Читать книгу "Я то, что надо, или Тебе не избежать моего плена"

Глава 25

– Лерка, а ты тут какими судьбами? – воскликнул Илья.

Я отстранилась от него как можно дальше, смутившись оттого, что он знает мою страшную тайну. Хотя, если разобраться, сам факт, что я нахожусь в тайном сообществе, говорит о том, что у нас здесь у каждого столько тайн, не передать словами.

– Как видишь, твой компаньон меня сюда привёз.

– А у вас с ним что? – тут же спросил Илья. – Он же вроде с тобой даже ужинать не хотел.

– А у нас любовь, – ответил за меня лысый и тут же по-хозяйски приобнял меня, показывая, что я его девушка.

– И когда только успели…

– А дурное дело нехитрое.

– И всё настолько серьёзно?

– Серьёзнее не бывает.

В этот момент ведущий на сцене торжественно объявил, что самую романтическую, фантастическую и таинственную ночь можно считать открытой, что она начинается. Теперь самое время забыть о повседневной суете и расслабиться так, как расслабляются в мире особых, изысканных, привилегированных людей.

– С сегодняшнего дня ты тоже стала избранной. Ты стала одной из нас, – шепнул мне на ухо лысый и скинул с себя простыню.

– Ты что творишь? – попыталась пристыдить я его. – А ну-ка оденься.

– Я нормальный свободный человек с точно такой же свободной сексуальной позицией. Понимаешь, если ты не достигнешь высот в сексе и не станешь в нём свободным от условностей и предрассудков, ты никогда не достигнешь высот в бизнесе. Все эти люди недосягаемы и безумно успешны только потому, что они сексуально свободны.

– Где-то я уже это слышала, – покосилась я на Илью.

– Так ты не слушай, ты внимай. Делай всё возможное, чтобы стать постоянным членом нашего тайного сообщества, а не просто гостьей. Ты не представляешь, сколько полезных связей и знакомств тут можно завести и какую карьеру сделать! Если воспользоваться всем правильно, тебе повсюду будет зелёная улица. Эти люди правят миром, их объединяет тот факт, что они не на земле. Они над землёй. Мы все сёстры и братья. Мы свободны. Именно потому что мы свободны, мы правим миром.

– У вас тут прямо секта какая-то с сексуальным уклоном.

– Это не секта. Это высшее общество.

– Никогда бы не подумала, что высшее общество развлекается именно таким способом.

– Мы не развлекаемся. Это стиль нашей жизни.

– Мне начинает казаться, что я тут лишняя.

– Снимай простыню.

– Вот ещё. Зачем?

– Докажи, что ты одна из нас, что ты такая же, как мы, что ты сексуально свободна. Когда получишь стопроцентную сексуальную свободу, сразу начнёшь добиваться многих высот. Эти люди тебе помогут, ведь именно от их желания зависит, будет ли у тебя или у кого-то ещё зелёная улица и ни одного красного светофора.

Лысый погладил своё комариное жало, которое, к моему удивлению, даже привстало, и с гордостью сообщил, что сейчас он немного развлечёт своего Гулливера. Тому нравится развлекаться в стране лилипутов.

– Серёга, уходим в отрыв! Сегодня я отрываюсь по полной программе, завтра отходняк, а в понедельник возвращаюсь в думу, чтобы думать о нуждах народа. Ох, нелёгкое это дело – думать о том, чего хочет народ. – Это восклицала-причитала очень известная женщина политик зрелого возраста. Она подошла к лысому, взяла его за руку и потащила в самый центр разврата. – Подруга твоя с нами не хочет?

– Она ещё только осматривается. Привыкает.

– Пусть привыкает. Я бы ею занялась.

Лысый сказал правду: кого тут только не было. Политики, известные бизнесмены, представители отечественного шоу-бизнеса, о которых я и подумать не могла, ведь все они являлись образцом семейного счастья, а на самом деле все их браки были элементарным прикрытием. Каждый прикрывал ориентацию и сексуальные предпочтения другого. Здесь они развлекали гостей своими песнями и одновременно принимали самое активное участие в групповых оргиях.

– Не хочешь развлечься? – предложил мне Илья и показал на сумасшедшую оргию, в которой просто невозможно было посчитать всех участников и понять, какие у кого предпочтения. Мужчина мог пристроиться к любой женщине, но если ему на глаза попадался мужчина, он тут же пристраивался к нему. В общем, все эти люди трахали всё, что шевелится, без разбора, по принципу: нужно отыметь всё, что попалось на глаза.

Увидев в одной из многочисленных оргий достаточно известного телеведущего, я с трудом отвела от него взгляд, чтобы не показать шок, ведь он, как никто другой, пропагандирует семейные ценности и вечно даёт интервью со своей красавицей женой, которая постоянно беременна.

– И этот здесь, – только и смогла сказать я, по-прежнему стараясь не показывать своего безумного удивления, вспоминая слова лысого, что если буду смотреть, как ненормальная, на узнаваемых людей, наживу себе проблемы.

– А где ж ему ещё быть. Это же самый известный свингер Москвы и учредитель нескольких свингер-клубов.

– Никогда бы не подумала.

– А тут ни на кого не подумаешь, – усмехнулся Илья. – Так может, тоже пойдём, развлечёмся?

– Нет. Не хочется.

– А зря. Тут очень много полезных людей.

– Оттого, что эти полезные люди меня отдерут, моя жизнь не улучшится.

– Это как сказать, как сказать…

– По-моему, тут все друг друга трахают и даже не заглядывают в лица. Извращенцы какие-то, честное слово.

– Каждый человек извращенец, в большей или меньшей степени. Ты хоть простыню сбрось, а то сидишь как закомплексованная. Расслабься и просто отдохни, только не в мечтах, а в реальности.

Я подошла к одной из девушек леди-фуршет, поймала её улыбку, в которой читалось сожаление.

– Я здесь новичок, – сообщила я и взяла у неё бокал шампанского.

Девушка не поняла, что я сказала, и предложила мне бутерброд с чёрной икрой. Я взяла бутерброд и только сейчас подумала о том, что никогда раньше не пробовала чёрную икру. Первый раз в самолёте лысого и второй раз на этой жуткой вечеринке. До этого пробовала только красную и, почему-то, она мне больше пришлась по вкусу. Вкус чёрной я так и не поняла, просто знала, что это очень полезно и дорого.

Увидев, что Илья присоединился к оргии, я украдкой наблюдала за тем, что в ней происходит. Илья имел женщину, потом мужчину, а потом мужчина имел Илью… Точно так же развлекался обезумевший от происходящего лысый.

– Боже, что я тут делаю? – задала я себе вопрос и не нашла на него ответа…

Глава 26

– Любимая, ты здесь не скучаешь?

Раскрасневшийся лысый, чье комариное жало висело предательским образом, подошел ко мне.

– Нет. Я наслаждаюсь вкусным шампанским.

Лысый взял меня за руку, закутался в простыню и повёл в другой зал показать мне что-то сенсационное, по его словам.

– Ты даже не представляешь, как наши к этому долго готовились. Сегодня я принимаю участие в качестве почётного зрителя, а вот в следующий раз буду участником. Быть участником мне нравится больше, но тут всё происходит в порядке очередности. В прошлый раз на сцене был я.

Мы прошли в небольшое помещение, очень похожее на кинотеатр, и сели на стоящие по центру стулья. Я с подозрением посмотрела на сцену и спросила почти шёпотом:

– Что здесь будет?

– Небольшой спектакль о сексуальной свободе нормального человека.

В зале погас основной свет, осталось только приглушённое освещение, и так называемый спектакль начался. На сцену вышли двадцать мужчин в военной форме фашистов и стали маршировать под соответствующую музыку.

– Что это? – возмущённо спросила я лысого.

Тот ёрзал на стуле, хлопал в ладоши и, по всей вероятности, ждал хлеба и зрелищ.

– Мы каждый раз тут играем в какие-нибудь ролевые игры, – объяснил мне лысый. – Это фашизм.

– Но как можно? Фашизм – это же ужасно, а тут столь уважаемые люди.

– Лерка, там, где собираются эти люди, нет ничего ужасного. Они просто отдыхают и развлекаются. Это же не настоящий фашизм, а всего лишь тематическая вечеринка. Тематические вечеринки бывают раз в месяц, и мы к ним тщательно готовимся. В прошлый раз были средние века. Сегодня – времена Гитлера. В следующий раз разыграем времена пришельцев, марсиан будем изображать.

– Сумасшедшие, – разочарованно произнесла я.

Я не понимала, как люди, достигшие определённого уровня, пропагандируя нерушимые семейные ценности и патриотизм, могут запросто облачиться в фашистское обмундирование и получать от этого удовольствие.

– Ты даже представить себе не можешь, как тяжело достать фашистскую форму. А это не просто фашистская форма. Это фашистская форма от кутюр. Ты посмотри, какая она красивая, глаз невозможно оторвать. Мы делали заказ у довольно известной фирмы. Между прочим, фашистская форма прославилась как самая удобная и красивая в истории. Я понимаю, она вызывает у тебя негативные эмоции, но ты посмотри на все под другим углом. Ты посмотри, наших ребят от эсэсовцев сейчас вообще не отличишь, а форма им ой как идет. Как будто на сцену вышла элита фашистских войск. Странное всё же сочетание: сама по себе униформа очень даже элегантна, а выглядит устрашающе.

– Мой мозг отказывается понимать, что я нахожусь в реальном мире.

– Лерка, мы с тобой договорились, никаких эмоций. Не подставляй ни меня, ни себя. Ты лучше порадуйся за наших ребят. У них отлично получилось. Ты же знаешь, как было раньше. Сначала у них была чёрная фирма с бриджами и высокими, до колена, сапогами. Коричневые рубашки с чёрными галстуками. Чёрные фуражки с кокардой в виде мёртвой головы и знаки различия в виде двух рун Зиг. Но при боевой подготовке выяснилось, что чёрная форма непригодна для войны, и была введена серая форма для боевых действий. Форма постоянно изменялась и дорабатывалась на протяжении всех лет войны. Ты только прикинь, насколько было сложно найти самую разную форму, чтобы показать, как часто и что именно в ней менялось.

– Сергей, а вам здесь всем заняться что ли нечем?

– Не говори ерунду. Ты прекрасно понимаешь, насколько занятые люди тут собрались. Это просто своеобразный фетиш. Разве ты не за фетиш? Уверен, это самая красивая форма, которую ты когда-либо видела. Очень шикарно смотрится! Лично моего великана это возбуждает. Это не может не нравиться. На самом деле сегодня достаточно крупные бизнес-дома просто боятся признаться, что было время, когда они сотрудничали с нацистами.

– Всё, что связано с нацизмом, ужасно и вызывает отвращение у любого нормального человека, а ты пытаешься мне доказать, что здесь собрались нормальные люди. Да это сборище уродов!

– Мы с тобой сейчас не рассуждаем о нацизме, как о явлении. Мы только говорим о их форме, а форма у них роскошная, другой такой нет. Другую такую ещё никто не придумал и уже не придумает.

– Мне противно смотреть на фашистскую свастику. Она перечёркивает любые эстетические достоинства, если таковые имеются.

Но лысый совершенно меня не слушал. Он завороженно смотрел на форму и, как попугай, твердил, что она безумно элегантная.

– Ты только посмотри, как наши ребята элегантны в этих мундирах. Как бы я хотел оказаться на их месте! И заметь, эта форма выглядит к оригиналу максимально близко. Почти как в фильме «Семнадцать мгновений весны». Там она тоже как настоящая. В остальном отечественном кинематографе нет ничего подобного. Там просто цирк, а не мундиры. Сделано всё наспех и за копейки. Никто над этой темой серьёзно поработать не захотел.

– Может быть, это не так важно.

– Не скажи. Для быдла вообще не бывает ничего важного, потому что они по жизни сами второстепенные люди. А вот люди с тонким вкусом и доскональным знанием истории обращают внимание на все подробности.

Когда началось представление, я с трудом скрывала отвращение. Мужчины маршировали, стучали барабаны. Затем на сцену вышел достаточно известный бизнесмен, которого общественности представляли как самого известного холостяка из различных средств массовой информации и… он опустился перед первым из двадцати на колени и стал делать ему минет.

Лысый чуть с ума не сошёл от возбуждения. А когда известный холостяк перешёл ко второму, раскраснелся и сказал чересчур возбуждённым голосом:

– Ты представляешь, какая это свобода! Это же насколько нужно быть внутренне свободным, чтобы делать минет двадцати мужикам, да ещё на глазах у всего зала! Ты только представь, что он сейчас чувствует! Он – как птица, парящая в полёте! Ну почему это не я?! Почему? Как бы я мечтал очутиться на его месте! Отсосать у двадцати человек на глазах у зрительного зала! Этот человек достиг таких высот в бизнесе, потому что для него нет ничего невозможного в сексе! Он необычайно свободен! Я могу о таком состоянии только мечтать!

Я хотела покрутить лысому у виска, но не стала привлекать к себе внимание, так как сидящие рядом с нами зрители восхищались и восторгались не меньше лысого.

– Смотри, следующий наш Илюха! Давай, Илюха, засади ему по самое горло! Эх, жаль, что не я, а то бы он от моего великана просто поперхнулся! Я бы ему спермой полный желудок закачал!

Осознав, что больше не могу смотреть весь этот бардак, я тихонечко встала со своего места и направилась к выходу. Лысый даже не заметил. Он пребывал в экстазе. Ему было не до меня. Дойдя до леди-фуршет, я дрожащими руками взяла у девушки бокал шампанского и, почувствовав её настороженный взгляд, улыбнулась.

– С вами всё хорошо? – спросила меня девушка на хорошем английском.

– Всё в порядке, – ответила я ей на случай, если девушка, вдруг, поймёт, что я не такая, как все, и сообщит администрации. Может, она не только выполняет функции фуршетной девушки, но и следит за гостями. Этого я не могу знать.

– Я просто перевозбудилась. Такое классное представление!

– Бывает.

Глотнув шампанского, я отошла от девушки как можно дальше и тут же столкнулась с довольно шумной женщиной, закутанной в точно такую же алую простыню, как у меня. Похоже, она выполняла здесь какие-то администраторские функции.

– Какая вы красивая. С кем пришли?

– С Сергеем.

Я назвала фирму Сергея и хотела уйти, но женщина слегка меня приобняла и засмеялась.

– Ах, Серёжка, проказник мой. Вы его подружка?

– Что-то типа того.

– Я Серёжку давно знаю и очень люблю. Мой проказник. Он дружит в основном с моим мужем.

– А вы тут с мужем? – не могла я не удивиться.

– Да. Мы всегда посещаем тематические вечеринки вместе. Мой муж сейчас там же, где Серёга. Наши мальчики сейчас наслаждаются шоу. Как же они к нему долго готовились! Всё проходит на высшем уровне. Нашим мальчикам всё нравится. Как же досконально они к этому готовились, хотели, чтобы всё было по-настоящему. А ведь, признаюсь по секрету, всё было на мне. Я снимала все размеры, делала эскизы, заказывала. Очень сложная и долгая подготовка была. Если вы поняли, я – организатор всех этих вечеринок. Всё на мне. Меня, кстати, Аня зовут.

– Лера.

– А с Серёжкой вам повезло. Он очень хороший мальчик. Кстати, я сейчас заканчиваю набор в игру «ночные забавы». Не хотите присоединиться?

– А что это за игра?

– К вам в течение двух недель на телефон придёт сообщение, в какое время нужно быть и в каком месте. Это, скорее всего, будет номер очень закрытого отеля. Я лично его курирую. Там даже ваших документов никто не спросит. Вы просто назовёте пароль, который будет указан в телефоне, и вам скажут номер. Фишка в том, что на кровати будет лежать повязка, которой вы завяжете свои глаза, и в полумраке будете ждать того, кто дал вам это сообщение. Его тоже будет ждать повязка, потому что вы не должны друг друга видеть. Разговаривать тоже запрещается. Просто наслаждайтесь и занимайтесь сексом. Конечно, вы можете нарушить правило и поговорить, а вот снимать повязку с глаз запрещается, как и встречаться второй раз. Через две недели к вам опять поступает сообщение, но уже от другого незнакомого мужчины. Телефонные номера разыгрываются между собой. Я слежу за процессом. Иногда может выпадать один и тот же номер. Люди будут встречаться второй раз. Но они не будут об этом знать. Тяжело опознать сексуального партнёра, которого не видел глазами. Фишка в том, что ни вы, ни ваш партнёр не будут знать, с кем занимаются сексом. Я сама такое люблю. Такая необыкновенная равлекаловка в наше скучное время. Ну что, записывать вас?

– Я подумаю, – попыталась я отделаться от этой неприятной и слишком назойливой женщины.

– Думайте. У вас не так много времени. Завтра я закрываю запись и запускаю игру. Кстати, вкладываться и снимать номера не нужно. Вас будет ждать президентский номер с дорогими напитками и закусками. Всё это делается на деньги нашего тайного сообщества. Я, если так можно сказать, держу общак, – с гордостью произнесла женщина.

Я смотрела на женщину и не могла понять, что в ней не так. Вроде бы ухоженная, но её манера общения, жестикуляция, навязчивость и деревенщина никак не тянули на дорогую леди. Какая-то вокзальщина. Создавалось впечатление, что она пришла в это общество из бывших валютных проституток. Сначала работала сама, потом стала мамкой, удачно вышла замуж за влиятельного клиента, но брак её, по сути, не изменил – как была мамкой, так и осталась. Только теперь в её подчинении не валютные девочки, стоящие у дорогих гостиниц в советское время, а высокопоставленные люди, которые ищут хлеба и зрелищ.

– Сергей тоже в эту игру играет?

– Да он самый первый. Этот проказник вообще любит новшества. Люблю я своего мальчика.

– Аня, а вы с ним спали? – сама не знаю, зачем я задала этот вопрос.

– Конечно. Но Серёжка больше любит спать с моим мужем. А муж у меня, между прочим, очень большой генерал. Мальчики любят порезвиться и редко берут меня в свою компанию.

Не говоря больше ни слова, я вновь пошла за шампанским, потому что моя голова просто отказывалась понимать то, что сейчас я не во сне, а в реальности.

Глава 27

– А ты чего убежала? – вновь нашла меня Аня. – Тебе здесь не нравится? Ничего, что я на «ты»? Тут не принято разговаривать официально.

– Нравится, конечно, – соврала я.

– Зачем тогда бегаешь и никуда не пристроишься? Могу тебя отвести в какую-нибудь интересную компанию. У нас тут много клубов по интересам. Я просто ещё не знаю твои вкусы и предпочтения.

– Просто я новичок. Привыкаю. Хожу пока, осматриваюсь. Я раньше не бывала в подобных местах. Нужно время, чтобы привыкнуть. Давай на «ты». Действительно, это не то место, где нужно выкать.

– Привыкай. Тебе нереально повезло, что ты встретила Сергея и что он тебя к нам привёз. Сюда вообще невозможно попасть.

– Это я уже осознала.

– Если честно, я сама не поняла, почему он тебя притащил. За всё время существования нашего тайного клуба он не привёл сюда ни одного гостя.

– А жену?

– Я вообще не знаю, кто она. Я с ней не знакома. Она не член нашего тайного сообщества.

– Странно. Ты здесь с мужем, а Сергей жену не хочет посвящать.

– Это его дела, я в них не вмешиваюсь. Знаю только, жена молодая, детей растит. Пусть живёт девочка в достатке и радуется, что достаток стабильный. А вот тебя сюда Сергей притащил и хочет сделать посвящённой. Он что, реально в тебя так сильно влюбился? Чем ты его зацепила?

– Не знаю. Мы просто хорошие друзья.

– Ой, не рассказывай сказки. Я Серёгу много лет знаю. Если он сюда девушку решился притащить и взял на себя ответственность за то, чтобы потом не было последствий… Это должно башку капитально снести. Сказать, что ты ему небезразлична, значит, ничего не сказать.

– А вы только в Вене собираетесь? – постаралась я перевести разговор на другую тему.

– Нет. По всему миру. И в Москве тоже. Просто Вена – это наше любимое место. Тут мы как дома. Наша последняя самая весёлая вечеринка была в Таиланде. Мы привлекали на неё даже трансов. Ребята до сих пор вспоминают о ней с ностальгией и требуют продолжения банкета. Не понимают, как в этой ситуации тяжело мне. Ведь на моих плечах организация мероприятий. Нужно лететь в Тай, выбивать отличное помещение, везти с собой ребят из спецслужб, которые должны проверить помещение для тематической вечеринки на предмет жучков, камер и прочей ерунды. Народа у нас очень много, сама видишь, поэтому съёмом какой-нибудь роскошной виллы не обойдёшься. Пришлось арендовать огромный дворцовый отельный комплекс. Ты только представь, сколько надо сил и затрат, чтобы проверить весь этот комплекс на предмет левой техники и обеспечить безопасность. Очень сложно. Поэтому Вена для нас – мать родная. Тут у нас всё отработано до мелочей, и не нужно прилагать такие огромные усилия, как в новой стране и в новом комплексе. Так что я вся в разъездах. Но мне моя работа нравится. Всегда приятно дарить людям праздник.

От последних слов меня слегка передёрнуло. Вот уж не думала, не гадала, что свальный грех можно считать праздником.

– Муж, наверное, злится, что тебя постоянно дома нет.

– Да он и не замечает. У него сумасшедшая работа. Он генерал. И не просто генерал, а из тех… – Аня заговорщически показала пальцем вверх.

– Поняла, из каких он?

– Я ж не дурочка.

– Даже не сомневаюсь. Дурочку бы сюда мой проказник не притащил.

– Буду считать это комплиментом.

– Мой муж по командировкам, как проклятый, мотается. Сегодня здесь, завтра там. У них же совершенно нет времени на обычную жизнь. Куда родина отправит, туда и едут. Одним словом, служу Отечеству.

Когда к нам подошла одна очень популярная представительница отечественного шоу-бизнеса, я с огромным трудом сдержалась. В последнее время её стало слишком много. Так много, что из-за неё не хотелось читать прессу и смотреть интернет. Она уже давно растеряла красоту и талант, стала похожа на фрика, который пытается заскочить на подножку уходящего поезда и прыгнуть в последний вагон. Но, в любом случае, какое бы негативное отношение и даже сожаление к ней ни возникало, я никогда бы не подумала, что увижу её вот так, живьём. Причём в реальности она оказалась гораздо симпатичнее, чем на экране.

Женщина хорошо приняла на грудь, вызывающе себе вела и с трудом стояла на ногах. Впрочем, даже простые обыватели, смотрящие телевизор, давно заметили, что с ней творится что-то, и это стало её вполне нормальным поведением, а проще говоря, образом жизни.

– Анька, где этот мудак яйцеголовый? Никак найти его не могу.

– Я думала, ты с ним. Он в дальних апартаментах.

– Хрен разберёшь, я что-то перебрала. Не пойму, где здесь дальние, а где ближние. Всё едино. Я этому муденю сейчас всё скажу. Он в прошлый раз зажал деньги на мой концерт. Ненавижу козла!

– Тося, да не ругайся ты так. Ты ж его знаешь. Он, скорее всего, просто забыл. Он же для тебя ничего не жалеет. Тем более, не из своего кармана, а из бюджетного. Он же тоже их моет. Ты просто ему напомни. Он же хороший мальчик, просто забывчивый.

– Козёл он, а не хороший мальчик. Как я устала иметь дело с мудаками! Но я же не виновата, что вокруг одно мудачьё.

– Когда сегодня будете заниматься садо-мазо, и ты будешь самой строгой госпожой Тосей, накажи его посильнее, – усмехнулась Аня.

– Не то слово. Заставлю сожрать мои туфли и так отхерачу плёткой по яйцам, что он возьмёт больничный и на работу не выйдет.

– Выйдет, куда денется. Наш мальчик терпеливый. Он любит, когда его наказывают. А на работу пусть ходит, иначе кто будет финансировать твои концерты и сгонять на них людей. За свои денежки в наше время нет желающих покупать билеты. Народ дожился до того, что его на пинках нужно даже за бесплатно загонять.

– Анька, это потому что народ меня не любит или у него денег нет?

– Да как тебя можно не любить? – попыталась успокоить пьяную звезду Аня. – Ты у нас самая, самая, самая… Просто у народа сейчас нет денег. Да тебе их деньги-то и не нужны. Сколько ты с платных концертов заработаешь? Тем более, платить никто не хочет, а вот с благотворительных – другое дело. Никто не упрекнёт, что ты людей собираешь за деньги. Ты даришь им себя бесплатно. А про бюджетные денежки народу знать необязательно. Так что иди, наказывай своего мальчика, и не пей больше, а то и уснуть недолго, а у нас веселье в самом разгаре.

– Убью гада. Мне ремонт доделать нужно. Мы же договорились, минимум один концерт в месяц. Я же не для себя прошу, а для народа, ведь я выполняю великую миссию на этой земле – я занимаюсь благотворительностью.

– Только не расстраивайся, Тося. Твой раб ждёт тебя. Покажи ему, как ты умеешь злиться и наказывать его за непослушание.

– Анька, хочешь, поглазей, что я сейчас с этой тварью сделаю. Он отсюда не ногами выйдет, а выползет.

– Нет уж, дорогая, ты же видишь, у меня здесь дел невпроворот. Как-нибудь без меня. Вы-то развлекаетесь, а я за всё отвечаю. Так что давай, надевай костюм госпожи и иди, выбивай из своего раба бюджет. Я отправила тебе ещё парочку рабов в помощь, чтобы ты этого не забила.

– Ну, Анька, ты как скажешь, хоть стой, хоть падай. «Иди, выбивай бюджет»! Ха-ха-ха!

Наконец эти две «подруги» ушли, не обращая на меня никакого внимания.

– Во дела, – выдохнула я и вновь отправилась за шампанским.