Читать книгу "Правовые режимы: отечественная и альтернативная модели теории"

Исходя из сути современного отечественного представления о правовом режиме, нам необходимо считать, что именно правовое регулирование должно «задавать» параметры для построения «особого порядка регулирования», т. е. правового режима. Но с таким восприятием «объективного» смысла существования явления «правовой режим» (через смысл правового регулирования) мы не совсем согласны (вернее, совсем не согласны!). По нашему мнению, всё не так просто и право позитивное (практическое) не связано с правовым регулированием прямой связью (как считается в современном восприятии явлений «право» и «правовое регулирование»). Более того, мы позволим высказать мнение (и это мнение мы доказали выше), что практическим воплощением диктуемых правом идей и построением необходимых параметров / характеристик занимается всё же именно правовой режим (с самостоятельной сущностью, а не сущностью «особого порядка правового регулирования»). Мы утверждаем, что фактически объективный смысл явления «правовой режим» несколько другой, чем принято сейчас. Если считать смысл правового режима самостоятельным, то именно правовой режим в правовой сфере общественных отношений и задаёт (указывает) параметры правовому регулированию общественных отношений (например, тип регулирования – дозволительный, разрешительный и т. д.).

Здесь необходимо отметить, что государство выступает от имени общества как «главный Заказчик» в построении правовых режимов, а также и как главный гарант их исполнения. При этом государство использует в построении в приоритетном порядке ту идею, которую он (Заказчик) воплощает через правовой режим и которая (идея) даёт возможность удержать и сохранить в обществе и государстве власть и стабильность (порядок) для последующего воспроизведения государственных институтов и структур[16]16
  «…Правовой режим – неотъемлемое свойство власти, ее устройства,
  функционирования, социальной направленности.» [158, C. 16–29].


[Закрыть][158, C. 16–29]. Напомним, что базовой категорией нашего исследования будет явление «режим», играющее роль основообразующей (основополагающей) «матрицы построения».

§ 3. Специфика базового восприятия общих положений системы «правовой режим – правовой порядок – правовое регулирование» при построении государственной властью управляемой и регулируемой системы общества: суть отношений и взаимоотношений явлений «власть – право – государство»

Определение объекта и предмета исследования позволяет построить наше исследование так, чтобы отдельные проблемы вытекали одна из другой. Монография возникла на почве некой «незавершённости восприятия» (объяснения, понимания, прочтения и т. д.) отдельных проблем и явлений (например, правовых режимов, проблемы однозначности и т. д.).

При решении любой проблемы (например, построения правового режима) возникает вопрос: откуда берутся ресурсы (научные, финансовые, людские и т. д.) и кто «даёт команду» и разрешение на то, чтобы произвести построение новых правовых режимов или корректировку, замену (частичную или полную), отмену уже существующих и как это происходит?

Напомним, что исходя из логики современной отечественной теории, таким «командиром», отдающим команду на применение особого порядка правового регулирования (правового режима) должно было бы стать само правовое регулирование. Возможно, это так и есть для правовых режимов С. С. Алексеева, когда речь идёт о правовых режимах (регулирования), которые в особом порядке помогают правовому регулированию урегулировать отношения во всех сферах деятельности общества и их сущность есть особый порядок правового регулирования. Но для правовых режимов с самостоятельной сущностью это не так, так как их сущность иная. Однако все отечественные авторы, последователи С. С. Алексеева, О. С. Иоффе, В. Б. Исакова (например, Г. С. Беляева[17]17
  «.правовые режимы обеспечивают устойчивое нормативное регулирование общественных отношений. Они олицетворяют функциональную характеристику права – определенный порядок правового регулирования.» [108, С. 3].


[Закрыть] [108], Н. И. Матузов и А. Б. Малько[18]18
  «.правовой режим – это особый порядок правового регулирования, выражающийся в определенном сочетании юридических средств и создающий желаемое социальное состояние и конкретную степень благоприятности либо неблагоприятности для удовлетворения интересов субъектов права.» [158, C. 16–29, Приложение 2, 7].


[Закрыть],[19]19
  «.Правовой режим представляет собой специфический механизм правового регулирования, его особый порядок, направленный на конкретные виды субъектов и объектов.» [158, C. 16–29, Приложение 2, 8].


[Закрыть] [158], Д. Н. Бахрах [56], С. С. Маилян [77, 123] и мн. др.) абсолютно уверены, что они ведут речь именно о правовых режимах с самостоятельной сущностью, хотя на самом деле речь у них идёт о частном случае существования правовых режимов. Почему мы так думаем?

Потому, что ни один отечественный автор не берёт во внимание слово «регулирование» в определении С. С. Алексеева: «…В теории права входит в научно-практический обиход термин «правовой режим». Так, внутри отрасли административного права правовой режим регулирования управленческих отношений.», учебник «Теория государства и права» Глава 18, § 3 [56]. Это утверждение полностью подтверждает и наш экскурс в историю возникновения понятия «правовой режим». Внимательный анализ возникновения правового режима даёт возможность посмотреть на правовой режим не с современных, а с исторических позиций, которые показывают нам, что это понятие возникло не сразу, а формировалось на протяжении XV–XX вв. в результате развития явления «режим» и обогащения этого явления новым содержанием, идущим от другого мощного понятия – «право». Именно в результате этих преобразований образовалась новая сущность, которую мы сегодня именуем как «правовой режим» и которая, по большому счёту, вовсе не является «особым порядком» правового регулирования. Такой взгляд и есть альтернативная позиция на современное отечественное восприятие правового режима. И если встать на историческую точку зрения, то тогда правовой режим открывает нам иное понимание своего функционального и объективного назначения.

Посмотрим на некоторые аспекты явления «правовой режим» и схему взаимодействия режимов (общего, отраслевого, объектного) с современных и предлагаемых нами позиций восприятия (Приложение 4):

1. Во-первых, правовой режим (суть нормативный режим, а не «особый порядок») тесно связан с категориями «правовой порядок» и «режим». Эти связи необходимы при определении объективного смысла правового режима (но не «правового режима регулирования») и изучения работы типовых элементов и связей предлагаемого нами «ядра» универсальной структуры. Информация о связях будет и здесь, и в последующих публикациях.

2. Во-вторых, поскольку в нашем понимании правовой режим не есть «особый порядок правового регулирования», а есть суть нормативный режим (категория, производная от явления «режим» – управление), то логично предположить, что правовой режим есть категория, которая нормативно УПРАВЛЯЕТ («подсказывает», «направляет действия» и т. д.) отношениями через правовое регулирование, ЗАДАВАЯ (указывая) последнему характеристики регулирования, например: а) типы регулирования (предложил Н. Г. Александров, реализовал С. С. Алексеев), среди которых выделяют общедозволительный – «дозволено всё, что прямо не запрещено» (идея Т. Гоббса); разрешительный (запретительный – разновидность разрешительного) – «запрещено всё, что прямо не разрешено», а обязанность присутствует в обоих типах (смешанный тип); б) правила (положения, постановления, предписания); в) необходимые методы (диспозитивный, императивный и смешанный) и г) средства (приёмы, инструменты, способы) и т. д. Эти характеристики дают возможность с помощью норм урегулировать те или иные общественные отношения.

3. В-третьих, именно тип регулирования (дозволительный, разрешительный или смешанный, смысл которого исходит из смысла устанавливаемого правового режима) обеспечивает правовому регулированию конкретные параметры при урегулировании тех или иных конкретных гражданско-правовых (дозволение), административно-правовых (разрешение), уголовных (запрет) отношений, создавая ту или иную степень благоприятности (или неблагоприятности) при назначении запретов и разрешений в той или иной жизненной ситуации (юридическом деле) в строгом соответствии с законом.

4. В-четвёртых, в современной теории правовой режим представляется механизмом решения проблем правового регулирования общественных отношений, но в особом порядке, например, Г. С. Беляева пишет: «… Именно таким специально организованным механизмом, отличающимся. возможностью. предотвращать сбои в правовом регулировании, выступает правовой режим.» [108, С. 3]. Исследователь тоже считает правовой режим механизмом, но не правового регулирования, а механизмом практической реализации позитивного права в объективной реальности, т. е. механизмом практического воплощения права через правовой режим с помощью правового регулирования.

5. В-пятых, в современном понимании правовые режимы, как пишет Г. С. Беляева: «.олицетворяют функциональную характеристику права – определенный порядок правового регулирования.» [108, С. 3, Приложение 2, 13]. Но с этим исследователь готов поспорить, так как современные отечественные «правовые режимы» могут олицетворять собой только «. особый порядок правового регулирования.», а он (особый порядок) никак не есть функциональная характеристика (функция) права. Почему? Потому, что особый порядок есть тот статический порядок объективной реальности, который по каким-то параметрам отклоняется от обычного порядка. Например, особый порядок антитеррористической операции, когда ограничивается свобода передвижения, вводится комендантский час, ограничивается свобода слова и т. д. Следовательно, особый порядок, который фигурирует в качестве отечественного определения правового режима, не может даже в принципе по определению быть функциональной характеристикой (функцией), так как порядок есть состояние, которое отражает статику, т. е. порядок есть то или иное состояние, но не динамику (функцию). Другое дело – когда правовой режим изучается как явление с самостоятельной сущностью. Тогда правовые режимы могут исполнять своё иное предназначение, а именно преобразование «старого порядка» позитивного права в его «новый порядок», не меняя сути функциональной характеристики права служить общественным регулятором, т. е. правовой режим будет играть роль механизма практической реализации права в объективной реальности путём легального и легитимного законодательного изменения правового порядка. Итак, правовые режимы не «…олицетворяют функциональную характеристику права.» (состоящую в том, чтобы служить общественным регулятором), а практически воплощают объективные правовые изменения окружающей действительности (изменения порядка) в виде норм позитивного права в конкретном обществе, в конкретном промежутке времени, в конкретном понимании обществом и государством этого права путём преобразования «старого» правового порядка («старого» позитивного права) в «новый» правовой порядок («новое» позитивное право).

6. В-шестых, в современном понимании, например у Г. С. Беляевой, «.в структуру правового режима включаются правовые средства различного состава и уровня (простые и комплексные): элементы механизма правового регулирования (правовые нормы, отношения, акты реализации права, юридические факты и т. д.), гарантии реализации правового режима (в том числе юридическая ответственность за нарушение режимных требований), правовые принципы, цели и способы правового регулирования. Представляется, что такая структура (состав) правового режима наиболее оптимальна, поскольку в ней четко представлены составляющие (компоненты) исследуемой категории, и она в полной мере отвечает его содержанию.» [108, С. 63].

Если посмотреть других авторов, например, Н. И. Матузова, А. В. Малько [158], Д. Н. Бахраха, Б. В. Россинского, Ю. Н. Старилова [56] и т. д., то у них несколько иное представление о структуре, её элементах, отличающееся и от структуры, представленной Г. С. Беляевой (по элементам, названиям, определениям), и от структур других авторов.

О конкретных связях между элементами и с окружающей средой авторами вообще ничего не говорится: связи, видимо, подразумеваются автоматически.

Исследователь же предлагает применить к решению проблемы построения структуры правового режима новый единый типовой, универсальный подход при исследовании элементов и связей структуры, независимо от «ранга» правового режима, со спецификой восприятия структуры у разных по иерархии правовых режимов, используя для этого единые методы – способы теоретического или практического познания (освоения) действительности.

7. В-седьмых, в последнее время (начиная примерно с 2012 г.) в современной отечественной теории правовых режимов отдельные авторы (например, Г. С. Беляева [108, 148], О. С. Рубченко [133], О. А. Шабаева [140], С. М. Зырянов [154] и др.) начинают выделять правовые режимы, основанные на преимуществах и правовые режимы, основанные на ограничениях. Фактически это похоже на мотивации у С. С. Алексеева: создание правовыми режимами благоприятных и неблагоприятных условий, режимов общедозволительного, разрешительного и обязывающего профиля [51], только в их более чёткой проработке. (Обязывающие режимы отно сятся к режимам разрешительного профиля, только в более строгом восприятии.)

Например, в рамках существующей теории Г. С. Беляева разъясняет оба правовых режима (основанные на преимуществах и основанные на ограничениях): 1) либо как «…особый порядок правового регулирования общественных отношений, заключающийся в определенном сочетании правовых средств – дозволений (субъективных прав, законных интересов, льгот, привилегий, иммунитетов, поощрений и т. д.), гарантий и принципов, направленный путем создания благоприятных условий для удовлетворения интересов субъектов права.» [108, С. 17] (это разъяснение похоже на общедозволительный профиль режима у С. С. Алексеева [51]); 2) либо как «…особый порядок правового регулирования общественных отношений, заключающийся в определенном сочетании правовых средств – общих запретов и позитивных обязываний (приостановлений, обязанностей, цензов, лимитов, мер государственного принуждения и наказания и т. д.), гарантий и принципов, направленный путем создания неблагоприятных условий для удовлетворения интересов субъектов права. Правовой режим, основанный на ограничениях, в большей мере устанавливается и функционирует в отношении государства, государственных органов и государственных служащих.» [108, С. 18]. Это разъяснение также похоже на разрешительный и обязывающий профили правового режима у С. С. Алексеева [51].

В настоящей монографии мы только устанавливаем некоторые опорные вехи нового подхода к изучению явлений (естественным продолжением монографии является подготовленная вторая монография, готовящиеся кандидатское и докторское исследования). Это значит, что по некоторым явлениям (например, альтернативным определениям, положениям, построениям, категориям, понятиям и т. д.), необходимым в наших исследованиях, подробные объяснения пока необязательны и некоторое время можно обойтись без них. Например, мы не будем пока приводить полное определение объективного смысла правового режима, но отдельные необходимые нам моменты этого определения, элементы и связи новой структуры и т. д. мы будем использовать, так как они дадут необходимый материал и помогут лучшему объяснению информации.

Практический пример: альтернативная дефиниция объективного смысла существования правового режима во спринимается нами не только в статике своего существования, но и как процесс, который предназначен в том числе и для удовлетворения объективно-субъективной потребности «заказчика правового режима», использующего при построении необходимые ему правовые средства, правила и т. д., создающие (задающие) благоприятные или неблагоприятные условия правовому регулированию, а они (правила) делают правовое регулирование процессом направленного урегулирования отношений: общедозволительного, разрешительного или обязывающего профиля (по С. С. Алексееву); или с ограничениями либо с преимуществами (по Г. С. Беляевой).

Кроме того, если вернуться к п. 1, то связь правового режима с категорией «режим» и категорией «порядок» влияет на все единицы-элементы теории, причём связь «режим – правовой режим» является основообразующей (изначальной, материнской и т. д.) связью для альтернативных положений теории правовых режимов, а связь с категорией «порядок» понимается на новом уровне её восприятия. (Более подробно дефиниции и функции связей в правовом режиме и с окружающей средой рассмотрим в последующих исследованиях).

Итак, начало отечественной теории правовых режимов в её современном понимании положили в основном работы С. С. Алексеева [50–55], изучающего правовое регулирование, где получает своё развитие в современном отечественном варианте смысл понятия «правовой режим» (регулирования). Затем последовали публикации и по общему, и по отраслевым, и по связанным с правовыми режимами конкретным (объектным) вопросам (первые последователи – примерно 1993–2009): А. П. Анисимов [107], Д. Н. Бахрах [56], Е. С. Болтанова [149], Н. Н. Вопленко [60, 61], В. А. Горленко [110], А. А. Долгополов [112], В. Б. Исаков [68], В. В. Лазарев [74], О. А. Иконникова [116], И. Н. Ищук [117], Ю. А. Кудрявцев [119], А. В. Лавренюк [121], С. С. Маилян [77, 123], М. В. Максютин [78], A. B. Малько [79, 80, 92,157], Г. Н. Мальцев [93], Г. Н. Манов [156], Н. И. Матузов [81, 94, 158], В. Д. Мельгунов [82], Л. А. Морозова [84], В. Ф. Попондопуло [130], А. А. Решетникова [131], О. С. Родионов [132], И. С. Розанов [161], В. Б. Рушайло [97], В. И. Сенчищев [98], В. Д. Сорокин [99], М. М. Султыгов [137], Ю. А. Тихомиров [100], Э. Ф. Шамсумова [141], A. A. Шанин [206] и др.

Примерно с 2011–2012 гг. интерес к вопросам правовых режимов идёт по нарастающей (вторая волна авторов в исследовании правовых режимов и связанных с ними вопросов): В. П. Беляев [57], Г. С. Беляева [58, 59, 108, 143, 144, 145, 146, 147, 148], Д. М. Брыкин [109], С. Д. Дмитриев [111], О. Е. Землянов [115], С. М. Зырянов [154], А. В. Константинова [118], А. П. Лиманская [122], Е. А. Мазур [76], А. А. Маргушина [124], Д. А. Мирошниченко [125], С. В. Михайлов [126], Е. Н. Мороз [128], Е. А. Мызникова [129], И. В. Пикулева [161], Д. В. Осинцев [88], И. В. Панова [90], В. Б. Романовская [161], С. О. Рубченко [133], А. С. Рясина [134], Р С. Сулипов [136], А. П. Сунцов [162], Л. К. Терешенко [138], А. Н. Титиевский [164], О. В. Хабибуллина [139], B. А. Цыгановкин [179], О. А. Шабаева [140] и другие.

Объединяющей особенностью подавляющего большинства работ перечисленных и иных авторов является то, что правовой режим считается в них «особым порядком правового регулирования», т. е. производным понятием, с чем согласиться полностью исследователь не может, несмотря на теснейшую связь и взаимозависимость правового режима и правового регулирования. Кроме того, за исключением работ нескольких авторов, правовой режим рассматривается в трудах фрагментарно, иногда исключительно с точки зрения объектов правового регулирования (например: правовой режим информации; правовой режим таможенного дела; правовой режим недвижимого имущества и т. д. – у авторов С. Н. Братановского, М. А. Димитриева, P A. Марченко и других).

На отраслевом уровне наиболее подробно и убедительно рассмотрение правовых режимов и связанных с ним вопросов осуществлено авторами административного права: Д. Н. Бахрахом [56], А. А. Долгополовым [112], C. М. Зыряновым [154], С. С. Маиляном [77, 123], В. Д. Мельгуновым [82], Д. В. Осинцевым [88], И. В. Пановой [90], И. С. Розановым [160], В. Б. Рушайло [97], А. П. Сунцовым [162], Л. К. Терещенко [138], О. В. Хабибулиной [139] и др.

Однако во всех этих работах при определении сущности (объективного смысла существования) структуры и функционального предназначения правового режима существуют различные «нюансы» по их суждениям, что в принципе говорит об отсутствии (вернее, о недостаточно проработанной) типовой и универсальной в восприятии (независимо от типа и вида правового режима) общетеоретической базы по этому явлению, а отраслевое и объектное понимание даёт лишь фрагментарное восприятие, что приводит к не всегда удачному использованию правового режима в практике применения.

Нами отмечено, что относительно общего количества авторов подробное исследование правового режима с позиций общей теории права имеется в работах лишь незначительного их числа (среди которых нужно отметить С. С. Алексеева [50–55], Г. С. Беляеву [58, 59, 108, 143–148], В. Б. Исакова [68], В. В. Лазарева [74], Н. И. Матузова [81, 94, 158], А. В. Малько [79, 80, 92, 157], В. Б. Романовскую [161], Э. Ф. Шамсумову [141], O. С. Родионова [132], М. М. Султыгова [137], А. А. Шанина [206]), которые непосредственно посвящены изучению явления «правовой режим». На них и ссылается большинство, в том числе и сам исследователь. Но на сегодня некоторые положения в этих работах несколько устарели, например:

1) Э. Ф. Шамсумова в своей работе [141] рассматривает постепенную эволюцию и современное (до 2001 г.) состояние правового режима, отчасти его функции, принципы и классификацию. Однако сегодня её взгляды не всегда соответствуют современным представлениям о сути правовых режимов, что отмечает Г. С. Беляева [58, 59, 108];

2) O. С. Родионов в своей публикации [132] рассматривает особенности (до 2001 г.) отображения понятия «правовой режим» в отечественном законодательстве, пути совершенствования этих особенностей и отображение их влияния на реализацию правовой политики государства. Однако на сегодня некоторые из особенностей изменились, о чём говорят работы Г. С. Беляевой [108], Н. И. Матузова [94], А. В. Малько [79, 80] и др.;

3) М. М. Султыгов в своей работе [137] провёл системный анализ правовых юридических категорий (до 2005 г.), в совокупности образующих понятие конституционно-правового режима ограничения государственной власти. Думается, сейчас и эти взгляды, возможно, стоит несколько обновить, например, вводя в теорию новые, откорректированные и дополненные понятия и положения и т. д.; и другие авторы.

Сейчас интерес к явлению «правовой режим» (особенно начиная с 2011 г.) усиливается, о чём говорят примеры приведённых нами работ, а категория «правовой режим» всё более востребована. Отдельные авторы (например, Г. С. Беляева) считают, что назрел вопрос создания целостной теории правовых режимов: «…Более того, очевидна потребность в разработке целостной теории правовых режимов, необходимость комплексного и системного подходов к их исследованию…» [108, С. 5]. Там же Г. С. Беляева отмечает, что имеющиеся знания по правовым режимам требуют целостного переосмысления с современных позиций. Под целостностью теории Г. С. Беляева, видимо, подразумевает не только общее определение «объективного смысла правового режима» (что в современном виде имеет своё выражение через правовое регулирование), но и целостность восприятия с общих позиций всех других единиц-элементов теории (например, понятийного аппарата, структуры, содержания, функций и т. д.), что не всегда наблюдается в существующей теории.

Похожие (как у Г. С. Беляевой) мысли возникали и в голове исследователя, но, в отличие от неё, мы исходим из несколько других моментов восприятия как правового режима, так и единиц-элементов теории, принципов построения этих единиц-элементов и методологического подхода к изучению сути как основополагающего явления «правовой режим», так и иных явлений, положений и построений, делая упор в построении таких положений на типовые и универсальные формы их содержания, имеющие место быть только, если правовой режим имеет (и изучается) самостоятельную сущность.

Теперь, когда мы в сжатом виде про смотрели некоторые положения: а) истории вопроса появления режима, правового режима; б) основы восприятия правовых режимов в отечественном праве, можно дополнить семь перечисленных выше аспектов восприятия «правового режима» ещё несколькими.

8. Изучим аспект о функциях правового режима. «.Предлагается различать следующие его (правового режима – А. Т.) функции: по характеру и цели воздействия – регулятивную, охранительную, воспитательную; по сфере общественных отношений – экономическую, политическую, культурную, социальную.» [108, С. 17]. Возможно, что в современной отечественной теории «правовых режимов регулирования» все эти функции (рассматриваемые как основные функции), о которых пишет Г. С. Беляева, и могут иметь место, так как правовой режим есть «особый порядок правового регулирования». Причём необходимо добавить, что в современном отечественном праве конкретное применение права есть не что иное как индивидуальное правовое регулирование. Но в альтернативном варианте (где правовой режим имеет самостоятельную сущность и используется не только для регулирования, но и для управления) одной из основных целей его воздействия и одной из его основных функций является удовлетворение объективно-субъективной потребности «Заказчика правового режима» по созданию для него благоприятных / неблагоприятных условий (например, по удержанию власти, воспроизводству существующих институтов и структур государства, поддержанию стабильности и порядка в обществе), по-другому, управление «Заказчиком» строительством «нового» порядка объективной реальности.

Сама объективно-субъективная потребность появляется в ответ на объективные внутренние и внешние вызовы и угрозы в окружающей действительности. Обозначим ещё две основных функции альтернативного варианта: а) создание условий перехода «старого порядка» в «новый» и б) процесс перехода «старого порядка» в «новый». Удовлетворение объективно-субъективной потребности и происходит путём изменения / создания нового правового порядка и внедрение этих изменений и положений этого порядка через позитивное право в жизнь с помощью правового регулирования, параметры механизма которого в зависимости от типа и вида правового режима (общий, отраслевой, объектный, административный, гражданский и т. д.) задаются с учётом сферы регуляции.

Поясним пока кратко (так как работа сферы регуляции будет рассматриваться подробно в последующих публикациях), как мы понимаем сферу регуляции. Условно сфера регуляции состоит из: а) сферы применения, которая показывает в какой области деятельности общества будут изменяться (управляться) отношения через право, т. е. в какой области будут создаваться (условно) «контрольные точки» применения права (например: политической, идеологической, экономической, культурной и т. д.) и б) сферы регулирования, в которой правовое регулирование, согласно условиям конкретного дела (юридического факта), урегулирует отношения с применением конкретной области (гражданской и иных).

Следовательно, одной из первоосновных (главных, первопричинных и т. д.) функций правовых режимов (для чего они и создаются!) любых уровней (если рассматривать правовые режимы с самостоятельной сущностью, непроизводной от правового регулирования) является: «…процесс появления и начала (старта) реализации, в существующем правовом статическом порядке (в правовой сфере объективной реальности) динамической части «нового правового статического порядка.» (цитата взята из альтернативного определения правового режима и полностью приводится в по следующих работах) и создание контрольных точек применения (управления) и регулирования конкретных отношений.

Остальные функции при построении придают строящемуся правовому режиму определённую специфику его дальнейшего функционирования. Это же можно сказать и о функциях, предлагаемых отечественными авторами («.по характеру и цели воздействия – регулятивную, охранительную, воспитательную; по сфере общественных отношений – экономическую, политическую, культурную, социальную.» и т. д.), которые придают (при построении) позитивному праву и правовому регулированию специфику применения. По нашему мнению, специфику определяют применяемые правила и средства воздействия, которые в предлагаемых нами положениях будут находиться в таких элементах, как алгоритм и механизм выполнения (более подробно альтернативные элементы и связи структуры будут рассматриваться в последующих работах).

9. Сейчас расширяющиеся (и возникающие вновь) грани сферы правовой регуляции отношений (сферы применения и сферы регулирования при удовлетворении объективно-субъективной потребности), а также динамика развития современного российского общества объективно требуют от власти и государства создания такого оптимального правового порядка, который отражал бы всю сложность современной социально-экономической и общественно-политической ситуации, что объективно обусловливает необходимость изменений (модернизации / модификации: замены частичной / полной, отмены и т. д.) в единицах-элементах существующего («старого») статического порядка.

Существующая сейчас теория правовых режимов рассматривает правовой режим в его практической реализации (практике применения) чисто (только) как элемент механизма правового регулирования, что подтверждают как работы «старых мастеров» – корифеев правоведения, так и все последние работы их более молодых последователей, исследующих правовые режимы. Например, вот мнение Г. С. Беляевой: «…Именно таким специально организованным механизмом, отличающимся стабильно стью и в то же время динамичностью, возможностью своевременно реагировать на отклонения в социальной ситуации и предотвращать сбои в правовом регулировании, выступает правовой режим.» [108, С. 3].

В предлагаемых нами положениях, имеющих при построениях системный и комплексный характер, роль «корректора» единиц-элементов существующего статического порядка играет правовой режим, который меняет количество и качество исполняемых правил правового регулирования (например, вводя новые, уточняя имеющиеся, аннулируя старые акты, законы и др.) и создаёт «новый» (оптимальный для изменившихся условий) статический порядок, позволяющий максимально эффективно и в строгом соответствии с новыми правилами (общеобязательными для всего общества) разрешить любое юридическое дело, обеспечивая законность и правопорядок в целом.

10. Тем, кто изучает отечественную теорию правовых режимов, нельзя обойти стороной ещё один аспект её восприятия. Сложность современных правовых отношений – появление новых практических форм таких отношений (например, хакерство), которые не всегда могут быть решены современными законами, – ведёт к тому, что в современной отечественной теории появляются как бы новые виды правовых режимов. Например, Г. С. Беляева пишет о публично-правовых и частноправовых режимах следующее: «.Публично – и частноправовые режимы представляют собой явления, характеризующие единые подсистемы права с обособленным предметом, методом, механизмом и принципами правового регулирования. В силу определенного сближения сфер публично-правового и частноправового характера публично-правовые режимы проникают в зону частноправового регулирования и, наоборот, частноправовые режимы функционируют в отраслях изначально публично-правовых…» [108, С. 18]. Конечно, такое положение, если оно позволяет упростить понимание современной отечественной теории «правовых режимов регулирования», имеет полное право на своё существование, исследователь только «за».