![](/books_files/covers/thumbs_240/pokryshkinskiy-aviapolk-nelakirovannye-boevye-hroniki-16-y-gvardeyskiy-istrebitelskiy-aviacionnyy-polk-v-boyah-s-lyuftvaffe-1943-1945-80784.jpg)
Автор книги: Александр Табаченко
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 40 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
5. Прекратить потери ориентировки. Чтобы я больше не видел ни одного летчика, который вылетел на боевое задание без проложенного маршрута. Ответственность за это несут штурмана авиационных полков.
6. Поднять дисциплину не только летную, но и бытовую. Усилить партийно-политическую работу. Не допускать случаев пьянства, дебоширства. Прекратить бесцельную стрельбу над своим аэродромом и населенными пунктами при возвращении с боевых заданий. За это я буду строго наказывать.
7. Принимать все меры к грамотной эксплуатации материальной части, к ее сохранению. В воздух выпускать только вполне исправные самолеты. Здесь говорили, что в прицелах нет лампочек, а кто разрешил выпускать в воздух самолеты без освещенных прицелов? Выход из строя лампочек прицелов происходит из-за неграмотной эксплуатации – забывают выключать на посадке.
Все выявленные недостатки нужно устранить, только тогда мы будем вполне достойны нашего высокого звания гвардейцев».
В 18.10 совещание было закончено.
Авиационные полки 9-й гиад выполнили за этот день 26 самолето-вылетов (16-й гиап – 20 с/в). Так, 24 августа в 11.50 (в это время началось совещание в управлении 9-й гиад) 6 самолетов «Аэрокобра» (ведущий группы гвардии капитан Жердев) вылетели на прикрытие наземных войск в район Кихары. Здесь на высоте 2500 м гвардии лейтенант Сухов заметил 2 немецких истребителя Ме-109, которые атаковали ведомого гвардии младшего лейтенанта Душанина. По радио он предупредил своего товарища: «Душанин, мессы в хвосте!»
Гвардии младший лейтенант Душанин резким разворотом влево вышел из-под вражеской атаки, и ведущий Ме-109 проскочил вниз. Ведомый противника в это время с набором высоты стал уходить на север. Гвардии лейтенант Сухов с набором высоты стал его преследовать. Гвардии младший лейтенант Душанин, заметив маневр Сухова, сам устремился в высоту, догонять своего ведущего. Ведущий Ме-109, сделав «горку», опять снизу сзади стал атаковать «Аэрокобру» Душанина. Увидев это, гвардии лейтенант Сухов прекратил преследование противника и бросился на выручку своему ведомому. С левого полупереворота он свалился на ведущего Ме-109. Первую атаку провел сверху спереди и, открыв огонь с дистанции 50 м, длинной очередью сбил его. Немецкий «Мессершмитт» упал в районе 2 км севернее Опатува. Ведомый Ме-109 с набором высоты ушел на свою территорию.
В 12.40 группа Жердева возвратилась на свой аэродром.
На разборе этого вылета командование части отметило хорошую осмотрительность в воздухе гвардии лейтенанта Сухова, своевременно заметившего атаку противника и принявшего правильное решение – бросить преследовать вражеский самолет и идти на выручку своему товарищу, в результате чего, возможно, Душанин не был сбит и остался жив.
В этот день в боевой расчет 16-го гиап была записана «Аэрокобра» N-1 № 29640 с мотором «Аллисон» Е-19 № 160791, отремонтированный самолет прибыл из 822-й ПАРМ-3.
25 августа в 10.00 в воздух поднялась пара летчиков-охотников 16-го гиап, ведущий Герой Советского Союза гвардии капитан Клубов («Аэрокобра» P-39N-1 № 42-9434 бортовой номер «45» белого цвета), ведомый – гвардии младший лейтенант Иванков. Район охоты командованием был определен – Сандомир – Лагув – Кельце – Мологощь – Хмельник.
Поиск воздушных целей производился построением маршрута по местам вероятных встреч с разведчиками противника в отведенном для охоты районе и проходил на высотах 6000–6500 м при пролете линии фронта и начале поиска и до 2500–3000 м в конце.
Пара Клубова, производя поиск воздушных целей в районе южнее Кельце, на высоте 4000 м обнаружила самолет, идущий курсом 90°. Имея превышение 500 м и сомневаясь в принадлежности самолета, Клубов перестроил своего ведомого в боевой пеленг и сблизился до дистанции 150–200 м. Установив при сближении, что это немецкий двухмоторный бомбардировщик Ме-110, Клубов подал команду своему ведомому – атаковать противника спереди под ракурсом 2/4. Сам же атаковал его сзади. Первая атака была безрезультатной. Повторные атаки Клубов производил сзади, целясь по моторам, его ведомый только прикрывал его. В результате трех атак советского самолета были подожжены оба мотора Ме-110 и убит стрелок бомбардировщика, а в последующей атаке был отбит левый киль. Немецкий самолет перевернулся в воздухе на спину, но и в это время его продолжал атаковать гвардии младший лейтенант Иванков. После такого «горячего» огневого воздействия Ме-110, беспорядочно падая, врезался в землю в 6 км восточнее Мологощи. На уничтожение самолета противника парой Клубова было израсходовано 297 выстрелов, из них авиаснарядов калибра 37 мм – 37, авиапатронов калибра 12,7 мм – 110 шт. и 7,62 мм – 150 шт. По прилете в 10.45 на свой аэродром Александр Клубов подал по команде рапорт, с описанием и результатом проведенного его парой воздушного боя, который был утвержден командиром 16-го гиап, и, соответственно, воздушная победа была засчитана на личный счет Героя Советского Союза гвардии капитана Клубова.
Александр Федорович не знал, конечно, что это будет последняя его воздушная победа в Великой Отечественной войне…
26 августа гвардии лейтенант Трофимов и гвардии младший лейтенант Кирилов в 14.06, вылетая свободным полетом на охоту парой самолетов «Аэрокобра» в район Лагув – Далешице – Пеньчув – Подвале – Старожиска – Сандомир, на высоте 3500 м в районе Подвале обнаружили пару охотников противника Ме-109, которые шли в строю пеленг, курсом 190°. Имея преимущество в высоте и первым заметив их, Трофимов зашел со стороны солнца и произвел сверху сзади стремительную атаку по ведомому «Мессершмитту». В результате точной очереди из всего бортового оружия немецкий истребитель Ме-109 загорелся и упал в районе севернее Подвале. Ведущий Ме-109, увидев атакующие его «Аэрокобры», не приняв вызова советских летчиков, переворотом быстро ушел на запад.
Продолжая дальше полет, наша пара атаковала теперь наземные цели, заход на цель производился с высоты 300–400 м пикированием под углом 45° со стороны солнца. Огонь открывали с дальности 100–150 м, после чего «Аэрокобры» уходили с набором высоты. Такими действиями наших охотников по наземным целям уничтожено 1 легковая и 5 грузовых автомашин противника.
На уничтожение «Мессершмитта» и вражеских автомашин было израсходовано: авиаснарядов 37 мм – 22 шт., авиапатронов 12,7 мм – 160 шт. и 7,62 мм – 782 шт.
В 14.55 летчики Трофимов и Кирилов возвратились на свой аэродром.
Всего за август 1944 года летным составом 16-го гиап было выполнено на охоту 24 самолето-вылетов, из которых только 10 были эффективными, что составляет 42 %. В этих 10 вылетах летчиками авиаполка Григория Речкалова было сбито 2 самолета противника.
Малая эффективность боевых вылетов на охоту была следствием того, по мнению командования 16-го гиап, что «летный состав стремился сбить побольше самолетов».
30 августа «отличился» техотдел 694-го бао. Снова для заправки самолетов было подано некачественное авиационное масло. Механические примеси были видны невооруженным глазом. Выделенная для летчиков дежурная автомашина была заправлена таким количеством бензина, что его хватило только на два рейса, чтобы отвезти летный состав на аэродром и забрать их обратно. В результате чего летчики ходили от самолета к самолету, на КП и т. д. пешком, что сказывалось на оперативности докладов боевых донесений командованию части и в вышестоящий штаб.
Комендант аэродрома не мог в течение 5 дней построить шалаш для отдыха летного состава на аэродроме.
Наземная проволочная связь также работала плохо, слышимость была плохая, телефоны часто не работали.
Начальник штаба гвардии подполковник Датский докладывал вышестоящему дивизионному командованию, что «нужно добиться такого положения, чтобы при перебазировании на новые аэродромы БАО встречал полк, а не полк БАО, как это зачастую получается».
31 августа на правом крыле 1-го Украинского фронта в течение ночи силой до 2 пехотных полков и до 20 танков противник атаковал наши части и превосходящими силами оттеснил советскую пехоту на восточный берег реки Вислы в районе населенного пункта Анополь.
Активизировалась в этот день, соответственно, и наша авиация. Летным составом 16-го гиап за этот день на выполнение боевых задач было произведено 38 самолето-вылетов (32 самолета).
В первом из двух, проведенных за этот день, групповом воздушном бою открыл свой личный боевой счет сбитым вражеским самолетам гвардии лейтенант Онищенко Василий Акимович. В период 19.00–19.50 он в районе 2–3 км южнее Островца сбил немецкий истребитель Ме-109. Ассистировали ему родной брат Иван Акимович и гвардии лейтенант Торбеев.
Последний сбитый немецкий самолет в августе был записан на боевой счет командира 16-го гиап гвардии капитана Григория Речкалова. В период 19.30–20.30 им был сбит немецкий истребитель Ме-109.
За два воздушных боя было израсходовано: авиаснарядов 37 мм – 30 шт., авиапатронов 12,7 мм – 240 шт. и 7,62 мм – 600 шт.
В последний день августа для дальнейшего прохождения службы в братский 100-й гиап был переведен командир звена гвардии старший лейтенант Иванов Сергей Макарович.
Итоги боевой деятельности 16-го гиап за август следующие.
![](i_054.png)
16-м гиап в августе 1944 года за 18 летных дней было проведено 293 боевых самолето-вылета (вылетало 236 самолетов), из них в интересах наземного командования 285 боевых с/в (97 %).
По видам боевой работы показатели боевой напряженности распределились следующим образом:
1. Прикрытие наземных войск – 174 с/в.
2. Прикрытие переправ – 67 с/в.
3. Свободная охота – 24 с/в.
4. Разведка – 16 с/в.
5. Прикрытие аэродромов – 4 с/в.
6. Перехват – 4 с/в.
7. Связь – 4 с/в.
При этом летчиками авиаполка Григория Речкалова проведено 12 воздушных боев, в которых участвовало 59 советских самолетов и 54 – немецких (один Ме-110, один ФВ-189, восемнадцать Ме109, двадцать шесть ФВ-190, восемь самолетов неопознанного типа). Братские 100-й и 104-й гиап провели соответственно восемь и четыре воздушных боя.
В результате проведенных воздушных боев летчиками 9-й гиад сбит 31 самолет противника, из них – два Ю-87, один Ме-110, два ФВ-189, девятнадцать Ме-109 и девять ФВ-190, кроме того, подбито четыре ФВ-190.
16-й гиап задекларировал 12 сбитых немецких самолетов (шесть Ме-109, четыре ФВ-190, один Ме-110, один ФВ-189).
Факты уничтожения всех самолетов противника, кроме одного Ме-109, подтверждены, из них – пленкой фотокинопулемета – 2, наблюдением с земли – 14, остальные – экипажами групп, ведущих воздушный бой, в том числе – 2 самолета экипажами другого авиасоединения.
Из анализа сбитых самолетов противника по авиаполкам видно, что в 16-м гиап из 12, а в 104-м гиап из 6 сбитых самолетов противника только 2 двухмоторных, в то время как в 100-м гиап из 13 сбитых самолетов – двухмоторных 9. Это показывает, что 100-й гиап учел свои ошибки, допущенные в июле, и значительно увеличил эффективность боевых действий. Кроме того, это объясняется тем, что в начале месяца основная тяжесть боевых действий по прикрытию войск и переправ лежала на 100-м гиап, который в то время базировался ближе всех к линии фронта.
Кроме боевых вылетов, летчиками 16-го гиап в августе было выполнено 150 небоевых самолето-вылетов, из них: на самолете «Аэрокобра» – 114 нб/в (налет 53 часа 47 минут), на самолете УЛа-5 – 28 нб/в (налет 8 часов 25 минут), на самолете УТ-2 – 8 нб/в (налет 5 часов 35 минут).
Большую работу проделал и технический состав авиаполка и ПАРМ-1 (начальник – старший техник-лейтенант Красюк). Текущим ремонтом было восстановлено 80 самолетов, авиаспециалисты ПАРМ отремонтировали 46 самолетов. Процент боеготовности материальной части авиаполка составлял 95,25 %. Качество ремонта было отличное. Сроки ремонта постоянно перевыполнялись. Так, если раньше работы по усилению жесткости хвостового оперения «Аэрокобры» занимали двое суток, то сейчас эту операцию производили на двух самолетах за сутки. Отлично работали сержанты Харченко и Лобков, которые после посадки самолета на фюзеляж восстановили «Аэрокобру» за 5 суток с отличным качеством.
При этом отмечалось плохое качество ремонта, выполняемого специалистами ПАРМ-3. Отремонтированные там самолеты отличались большим количеством дефектов.
Но наряду с положительными результатами работы авиаполка при выполнении боевых задач и проведенных воздушных боях имелись и недостатки, которые повлекли за собой боевые потери. Как отметил командир 16-го гиап, недостаточно была отработана среди летного состава осмотрительность в воздухе при поиске противника, совершенно не использовалась облачность при ведении воздушного боя как средство маскировки для внезапной атаки противника.
За отличное выполнение боевых задач на разведку и прикрытие наземных войск командир 16-го гиап дважды Герой Советского Союза гвардии капитан Речкалов (так писалась должность на официальных документах) объявил 3 сентября 1944 года в своем приказе № 0110 благодарность гвардии младшему лейтенанту Коряеву, гвардии лейтенантам Никитину, Торбееву, Сухову. Правда, подпись в тексте приказа вместо Григория Речкалова поставил его заместитель – гвардии капитан Клубов Александр.
Были поощрены и авиаспециалисты ПАРМ – гвардии старший техник-лейтенант Красюк, сержанты Харламов и Лобков, старшие техники-лейтенанты Скороход, Киселев, техники-лейтенанты Луценко, Минаев.
За успешно произведенные на 1-м и 2-м Украинских фронтах с 8 мая по 1 сентября 1944 года 72 боевых вылета и лично сбитые в 11 воздушных боях 6 самолетов противника гвардии старший лейтенант Трофимов был представлен командованием 16-го гиап к очередной правительственной награде – ордену Красного Знамени.
![](i_055.png)
За август 9-я гиад по разным причинам потеряла 11 самолетов, из них боевые и небоевые потери – 3 (из них: 2 – 16-й гиап, 1 – 104-й гиап), передано в другие части – 1, сдано в реморганы – 7.
На пополнение самолетного парка 16-го гиап в августе прибыло 8 новых и отремонтированных самолетов.
Численность летного состава авиадивизии Покрышкина сократилась на 9 человек, откомандировано летчиков-стажеров и в другие части 5 пилотов, и 3 летчика погибло (в 16-м гиап – гвардии младший лейтенант Киселев).
К исходу 31 августа войска 1-го Украинского фронта продолжали вести бои на рубеже: Шишица, Гурна, Дородка, иск. Гернанув, Веселовка, по восточному берегу реки Вислы, отм. 204, Берджигув, иск. Дембно, Линув, по восточному берегу реки Вислы, Винярки, Виняры, Чернин, южная окраина Гарькув, СтарыГуры, Весоке, Луклва, Бугай, Боженишин, иск. Лопата, Садоловице, Малище, Лешкув, иск. Властув, иск. Стшижовеца, южная часть рощи, что севернее Теньча, иск. Бранковшизна, иск. Рудники, иск. Рудники, скл. Браткув, Озенблув, Дольна, Буковьяны, Трусколясы, по северной опушке леса до иск. дороги Нова-Ступя, Лагув, иск. Заискова-Воля, Зарембы, Лазы, выс. 411, далее на юг по безымянному ручью Ракув, по восточному берегу реки Черны, иск. Котунув, Яблоница, иск. Ядшебец, Дзеславице, иск. Фоленице, Старые Белобоже, Хжанув, иск. Бехувка, иск. Подвале, иск. Ратае (южн.), Жанец, по северному берегу реки Вислы, Слупец, Копани, на юг по восточному берегу канала Ямы, Залужа, иск. Польеске, иск. Белизна, Журавка, Отара, Ружа, 1 км зап. Боровка, Голенки, иск. Хутова, Латошин, Братцева-Малга, иск. Гурно, Грудка, Дольна, иск. Смарзова, Завалка, Бжостечка, иск. Опашинка, иск. Богодув, иск. Глинки, Средний, Любля, Воежувка, по восточному берегу реки Вислуоки, Базайка, восточная часть Беско, Мымонь, иск. Синявка, иск. Оджехова, иск. Пельня, Ендрушковце, Санок, иск. Бековцы, Тростянец, Козинце, Юречково, иск. Котена, иск. Поляна, по северному берегу реки Стровинож, Чапли, Гуменцы, Дубровка, Самбор.
Сентябрь 1944 года
В течение сентября 1944 года перед войсками 1-го Украинского фронта продолжали действовать части 4-го воздушного флота Германии, общей численностью до 450–480 самолетов, из них – до 200 бомбардировщиков, 120 истребителей, 80 штурмовиков и до 50 разведчиков.
Кроме этого, противник мог использовать до 120–150 самолетов, базирующихся на аэродромах перед левым крылом соседнего советского фронта, что составляет до 580–600 самолетов.
Основными аэроузлами базирования вражеской авиации были Енджеюв, Краков и Бреслау.
Авиация противника в течение сентября активности не проявляла, ограничивалась нанесением периодических бомбо-штурмовых ударов по боевым порядкам наступающих советских войск в районе Кросно и юго-западнее его.
На 1 сентября 9-я гиад имела на вооружении 107 самолетов Р-39 «Аэрокобра», из них исправных – 98 и неисправных – 9. Кроме этого, имелись в наличии два УЛа-5, два УТ-2, Як-7 и пять По-2 (из них 3 в авиаполках).
По списку в покрышкинском авиасоединении числился 121 летчик, включая управление 9-й гиад, из них в авиационных частях – 95 летчиков, в госпиталях – 10, больных – 7, небоеготовых – 9.
Дислокация 9-й гиад была следующей: управление авиадивизии располагалось в Мокшишуве, 16-й гиап – аэродром Стале (тридцать семь Р-39), 100-й гиап – аэродром Ята (Ежове) – двадцать пять Р-39, 104-й гиап – аэродром Ята (Ежове) – двадцать девять Р-39.
При этом в 16-м гиап из 37 самолетов «Аэрокобра» исправны были 33, 4 неисправны, кроме этого – один УЛа-5 и один УТ-2. Однако боеготовых экипажей в части было только 22.
В течение месяца дислокация авиаполков и управления 9-й гиад не изменялась.
Боевые действия авиадивизией Покрышкина велись только в первую декаду месяца, и то крайне ограниченно, что обусловливалось объемом поставленных штабом 7-го иак боевых задач авиационным частям 9-й гиад.
Начало сентября для авиационной части Григория Речкалова было отмечено радостным событием. За отличные результаты при ведении боевых действий в августе приказом Верховного главнокомандующего от 1 сентября 1944 года № 0295 16-му гвардейскому истребительному авиационному полку присвоено почетное наименование Сандомирский.
Вся партийно-политическая работа в этот период в авиаполку была направлена на помощь командованию части в деле мобилизации личного состава на успешное выполнение поставленных задач.
В начале сентября было проведено полковое собрание, на котором старший инженер полка гвардии инженер-капитан Копылов выступил с докладом «О задачах коммунистов в подготовке материальной части к предстоящим операциям».
На партийных собраниях авиаэскадрилий были заслушаны доклады старших техников подразделений части «Об авангардной роли коммунистов в подготовке материальной части к эксплуатации в осенне-зимний период».
Партийные организации использовали и такую форму работы, как совещание коммунистов разных специальностей по отдельным вопросам выполнения заданий командования.
На заседании партийного бюро авиаполка был обсужден доклад штурмана эскадрильи гвардии капитана Старчикова «О совершенствовании штурманской подготовки коммунистами 2-й аэ».
Члены партийного бюро Герой Советского Союза гвардии капитан Федоров, гвардии капитан Жердев, гвардии старший лейтенант Трофимов провели беседу с летчиками на темы: «Об особенностях района предстоящих боевых действий», «Защита товарища в бою – святой долг коммуниста», «Отлично выполнить задачу на перехват и уничтожение самолетов противника», «Восстановление ориентировки после боя» и т. д.
Боевое распоряжение 7-му иак для покрышкинской авиадивизии на первые числа сентября было следующее – в течение 1 и 4 сентября 1944 года дежурством на земле двух групп, одной из них в готовности № 1 и второй в готовности № 2, с вылетом по вызову рации КП командира 7-го иак, прикрывать боевые порядки 13-й армии в районе Иваниска.
2 сентября командир 16-го гиап дважды Герой Советского Союза гвардии капитан Речкалов произвел штатно-должностные изменения в своей части. Командир 3-й аэ Герой Советского Союза гвардии капитан Клубов был допущен к временному исполнению должности помощника командира авиаполка по воз душно-стрелковой службе. Соответственно на должность командира 3-й аэ был временно допущен заместитель командира этой же эскадрильи гвардии старший лейтенант Трофимов. На должность Трофимова временно допущен командир звена 3-й аэ гвардии старший лейтенант Цветков. Все эти военнослужащие зарекомендовали себя на фронте с наилучшей стороны как летч ики-истребители и командиры, поэтому их карьерный рост выглядит вполне закономерно, а решение командира части – правильным.
Всего за этот день в авиаполку Речкалова поднимались в воздух для выполнения боевых задач 6 самолетов, которые выполнили 8 боевых вылетов.
3 сентября, в соответствии с указаниями командира 9-й гиад, необходимо было вылетом пар охотников уничтожать самолеты и технику противника в полосе: справа – Сандомир, Лагув, Кельце и слева – Полонец, Стопница, Пинчув.
Выполняя эту боевую задачу, пара охотников 16-го гиап (ведущий дважды Герой Советского Союза гвардии капитан Речкалов, ведомый – гвардии младший лейтенант Голубев) вылетела в 10.40. На железнодорожном перегоне Загнальск – Венгле Григорием Речкаловым был атакован и поврежден немецкий паровоз, Георгий Голубев в это время огнем из бортового оружия обстреливал разбегающихся вражеских солдат, перевозившихся в этом воинском эшелоне. Продолжая дальше полет, в районе Горок наша пара встретила связной самолет противника «Физелер-Шторх». Внезапной атакой воздушную победу одержал Георгий Гордеевич Голубев. Немецкий самолет упал в районе населенного пункта Мнюв.
Боевое напряжение 16-го гиап за 3 сентября составило 16 самолето-вылетов, в воздух поднимались 14 «Аэрокобр». На следующий день этот и так невысокий показатель боевой работы авиационного полка еще уменьшился в два раза – 8 самолетовылетов (6 «Аэрокобр»).
С начала месяца по 4 сентября 16-й гиап на аэродроме Стале и управление 9-й гиад в Мокшишуве продолжал обеспечивать 694-й бао (23-й РАБ). С задачей по тыловому обеспечению прикрепленных частей он справлялся удовлетворительно. Претензии были, как это уже стало обычным, к качеству авиационного масла. Так, 3 сентября маслозаправщики технической роты бао подали к самолетам некачественные ГСМ, которые были отстранены от заправки инженером 16-го гиап.
5 сентября в период 11.00–11.35 вторую полковую воздушную победу в сентябре одержал гвардии старший лейтенант Цветков. Им был сбит немецкий истребитель ФВ-190. Сбитый самолет упал в районе 1,5 км северо-западнее Лехува. Ведомым у него был летчик гвардии младший лейтенант Коряев, который подтвердил результативную атаку Вениамина Павловича.
Всего за этот день летчиками 16-го гиап было выполнено 6 самолето-вылетов.
С этого дня и до конца месяца 16-й гиап и управление покрышкинской авиадивизии обеспечивал 379-й бао (23-й РАБ), который по итогам своей работы за 25 дней сентября, так же как и 694-й бао, имел ряд недочетов по обеспечению основными видами тылового довольствия. Так, 7 сентября бензозаправщик батальона прибыл на самолетную стоянку для заправки материальной части без паспорта на бензин и с неопломбированными заправочными емкостями и шлангами для подачи топлива. Естественно, что это средство аэродромного обеспечения было отстранено инженером части от заправки. После устранения недостатков «Аэрокобры» были дозаправлены. 14 сентября также при заправке самолетов ГСМ было обнаружено, что в авиамасле большое количество механических примесей, которое ни в коем случае нельзя применять в эксплуатации. Снова на страже безопасности полета летчика был инженерно-технический состав.
8 сентября «отличилась» продовольственная служба 379-го бао. Обед, приготовленный для технического состава, был очень низкого качества. Командование 16-го гиап даже предположило, что пищу отравили, так как 40 человек инженерно-технического состава после приема пищи жаловались на боли в желудке. А причиной случившегося был банальный недосмотр дежурного врача при снятии пробы приготовленных блюд.
Вещевое снабжение всего личного состава авиадивизии также оставалось на стабильно низком уровне. Без надежды на лучшее начальник штаба 9-й гиад докладывал, что «до сих пор не налажена регулярная починка обуви, часть личного состава до сих пор не получила летнего обмундирования. У многих обувь и обмундирование, ввиду изношенности, требуют замены».
6 сентября только четыре самолета 16-го гиап были запланированы для выполнения боевых задач. Эти «Аэрокобры» выполнили 6 самолето-вылетов.
8 сентября летчики 104-го гиап (16 «Аэрокобр») выполнили самую значимую боевую задачу покрышкинской авиадивизии за сентябрь – сопровождали бомбардировочный удар группы пикировщиков Пе-2 2-го гвардейского бомбардировочного авиационного корпуса (гбак) по водным переправам у Свежова и Эрецин в районе Кросно.
Ввиду отсутствия в небе противника 10 наших истребителей вместе с бомбардировщиками с пикирования пушечно-пулеметным огнем нанесли удар по живой силе и технике противника в районе переправы, а также по зенитным средствам немецкой ПВО, ведущим огонь по нашим бомбардировщикам. В результате комплексного огневого воздействия советских самолетов зенитный огонь противника был прекращен. Однако результаты штурмовки определены не были. Ведущим группы Пе-2 был командир 2-го гбак генерал-майор авиации Полбин, который дал высокую оценку истребительному прикрытию «покрышкинцев».
Летчики 16-го гиап в этот день подняли планку боевого напряжения своей части до рекордного показателя в сентябре – 18 самолето-вылетов, выполненных 18 «Аэрокобрами».
13 сентября в районе аэродрома Стале резко увеличилась активность разведывательной авиации противника. За этот день отмечено 4 пролета самолетов противника на высоте 3000–4000 м через аэродром. Только с 10.50 до 11.20 прошло 3 вражеских воздушных разведчика, с интервалом 15 минут. После предварительного запроса в штабе 7-го иак было получено разрешение на вылет с целью перехвата (так как всякие полеты в этот день были запрещены). 16-му гиап было отдано приказание в случае появления разведчиков вылетать на перехват.
В этот день полк выполнял боевую задачу по прикрытию аэродрома звеном в готовности № 1 и звеном в готовности № 2. Дежурство несла 1-я аэ.
В 11.05 с севера на высоте 3500 м появился разведчик противника типа Ю-88. Обнаружив его, начала взлет первая пара дежурного звена, ведущий гвардии старший лейтенант Вахненко, однако разведчик противника, заметив вылетающих истребителей, развернулся и стал уходить на юго-запад. Преследование результатов не дало. Командир авиационного полка гвардии майор Речкалов по радио приказал своей паре возвратиться на свой аэродром.
В 11.15 на той же высоте появился второй вражеский разведчик. Командир авиаполка, зная указание командира дивизии – не выпускать дежурное звено без его личного разрешения, сначала попросил добро на взлет дежурного звена и потом только выпустил пару – ведущий гвардии старший лейтенант Вахненко, ведомый гвардии младший лейтенант Душанин.
По радио с КП авиаполка снова была дана команда на уничтожение Ю-88, указав место нахождения немецкого самолета. Разведчик противника, заметив взлетающих истребителей, стал быстро уходить на юго-запад. Погоня не принесла результатов, и по команде с КП пара Вахненко была возвращена обратно.
В 11.20 через аэродром пролетел еще один разведчик Ю-88 на высоте 3500 м. Командир полка стал информировать о нахождении самолета противника Вахненко, но он в это время находился на высоте 6500 м и юго-восточнее аэродрома. Несмотря на наведение истребителей по радио и по шлейфу от трассирующих снарядов МЗА, противника наша пара не обнаружила и, фактически не выполнив боевого задания, возвратилась на свой аэродром.
Неэффективные действия пары Ивана Вахненко были объяснены (командованием 16-го гиап) тем, что недостаточно четко сработала служба воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) и что наши «Аэрокобры» располагались на большой высоте и в стороне от аэродрома.
Как можно проследить по логике этого доклада – наши летчики ни в чем не виноваты: догнать уходящий немецкий самолет они не смогли почему-то, а в воздухе, даже после подсказок по радио и целеуказания по разрывам зенитных снарядов, самолет, а не иголку в сене не нашли.
13 сентября, выполнив всего 3 самолето-вылета (минимальный показатель за месяц), 16-й гиап боевую работу в сентябре завершил.
14 сентября авиаполк Речкалова пополнился новой материальной частью, из 25-го зап прибыли 3 новых самолета – Р-39 «Аэрокобра» Q-20 № 43358, 43694 и Q-25 № 470999 с моторами «Аллисон» Е-19 № 037393, 037464, 042384. После приема и их обкатки 20 сентября они были включены в боевой состав 16-го гиап. Как показало время, это были последние самолеты, полученные авиационной частью Григория Речкалова в этом году.
Всего за 1944 год в 16-м гиап на пополнение материальной части поступило 42 новых самолета «Аэрокобра» и один Р-39 был возвращен в часть из реморганов.
20 сентября в 16-м гиап был проведен митинг ненависти против зверств немцев в Люблинском концлагере.
В Майданек для осмотра концлагеря была послана группа лучших агитаторов – летчиков и техников части. Они своими глазами увидели систему варварского уничтожения ни в чем не повинных людей различных национальностей. Их гневные выступления на митинге призвали личный состав к ненависти к фашистскому режиму.
В своем выступлении гвардии старший лейтенант Цветков призывал своих товарищей: «Летчики, когда в воздушном бою вы встретите врага, знайте, что против вас не солдат, а дьявол, одетый в форму вражеского солдата, что он – не человек, а убийца твоей матери, твоего ребенка. Вспомни на миг Майданек и уничтожь проклятого немца!»
Гвардии техник-лейтенант Квардаков заявил: «Я клянусь, что в предстоящих боях не буду знать отдыха, самолет не будет знать перебоев и отказов. Пусть сталинский сокол на нашем самолете вместе с боекомплектом обрушит на врага всю ненависть и гнев, который кипит в наших сердцах против фашистских бандитов!»
На митинге выступили 8 военнослужащих авиационного полка Речкалова. Все выступления ораторов заканчивались призывами – «Смерть немецким захватчикам!», «Месть бандитам!».
План учебно-тренировочных полетов в 9-й гиад за сентябрь был не выполнен, но следует иметь в виду, что 16-й гиап учебнотренировочных полетов по вводу в строй молодых летчиков не проводил вообще, ввиду отсутствия лимита на авиационное горючее.
100-й гиап выполнил 15 учебных полетов, с налетом 5 часов 28 минут; 104-й гиап – 21 полет с налетом 17 часов 7 минут.
Сведения о подготовке летных экипажей в частях 9-й гиад за сентябрь
![](i_056.png)
Из числа указанных по списку летчиков – 11 человек находились в госпиталях, из них в 16-м гиап – 2 человека, в 100-м гиап – 5 человек, в 104-м гиап – 4 человека.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?