Читать книгу "Счастье – это просто…"

Элвис

Они общались вот уже почти полгода, все шло к роману, а он так и не признался Аленке, кто он на самом деле (на всякий случай даже Дашке запретил говорить фамилию). Несмотря на то, что большую часть швов уже сняли, узнать его все еще было крайне сложно: шрамы достаточно сильно исказили лицо, да и десять лет прошли не просто так. Голос тоже поменялся ощутимо, хоть и говорил он уже почти нормально. Правда, пару раз Аленка говорила, что он кого-то ей напоминает или что ей кажется, будто они знакомы, но он каждый раз ловко уходил от темы. Он сам не мог понять, почему ему так страшно сказать ей – времени прошло очень много, все поменялось, вряд ли она убежит от него, как убегала та четырнадцатилетняя девчонка, которую зацеловал более смелый парень.

С каждым днем Аленка снова нравилась ему все больше и больше, а в Ульянку он и просто влюбился без памяти. Впрочем, в это вертлявое улыбчивое чудо было сложно не влюбиться. Сначала он очень боялся, что Дашка будет ревновать и обижаться, но Дашке самой очень понравилась Ульяна. Она даже вспомнила, как года четыре назад она просила у папы с мамой маленькую сестренку, несмотря на мамину ругань.

Теперь, правда, Дашка доставала его другим вопросом – буквально каждый день она спрашивала, поженятся ли они с Аленкой. Сначала он смеялся, но потом стал серьезнее, а вчера даже признался дочери, что они еще даже не целовались. Дочь, как всегда реагирующая как взрослая, была очень удивлена и даже отчитала его за столь долгую реакцию. Это было снова забавно.

Аленка

Когда Дашка попросила погулять с Ульяной, спящей в коляске, она не сомневалась ни минуты – девочка серьезная, уже школьница, пусть почувствует себя гордой и взрослой, катая не кукол, а настоящего ребенка. Да и Ульяна, если проснется, звонко заявит о своих желаниях, так что потеряться они точно не смогут. Правда, все равно попросила девочек далеко не уходить. Она даже не заметила, как, уходя с коляской, Даша делает папе лицом и рукой какие-то знаки.

Они сидели на лавочке на солнышке, плечом и бедром она касалась Петра и чувствовала себя спокойно и защищенно. Она не строила каких-то долгосрочных планов на отношения, ей просто было хорошо рядом с этим мужчиной.

Петр взял ее за руку и полупрошептал-полувыдохнул: – Алееееенка…

Она повернулась к нему и даже немного опешила от того, как сразу он начал ее целовать. Он был настолько же нежен, насколько и настойчив, и она почувствовала, как по спине бегут мурашки, а в животе разгорается уже совсем было забытый за два года жар. Аленка прижалась к нему и обняла, не прерывая поцелуя. Все растворилось. Ей было плевать, что на них смотрят люди, что могут вернуться дочки, что за полгода она не узнала даже фамилию этого человека. Ей просто хотелось, чтобы этот поцелуй не прекращался.

Через несколько минут Петр все-таки аккуратно отстранился.

– Аленка… Я столько лет мечтал об этом… Когда ты начала встречаться с Ярго, я с ума сходил по тебе, просто сказать боялся, потом вроде успокоился, но все равно не мог тебя забыть. Ты – чудо.

Он выдал все это на одном дыхании, и Аленка оторопела. Так вот кого он ей напоминал все это время! Значит, ей не казалось, что они знакомы!

– Элвис! – Теперь настала ее очередь справляться со сбившимся дыханием.

– Да ты!.. Да я!.. – Она не могла понять, она больше счастлива или возмущена тем, что он так долго от нее это скрывал. – Я тебя стукну! Она не выдержала и расхохоталась. – Полгода, с ума сойти! И когда же ты меня узнал?!

Элвис улыбался: – Сразу. В онкодиспансере. Ты почти не изменилась, да и Ульянка твоя копия. С моим лицом и голосом мне было очень страшно признаваться, тем более я не знал, что ты в разводе, да ничего не знал о тебе! Вдруг ты оказалась бы матерью-героиней восьми детей и женой арабского шаха?

– Таааааак, – Аленка сделала тон угрожающим, – И что бы это изменило?!

– Ничего, уже совершенно ничего, – Элвис снова притянул ее к себе и начал страстно целовать.

– Аленка, моя Аленка, – бормотал он, практически не отрываясь от ее губ. – Я хочу быть с тобой, я хочу любить тебя всю оставшуюся жизнь. Я мечтал о тебе. Теперь мне уже не страшно сказать тебе это. Зачем, зачем мы потеряли двенадцать лет?! И снова с небольшим стоном он продолжил ее целовать.

Она была совершенно счастлива. Вчера жизнь круто изменилась буквально за несколько минут. Элвис, чудесный Элвис… После сумасшедших подростковых поцелуев на лавочке они еще часа два не могли наболтаться. Уже и Даша с Ульянкой вернулись, уже и Уля проснулась, а они все говорили и говорили, почти не обращая внимания на дочек. Правда, Дашка кажется все поняла и охотно занимала Ульяну, Аленка даже заподозрила, что дочка Элвиса была в сговоре с папой и специально дала им время объясниться.

Вечером они оставили дочек с бабушками и улучили целых два часа для себя. Они гуляли, взявшись за руки, регулярно останавливаясь для поцелуев, и не могли оторваться друг от друга. Заведя ее в какой-то безлюдный переулок (Аленка даже и не знала, что в их городе такие есть), Элвис неожиданно прижал ее к нагретой стене дома, и ненадолго оторвавшись от ее губ, прошептал: – Аленка, я просто безумно тебя хочу. Все эти полгода. Я давно уже не подросток и не собираюсь предлагать тебе секс в подъезде, но я хочу, чтобы ты знала – я не могу не думать об этом. Я сделаю все, как ты хочешь – путешествие, гостиница, ванна с пеной, массаж, хотя сразу больших высот не обещаю, – он хрипло рассмеялся. – У меня не было секса с момента зачатия Дашки. Я вообще не уверен, что помню, как это делается…

Аленка не смогла промолчать, хотя поцелуи были просто великолепными: – Я, конечно, отстаю от тебя, у меня секса не было с момента зачатия Ульянки, но я почему-то уверена, что у нас все получится. Я тоже сильно хочу тебя, – она не привыкла произносить такие слова и покраснела, – так сильно, что наверное согласилась бы и на секс в подъезде…

– Нет, – Элвис был тверд. – Прости, что говорю это, но я до сих пор не могу забыть ту поездку на мою дачу. Я не хочу для тебя повторения.

И тут, совершенно неожиданно для себя, Аленка разревелась. Она плакала и плакала, наконец позволяя себе прожить ту боль и обиду, которая сидела в ней с ее первого раза. Она детально помнила все: и отрывистые приказы Ярго вместо ласковых слов, и пронизывающую нескончаемую боль, и долгое кровотечение, которое ей никак не удавалось остановить, и чувство унижения, через которое пришлось пройти утром. Она плакала, а Элвис просто крепко обнимал ее, не пытаясь успокоить, до тех пор, пока она не затихла.

– Вот поэтому я и говорю – путешествие вдвоем, хорошая гостиница, мягкая кровать, глоток вина, если захочешь, и никуда не будем спешить, – прошептал он, когда она перестала всхлипывать.

– Уговорил, – заулыбалась сквозь еще не высохшие слезы Аленка, и они не спеша пошли домой.

У подъезда Элвис снова поцеловал ее длинным нежным поцелуем. – И все равно я всю ночь буду думать о тебе, – прошептал он с ноткой иронии, и на этом они расстались.

Ярго

Сегодня к ним в гости пришли Элвис с дочей. Его близнецы росли как на дрожжах, и с Дашкой общались почти как равные, так что она даже особо не сопротивлялась играм в паровозы и прочим совместным мальчуковым забавам.

Ярго был рад, что Элвис так быстро реабилитируется, а в последнее время у него закралось подозрение, что он уже подыскал себе и даму сердца.

Пока Ирина колдовала на кухне, допекая праздничную пиццу, а Дашка и мальчики умчались в детскую, он пригвоздил друга вопросом:

– Ну давай уже, Элвис, колись, кто она? По тебе же видно, что ты начал отношения!

Элвис замялся, подбирая слова: – Боюсь, дружище, что ты не будешь сильно доволен, хотя впрочем, мне все равно, если честно. Я встречаюсь с Аленкой.

– С которой? Он даже не сразу сообразил, о ком речь. – Эй-эй, постой! С той самой Аленкой? – Сказать, что он был удивлен, это было ничего не сказать. – Элвис, ты серьезно?! Вы умудрились найти друг друга и начать встречаться, спустя столько лет?!

– Ага. Видимо, судьба свела. Мы на самом деле встретились еще полгода назад, в онкологическом диспансере, и все это время общались, но признался я ей, что я это я, только пару дней назад.

– Обалдеть история! Если честно, Ярго было как-то неловко, но он пересилил себя: – И как она?

– Она чудо, как и была. Была замужем, сейчас в разводе, есть дочка. Внешне почти не изменилась, да и по характеру тоже. Я счастлив. – Последнюю реплику он мог бы и не говорить, потому что то, как он светился изнутри, говорило само за себя.

Ярго помялся, но все-таки не смог удержаться: – А секс у вас был уже?

Элвис помрачнел. – Секса у нас пока не было, и будет он только тогда, когда я смогу нормальную обстановку обеспечить для него. Ты ей все-таки подпортил жизнь на моей даче, она целый час ревела, когда я сдуру упомянул ту поездку. По морде бы тебе врезать хорошенько, да Ирину пожалею.

Друг говорил неожиданно серьезно, и Ярго даже слегка струхнул: – Эгегей, Элвис, давай полегче, я в те годы действительно идиотом был, как и все, и морду мне бить уже как-то поздно.

– Ладно-ладно, не буду, – Элвис слегка улыбнулся. – Но больше ты мне не помешаешь строить с ней отношения. Кстати, если она общаться с тобой не захочет, я ее заставлять не буду, имей в виду.

Тут, очень вовремя, в комнату заглянула Ирина: – Мальчики, пицца готова, я пошла звать детей, садитесь.

Аленка

Они ехали вдвоем в пригородный санаторий-гостиницу, где собрались провести вечер пятницы, всю субботу и утро воскресенья. Дашка осталась с мамой Элвиса, Ульяна с ее родителями, и почти двое суток они будут принадлежать исключительно друг другу.

Если честно, ей было страшно. Причем значительно страшнее, чем перед первым разом с Ярго или перед первым разом с Андреем, который тоже получился каким-то скомканным. Она объясняла себе это разными моментами: и тем, что с Элвисом они давно знакомы, и тем, что он был почти свидетелем ее первой ночи со своим другом, и тем, что после рождения Ульянки и прекращения кормления ее фигура все-таки изменилась…

Она вела машину (Элвис после аварии еще не рисковал садиться за руль) по солнечной дороге и барабанила вспотевшими пальцами по рулю, периодически переспрашивая, что сказал Элвис.

– Нервничаешь? – От Элвиса, как всегда, невозможно было что-то скрыть. – Не бойся, я сам боюсь. Он улыбался, хотя сам явно тоже переживал. – Ладно, я нервничаю, я все-таки мужчина, вся ответственность за результат на мне, а ты-то что переживаешь? – Элвис погладил ее по коленке.

– Ну вот еще, – шуточно возмутилась Аленка, – что это на тебе-то одном вся ответственность?! Мы оба с тобой взрослые люди, и вдвоем складываем то, что складывается. Или не складываем то, что не складывается, – закончила уже серьезно и тихо. Знаешь, – продолжила она, – я вот тоже сначала мужа обвиняла, что у нас брак не строится, мужчина типа и все такое. А потом поняла, что там мое участие ого-го какое. Я ему мужчиной-то и побыть толком не давала – все решала, все придумывала, деньги зарабатывала… Вот он и превратился в растение.

– Вооооот. Элвис снова ее по-доброму подначивал: – а я и говорю – расслабься и отдай мне ответственность.

Аленка не смогла не захихикать.

– А еще, пока едем, можешь рассказывать мне о своих тараканах, комплексах, пристрастиях и пожеланиях, – он изобразил, как все записывает.

– Нуууу, это длинный список, – Аленка не оставалась в долгу и показала ему язык. Атмосфера явно разрядилась, за что она была очень благодарна Элвису.

– А нам еще целый час ехать, – Элвис снова показал, как записывает. Помолчав, он продолжил: – Могу начать я, если хочешь.

Аленка с радостью ухватилась за эту возможность.

– Давай начнем с самого заметного и меня беспокоящего, у меня вся грудь и спина в шрамах, из меня кучу железок вытащили. Если честно, я очень переживаю, что ты испугаешься, – сейчас он был серьезен.

Аленка на мгновение оторвалась от пустой на счастье дороги и посмотрела ему в глаза: – Мне так хорошо с тобой, что не испугаюсь. Лица же я твоего не боюсь, в конце концов, – она снова перешла на легкий тон.

– Ладно, – Элвис улыбнулся. – У меня больше восьми лет не было секса, и мне кажется, я растерял все навыки. Ну и первый раз наверное закончится быстро, – сейчас он по-настоящему смущался.

– Петь, меня волнует другой момент. Аленке было сложно говорить, она порозовела, на глаза навернулись слезы. – Как-то так получилось, что у меня с мужем секс всегда был не длинным. Ну, полчаса наверное максимум. И если честно, нравился он мне очень редко. В основном, я ничего не ощущала, а иногда мне даже было больно. Иногда мне вообще кажется, что я не смогу получать удовольствие от секса. Она неосознанно вжала голову в плечи, глядя исключительно на дорогу, как будто ожидая удара.

Элвис положил руку ей на шею и начал аккуратно массировать.

– А ты сама можешь доставить себе удовольствие?

Аленка никогда и ни с кем не обсуждала подобные темы, она была просто пунцовой, но еле слышно прошептала: – Ну в общем да…

– Ну вот, – рука Элвиса продолжала ее гладить, поднявшись на затылок, – значит, и я научусь. У нас с тобой впереди вся жизнь.

Элвис

Если честно, он почему-то ожидал страшных тайн и откровений, и выдохнул с облегчением, когда Аленка все-таки сказала, чего боится. Конечно, исключительно получасовой никакой секс с мужем его удивил, он даже переспросил, сколько они были женаты, а услышав про шесть лет, удивился еще сильнее.

С женой порой только предварительная подготовка занимала полтора-два часа, специально для нее он освоил несколько разных техник массажа, включая эротический, ради нее научился сдерживать свое мужское желание, чтобы не сорваться раньше времени, постоянно реализовывал разные фишки типа розовых лепестков, ароматизированных свечей, ванн со специальными наполнителями, массажных масел и всего прочего, но она все равно оставалась холодной. Долгое время он винил исключительно себя, но потом признался себе (права Аленка, что ответственны оба), что холодной она была во всем – с самого начала отношений она неохотно отвечала и на его поцелуи и объятья, сама никогда не проявляя инициативы, никогда не говорила ему ласковых слов, скептически реагировала на все его попытки создать романтическую обстановку, и за восемь с лишним лет ему так и не удалось получить от нее ответ, что все-таки она любит и чего хочет.

Аленка совершенно не такая. Она искренне хохочет и искренне же плачет, она целует его так, что у него моментально отключается голова. Элвис только представил, что будет, когда он наконец сможет обнимать ее без одежды, и мгновенно ощутил сильнейшее желание.

Аленка почувствовала его напряжение: – Петь, что-то случилось? Я что-то не то сказала? Она говорила обеспокоенно.

– Честно? Он решил не скрывать от нее правду. – Представил себе тебя без одежды.

Аленка вспыхнула, она до сих пор краснела от смущения, как и тогда, двенадцать лет назад, а он откровенно любовался ее реакциями.

– И очень-очень-очень… Он приблизился к ее уху и прошептал еле слышно: – Хочу тебя.

– Может, все-таки доедем? Она говорила сердито. – А то я остановлю машину и случится у нас первый секс не в подъезде, а в машине!

Элвис засмеялся: – Молчу-молчу! И шутливо поднял руки, как будто сдаваясь.

Аленка порычала еще немного и тоже засмеялась: – Судя по карте, осталось совсем немного.

Элвис

Они прибыли в место назначения, заселились в номер, немного раскидали вещи, и так как есть обоим пока не хотелось, он пошел в душ. И вот тут, наедине с собой, ему стало по-настоящему страшно. Он ужасно боялся разочаровать Аленку, он боялся, что ее все-таки оттолкнут его шрамы и нарисовавшийся после аварии животик (сначала спортом было заниматься нельзя, а потом некогда), он в принципе вдруг почувствовал себя неуверенным в своей мужской силе, он даже потерял представление, с чего начать. С поцелуев? С разговора? С простого, а потом более откровенного массажа? С принятия ванны?..

Размышляя таким образом, он сначала даже не заметил, как к нему проскользнула Аленка, уже без одежды, и вздрогнул, когда она прижалась к нему сзади прямо под душем. Ее руки начали гладить его грудь, постепенно опускаясь все ниже, и вопрос о начале отпал сам собой…

Несмотря на то, что он искренне считал мужчину основным ответственным и в сексе, и в отношениях в целом, сейчас он был очень благодарен Аленке за проявленную инициативу. Секса в душе не было (он был тверд в своем желании комфорта и неспешности), но она гладила и целовала его везде так страстно, что при всем его умении сдерживаться, уже через несколько минут он разрядился. Причем такого огромного удовольствия он не испытывал никогда, и это не было преувеличением или только лишь следствием восьмилетнего перерыва. Теперь, к собственному удивлению, плакал он. За весь период брака жена ни разу не гладила его нигде, кроме спины, и не целовала ниже шеи, и теперь ему было невыносимо больно от понимания того, чего он лишал себя на протяжении более чем восьми лет. Лишал, откладывая развод, отказываясь по совету Ярго завести любовницу или хотя бы заняться с кем-то разовым сексом. Слезы текли из его глаз, и сейчас уже Аленка обнимала его, нежно поглаживая по спине.

Он еле мог говорить: – Мне никогда… не было… так хорошо…

Он поднял Аленку на руки (она оказалась совсем пушинкой) и понес в комнату. Ему уже не было страшно. Ему так хорошо с Аленкой, что стало совершенно не важно, что делать и в какой последовательности. У них действительно впереди еще вся жизнь, они успеют все, что захотят.

2011

Элвис

– Петь, привет! – Голос казался знакомым, и он завертел головой в поисках его обладательницы. И просто оторопел, увидев свою бывшую жену Ирину. Мало того, что она заметно похудела, сменила прическу и вообще выглядела шикарно, так изящный сарафан еще и подчеркивал явно округлившийся животик. Месяцев шесть, прикинул он про себя.

– Обалдеть! Других слов не было. – Ты все-таки решилась родить еще?!

Он узнавал и одновременно не узнавал ее. Неужели это та самая расползшаяся тетка с грязной головой, вечно недовольная, которая еще в роддоме решила не кормить дочь грудью, а потом и вовсе приняла решение отдать ее отцу взамен на квартиру?! Та, которая выбрасывала его подарки, засыпала его претензиями и ни разу за восемь лет не позволила заняться с ней сексом?! – Кажется, он уже с полминуты откровенно пялится на нее, переводя взгляд с живота на лицо.

– Ну, давай может присядем где-то, чаю попьем и поболтаем недолго? – Ирина улыбалась и на удивление выглядела смущенно.

История, которую она рассказала, звучала просто фантастически. Через пару месяцев после развода мать буквально силком затащила ее к психологу, глядя, как она целыми днями валяется перед телевизором и объедается сладким, а психолог, в свою очередь, порекомендовал записаться в специальную терапевтическую группу для людей, у которых не строятся нормальные отношения. Несмотря на крайний иринин скепсис, через несколько недель она почувствовала интерес к жизни, записалась в спортзал и на курсы скрапбукинга – ручного творчества, нынче очень модного. Еще через три месяца она случайно познакомилась с Томасом, наполовину финном, наполовину чехом, ведущим в России бизнес, который сразу влюбился в нее без памяти. Потом (надо сказать, довольно быстро) они поженились, и сейчас живут в его доме и ждут сына, который должен появиться на свет уже через пару месяцев.

– Петь, я такая дура была, – Ирина болтала и болтала, не останавливаясь, пока он не спеша пил свой американо. – Как вспомню, как я себя вела с тобой, с дочкой, с нашими мамами, – вообще себя не узнаю. Сейчас все совсем по-другому. Представляешь, я на кулинарные курсы хожу, все время что-нибудь вкусное Томасу готовлю, он уже смеется, закормила, мол. И кстати до ухода в декрет отработала почти восемь месяцев менеджером по продажам в одной фирме. Сначала конечно с трудом шло, а потом что-то так втянулась, что они меня даже отпускать не хотели. Звонят сейчас через день, все предлагают быстрее из декрета возвращаться. Почти всю речь Ирина улыбалась, а сейчас заразительно захохотала.

– Что-то я все о себе да о себе. Ты-то как? Как чувствуешь себя? Как на личном?

Он улыбнулся. – Все хорошо, Ирин, спасибо. Чувствую себя отлично, недавно вот врачи уже окончательно сняли все ограничения, спортом разрешили заниматься. Повезло мне тогда, или и правда Дашка наколдовала. Работаю, тоже женился. У меня малыш чуть попозже будет, ближе к новому году. Он правда пока пол не показывает, но мы думаем, что еще одна дочка, на двоих у нас третья, – он не мог не улыбаться, думая про своих девочек.

– И кто счастливица? Где познакомились? – В голосе бывшей жены звучал не сарказм, а неподдельный интерес, но он пока никак не мог привыкнуть к ней новой.

– А ты ее может быть даже и помнишь. Она дружила с твоей одногруппницей Линой, которая нас познакомила, и долго встречалась с Тимофеем.

– Ух ты, Алена?! Невооруженным взглядом было видно, что Ирина удивлена. – Она мне тогда понравилась. Умная девочка, скромная. Как она могла с таким му… козлом встречаться.

Да, хоть что-то осталось неизменным, – усмехнулся про себя Элвис. Неприязнь к его другу сейчас просто сочилась из каждого ирининого слога.

– Ну вы вообще даете, – она снова улыбалась. – Спустя столько лет снова встретиться и замутить отношения, прикольно!

Теперь смеялся он: – Она полгода не знала, кто я, все-таки авария меня серьезно подправила. А когда узнала, очень удивилась.

– Я бы убила! – В этой безапелляционности снова прозвучала прежняя Ирина.

– Ладно, Петь, я побегу уже, а то мне еще в несколько мест забежать надо и до работы доехать за документами. Давай свежими номерами обменяемся на всякий случай, созвонимся, если что.

Они уже расплатились и вышли из кафе, когда она повернулась к нему и, просительно заглянув в лицо, грустно и тихонько спросила:

– Петь, а можешь спросить у дочки, может она согласится со мной встретиться?.. Я конечно ей столько гадостей сделала, но я так хочу с ней хотя бы иногда общаться…

– Спрошу конечно, не вопрос. Она за это время так повзрослела, ты удивишься, я думаю, она согласится с тобой встретиться и поговорить.

Ирина заметно повеселела, и уже на бегу бросив «спасибо большое, созвонимся», растворилась.