Читать книгу "Звёздная Кровь. Изгой V"

241.

Он никогда не беспокоил меня без причины. Колчак вообще был тихим зверем. Его жёсткие, но чуткие вибриссы, словно антенны, вздрогнули, и он встал на задние лапы, уставившись во тьму, достигнув разом не менее полутора метров.

Тихо потащив из кобуры «Десницу», я послал маблану ментальный сигнал расслабиться, чтоб не встревожить врага раньше времени. И тот снова занял свой пост, затерявшись среди камней.

Сидя, не шевелясь и, даже дыша через раз, я наблюдал за окружающим пространством с помощью чуткости моего, призванного силой Звёздной Крови, компаньона. Глаза давно привыкли к полумраку, но я никого не видел. Лишь размытые тени и сочащаяся из дальнего коридора вода.

Когда неизвестный достиг входа в пещеру, я отдал приказ Колчаку тихо зайти в тыл невидимому пришельцу.

– Стоять, – бросил я тихо, но повелительно.

Маблан приблизился к нашему ночному посетителю, выдвигая вперёд лапы, чувствуя сквозь слой невидимости некий запах.

Шорох. Вздох. Будто кто-то тихо выругался, уличённый в подглядывании. Потом сухой голос шепнул, пробивая завесу иллюзии:

– Спокойно, приятель...

Фигура начала проступать из сгустка эфемерного марева: невидимость сползала клочьями, точно прогоревшая ткань. Низенький, плотной комплекции – метра полтора ростом или чуть ниже, большая голова, абсолютно лысая, кожа цвета мокрого камня с лёгким голубоватым отливом, уши заострённые, нос крючковатый, а в сжатых кулаках зажата винтовка. Он носил потрёпанное пончо с многочисленными кожаными заплатами, а по плечу болталась какая-то котомка с побрякушками и яркими висюльками.

– Я не враг, – сказал незнакомец негромко. – Только как дурак вляпался... Но если пристрелишь меня, тебе пользы не будет никакой, я клянусь.

Я прищурился, держа «Десницу» на уровне его головы. Маблан недовольно сопел, готовый вцепиться в глотку.

– Сними чары окончательно, – скомандовал я, чувствуя, как холодная рукоять револьвера успокаивает дрожь в ладони.

– Уже, уже... Полегче, приятель... – Незнакомец широко развёл руки. – Смотри, я пуст.

Чувства Колчака говорили, что пришелец один.

Пока я его разглядывал, собеседник остался на месте, так, чтобы на него падал свет Небесного Трона. Нелепый и странный, но совершенно не кажущийся мне опасным.

– Кто такой? Имя? – спросил я жёстко.

– Меня зовут Чор Комач. Я... закупщик и мелкий поставщик... Для друзей. Что-то вроде контрабандиста, – он виновато усмехнулся, подняв брови. – Принадлежу к славному и многочисленному народу зоргхов – может, слышал?

– Не слышал о твоём многочисленном народе, – процедил я, кивнув на затоптанное кострище. – Что тебе надо у нашего костра?

Чор неловко переступил с ноги на ногу. Его стоптанные сапоги были покрыты пятнами засохшей грязи, сквозь которую проглядывали дыры и трещины.

– У костра? Да… Увидел свет от водоросли, приятель. Рискнул подкрасться поближе, надеялся стрельнуть немного еды, или уж хотя бы погреться. Я не хотел ссориться с твоим зверем, – он кивнул в сторону маблана, смешав страх с восхищением. – Но что поделать, жить-то хочется.

– Хочешь купить еду? – ответил я резко. – Или пришёл воровать?

Чор усмехнулся, показывая неожиданно ровные белые зубы – редкое зрелище для того, кто болтается по Единству в драной обувке.

– Деньги есть. Я чуть было не вляпался в Манаане за контрабанду, но выкрутился...

Спрятав «Десницу» в кобуру, указал Чору на место у почти погасшего костра.

– Тогда будь моим гостем сегодня. Миска кхерры и вяленой уксы у нас для тебя найдётся, – решил я. – В обмен мне расскажешь, как обстоят дела в Манаане.

– Спасибо, приятель...

Мы подбросили несколько дров и вновь разожгли костерок и подогрели еду. Чор съел всё, что мы оставили на следующее утро и, похоже, что не наелся. Когда заварил эфоко, сказал:

– Рассказывай, как дела в Манаане.

– Дела... Не сказать, что хорошие, приятель. В наших краях принято представляться перед беседой, а ты меня ещё и угостил пищей... Кхерру нужно замочить на полчаса с корнем хексы и будет суп или каша... Ммм... Пальчики оближешь, приятель. Я бы, конечно, получше бы приготовил, но спасибо-спасибо, приятель. Меня звать Чор Комач, я из Зоргхов, а ты кто?

– Кир, – представился я, всё ещё не зная, как реагировать на наглость случайного знакомого.

– Просто «Кир»? – картинно удивился он. – Без родового имени?

– Просто Кир, – кивнул я.

– Хорошо, приятель, – легко согласился Камач. – Не сказать, что я в Манаане долго пробыл, мой товар расходится быстрей, чем горячие пирожки, но кое-что слышал. Расскажу-обскажу всё, как есть обскажу-поведаю...

Не то чтобы я без общения пропадал, но у нас как-то с Ами не складывалось задушевных бесед. А этот мелкий странный зоргх, как-то сразу к себе располагал. Не чувствовалось от него никакой угрозы.

– Что у тебя за товар? – спросил я, скорей из вежливости, чем из интереса.

– Ведьмин Корень, приятель, на Острове Фермеров уходит по баснословным ценам...

Я кивнул. Чего-то такого и ожидал. Передо мной наркоторговец. Преступные группировки и подрывают экономику и без того небогатых городов в сумеречной зоне, а дурь стремительно разрушает жизни простых людей. Но едва ли передо мной наркобарон. Скорей уж мелкий криминальный элемент.

Не одобрял я этого, но объективно ничего поделать с этим не мог. Пожав плечами, спросил:

– Тебя из-за него чуть не прихватили?

– Да-а-а, – кивнул он. – Поднялась заварушка там: рабочие и крестьяне бунтовали, а потом и морячки к ним подключились...

– А что Джарны? – направил я беседу в интересующее меня русло.

– А что они? – удивился Камач.

– Что предпринимают в связи с этим всем?

– Да откуда ж я знаю? – ещё больше удивился мой собеседник, всплеснув руками.

На этот жест среагировал успокоившийся Колчак, подскочив на лапы и тихо, но очень убедительно рыкнув.

– Тише-тише, приятель... Я же ничего такого... Наёмников они наняли, и те бедного Чора за предполагаемую контрабанду пытались усадить в кандалы. Пришлось смываться, – он криво ухмыльнулся. – Но что поделаешь – я человек маленький, мне бы дожить до завтра и, желательно, на свободе.

Мы какое-то время просидели в полном молчании.

– А вы что ищите в Туманной Долине? – решился продолжить разговор ночной гость.

– С чего ты решил, что мы здесь что-то ищем? – поднял бровь я.

– Ну... Восходящий в этом гиблом месте. Даже тауро твои выглядят презентабельней, чем я. Одежда на тебе с иголочки, приятель. Не похоже, чтобы ты здесь скрывался или заблудился, – ухмыльнулся Чор. – Я закурю?

– Дымтраву?

– Ага...

– Кури, – великодушно позволил я. – Только «дурь» свою держи подальше от нас и наших животных.

– Ха! – ловко подхватил Камач, веточку из костра и принялся раскуривать трубку. – Рашпродал ше вшо. Теперь до щледушего урошая...

– Так ты фермер? – уточнил я.

– Что-то вроде того, – кивнул он выпустив клуб дыма и отхлебнув из чашки эфоко, – Хорошо. Так что вы ищите?

– Может, мы и не ищем, а охотимся? – спокойно возразил я.

Болтать с этим мелким преступником становилось всё интересней.

– Вы про отшельника Ярена не слышали? – округлил глаза Чор.

– Отчего же не слышали? – ответил вопросом на вопрос я. – Очень даже слышали. Может, мы на него и охотились?

– Он же... А как же... Вы что? «Охотились»? Вы его привалили?

– Можно и так сказать, – кивнул я, готовясь выхватить «Десницу», в случае если этот коротышка попытается атаковать. – У тебя с этим какие-то проблемы?

– С тем, что вы этого хмыря привалили? – удивился Чор. – Конечно, нет никаких проблем, приятель. Вам вся округа только спасибо за это скажет.

– Ты местный? – задал я интересовавший меня вопрос.

– Не совсем... Но эти места знаю.

– Знаешь о Медовом Дереве? – спросил я его, подливая коротышке эфоко.

– Знаю, – кивнул и добавил он тихой, вкрадчивой интонацией. – Да-да. Я знаю. Вы его ищете? Мутант Ярен часто «подкармливался» этими плодами, а теперь, когда ты, приятель, привалил этого гиганта к демонам... возможно, туда можно пробраться без лишних проблем.

Чор широко развёл руки и радостно улыбнулся.

242.

Я нахмурился. Этот проходимец всё ещё вызывал сомнения, но желание узнать подробности пересиливало.

– Что тебе известно об этом дереве? – спросил я.

– То, что без Ярена там всё равно опасно. Теперь его нет, и я полагаю, что некросов вы разогнали, но остались ещё твари... Чёртово гнездо мутантов. Зато плоды действительно имеются! – Чор хлопнул себя по карманам. – Говорят, что они исцеляют, дают силу... Ну ты понимаешь... Мужскую. Ну и всякую другую! Но я-то сам не пробовал, но болтают-то всякое. Я просто держу уши открытыми. Здесь полсловечка, там словцо... Ваш покойный Ярен закидывался плодами и ходил непобедимым. С вот таким вот удом!

Он показал руками с каким. Получался эпический размер. Пантомима вызвала скептическое хмыканье. Ночной гость посмотрел на меня и заметно приуныл.

– Вам нужен проводник? – спросил он. – Могу проводить...

– И что ты хочешь за свою помощь? – с сомнением спросил я.

– Сделку. У вас есть еда... Кормёжку хочу... и Звёздную Монету. У меня – сведения, у вас Звёздная Монета! Приведу вас к Медовому Дереву, и вы мне заплатите.

Я покосился на тихо выбравшуюся из палатки Ами, её взгляд был похож на холодный клинок, но в глубине скользнул интерес. Шум воды гремел у входа, костёр трещал, а маблан, чуя отсутствие прямой угрозы, снова спрятался между камней.

– Кормёжка и десять ун, – сделал я ответное предложение.

– Кормёжка и сто ун, – с независимым видом предложил собеседник.

– Давай я просто пристрелю этого наглого зоргха? – просто и без затей предложила напарница тихим, чуть осипшим голосом. – Говорят их предки с дикими восходящими путались, и сейчас нет-нет, а рождаются у них детишки с отклонениями.

Я сделал знак Ами опустить карабин. Странная пауза повисла в пещере, и только капли, отрывающиеся со сталактитов, били по поверхности луж. Несколько секунд все переглядывались.

– Вот что, – нарушил молчание я, – заплачу тебе пятьдесят ун, буду тебя лечить в случае ранений и еды на каждый день давать от пуза, но ты проведёшь нас ещё в одно место после Медового Дерева.

Заметив, что Чор собирается торговаться дальше, мягко добавил:

– Если не желаешь договориться со мной, то моя напарница продолжит переговоры.

Коротышка обречённо кивнул, с таким видом, словно ему руку выкрутили за спину.

– Хорошо-хорошо... Я согласен, приятель.

– Ты уверен, что сможешь довести нас к этому месту? – уточнил я.

– Доведу, – вздохнул Чор. – Но в долгу не останешься.

– Посмотрим, – кивнул я, доставая кошель.

Отсчитав десять ун я ссыпал их в ладонь нашему проводнику.

– Тут немного не хватает...

– Это задаток, – усмехнулся я. – Доведёшь до места, получишь остальное.

– Что же, – Ами присела рядом со мной, – подкинь в костёр хвороста, садись и рассказывай, что знаешь о пути к Медовому Дереву. И помни, попробуешь хитрить или подставлять нас – эта тропа станет твоей последней.

Чор медленно кивнул, усаживаясь у огня. Я почувствовал знакомое покалывание в висках, будто сама судьба совершила новый поворот. Зато Чор расселся уже удобнее, грея короткие руки с толстыми пальцами у костра и окидывая нас прищуренным, хитрющим взглядом.

Ам’Нир’Юн сохраняла молчание, лишь пристально вглядывалась в нового гостя. Я чувствовал её напряжение: она настороженно относилась ко всем незнакомцам.

Тусклый свет пробивался сквозь клубящийся туман раннего утра, когда наша живописная троица отправилась в путь. Эта ночь в пещере, наполненная странными переговорами, казалась теперь чем-то далёким. Впереди ждал мрачный пейзаж Туманной Долины, обретавшей жутковатые очертания на фоне серого рассвета.

Мы вышли под блёклый небесный свод, загрузили наше снаряжение на меланхоличных тауро. Влажная гниль земли отдавала едким запахом – казалось, каждый шаг по липкому месиву тянул и не хотел отпускать. Где-то вдалеке ухнула болотная птица, её горловое карканье прозвучало зловеще, словно предвестие беды.

Чор двигался сбоку, примеряя на себя роль проводника. Его короткая фигура шагала удивительно проворно: маленькие ноги в стоптанных сапогах бодро перебирали, обгоняя наших мощных и больших тауро. При каждом движении по спине зоргха ходили рябью складки его потрёпанного пончо.

Я же наблюдал за каждым новым жестом контрабандиста, сверяясь со своими ощущениями. Ами доверяла ему ещё меньше, однако молчала, предпочитая не ссориться без надобности. Ведь наше выживание на этой унылой территории могло напрямую зависеть от «мимолётной дружбы», которую мы заключили с этим мутным коротышкой.

Шли мы достаточно долго по этой промозглой сырости. Шелест мокрого стебля, скрип железных пряжек на седле, тихий топот копыт – всё это звучало слишком резко в тишине тумана, раздражало и било по моим натянутым нервам.

Во время остановки Чор предложил «перекусить по-человечески». Без разрешения принялся рыться в нашей походной кладовой, напевая себе под нос какую-то несуразную мелодию. Ами это заметила и среагировала моментально:

– Эй, зоргх, отойди-ка от сумок, – её голос был холодней морозов на поверхности Титана, чёрные глаза смотрели настороженно и с угрозой.

Чор пожал плечами:

– Спокойнее, приятельница. Я просто приготовить хотел. Кхерру ты опять без вымачивания хочешь сварганить в котелке? Да и уксу сейчас, куда поинтереснее подам, если правильно нарубить, то...

Ами спокойно положила ладонь на рукоять карабина и тихо передёрнула затвор, показывая, что спорить не собирается. Я мягко коснулся её плеча, давая понять, что сейчас не время устраивать разборки. Тем более голод грыз нас изнутри, а зоргх, вроде действительно знал в готовке толк. В отличие от моей спутницы. Нет, готовила она нормально, всё было съедобно, но если можно отведать чего-то кроме каши из разваренной крупы...

На лице Ами застыло выражение сдержанного раздражения. Я уже знал, что она не любила, когда кто-то вмешивается в её распорядок, а Чору только предстояло это узнать. Но моя напарница сказала лишь:

– Смотри, чтобы ничего не пропало.

Чор усмехнулся, сияя ровными зубами:

– Да всё нормально, приятельница. Я же только лучше хочу...

Я чувствовал, что этот мелкий конфликт может разгореться в любую минуту, кончиться револьверным выстрелом или в лучшем случае очередной руганью. Чор, похоже, всегда испытывал удовольствие от кулинарных экспериментов, сыпал «разумными» советами насчёт пропорций трав и специй. Как я, так и Ами – уже давно привыкли к простой походной пище, где лишние изыски часто недоступны, а иногда и вовсе не нужны. Но пока что всё обошлось парой жёстких взглядов и недовольным цоканьем Ами.

Однако стоит отдать должное Чору, тот расстарался. Времени не сказать, что потратил больше, чем Ам’Нир’Юн или я, и приготовил всё очень вкусно. Даже моя напарница после этого обеда начала смотреть на серокожего коротышку чуть благосклонней. Стоит заметить, что сделкой я остался уже доволен, но немного продешевил. Несмотря на небольшой рост, ел Камач в три горла и неустанно нахваливал свою готовку, нужно сказать, что заслуженно, но слишком уж навязчиво. При этом он стремился обсудить с нами все тонкости приготовления собственного блюда. То и дело закатывая глаза, когда представлял, каков будет вкус привычного блюда с той или иной травкой или приправой.

После обеда весь остаток дня мы пробирались через сырые низины. Негромкие крики болотных тварей и невнятные шорохи сопровождали нас, создавая чувство постоянной опасности. Местность с каждым шагом становилась всё враждебнее: мокрый камень, словно слизью покрытый, старался вывернуть ноги, а густой туман обманывал нас, скрывая ямы, завалы и канавы.

К вечеру ощутил, что даже я утомился. Ами устала ещё сильнее, хоть и редко это показывала. Даже Чор перестал балагурить, лишь изредка указывая на тропу, которая, по его словам, «точно безопаснее».

Уже поздно вечером мы разбили подобие лагеря на относительно сухом возвышении, разобравшись с палаткой и разведя огонь. Костёр почти не горел. Вечером Чор уплетал кашу за обе щеки и бормотал о волнениях в Манаане, о жадных наёмниках, о бунтах среди крестьян, да об их общей невесёлой жизни. Ами удерживалась от реплик, лишь глядя на него долгим, тяжёлым взглядом. Дежурства этой ночью я поделил между собой и Чором, естественно, оставив приглядывать за коротышкой Большого Уха.

243.

Ночь прошла беспокойно. Поспать нормально не вышло, но новый навык Расширенное Сознание, почему-то на старте получивший сразу пять звёзд, видимо, помог отдохнуть и восстановиться за каких-то пару часов. Часть моего сознания постоянно контролировала чуткие органы осязания и слуха призванного зверька, а рука сжимала рукоять «Десницы». Тем не менее все сомнения оказались напрасными. Похоже, что новый знакомый не собирался нас предавать, по крайней мере, сейчас.

Отправив спать Чора, остаток ночи я смотрел на искры костра, думал о Медовом Дереве, которое может оказаться очередным пустым мифом. Но покуда удача сопутствует смелым, я продолжу двигаться вперёд. Оглядываясь назад, понимал, что много чего можно было сделать иначе, правильней, разумней, но если жив и всё ещё топчу Единство, значит, не такими уж неправильными мои решения были. Много чего провернул на дерзости, смелости и удаче, но почему бы и нет? Оставалось верить, что мы и сейчас движемся в правильном направлении.

На следующий день зарядил моросящий дождь. Он барабанил по каменным выступам, стекая в мелкие ручейки. Чор, весь промокший и злой, принялся уверять нас, что дальше по прямой не пройти – болота, зыбучие пески, некросы и другие порождения Туманных Долин. Мол, надо свернуть к старым тоннелям камнееда.

– Это явная засада, – прошипела Ами, когда мы стали осматривать вход в один из таких проходов. Овальное отверстие, уходящее под огромный валун, смотрелось зловеще, словно громадная пасть. – Ты посмотри, Кир. Узкие коридоры, слякоть, темнота... Сотни мест, откуда нас могут атаковать.

Чор прислонившийся к каменной стене, с которой мелкими струйками стекала вода, обиженно и раздражённо отмахнулся:

– Я не говорю, что там будет безопасно, приятельница. Но если хотите к Медовому Дереву, надо миновать эти болота. Уверяю, обычным путём вам придётся либо реальные сражения с тварями устраивать, либо бесполезно сгинуть в затопленных ямах.

Я видел, как Ами раздражённо хмурится. Её взгляд, полный презрения, метался от лица зоргха к зияющей чёрной пропасти прохода. Сжимая карабин, она повернулась ко мне и возмущённо прошептала:

– Кир, я... я не доверяю этому типу. Он нас может завести в ловушку. Просто прикинься, что веришь, а потом мы развернёмся и уйдём. Он же мелкий мошенник!

Я в ответ тяжело вздохнул:

– Ами, если этот проход действительно ведёт к дереву и позволяет обойти топи, то шансы у нас повысятся. Пускай он аферист, но он пока не сделал ничего против нас.

– Может, ждёт подходящего момента, – добавила она, сверкнув глазами. – Эти контрабандисты и торговцы наркотиками, людишки без морали. Помнишь, я говорила, что продолжать якшаться с речными ведьмами – плохая затея? Помнишь?

– И всё закончилось без фатальных последствий. Разве что был нанесён урон моей чести. Послушай, – я прижал ладонь к её плечу, испытывая смутное чувство вины. – У нас чёткая цель. Мы нужны друг другу. Если что, я прикрою тебя, а вздумает устроить западню, у нас будет неплохая возможность быстро его пристрелить, верно?

Ами сжала губы в тонкую линию.

– Можешь сама всадить ему пулю в череп...

Наконец, она улыбнулась и согласно кивнула. Ещё раз кинула на зоргха тяжёлый взгляд, но промолчала. Наверняка, представляя, как метко стреляет ему в голову.

Я махнул рукой и мы двинулись вперёд, спустившись в тоннели. Всё вокруг разительно изменилось: давление камня над нами, сырые стены, испещрённые причудливыми трещинами, странные отсветы биолюминесцентного мха. Постоянно капающая сверху вода смешивалась с тяжёлыми испарениями, образуя призрачный туман даже под землёй.

Теперь дорога вела только вниз – туда, где тусклый дневной свет гаснет, а вместе с ним и та обманчивая надежда на простоту нашего путешествия.

Чор шёл впереди, держа в руках фонарь с желтоватым светом солнцекамня. Отблески заставляли злые тени плясать по стенам. Я чутко вглядывался в темноту, время от времени сверяясь с картой в своём интерфейсе, проверяя, в ту ли сторону мы движемся. Все предчувствия молчали, никак не сигнализируя о ближайших угрозах.

– Зачем именно ты прошёл через эти тоннели? – спросил я Чора вполголоса, когда Ами отлучилась ненадолго.

Есть такие потребности, когда девочки должны уединиться от мальчиков. Тот пожал плечами, не оборачиваясь, бросил:

– Да что ж я виноват, что жизнь такая пошла? Лучше, чем сцепиться в болотах с тварями и сгинуть. Если тут есть штольни, прогрызенные камнеедами, почему бы ими не воспользоваться. Это очень старые ходы. В моём народе... хм, деревушке, мы часто ходим под землёй, дабы не накликать беду.

Деревня зоргхов? Я приподнял брови.

– Ты нас что ведёшь в свою деревню? – удивился я.

– Вроде того, приятель, – согласился этот мошенник. – Чего ж не заглянуть, если по пути нам?

А через несколько сотен шагов мы увидели свет, но это был не выход на поверхность, а очередной поворот, который привёл нас в обширную подземную галерею. Там, где камень изрыт лабиринтом, тускло поблёскивали чёрные влажные своды, вдоль стен были выложены пирамидками солнцекамни. Я уже знал, что так в Единстве защищаются от ночных тварей.

– Стойте. Пришли, – скомандовал Чор. Он осмотрелся, потом глубоко вздохнул. – Моя деревня неподалёку, за тем залом. Если угодно, можем заглянуть. Я размещу вас в безопасном месте на ночь, да небольшой привал устроим, а можем двинуться дальше.

Я почувствовал сомнения. Кто знает, что ещё может нас поджидать в деревне зоргхов? Но и смысла оставаться уязвимыми в открытом тоннеле немного. Нас могут в них атаковать как любая тварь, так и жители деревни, приди им такая мысль в голову. Чор тот ещё прохиндей, но вроде бы и зла нам не желает несмотря на все опасения Ами. Всё-таки где много народу, там и защита посерьёзнее.

– Хорошо, – произнёс я наконец, посмотрев на Ами. – Что думаешь?

Она резко сжала кулаки, потом чуть расслабила их:

– Согласна, Кир. Но смотри в оба, Чор... без фокусов.

Зоргх ухмыльнулся, блеснув зубами:

– Ох, приятельница, я ведь и сам не хочу никаких неприятностей... Привести двоих Восходящих в деревню и разозлить их может только тот, кто своей семье зла желает.

И мы двинулись к свету. Фонарь Чора осветил ещё одну арку, поросшую чёрной слизью. Сквозняк принёс слабый запах дыма и тушёных мясных грибов. Под ногами уже не было скользкой породы, а кое-где встречались грубо обтёсанные лестницы и деревянные помосты. Уловив знакомый аромат еды, я заметил, как Ами слегка смягчила напряжение в чертах лица: она тоже устала от походного быта и нуждалась хотя бы в коротком отдыхе в цивилизации – пускай и элементарной, подземной.

Впереди в неверном свете факелов, начал постепенно вырисовываться рукотворный неровно вырубленный скальный коридор, ведущий куда-то вниз. Удалённые голоса, далёкие скрипы, стук железа – всё это смешивалось в бормотание, исходящее из чрева горы.

Я поймал себя на мысли, что сердце бьётся быстрее от будущей неизвестности – вступление в другую культуру, чуждый быт. Но ведь мы сюда именно затем и пришли: найти дорогу к цели, пусть даже среди коварных тоннелей.

Я чувствовал, как Ами за моей спиной практически готова схватиться за карабин, а Чор шёл вперёд лёгкой походкой, ничего не замечая, будто это его дом – а ведь, так оно и было.

Оставалось надеяться, что этот проводник действительно желает довести нас к Медовому Дереву, а не «похоронить» в этом сыром подземелье. Мир стал предельно узким: кривые, изломанные тени от света фонаря, ритм шагов по камням, отголоски далёких голосов.

Пройдя ещё несколько десятков метров, мы оказались у массивной решётчатой двери. Где-то за ней слышалось глухое бормотание, и в слабом мерцании факелов мелькнули фигуры, похожие на крохотных часовых. Прежде чем я успел оглядеться, дверь дрогнула и начала распахиваться наружу, скрипя ржавыми петлями.

Чор повернулся к нам и подмигнул:

– Это и есть моя деревенька. Добро пожаловать, приятели.