Читать книгу "Сталин: Взгляд со стороны. Опыт сравнительной антологии"

Новый класс зародился в революционной буре, в недрах коммунистической партии, но таким, как есть, он становился уже при революции индустриальной: без нее и без индустрии его положение не обрело бы прочности, а сила – полноты. Осуществление общенациональной задачи – промышленного переустройства – означало одновременно и победу нового класса как такового. Так два разных процесса, совпав по времени, волей неукротимого стечения обстоятельств тесно переплелись между собой.

В разгар индустриализации, настежь распахнув двери перед прикарманиванием разнообразнейших привилегий, Сталин начал вводить значительные и всё более заметные различия в заработках. Он понял, что индустриализации не будет, если новый класс не заинтересовать в ней материально, если не дать ему по-настоящему дорваться до собственности. А без индустриализации и сам новый класс вряд ли бы выжил: просто не нашел бы для этого ни исторического оправдания, ни материальных источников.

С тем же связано и расширение партийных рядов, партбюрократии в том числе. В 1927 году, накануне индустриализации, в советской коммунистической партии состояло 887 тысяч 233 человека, а в 1934, то есть после первой пятилетки, – уже 1 миллион 847 тысяч 488 человек. Явление новое, откровенно сопряженное с индустриализацией: шансы нового класса росли, росли и привилегии тех, кто к нему принадлежал. Более того, привилегии и сам класс разбухали интенсивнее, чем продвигалась индустриализация. Статистическими выкладками это подтвердить непросто, но такой вывод напрашивается сам по себе, он доступен даже поверхностному наблюдателю – тем более если помнить, что подъем производства несравнимо опережал улучшения в жизненном уровне народа. Львиная доля плодов прогресса экономики, достигнутого ценой лишений и огромного напряжения масс, со всей очевидностью «прилипала к рукам» нового класса.

И сам процесс становления нового класса не шел, да и не мог идти гладко. Сопротивление при этом оказывали не только прежние классы и партии, но и революционеры, которым никак не удавалось примирить действительность с идеалами революционной поры. В СССР отпор революционеров наиболее заметным образом проявился в конфликте между Троцким и Сталиным. Столкновение Троцкого со Сталиным, оппозиционеров в партии со Сталиным, как и режима в целом с крестьянством, не случайно принимало всё более острые формы по мере обострения обстоятельств, сопровождавших индустриализацию, а именно – укрепления могущества и господства нового класса²¹⁵.

В. С. Лельчук[64]64
  Лельчук В.С. (1929-?) – советский и российский историк, доктор исторических наук.


[Закрыть]: При всей масштабности промышленного преобразования, ставшего реальностью в это десятилетие, до рубежей, провозглашенных Сталиным и Молотовым, было слишком далеко. В 1939 году на XVIII съезде ВКП(б) речи, произнесенные в 1931 году, уже никто не вспоминал. В докладах приводилось множество показателей, свидетельствовавших о значительном отставании СССР в сфере экономики. И тут же снова выдвинули задачу догнать и перегнать. Объявили даже о переходе от социализма теперь уже к коммунизму.

В целом политика подхлестывания не прекращалась. Принимались новые решения, плодились хозяйственные наркоматы, штат чиновников в центре и на местах разбухал. Но даже они начинали понимать слабости затратного механизма, опасность чрезмерной централизации, излишнюю директивность планов. Не помогло и ужесточение трудовой дисциплины, удлинение в 1940 году рабочего дня, введение шестидневной рабочей недели. Фондоотдача оборудования фактически оставалась такой же, как и в 1928 году. Сохранившиеся в архивах материалы показывают, что даже накануне войны сельское хозяйство, едва вернувшись к показателям доколхозной деревни, вносило в национальный доход страны больше, нежели промышленность. Следовательно, сталинский тезис о превращении России из аграрной в индустриальную, мягко выражаясь, истине не соответствовал…

Что же касается скачка, то он состоялся. Это не миф. То был стремительный процесс насильственного преобразования экономики, установления самодержавия и рождения новой модели развития общества под флагом социализма. То было создание основ для выхода сталинизма за рамки одной страны. Впервые на длительный срок приоритет идеологии над экономикой стал реальностью²¹⁶.

Информация к размышлению

О том, что генсек часто руководствовался не экономическими соображениями при решении экономических проблем, стоящих перед страной, свидетельствуют многочисленные документы. Приведем три примера.

Пока Троцкий имел отношение к Днепрострою, Сталин не поддерживал проект. Обеспокоенный усилением влияния Троцкого, он писал Молотову 20 июля 1925 года: «Т. Молотов! В №-ре 159 (15 июля) “Экономической жизни” читал заметку Проверка проекта Днепровского строительства”, из которой видно, что партия (и ВСНХ) может быть незаметно втянута в дело Днепростроя, требующее до 200 миллионов рублей, если мы вовремя не примем предупредительных мер. Т. Дзержинский издал, оказывается, “приказ”, по которому поручается т. Троцкому представить хозяйственно-технический и финансовый план строительства “к середине октября”, с тем чтобы “необходимые кредиты на подготовительные мероприятия могли быть еще внесены в смету 1923-26 года”. Отпущено т. Троцкому на подготовку плана 30 т[ысяч]рублей…

Я думаю, что ни в этом году, ни в будущем году мы по состоянию своих финансов не можем заняться Днепростроем. Вчера еще отвергли план нефтепровода в Закавказье, хотя он более реален в данный момент и вчетверо дешев. Спрашивается, на каком основании мы должны принять менее реальный для сегодняшнего дня и вчетверо дорогой план Днепростроя? Разве у нас так много денег? Разве Донбасс (район Днепростроя) переживает топливный голод, а не наоборот? Откуда такая спешка с Днепростроем?

Нам нужно прежде всего новое оборудование для наших изношенных заводов и фабрик. Разве эта нужда уже удовлетворена?

Нам нужно, далее, расширить заводы сельскохозяйственных машин, ибо мы всё еще вынуждены покупать за границей самые простые с[ельско]хоз[яйственные] орудия на десятки миллионов руб[лей].

Нам нужно, затем, построить, по крайней мере, один тракторостроительный завод, новый и большой завод, ибо без такого или таких заводов мы не можем дальше развиваться.

Нам нужно, наконец, поставить медное дело, развить производство свинца, улучшить нашу воен[ную] промышленность, ибо без этого нас побьют голыми руками…

Очень прошу тебя, т. Молотов; прочесть это письмо т-щу Дзержинскому. Ввиду важности вопроса прочтите также в семерке и сообщите в двух словах ее мнение»²¹⁷.

Первоначально Сталину не удалось добиться поддержки в «семерке». (В ее состав входили члены Политбюро ЦК Бухарин, Зиновьев, Каменев, Рыков, Сталин Томский и председатель ЦКК Куйбышев. «Семерка» регулярно собиралась и решала все принципиальные вопросы накануне заседаний Политбюро. На заседаниях с участием Троцкого принятые накануне решения утверждались формально.) Однако уже в 1926 году, как только удалось отстранить Троцкого и его имя уже не связывалось с Днепростроем, Сталин изменил свое мнение. Строительство Днепровской ГЭС было признано первоочередным объектом союзного значения.

Еще два примера. В 1933 году секретной телеграммой за подписью Сталина всем ведомствам воспрещалось публиковать иные данные по итогам пятилетки, нежели утвержденные официально. Решение единогласно было одобрено членами Политбюро ЦК.

Выступая на совещании по коллективизации 2 июля 1934 года, Сталин заявил: «Третий вопрос; насчет подсобных предприятий у колхоза. Вы знаете; чем это пахнет? Для чего нам нужны колхозы? Для полеводства и животноводства. Если поставить вопрос о подсобных предприятиях, то о животноводстве забудут. Если вы хотите фабрики, заводы открыть, то это глупость, по-моему. Откуда же вы рабочих получите в городах? Здесь другого источника нет, чтобы брать рабочих в город; откуда вы их получите; если у колхозов дела пойдут лучше; а они пойдут лучше, то вы его палкой не вытащите из колхоза. Вы это знаете? У нас ведь страна, где безработицы нет, излишних рабочих нет. У нас страна колхозная. Если колхознику дать вполне достаточную обеспеченность, то он никуда на завод не пойдет, а вот на подземельные работы их и на аркане не затащишь. А вы говорите о том, что в колхозе фабрики, заводы открыть. Для этого нет сырья. Когда колхозы с сельского хозяйства переключаются на рельсы заводской действительности, надо будет выбирать что-нибудь одно: или сельское хозяйство, или завод: не выбирать нельзя. Надо иметь в виду, что у заводов немало[65]65
  Так в тексте.


[Закрыть], рабочих тоже не хватает, и чем дальше; тем будет больше не хватать»²¹⁸.

Переписка Сталина с членами Политбюро в 1930-е годы явственно демонстрирует, что на смену коллективному руководству, вроде бы предусмотренному партийным уставом, пришла новая система – единовластие генерального секретаря ЦК. В этот период Сталин выступает верховным арбитром в межведомственных конфликтах отраслевых вождей и всё больше и больше переходит к способу управления, получившему в литературе название «ручной режим». Особенно это заметно во время его длительных отпусков. В эти месяцы идет интенсивный буквально ежедневный обмен шифртелеграммами и письмами: члены Политбюро докладывают генсеку о всевозможных текущих проблемах и вопросах и просят «сообщить Вайле мнение».

Весьма характерным в этом смысле является следующее письмо Кагановича, в 1935 году в очередной раз оставленного Сталиным на «хозяйстве» в Политбюро.

«31/VIII

Здравствуйте, Дорогой т. Сталин!

Сегодня у нас было заседание ПБ.

1) Обсудили предложения комиссии т. Антипова по отчетному докладу Наркомлегпрома о хлопчатобумажной, льняной и шерстяной промышленности. Комиссия увлеклась одной стороной дела – техническим перевооружением, заменой машин, импортом и добавкой денег. Всё это необходимо, но исходя из тех предложений, которые Вы давали при докладе, необходимо выпятить раздел об исправлении текущих вопиющих недостатков и вопросы улучшения руководства. Этого как раз и не было в резолюции. Политбюро и поручило комиссии доработать резолюцию, после чего мы ее окончательно отредактируем и пришлем Вам.

2) По вопросу о гидроузле на Волге Политбюро приняло строительство Рыбинского вместо Ярославского.

3) Обсудили подробно вопрос об уборке свеклы, был и т. Косиор. Выделили комиссию во главе с Микояном, которой поручили дать предложения в 3-х дневный[66]66
  Так в документе.


[Закрыть] срок. Все утверждают, что урожаи выше прошлогоднего на 25–30 %, т. е. примерно 120–125 центн[еров] с га. Всё зависит от качества уборки. Возможности сейчас такие, каких никогда не было, ибо на Украине хлебозаготовки будут окончены к 5-му сентября, следовательно, освобождается транспорт и рабочая сила. В директиве мы хотим это подчеркнуть и указать, что все силы необходимо перебросить на свеклу, чтобы иметь много сахару.

4) Опять неважно обстоит с хранением зерна, клещ начинает заражать зерно. Сегодня в порядке проверки мы заслушали этот вопрос, выяснилось, что и со строительством складов, несмотря на то, что много уже построено, всё же не построено 259 складов из строившихся 1712 складов.

Поэтому мы сегодня Клейнера прижали немного. Завтра он уезжает в Омск.

5) В порядке проверки мы также заслушали вопрос о выдаче колхозам государственных актов на бессрочное (вечное) пользование землей. К сожалению, Ваша директива и решение ЦК не выполнены. Один ссылается на другого. Наркомземовцы ссылаются на то, что Госзнак не напечатал самих актов. Мы им поручили обеспечить выдачу до 1-го октября 40 тысяч[ам], а до конца года – 120 тысячам колхозов.

6) Обсудили мы предложения об обеспечении школ письменными принадлежностями. Ввиду того, что Вы очень интересуетесь вопросами школ, и что это сделано по Вашим указаниям, я посылаю Вам проект этого постановления.

7) С хлопком дело обстоит неплохо. По имеющимся сведениям, в Узбекистане урожай 10,5 центн[ера] против прошлого года 8,2. В новых районах (Украина, Сев[ерный] Кавказ) урожай 5–6 центн[еров]. Так что по предварительным предположениям можно будет дать план заготовок 30–31 мил. пуд[ов]. После обсуждения на днях мы определим наметку и запросим Вас.

Привет Вам. Ваш Л. Каганович.

P.S. Сегодня рапортовал нашей хозяйке – Светлане о нашей деятельности, как будто признала удовлетворительной. Чувствует она себя хорошо. Завтра уже идет в школу. Л. К.»²¹⁹

Возникающие проблемы генсек пытался решить с помощью партийно-государственного аппарата. В его силу верил не только он сам, но и его окружение. Так, например, проблемы сельского хозяйства тех лет Сталин пытался решить, реорганизуя народный комиссариат земледелия. При этом он рисовал для себя и своих соратников такую картину окружающей действительности, которая не позволяла им потерять политическое лицо. Долее эта искаженная картина ретранслировалась на партийную массу и общество.

Со временем безусловное подчинение лидеру вырастает у сталинских соратников до абсолютной зависимости от его воли. Устанавливается личная диктатура вождя-хозяина.

Глава 10
Юбиляр

И. В. Сталин: 20 декабря 1939 года Указом Президиума Верховного Совета СССР И. В. Сталину в связи с его 60-летием присвоено звание Героя Социалистического Труда за исключительные заслуги в деле организации большевистской партии, создания Советского государства, построения социалистического общества в СССР и укрепления дружбы между народами Советского Союза.

22 декабря 1939 года товарищ Сталин избран почетным членом Академии наук СССР²²⁰.

С. В. Девятов, Ю.В. Сигачёв, А.Н. Шефов: Звание Героя вождю присвоили ко дню официального шестидесятилетия. При награждении 20 декабря 1939 года он заявил: «Да, в этом году мы хорошо поработали».

Действительно, Сталин и его окружение «поработали» в том году на славу. Налицо были «крупные достижения» в экономике, внешней и внутренней политике и даже в революционной теории. О январском циркуляре, узаконившем пытки, мы уже рассказывали. В том же месяце приняли предельно жесткое постановление о наказании рабочих и служащих, опоздавших на работу (опоздание до двадцати минут каралось взысканием, за большее – увольняли как прогульщиков и выселяли из служебных квартир), и ввели трудовые книжки, в которых отмечались поощрения и взыскания. (В следующем году была введена уголовная ответственность за опоздания на работу. По некоторым данным, за такое нарушение в лагеря было отправлено несколько миллионов человек.) Не были забыты и крестьяне: в мае оформили специальным законом колхозную «барщину», установив ежегодное обязательное число трудодней (колхозники вместо денег получали натуральную оплату, не соответствующую трудозатратам). Приказали взорвать Свято-Троицкий монастырь в Калязине (после завершения кампании по закрытию и сносу православных церквей и монастырей в Советском Союзе осталось лишь около двух тысяч действующих храмов). В августе заключили пакт о ненападении с Третьим рейхом и, подписав секретные протоколы к нему, тайком разделили Европу на сферы влияния. В сентябре разделили с Гитлером Польшу в ходе военных действий, отпраздновали победу, проведя совместный парад частей РККА и вермахта в Брест-Литовске, и подписали с Германией договор о дружбе и границе. В ноябре развязали войну с Финляндией, за что Советский Союз как агрессор был исключен из Лиги Наций. Сам Сталин внес-таки «вклад» в марксистскую теорию, с трибуны XVIII партийного съезда подправив Энгельса по поводу отмирания государства после победы пролетарской революции²²¹.

В. М. Молотов: В своей жизни я дважды назвал Сталина гениальным: один раз в каком-то приветствии, которое не я писал, там была групповая подпись. Сталин рассердился и велел вычеркнуть: «Ты как сюда попал?» – «Попал, как полагается». – «Неужели ты тоже плетешься за всеми?»

Второй раз – на его похоронах.

Гениальным я его не считаю, а считаю великим человеком. На 70-летии назвал великим. К гениальности он приближался в тактике. В теории и стратегии был слабее. Я только Ленина считаю гениальным в нашей партии. Сталин говорил: «Молотов еще сдерживается, Маленков, а другие – эсеры прямо: Сталин, Сталин! Это ведь эсеры так говорят!»

– Говорил так?

– Безусловно, говорил.

– А почему не сделал? Захотел бы…

– Конечно, он не вполне хотел этого, чтоб так уж. Целиком нельзя было прикрыть. Это могло бы иметь в то время отрицательные последствия. Сталину не всегда это нравилось, но в конце немножко и понравилось²²².

Дж. Боффа: На базе достижений второй пятилетки был составлен третий пятилетний план, рассчитанный на период 1938–1942 годов. Он также был обнародован с опозданием, только в марте 1939 года, на XVIII съезде ВКП(б), то есть год спустя после того, как уже должно было начаться его осуществление. Частичная реализация третьей пятилетки потребует отдельного рассмотрения. Дело не только в том, что выполнение плана было прервано гитлеровской агрессией, но также в том, что сам ход его выполнения оказался под воздействием ряда исключительных обстоятельств, важным, но не единственным, среди которых было приближение войны. Тем не менее кое-что об идеях этого плана следует сказать уже здесь, ибо эти идеи входят составной частью в общий процесс индустриализации СССР в довоенный период. С принятием третьего пятилетнего плана впервые была практически сформулирована так называемая основная экономическая задача СССР: «…догнать и перегнать также в экономическом отношении наиболее развитые капиталистические страны Европы и Соединенные Штаты Америки, окончательно решить эту задачу в течение ближайшего периода времени». В экономическом отношении, объяснил на XVIII съезде Сталин, это значит, что выпуск промышленной продукции нужно оценивать уже не только в абсолютном исчислении, но и на душу населения. В этом смысле СССР еще намного отставал не только от Америки, но и от главных европейских стран: благодаря своим размерам он превзошел эти страны только с точки зрения общего объема промышленного производства. Честолюбивые замыслы добиться ускоренного развития легкой промышленности по сравнению с тяжелой индустрией были окончательно отставлены в сторону: третья пятилетка была задумана как план, отдающий приоритет вооружению, топливу, особым сталям, химии; несмотря на достигнутые успехи, химическая промышленность в СССР продолжала оставаться менее развитой, чем в других странах²²³.

Р.А. Медведев: Частичные реабилитации, начавшиеся в 1939 году, были лишь отвлекающим маневром. Сталин рассчитывал, что это несколько успокоит общественное мнение, а также объяснит исчезновение Ежова. Кроме того, небольшое количество реабилитаций должно было подчеркнуть правильность и обоснованность массовых репрессий.

В 1939–1941 годах репрессии в среде партийных и советских работников, военных и деятелей культуры продолжались, но уже не принимали таких масштабов, как в 1937–1938 годах. Встав на путь беззаконий и террора, Сталин не мог ни остановиться, ни сойти с этого пути до конца своей жизни.

После смещения Ежова исполнение вынесенных ранее смертных приговоров временно прекратилось. В переполненных камерах смертников забрезжила надежда. Однако вскоре расстрелы в подвалах тюрем НКВД возобновились. Не стали пересматривать даже дела обвиненных в подготовке «террористических актов» против самого Ежова, а также против Блюхера, Постышева, Эйхе, Косиора, то есть тех, кто был, в свою очередь, объявлен «врагом народа».

Именно в 1939–1940 годах арестовали А. В. Косарева, Н.И. Вавилова, Г. К. Карпеченко, И.Э. Бабеля, В.Э. Мейерхольда, В. Чопича. В 1941 году был арестован поэт и драматург Даниил Хармс (Ювачёв), вскоре умерший от голода в ленинградской тюрьме.

Погиб в это время старый большевик, активный участник гражданской войны и видный в прошлом работник ОГПУ М. С. Кедров, который в 1939 году был уже на пенсии. Один из его сыновей, Игорь, следователь в центральном аппарате НКВД, отличался особой жестокостью. Он участвовал в подготовке «открытых» процессов как при Ягоде, так и при Ежове. Однако, когда после смещения Ежова начался разгром центрального аппарата НКВД, отец и сын Кедровы направили Сталину несколько писем, разоблачающих Берию. Ответом на эти письма был арест и расстрел Игоря Кедрова. В апреле 1939 года арестовали и М. С. Кедрова, но Военная коллегия Верховного суда полностью его оправдала. Берия, однако, не разрешил освободить Кедрова, и в октябре 1941 года его расстреляли. Новый приговор был оформлен задним числом, после расстрела.

В 1939 году был арестован и погиб старейший партийный деятель Ф. И. Голощёкин, на Пражской конференции в 1912 году избранный в ЦК РСДРП. В конце 1930-х годов он занимал пост Главного арбитра Совнаркома СССР.

После отстранения М.М. Литвинова провели новые аресты среди дипломатов и начали готовить процесс по делу «врагов народа в НКИД» – по каким-то причинам он не состоялся.

Неудачи в первый период советско-финляндской войны вызвали немало новых арестов среди военных. Бесследно исчез, например, начальник штаба ЛВО Н. Е. Варфоломеев.

Многочисленные аресты были предприняты и среди тех военных, которые участвовали в гражданской войне в Испании. Еще в 1938 году был вызван в Москву и расстрелян военный атташе в Испании, организатор обороны Мадрида В. Е. Горев, всего за два дня до ареста М. И. Калинин вручил ему орден Ленина. Расстреляли крупного военачальника Г.М. Штерна, который вернулся из Испании, чтобы заменить Блюхера на посту командующего ОКДВА. Штерн был избран на XVIII съезде партии членом ЦК ВКП(б), руководил в 1940 году военными действиями на Халхин-Голе. Незадолго до войны арестовали еще одну группу военных, вернувшихся из Испании, главным образом летчиков, в том числе 22 Героев Советского Союза и нескольких дважды Героев Советского Союза. Среди арестованных – Я. В. Смушкевич и П. Рычагов, возглавившие после возвращения из Испании ВВС СССР, командир авиационной бригады П. И. Пумпур, а также Е. С. Птухин, И. И. Проскуров, Э. Шахт. В 1941 году погиб А. Д. Локтионов, кандидат в члены ЦК ВКП(б), командующий Прибалтийским военным округом. Был арестован, но освобожден в первые месяцы войны нарком вооружений СССР член ЦК ВКП(б) Б. Л. Ванников.

На территории Бессарабии, Западной Украины, Западной Белоруссии и в Прибалтике репрессировали не только руководителей фашистских и полуфашистских организаций и перешедших в подполье работников местных охранок, но и тысячи ни в чем не повинных работников прежней администрации, членов различных политических группировок, представителей сельской и городской буржуазии. Сотни тысяч людей, не предъявив им каких-либо конкретных обвинений, переселяли в восточные районы страны. Так, из западных районов Украины и Белоруссии депортировали на Восток 200 тысяч солдат и офицеров разгромленной немцами польской армии и взятых в плен Красной армией. В Прибалтике отличавшиеся особой массовостью репрессии были проведены 13–14 июня 1941 года, всего за неделю до нападения фашистской Германии. Эти карательные акций отнюдь не сделали советский тыл в Прибалтике более устойчивым.

Перед войной тюрьмы Львова, Кишинёва, Риги, Таллина, Вильнюса, Каунаса и других западных городов были переполнены. Не сумев в суматохе первых дней войны эвакуировать заключенных, органы НКВД, явно с одобрения Берии и Сталина, отдали приказ об их расстреле. Тела убитых не успели убрать, и фашистские оккупационные власти, открыв тюрьмы, разрешили местным жителям приходить туда для опознания своих родственников и организации их похорон. Варварский расстрел заключенных, вызвавший взрыв негодования среди населения, широко использовала фашистская и националистическая пропаганда.

В конце июня 1940 года был принят Закон об уголовной ответственности за прогулы и систематические опоздания на работу. Под суд отдавали за три незначительных опоздания, за невыход на работу без уважительной причины. Все этапы и тюрьмы в конце 1940 года были забиты заключенными по этому закону, многих из них не освободили до конца войны, хотя срок наказания давно кончился²²⁴.

Н. С. Симонов[67]67
  Симонов Н.С. (род. в 1959 г.) – советский и российский историк, доктор исторических наук.


[Закрыть]: По третьему пятилетнему плану в оборонной промышленности страны первоначально было намечено строительство 84 предприятий, общей сметной стоимостью около 3,2 млрд рублей. Более 8 млрд рублей капитальных вложений планировалось направить на реконструкцию и расширение действующих «кадровых» военных заводов. В результате пересмотра программы оборонного строительства (июль 1939 года) общий объем капитальных вложений в оборонную промышленность в третьей пятилетке (НКАП, НКВ, НКБ, НКСП) возрастал до 20,3 млрд рублей. <…>

Все вопросы принятия на вооружение новых образцов вооружений и боевой техники, их освоения в серийном производстве находились под личным контролем И. В. Сталина, возглавлявшего два последних предвоенных года Комитет Обороны СССР. По воспоминаниям наркома вооружения СССР Б. Л. Ванникова, «Сталин изучал ежедневно сводки о выпуске самолетов и авиационных двигателей, требуя объяснений и принятия мер в каждом случае отклонения от графика… То же самое можно сказать о его участии в рассмотрении вопросов танковой промышленности и военного судостроения».

Удостоверение почетного члена Академии наук СССР

Повседневного внимания к вопросам развития оборонной промышленности Сталин требовал и от своего ближайшего окружения. Согласно постановлению ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 10 сентября 1939 года, Экономсовет (председатель А. И. Микоян, заместитель Н.А. Булганин, члены: С.М. Будённый, Е.А. Щаденко, Л.З. Мехлис) и Комитет Обороны (председатель И. В. Сталин, первые заместители В.М. Молотов и Н.А. Вознесенский, члены: Н.Г. Кузнецов, А.А. Жданов, А. И. Микоян, Л.П. Берия, Б.М. Шапошников, Г. И. Кулик, Ф.И. Голиков) обязывались «заседать ежедневно».

Установление в 1939–1940 годах жесткого централизованного контроля за деятельностью военно-промышленных наркоматов способствовало более рациональной загрузке производственных мощностей и своевременной комплектации военных заводов предметами материально-технического снабжения…

На 100 % и более план текущих военных заказов в 1939–1940 годах выполнен по 2–3 позициям из 13… На две трети и более план выполнен почти по всем позициям, что можно считать определенным успехом относительно показателей предыдущих лет. По сравнению с 1938 годом общая стоимость заказа НКО СССР промышленности в 1940 году увеличилась на 38,2 % и составила 17,5 млрд руб.

Основные показатели хозяйственной деятельности предприятий военно-промышленных наркоматов (снижение себестоимости, освоение капитальных вложений, ликвидация финансовой задолженности и т. п.), напротив, значительно ухудшились. Нарком боеприпасов И. Сергеев в своей записке в Комитет Обороны «О работе за 1940 г. по производственно-хозяйственной деятельности Наркомата Боеприпасов» от 5 февраля 1941 года, например, отмечал: «Производственную деятельность НКБ закончил с неудовлетворительными показателями. План, установленный Правительством, сорван (выполнение 83,7 %). Капитальное строительство выполнено на 68,3 %. Потери от убытков по браку составили 322,7 млн руб., или 4,3 % к себестоимости, против 4 % за 1939 г.».

Показатели хозяйственной деятельности других наркоматов оборонной промышленности также являлись далеко не блестящими. В записке наркома обороны СССР С. К. Тимошенко в Комитет Обороны от 25 мая 1940 года, например, сообщается, что в результате проверки калькуляции себестоимости и пересмотра оптовых цен на заказы по артиллерии на предприятиях Наркомата вооружения ГУАС КА добился экономии в размере более 1,5 млрд руб.

«Однако, – отмечает он, – этот результат далеко еще не является предельным, так как процент накладных расходов и брака в принятых на 1940 г. отпускных ценах продолжает оставаться чрезвычайно высоким».

Наибольшие претензии Тимошенко предъявляет к авиационной промышленности, которая, по его словам, заложила в оптовые цены чрезмерные накладные расходы (от 200 до 500 процентов) к фонду заработной платы и попыталась списать на заказчика не менее 105 млн рублей бракованной продукции.

Страницы юбилейного сборника

За ухудшение показателей хозяйственной деятельности военно-промышленных наркоматов во многом ответственны Экономсовет и Комитет Обороны, которые в 1940 году своевременно не сбалансировали стоимостные и натуральные показатели хозяйственного плана. В 1941 году повторилось то же самое²²⁵.

А. С. Яковлев: Опытный штурмовик ИЛ-2 прошел госиспытания в январе 1940 года и до декабря стоял без движения. Военные не давали ему хода, считая, что у него недостаточна толщина брони. Таким образом, был упущен почти целый год.

Потеряв всякую надежду договориться по этому вопросу, Ильюшин 7 ноября 1940 года написал Сталину жалобу. Вскоре Сталин вызвал его и подробно расспрашивал об ИЛ-2. В результате беседы Сталин сказал:

– Вот именно такой самолет нам и нужен. Его следует немедленно запустить в серийное производство.

Были приняты чрезвычайные меры, и первых два серийных самолета ИЛ-2 вышли уже в марте 1941 года.

Опытно-конструкторские бюро, научно-исследовательские институты и заводы с огромным напряжением работали над скорейшим внедрением в массовое серийное производство новых образцов боевых самолетов и двигателей, которые были построены и испытаны в течение 1940 года и первой половины 1941 года: истребителей МиГ-3, ЛАГГ-3, ЯК-1, ЯК-7, штурмовиков и бомбардировщиков ИЛ-2, ИЛ-4, ПЕ-2, двигателей М-105, AM-38, АМ-39.

Внедрение новой техники заставило перестроить всю нашу радиотехническую промышленность, качественную металлургию, десятки и сотни предприятий различных отраслей, которые находились в кооперации с авиационной промышленностью. Ведь множество заводов и фабрик отечественной промышленности поставляло авиации различные виды приборов, полуфабрикатов, металлические и неметаллические материалы и такие изделия, как авиационные колеса, шины к ним и многое другое. Рост авиационной техники вызвал и качественный скачок в развитии ряда промышленных отраслей страны²²⁶.

И. В. Сталин: ЦК ВКП стало известно, что секретари обкомов-крайкомов, проверяя работников УНКВД, ставят им в вину применение физического воздействия к арестованным, как нечто преступное. ЦК ВКП разъясняет, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 года с разрешения ЦК ВКП.

При этом было указано, что физическое воздействие – как исключение, и притом в отношении лишь таких явных врагов народа, которые, используя гуманный метод допроса, нагло отказываются выдать заговорщиков, месяцами не дают показаний, стараются затормозить разоблачение оставшихся на воле заговорщиков, следовательно, продолжают борьбу с Советской властью также и в тюрьме. Опыт показал, что такая установка дала свои результаты, намного ускорив дело разоблачения врагов народа.