151 500 произведений, 34 900 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 34

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 3 ноября 2016, 19:20


Автор книги: Артем Драбкин


Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 34 (всего у книги 58 страниц) [доступный отрывок для чтения: 38 страниц]

Разгром 6-й армии Паулюса

Остатки 6-й армии Паулюса капитулировали. Пленные немцы и румыны (в высоких меховых шапках)


Донской фронт К.К. Рокоссовского вокруг 6-й армии Фридриха Паулюса в начале января 1943 года насчитывал 281 тысячу человек. Большая часть немецких войск, окружавших Сталинград, к тому моменту уже ушла на запад, к Ростову и Харькову, поэтому 280 тысяч бойцов и командиров Красной Армии также нужно было как можно скорее высвободить для участия в сражениях на других участках советско-германского фронта. Операция по ликвидации окруженных в Сталинграде немецких войск получила кодовое наименование «Кольцо».

Войска Рокоссовского, не имея большого превосходства над противником в живой силе, значительно превосходили 6-ю армию Паулюса в артиллерии и танках. На направлении же главного удара, в полосе 65-й армии, Красная Армия превосходила противника по пехоте в три раза, а по артиллерии в 15 раз. Назначение представителем Ставки Верховного главнокомандования на Донской фронт маршала артиллерии Н.Н. Воронова представляется не случайным. При низкой комплектности стрелковых дивизий предполагалось бить немецкие войска мощным артиллерийским ударом. Кроме того, был предпринят ряд мер по повышению эффективности действий пехоты. Уничтожать огневые точки противника предполагалось штурмовыми группами.

Однако, прежде чем началась операция, Фридрих Паулюс получил ультиматум, предлагающий сдачу его армии. Ультиматум содержал четкую и объективную оценку обстановки на фронте, без лишних фанфар и пропагандистской риторики. Советское командование указывало Паулюсу именно на те вещи, которые не подвергались сомнению даже после войны. Это и потеря аэродромов, и отступление деблокирующей группировки фон Манштейна. Нельзя не отметить знаковое место, где ожидали представителя немецкого командующего – разъезд Конный и станция Котлубань. Не дом в Сталинграде и не населенный пункт на западном фронте окружения, а место «сражения за семафор» – жестоких позиционных боев, гремевших с конца августа по ноябрь 1942 года. Генерал-полковник Фридрих Паулюс отклонил советский ультиматум после переговоров с Верховным командованием сухопутных войск Вермахта и приказа Гитлера.

О возможности сдаться советские войска также сообщили простым солдатам 6-й армии. Для этого использовали биплан У-2. На высоте 1200-1300 метров летчик младший лейтенант Ф.В. Лященко прибирал газ, самолет вставал в мелкий вираж, и через громкоговоритель штурман Овсищер зачитывал ультиматум окруженным войскам: «Внимание! Внимание! К окруженным в районе Сталинграда немецким солдатам и офицерам!» («Achtung! Achtung! An deutsche Soldaten und Offiziere, die im Raum Stalingrad eingekesselt sind!») – разносилось в морозном ночном небе. Текст многократно зачитывали в разных точках кольца окружения. Сначала, как правило, было тихо, а затем земля взрывалась трассами автоматических пушек. Штурман пытался успеть дочитать ультиматум: «Сдавайтесь в плен!» («Kapitulieren sie!»). После этих слов немцы открывали шквальный огонь, а У-2 со снижением уходил из зоны обстрела на бреющем полете. Через пятнадцать минут на другом участке повторялось то же самое. Кто-то из стрелявших солдат верил в танковые армии, которые должны скоро прибыть из Рейха и Бельгии, кто-то страшился расправы в советском плену, кто-то просто боялся нарушить приказ командования. Несмотря ни на что, в «котле» не переставала работать система поддержания дисциплины: расстреливали за трусость, оставление своей части или позиции, за кражу продовольствия и мародерство. Окруженные солдаты Паулюса все еще оставались армией, а не толпой вооруженных людей.

Операция Красной Армии по окончательному разгрому немецкой 6-й армии началась 10 января с оглушительной артиллерийской подготовки. Окруженные контролировали достаточно большую территорию: примерно 60 километров с запада на восток и 40 – с севера на юг. Немцев гнали из западной части «котла» на восток, к Волге и Сталинграду. Отступать еще было куда, однако вскоре немцами были потеряны аэродромы, на которые садились транспортные самолеты. В качестве последней попытки качественно изменить ситуацию со снабжением «крепости Сталинград» 15 января 1943 года в группу армий «Дон» был направлен заместитель Германа Геринга генеральный инспектор Люфтваффе генерал-фельдмаршал Эрхард Мильх, известный своими организаторскими способностями. Через четыре дня был оставлен главный аэродром – Питомник. Не успел он прибыть в штаб, как «воздушный мост» получил тяжелый удар: в ночь на 16 января был потерян аэродром Питомник. Это означало не просто потерю аэродрома. Питомник был хорошо оборудованной в навигационном отношении авиабазой. Незадолго до захвата советскими частями Питомника барон Вольфрам фон Рих-тгоффен приказал оборудовать новую авиабазу в Гумраке. Это был небольшой советский аэродром. Вопрос о его подготовке для приема транспортных самолетов поднимался еще несколькими неделями ранее, но командование 6-й армии не поддержало эту идею. Здесь располагался штаб Паулюса, штабы двух корпусов, госпиталь и склады. Поэтому армейцы не хотели привлекать к Гумраку внимание советских ВВС какими-либо строительными работами. Работы здесь начались лишь из-за угрозы захвата Питомника. Поначалу Гумрак даже не имел радиомаяка. Хотя формально к 16 января он был готов к приему самолетов, к приезду Мильха Ю-52 на нем садиться не могли, только Хе-111. 16 января в Гумраке приземлились 10 «Хейнкелей». «Юнкерсы» на какое-то время перешли на сброс парашютных контейнеров. Мильх был шокирован услышанным 16 января на совещании в штабном поезде 4-го воздушного флота. Уровень боеготовности транспортных самолетов упал до 20 %. 4-й воздушный флот располагал на тот момент 140 Ю-52, из которых боеготовыми были всего 42.



Вперед в историю! Советские пехотинцы идут в атаку под Сталинградом



Румынские солдаты, захваченные в плен войсками 57-й армии. Ноябрь 1942 г.


В свою очередь, из 42 боеготовых «Юнкерсов» 27 машин были в процессе перебазирования в Зверево и не могли немедленно выполнять вылеты в «котел». В итоге «воздушный мост» реализовывался силами всего 15 Ю-52. Бомбардировщиков Хе-111 тоже было 140 машин, из них боеготовым был 41 самолет. Из 29 ФВ-200 «Кондор» боеготовыми была всего одна машина. Этот четырехмоторный самолет оказался чересчур чувствительным к суровым условиям русской зимы и чудовищным условиям эксплуатации.

Советская авиация не оставляла в покое немецкие аэродромы, с которых транспортные самолеты совершали рейсы в «котел» и из него. Организованная после потери Тацинской и Сальска база в Зверево 17 января 1943 года подверглась атаке советских самолетов.

9 Ю-52 запылали, еще 12 были повреждены. В строю осталось только 12 этих крылатых машин. Обычно немецкие авиабазы плотно прикрывались зенитным огнем, и результативность ударов по ним была невысокой. Однако ПВО Зверево обеспечивали всего одна батарея румынских 75-миллиметровых зениток и одна батарея 37-миллиметровых автоматов. Это сделало успех советских летчиков более чем предсказуемым. На перепаханных бомбами аэродромах в «котле» немецкие транспортные самолеты ломали шасси и навсегда оставались засыпанными снегом памятниками неудаче Люфтваффе. С 24 ноября 1942 года по 31 января 1943 года Люфтваффе потеряли 488 самолетов (в это число вошли 266 Ю-52, 165 Хе-111, 42 Ю-86, 9 ФВ-200, 5 Хе-177 и 1 Ю-290) и около 1000 человек летного состава. От такого удара она так и не смогла оправиться до самого конца войны.



У-2 – советский многоцелевой самолет-биплан, разработанный в 1928 г., одна из самых массовых крылатых машин в истории мировой авиации. Всего было построено 33 тысячи самолетов этой модели. У-2 серийно выпускался до 1953 г. и даже успел получить обозначение по кодификации НАТО – «Мул». Красноармейцы шутливо называли У-2 «кукурузником», а солдаты Вермахта презрительно – «руссфанер». После смерти его создателя Н.Н. Поликарпова (1892-1944) самолет в честь авиаконструктора переименовали в По-2. Этот самолет широко применялся для разведки и так называемых «беспокоящих налетов» по ночам на расположенные в прифронтовой полосе немецкие войска. Несмотря на небольшую бомбовую нагрузку, подобные бомбардировки имели определенный эффект, поскольку удар наносился с малых высот, с которых можно было добиться ювелирной точности бомбометания. У-2 стал основой ночных легкобомбардировочных полков, которых за годы Великой Отечественной войны было сформировано более сотни. Самым известным из них стал единственный женский – 46-й («Таманский») гвардейский ночной бомбардировочный авиаполк. По легенде, летчиц этого полка немцы прозвали «ночными ведьмами». 23 летчицам, воевавшим на У-2, было присвоено звание Героя Советского Союза, а еще двум уже в 1990-е гг. – Героя Российской Федерации. К 1943 г. число авиаполков ночных бомбардировщиков и разведчиков, оснащенных У-2, достигло максимума – на фронте действовало около сотни таких подразделений.

Утром 19 января для продолжения работы в особом штабе Эрхарда Мильха был вызван командир 14-го танкового корпуса генерал Ганс-Валентин Хубе. 20 января он прибыл на место и сразу же отослал в штаб 6-й армии список дельных и верных присяге офицеров, подлежащих вывозу из Сталинградского «котла». По сути, немецкое командование приняло жесткое, но обоснованное решение, аналогичное попытке вывезти командный состав советской Приморской армии из осажденного Севастополя в июне 1942 года. Сам Хубе еще доставит немало неприятностей Красной Армии: за бои зимы 1944 года на южном участке Восточного фронта он получит одну из высших наград Третьего рейха – Бриллианты к Рыцарскому кресту. Карьеру «однорукого генерала», чудом вырвавшегося из Сталинграда, прервет только авиакатастрофа в апреле 1944-го. Из «котла» было вывезено довольно много высокопоставленных офицеров и генералов. Так, помимо командира 14-го корпуса генерала Хубе из Сталинграда был эвакуирован командир 60-й моторизованной дивизии генерал-майор Коллерман. Из числа командиров соединений 51-го армейского корпуса «котел» покинули: командир 79-й пехотной дивизии генерал-лейтенант граф фон Шверин, командир расформированной 94-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Пфайфер и командир 305-й пехотной дивизии генерал-майор Штенмец. Из состава командиров соединений XI армейского корпуса из Сталинграда был вывезен командир 384-й пехотной дивизии генерал-лейтенант фон Габленц. Список вывезенных офицеров IV корпуса открывал его командир генерал инженерных войск Йенеке. Также «котел» покинул «птенец» ведомства Геринга – командир 9-й зенитной дивизии генерал-майор Пикерт. Точнее, он вылетел из «котла», а возвращаться его угораздило в тот день, когда немцами был потерян аэродром Питомник. Туда Пикерт уже не полетел. Процесс вывоза из «котла» ценных кадров затрагивал не только генералов. Не остались в окружении командующие инженерных войск полковники Зелле и Штиотта. Были и менее значительные персоны, например майор Вилли Лангейт, командовавший танковым полком в 14-й танковой дивизии, будущий командир танково-гренадерской дивизии «Курмарк» (Panzer-Grenadier-Division «Kurmark») в 1945 году. Суровая военная необходимость заставляла немцев беречь командные кадры и пытаться их спасти, вырывая из рядов обреченной на гибель армии.



«Сталинские органы» завершают свой концерт. Залп «катюш» обычно следовал в конце артиллерийской подготовки



«Воздушный мост» начинает работу. На одном аэродроме собрались ударные Ю-87 и Хе-111, использовавшиеся в окруженной 6-й армии Паулюса в качестве транспортников


Завершение операции «Кольцо»

Последними позициями войск Паулюса стали развалины Сталинграда. 24 января он обратился к Гитлеру с донесением, в конце которого были такие слова: «Чтобы спасти жизни тех, кто еще остался, армия просит разрешения на немедленную капитуляцию». Однако фюрер был непреклонным: «Капитуляцию запрещаю. Армия удерживает свои позиции до последнего солдата и до последнего патрона». Вскоре «котел» был разорван на две части: южную, зажатую в центральной части города, и северную, оказавшуюся окруженной в районе Тракторного завода и завода «Баррикады». Штаб 6-й армии оказался в южной части «котла». 30 января Паулюс получил последнюю радиограмму от Гитлера, которая гласила: «Поздравляю вас с производством в генерал-фельдмаршалы». Однако Паулюс не счел нужным отказываться от плена. Более того, начальник штаба 6-й армии генерал-майор Артур Шмидт в тот же день поручил переводчику выйти с белым флагом на площадь и найти советских командиров, которым можно было бы сдаться. Сначала переговоры велись с начальником оперативного отдела штаба 38-й мотострелковой бригады старшим лейтенантом Ф.М. Ильченко. Утром 31 января в подвал исполкома спустилась делегация штаба 64-й армии во главе с начальником штаба армии генерал-майором И.А. Ласкиным, начальником оперативного отдела армии полковником Лукиным и командиром 38-й мотострелковой бригады полковником Бурмаковым.



«Кольцо» замкнулось! Встреча войск Юго-Западного и Сталинградского фронтов



Кладбище автотехники Вермахта под Сталинградом. Перед нами штабные автобусы «Опель», грузовики «Хеншель», «Форд» и даже «Ситроен»



Прогрев двигателей Ju-52 с помощью тепловой пушки на аэродроме Питомник. Январь 1943 г.



Последние бои за разрушенный Сталинград. Январь 1943 г.


30 января фюрер повысил Паулюса до генерал-фельдмаршала – высшего воинского звания в Вермахте. В радиограмме, отправленной Гитлером, кроме всего прочего, говорилось, что «еще ни один немецкий фельдмаршал не попадал в плен». Это было завуалированным намеком Паулюсу совершить самоубийство. Однако, выполнив приказ держаться до последнего, новоиспеченный генерал-фельдмаршал не счел нужным отказываться от плена. Утром 31 января Паулюс сдался вместе со своим штабом.

2 февраля были окружены части 11-го пехотного корпуса генерал-полковника Карла Штрекера, оставшиеся на севере города. В.И. Чуйков прибыл на наблюдательный пункт в развалинах заводской конторы завода «Красный Октябрь», чтобы лично увидеть последние орудийный залпы Сталинградской битвы. Впоследствии он вспоминал об этом так: «Наступление началось в 12 часов дня. Артиллерийская подготовка была короткой: стреляли только прямой наводкой и по видимым целям. Мы отчетливо видели, как метались фашисты среди развалин. Тут же началась атака наших стрелковых частей и танков. Оставшиеся в живых гитлеровцы последнюю атаку не приняли. Они подняли руки вверх. На штыках у них были белые тряпки». Так закончилась одна из величайших битв в мировой истории, длившаяся двести дней и ночей.



Ультиматум для генерал-фельдмаршала Паулюса



Герои Сталинграда. Групповой снимок красноармейцев на память. Скоро они разъедутся по разным фронтам, неся в себе осознание того, что немцев можно бить


Всего в ходе операции «Кольцо» советскими войсками в плен было взято 91 тысяча пленных, 6 тысяч орудий, 1,5 тысячи танков, 80 тысяч автомашин и другое имущество. Это было крупное и безусловное поражение немцев в тот период, когда они еще были достаточно сильны. Когда еще союзники не высадились во Франции на побережье Нормандии, когда их авиация еще не подвергала интенсивным бомбардировкам германскую промышленность, заводы синтетического горючего и румынские нефтепромыслы. Однако именно в этот период целая армия Вермахта была полностью уничтожена. В восьмом томе официальной немецкой истории Второй мировой войны с любовью нарисованы линии прорыва из окружений в Белоруссии летом 1944 года во время советской стратегической наступательной операции «Багратион». В Сталинграде таких коридоров немцы не имели. Немногие пережившие катастрофу счастливчики были вывезены из «котла» на самолетах. Полулегендарные истории о прорыве мелких групп скорее навевали ужас на немецких солдат, чем внушали оптимизм. К примеру, в одной из таких групп из окружения вышел только один человек, на следующий день после своего спасения убитый «шальной» миной.



Бывший командующий 6-й армией генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс, его начальник штаба генерал-лейтенант Артур Шмидт и адъютант полковник Вильгельм Адам возле штаба 64-й советской армии в Бекетовке. 31 января 1943 г.



Захваченные под Сталинградом немецкие средние танки PzKpfw III


Итоги Сталинградской битвы

«Мы возродим тебя родной Сталинград» – надпись на руинах одного из домов в Сталинграде, лето 1943 г.


Крупные «котлы» страшны тем, что в них под удар попадают те, кто в обычных условиях никогда бы не оказался лицом к лицу с противником. Военнослужащие тыловых подразделений, связисты, кашевары, ездовые и водители автомобилей – все они перемалываются в окружении или попадают в плен. Именно этим объясняются большие цифры потерь в ходе сражений на окружение. В позиционном сражении, несмотря на всю его кровавость, машина войны исправно работает: раненых вывозят в тыл, кашевары, ездовые и артиллеристы занимаются своим делом, а не с винтовками в руках отбиваются от наседающего со всех сторон противника. Сталинградская битва в этом отношении дает более чем показательную картину.

Безвозвратные потери Вермахта на Восточном фронте, по подсчетам известного немецкого военного историка Рюдигера Оверманса, в январе 1943 года составили 180 310 человек. Это был максимум потерь не только за весь предыдущий период войны, но и за богатый на кровопролитные сражения 1943 год. Даже в страшных для немцев июне и июле 1944 года рекорд Сталинграда не был достигнут. В эти месяцы безвозвратные потери составили 142 тысячи 79 и 169 тысяч 881 человек соответственно. Только в августе 1944-го кровавый рекорд был побит – потери немецких войск составили 277 тысяч 465 человек.

Бойцы, прошедшие горнило Сталинградской битвы, стали элитой Красной Армии. Помимо боевого опыта, у них было то, чего недоставало многим другим красноармейцам, – они успели поверить в свои силы, почувствовать вкус победы и увидеть своими глазами одну из самых больших катастроф в боевой летописи Вермахта. В апреле 1943 года по итогам сражения на Волге участвовавшие в нем армии получили звания гвардейских. 21-я армия И.М. Чистякова стала 6-й гвардейской, 24-я армия И.В. Галанина – 4-й гвардейской, 62-я армия В.И. Чуйкова – 8-й гвардейской, 64-я армия М.С. Шумилова – 7-й гвардейской, 66-я армия А.С. Жадова – 5-й гвардейской армией.

Сталинградская битва является примером сражения, в котором Красная Армия и Вермахт проявили себя областях, обычно считавшихся сильной стороной их противника. Артиллерия традиционно считалась сильной стороной Красной Армии. Однако в ходе Сталинградской битвы армия Паулюса располагала сильной в количественном и качественном отношении артиллерией и именно опираясь на нее добивалась успеха в наступлении и обороне летом 1942 года. По улицам Сталинграда немцы прокладывали себе дорогу тяжелой артиллерией. Напротив, маневренные действия были сильной стороной Вермахта, а не Красной Армии. Тем не менее именно дерзкие маневренные действия механизированных соединений обеспечили советским войскам успех в операции «Уран».



Вереница немецких военнопленных под Сталинградом. Февраль 1943 г.



Сбитый немецкий истребитель «Мессершмитт Bf.109» в центре Сталинграда после окончания боев за город. Лето 1943 г.


ПРОРЫВ БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА


Бойцы продвигаются по территории Шлиссельбургской крепости


Зима 1942–1943 гг

Бойцы Красной Армии в атаке под Ленинградом во время начала прорыва блокады. Январь 1943 г.


Прорыв блокады Ленинграда не был только вопросом престижа Красной Армии и Советского Союза. Связывавшая Ленинград со страной ледовая трасса Дороги жизни, работая с максимальной нагрузкой, могла обеспечить лишь самые необходимые потребности города и фронта в продовольствии, боеприпасах и горючем. В случае решительного штурма города на Неве немцами с привлечением свежих сил войска на внешнем фронте блокады могли уже не успеть оказать помощь ударом извне. Поэтому в ноябре 1942 года командование Волховского и Ленинградского фронтов при участии представителей Ставки Верховного Главнокомандования Г.К. Жукова и К.Е. Ворошилова приняли решение вновь попытаться прорвать блокаду. Операция получила кодовое наименование «Искра».

Из неудачи предыдущих операций были сделаны выводы. Теперь вместо широкого охвата через Любань предполагалось пробивать коридор по кратчайшему расстоянию через «бутылочное горло». Возросшее мастерство войск, улучшение снабжения боеприпасами и техникой давало надежду на успешное преодоление выстроенной немцами за полтора года обороны. Из прошлых неудач был также сделан еще один важный вывод. Первоначальный успех увязал в боях с подтянутыми немцами резервами. Поэтому было решено наносить два удара примерно равной силы: один извне Волховским фронтом под командованием генерала армии К.А. Мерецков а второй – изнутри кольца блокады силами Ленинградского фронта под командованием генерал-лейтенанта артиллерии Л.А. Говорова. Два удара имели шанс взломать вражескую оборону на достаточную глубину для прорыва блокады еще до подтягивания немцами резервов.

Помимо естественных трудностей действий изнутри кольца, ударной группировке Ленинградского фронта нужно было преодолевать Неву. Для сохранения льда по позициям немцев на переднем крае и даже до двухсот метров вглубь вести огонь орудия должны были только прямой наводки. Форсированию Невы вообще уделялось большое внимание. На озерах войска Красной Армии специально обучались преодолевать участки битого льда с помощью досок, лестниц и багров. Также по невскому льду должны были пройти легкие танки. Несмотря на накопленный опыт, танки по-прежнему не могли стать главной ударной силой операции «Искра». Карьеры бывших торфоразработок были совершенно непроходимы для бронетехники. Да и на остальной местности почва даже в зимнее время и при сильных морозах не промерзала и танки вязли в болоте. Ставший заместителем командующего фронтом генерал-майор И.И. Федюнинский вспоминал: «Не более чем на 12-15 километров отстоят друг от друга войска двух фронтов. За каких-нибудь три часа можно пройти пешком такое расстояние в мирное время. Но сейчас сделать это будет нелегко: сильно укрепился здесь противник. Моя карта вся испещрена условными знаками, обозначающими опорные пункты врага, огневые позиции его артиллерии и минометов».

Наступление двух фронтов началось с артиллерийской подготовки в один день и час – утром 12 января. Ленинградцы слышали далекую канонаду, но пока только еще догадывались, что происходит. С последними залпами Нева от Московской Дубровки до Шлиссельбурга заполнялась атакующими бойцами, но не все они сумели добиться одинакового успеха. Только две дивизии из четырех продвинулись вперед на несколько километров. Форсирование Невы у Шлиссельбурга закончилось неудачей. Также неудачной была атака у Невского пятачка. Памятуя предыдущий опыт кровопролитных боев с Красной Армией, немцы сильно укрепили этот участок.

Советские танки поддержки пехоты медленно маневрировали среди карьеров, канав и воронок от разорвавшихся бомб. Медленно двигавшиеся танки быстро становились жертвами немецкой противотанковой артиллерии. Однако в целом операция развивалась вполне успешно. Ставка на двойной удар полностью оправдалась. Через два дня после начала наступления войска Ленинградского и Волховского фронтов разделяла полоска всего в два километра. Эти последние два километра оказались самыми трудными. Поддержки танков уже почти не было: часть их была подбита, часть попросту застряла. Теперь все зависело от действий полков, рот и даже взводов пехотинцев. Заместитель командующего фронтом И.И. Федюнинский лично ездил на передовую и требовал быстрее идти вперед, чтобы успеть до прибытия немецких резервов. По его приказу были сформированы специальные отряды, отдыхавшие днем и продолжавшие бой ночью, не давая покоя противнику. Вермахт, в свою очередь, последовательно придерживался своей тактики упорной обороны дорог. Неприметные до войны рабочие поселки № 1 и 5 на торфоразработках были превращены в настоящие крепости. И это неудивительно, ведь через них проходила единственная проезжая дорога от берега озера до станции Мга. Ее захват означал развал системы обороны Вермахта в «бутылочном горле». Резервы группы армий «Север» были уже на подходе, они спешили, чтобы укрепить оборону поселков. Однако наступающие войска Красной Армии сближались, угрожая окружить немецкие части на берегу Ладожского озера и у Шлиссельбурга. Командующий группой армий «Север» Георг фон Кюхлер встал перед трудным выбором: надеяться на резервы или отходить из «бутылочного горла»? Он отдал приказ держаться, ведь ранее немецким войскам удавалось удержать позиции.



Расчеты 37-мм зенитных пушек 61-К Ладожской военной флотилии прикрывают Дорогу жизни. Зима 1943 г.



ГОВОРОВ Леонид Александрович (1897-1955) – советский военачальник, Маршал Советского Союза (1944), Герой Советского Союза (1945). В 1917 году окончил Константиновское артиллерийское училище, получил чин подпоручика. В 1918-м был мобилизован в Белую армию, сражался под командованием Колчака. Дезертировал из колчаковской армии и в 1920-м вступил в Красную Армию. В 1921 году за участие в разгроме Врангеля был награжден высшей из существовавших на тот момент наград – орденом Красного Знамени. В 1936-м попал в первый набор слушателей Академии Генерального штаба. В Советско-финскую войну 1939-1940 годов участвовал в артиллерийском обеспечении прорыва линии Маннергейма. В начале октября 1941 года был назначен начальником артиллерии Западного фронта, оборонявшего Москву. В апреле 1942-го принял командование над Ленинградской группой войск Волховского фронта. Руководил разработкой и осуществлением операции по прорыву блокады Ленинграда. В 1944-1945 годах войска под командованием Говорова штурмом взяли Выборг, нанесли поражение оперативной группе Вермахта «Нарва», вытеснили врага с территории Эстонии, освободили Ригу и блокировали немецкую группировку в Курляндии. В 1953 году Говоров стал первым в истории Советских Вооруженных сил командующим войсками противовоздушной обороны. На этом посту он принимал на вооружение первые в советской Армии зенитно-ракетные комплексы и реактивные истребители.



Советские военнослужащие осматривают сбитый под Ленинградом немецкий истребитель «Фокке-Вульф» FW-190A-4, принадлежавший 54-й истребительной эскадре. Скорее всего это самолет обер-лейтенанта Гюнтера Гетце, пропавшего без вести в районе Шлиссельбурга 1 февраля 1943 г.



РМ-41 – советский 50-миллиметровый ротный миномет образца 1941 г., созданный под руководством конструктора В.Н. Шамарина. К началу Великой Отечественной войны являлся самым распространенным минометом в Красной Армии: по состоянию на 1 июня 1941 г. в войсках числилось около 24 тысяч этих минометов. Однако в ходе войны боевая ценность РМ-41 стремительно снижалась. Предельная дальность огня этого миномета, составлявшая несколько сотен метров, заставляла минометчиков сближаться с противником на предельно малые дистанции, что приводило к демаскировке огневой позиции и быстрой гибели минометного расчета. По этим причинам, а также с учетом весьма значительного количества в войсках высокоэффективных 82-мм батальонных минометов в 1943 г. было окончательно принято решение о снятии 50-мм ротных минометов с производства и вооружения Красной Армии. Большое количество РМ-41 было изъято из действующих войск, и лишь в партизанских формированиях их использовали вплоть до окончания войны.

Тактико-технические характеристики: калибр – 50 мм, вес в боевом положении – 10 кг, угол горизонтального наведения – 16 град., угол вертикального наведения – +50 и +75 град., скорострельность – 30 выстр./мин.



Немецкие истребители Fw-190A4 из 1-й группы эскадры JG54 «Grüne Herz» («Зеленое сердце») на аэродроме города Красногвардейска (ныне – Гатчина). На переднем плане – истребитель фельдфебеля Петера Бремера, одержавшего в воздушных боях 38 побед, из них 36 на Восточном фронте. Зима 1943 г.



ППС – 7,62-мм пистолеты-пулеметы образцов 1942 и 1943 гг., разработанные талантливым 30-летним конструктором А.И. Судаевым (1912-1946) в суровых условиях блокадного Ленинграда. Многие специалисты-оружейники и ветераны считают ППС лучшим автоматом Второй мировой войны. В Красной Армии его особенно любили разведчики, поскольку для них важную роль играли вес и компактность автомата, а трехкилограммовый ППС по этому параметру превосходил не только советский автомат ППШ, но и немецкий пистолет-пулемет MP-40, который был на целый килограмм тяжелее автомата Судаева. Помимо компактности, ППС отличался удобством и достаточно высокими для пистолета-пулемета боевыми возможностями. У него был откидной приклад и рожковый магазин на 35 патронов. И если тот же ППШ за крайне высокий темп стрельбы прозвали «пожирателем патронов», то у ППС темп стрельбы был в два раза ниже, и поэтому бойцы имели возможность достаточно долго вести огонь короткими очередями, не меняя магазина. При этом выпущенная из ППС пуля сохраняла убойную силу на дистанции до 800 м, а немецкий МР-40 был эффективен только в ближнем бою при дистанции огня до 150 м. Массовое производство ППС началось уже в конце 1942 г. При этом он был прост и дешев в изготовлении, так как полностью собирался из штампованных деталей, соединяемых на сварке и заклепках. Расход материалов на один ППС был втрое меньше, чем на один ППШ-41. Всего за войну было выпущено около полумиллиона автоматов ППС модификаций 1942 и 1943 гг. Трофейные ППС образца 1943 г. ценились в Вермахте, где использовались под обозначением MP719(r).

Тактико-технические характеристики: масса – 3,04 кг без магазина, 3,67 кг со снаряженным магазином; длина со сложенным/разложенным прикладом – 615/820 мм; длина ствола – 272 мм; патрон 7,62×25-мм ТТ; скорострельность – 700 выстр./мин; начальная скорость пули – 500 м/с; прицельная дальность – 200 м; максимальная дальность – 350 м; вид боепитания – коробчатый магазин на 35 патронов.

Войска Волховского фронта подошли к рабочим поселкам с востока. Взять эти «крепости» не удавалось, атакующих встречал шквальный огонь. Казалось, поселки могут стать новым Погостьем. Но снова сработала выбранная для «Искры» тактика двойного удара: с запада к поселкам подошли части Ленинградского фронта. Натиска с запада оборона Вермахта уже не выдержала. Г.К. Жуков вспоминал: «Находясь в это время в районе поселка № 1, я видел, с какой радостью бросились навстречу друг другу бойцы фронтов, прорвавших блокаду. Не обращая внимания на артиллерийский обстрел противника из района Синявинских высот, солдаты обнимали друг друга. Это была воистину долгожданная радость». По другую сторону фронта генерал-фельдмаршал фон Кюхлер впервые за свою долгую военную карьеру заглянул в глаза поражению. Немецкие части под Шлиссельбургом, которые еще вчера можно было спокойно отвести к Синявино, оказались окружены. Почти все они были перебиты или взяты в плен. Лишь немногим удалось уже ночью прорваться мимо павших крепостей – рабочих поселков № 1 и 5 под Синявино, к своим.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации