![](/books_files/covers/thumbs_240/pokryshkinskiy-aviapolk-nelakirovannye-boevye-hroniki-16-y-gvardeyskiy-istrebitelskiy-aviacionnyy-polk-v-boyah-s-lyuftvaffe-1943-1945-80784.jpg)
Автор книги: Александр Табаченко
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 41 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
За сентябрь укомплектованность материальной частью покрышкинской авиадивизии увеличилась. Так как ни одного самолета ни в бою, ни в аварии, ни в катастрофе не было потеряно, а так же не было передано в реморганы или в другие части, то прибывающие самолеты шли только в актив укомплектованности. За это время 16-й гиап получил от 25-го зап 3 новых самолета, 100-й гиап – 4, 104-й гиап – 5 «Аэрокобр». И к концу месяца общее количество боевых самолетов в 9-й гиад составило 119 штук.
Всего за сентябрь 16-й гиап выполнил 19 боевых с/в, при этом на разведку было выполнено 10 с/в (налет 7 часов 20 минут), на свободную охоту – 2 с/в (2 часа), на прикрытие аэродрома – 4 с/в (4 часа), на перехват – 3 с/в (3 часа).
При выполнении боевых задач летчиками 16-го гиап было проведено 3 воздушных боя, в которых участвовало 6 самолетов «Аэрокобра», а со стороны противника – 7 самолетов (шесть ФВ-190 и один «Физелер-Шторх»).
В результате проведенных воздушных боев сбито 2 вражеских самолета – ФВ-190 и «Физелер-Шторх».
Октябрь 1944 года
На начало октября линия боевого соприкосновения войск 1-го Украинского фронта с противником проходила по рубежу: Юзефув, 25 км сев. – вост. Островец, по восточному берегу реки Вислы, до иск. Завихост, Виняры, Гуры Высоке, Кихары, Фл. Лукава, Фл. Бугай, Боженцин, Сандловице, Коспельне, Лешкув, иск. Властув, Вымыслув, иск. Братковшизна, Пискжин, иск. Голошице, Подлесье, иск. отм. 552, Подлазы, Порембиска, Петрув, Лагу Воля, Бардо, Рембув-Стар, Ракув, по восточному берегу реки Чарны, до Ясень, иск. Котушув, иск. Шиндув, Жизня, иск. Новы, иск. Бжозувка, Пшиборув, иск. Ястшебец, Фаленцин, Стары, Новы, Весь, Метель, иск. Бехувська, Жабец, Ялмин, по северному берегу реки Вислы, до иск. Слупец, иск. Воля Вадовска, Ямы, Заставье, иск. Подлесе, Жарувка, иск. Язвины, иск. Чарна, иск. Хотова, иск. Подгродзе, иск. Подомея, иск. Глобикова, иск. Дольна, Бончавка, иск. Опаценка, иск. Глинник, Любля, Непля, Шебне, иск. Челюсница, иск. Глинник-Немецки, Лайсце, Дубенко, иск. Ненашув, Маковиська, иск. Лыса Гура, Ивля, иск. Гырова, Мшана, Смеречне, Варвенек, Ястлиська, Воля Нижна, Воля Вышна.
В течение месяца изменений в линии БС не было, за исключением южного крыла фронта: иск. Жадовска, иск. Цехане, Ваненьки, Свидничка, Кружлова, Капишова, Леброслава, иск. Кореевка, Крайне Быстре, Нилый Комарник, Черемка, Чертижче.
Перед 1-м Украинским фронтом продолжали действовать до 450 самолетов противника, из них бомбардировщиков – 200, штурмовиков – 80, истребителей – 120 и до 50 самолетов-разведчиков, кроме того, против войск генерал-полковника Конева могли действовать части и соединения, базирующиеся на левом крыле соседа справа, общим количеством до 200–250 самолетов.
Авиация противника активности не проявляла, периодически группы по шесть – восемь Ме-109 и ФВ-190 штурмовали боевые порядки наших наземных войск. Отдельными самолетами Ю-88, Хе-111, а также парами Ме-109 и ФВ-190 вели разведку поля боя, армейских и фронтовых тылов, а также наших аэродромов.
На 1 октября 9-я гиад имела на вооружении 119 самолетов «Аэрокобра», из них исправных – 117 и неисправных – 2. Кроме этого, имелись в наличии два УЛа-5, два УТ-2 и пять По-2 (из них три самолета По-2 в авиаполках).
По списку в покрышкинском авиасоединении числилось 129 летчиков, включая управление 9-й гиад, из них в авиационных частях – 89 летчиков, в госпиталях – 11, в командировках – 6 и больных при части – 5.
Дислокация 9-й гиад оставалась следующей: управление авиадивизии и 16-й гиап располагались на аэродроме Стале – сорок Р-39 «Аэрокобра» (33 б/г экипажа), 100-й гиап – на аэродроме Ята (Ежове) – тридцать семь Р-39 «Аэрокобра» (23 б/г экипажа), 104-й гиап – также на аэродром Ята (Ежове) – сорок один Р-39 «Аэрокобра» (31 б/г экипажа).
Боевую готовность 9-й гиад значительно снижали 23 молодых летчика, которые не были введены в строй из-за отсутствия авиационного горючего. Молодежь распределили следующим образом по авиасоединению: трое – 16-й гиап, тринадцать – 100-й гиап, семеро – 104-й гиап. Кроме того, значительное количество летчиков находилось в госпиталях, командировках и болело в лазаретах своих частей.
2 октября 1944 года приказом командующего ВВС КА № 0408 троим военнослужащим 16-го гиап были присвоены очередные воинские звания: дважды Герою Советского Союза гвардии капитану Речкалову Григорию Андреевичу и Герою Советского Союза гвардии капитану Федорову Аркадию Васильевичу воинское звание – майор; Герою Советского Союза гвардии старшему лейтенанту Труду Андрею Ивановичу – капитан.
3 октября на вакантную, с 23 сентября, должность начальника химической службы 16-го гиап прибыл младший лейтенант Кондратов Григорий Прохорович.
6 октября в полк возвратился из служебной командировки врид командира 16-го гиап дважды Герой Советского Союза гвардии майор Речкалов. Исполняющий должность командира части Герой Советского Союза гвардии капитан Клубов возвратился к выполнению обязанностей помощника командира полка по ВСС.
На пополнение материальной части 9-й гиад 7 октября прибыли подаренные трудящимися города Новосибирска лично командиру авиадивизии трижды Герою Советского Союза гвардии полковнику Покрышкину (на бортах фюзеляжей самолетов была надпись: «Александру Покрышкину от рабочих Новосибирска». – Авт.) 4 новых самолета Ла-7, которые перегнали с московского авиазавода № 381 непосредственно на фронт лично Покрышкин, Голубев, Жердев и Труд. Кроме того, из ремонта в 822-й ПАРМ-3 прибыла в состав авиасоединения одна «Аэрокобра». Три самолета «Лавочкина» (Ла-7 № 38100154, 38100554, 38100854 с моторами АШ-82 ФН-112 № 82131233, 82131238, 82131261) 14 октября 1944 года были включены в боевой состав 16-го гиап, один Ла-7 был передан в звено управления авиадивизии. Отремонтированная «Аэрокобра» досталась 104-му гиап.
Одной из главных задач, которая стояла перед 9-й гиад в октябре, был ввод в строй молодых летчиков. Однако проведение с ними учебно-тренировочных полетов усугублялось отсутствием достаточного количества авиационного горючего (авиабензина Б-100). Другой, не менее важной задачей было, учитывая «подарок трудящихся Новосибирска», «переучивание на самолете Ла-7», как записано в отчетных документах дивизии. То есть у командира авиасоединения зрела самостоятельно или с чьей-то подсказки патриотическая мысль, которая уже практически претворялась в жизнь, – переоснастить авиапарк своей дивизии на отечественную авиационную технику взамен американских самолетов. Первым в череде переучивающихся авиационных частей стал родной Покрышкину 16-й гиап.
По плану учебно-летной тренировки летного состава полков 9-й гиад на октябрь 1944 года летчики 16-го гиап должны были выполнить как минимум 69 полетов (упражнение № 11–30 минут по три полета) общей продолжительностью 11 часов 30 минут. Для этого требовалось 2300 кг авиационного горючего. Для полетов на новой авиационной технике планировалось допустить 23 человека «старого летного состава».
В 100-м гиап – 18 летчиков, налет 9 часов.
В 104-м гиап – 22 летчика, налет 11 часов.
При этом по решению командира 9-й гиад гвардии полковника Покрышкина был разработан отдельный план переучивания заместителей командиров авиаполков и дивизии по летной части на самолете УЛа-5, правда, непосредственным разработчиком и исполнителем этого «плана» был Павел Петрович Крюков. В этот список вошли 5 летчиков-командиров соединения: гвардии подполковник Крюков, гвардии майоры Калачев и Полухин, гвардии капитан Клубов и гвардии старший лейтенант Бондаренко. Каждый из них должен был налетать на «Лавочкине» минимум 4 часа 10 минут, израсходовав при этом не менее 1250 кг авиационного бензина.
Для 16-го гиап «План переучивания летчиков 16-го гиасп на самолете ЛА-7 на октябрь 1944 г.» подписал лично Александр Иванович Покрышкин, а утвердил командир 7-го иак гвардии генерал-лейтенант авиации Утин, что говорит о том значении, которое придавали этому виду подготовки командир 9-й гиад и комкор. В речкаловском авиаполку в список отобранного летного состава для производства учебно-тренировочных полетов на «Лавочкине» вошли летчики-пилотажники Федоров, Клубов, Труд, Жердев, Цветков, Голубев, Вахненко, Иванков, Кудинов и Новиков. Предполагалось, что ими должно быть выполнено 290 полетов с налетом 59 часов (13 600 кг авиационного топлива).
Интенсивных боевых действий в воздухе в октябре, как и сентябре, не планировалось, поэтому все авиаполки 9-й гиад должны были ежедневно производить разведку войск противника, выполнять полеты на свободную охоту в тыл противника, а с 21 октября во взаимодействии с РУС-2 и с соседней 23-й гиад вылетом пар истребителей перехватывать охотников и самолеты-разведчики противника на своей территории. Такие задачи поставил командир авиадивизии Покрышкин своим подчиненным. Георгий Голубев вспоминал:
«Стали наши летчики переучиваться, осваивать первоклассный советский истребитель. Уже многие вылетали на нем. Работаем с аэродрома Стале. Там есть бетонная взлетно-посадочная полоса, которую отступавший противник не успел разрушить.
Но линия фронта близко. Частенько прилетают сюда «подарочки» от фашистов – тяжелые снаряды, посылаемые орудийной установкой большой мощности – «Бертой».
И, тем не менее, группа летчиков ежедневно отправляется из Джикова в Стале на автомашинах, чтобы совершать тренировочные полеты. Протяженность пути – километров пятьдесят. Поездки доставляют истинное удовольствие уже потому, что совершаем как бы экскурсию близ «своего» города – Сандомира».
С 8 октября до конца месяца командованием авиадивизии предписывалось проводить ежедневно разведку скопления войск противника, движения по дорогам, наличия и системы оборонительных сооружений противника. Длина участка ведения разведки составляла до 135 км, средняя ширина – до 20 км, общая площадь – около 2700 кв. км.
Как показало время, основная доля летного труда в выполнении этой задачи легла на плечи летчиков 100-го гиап, они выполнили 42 самолето-вылета на разведку, 16-й гиап – только 2 самолето-вылета, 104-й гиап вообще не привлекался к таким вылетам.
Согласно полученной из штаба 6-го гиак боевой задаче – уничтожение самолетов, автомобилей и солдат противника методом свободной охоты (с общим боевым напряжением 50–60 с/в) с 15 октября начались и до конца месяца систематически велись боевые действия охотников авиадивизии Покрышкина, за исключением дней, когда плохие метеоусловия исключали их.
Полоса района поиска летчиками-охотниками была следующей: справа – Юзефув, Коньске и слева – Стопница, Мехув до рубежа Коньске, Мехув (ширина полосы – 85 км, глубина – до 105 км).
Началу этому виду боевых действий предшествовала 12-дневная специальная подготовка летного состава в каждом авиаполку 9-й гиад. Шесть – восемь лучших экипажей, выделенных для свободной охоты, готовились под руководством командиров авиационных частей основательно. В подготовку отобранных летчиков входило тщательное изучение, по имеющимся материалам опыта боевых действий истребителей, методов свободной охоты, местоположения расположенных в выделенном секторе военных объектов, зенитных средств и штабов противника, а также наиболее важных коммуникаций и, наконец, беседы опытных охотников с выделенными для подготовки экипажами, для личной передачи им своего опыта боевых действий.
В штабах всех авиационных полков 9-й гиад были нарисованы специальные карты охотников, на которые наносились все имеющиеся в наличии разведданные о противнике (полевые площадки базирования авиации, стационарные аэродромы, места расположения ЗА и МЗА, штабы частей и соединений противника), которые, по получении из штаба авиадивизии информации, ежедневно постоянно «наращивались». Кроме того, эти карты постоянно дополнялись информацией, добытой летчиками-охотниками в процессе их боевых вылетов.
По этим картам летчики, выделенные для воздушной охоты, изучали цели, выделенные для атаки или разведки, в зависимости от наличия аэродромов противника и зенитной артиллерии вблизи вражеских объектов, они прокладывали маршруты полета за линию фронта и обратно, намечали порядок своих действий.
Перед вылетом за линию фронта командир авиационного полка лично ставил боевую задачу охотникам, после чего летчики подробно знакомились с общей обстановкой в заданной полосе фронта и с имеющейся в штабе части рабочей картой охотника. Свободные вылеты на охоту производились парами охотников, которые выполняли задачи по уничтожению немецких самолетов, паровозов, автомашин, гужтранспорта и живой силы противника.
Обычно вылет на охоту проводился по такому сценарию.
После взлета, при отсутствии облачности, охотники в районе аэродрома набирали высоту порядка 4500–5000 м и на этой высоте пересекали линию фронта. Дальше летчики продолжали полет со снижением, просматривая воздух и наблюдая за движением войск противника по шоссейным, грунтовым и железным дорогам. Снижение происходило до высоты 800—1000 м, а в районах, насыщенных зенитными средствами противника, – до бреющего полета, для того чтобы легче было найти и атаковать цель, используя при этом рельеф местности для скрытности подхода.
При наличии облачности перелет линии фронта производился за облачностью, выход из облачности производился на удалении 30–40 км от линии фронта.
Атаки летчиками-охотниками производились со стороны солнца пикированием с высоты 600–800 м и под углом 25–40°, с уходом от цели на бреющем полете. Если немецкая зенитная артиллерия не противодействовала, то наши охотники производили несколько заходов на цель, пока она не была уничтожена или повреждена. Атака целей со стороны солнца давала возможность производить скрытый подход к цели и атаковать ее внезапно.
Это видно из того, что из всех вылетов на охоту только в двух случаях ЗА противника успевала открыть огонь, и то уже при отходе наших истребителей от объекта атаки.
Поиск целей производился в основном с высот порядка 1000–1500 м. Обнаружив ее, наши охотники уходили в стороны, снижались и подход снова к цели осуществляли на бреющим полете с последующей «горкой». Атаковали же с пологого пикирования и уходили бреющем полетом.
Отдельные паровозы и железнодорожные эшелоны охотниками уничтожались только на перегонах, так как при этом была возможность производить по несколько заходов на цель, если наши самолеты не подвергались воздействию зенитных средств противника.
В течение 16 дней второй половины месяца свободная охота с полным боевым напряжением производилась только 6 дней и ограниченно, из-за плохих метеоусловий, 4 дня. В течение 7 дней охотники не вылетали на боевые задания, и все из-за метеообстановки, которая не допускала взлет даже хорошо подготовленных экипажей.
Наличие самолетов «Аэрокобра» и летного состава 9-й гиад
![](i_057.png)
15 октября 1944 года 16-й гиап выполнил 10 самолето-вылетов, при этом в одном из вылетов на охоту в период 17.04–17.45 гвардии майор Еремин в третьей атаке сзади сверху короткой очередью с расстояния 100–150 м сбил в районе 1 км севернее Борховице немецкий штурмовик Хш-126. Ассистировал ему в этом его постоянный ведомый гвардии младший лейтенант Новиков.
16 октября 1944 года пара охотников 16-го гиап (ведущий гвардии майор Еремин) вылетела на охоту в заданном районе. Линию фронта они пересекли на высоте 4000 м и дальнейший поиск целей производили последовательным снижением в боевом порядке – «тупой пеленг пары» на интервале 400 м и дистанции 100 м. Снизившись до высоты 1000 м, гвардии майор Еремин в районе Подземцина обнаружил колонну из 15–20 крытых брезентом автомашин, которые с востока втягивались в населенный пункт Подземцин. Пара с пикированием с высоты 1000 м атаковала хвост этой колонны (8—10 автомашин), не успевший зайти в этот населенный пункт. Ведущий открыл огонь с дистанции 200 м, потом перенес дальше огонь вдоль колонны до проскакивания и зажег 2 машины. Его ведомый, перед атакой перестроившись в кильватер на дистанции 200–300 м, продолжил атаку и зажег еще одну немецкую автомашину. Выйдя из атаки боевым разворотом, повторили ее с высоты 500 м. В результате была сожжена еще одна вражеская автомашина. Во время повторной атаки охотники из населенного пункта были обстреляны огнем ЗА и МЗА, в результате чего самолет ведущего получил прямое попадание снаряда МЗА в правую плоскость. Продолжая контролировать дорогу Подземцин – Васнун, экипаж атаковал одиночную крытую автомашину. Атака производилась таким же способом, в результате чего этот вражеский автомобиль был выведен из строя. Обратный пролет линии фронта, под огнем ЗА и МЗА с переднего края противника, производился на высоте 800 м.
Наличие большого количества лесных массивов в полосе наступления 1-го Украинского фронта позволяло противнику использовать их для скрытого расположения в них своих войск и техники, обнаружение которых или определение степени занятости того или иного леса немецкими частями и подразделениями представлялось делом весьма трудным. Учитывая то, что не на всех самолетах-разведчиках стояли аэрофотоаппараты, это только усугубляло проблему. Поэтому визуальное наблюдение не только с высоты 800—1000 м, но и с бреющего полета зачастую желаемого результата не давало. В этом случае летчикамиразведчиками применялся разработанный ими метод «оживления цели». Суть его заключалась в том, что лесистые участки местности (гор), где предположительно могли располагаться какие-либо воинские формирования противника, подвергались пушечно-пулеметному обстрелу из бортового оружия «Аэрокобры». В многочисленных случаях, после такого огневого воздействия, нервы немецких зенитчиков не выдерживали, и они открывали стрельбу по нашему самолету, тем самым обнаружив свое местонахождение.
Таким методом действовал, например, один из лучших воздушных разведчиков 16-го гиап гвардии лейтенант Цветков.
16 октября в 13.20 он вылетел на разведку войск противника в район Завихост – Островец – Опатув. Двукратно просмотрев с высоты 600—1000 м указанный район, он особых изменений в расположении войск и техники противника не заметил и, развернувшись, взял курс на свой аэродром. Находясь севернее Опатува, с высоты 600 м он обнаружил движущиеся 4 вражеские грузовые автомашины, которые въехали в лес в 4 км восточнее города. Пролетая первый раз над этим местом, он не обнаружил тогда никаких признаков нахождения людей и техники в нем. Теперь же скрывшийся в лесу немецкий автотранспорт вызвал у летчика сомнения в правильности сделанных им ранее выводов о «безжизненности» леса. Довернув самолет в сторону леса и пройдя над ним на высоте 200 м, Цветков заметил, что эти 4 автомашины и еще до 10 других таких же сворачивают с лесной дороги вправо. Часть из них стала тут же под разгрузку. Для большей убедительности наш летчик решил «оживить» ту часть опушки леса, где находились автомашины. Развернувшись на 180°, с высоты 300–400 м и с дистанции 500–600 м он открыл огонь из всех пушек и пулеметов своего самолета по подозрительному месту. После первой же очереди опушка леса сразу «ожила», от нее к советскому самолету потянулись трассы пушечно-пулеметного огня зенитных средств противника.
Таким образом, благодаря смекалке и наблюдательности летчика-разведчика было вскрыто местоположение хорошо замаскированного крупного вражеского склада.
Невозможность установить фотоаппарат на самолете «Аэрокобра» (для фиксирования, контроля и уточнения обнаруженных целей во время разведывательных полетов) привела летчиков и офицеров штаба к мысли, что для этого нужно использовать имеющийся на вооружении самолета фотокинопулемет.
Как известно, фотокинопулемет по своему прямому назначению должен фиксировать дистанцию и ракурс стрельбы во время отработки учебных воздушных атак, а также во время воздушного боя с самолетами противника. Первые опыты фотографирования фотокинопулеметом, проведенные летчиками гвардии лейтенантом Суховым, гвардии майором Ереминым и рядом других, дали хорошие результаты.
17 октября 1944 года в период 11.20–12.13 пара охотников 16-го гиап, ведущий гвардии лейтенант Голубев, производила атаку в заданном районе, при ясной погоде. Линию фронта пара пересекла на высоте 5000 м, после чего изменила курс на 90°. Свой полет они проводили со снижением и по зигзагообразному маршруту, что обеспечило отсутствие встреч с истребителями противника, патрулирующими в этот день в районе действия наших авиаразведчиков. На железнодорожном перегоне Волица– Долина наша пара атаковала в движении на юг один железнодорожный воинский эшелон с 25 крытыми вагонами. Первая атака была произведена с предварительным перестроением пары из фронта в кильватер, на дистанции 200–250 м. Огонь открывался с дистанции 800 м и велся до выхода эшелона из зоны обстрела. Атака «Аэрокобр» производилась ведущим и ведомым последовательно друг за другом, с выходом из нее левым боевым разворотом. Повторную атаку производили по ходу эшелона с высоты 600 м, с пикированием под углом 40°.
Огонь велся с дистанции 400 м на протяжении всего полета над эшелоном. В результате этих атак воинский состав остановился, а паровоз окутался паром с резким выбрасыванием его из топочной трубы.
После проведенных атак пара резко набрала высоту и продолжила поиск. На дороге от Кельце в движении на Наборув они обнаружили и атаковали 7 крытых брезентом автомашин противника. Атака пикированием с высоты 2000 м под углом 30–40° сзади по ходу колонны, огонь велся с дистанции от 800 м, в результате сожжена 1 автомашина и 2 других было выведено из строя. После атаки с набором высоты до 200 м, без противодействия ЗА противника пересекли линию фронта в наименее оживленном лесистом участке.
20 октября 1944 года по радио в 15.55 от 104-го гиап на КП авиаполка Речкалова поступил сигнал о появлении над аэродромом Ежове двух самолетов противника. Однако дежурная пара 16-го гиап взлетела только в 16.00, а за 30 секунд до ее взлета над аэродромом Стале на высоте 600 м пролетела пара немецких охотников Ме-109. По фронтовым нормам для самолетов истребительной авиации давался интервал времени на подъем по тревоге – 1,5–2 минуты. По этому показателю видно, что дежурная пара 16-го гиап вылет на перехват вражеских самолетов «проспала».
Нельзя сказать, что в 100-м и 104-м гиап положение с выдерживанием времени взлета при несении летчиками боевого дежурства на аэродроме было лучшим, чем в авиаполку Речкалова.
Об этом начальник штаба 9-й гиад честно доложил, в том числе и в штаб 6-го гиак: «Задача по уничтожению разведчиков и охотников противника в заданной полосе, уничтожение в районе аэроузла, из-за позднего оповещения о появлении противника, благоприятных для его маскировки метеоусловий и наличия случаев медленного взлета дежурных пар, не выполнена».
20 октября в период 17.05–17.55 пара (ведущий Герой Советского Союза гвардии капитан Труд) действовала в районе Кельце – Ендженюв – Хмельник.
Линию фронта пара пересекла в районе Ракува на высоте 3000 м за семибалльной облачностью и продолжила полет до района Кельце, затем изменила маршрут влево. Пробили облачность в районе Ендженюва с выходом на высоте 1000 м. На дороге от Хмельника на Шидлув пара атаковала с пикированием под углом 40°, строго по ходу колонну из 5 грузовых автомашин. Огонь велся с дистанции 400 м до проскакивания колонны, с последующим набором высоты боевым разворотом. На этой же дороге ими была атакована группа из 15 солдат, в результате было убито и ранено до 5 человек. По дороге Хмельник – Броско – Здруй ведомый под прикрытием ведущего атаковал 3 грузовые автомашины, атаку производил под ракурсом 4/4 с высоты 800 м пикированием под углом 45° и с ведением огня на дистанции от 400 м до проскакивания. В результате 1 вражеская автомашина загорелась и одна была выведена из строя. Обратный пролет линии фронта на бреющем полете в районе Босовице 110 км юго-западнее Шидлува.
Наиболее эффективным был вылет 24 октября 1944 года в период 16.35–18.10 лучшей пары охотников 16-го гиап (ведущий дважды Герой Советского Союза гвардии майор Речкалов, ведомый – гвардии лейтенант Голубев). Для увеличения времени нахождения в полете их «Аэрокобры» были доукомплектованы дополнительными топливными баками.
Пара советских летчиков действовала в районе Седлец – Радом – Тебашув. Охота велась на высоте от 1000 м до бреющего полета. Пролет лини фронта за 10-балльной облачностью на высоте 1000 м, нижняя кромка облаков 500–600 м, с выходом под нее в 20–30 км от линии фронта. Производя поиск в районе Доманева, на высоте 100–150 м они обнаружили учебный самолет противника типа Клемм – КИ-35А, который шел с курсом 90°. Самолет противника был атакован попеременно обоими самолетами пары охотников. Первую атаку ведущий гвардии майор Речкалов произвел снизу спереди: огонь открыл с дистанции 400 м и вел до проскакивания, ведомый, следуя за ведущим в боевом пеленге, повторил атаку сбоку спереди. Огонь он вел с дистанции от 300 до 50 м, в результате чего самолет противника загорелся и упал горящим западнее Доманева.
Дальнейший поиск происходил на бреющем полете. На дороге Улюе – Яблони охотниками обнаружен обоз до 30–35 парных подвод с вражескими солдатами. Пара снова перешла на бреющий полет, скрытно подошла к вражескому обозу и, сделав «горку», попеременно каждым самолетом произвела по три атаки, заходя в первом заходе в лоб, вторым – с хвоста и третий заход – сбоку. Атаки производились с высоты около 300 м, на пологом пикировании под углом 15°. Огонь из бортового оружия открывали с дистанции около 100 м, с переносом по всей колонне и вели до ее проскакивания. В результате атак разбито до 20 парных повозок с упряжками и сидящими на них солдатами.
На дороге Свентке – Оха ведущий пары Речкалов атаковал и сжег одну легковую автомашину противника. На этой дороге его ведомый Георгий Голубев атаковал одну грузовую машину.
Произведя дальнейший поиск в районе Жарновице, нашей парой на высоте 100 м с курсом на Томашув был обнаружен и атакован самолет противника Ю-52. Первую атаку по цели ведущий Григорий Речкалов произвел сзади сбоку. Он открыл огонь с дистанции 500 м, в результате его точного попадания загорелся правый мотор вражеского транспортного самолета. Ведомый в это время находился выше его на 150 м и прикрывал атаку ведущего. Повторную атаку по Ю-52 Речкалов произвел сверху сзади и сбоку, открыв огонь с дистанции 100 м.
В результате атак советского аса немецкий транспортный самолет загорелся и упал в районе Жарновице.
Обратный пролет линии фронта пара Речкалов – Голубев произвела за облаками на высоте 3000 м.
Наличие подвесных топливных баков позволило нашей паре охотников значительно увеличить время нахождения над территорией, занятой противником, что во многом определило отличный результат этого вылета. Скрытый пролет линии фронта, правильно организованный поиск целей и решительные неоднократные атаки позволили паре охотников за один полет уничтожить 2 немецких самолета, 3 автомашины и до 20 парных повозок.
Однако наряду с положительными результатами дивизионное командование отметило и недостатки: «невключение фотопулемета, стоящего на самолете ведущего, что не позволило на документальном материале изучить и подтвердить отличные действия пары».
При этом следует отметить, что в 16-м гиап фотокинопулемет (ФКП) был установлен только на 3 самолетах, в 100-м гиап – на двух самолетах, в 104-м гиап – на одной «Аэрокобре».
22 октября гвардии старший лейтенант Трофимов «за успешно проведенные на 2-м и 1-м Украинских фронтах в период с 8 мая по 1 сентября 72 боевых вылета и лично сбитые в 11 воздушных боях 6 самолетов противника» был награжден (приказ командующего 2-й ВА № 0298/н) четвертым орденом Красного Знамени.
27 октября в период 10.30–11.50 при ясной погоде и видимости 7–8 км пара 16-го гиап (ведущий гвардии лейтенант Сухов, ведомый гвардии младший лейтенант Березкин) вылетела на охоту в районе Лагова – Черна – Квефув. Линию фронта пересекли на высоте 3500 м за облаками и пробили ее (облачность) за 60 км от линии фронта. Дальнейший поиск целей продолжался со снижением до бреющего полета.
По дороге Мнюа – Смыкув наши летчики обнаружили движение до 8 парных повозок с вражеской пехотой и атаковали их. По одной атаке пикированием с высоты 1000 м под углом 20° произвели оба экипажа, в результате чего было уничтожено до 6 солдат и до 4 повозок.
Выйдя из атаки с набором высоты, они увидели, что со стороны железнодорожной станции Вевале выходит пассажирский железнодорожный состав в количестве до 20 вагонов. Наши летчики в стороне подождали, пока эшелон выйдет со станции, и на перегоне Сопитыну – Копруск атаковали его. С высоты 2500 м, резко пикируя, наши «Аэрокобры» ушли на юг и дальше, перейдя на бреющий полет под ракурсом 4/4, атаковали «знакомый» вражеский паровоз. Первую атаку производил только ведущий пары. Ведомый, находящийся на 100–150 м выше, прикрывал его. Огонь летчиком Суховым открывался с дистанции 300 м и велся до проскакивания наземной цели. Повторная атака проводилась аналогично у населенного пункта Муравский, в результате попадания пулеметной очереди в паровоз последний взорвался. Этот эпизод был зафиксирован ФКП ведущего. В дальнейшем поиск проводился на бреющем полете. На перегоне Скаржинске – Каменка пара обнаружила железнодорожный эшелон, состоящий из 15 вагонов и паровоза, который подходил к населенному пункту Хлебанске. С бреющего полета паровоз был атакован и, судя по снимку ФКП, поражен.
Уход от цели пара Сухова произвела с набором высоты и линию фронта пересекла за облаками.
Таким образом, применение фотокинопулемета при полетах на охоту давало положительные результаты, так как при проявлении пленки, во-первых, сразу же были видны результаты проведенной атаки цели, что служило летчику подтверждением поражения цели, и, кроме того, во-вторых, можно было определить ошибки пилота непосредственно при стрельбе.
В этот день случилось и одно авиационное происшествие.
В 10.20, по данным РУС-2, пара самолетов «Аэрокобра» (ведущий гвардии лейтенант Иван Онищенко и ведомый гвардии младший лейтенант Пищальников) вылетела на перехват самолетов противника. Радиосвязь у ведущего и ведомого на земле и в воздухе работала отлично. В 11.15 летчик Пищальников сообщил по радио, что он идет на посадку. Однако, находясь уже на глиссаде, он не выпустил шасси, что было своевременно замечено с КП авиаполка. Руководитель полетов развернул его самолет на второй круг. При вторичном заходе на посадку шасси так и не вышли в рабочее положение. Руководитель полетов снова запретил посадку, но Пищальников, невзирая на указания, полученные по радио, а также сигнализацию красными ракетами со старта, все же произвел посадку на фюзеляж и поломал самолет.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?