Читать книгу "Риски России: экология и здоровье"

5.4. Онкологические заболевания

Химический канцерогенез – сложный многоступенчатый процесс образования опухоли, происходящий под длительным воздействием химических веществ – канцерогенов, в основе которого лежит поражение генов и эпигенетические изменения.

Химические канцерогены ответственны за возникновение до 80—90% всех злокачественных опухолей человека. Химический канцерогенез часто разделяют на три стадии: инициацию, стимулирование и прогрессию.

Механизмы химического канцерогенеза. Практически установлено, что развитие рака происходит от одной поврежденной клетки. В процессе развития через множество стадий клетка может размножать самою себя через повторные деления от формы большого клона до опухолевых клеток. Начальная стадия развития ненормальной клетки происходит от повреждения или мутации в генетическом материале ДНК. Эти повреждения могут быть спонтанными или быть вызваны экзогенными факторами, такими как экспозиция химических канцерогенов или радиацией. Вероятность развития опухоли от одной поврежденной клетки может зависеть от различных факторов, таких как способность клетки к восстановлению повреждения, присутствие других эндогенных и экзогенных агентов, которые могут ускорять или подавлять развитие опухоли, а также эффективность иммунной системы.

Экспериментальные данные о развитии рака на моделях животных, а также наблюдения за людьми, больными раком, свидетельствуют о наличии значительного интервала между экспозицией агента, ответственного за развитие опухоли, и первыми проявлениями опухоли. Этот интервал получил название индукционный период или латентный период. Иногда его называют индукционно-латентный период. Для человека продолжительность индукционно-латентного периода варьирует от 4—6 лет при развитии радиационной лейкемии до 40 и более лет для некоторых случаев асбестоз зависимых опухолей (мезетелиом). В большинстве случаев интервал развития опухолей варьирует от 12 до 25 лет.

В отношении механизмов канцерогенеза существенное значение имеют стадии развития опухолей. Исследования на животных подтверждают наличие 2 основных стадий: инициации и промоции. Классическим примером этого является модель опухоли кожи у мышей. Малые дозы канцерогена, известные как инициаторы, – обычно используют полициклические ароматические углеводороды – наносятся на кожу. Последующее нанесение на кожу определенных веществ, известных как промоторы или активаторы – обычно это кротоновое масло – вызывают развитие опухолей в последующем при нанесении малых доз ароматических углеводородов. Следует заметить, что без воздействия кротонового масла вслед за нанесением малых доз канцерогена опухоль не будет развиваться. В то же время при нанесении на кожу больших доз канцерогена опухоль может развиться и без воздействия активатора.

Нанесение на кожу только промотора или нанесения на кожу только инициатора не будет сопровождаться развитием опухоли кожи. Подобные стадии были показаны и при развитии опухолей других органов, таких как печень, легкие и трахея. Например, введение малых количеств нитрозаминов (инициаторы) с последующим регулярным введением полихлорированных бифенилов (активатор) вызывает развитие рака печени у мышей.

Таким образом, канцерогены могут быть разделены на инициирующие агенты или вызывающие «раннюю стадию» канцерогенеза и активирующие агенты или вызывающие «позднюю стадию» канцерогенеза. Некоторые агенты, например табачный дым, обладают обоими свойствами – инициацией и активацией канцерогенеза, поэтому такие агенты получили название «полных канцерогенов». Существенно также отметить, что для большинства токсических веществ необходимо длительное воздействие на ткани-мишени для того, чтобы вызвать хроническое отравление. Для инициатора канцерогенеза достаточно однократного воздействия на ткань-мишень, чтобы вызвать повреждение генетического материала клетки, необходимое для развития спустя годы опухоли. Продолжительное воздействие активатора сродни действию химических агентов, которое мы наблюдаем при хронических отравлениях, хотя они и не сопровождаются формированием каких-либо специфических субстратов хронического отравления. Хронический канцерогенный эффект возможен лишь при последовательном воздействии обеих агентов (индуктора и активатора). Этим процесс канцерогенеза отличается от хронического отравления.

Для большинства токсических веществ существует дозовая зависимость повреждающего эффекта. Если пороговой дозы не существует, не может быть речи о повреждающем действии данного агента для человека и животных. Для канцерогенов определение порога канцерогенного действия представляет большие трудности. Если не существует порога, это означает, что не существует канцерогенной дозы, кроме нуля. Это обстоятельство вызвало большие противоречия в отношении существования порога канцерогенного действия. Тот факт, что развитие опухоли может инициироваться от повреждения ДНК в одной клетке, теоретически предопределяет возможность необходимой для индукции опухоли дозы агента равной одной молекуле канцерогена. Хотя вероятность образования опухоли может увеличиваться с увеличением частоты и величины экспозиции канцерогена, однократной ничтожно малой экспозиции может быть достаточно. Например, в модели рака кожи у мышей, описанной ранее, однократной экспозиции полициклического ароматического углеводорода вполне достаточно для развития опухоли.

С другой стороны, трудно представить такую ситуацию, когда одна молекула канцерогена беспрепятственно может проникнуть в клеточное ядро и достичь ДНК, ответственную за репродукцию клетки. На ее пути встретятся другие клеточные элементы готовые вступать в контакт с канцерогенным агентом. Кроме того, канцерогенный агент обычно подвергается метаболизму микросомальными оксидазами, в результате чего также снижается количество молекул, способных вызывать повреждение ядерной ДНК. Существующий в клетках механизм репарации поврежденной ДНК также может встать на пути клонирования поврежденных клеток еще до того, как процесс клонирования начнется. Наконец, существующий в клетках и тканях механизм иммунной защиты может разрушать мутированный материал, прежде чем появится опухоль (29).

Говоря о промышленных канцерогенах нельзя не остановиться на критериях канцерогенных эффектов, утвержденных Международным агенством по изучению рака (МАИР). Классификация канцерогенов включает следующие группы:

Группа 1. Канцерогены, доказанные для человека. Эта группа включает такие вещества и группы химических веществ, для которых есть доказательства, полученные на основе эпидемиологических исследований. В эту группу включены: бензол, винилхлорид, шестивалентный хром, асбест, мышьяк, кадмий, диоксины, никель, эпихлоргидрин.

Группа 2. Канцерогены вероятные для человека. Эта группа включает такие вещества и группы химических веществ, для которых, с одной стороны, почти доказана канцерогенность для человека, с другой, нет абсолютных доказательств. В этой группе есть две подгруппы: группа 2 А и группа 2 В.

Группа 2 А. Эта группа включает вещества, для которых есть ограниченный перечень доказательств для человека и достаточно доказательств канцерогенности для животных. В эту подгруппу включены: бенз (а) пирен, формальдегид, 1,3 бутадиен, акрилонитрил, тетрахлорэтилен, бериллий.

Группа 2 В. Эта группа включает вещества, в отношении которых нет адекватных доказательств для человека и достаточно доказательств для животных (гексахлоран, гидразин, 1,2-дихлорпропан и др.)

Группа 3. Неклассифицированные вещества. Эта группа включает вещества и группы химических веществ, которые не могут быть классифицированы как канцерогены для человека.

При получении новых данных, например, по результатам краткосрочных экспериментов, вещества из группы 3 могут перейти в группу 2 В, а из группы 2 В в группу 2 А. МАИР приняло также решение, что вещества, входящие в группы 1 и 2 канцерогенны для человека (1).

В таблице представлены промышленные канцерогены 1-й группы и локализация рака у экспонированных ими промышленных рабочих (30).

Таблица 8. Промышленная экспозиция и локализация рака.

По данным ВОЗ, в 2000 году в мире было зарегистрировано более 10 миллионов случаев заболевания злокачественными опухолями, от рака умерли более 7 миллионов человек; прогнозируется, что к 2020 году число вновь выявленных случаев рака достигнет 20 миллионов и более 12 миллионов человек будут ежегодно умирать от рака. В то же время в ряде экономически развитых стран в последние годы удалось преломить негативные тенденции: наблюдается снижение заболеваемости и смертности от многих форм рака, при этом средняя продолжительность жизни населения растет. Но происходят эти благоприятные сдвиги только в тех странах, где активно и широко используются научно обоснованные меры профилактики злокачественных опухолей.

В России в 21 веке ежегодно почти полмиллиона человек заболевают раком, а около 300 тысяч умирают от этого опасного недуга. По статистике, более чем один из пяти ныне живущих россиян заболеет раком, под угрозой находится 23% населения. Онкологическая заболеваемость постоянно растет. В 2006 году зарегистрировано 475432 новых случаев рака, показатель заболеваемости на 100 тысяч населения составил 333,7; прирост за 10-летний период – 15,9%. Смертность от злокачественных опухолей в России не уменьшается. В 2006 году от рака умерли 283722 человека; показатель смертности составил 199,1 на 100000 населения, за 10 лет данный показатель достоверно не изменился. И следует подчеркнуть, что при достаточно высоких показателях онкологической заболеваемости и смертности, средняя продолжительность жизни населения в нашей стране существенно ниже, чем в экономически развитых странах и многих странах третьего мира.

По мнению ряда ученых главная роль в развитии рака принадлежит питанию: факторы питания среди причин рака составляют 35%. На втором месте находится курение: 30% случаев рака обусловлено употреблением табака. Удельный вес всех остальных причин рака значительно меньше. Разумеется, нельзя рассматривать каждый из этих факторов в отрыве друг от друга, все решает их сложная совокупность. Помимо названных перечень причин рака включает следующие: вирусы и инфекции, сексуальные факторы, профессиональные канцерогены, алкоголь, загрязнение окружающей среды, наследственность, ультрафиолет, ионизирующая радиация, пищевые добавки, лекарственные средства и медицинские процедуры, неизвестные факторы. Роль этих факторов в развитии рака снижается по мере их перечисления.

Неполноценность питания особенно актуальна для России. Многолетние исследования, проведенные в различных регионах страны Институтом питания РАМН, позволили сделать заключение, что более 80% населения страны питаются нерационально и несбалансированно. Наиболее характерны для российского населения следующие нарушения питания: избыток калорий, жира, особенно животного жира, трансжиров – маргарина, холестерина, моно – и дисахаридов (сладостей); недостаток полноценных белков (рыбы, мяса, бобовых, орехов), незаменимых аминокислот, ПНЖК омега-3, пищевых волокон, фосфолипидов; дефицит ряда микронутриентов: витаминов С, Е, В₂, В₉; каротиноидов, флавоноидов; кальция, калия, йода, селена.

В России общий риск смерти от рака составляет около 60%, что выше, чем в Великобритании и Соединенных Штатах, где данный показатель составляет 40% и 33%, соответственно.

Отношение смертности к числу новых случаев заболевания, косвенно отражающее показатель выживаемости при раке, для российских мужчин выше, чем для женщин (0,72 против 0,49). Он также выше, чем для американских и европейских мужчин (0,36 и 0,44 соответственно).

Согласно докладу, столь пугающее бремя онкологических заболеваний в России обусловлено рядом причин. Так, из-за резкого экономического неравенства у людей, живущих за пределами крупных городов, доступ к онкологической помощи ограничен. Расположение медицинских учреждений по всей территории страны неравномерно, и такое неравенство наиболее отчетливо проявляется при сравнении городских и сельских районов.

Исторически большинство специализированных центров располагалось в Москве и Санкт-Петербурге, где проживает всего 12% населения. Согласно докладу, в последнее время были предприняты усилия по улучшению ситуации, но население сельских и отдаленных районов по-прежнему испытывает недостаток в медицинском обслуживании, не имея доступа к основным услугам или квалифицированным медицинским специалистам.

5.5. Нарушение репродуктивных функций

Длительное время, различные нарушения репродуктивного здоровья отмечались всегда и их объясняли непознанными еще природными обстоятельствами. Пока не грянул гром.

Тератогенез.

В 1954 году немецкой фармацевтической компанией «Chemie Grünenthal» было разработано лекарство «Талидомид». В его основу вошли антибиотики из пептидов. Терапевты во всем мире находились под очень сильным впечатлением, ведь препарат не выявил побочных эффектов и проявил себя с самой лучшей стороны. В 1957 г. препарат поступил в продажу в Германии. А на следующий год, он уже продавался под 37 названиями в 45 странах мира. Дополнительных исследований больше нигде не проводилось. В том же году талидомид рекламировали как лучшее лекарство, предназначенное для беременных и кормящих матерей от токсикоза и предродовых беспокойств.

Но никто не обратил внимания на тот факт, что 25 декабря 1956 года родилась девочка без ушей. Это произошло в семье одного из сотрудников «Chemie Grünenthal», который давал своей беременной жене препарат. А к 1961 г. разразилась катастрофа: число младенцев с врождёнными уродствами значительно возросло. В результате разбирательства выявились кошмарные последствия употребления беременными женщинами талидомида. Лекарство буквально уродовало эмбрион. 40% детей, рожденных после приема препарата, не прожили и года. А выжившие, отличались внешними дефектами. Наиболее распространенным является полное отсутствие конечностей или их недоразвитость. Было установлено, что в период с 1956 по 1962 годы в ряде стран мира родилось по разным подсчётам от 8000 до 12 000 детей с врождёнными уродствами, обусловленными тем, что матери принимали препараты талидомида во время беременности; лишь в Западной Германии родилось около 3000 детей – жертв талидомида.

Талидомидовая трагедия заставила многие страны пересмотреть существующую практику лицензирования лекарственных средств, ужесточив требования к лицензируемым препаратам. Начались систематические исследования лекарственного тератогенеза как на экспериментальном, так и на клиническом уровне. Эти исследования получили распространение и на другие химические вещества, существующие в окружающей среде и способные попасть в организм беременной женщины.

Вместе с тем, при более глубоком изучении лекарственного тератогенеза на клиническом уровне выяснилось, что все не так просто. Вокруг этой проблемы роится немало мифов. Одним из основных мифов является мнение о том, что все лекарственные средства могут обладать тератогенным эффектом. Между тем, даже те лекарственные препараты, тератогенный эффект которых доказан, не вызывают развитие уродств в 100% случаев, их число не превышает 1%. Около 60% нарушений внутриутробного развития вызваны неизвестными причинами, 25% – генетическими факторами и 10% – факторами окружающей среды.

Ребенок с врожденными пороками может появиться на свет в любой семье – молодой, здоровой, без вредных привычек, с нормально протекающей беременностью. По данным многолетней статистики, во всем мире около 5% детей рождается с врожденными заболеваниями, из них врожденные аномалии встречаются у 2—3%.

Одна из наиболее частых причин врожденных пороков – вирусное заболевание краснуха. Если мать заболевает краснухой в первые три месяца беременности, это может привести к непоправимым аномалиям развития плода. Потенциально опасны и венерические болезни. Например, сифилис может передаваться от матери плоду, следствием чего бывают выкидыши и рождение мертвого ребенка. Эритробластоз плода может стать причиной рождения мертвого ребенка либо тяжелой анемии новорожденного с развитием умственной отсталости. Заболевание возникает в случаях резус несовместимости крови матери и плода (обычно при повторной беременности резус-положительным плодом). Еще одним наследственным заболеванием является муковисцидоз. Это генетически обусловленное нарушение функции всех экзокринных желез (слизистых, потовых, слюнных, поджелудочной железы и других), которые начинают вырабатывать чрезвычайно вязкую слизь, что приводит к тяжелому поражению бронхолегочной системы с развитием дыхательной недостаточности. У части больных нарушается преимущественно деятельность пищеварительной системы. Болезнь обнаруживается вскоре после рождения и иногда вызывает кишечную непроходимость у новорожденного в первый же день жизни. Некоторые проявления этого заболевания поддаются лекарственной терапии. Наследственным заболеванием является и галактоземия, обусловленная отсутствием фермента, необходимого для метаболизма галактозы (продукта переваривания молочного сахара) и приводящая к образованию катаракты и повреждениям мозга и печени. До недавнего времени галактоземия была частой причиной детской смертности, но сейчас разработаны методы ранней диагностики и лечения посредством специальной диеты. Синдром Дауна, как правило, обусловлен наличием в клетках лишней хромосомы. Человек с этим заболеванием обычно низкого роста, со слегка раскосыми глазами и сниженными умственными способностями. Вероятность синдрома Дауна у ребенка растет с увеличением возраста матери. Фенилкетонурия – заболевание, вызываемое отсутствием фермента, необходимого для метаболизма определенной аминокислоты. Оно тоже может быть причиной умственной отсталости. Некоторые врожденные пороки удается частично или полностью исправить хирургическим путем. В их число входят родимые пятна, косолапость, пороки сердца, лишние или сросшиеся пальцы на руках и ногах, аномалии в строении наружных половых органов и мочеполовой системы, расщепление позвоночника, «заячья» губа и «волчья пасть». К порокам относятся также пилорический стеноз, т. е. сужение перехода от желудка к тонкому кишечнику, отсутствие заднепроходного отверстия и гидроцефалия – состояние, при котором в черепе накапливается избыток жидкости, приводящий к увеличению размеров и деформации головы и умственной отсталости.

Многочисленные исследования привели к следующим обобщениям. Под тератогенезом понимают (от греч. – чудовище, урод) возникновение уродств (уродов) в результате как ненаследственных изменений – различных нарушений зародышевого развития (слияние парных органов, например, глаз; отсутствие, недоразвитие, избыточное или неправильное развитие отдельных органов и др.), так и наследственных изменений – мутаций (например, расщепление верхней губы и нёба, короткопалость, шестипалость, нарушения развития половой системы и др.).

Выделяют следующие закономерности влияния тератогенных факторов, имеющие важное практическое значение:

– действие тератогенных факторов имеет дозозависимый характер. У разных биологических видов дозозависимость тератогенного действия может различаться;

– для каждого тератогенного фактора существует определенная пороговая доза тератогенного действия. Обычно она на 1—3 порядка ниже летальной.

Некоторые лекарственные препараты для плода являются беспороговыми, то есть их повреждающее действие проявляется даже при самых минимальных дозах, не вызывающих никаких токсических эффектов и остающихся незамеченными беременными женщинами. Беспороговостью тератогенного действия обладают и ряд химических токсикантов. Последнее представляет особую опасность для жителей городов с хроническим загрязнением атмосферного воздуха. Сообщение метеослужб о том, что содержание химических веществ в атмосферном воздухе не превышает ПДК, то есть является безопасным для населения, не относится к безопасности плода в утробе беременной женщины. Риск тератогенных эффектов остается даже при концентрациях ниже ПДК!

Наиболее доказанным является то положение, что тератогенный эффект возникает преимущественно в результате приема лекарственных средств с 3-й по 10-ю неделю беременности. Он заключается в нарушении дифференцировки тканей плода, из-за чего может родиться ребенок с пороками развития конечностей, головы, внутренних органов: сердца, желудочно-кишечного тракта, мочеполовой системы, центральной нервной системы и др. В зависимости от особенностей порока ребенок может оказаться нежизнеспособным и погибнуть вскоре после рождения, а может остаться инвалидом на всю жизнь. Некоторые пороки (половой системы, органов зрения, слуха, а также нарушения интеллекта, поведения) обнаруживают не сразу, а по мере становления соответствующих функций.

Возникновению тератогенного эффекта способствуют длительный прием лекарственных веществ, особенно в высоких дозах, наличие у беременной женщины патологии элиминирующих органов (почек, печени), особой генетической предрасположенности. Имеет значение и возраст женщины: тератогенный эффект чаще возникает у юных, еще недостаточно сформированных женщин в возрасте 12—14 лет, и у женщин с завершающейся функцией репродуктивной системы – в возрасте старше 40 лет.

По степени опасности для человеческого плода различают три группы лекарственных средств:

Первая группа – наиболее опасные препараты: талидомид (легкое снотворное, применявшееся за рубежом), андрогены, метотрексат и другие антифолиевые препараты, диэтилстильбэстрол.

Вторая группа – препараты средней степени опасности: дифенин, фенобарбитал и некоторые другие противоэпилептические средства, цитостатики.

Третья группа – менее опасные (но широко применяемые) препараты: салицилаты, левомицетин, тетрациклины, изониазид, фторотан (опасен для работающих в анестезиологическом отделении), сибазон и другие бензодиазепины, мепротан, аминазин, резерпин, дикумарин и другие антагонисты витамина К.

Закономерен вопрос: всегда ли тератогенез связан с поступлением в организм чужеродных химических веществ, лекарственных препаратов или при наличии вирусной инфекции у беременной женщине? Нет, не всегда. Например, доказано существование нарушений внутриутробного развития при дефиците фолиевой кислоты. При дефиците в организме матери фолиевой кислоты наблюдаются дефекты развития нервной трубки (анэнцефалия и расщепление позвоночника), сердечно сосудистой системы, мочевых путей и конечностей.

В каких случаях у женщин заведомо возникает дефицит фолиевой кислоты? Прежде всего, в результате недостатка фолиевой кислоты в диете беременной женщины. У женщин, длительно получавших противосудорожные препараты, концентрация фолиевой кислоты в крови снижается в 3—4 раза. У женщин, получающих цитостатическую терапию антагонистами фолиевой кислоты (метотрексат), также в значительной степени снижается концентрация фолиевой кислоты в крови. Нарушения обмена фолатов у плода могут возникать при приеме сульфаниламидных антибактериальных средств. А также противодиабетических сульфаниламидов. Все это у плода вызывает нарушение обмена фолатов и тератогенез. Центр по контролю и предупреждению болезней США подтвердил, что применение беременными 0,4 мг фолиевой кислоты ежедневно способствует снижению частоты дефектов нервной трубки на 50—70%. В других исследованиях было показано, что назначение беременным поливитаминов (включая 0,8 мг фолиевой кислоты) снижает частоту многих врожденных аномалий. Женщинам с отягощенной наследственностью по врожденным дефектам спинного мозга дозировка фолиевой кислоты увеличивается на порядок до 4 мг в сутки.

Исследования продолжались в направлении поиска других подобных эффектов, причиняющих вред репродуктивной функции человека. В конце концов, было установлено свыше1500 нозологических форм наследственных болезней, развивающихся у многих миллионов людей на земном шаре. Известно, что на 1000 новорожденных 7 имеют цитогенетический дефект, 15% всех беременностей заканчиваются абортами, 30% всех спонтанных абортов обусловлены хромосомными отклонениями. Общая частота наследственных заболеваний составляет 2—4% общей патологии. В результате систематизации полученных наблюдений к группе болезней, относящихся к нарушениям репродуктивной функции человека, были отнесены следующие: эмбриотоксические, фетотоксические, тератогенез, мутагенные, гонадотоксические и трансплацентарный канцерогенез.

Эмбриотоксичность.

Под эмбриотоксичностью понимают – способность физических, биологических, химических и других агентов оказывать отрицательное действие на развивающийся эмбрион. Установлено, что эмбриотоксичность преимущественно проявляется в первые 3 недели беременности, а фетотоксичность (гибель эмбриона) может иметь место на протяжении всей беременности, но чаще всего в более поздние сроки.

Нарушения репродуктивной функции, связанные с действием химических веществ, были известны много веков назад. Например, опасность свинца для репродуктивной функции была установлена еще в античном Риме. Свыше 100 лет назад у женщин экспонированных свинцом занятых в гончарной промышленности был установлен повышенный риск бесплодия, мертворождаемости и повышенной смертности новорожденных. Также в конце 19-го начале 20-го веков попали под подозрение множество других химических веществ на предмет возможного их негативного влияния на репродуктивную функцию женщин. Во время 2-й мировой войны многие женщины вынуждены были работать на промышленных предприятиях. С целью предупреждения нарушений репродуктивной функции правительство США издало директивный документ, предусматривающий запрет допуска к работе с чрезвычайно токсичными соединениями беременных женщин. После войны большинство женщин вернулось к домашней работе или к работе вне промышленных предприятий и интерес к токсическим рискам нарушений репродуктивной функции заметно снизился.

Однако в 1950-х годах интерес к данной проблеме вновь резко возрос в связи с развитием эпидемии рождения детей с задержкой умственного развития, церебральными параличами, с задержкой физического развития. Такие дети родились у матерей, которые питались рыбой загрязненной метилртутью в заливе Минимата (Япония) в непосредственной близости от предприятия по производству поливинил хлорида. В 1968г. использование загрязненного кухонного масла полихлорированными бифенилами вызвало заболевание, получившее название Yusho в нескольких провинциях Японии. Репродуктивные эффекты включали задержку внутриутробного развития плода и эпидермальные повреждения по типу гиперпигментации кожи (25).

Чуть позже появились свидетельства повышенной распространенности нарушений репродуктивной функции, в частности, нарушений внутриутробного развития у беременных женщин, проживающих в экологически неблагополучных районах России (тогда Советского Союза). В некоторых исследованиях приводятся данные о повышенной частоте самопроизвольных абортов среди женщин, проживающих в таких городах с загрязненной окружающей средой, как Кировград, Красноуральск (медеплавильная промышленность), Никель и Мончегорск (алюминиевая промышленность), Байкальск Иркутской области (целлюлезно-бумажный комбинат) и Чапаевск с высоким уровнем диоксинов в окружающей среде.

Повышенной частотой спонтанных абортов характеризуются также сельскохозяйственные районы с наиболее высокой пестицидной нагрузкой, например южные регионы России. В Ростовской области, в районе с высоким уровнем внесения пестицидов, у женщин, которые более 10 лет проживали в этой местности, частота спонтанных абортов в 1,5 раза выше, чем в контрольной группе (2).

Воздействие экологических факторов риска на здоровье беременной и плод приводят к появлению большого числа детей с малой массой (весом до 2500г). Проведенные эпидемиологические исследования в Чехии показали, что воздействие таких экологических факторов риска как диоксид серы, взвешенные частицы и оксиды азота в каждом триместре беременности сопровождались увеличенным числом родившихся детей с малым весом.

В России увеличение числа новорожденных с малым весом зафиксировано в загрязненных городах (Красноуральск, Кировград, Каменск-Уральский, Нижний Тагил, Чапаевск, Ангарск и Зима), а также вблизи алюминиевого завода в Красноярске, никелевого завода в Норильске, нефтехимических заводов в Томске и Кемерово.

Рост числа новорожденных с врожденными пороками развития отмечается в городах со специализированной химической промышленностью – Стерлитамаке, Дзержинске, Кирово-Чепецке, Чапаевске, Новомосковске. Проведенные в США исследования позволили установить более высокое число детей с врожденными пороками развития при проживании их родителей вблизи мест размещения токсических отходов, в районах с интенсивным применением пестицидов. Выявлено значение таких факторов риска, как профессиональный контакт матери с пестицидами, использование пестицидов в домашнем хозяйстве, проживание на расстоянии менее 0,4км от сельскохозяйственных объектов.

У 15,9% женщин, проживающих в районах Алтайского края, где ранее проводились испытания ядерного оружия, достоверно чаще, чем у жительниц Барнаула, выявлены нарушения репродуктивной функции, которые осложняли течение беременности. У женщин, подвергшихся воздействию радиации до наступления беременности, установлено в 1,5 – 2 раза увеличение частоты угрозы прерывания беременности, преждевременных родов, анемий и кровотечений в родах, увеличение частоты асфиксий новорожденных.

Приведенные выше наблюдения позволили определить перечень химических веществ, вызывающих нарушения репродуктивной функции. Это: ртуть, свинец, кадмий, марганец, мышьяк, полициклические ароматические углеводороды (ПАУ), дибромхлорпропан, полихлорированные бифенилы (ПХБ), хлорсодержащие вещества, альдрин, дихлорэтилен, диэльдрин, гексахлорциклогексан, бензол, сероуглерод, органические растворители, ионизирующая радиация. Среди нарушений репродуктивной функции, связанных с действием указанных веществ, наиболее часто встречаются: нарушения менструального цикла, спонтанные аборты, бесплодие, хромосомные нарушения, слепота, глухота и задержка умственного развития у детей, малый вес при рождении, врожденные пороки развития, микроцефалия, нарушение спермы, стерильность, бесплодие, снижение фертильности, рак у детей.

Потребление больших количеств алкоголя беременной женщиной увеличивает риск развития у ребенка многих отклонений, называемых в совокупности алкогольным синдромом плода и включающих задержку роста, умственную отсталость, аномалии сердечно сосудистой системы, маленькую голову (микроцефалия), слабый мышечный тонус. Наблюдения показали, что употребление кокаина беременными приводит к серьезным нарушениям у плода. Потенциально опасны и другие наркотики типа марихуаны, гашиша и мескалина. Была обнаружена связь между употреблением беременными женщинами галлюциногенного средства ЛСД и частотой спонтанных выкидышей. Согласно экспериментальным данным, ЛСД способен вызывать нарушения структуры хромосом, что указывает на возможность генетических повреждений у еще не родившегося ребенка. Неблагоприятное действие на плод оказывает и курение будущих матерей. Исследования показали, что пропорционально числу выкуриваемых сигарет учащаются случаи преждевременных родов и недоразвития плода. Возможно, курение повышает и частоту выкидышей, рождения мертвых детей, а также детскую смертность непосредственно после родов.