Читать книгу "Звёздная Кровь. Изгой V"

235.

Я сжал плошку с отваром.

– Да, знаю я, что такое гены, – ответил я, едва скрывая раздражение. – Но это... Это отдаёт безумием. И чего в наших генах такого особенного?

Ами грустно улыбнулась.

– Для них – это никакое не безумие. Они верят, что таким образом укрепят своё потомство. А ты стал средством для достижения этой их цели.

Я выругался и поднялся на ноги, чувствуя, как внутри кипит раздражение, приправленное изрядной порцией гнева. Хорошо, что речная ведьма скрылась и сестрёнок с собой забрала. Не знаю, что сделал бы с ними, но совершенно точно что-то нехорошее.

– В Поднебесном Аркадоне тоже верят в то, что гены могут повлиять на потомство и на то, каким Восходящим человек может стать. Каждого легионера и офицера проверяют на процент соответствия генетического кода, генам мифических прародителей. Есть специальные артефакты, сохранившиеся с древних времён, – спокойно продолжила Ам’Нир’Юн. – Среди инквизиторов есть специальная небольшая служба, занимающаяся только этим вопросом. Ты во время офицерского экзамена, тоже проходил этот тест.

– Я ничего такого не припомню...

– Процент генетического соответствия даже в листе соискателя ставят. Артефакт выглядит как пластина из полированного зелёного камня.

– А, ты об этом? – понял наконец я.

В памяти всплыли воспоминания об офицерском экзамене. Там действительно был офицер инквизиции, и пластина похожая на нефритовую также имелась. Когда они ещё заставили меня прикладывать ладонь к ней повторно.

Перед мысленным взором встал жёлтый лист тростниковой бумаги с надписью:

«Генетическое соответствие 74%».

Ещё вспомнил, что тогда это показалось странным, но всё забыл, как только попал в поле зрения Брогана.

Я присел у костра, и сам себе налил в плошку отвара.

– Речная ведьма просчиталась. Не дотянул до эталона больше чем на четверть, – пробормотал я, – Там было написано «семьдесят четыре процента».

Ами встала, глядя на меня сверху вниз.

– Сколько?

– Семьдесят четыре процента...

– Да нет, – присела она обратно. – Не просчиталась, а крупно выиграла. У самых знатных аркадонских родов соответствие в сорок-сорок пять процентов. Это объясняет многие странности в отношении тебя.

– Это какие, например? – подавленно пробормотал я.

– Например, твой быстрый взлёт по карьерной лестнице, – ответила Ами. – Я не умаляю твои заслуги и то, что ты сам всё заслужил. Просто...

– Что? – отхлебнул я из плошки душистого отвара. – Договаривай.

– Тебя повысили через два звания, – начала загибать она пальцы. – А это неслыханное дело. Так, только отпрыски из Благородных и Великих Домов могут по карьерной лестнице бежать вверх. Замяли дело, когда стало очевидно, что ты общался с диким восходящим. Ну и сам ван дер Киил отменил моё экзаменационное решение. Помнишь? Думаю, что тебя негласно повышали в званиях, так как были заинтересованы в том, чтобы твои гены остались в Поднебесном Аркадоне.

Я задумался. В таком свете я всё произошедшее ещё не рассматривал. И это было неприятно.

– Чего же тогда не дали должность помощника заместителя главного интенданта при штабе? – усмехнулся я. – Как-то не особо вяжется, твоя теория с теми самоубийственными заданиями, которые мне выдали.

– Это тоже объяснимо, – пожала плечами Ами. – Они к тебе присматривались.

– Кто они? – с усмешкой спросил я, махом допив остывший отвар.

Ам’Нир’Юн пожала плечами и отвернулась.

– Ладно, к мабланьей бабушке все эти домыслы...

Я провёл рукой по лицу, пытаясь собрать мысли. Всё это было слишком.

– И что нам теперь делать? – спросил я, уже успокоившись.

Ами глубоко вздохнула и ответила:

– Ты выпей ещё отвара. Мы не знаем, чем нас опоили. А это хорошее средство, оно помогает вывести яд.

Показалось, что Ами будет дуться, но она продолжила:

– Речная ведьма на прощание рассказала мне, где найти отшельника Ярена.

Я нахмурился.

– Отшельника? И зачем нам искать отшельника?

Она встретила мой взгляд.

– Он знает, где находится Медовое Древо в Туманной Долине. То, что мы с тобой вроде бы ищем.

Я задумался. Наши поиски зашли в тупик. Если этот Ярен, действительно может помочь...

– И ты веришь им после всего случившегося? – вопрос вырвался против моей воли.

Ами пожала плечами.

– Всё кончилось довольно неплохо для нас. У нас нет выбора. Это единственная зацепка. Да, возможно, это ловушка. Но я, как бывший инквизитор, знаю об опасностях Диких Восходящих лучше многих.

– Ну... Не знаю, – вздохнул я.

– Хорошо. Что ты предлагаешь? Оставаться здесь и ждать неизвестно чего?

– Оставаться здесь – не вариант...

– И бродить по лесу без единой зацепки тоже, – горячо добавила Ам’Нир’Юн.

Я посмотрел вдаль, где над деревьями поднималась тонкая дымка. В голове крутился хаос мыслей.

– Я сомневаюсь в их честности, – признался я. – Это может быть очередной обман. Мы можем попасть в ловушку.

Ами придвинулась ближе, положив руку мне на плечо.

– Кир, я понимаю твои чувства. Но нам нужно двигаться дальше. Мы прошли уже через такое, что по сравнению с этим, все ловушки этих баб с рыбьей кровью – развлечение для старых дев.

Я встретил её взгляд и улыбнулся.

– Хорошо, – кивнул я после паузы. – Пойдём к этому Ярену. Только... Будем предельно осторожны.

Она вернула мне улыбку.

– Договорились.

Мы быстро собрались. Я проверил своё снаряжение, убедился, что «Десница» заряжена и готова к использованию. Ами накинула на плечи плащ, поправила ножны с саблей. Тауро мирно паслись неподалёку, щипая сочную траву.

Подойдя к Буяну, я погладил его по шее.

– Ну что, приятель, снова в путь?

Он фыркнул в ответ, смешно мотнув головой.

Ами уже забралась на спину своего тауро, поправляя ремни седла.

– Туманная Долина находится в той стороне, – сказала она, глядя на карту. – Если двигаться по прямой, нам придётся пересечь небольшой горный хребет, который мы обошли по дороге сюда.

Я кивнул, взбираясь на Буяна.

– Тогда не будем терять времени.

Мы двинулись вдоль тропинки, которая вела вглубь леса. Деревья смыкались над головой, создавая прохладную тень. Вокруг слышались звуки природы: пение птиц, шелест листвы, стрекот насекомых.

Проезжая мимо хуторка речных ведьм, я заметил, что его не видно из-за зарослей тростника и деревьев. Всё произошедшее там словно растворилось в утреннем тумане.

Выбросив тяжёлые мысли и сомнения из головы, я упрямо посмотрел вперёд. Дорога становилась всё более извилистой. Мы поднимались все выше к горам. Воздух стал прохладнее, дыхание тауро превращалось в облачка пара.

– Расскажи мне больше об этом отшельнике, – попросил я, когда дорога позволила нам ехать рядом.

Ами задумалась на мгновение.

– Ярен – это мистическая фигура, по словам речной ведьмы. Один из древних. Он прожил много жизней и знает тайны этого мира. Но найти его непросто. Он прячется от всех, кто ищет его в Туманной Долине. Но сдаётся мне, что, это просто дикий восходящий, которому посчастливилось прожить чуть дольше, забившись в тёмный и никому не нужный угол.

– И как мы собираемся убедить его помочь нам? – хмыкнул я.

Она улыбнулась.

– У меня есть несколько идей. В конце концов, я была инквизитором.

Я усмехнулся.

– Надеюсь, твои методы сработают.

Наше путешествие продолжилось, даже когда тропинка превратилась в едва заметную тропку, а потом и вовсе закончилась. Несколько раз мне пришлось доставать иллиумовый меч и расчищать нам дорогу через густой подлесок. Перед самыми горами пересекли бурную реку. Мы вымокли до нитки, пришлось переодеваться, сушить одежду и обувь. Не сговариваясь, мы решили остановиться лагерем на ночь недалеко от горной речки.

На следующий день нам приходилось спешиваться и вести тауро на поводу по узким карнизам.

К вечеру третьего дня мы достигли места, откуда открывался вид на Туманную Долину. Она простиралась далеко внизу, окутанная густым молочным туманом. За ней, словно призрачные силуэты, виднелись тёмные контуры дремучего леса.

– Вот она, – сказал я, остановившись на краю обрыва.

Ами подошла ближе.

– Мы почти на месте.

– Пора разбить лагерь, – предложил я. – Завтра продолжим путь.

Мы начали готовиться к ночлегу.

236.

Про стоянку у стремительного безымянного горного потока сказать особо нечего, кроме того, что мы решили заключить копчёную уксу, полученную от речных ведьм в деревянную Руну. В неё «влезло» сразу семь крупных рыбин, килограмм по тридцать, что порадовало. Теперь у нас всегда будет вкусный и питательный деликатес, чтобы разнообразить наш походный рацион.

Всю ночь вокруг стоянки бродили несколько зверей, в которых бывалая Ам’Нир’Юн опознала найтволков. Мы устроились на ночь, оставив на страже Большого Уха, который также не собирался исправно нести патрульно-постовую, свернувшись на мне маленьким клубочком.

Тем не менее его два огромных уха-локатора чутко поставляли мне информацию о том, когда какая-нибудь тварь отваживалась приблизиться. Тогда я вылезал из палатки и стрелял на звук. Откровенно говоря, точность такой неприцельной пальбы в сумерках оставляла желать лучшего, но «Десница» стреляла с оглушительным звуком, усиливавшимся ещё и эхом. После того как я наудачу попал в одну из зверюг, эти громкие звуки стали ассоциироваться у них с опасностью.

Что сказать?

Умные твари.

Наутро я прогулялся до трупа невинно убиенной зверушки. Что-то похожее на волка, – в холке – мне по пояс примерно. Больше всего удивила шипастая грива, словно равновеликие иглы не росли из загривка, а были туда кем-то воткнуты. Шесть янтарных глаз были почти привычной особенностью местной эволюции. Полное отсутствие шерсти открывало всем желающим возможность изучить поджарую мускулатуру под чёрной с фиолетовым отливом шкурой.

Ами объяснила, что это «ночное» создание, это я, в общем-то, уже и сам понял каким-то шестым чувством.

Когда мы добрались до удобного спуска в каньон, по какому-то недоразумению названый «Туманная Долина», я с облегчением выдохнул и спешился, взяв Буяна под узцы. Вытер ладонь о штанину. Что-то не так было с этим туманом. Вроде как осевшая на уздечке взвесь обжигает кожу. Наша добротная походная снаряга потяжелела, да и весь я уже был покрыт липкой испариной. Было непросто, скакать по горным уступам, всякий раз разворачиваясь и возвращаясь, когда мы заходили в тупик. Но мы Восходящие, а значит, будем покрепче обычного человека. Ну не могли мы так вспотеть. Это туманная взвесь липла к нашим телам. Глаза слегка резало, а кожа стала липкой и какой-то чуть маслянистой.

То, что это нездоровое место нас никто не предупредил.

Первым, чем встретила нас Туманная Долина – россыпью костей, на которые мы наткнулись. Если считать по черепам – нам встретилось два мертвеца, но костей было ненормально много. Я практически остался уверен, что их было больше.

Это только убедило меня в том, что мы всунулись в гиблое место, тем странней было видеть почти не тронутую временем аккуратную башню, возникшую из тумана перед нами внезапно. Она была древней, но её стены были сложены из лиоровых блоков – экзоматериала загадочных Кел, над которыми, казалось, время не властно. Если бы камни не были покрыты мхом, можно было бы предположить, что её и вовсе построили недавно. Сначала я подумал, что наше путешествие закончено. Ведь древняя башня – прекрасное место обитания для древнего отшельника? Верно? Но нет... Строение оказалось пустым.

Внизу каждый вдох был словно глоток горячего пара, в воздухе висел удушливый запах гнили. Под ногами что-то то и дело хлюпало, хотя и болотом в полной мере это назвать было нельзя.

Порывшись в своих пожитках, спрятанных в экстрамерном пространстве, я добыл нам две дыхательные маски и очки, чтобы уберечь глаза от агрессивного воздействия окружающей тяжёлой атмосферы. С этого момента мы перешли на ментальное общение.

Я, держа руку на рукояти «Десницы», чувствовал, как пот стекает по спине, смешиваясь с этой мерзкой взвесью.

Ам’Нир’Юн шла рядом, её длинные чёрные волосы, обычно блестящие, словно дорогой атласный шёлк, теперь слиплись и отяжелели от влаги. Она молчала, но её глаза, постоянно изучали окружающее пространство. Посовещавшись, мы решили вызвать из Руны Колчака. Чешуйчатый маблан не чувствовал ни малейшего дискомфорта, двигаясь впереди на удалении десяти шагов от нас.

– Что-то не так, – ментально сообщила Ами остановившись.

Я кивнул, проходя мимо неё и ощутил как шестое чувство, то самое, что всегда предупреждало его об опасности. Я огляделся. Туман был настолько густым, что деревья, стоящие в десяти шагах, казались призрачными силуэтами. Ветви, покрытые мхом, свисали низко, словно руки мертвецов, готовые нас схватить.

Колчак застыл как вкопанный, он что-то почувствовал.

Сначала это был едва уловимый звук, похожий на скрежет по камню. Потом ещё один. И ещё. Я вытащил «Десницу» из кобуры.

– Ами, – послал мысль спутнице я, – Впереди кто-то есть.

Из тумана выступили фигуры. Сначала одна, потом ещё, и ещё. Некросы. Их тела, когда-то принадлежавшие людям, теперь были искажены и изуродованы. Кожа, обтягивающая кости, была серой и потрескавшейся, глаза – пустыми впадинами, из которых сочилась чёрная слизь. Они двигались медленно, но с жуткой целеустремлённостью.

– Стреляй, – скомандовала Ами, хоть её мысль была холодна, как сталь, за этим чувствовался страх.

Я не заставил себя ждать. «Десница» выстрелила с оглушительным грохотом, и голова первого некроса разлетелась на куски. Второй выстрел, третий. Ами вооружилась своим карабином и присоединилась ко мне. Некросы падали, но новые силуэты всё продолжали и продолжали выходить из-за деревьев. Некоторые из восставших мертвецов сжимали дубинки и какое-то ещё дреколье, опознать которое не было ни сил, ни желания. Наверное, мы могли бы так развлекаться до самого вечера, но, во-первых, их тут было слишком много, а во-вторых, чуткие органы осязания моего маблана сообщили, что нас медленно, но верно берут в кольцо. Ведь уверенно поражать цели из-за плохой видимости мы не могли, стреляя почти в упор.

– Надо отступать! – сообщил я, чувствуя, как адреналин заливает тело.

Мы запрыгнули на своих тауро и быстро отъехали. Ам’Нир’Юн ловко отстреливалась из седла. Ни одного промаха я не заметил.

Туман сжимался вокруг нас, как удавка. Некросы следовали за нами по пятам. Башня возникла на пути внезапно. Мы с Ами и тауро ворвались внутрь, захлопнув за собой тяжёлую металлическую дверь.

– Это не конец, – пришла мысль от Ами, её глаза были устремлены через бойницу в непроглядный молочный туман. – Они не остановятся.

Я активировал Скрижаль и воспользовался Руной Плеть Тьмы.

– Закрой дверь на засов, – передал я свою мысль.

– Ты куда?

– Хочу кое-что попробовать.

Каких-то двенадцать капель Звёздной Крови и из моей левой руки, словно пророс гибкий отросток чернильной тьмы. Некросы ещё не подошли, и у меня было несколько секунд, чтобы освоиться. В целом, это энергетическое продолжение моей конечности было покорно моей воле, но и полагаться всецело на новое заклинание не стал, вытащив иллиумовый меч.

Некросы не заставили себя ждать.

Тёмная энергия хлёстко, словно настоящая плеть, ударила по нескольким первым изломанным фигурам некросов. Моя догадка оказалась верна. Всё их противоестественное подобие жизни поддерживает «магия» Звёздной Крови.

Вы получили Звёздную Кровь + 2 капли.

Вы получили Звёздную Кровь + 1 капля.

Вы получили Звёздную Кровь + 3 капли.

Тела некросов попавших под удар чернильной тьмы рухнули как подкошенные, но их место тут же заняли другие. Самое вкусное в этом заклинании оказалось её недокументированная способность. Эти крохи Звёздной Крови добавлялись к общему резерву, а не просто восполняли его. Может это, конечно, только на некросах так, потому что они вроде бы только благодаря Звёздной Крови и живы, но это оказалось приятным бонусом.

Минусом этого интересного заклинания оказался малый срок работы. Всего минута. Следующие пятьдесят секунд, я сожалел только об этом и о том, что плеть имеет такой короткий радиус действия.

Вы получили Звёздную Кровь + 1 капли.

Вы получили Звёздную Кровь + 1 капля.

Вы получили Звёздную Кровь + 3 капли.

…

…

...

Вы получили Звёздную Кровь + 1 капли.

Вы получили Звёздную Кровь + 3 капля.

Вы получили Звёздную Кровь + 2 капли.

237.

Серый сумрак опустился на башню, превращая её в одинокий остров среди бурлящего моря тумана. Я, тяжело дыша, захлопнул засов на массивной двери, отсекая нас от опасностей Туманной Долины. Руки дрожали от перенапряжения, а мышцы ныли после недавней стычки с некросами. Пришлось изрядно помахать мечом, прежде чем, пространство вокруг башни, послужившей нам убежищем, стало свободно.

В углу просторного нижнего зала присела Ам’Нир’Юн, склонившись над небольшим костром. Тусклый свет огня выхватывал из тени её тонкий профиль и задумчивые глаза, скрытые тенью длинных ресниц.

Стены башни, сложенные из лиоровых блоков, отливавшие янтарным светом в отсветах костра, напоминали об ушедших в Вечность Кел. Кисть руки Ами, перебирающая сушёные листья каких-то приправ и сладковатую крупу кхерры в котле, была покрыта несколькими старыми шрамами, коих я раньше не замечал на её гладкой тёмной коже. Кхерра – была местным злаковым растением вроде кукурузы. Только кукуруза – это куст с початками, а кхерра – торчащий из поля один большой початок, окружённый ворохом зелёных листьев.

Мы отбились от некросов общими усилиями, теперь готовили ужин на скорую руку.

Пришлось попотеть, но я был доволен. Почти двести капель Звёздной Крови, доставшиеся мне в результате, радовали глаз.

Чтобы хоть немного разогнать гнетущую тишину этого места, попросил рассказать Ам’Нир’Юн о том, кто она и откуда. И она рассказала.

– Пятьдесят восьмая... – хрипло бросил я, разглядывая через бойницу бесконечный туман за окном. – Большая же у тебя семья.

– Какая-никакая, а дочь главы тайпа. Когда ты дочь вождя кочевого племени, приходится быстро учиться всему. Наш народ не привык к излишествам. Мы брали от земли только то, что она готова нам дать.

Я удивлённо поднял брови.

– Так ты знатных кровей? Вот это поворот. Расскажи мне больше о своём тайпе.

Она вздохнула, взгляд её затуманился воспоминаниями.

– Мы бродили по бесплодным соляным равнинам, где горизонт сливается с небом, а земля кажется безжизненной. Но для нас она была домом. Мы разводили кархов. Они были нашей пищей, нашей одеждой, нашим всем. Охотились, собирали дары Единства.

Пламя костра выхватывало из темноты её профиль: острый подбородок, будто высеченный умелым скульптором, крутоизогнутые брови, густые ресницы над глазами цвета грозового неба. Она подбросила в огонь ветку сухих корней, которых мы наломали по дороге сюда. Дым пах так, словно мы жгли торф.

– Арминтай-кер... Наш тайп... Кочевал от Соляных Столпов до Голодного Ущелья, – голос её был ровным, как лезвие иллиумового меча. – Отец держал больше тысячи кархов.

Под ногами хрустели осколки и невнятный разбросанный мусор – следы чьей-то давней жизни. Я подкинул в прогорающий костёр ещё пару кореньев, наблюдая, как червивое и трухлявое дерево вспыхивает синими языками.

Про кархов я уже знал со слов Ами, когда мы бродили с ней по рынку, то моё внимание привлекли стремительные, агрессивные и баснословно дорогие хищники, чем-то напоминавшие велоцерапторов. Но отчего-то хотелось их назвать чудом в перьях. А всё из-за того, что мускулистые тела хищников были покрыты густым оперением.

Маленькие крылышки и оперённый хвост, никогда в жизни не могли бы способствовать полётам, но, по словам Ами, позволяющие прыгать с большой высоты, планировать и преодолевать всевозможные препятствия, так часто случавшиеся в горной и пересечённой местности.

Несмотря на все преимущества кархов, мы всё же остановились на выносливых, смирных и предсказуемых тауро.

– Кочевая жизнь? Звучит очень романтично. А как же цивилизация? Города, технологии?

Ами улыбнулась уголками губ.

– Цивилизация? Для нас цивилизация – это умение жить в гармонии с природой Единства. Города лишь запутывают души и уводят с истинного пути.

Я покачал головой.

– Никогда не понимал, как это... Жить без постоянного места, без дома, куда можно вернуться...

– Ты сейчас так и живёшь, – спокойно улыбнулась Ами, помешивая кашу, – Что-то я не заметила, чтобы ты сильно страдал из-за отсутствия каменной или деревянной клетки. Наш дом всегда был – там, где мы разжигали костёр. Это очень удобно, знаешь ли. Где остановился, там и живёшь. Пока не надоест или не нужно будет снова отправиться в путь.

Повисла пауза. Я почувствовал, что между нами наконец-то что-то изменилось. Мне хотелось узнать о ней больше, но Ам’Нир’Юн всегда была замкнутой, холодной, недосягаемой. И вроде бы она только сейчас открылась. Это был непраздный интерес. Полезно знать, кто прикрывает твою спину.

– И как же отец отнёсся к тому, что ты стала инквизитором?

Она отложила ложку и посмотрела прямо на меня.

– Каша готова. Можно ужинать...

– Здорово, наверное, быть дочерью главы тайпа? – усмехнулся я. – Если бы я был вождём – подобрал своей дочери жениха с целым табуном кархов. Может, хромого или косого... Но зато с большой юртой и пушистыми коврами в ней. Как тебя не выдали замуж?

Пальцы Ам’Нир’Юн, досаливавшей кашу, замерли над котлом. Взгляд медленно поднялся, глаза сделались колючими и холодными.

– Усу’Мар’Нир должен был стать моим мужем. Он был Восходящим, говорил на языке ветра. – Ложка в её руке внезапно задрожала. – Охотился на голиафов без арбалета. Когда он возвращался с охоты и шёл к нашей юрте, даже старые девы бросали ему вслед алчные взгляды.

– Похоже, я был прав, – попытался я развеять мрачное настроение. – Отец всё-таки назначил тебе жениха, он оказался тебе не по вкусу, и ты сбежала?

Ами горько усмехнулась.

– Нет, Кир. Я не сбежала. Я искала Дары для будущей церемонии... Была в отлучке, когда всё произошло. Когда вернулась, нашла лишь пепелище и мёртвые тела. Мой Усу’Мар’Нир лежал весь изрубленный, с лицом, обращённым к небу, с мечом в руке. Последний раз я видела их живыми на стойбище у водопоя Эбасту-Тор... – Она вращала в пальцах серебряный амулет с гравировкой стилизованной шестиглазой антилопы. – Теперь там не кричат кархи и нет погонщиков. Никто не выжил только пепел, кости и воспоминания остались от тайпа Арминтай-кер.

Я почувствовал, как сжалось сердце.

– Прости. Зря я вообще поднял эту тему.

Она поднялась и отвернулась, скрывая лицо в тени.

– Ты не мог знать. Никто не мог. – Её голос дрожал, но она быстро взяла себя в руки. – Ложись спать. Я постерегу.

Я встал, чувствуя себя неловко.

– Ами, если хочешь, можем поменяться. Я могу постоять на страже.

Она покачала головой.

– Нет. Мне нужно побыть одной.

Я промолчал, подкинул несколько трухлявых кореньев в костёр и снял с огня аппетитно пахнущую кашу.

– Как скажешь, Ами. Если что, просто знай, я рядом.

Она не ответила. Лишь лёгкий шелест её шагов по лестнице эхом отозвался в тишине.

Поужинав, я лёг спать, но не мог уснуть. Всё вертелся на своём спальнике, прислушиваясь к звукам снаружи. Шорохи, скрипы, далёкие стоны. Некросы бродили вокруг башни, но не пытались проникнуть внутрь. Мысли о рассказе Ами не давали покоя. Я чувствовал вину за свои неуместные вопросы и шутки. Ближе к середине ночи, усталость взяла своё. А когда проснулся, костёр почти догорел.

Проснувшись, я решил подняться на верхний этаж, проверить, как там моя боевая подруга. На верхней площадке обнаружилась Ами, стоявшая у бойницы.

– Почему не разбудила меня? – тихо спросил я. – Я так-то поспать и поесть люблю, но тебе тоже нужно отдыхать.

Она обернулась, выражение её лица осталось непроницаемым.

– Всё нормально. Просто мне не спалось.

Я подошёл ближе и посмотрел вниз. В тусклом свете рассвета было видно, как внизу толпятся многочисленные фигуры некросов.

– Сколько же их...

Ами скрестила руки на груди.

– Больше, чем вчера. Они ждут.

– Чего ждут?

– Не знаю. Но у нас точно мало времени. Не думаю, что мы захотим увидеть, то чего они дождутся.