Читать книгу "Целительница для дракона"

11.

Сквозь слёзы и ветви деревьев мне показалось, что я вижу настоящего дракона! Огромное красивейшее существо рассекало воздух мощными крыльями. Я вытерла слёзы и несколько раз с силой моргнула. Блестящая на солнце рептилия никуда не делась. Её контур то скрывался за ветвями, то появлялся в просвете между листьями.

– Малыш! Смотри! Смотри кто прилетел! Гляди какой красавец!

Я пыталась развернуть мордочку дракончика к небу, но понимала, что он ничего не разглядит за ветками. Оглянувшись по сторонам, я увидела приставленную к крыше вольера лестницу. Идея пришла в мою голову моментально. Подхватив дракончика, я вскочила на ноги, и закинув сумку за спину, взлетела по деревянным перекладинам на крышу питомника. В небе над нами, словно красуясь, закладывал вираж дракон.

– Малыш! Открой глазки! Смотри! Там дракон! – кричала я, но детёныш никак не реагировал.

Я раскрутила бутылочку и плеснула ему в лицо водой. Дракончик обиженно фыркнул и открыл глаза. Опрокинув его на руку спиной вниз, я повернула лицо малыша к небу. Секунду ничего не происходило, а потом в моих руках забился настоящий ураган.

Детёныш пронзительно заверещал и рванулся из моих рук. Я пыталась удержать его от падения, но он отчаянно царапался. Всё, что мне удалось сделать – нагнуться перед его феерическим кувырком на крышу. При этом он продолжал верещать, задрав голову к небу. Подпрыгивал, расправлял и снова складывал крылья, вилял крохотным хвостиком.

Он ужасно напоминал щенка, который встречал хозяина с работы. Эту радость ни с чем невозможно было перепутать! Я старалась не подпускать его к краю, а он царапался, не замечая моих рук. Чем бы закончился взрыв эмоций – неизвестно, но парящий в небе дракон издал мелодичный, если так можно сказать, рык. Потом свистнул, словно подзывая кого-то, и снова рыкнул, но теперь уже ворчливо.

Малыш моментально перестал рваться во все стороны, шмякнулся попой на доски и, продолжая вилять хвостом, запрокинул голову вверх. При этом его пасть раскрылась. Не теряя времени, я схватила бутылочку с молоком и впихнула соску с драконий рот. Малыш вскрикнул, но с небес раздался требовательный рык, и детёныш стал пить молоко без сопротивления.

Парящий в небесах дракон снова что-то прорычал, и заложив крутой вираж, полетел прочь. Я была счастлива! Обессилев, плюхнулась рядом с детёнышем на доски крыши и держала двумя руками бутылочку, которую малыш норовил вырвать.

Со счастливой улыбкой я смотрела, как безразличное к жизни создание превратилось в комок энергии. Постепенно малыш стал пить медленнее, наедался. Я была счастлива! Потрепала детёныша по мягним горячим ушкам и перевела взгляд вдаль. От открывшейся картины у меня заледенели руки.

В этой спасательной операции дракончика всё было прекрасно, кроме одного. Вольеры предназначались не только для наземных созданий. В них был устроен «второй» этаж для птиц и обитателей деревьев и холмов. Когда я увидела летящего дракона, моей целью было показать его детёнышу. Как я буду спускаться обратно, мне было неважно.

Но теперь, когда дракончик ритмично чавкал и не выказывал желания умереть прямо сейчас, мне стало страшно. Я ужасно боялась высоты! Живя среди невысоких холмов, мне не приходилось сталкиваться с отвесными скалами, горами, или просто высокими зданиями.

В академии я никогда не подходила к окну на третьем этаже. Выбирала парту ближе к выходу. А прямо сейчас я сидела на уровне третьего этажа не только без стен, даже без поручней! Лестница торчала над уровнем крыши двумя палками размером сантиметров 20! Первая перекладина была ниже. Меня сковал ужас. Ни за какие медовые пряники я отсюда самостоятельно не спущусь.

Тем временем дракончик допил молоко, удовлетворённо тявкнул и забрался ко мне на колени. Ну, всё. Я поняла, что мы никогда не сможем отсюда спуститься. Останемся тут жить. Потому, что я не смогу даже подползти к краю! Просто не смогу!

Детёныш подобрал лапки, помурчал, как сытый кот и уснул. А я сидела, обняв это горячее чудо, и боялась. Когда страх уже полностью завладел моим разумом, над кромкой крыши появилась человеческая голова.

12.

Голова появилась над краем крыши так внезапно, что я, сначала, восприняла её, как иллюзию. Даже моргнула несколько раз. Медовые глаза напротив тоже смотрели сначала удивлённо, а потом сердито. Вот таким разъярённым я и получила через несколько секунд всего Дарсона Флейма. Он присел на корточки и отгородил от меня вид за краем крыши.

– Сдурела совсем? Ты зачем сюда залезла? Жить надоело? Шею захотела свернуть? Да ещё с детёнышем на руках! Как ты его затащила сюда?

– Не знаю, – честно ответила я, – в небе появился дракон, и мне надо было показать его малышу. С земли было плохо видно за ветками, вот я сюда его и подняла.

– Да зачем? У драконов прекрасное зрение! Намного острее человеческого. Если что-то видишь ты, то, поверь, они это могут разглядеть в 100 раз лучше!

– Не ори, малыша разбудишь. – Я прижала дракончика к себе ещё крепче. Мне было обидно. Я знала про свойства драконов, но в момент, когда детёныш висел на руках безвольной тряпочкой, не смогла этого сопоставить. А теперь, я же ещё и виновата оказалась.

– Не разбужу. Если дракон хочет спать, он будет спать.

– А чего ты на меня кричишь? Не нравится – иди мимо.

Боевик тряхнул головой, вздохнул и медленно моргнул.

– Ты же боишься! Трясёшься, как лист на ветру. Но полезла на крышу с тяжёлой ношей. Квартовы потроха! Ты же разбиться могла насмерть!

– Прекрати меня отчитывать!

– Тебя и правда не надо отчитывать! Тебя пороть надо за такую глупость! – выдохнул Дарсон, и, словно спохватившись, поджал губы. Даже головой дёрнул вверх, будто спасаясь от огня. А в глазах промелькнуло что-то непонятное.

От такой наглости я буквально онемела. Пока ловила ртом воздух, придумывая достойный ответ, боевик осторожно наклонился и аккуратно вынул дракончика из рук. Не глядя на меня, бережно, словно собственного ребёнка, устроил мордочку малыша на плече, подхватил под задние лапки и встал.

Как только Дарсон перестал надо мной нависать, мне открылись просторы вокруг питомника. Головокружительная высота, от которой перед глазами внезапно поплыло, и я ахнула.

– Вот кварт! Ложись на крышу, смотри в небо или глаза закрой. Я быстро.

Стремительно Дарсон метнулся к лестнице и скрылся из виду. Вместе с драконьим малышом он забрал с собой необходимость быть сильной. Я вытянула ноги и легла на спину. Смотреть в небо было тоже тревожно, поэтому я закрыла глаза и обмякла. Какое-то время я просто лежала на крыше.

– Эли, Э-ли. – Боевик тормошил меня за плечо. Давай потихоньку вставать и спускаться вниз.

– Угу, – буркнула я и даже не попыталась открыть глаза.

– Э-ли! Надо вставать и спускаться. Отдохнёшь там.

– Угу.

Вдруг мир качнулся. Тёплые доски крыши перестали греть плечи. Сильные мужские руки усадили меня, не переставая придерживать.

– Совсем поплыла?

– Угу.

– Тогда глаза не открывай ни при каких обстоятельствах. Поняла?

– Угу.

Дальше происходило что-то странное. Меня подняли с крыши, но на ноги не поставили. Перехватывали и перекладывали поудобнее, а потом начали качать: вверх, внииииз, вверх, вниииз. Я ухватилась обеими руками за шею боевика.

– Тише. Не так сильно, а то задушишь.

Я кивнула, но руки разжимать не стала. Мало ли, а то уронит ещё. Дарс хмыкнул, но больше не комментировал железную хватку. Мне было интересно, зачем он меня раскачивает. Может быть, чтобы уменьшить головокружение? Боевиков всякому учат. Возможно, так они справляются с недомоганием или восстанавливают кровообращение.

Мысли текли медленно, и среди них не было ни одной толковой. Поэтому я просто раскачивалась. Вдруг мерные движения прекратились, и меня на что-то усадили.

– Расслабь руки и открывай глаза. Ты уже на земле.

Не поверив словам Дарсона я приоткрыла один глаз. Вокруг шелестели ветви деревьев. В вольерах за спиной возились животные. От изумления я распахнула глаза и утонула в медовом взгляде. Он обволакивал меня теплом и обнимал. Руками обнимал! От смущения я дёрнулась, и хватка Дарсона ослабла.

– Спокойно. Всё хорошо.

Едва я успела отодвинуться подальше на лавке, как ладонь боевика засветилась магическим сиянием. Через секунду то же самое произошло и с моей рукой. Разжав пальцы, я увидела в них серебристый листок с надписью, сделанную ровным каллиграфическим почерком.

13.1

Сверху на карточке размером с ладонь красовалось моё имя «Элис Грин». Не успела я перевернуть листок, как он дрогнул. Раскрылся сначала вдвое, потом ещё и ещё раз, пока в моих руках не остался настоящий официальный бланк стандартного размера. В углу красовался герб Большого Магического Совета и эмблема Контиквеста.

Вызов приглашал меня немедленно явиться на первый этап соревнований. Было указано место начала испытаний. Я показала документ Дарсону, а он развернул свой, точно такой же лист.

– Ну что, стартуем?

Глаза боевика загорелись энтузиазмом. В лице появилось что-то хищное. Скулы и подбородок ещё больше заострились. Зрачки оставались круглыми, но я чётко видела в нём потомка драконов.

– Стартуем. Только мне надо переодеться. Я же в рабочей одежде после зельеварения.

– Куда? – Дарсон рассмеялся с хмельным задором. – У нас только 1 час времени на выполнение задания, до получения которого мы даже не добрались!

Он ткнул пальцем на время, указанное в письме. Часы на документе были живыми и отсчитывали время в обратную сторону. Оно не прибавлялось, а уменьшалось каждую секунду.

– Бежим! Вызов на этап каждый получает сам. Встретимся с ребятами возле городского театра. Его адрес стоит в документе.

Дарсон двинулся вперёд, и мне не оставалось ничего другого, чем побежать за ним. Как мы добрались до нужного здания, даже описывать не буду. Это боевиков гоняли по физической подготовке. Мы же бегали только если проспали на занятия. Поэтому Дарсону то и дело приходилось тормозить и ждать, пока я до него доплетусь. В конце концов он просто пошёл рядом, уговаривая и подбадривая меня продолжать переставлять ноги.

Разумеется, мы добрались к городскому театру, когда Тормин и Бардон уже были там. Портальщик потащил нас за угол, где уже собралась огромная толпа народа разных рас и возрастов. На боковой стене здания горела магическая надпись: задание и время.

То и дело раскрывались магические купола, отгораживающие команды от любопытных взглядов. Точно такой же поставил Бардон, крутанув один из браслетов на руке и запустив защитное заклинание. Тормин даже не пытался скрыть возбуждения.

– Смотрите, первая строка – координаты места. Но неясно как они зашифрованы. Нужны 8 цифр, а у нас 7 и не знаков в любой системе исчислений, а названий растений. Как их вычислять – непонятно. – Тормин решил зачитать строчку вслух. – Зверобой, фиалка, осока, самшит, качим, жимолость, груша. Элис, у них есть какие-то номера в реестре? Или может быть их надо добавлять в зелья в определённом порядке? Хоть что-то, при чём растения могут иметь номер.

– Вроде бы нет.

– Так «вроде бы» или «нет»? – Наседал Тормин.

– Мне об этом ничего не известно.

– Но ты же зельевар!

– Успокойся, Тормин. Не кипятись и не пугай Эли. Отвлекись от того, что это растения. Попробуй решить задачку так, как будто это любые другие слова. Как бы ты вычислял последовательность в случае, если бы тут были перечислены названия рек, городов или птиц?

– Искал бы простую закономерность. Ставил бы по алфавиту или по какому-то другому признаку.

– А рисунок тут зачем? – Бардон кивнул в сторону радуги, изображённой перед вопросом.

– Для красоты или… Постойте! Может быть это последовательность красок? Как там звучит считалочка, Эли?

– Крайне опасный жёлтый змей глазом стрижёт фиалки.

– Если присвоить каждому слову в последовательности порядковый номер, которое оно занимает в радуге, получится… 4726135! – Дарсон протянул листок с цифрами Тормину.

– Отлично! Но цифр всё ещё 7, а для выстраивания портального маршрута нужно 8. Где взять ещё одну?

– А если из условий? Смотрите, строки три, а порядковый номер есть только у первого задания.

Все снова уставились на надпись. Цифра 1 была перед последовательностью растений после слова Координаты. Вторая и третья строки номеров не имели.

– Тогда адрес места назначения 14 72 61 35. Это на самой окраине Варсы. Где-то на северо-восточных островах. Не далековато? – Тормин разглядывал листок с координатами с сомнением.

– Думаю, что на то и Контиквест, чтобы не было просто, – горько улыбнулся Дарс, – дальше какие соображения? Что такое условия и как к этому относится золотосемянник? О нём что-то известно?

Все снова уставились на меня.

13.2 Первое испытание Контиквеста

– Это одно из самых мощных лекарственных растений. Используется при поветриях и скоротечных лихорадках. Королевская семья смогла уцелеть во время последней эпидемии только благодаря эликсирам из его плодовых коробочек. Растёт только в южных районах Варсы, стоит ужасно дорого!

– Подтверждаю. – Кивнул Бардон. – За одну меру плодов золотосемянника сейчас дают 10 мер золота.

– Ого! – Тормин присвистнул. – Но в разделе «условия» вряд ли нам предлагают оплатить жетон с номером этапа. Значит, здесь что-то другое.

– Может быть золотосемянник как-то по-особенному готовят для зелий? – Дарсон что-то прикидывал в уме.

– Нет, тут всё, как обычно. И в отвары, и в настойки, и даже в порошки растение добавляется обычным способом.

– А почему оно такое дорогое? – Не унимался Дарсон.

– Потому, что оно очень плохо растёт. Только на определённом клочке земли, и только после того, как на нём вырос 10-летний хвойный лес. Деревья срубают, сушат и поджигают. На пепелище проклёвывается золотосемянник. Говорят, что первые ростки появляются ещё на пожаре. Потом он, практически моментально достигает высоты пшеницы, расцветает и плодоносит. Коробочки с зёрнышками необходимо собрать до того, как они упадут на землю. Вот и бегают сборщики по углям, добывая драгоценные семена. – Бард рассказывал о растении своей родины прикрыв глаза и скрестив руки на груди. Перекатывался с пятки на носок.

– Значит, условием можно считать высокую температуру?

– Думаю, что да, – согласился артефактор, – ну что? Я строю портальный переход?

– Погоди, Тормин. А что по нарисованным снизу фигуркам? – Дарсон внимательно разглядывал изображение, которым заканчивался текст задания.

– Ничего. Это же просто украшение. Чтобы задание красиво смотрелось.

– Да? Что-то мне не верится. Радуга была ключом к разгадке, а тут животное и растение чередуются аж 8 раз, и это просто орнамент? Сомневаюсь я, конечно. Кстати, а что изображено в этой последовательности? Зверь похож на змею, которую называют Жигалец. А вот про траву предположений нет. Что скажешь, Эли?

Теперь наступила моя очередь рассматривать и хмуриться. Нечто похожее на вьюнок, только растущее вертикально. Пушистые цветы, словно насаженные на какие-то палочки. В голове мелькала смутная догадка, но я никак не могла понять, что же это такое.

– Может ну его, этот цветок? Остальные уже уходят порталами. Времени осталось всего 20 минут. – Торопил Тормин. У него чесались руки запустить выстроенную на мостовой формулу перехода.

– Нет. Пусть Эли думает. Это важно.

В нашем пологе воцарилась тишина. У каждого она была своя. У Дарса доброжелательная, у Барда осуждающая, у Тормина торопливая. А я скользила взглядом по остреньким листочкам и пушистым цветам. Вверх и вниз по ровному, как древко от копья стволу. Древко! Догадка промелькнула в голове вспыхнувшей на небосклоне звездой.

– Это стрелоцвет! Стрелоцвет лекарственный! Точно он! – Мне хотелось кричать от восторга.

– А чем он знаменит?

– Останавливает даже сильны кровотечения! Раствором из его цветов промывают раны. Если сделать это тщательно, заживление даже загноившихся порезов гарантировано!

– А в чём смысл этого рисунка? – Бардон нахмурился. – Жигалец наносит именно такие раны. Они быстро гноятся и затягиваются грубыми, некрасивыми швами. Но чем это нам поможет?

– Особенность этого змея в том, что его слюна ядовита. А в сражении с ним нельзя стоять на земле. Он ориентируется по вибрации почвы. Поэтому во время атаки надо левитировать. – Дарсон посмотрел на меня. – Есть ли что-то схожее с твоей травой?

– Точно! Чтобы заготовить стрелоцвет мы залезаем на деревья. Если идти по земле, он выпускает в воздух чашелистики, похожие на наконечники стрел. Можно сильно пораниться. Поэтому касаться почвы нельзя.

– Амулет левитации! – Бардон хлопнул себя по груди. Я думала, что это жест что-то означает, а это просто было указание на карман, в котором хранился амулет. Артефактор ловко выудил кулон и надел его на шею Дарсону. – Он крепкий. Запас рассчитан на час левитации.

– А времени осталось 12 минут! Стартуй уже, а то не успеешь! – Тормин выложил последний завиток формулы. Дарсон встал в центр и приготовился. Я же высыпала прямо на мостовую содержимое сумки и протянула боевику защитные целительские перчатки. Он схватил их в последнюю секунду и скрылся за молочным следом портала. А мы остались ждать.

13.3

Секунды складывались в минуты и не давали вздохнуть от беспокойства о Дарсоне. Где он сейчас? Куда его занесло? Жив ли? Правильно ли мы разгадали задание? Туда ли его отправил Тормин? Чтобы отвлечься от переживаний, я начала собирать рассыпанные вещи.

На мостовой лежала вся моя жизнь. Тетрадки с конспектами вернулись в сумку первыми. Следом туда отправились карандаши и ластики. Я не любила писать перьями. Карандаши не выцветали и не проливались, а в моей работе это было очень важно. Ведь не только цветы собирать приходилось, но и бешенных поросят по вольеру ловить или драконов на крышу затаскивать.

– У тебя тут целый стог сена. Эли, ты всегда с собой таскаешь траву? Зачем она тебе нужна?

– Бардон с любопытством заглядывал через моё плечо.

Ловко рассортировав травы, я разложила их в полотняные мешочки и подняла голову.

– Это рефлекторно получается. Если я вижу растение, созревшее для заготовки, машинально срываю несколько соцветий или листочков – того, что надо, и кладу в сумку. Она заговорённая на консервацию. В ней ни еда, ни травы пропасть не могут.

– Кстати, про еду, – встрял Тормин, – а бутылочка из-под молока у тебя откуда?

– Дракона кормила.

– Дарсон пьёт молоко из бутылочки?

Изумлению портальщика не было предела. Казалось, что глаза Тормина вот-вот выпадут наружу. Это было ужасно смешно, и я расхохоталась.

– С ума сошёл? При чём тут Дарсон? У нас в питомнике живёт детёныш с Драконьих островов. Совсем ещё несмышлёный младенчик. Вот и приходится поить из бутылочки с соской. А Дарсон самостоятельно питается. Ему соска нужна только своих детей кормить. – Я спрятала бутылочки в сумку.

– У него нет детей. Он старше нас на 5 лет, но не женат и потомством не обзавёлся пока. – Бардон многозначительно склонил голову.

– Серьёзно? А ты откуда знаешь? У Драконов же бывают ранние семьи и дети. – Интерес Тормина теперь переключился на артефактора.

– Предпочитаю не распространяться об источниках информации.

– Да и сплетничать не надо. Если Дарсон захочет рассказать про семью и детей или их отсутствие – расскажет. Нечего языками чесать, – возмутилась я.

– Ну да, это же женская черта. Вы же без сплетен не можете и дня прожить. – Бардон прищурился.

– Пока что я ни слова не сказала, а вот вы – и в сумку лезете чужую, и в личную жизнь. Мужики, называется.

– Да ладно тебе! Это ты с нами такая скромная, Эли. У вас же в холмах надо быть такой сдержанной, спокойной. Таких замуж берут и всё такое.

– Хватит! Прекратите ссориться! – прорычал вывалившийся из портала Дарсон. Его одежда дымилась. Брови были опалены. А в обуглившихся перчатках блестело что-то серебристое. Боевик выглядел, как вырвавшийся из квартового логова праведник. Мы уставились на него онемев, а Дарс, выхватил из рук Тормина лист с вызовом на этап турнира и с силой приложил к нему блестящий диск.

Он идеально совпал с контуром эмблемы Контиквеста. Засияв нестерпимо ярким светом, он исчез. А на листе появились горящая надпись «Этап 1 успешно пройден».

Мы кинулись обниматься. Сгрудились в кучу, прыгали, кричали и хлопали друг друга по плечам.

– Мы прошли!

– Ура!

– Вперёд во второй этап!

– Мы молодцы!

А когда над площадью пробил удар колокола и мелодичный голос объявил: «Первый этап подошёл к концу», закричали во все свои 4 молодые глотки «ура!».

13.4

В кабинете ректора были те же члены Совета и ещё один преподаватель. Судя по прозрачному обручу на голове – артефактор. В этот раз атмосфера была более благожелательная. Нам даже стулья поставили. Дарсон докладывал за всю группу. Его никто не назначал, но каждый участник нашей команды, когда что-то надо было решить, поворачивался к нему. Вот и сейчас, когда ректор потребовал отчёта, мы все уставились на Дарсона.

В его скупых словах было всё самое главное. Начал с получения Вызовов и обратного отсчёта времени в живых часах. Когда упомянул, что нам прислали бланки одновременно, ректор поднял одну бровь, и Дарсону пришлось пояснить:

– Мы, как раз транспортировали контрабандного детёныша с Драконьих островов. Находились возле питомника.

Акса это удовлетворило, но ещё несколько раз я ловила на себе его взгляд. В нём был интерес. Не праздное любопытство сплетника, а желание разобраться и действовать на основании проверенных знаний. Увиденное его удовлетворило. Хотя что он мог понять по нескольким взглядам? Да и Дарсон продолжал рассказывать.

– Амулет левитации я активировал ещё в портале. Тогда же надел защитные перчатки. Переход выбросил меня в внутрь раскалённого вулкана.

– Прямо в лаву? – Акс слегка наклонился вперёд, но для его сдержанности это была, практически, демонстрация негодования.

– Нет. Раскалённое вулканическое вещество было внизу. Меня закинуло прямо под свод, в котором было отверстие наружу, и я начал бы падать, если бы не амулет левитации. О высокой температуре я знал заранее, поэтому применил соответствующий комплекс защиты. Огляделся и увидел сверкающий в лаве жетон. Точку входа отметил пространственным маячком. Там же оставил часы с обратным отсчётом, оставив себе запас времени. Спустился по спирали, чтобы размазать температуру. Завис над светящимся шаром.

Это было ужасно! Мне стало так страшно за Дарсона, что сердце грозило выскочить из груди, сжимало горло и щипало глаза. Я ничего не говорила, не ахала и не хватала боевика за рукав, но он повернулся ко мне с удивлением во взгляде? Несколько секунд разглядывал и продолжил.

– Раздвинул верхний слой лавы.

– Руками?

– При помощи магии. Так же вытянул жетон наружу. Потом использовал охлаждающее заклинание, потом повторил его дважды, чтобы температура жетона снизилась. Но и когда я прикоснулся к нему в перчатке, та задымилась. Я посчитал скорость испарения слоёв материала, и постоянно запуская следующие охлаждающие заклинания выбрался по спирали к входной точке. Активировал вход и портанулся на площадь.

– Переместился. – Акс едва заметно напряг губы. Даже не поджал, но выглядело это угрожающе.

– Прошу прощения, ректор, перенёсся порталом. Жетон рвался из рук к вызывному листу, поэтому я приложил его к эмблеме Контиквеста. Так у нас появился документ о прохождении первого этапа соревнования. – Дарсон кивнул на официальный бланк, лежащий перед членами Совета академии.

Теперь заинтересованный взгляд я увидела у Вьянки. Мне показалось, что Риетти смотрела на Дарсона с едва уловимым женским интересом. В моей груди кольнуло незнакомое чувство. Можно сказать, что мне это было неприятно. Флейм снова повернулся ко мне. И снова с удивлением во взгляде. И откуда он такой глазастый взялся? И как он чувствут, что я про него думаю? Найти ответы на свои вопросы я не успела. Ректор передал слово приглашённому преподавателю.