговаривала с папой, как она подавляла эмоции. И женщина начинает всё это заедать – уже неосознанно, автоматически. И она искренне не понимает: «Я же хочу похудеть! Я же записалась на фитнес! Я же считаю калории! Почему вес стоит?» А потому что в голове она хочет похудеть, а в теле – столько всего: старых обид, непрожитых гневов, материнских сценариев, запретов на эмоции. Тело пока не согласно расставаться с этой защитной прослойкой.

И вторая программа, не менее мощная. Родила – и обратно стройной не стала, осталась толстой. Это программа «Я – мать!» Здесь включается установка: всё только для детей, моя жизнь кончилась, теперь есть только ребёнок. Женщина полностью погружается в младенца, забывая о себе. И она так проживает один год, а то и два-три, практически взаперти. Потому что нормальное общение с внешним миром отсутствует – все подруги либо далеко, либо у них свои дела, на работу она не ходит, любимые хобби заброшены. Всё её общение – это маленький ребёнок, который либо гулит и улыбается, либо орёт сутки напролёт, либо спит. И здесь проявляется ещё одна психосоматическая штука: дома скучно, не интересно, однообразно. Ребёнка я, конечно, люблю, безумно, это моя кровиночка. Но дома скучно! К стенам привыкла, к пелёнкам, к распашонкам. Муж вечером приходит с работы уставший – выжатый лимон, ему не до разговоров, не до ласки. А женщине в этот период особенно не хватает эмоционального питания, разговоров по душам, нового, яркого. И остаётся одна радость – пойти на кухню и поесть. Тихонько, пока ребёнок спит. И на первом году жизни ребёнка появляется та самая послеродовая депрессия, о которой сейчас много говорят, но редко понимают её истинные механизмы. Она выражается в двойном, разрывающем ощущении внутри: женщина с одной стороны любит своего ребёнка, готова его зацеловать до смерти, а с другой стороны – ненавидит. Ненавидит за то, что он отобрал её свободу, её тело, её сон, её прежнюю жизнь. Но ненависть – это запрещённая эмоция. «Хорошие девочки так не чувствуют», – снова звенит в голове мамин голос. Сначала она чувствует ненависть. Потом она запрещает себе это чувствовать – и возникает вина. Потом она винит себя за эти чувства – и вина усиливается. И нарастает тяжёлый, липкий клубок эмоций, который опять же заедается – конфетами, печеньем, бутербродами по ночам. Идёт подавление эмоций, потому что вас этому научили в детстве. «Хорошие девочки не злятся, не гневаются и прочее». И вы как хорошая девочка подавляете. А килограммы растут.

У каждой из вас, дорогие мои, есть подсознательный образ: как должна выглядеть мать или жена. Причём образ этот часто архаичный, навязанный бабушками и прабабушками. То, что жена может быть другой – спортивной, деловой, сексуальной, дерзкой, яркой – этого образа нет. Ваш образ, возможно, что жена пахнет пирогами, что она всех накормит, что она мягкая, тёплая, бесконфликтная, как перина. И вы стараетесь соответствовать. А внутри – подавление эмоций, потому что вас этому научили в детстве: «хорошие девочки не злятся, не гневаются и вообще она розовая принцесса, которая всех любит и никого не трогает». И когда женщина надевает маску «розовой принцессы», она сама становится похожа на матрёшку. Внутри – маленькая, настоящая, живая матрёшечка – это истинная вы, со своими желаниями, гневом, страстью, амбициями. А снаружи вы обрастаете масками, социальными ролями – хорошая жена, заботливая мать, удобная дочь, незаменимая сотрудница. Слоёв становится всё больше. И вроде бы у неё всё нормально и всё хорошо. И она сама себя убеждает, что всё нормально. Но почему-то… ей секса не хочется. Совсем. Или редко, или через силу. И вроде бы уже закончился период грудного вскармливания, гормоны должны были прийти в норму, а влечение не приходит. Это происходит вследствие долгого переутомления – хронической усталости, когда тело говорит «стоп». Это гормональный сбой – прямой результат стресса и недосыпа. И плюс у неё накоплено за это время столько негативных подавленных эмоций, что они буквально перекрывают любые радостные сигналы от тела. И она их заедает едой и сладким. А от сладкого – а точнее, от постоянных скачков сахара и инсулина – она ещё больше гробит свой гормональный фон. Лишний вес набирается не только от еды, но и от того, что с коляской в парке невозможно гулять энергично, это всё-таки плавная, медленная прогулка. Мышцы не работают, метаболизм падает, калории не сжигаются. Полный комплект.