Читать книгу "Путешествие в сны"

– Ага! – заявила женщина, сверкая глазами. – Так и есть! Дмитрий Антонович настоящий гений! Если бы ты была во второй стадии, да даже в первой, то ничего бы не почувствовала. Можно было бы тебя без наркоза оперировать! А ты притворялась!

Ирина попыталась подняться с каталки, но амбал навел на нее пистолет. Ирина выдернула из руки иглу и бросила ее на пол. Женщина же продолжала манипулировать со шприцем и ампулами.

– Держи ее на мушке, Андрюша! Она нас элементарно надула! Ну ничего, сейчас сделаем укольчик, и она сначала перейдет в первую фазу, а потом и во вторую.

Ирина видела перед собой тупое и лишенное всяких эмоций лицо Андрюши и матово поблескивавший пистолет в его лапе. Она не сомневалась, что он выстрелит, если она попробует сделать что-нибудь не то.

Или нет?

Ирина опустила ногу с каталки, и желваки на лице Андрюша заходили. Ирина опустила вторую ногу, и питекантроп подал голос:

– Она двигается!

Женщина быстро повернулась, бросила на Ирину мимолетный взгляд и заметила:

– Сейчас-сейчас, мне надо смешать три медикамента…

Ирина спрыгнула с каталки и произнесла:

– Только не говорите мне, что выстрелите. Потому что я нужна вашему доктору Гладышеву живой и невредимой. Я ведь все знаю! Иначе вы не сможете погрузить меня ни в первую, ни во вторую фазу. Так ведь?

Женщина повернулась к ней, держа в руке шприц, заполненный желтоватой субстанцией.

– Так-то, оно, конечно, так. Однако это не значит, что ты будешь делать то, что тебе заблагорассудится! – сказала она и указала Андрюше на Ирину. – Приведи ее в чувство, только старайся не причинить серьезного вреда.

Он двинулся к Ирине, она попятилась, уперлась спиной в металлическую стенку фургона. Андрей навис над ней, а потом ударил рукояткой пистолета по плечу. Ирина вскрикнула, на мгновение отвлеклась, и тип тотчас без проблем скрутил ее.

Он держал ее, словно медведь, а к ним приблизилась женщина со шприцем. Ударив Ирину по лицу, она заявила:

– Думаешь, мы будем с тобой возиться? Эти времена давно прошли! Раз ты все знаешь, то не остается ничего другого, кроме как выжать из тебя информацию, которая нам нужна, и ликвидировать.

Говоря это, она приблизилась к Ирине, явно намереваясь всадить ей в предплечье шприц. Ирина, как могла, вырывалась, однако понимала, что против лома, то есть Андрея, нет приема. Тогда Ирина закричала, а женщина поморщилась:

– Заткни ей рот! А то у меня барабанные перепонки сейчас лопнут!

Андрей прикрыл лицо Ирины своей широкой ладонью, а та, изловчившись, укусила его. Питекантроп чертыхнулся, Ирина двинула ему в пах ногой и, оттолкнув от себя, бросилась к дверям фургона.

Он двигался на очень большой скорости. Ирина вцепилась в ручку, дергая ее. Даже если ей придется выпрыгнуть на ходу из автомобиля, это все равно лучше, чем получить лошадиную дозу какой-то ужасной медикаментозной гадости.

Но ручка не поддавалась, наверняка выход из фургона был заблокирован. Андрюша же пришел в себя и с рычанием кинулся на Ирину. Женщина толкнула каталку, которая ударила его в живот, но на питекантропа это не произвело особого впечатления. Отшвырнув каталку в сторону, он подошел к Ирине и схватил ее за волосы.

Ирина вскрикнула от боли, а Андрей скрутил ей руки, причем так сильно, что Ирине показалось – еще немного, и он вывихнет плечо. А к ней, ухмыляясь, приблизилась пособница Гладышева, гнусаво заметившая:

– Думаешь, сумеешь от нас убежать? Мы-то твои привычки прекрасно знаем! Никуда ты от нас не денешься!

Она снова закатила Ирине оплеуху, а потом сорвала блузку и нацелилась шприцем в вену. Ирина попыталась освободиться из удушающих объятий питекантропа Андрюши, но ничего не вышло. Так и есть, сейчас ей введут какую-то гадость и… О том, что за этим последует, она и думать не хотела.

Шприц впился в плечо Ирины, она вскрикнула от резкой боли – наверняка пособница Гладышева намеренно ввела иглу так глубоко. А сразу же за этим последовал сильный удар – автомобиль вдруг повернулся вокруг своей оси, затем пролетел вперед и наконец замер.

Это помогло Ирине стряхнуть с себя Андрюшу, а так же вырвать из руки шприц – благо субстанция еще не была впрыснута в ее организм. Автомобиль снова сильно тряхнуло, и он повалился на бок.

Ирина заметила, что массивный прибор, около которого колдовала особа, сместился и упал на ногу Андрюши. Он с воем осел на пол. Пособница Гладышева валялась в углу, придавленная каталкой.

Затем послышался странный звук, сверху полетели искры. Ирина поняла, что кто-то вскрывает фургон при помощи автогена. Андрюша попытался пошевелиться, явно решив двинуться к Ирине. Она подобрала лежавший на полу шприц, всадила его в грудь мужика и ввела больше половины его содержимого.

Андрюша странно закашлял, посинел и, хватая воздух губами, повалился на стену. Сообщница доктора Гладышева выбралась из-за каталки, но Ирина с силой толкнула ее, и она припечатала юркую особу обратно к стене.

А тем временем в боку фургона образовалась приличная дыра, и Ирина увидела кого-то в сварочной маске, зажавшего в руках автоген. Человек снял маску, и Ирина увидела, что это медсестра, которая открыла ей правду в клинике «Мнемозина».

– Я же сказала, что мы вас вызволим! – заявила она, и тут внутрь фургона протянулась чья-то рука. Ирина ухватилась за нее и выбралась наружу,

Ирина отметила, что они находятся на обочине трассы. Фургон «Скорой помощи» был окружен несколькими внедорожниками. Ирина увидела, как два человека вытащили из-за руля субъекта в синем комбинезоне и вырвали у него оружие.

– Где Людочка? – спросила Ирина первым делом, оказавшись на земле. Медсестра, передавая кому-то автоген, сказала:

– Времени на разговоры нет, все объясню позднее. Но с девочкой все в порядке, она в безопасности.

Ирина потребовала показать ей Людочку, на что медсестра несколько раздраженно ответила:

– С ней все в порядке, я не обманываю! Она не здесь, а в другом месте. С ней Тамара, она о ней позаботится. Как только все завершится, сможете с ней увидеться. Или вы мне не верите и предпочитаете остаться здесь?

Ирина посмотрела на пустынную местность и мотнула головой. А затем отправилась вслед за медсестрой к одному из автомобилей. Краем глаза она заметила, что люди в синих комбинезонах стоят на коленях, а друзья медсестры стоят около них, угрожая огнестрельным оружием.

– Их убьют? – спросила Ирина в ужасе, а медсестра бросила:

– Нет, зачем же, мы не пользуемся их методами. Никто их убивать не намерен, надо только запугать. Их выведут из строя, чтобы они не могли позвать на помощь.

– Там, в фургоне, мужик, которому я всадила шприц, предназначавшийся вообще-то мне… – сказала Ирина, садясь на заднее сиденье джипа. Медсестра, хмыкнув, заметила, усаживаясь за руль:

– Значит, не повезло ему. Ничего, умереть не умрет, однако свою дозу он получил. Ну, нам пора! Вперед!

По ее команде прочие типы в черном молниеносно разбежались по внедорожникам, и те рванули с места. Ирина вцепилась в сиденье и наблюдала за тем, как они удаляются от места нападения.

Машины мчались с большой скоростью, затем свернули с основной трассы на грунтовую дорогу. Вечер перешел в ночь. Ирина откинулась на сиденье и закрыла глаза.

Она на свободе! Неужели это свершилось? Однако что это означает для нее в действительности? Ведь она все равно не может идти туда, куда хочет. Потому что у нее нет ни дома, ни родственников, ни прошлого. Только имя, одно лишь имя – Инна…

Медсестра, наблюдавшая за ней в зеркало заднего вида, произнесла:

– Кстати, меня зовут Татьяна.

– А меня… – началась Ирина и осеклась. Так она Инна или Ирина?

Татьяна усмехнулась и заметила:

– Понимаю, сами не можете определиться, как вас зовут. Вы помните, что я вам сказала? Вы – не Ирина, а Инна.

– Как моя фамилия? Сколько мне лет? Кто мои родители? – засыпала ее вопросами Ирина.

А Татьяна пожала плечами:

– Всему свое время. Ждать осталось недолго. На все вопросы вы получите исчерпывающие ответы. Есть хотите?

Ирина, она же Инна, ощущала голод, однако упрямо мотнула головой. Как можно в подобной ситуации думать о том, чтобы набить брюхо!

– Если не хотите говорить, кто я такая, скажите, кто такие вы! – потребовала девушка. – Или это тоже секрет?

Татьяна снова пожала плечами и ответила:

– А какая разница, кто такая я? Вам достаточно одного моего имени. Нет, я не являюсь пострадавшей от опытов Гладышева. Я – родственница одного из тех, кого он свел в могилу. Поэтому и примкнула к людям, ведущим с ним борьбу.

Она замолчала, молчала и Ирина. Говорить было не о чем. Поэтому она закрыла глаза и попыталась разложить по полочкам имевшиеся факты. Но ничего не получилось, потому что она провалилась в тревожный сон.

Ирина пришла в себя от того, что автомобиль резко затормозил. Она открыла слипавшиеся глаза, зевнула и заметила, что они находились около двухэтажного коттеджа с темными окнами.

Татьяна проводила ее в одну из комнат и сказала:

– Переночуем здесь, а завтра доставим вас туда, где вы все узнаете. Так хотите есть или нет? Еще раз предлагать не буду!

Ирина не отказалась и поплелась на кухню, где, скупо переговариваясь друг с другом, перекусывали сделанными на скорую руку бутербродами люди в черном. Они время от времени посматривали на Ирину, и она чувствовала, что вызывает у них любопытство.

Потом, наскоро почистив зубы и умывшись, Ирина рухнула в койку. Странно, но заснуть она не могла долго, прислушиваясь к звукам в ночи и к тому, что происходило в коттедже. До нее доносились тихие голоса.

Ворочаясь с боку на бок, она думала о Людочке и надеялась на то, что с девочкой все в порядке. Вдруг дверь приоткрылась, на пороге комнаты возникла Татьяна.

– Спите или еще нет? Вот, поговорите!

Она сунула ей трубку, и Ирина услышала взволнованный голос Людочки:

– Мамочка, мамочка, где ты?

Услышав это, Ирина не смогла сдержать слез. Она говорила с Людочкой, а потом и с Тамарой и убедилась в том, что с обеими все в порядке. Они находились где-то в другом месте, однако это обусловливалось причинами конспирации.

После разговора Ирина заснула быстро и без проблем. Она проснулась потому, что кто-то тряс ее за плечо. Над ней склонилась Татьяна:

– Пора! Мы не можем здесь больше оставаться. Поступил сигнал, что место нашего пребывания, не исключено, стало известно людям Гладышева.

Через минуту внедорожники покатили куда-то в ночь. Ирина, глядя во тьму, думала о том, что сумрак, поглотивший землю, напоминает состояние ее души и памяти. Она ничего не видела, она ничего не знала, она ничего не могла вспомнить.

Но ведь даже за самой долгой и черной ночью наступит рассвет, а за ним – день. Случится ли это с ней? И если да, то когда? И, что самое важное, сделает ли правда ее счастливой?

Часа через три – ночь еще не закончилась – они сделали новый привал, на этот раз в здании какой-то непрезентабельной турбазы. Там Ирина наконец могла расслабиться, и когда настало утро, она увидела, что турбаза расположена на берегу небольшого живописного озера. Да и турбаза оказалась хоть и старой и не особенно ухоженной, но весьма милой. Она подумала, что, возможно, и с воспоминаниями так же: ты уверен, что тебя окружает непроглядная тьма, но стоит подождать, и, когда рассветет, выяснится, что эта тьма скрывала подлинные сокровища.

На турбазе они пробыли до наступления темноты, а потом в домик, где расположилась Ирина, вошла Татьяна.

– Ну что же, нам пора дальше! Все к вашему приезду готово, нам удалось пустить Гладышева и его людей по ложному следу.

Ирина вышла из домика и заметила старенькие «Жигули» – внедорожники волшебным образом исчезли, а вместе с ними и молодые люди в черном. Заметив удивление Ирины, ее спутница сказала:

– С целью конспирации, вы же понимаете. Они будут искать внедорожники, а на такую развалюху никто не обратит внимания. Ну что же, поехали!

Она села за руль, Ирина заняла место рядом. И снова тьма, снова ночь, снова дорога в неизвестность. На этот раз путешествие долгим не было. Они оказались около заброшенного военного аэродрома. На нем Ирина заметила вертолет.

Татьяна остановила автомобиль и сказала:

– На этом мы пока расстанемся. Там ждут именно вас.

Ирина посмотрела на нее и просто сказала:

– Спасибо вам! Вы же рисковали своей жизнью ради меня…

Татьяна пожала плечами и заявила:

– Мне не привыкать. Гладышеву нельзя позволить взять верх! Ну, бывайте! И вот еще что…

Она посмотрела на Ирину и произнесла:

– Учтите, узнать правду о том, кто ты и что с тобой случилось, нелегко. Но только так вы можете начать нормально жить! Удачи вам!

Ирина выбралась из автомобиля и поспешила к вертолету, лопасти которого уже начали вращаться. Едва Ирина запрыгнула в него, как он оторвался от земли и устремился в темное, бескрайнее небо.

В вертолете она увидела мужчину средних лет, облаченного во все черное, который кивнул ей и указал на сиденье. Ирина опустилась на него и застегнула ремень. А затем, откинув голову, стала ждать.

По ее подсчетам, полет длился около трех часов. За это время она не обменялась ни единым словом со спутником. Однако заметила на его руке перстень-печатку с изображением глаза, перечеркнутого линией.

Вертолет сел, дверцы открылись. Ирина вышла и увидела уже знакомый ей внедорожник. Не задавая вопросов, она переместилась в него, и он рванул с места. Еще около часа езды, и наконец долгое путешествие подошло к концу.

Она заметила приземистое бетонное здание, похожее то ли на склад, то ли на заброшенный товарный вокзал. Находились они на окраине большого города – какого именно, Ирина не имела понятия. Здание окружал высокий забор.

Мужчина с печаткой указал на строение, и Ирина прошествовала к нему. Металлическая дверь распахнулась, и она вступила в ярко освещенный коридор. Внутри здание было обставлено просто, но со вкусом. Похоже, что там располагалась небольшая, но весьма процветающая фирма.

Ирину провели по коридору, а затем она оказалась около лифта, который доставил ее вниз, как она поняла, на подземный уровень. Снова длиннющий коридор, и ее спутник толкнул толстую дверь из дуба.

– Мы прибыли! – произнес он, пропуская Ирину вперед. Она сделала шаг и оказалась в большом овальном зале.

Он не напоминал ни офис, ни склад, ни турбазу. Это была то ли старинная библиотека, то ли рабочий кабинет ученого. Ирина увидела полки, уходившие под потолок, на которых стояла масса книг, явно старинных. Рядом виднелись несколько стоек с ноутбуками. На стенах висели звериные шкуры, а между ними – огромные плазменные телевизионные экраны.

Звериные шкуры устилали и пол, и самое удивительное – Ирина увидела огромный, выложенный изразцами камин. В нем, гудя и потрескивая, вились оранжевые языки пламени.

Здесь же находился письменный стол, на котором лежали фолианты, свитки древних рукописей, а также стоял мощный компьютер и невероятных размеров дисплей. Ирина заметила кресло с высокой спинкой, а также человека, сидевшего в нем, – ей были видны волосы, рука, покоившаяся на подлокотнике, ноги в джинсах.

Ирина осторожно подошла к человеку, который и не думал подниматься ей навстречу. Она приблизилась к креслу, кашлянула, но реакции не последовало. Человек то ли не слышал ее, то ли отчего-то игнорировал. Тогда она приблизилась к невоспитанному хозяину и громко произнесла:

– Добрый вечер! Как отметил ваш коллега, мы прибыли!

– Отлично! – услышала Ирина ответ и вздрогнула: голос шел у нее из-за спины, а не из кресла. Она быстро шагнула к креслу и вдруг поняла, что там сидел не живой человек, а манекен. Ирина в ужасе обернулась и увидела хозяина кабинета, вышедшего из-за одной из шкур, которая была в действительности своего рода пологом, скрывавшим смежную комнату.

Хозяин был высокий, статный, облаченный в джинсы и тонкий свитер. На вид мужчине было около тридцати пяти лет, длинные темные волосы были собраны в конский хвост, на лице – изящная бородка, а на Ирину взирали пронзительные синие глаза.

– Это что такое? – спросила Ирина, указывая на манекен в кресле, чувствуя при этом, что у нее колотится сердце.

Хозяин, улыбнувшись ей, заметил:

– С одной стороны – реверанс в сторону великого Хичкока и его самого известного фильма. Там ведь тоже имеется эпизод с креслом, в котором сидит человек, который оказывается впоследствии, впрочем, не манекеном, а скелетом…

Ирина напрягла память – и вдруг в голове что-то щелкнуло, и она вспомнила название этого фильма. Да, она его видела! Только когда и при каких обстоятельствах?

Синеглазый тип подошел к ней и несколько виноватым тоном произнес:

– Я не хотел вас пугать, это своего рода психологический трюк. Ведь вы были уверены, что перед вами сидит человек и он – хозяин сего логова. Но это была всего лишь иллюзия – пусть весьма правдоподобная, но все же иллюзия. Так же бывает и с воспоминаниями.

Затем он протянул ей руку, украшенную перстнем с перечеркнутым глазом, и представился:

– Даниил. Хотя мы с вами знакомы. Но вы, естественно, не помните.

Ирина пожала ему руку, но замялась с ответом. Кто она такая? Она бы многое отдала, чтобы узнать это!

– Ирина… Вернее, конечно, Инна… – мягко заметил Даниил. – Прошу вас, садитесь!

Он указал на софу, которая стояла у стены. Ирина опустилась на нее и заявила:

– Вы ведь тот, кому подчиняются все эти люди в черном?

– Можно и так сказать, – заметил с улыбкой Даниил.

– Тогда вы именно тот, кто может вернуть мне воспоминания! – заявила без обиняков Ирина. – Это ведь так?

Даниил вздохнул и ответил:

– Да, это так. Собственно, для этого мы вас и вызволили. Однако все не так просто…

Ирина, вскочив на ноги, закричала:

– Только не смейте говорить, что вы передумали! Или что вы не можете! Или что не хотите! Я имею право знать, кто я такая! И почему со мной все это произошло! Почему кто-то решил лишить меня воспоминаний и…

Она замялась и добавила:

– И заменить их подложными. Ведь я права?

Сверкнув синими глазами, Даниил заметил:

– Да, вы правы. Подложные воспоминания. Подложная семья. Подложные родственники. Говоря, что все не так просто, я имел в виду, что решение в конечном счете остается за вами. Потому что, не буду скрывать, у вас имеется выбор.

Он внимательно посмотрел на Ирину и пояснил:

– У меня его, к примеру, не было. Вы можете не возвращать себе память. И начать все с чистого листа. Новая жизнь, новая судьба, новое имя. С документами мы вам поможем. И с деньгами тоже.

– Нет! – заявила Ирина резко.

Даниил усмехнулся и промолвил:

– Собственно, я так и предполагал. Но не торопитесь со столь категоричным ответом. Потому что не так уж плохо оставить в прошлом все, что было. Не просто оставить, а навсегда забыть. Многие бы отдали все, что угодно, за такую возможность. А вот вы упорно хотите получить свою прежнюю жизнь, свое прежнее имя и свои воспоминания, ведь так?

– Хочу! – безапелляционно отрезала Ирина.

Даниил продолжил:

– Но учтите: если вы решитесь на это, то пути к забвению уже не будет. А ведь не исключено, что вы пожелаете забыть обо всем, что вы захотите бежать куда глаза глядят, что вам станет страшно, что за вами начнется охота!

– За мной и сейчас идет охота! – сказала Ирина, и Даниил расхохотался:

– Чувство юмора – вот что никогда не исчезает, несмотря даже на потерянные воспоминания.

Затем, сделавшись серьезным, он продолжил:

– Это должен быть осознанный шаг. Ведь в прошлом, которое вы стараетесь вернуть себе, нет ничего хорошего. Я не шучу!

– Я тоже! – сказала Ирина, чувствуя, что тело покрылось мурашками. Нет, что бы ни ждало ее в прошлом, которому надлежало стать ее будущим, она ничего не испугается. Ничего!

Или все-таки…

– Ну что же, значит, все решено! – произнес вдруг обыденным тоном Даниил. – Понимаете, задавать такие вопросы мы просто обязаны уставом. Своего рода гарантия перед важной покупкой. Ну, или традиционный вопрос работника ЗАГСа о том, желают ли брачующиеся стать мужем и женой.

Он взглянул на Ирину и сказал:

– Однако перед тем, как мы приступим к извлечению ваших воспоминаний, вы должны отдохнуть…

– Нет! – заявила Ирина, но Даниил был непреклонен.

– Должны, иначе все может пойти насмарку. Не менее восьми часов здорового сна. Так что идите перекусите, примите душ и отправляйтесь спать! Завтра у вас ответственный день!

Ирина стиснула зубы, но поняла, что спорить бесполезно. Она вышла из кабинета в коридор, где ее ждал уже знакомый мужчина средних лет.

Он отвел ее наверх, где в распоряжение Ирины была предоставлена небольшая, но уютная комната. Окон, правда, не было, но имелись ванная и кровать. Ирина вымылась, а потом обнаружила на столе поднос с разной снедью.

Перекусив, она почистила зубы, а затем улеглась спать. От ее прошлой – и будущей – жизни ее отделяли всего несколько часов! Как тут можно было спать! Но усталость дала о себе знать, и Ирина провалилась в сон.

Когда она проснулась, часы показывали около десяти – давно наступил день. Ирина оделась и вышла в коридор, где сразу же наткнулась на Татьяну. Она, приветствуя ее, произнесла:

– Прекрасно выглядите. А Даниил вас уже ждет!

Ирина направилась к лифту, спустилась на подземный этаж и зашла в знакомый кабинет. Даниил действительно ждал ее. Он проводил ее в смежную комнату, в которой оказался еще один лифт. Заметив удивленный взгляд Ирины, он пояснил:

– Туда, куда мы направляемся, попасть может далеко не каждый. Поэтому и подобные предосторожности…

Они оказались в длинном коридоре, который завершился большим светлым помещением. Там Ирина увидела двух человек – уже знакомого ей типа средних лет и молодую девицу. Они кивнули Ирине.

Там же она увидела «машину воспоминаний» – точно такую же, какая стояла в клинике доктора Гладышева. Ирина обеспокоенно посмотрела на Даниила, и он сказал:

– Нет, наша «машина воспоминаний» не для того, чтобы внедрять людям в головы искусственные и ложные воспоминания. Ведь ее можно перепрограммировать, и тогда при ее помощи можно будет возвращать воспоминания, ранее намеренно загнанные в самые дальние уголки подсознания.

Ирина успокоилась, окинула взором помещение и, заметив большой настенный календарь, заметила:

– Кстати, ваши коллеги ошиблись. Или так хотят приблизить Новый год?

Она указала на красную цифру «2013». Календарь был на следующий год. Но, присмотревшись, Ирина заметила, что одна из дат выделена передвижной пластмассовой красной рамкой. Она обрамляла вторник, семнадцатое сентября.

С тех пор как она покинула клинику доктора Гладышева, прошло всего несколько дней. Но никак не год. Ведь она покинула «Мнемозину» в 2012 году, так почему тогда Даниил и его коллеги живут по календарю на 2013 год?

Даниил и мужчина средних лет переглянулись, а девица сделала вид, что не услышала ее вопроса. Тогда Даниил вздохнул и произнес:

– Что ж, это все равно предстояло бы выяснить, причем еще до процесса мнемотического погружения, так что оно даже и лучше…

– Я задала вам вопрос, разве вы меня не слышите? – требовательно произнесла Ирина, а Даниил ответил:

– Нет, отчего же, слышу. Просто раздумываю, как вам преподать эту новость. Аля, ты подготовишь материалы?

Девица кивнула и вышла из помещения. Обменявшись с Даниилом взглядами, вслед за ней последовал и мужчина средних лет. Ирина, чувствуя себя на грани обморока, смотрела на синеглазого типа. Если календарь правильный, то выходило…

Даниил пододвинул ей кресло на колесиках и сказал:

– Вам лучше сесть.

Ирина послушно опустилась на сиденье из искусственной кожи и взглянула на Даниила. Тот прошелся по помещению и наконец произнес:

– Все верно. Вы не ошиблись. И мы, кстати, тоже. На дворе стоит сентябрь 2013 года…

Ирина попыталась встать, почувствовала однако, что сил у нее нет, а воздуха в легких мало. Не хватало еще грохнуться в обморок, на этот раз – на полном серьезе!

Собравшись с мыслями, она сипло произнесла:

– Тогда скажите следующее – авария… Та самая, в которую я попала…. Она ведь произошла тридцать первого июля 2012 года? Или это тоже обман?

Даниил замер напротив нее, смерил ее пронзительным взором своих синих глаз и заметил:

– Буду с вами откровенен: никакой аварии не было. Ведь вы опираетесь на то, что увидели тогда в клинике Гладышева, не так ли? На этот анимационный фильм, который при помощи особой методики хотели вложить вам в голову и выдать за ваши воспоминания.

Ирина кивнула, чувствуя, что конечности у нее похолодели.

– И это, как вы уже поняли, не более чем подстава. Но к этому мы еще вернемся. Теперь же что касается вашего вопроса, Инна…

Он назвал ее настоящим именем, и от этого Ирина вздрогнула. Конечно, она знала, как ее зовут в действительности. Но все равно слышать это имя в качестве обращения к себе было крайне странно. Крайне…

– Что же касается вашего вопроса… – повторил он и отвернулся. – Да, это так. Аварии никакой не было, но тридцать первого июля 2012 года имело место важное трагическое событие. Короче говоря, вы в тот день едва не умерли…

Ирина вдруг вспомнила – нет, не то, что произошло с ней в тот злосчастный день. Перед ее взором снова возникла картинка: мужчина, занимавшийся с ней любовью, вдруг начинает ее душить…

Даниил, заметив, как побледнела Ирина, участливо спросил:

– Вам нехорошо? Тогда мы отложим процедуру. Вам надо отдохнуть. Конечно, я расскажу то, что вам необходимо знать до того, как воспоминания вернутся. Но не сейчас. Наверное, вам надо выйти на свежий воздух, но у нас с этим некоторые проблемы. В целях конспирации мы из здания выходим только в экстренных случаях…

– Нет! – прервала его Ирина, глубоко вздыхая. – Никуда я не пойду! Потому что вы расскажете все, что мне требуется знать, сейчас же! И процедуру мнемотического погружения вы произведете, как и запланировано, прямо сейчас!

Даниил взглянул на нее и протянул:

– Прямо сейчас все равно не получится. Однако хорошо, я уже давно понял, что психика у вас исключительно выносливая. Да и сама по себе вы очень крепкая особа…

В этот момент в помещение вернулась девица Аля, толкавшая столик на колесиках, на котором возвышался ноутбук. Около него, на алюминиевой поверхности стола, лежала стопка компакт-дисков.

Поставив его перед Даниилом, девица тактично удалилась. Синеглазый тип взял один из дисков и, машинально вертя его в пальцах, продолжил:

– Ну что же… Вы имеете право знать, и я не собираюсь от вас ничего утаивать. Вы должны узнать это до возвращения воспоминаний, ибо в противном случае для вас станет большим шоком, когда вы придете в себя после процедуры. Итак…

Он посмотрел на нее, положил диск на столик и произнес:

– Да, сегодня вторник, семнадцатое сентября 2013 года, а вы потеряли память тридцать первого июля года 2012-го. То есть с того времени прошло больше четырнадцати месяцев…

Больше года и двух месяцев! И что с ней было все это время? Ирина нахмурилась, предчувствуя, что сейчас скажет Даниил, и не ошиблась.

– Все это время вы находились в руках Гладышева и его людей, ведь вы – чрезвычайно ценный экземпляр. Почему – говорить не буду. Вы должны сами вспомнить это, и вспомните. Мы вам поможем.

– Я была в их руках год и два месяца? – произнесла тихо Ирина. – Но что они все это время делали со мной? И почему вы раньше не освободили меня?

Даниил усмехнулся и заметил:

– Вы, Инна, торопите события. Можно даже сказать, проявляете неблагодарность по отношению к нам, к тем, кто борется с кражей воспоминаний. Естественно, мы пытались вызволить вас ранее, однако не получилось. Потому что проникнуть в клинику «Мнемозина», тем более в закрытую его часть, где держали вас, совсем непросто. И не только проникнуть, а сделать так, чтобы наш человек получил работу в клинике. А потом, со временем, и доступ к процедурному кабинету, и возможность ассистировать во время очередного сеанса мнемотической гимнастики.

Ирина слушала его, чувствуя, что в ней нарастает чувство злости. Нет, не к Даниилу и его людям. А к тем, кто похитил ее воспоминания. И, как только что выяснилось, украл больше года ее жизни!

– Что же касается вашего первого вопроса… Делали они с вами много чего. Ведь в их задачу входило не просто вложить вам в голову искусственные воспоминания. Это-то как раз не так сложно. Они преследовали иную цель. Насколько мне известно, такого пока еще никто не делал. Но лучше сами смотрите…

Он вставил в ноутбук один из дисков, экран загорелся, и Ирина увидела записи камер наблюдения. Она заметила саму себя. Только волосы были короче, чем сейчас. Она бежала вдоль пруда, а потом оказывалась около мощного дуба, подле которого находилась мраморная беседка. Ирина вспомнила: все это находилось на территории «Мнемозины».

– Это запись, сделанная осенью прошлого года. Тогда они провели эксперимент в первый раз. Они имплантировали вам воспоминания, но реакция отторжения была слишком сильной.

Он вставил другой диск, и Ирина увидела опять же себя – она бежала по коридору, а за ней мчались медсестры и охранники.

– Хлопот вы им доставили очень много, потому что у вас несгибаемая воля и, надо заметить, весьма упрямый характер, – усмехнулся Даниил.

– Сколько в общей сложности экспериментов они надо мной устраивали? – задала вопрос Ирина, и мужчина, посерьезнев, ответил:

– Всего – четыре. Этот, который удался, пятый. А ведь стирать прежние воспоминания, а потом забивать голову новыми, фальшивыми, занятие далеко не самое безопасное. Ведь это дает колоссальную нагрузку на организм. Другое дело – закачивать в вас воспоминания постепенно, что они в итоге и сделали. Но они торопились, они не могли ждать, их торопил заказчик…

И снова этот таинственный заказчик! Ирина, воинственно выпятив подбородок, спросила:

– Кто этот заказчик? Назовите имя! Пусть оно мне сейчас ничего не говорит, но я хочу знать!

Даниил развел руками и ответил:

– Этого мы не знаем! Старались выяснить, но не получилось. Все-таки на кону стоит огромная сумма…

И снова он начал говорить загадками. Хотя загадками это было исключительно для нее – он-то все прекрасно знал!

– А вот теперь смотрите! – произнес Даниил, вставляя еще один компакт-диск.

– Возьмем, к примеру, трюк с газетой! Надо сказать, незамысловатый, но весьма эффективный. Как в цирке: самыми зрелищными и поражающими воображение являются вообще-то не навороченные суперсовременные, а простые, известные уже в течение столетий фокусы. Как, например, трюк с распиливаемой женщиной. А все дело в том, что вы видите голову одной и ноги другой, сами об этом, правда, не подозревая…

Ирина увидела изображения себя в компании с доктором Гладышевым. Он читал газету, а она взирала на дату и заголовок. Ведь так и есть! Она заметила дату: пятница, седьмое сентября 2012 года. А потом Гладышев показал ей и свой мобильный, на котором значилась именно эта дата. И не только убедил в том, что с момента «аварии» прошло чуть больше месяца. Он достиг того, что она даже не задумывалась над этим и восприняла его слова как единственно возможный вариант развития событий!