Текст книги "Гибель империи. Российский урок"

Как джентльмены развязывают мировые бойни

Лорд Грей выступает в Британском парламенте

Во всех учебниках пишут, что формальным поводом к Первой мировой войне послужило Сараевское убийство: 28 июня 1914 года эрцгерцог Австро-Венгрии Фердинанд был застрелен сербским националистом. Убийство наследника престола (само по себе полное детективных загадок) было прекрасным поводом для войны на Балканах, которую давно готовила Германия, пробивая для себя транспортный коридор в Азию. Немцы предвидели, что за православную Сербию вступится Россия. А за Россию – связанная с ней союзом Франция. На этот случай был заготовлен план блицкрига.

28 июня 1914 года эрцгерцог Австро-Венгрии Фердинанд за минуту до покушения

Но успешной война могла быть только при одном условии: нейтралитет Великобритании. И, самое поразительное, заверения о таком нейтралитете Германией от Лондона были получены! Англичане давно поняли, что набирающий силу германский колосс, жаждавший ресурсов и рынков, будет угрожать их колониальной державе. Но задушить Германию было непросто. Следовало заманить ее в ловушку. И англичане славно поработали.

Буквально накануне войны Великобритания вдруг соглашается софинансировать своего противника по коалиции Германию в строительстве железной дороги Берлин – Багдад. А вскоре происходит и вовсе удивительное событие: Британский королевский флот Его Величества прибывает в главную военно-морскую базу Германии город Киль с дружественным визитом.

6 июля того же года глава английского МИД сэр Эдвард Грей на встрече с германским послом К. Лихновским как бы невзначай заметил, что у Великобритании нет военных обязательств перед Россией. То есть посулил, что в случае вступления России в войну Англия выберет нейтралитет! Напомним на всякий случай: Россия и Великобритания состояли в одном военно-политическом блоке – Антанте, что переводится как «сердечное согласие», скованные обязательствами помощи друг другу в случае нападения противника.

А через пару дней тот же Э. Грей в личной беседе с русским послом А. Бенкендорфом страстно убеждал последнего, что Россия просто обязана помочь Сербии, если на нее нападет Австро-Венгрия, союзник Германии. В тот же самый день «Таймс» возвещала: «Визит английского флота в Киль прошел с большим успехом и стал примером братства всех моряков мира и германской гостеприимности. Прием был теплым и искренним. <…> Это был символ братства по оружию»[83]83
  Цит по: Кирпичев Ю. Тирпиц, могильщик империй // Неизвестная война. Правда о Первой мировой. Часть 2 // Сборник статей – «Знание – сила», 2016. – С. 138.


[Закрыть].

Сэр Эдвард Грей

«Братство по оружию»!.. Германия, вдохновленная заверениями англичан, дала своему союзнику Австро-Венгрии добро на начало войны с Сербией. Надо сказать, что к этому времени о сараевской трагедии уже начали подзабывать. Россия и Сербия выразили свое глубокое возмущение убийством и принесли соболезнования Габсбургам, а присланная из Вены следственная комиссия так и не смогла найти улик о причастности к теракту сербского правительства. Но после отмашки из Берлина Австро-Венгрия выдвигает Сербии жесткий ультиматум.

Чтобы предотвратить мировую войну, достаточно было того единственного, чего, как само собой разумевшегося, ждали союзники Великобритании по Антанте: английское правительство официально выступает с осуждением ультиматума Австрии, обозначая решимость своей верности подписанным договорам. Об этом, рассчитывая на полное понимание и по поручению своих правительств, Англии напомнили главы союзнических МИД – России и Франции. Но министр иностранных дел Великобритании сэр Э. Грей, лишь устно пожурив австрийского посла за «ужасный» ультиматум, вздохнув, посетовал, что «война четырех держав» «нанесет ущерб мировой торговле»[84]84
  О переговорах с английским МИД в эти судьбоносные дни см.: Сазонов С. Д. Воспоминания. – Минск: Харвест, 2002. – С. 199–201; Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. – М.: Международные отношения, 1991. – С. 39.


[Закрыть]. «Четырех держав»! То есть России, Германии, Австро-Венгрии и Франции. Без Англии!

28 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии.

Следующая жизненно важная стратегическая задача, стоявшая перед Великобританией, добиться того, чтобы в пока еще локальный сербско-австрийский конфликт была втянута Россия. А это было сделать не так просто. Ведь против войны горячо выступал русский Царь. Николай Александрович прекрасно понимал, чем грозит его народу и государству втягивание в войну против Германии и Австро-Венгрии.

Император Николай II и кайзер Вильгельм II

Кроме того, Николай II и германский кайзер Вильгельм II были не просто родственниками, они были друзьями и уже не раз находили выход из разных кризисов. Вот и теперь русский Император принял решение сделать все, чтобы не допустить войну. Обмениваясь с «дорогим кузеном Вилли» телеграммами, он умолял кайзера сделать все возможное, чтобы отговорить своих австрийских союзников от агрессивных действий, предлагал мирно решить все вопросы на Гаагской конференции, давая слово, что никогда не применит оружие первым[85]85
  Об этом известно из переписки кайзера и царя в предвоенные дни. См.: Переписка Вильгельма II с Николаем II: 1894–1914 гг. / Вильгельм II, Николай II / предисл. М. Н. Покровского; Центрархив. – М.; Петроград: Государственное издательство, 1923.


[Закрыть]. Теперь, из опубликованных документов, мы видим, что не только англичане, но и Вильгельм вел двойную игру: имея ключевое для своей победы уверение в нейтралитете Великобритании, он уже принял решение о начале войны. Но кайзер просчитался.

26 июля, за два дня до австрийского нападения на Сербию, английский король Георг V беседовал с принцем Генрихом Прусским, братом германского кайзера. «Король уверял меня, – спешно сообщал принц в Берлин, – что он и его правительство ничего не упустят для того, чтобы локализовать войну между Сербией и Австрией. Он сказал дословно следующее: “Мы приложим все усилия, чтобы не быть вовлеченными в войну и остаться нейтральными”. Я убежден в том, что эти слова были сказаны всерьез»[86]86
  История дипломатии. – Т. 2. Дипломатия в Новое время (1872–1919 гг.). – М.; Л.: Государственное издательство политической литературы, 1945. – С. 255.


[Закрыть].

Император Николай II и король Англии Георг V

Британцы, как обычно, лгали. Реальную английскую позицию, но уже без всякого лицемерия, формулировал тот же министр иностранных дел сэр Грей: «Стоять в стороне означает согласиться на доминирование Германии, подчинение ей Франции и России, изоляцию Великобритании. В конечном счете Германия завладеет всем континентом. Как она использует это обстоятельство в отношении Англии?»[87]87
  Уткин А. И. Первая мировая война. – М., 2001. – С. 47.


[Закрыть]

Уже через два дня после приведенной выше беседы короля Георга V с принцем Генрихом Прусским сэр Грей невозмутимо заявил немецкому послу, что Англия в создавшейся ситуации не сможет «долго стоять в стороне и выжидать». На экстренном донесении посла Вильгельму Второму оставалось только в бессильной ярости начертать: «Совершенно неслыханный образчик английского лицемерия!»[88]88
  Международные отношения 1870–1918 гг.: сб. документов / сост. А. Г. Королев и О. Н. Фрейфельд; под ред. проф. В. М. Хвостова; Воен. – полит. ордена Ленина Акад. Красной армии им. В. И. Ленина. – [М.], 1940. – С. 276.


[Закрыть]

Понимая, что Германия оказалась в ловушке, кайзер попытался дать задний ход. Вечером он телеграфировал в Вену, убеждая австрийского императора Франца-Иосифа передать спор с сербами в международный арбитраж. Одновременно Николай II отзывает свой приказ о всеобщей мобилизации и, идя навстречу Вильгельму, готовится отменить даже частичную. Казалось, и в этот раз пронесло…

Но увы, война была необходима слишком многим влиятельным силам.

Утром 30 июля Николай Александрович отправляет очередную успокоительную телеграмму кайзеру, в которой сообщает, что направляет в Берлин для поисков умиротворения ситуации своего личного представителя, генерала Татищева. Одновременно из Берлина в Вену уходит указание успокоить австрийцев. И вдруг – в 14 ч. 10 мин. – в Петербург приходит шифровка от русского посла в Берлине: Германия начала мобилизацию. Что означало прямую подготовку к скорой войне!

В русском Генштабе паника. Глава МИД Сазонов требует аудиенции у Императора. После часовой беседы он убеждает Николая II в неизбежности войны (что было абсолютной правдой) и как следствие – в необходимости для России всеобщей мобилизации. Ровно в 16:00 с тяжелым сердцем Государь отдает приказ[89]89
  Сазонов С. Д. Воспоминания. – Минск: Харвест, 2002. – С. 223–228.


[Закрыть].

Проходит еще некоторое время, и выясняется, что тревога была ложной! Газетная статья, из которой русский посол узнал о немецкой мобилизации, оказалась «уткой»! Но дело было сделано. Несложно догадаться, кто столь виртуозно устроил эту чудовищную провокацию…

В Германии начало мобилизации в России расценили как акт агрессии. И теперь уже у Вильгельма не было пути назад. Накачанное милитаристской пропагандой, немецкое общество требовало решительных действий от своего кайзера.

Европейские монархи, в скором времени непримиримые военные противники, приходились друг другу родней. Георг V, король Англии, был двоюродным братом Николая II. Кайзер Вильгельм II, родной внук английской королевы Виктории, был одновременно и кузеном Императрицы Александры Федоровны и дальним родственником Николая II. Сохранилось множество фотографий, где августейшие особы вместе отдыхают, шутливо дурачатся, отмечают семейные даты… Но уже ничто не смогло остановить мировую войну.

Королева Виктория с семейством в Кобурге, Германия, 1894 г.

31 июля в Санкт-Петербурге, в Министерстве иностранных дел посол Германии предъявил ультиматум: либо Россия в течение двенадцати часов останавливает мобилизацию, либо Германия объявляет нам войну. Но прекратить мобилизацию значило обречь страну на поражение в случае очередной провокации! Трагедия обретала черты неизбежности.

Император Николай II объявляет о начале войны с Германией. Санкт-Петербург, 20 июля 1914 г.

1 августа 1914 года, в 19 часов посол Германской империи Фридрих фон Пурталес вручил министру иностранных дел Российской империи Сергею Дмитриевичу Сазонову ноту об объявлении войны. Сделав это, немец разрыдался, обнял русского коллегу и выбежал из кабинета[90]90
  Штрандман В. Балканские воспоминания. – М., 2014. – С. 328–329.


[Закрыть]. Оба понимали, что начинается нечто ужасное, но никто не мог даже представить себе, какими истинными чудовищными бедами обернется война для русского и немецкого народов, для всего мира.

Фридрих фон Пурталес

Глава Российского МИД С. Д. Сазонов

Люди на Дворцовой площади слушают речь Императора об объявлении войны. 20 июля 1914 г.

Как это случалось нередко в нашей истории, Россия оказалась плохо готовой к войне. Российская империя хотя и располагала в некоторых военных отраслях передовым оружием (в составе вооруженных сил России, к примеру, насчитывалось 263 самолета, при том, что в Германии их было 232, в Англии – 258, во Франции – 156), но наибольшей проблемой для русской армии были не новейшие по тем временам вооружения, а старая добрая артиллерия, «снарядный голод». К началу Первой мировой в русской армии на одно орудие приходилось 1000 снарядов, а в Германии – 1500[91]91
  Революция и гражданская война в России, 1917–1923 гг.: энцикл. – М., 2008. – Т. 3. – С. 455.


[Закрыть].

Мобилизация

В 1913 году была утверждена Большая военная программа Российской империи. Самая крупная армия в мире должна была получить новейшие пушки и пулеметы, снаряды, самолеты и броневики, дредноуты и подводные лодки. Завершить программу предполагалось в 1917 году. И об этом прекрасно знали и в немецком Генеральном штабе и в Лондоне.

Германия же имела великолепную осадную артиллерию и набитые боеприпасами арсеналы. По плану германского Генштаба, первым стремительным натиском следовало вывести из войны Францию, а затем обрушиться всей мощью на Россию. Активность германских войск на Западном фронте была настолько сокрушительной, что перепуганные союзники по Антанте буквально умоляли русское командование немедленно наступать на Востоке, оттягивая на себя немецкие войска, неотвратимо приближавшиеся к Парижу.

И Россия откликнулась. Благодаря русскому наступлению Германия была принуждена перебросить на Восточный фронт сразу несколько дивизий. Франция была спасена. Командующий французской армией маршал Фош откровенно признавал: «Если Франция не была стерта с карты Европы, то этим мы прежде всего обязаны России»[92]92
  Фош Ф. Воспоминания: (Война 1914–1918 гг.). – М., 1939. – С. 186.


[Закрыть].

Главнокомандующий союзными войсками маршал Фердинанд Фош

Блицкриг провалился: Германия оказалась втянутой в войну на двух фронтах. Началась борьба на истощение, в которой у Антанты были преимущества.

«На Западном фронте без перемен» – так называется замечательный роман немецкого писателя Эриха Марии Ремарка. Но сама эта относительно спокойная ситуация на Западном фронте нередко оказывалась возможной лишь благодаря России. Как только немцы начинали наступление на западе, мы по мольбам и требованиям союзников атаковали на востоке, оттягивая на себя немецкие силы, русской кровью заливая бреши наших западных партнеров. Только благодаря России французы и англичане четыре года сдерживали немецкий натиск и в 1918 году вышли победителями. Почему мы это смело можем утверждать?

Двадцать один год спустя, в 1939 году разразится Вторая мировая война. Тогда Франция, имея союзником Великобританию, но уже без России, продержится против немцев не четыре года, как в Первую мировую, а всего… сорок дней! И бесславно капитулирует. Гитлеровские войска пройдут по Парижу победным парадом.

Француз плачет, глядя на немецких солдат, марширующих по Марселю. 1940 г.

Надо сказать, что сохранение Западного театра военных действий было важно и для России. В случае поражения Франции целый фронт, дополнительная армада германских войск обрушилась бы на нас.

Но уже в начале 1915 года немецкий Генштаб решил перенести главный удар на восток. Русская армия противостояла тогда войскам сразу трех империй, сражаясь на двух фронтах: в Восточной Европе – с Германией и Австро-Венгрией, а в Закавказье – с Турцией.

Русские солдаты и офицер в окопе. 1915–1916 гг.

А когда для России наступали трудные времена, немцы делали беспроигрышную ставку на то, что французы и англичане будут не столь отзывчивы к призывам бедствующего союзника. Они не ошиблись. В дни германских атак на Русском фронте армии Антанты предпочли отсиживаться в окопах. Русским пришлось отступать, с боями сдавая город за городом.

Еще одной причиной неудач русской армии было ненадлежащее, а то и попросту бездарное командование. Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич, которому в мирное время «не было равных в искусстве… готовить военные смотры»[93]93
  Александр Михайлович, Вел. кн. Книга воспоминаний. – М.: Современник, 1991. – С. 120.


[Закрыть], в боевых условиях допускал одну за другой стратегические и тактические ошибки.

Русские военнопленные. 1914–1915 гг.

Отдавая врагу город за городом, Великий князь впал в настоящую панику[94]94
  Платонов О. А. Николай II в секретной переписке. – М., 1996. – С. 142.


[Закрыть]. Положение было катастрофическим, в штабах царила сумятица, все громче говорили о скорой сдаче Киева и Минска, о необходимости готовиться к обороне Москвы и Петрограда.

Император во главе армии

Император Николай II и Великий князь Николай Николаевич в действующей армии. 1915 г.

К лету 1915 года положение стало очень опасным. В столицах поползли истерические слухи об изменниках и немецких шпионах. Вновь угрожающе активизировалась оппозиция. В этот напряженнейший момент Николай II принял решение лично возглавить командование армией.

Когда в августе 1915 года Царь объявил об этом, реакция была скорее негативной как внутри России, так и среди союзников.

Но вот что пишет, находясь в эмиграции, быть может, лучший историк Первой мировой войны Антон Антонович Керсновский: «Это было единственным выходом из создавшейся критической обстановки. Каждый час промедления грозил гибелью. Верховный главнокомандующий и его сотрудники не справлялись больше с положением – их надлежало срочно заменить. А за отсутствием в России полководца заменить Верховного мог только Государь»[95]95
  Керсновский А. А. История русской армии. – Т. 3. 1881–1915. – М.: Голос, 1994. – С. 304.


[Закрыть].

Вступление Николая II в должность совпало с крайне опасным наступлением немцев глубоко в тыл русской армии – Свенцянским прорывом. Под ударами немецкой кавалерии была оставлена Вильна. Но, к удивлению многих, под руководством Государя, ставшего во главе армии, прорыв был ликвидирован. Немецкая кавалерия разгромлена, «великое отступление» русской армии остановлено. С этого же времени войска под командованием Императора больше не сдали врагу ни пяди родной земли!

Николай Александрович, как и все мужчины династии Романовых, получил военное образование. Император ездил по фронтам, посещая зоны боевых действий. Лично проверял качество солдатской пищи и новой амуниции. Однажды он испытал на себе новое снаряжение пехотинца, пройдя маршем сорок верст.

Теперь он должен был бо́льшую часть времени проводить в Ставке. Часто он брал с собой одиннадцатилетнего сына Алексея. Несмотря на тяжелую болезнь (у мальчика была гемофилия, но это оставалось государственной тайной), наследник должен был привыкать к военному быту.

Император Николай II с сыном и наследником Великим князем Алексеем. Могилев. Лето 1916 г.

Сейчас много спорят о современных элитах. А в чем была элитарность тех, дореволюционных элит, в первую очередь аристократии и дворянства? Мы знаем, что большая часть мужчин из семей дворянства и аристократии с детских лет записывались на военную службу, а затем и проходили ее. Так вот: принадлежность к элите в первую очередь состояла в том, что эти семьи поколениями воспитывали своих сыновей в готовности умереть за Родину.

Русский дворянин с сыновьями

Своих сыновей с первых дней войны отправило на фронт и семейство Романовых. Всего из семьи императорской крови ушли воевать шестнадцать мужчин – от главнокомандующего и походного атамана до командиров частей и соединений и младших офицеров – шестерых самых молодых членов семьи. Восемь из них за личное мужество были награждены орденом Святого Георгия IV степени (один – дважды), семеро – Георгиевским оружием.

Орден Святого Георгия IV степени – низший из Георгиевских офицерских орденов. За какие же заслуги его вручали? Вот пример.

Корнет гусарского полка князь императорской крови Олег Константинович, в свои неполные двадцать два года командуя взводом гусар, первым ворвался в ряды противника. Неприятель был разбит, но в бою корнет Романов получил смертельное ранение.

Умирал он в госпитале, как вспоминали, тяжело, но сохраняя до последней минуты мужество. Награжден орденом Святого Георгия IV степени «за мужество и храбрость, проявленные при атаке и уничтожении германских разъездов, причем Его Высочество первым доскакал до неприятеля» (Высочайший приказ от 29 сентября 1914 г.). Узнав о награде за день до смерти, корнет по-юношески искренне обрадовался: «Я так счастлив, так счастлив! Это нужно было. Это поднимет дух, когда узнают, что пролита кровь Царского Дома»[96]96
  Пчелов Е. В. Романовы: история и генеалогия. М.: Академический проект, 2017. – С. 390.


[Закрыть].

Князь императорской крови Олег Константинович

Несколько Романовых были ранены и вернулись в строй. Один из Великих князей, живший за границей, после известия об объявлении войны немедленно возвратился в Россию и был направлен в действующую армию.

Представители тогдашней государственной элиты – от аристократических родов до мелкопоместного дворянства – в большинстве своем без раздумья выполнили свой долг по защите Отечества. Среди них были и дворяне Псковской губернии: от столбового дворянина генерал-майора Пантелеймона Николаевича Симанского, дяди будущего патриарха Алексия I, до ста семидесяти девяти юных псковских дворян, призванных в одном только 1915 году.

…Но вернемся к повествованию.

С августа 1915 года все военные планы разрабатывались в штабе Верховного главнокомандующего под руководством Николая II. В 1916 году именно благодаря настойчивости Императора был осуществлен знаменитый Луцкий прорыв, который мы обычно называем Брусиловским. Практически все руководство штаба во главе с его начальником генералом М. В. Алексеевым было против этого наступления. Только поддержка Николаем II, профессионально разобравшимся и оценившим план генерала Брусилова, сделала возможной военную операцию, в результате которой австро-венгерская армия была разбита наголову.

Совещания главнокомандующих фронтами в Ставке. Слева от императора Николая II генерал А. А. Брусилов. Могилев. 1 апреля 1916 г.

Генерал Николай Александрович Лохвицкий, участник Первой мировой войны, герой и России, и Франции (воевал и на Восточном, и на Западном фронтах), так подвел итоги деятельности Николая II на посту Верховного главнокомандующего: «Девять лет понадобилось Петру Великому, чтобы нарвских побежденных обратить в полтавских победителей. Последний Верховный главнокомандующий Императорской армией, император Николай II, сделал ту же работу за полтора года… Работа его была оценена и врагами. Но между Государем и его армией и победой стала революция»[97]97
  Алферьев Е. Е. Император Николай II как человек сильной воли. – Нью-Йорк, 1983. – С. 111.


[Закрыть].

Не только боевые, но и беспрецедентные дипломатические победы сопутствовали России под руководством Императора и Верховного главнокомандующего.

В 1916 году было заключено соглашение между Российской империей, Великобританией, Францией и Италией, названное по именам английского и французского дипломатов договором Сайкса – Пико. Согласно этому межгосударственному соглашению, после войны Российской империи отходили проливы Босфор и Дарданеллы, Константинополь, Восточная Турция, Мраморное море со всеми островами и Измирским заливом, Галлипольский полуостров, часть Северного Курдистана, Южная Фракия по линии Энос – Мидия, острова Имброс и Тенедос в Эгейском море, Западная Грузия и Армения с горой Арарат и озером Ван. Также Россия, совместно со странами Антанты, получала в управление Иерусалим и Святую Землю[98]98
  Шацилло В. К. Первая мировая война, 1914–1918: Факты. Документы. – М., 2003. – С. 271–274.


[Закрыть].

Стамбул. Начало XX в.

Еще были живы свидетели поражения России в Крымской войне в 1856 году, когда международным антироссийским союзом была сделана попытка запретить России даже иметь военный флот в Черном море. И вот спустя полвека ключи от этого моря передавались России. Кроме того, Россия должна была получить громадные репарации как страна, наиболее пострадавшая в войне. (Для справки: по итогам Первой мировой Германия завершила выплаты репараций Англии и Франции только в 2010 году[99]99
  Германия заканчивает платить репарации за Первую мировую войну // РИА Новости. 03.10.2010. – URL: https://ria.ru/20101003/281599319.html


[Закрыть].)

Некоторые историки утверждают, что, добившись от Антанты столь выгодных условий, Император Николай II подписал себе смертный приговор. И действительно: англичане, особенно к концу войны, прямо высказывались, что не собираются выполнять свои обязательства по договору Сайкса – Пико и сделают все, чтобы не допустить усиления России.

Император Николай II с представителями Антанты. Могилев. Весна 1916 г.

Как известно, они добились своего. Россия не только не получила ничего, но и оказалась среди стран, проигравших Первую мировую войну, с разрушительными для нашей Родины последствиями.

Никаких военных предпосылок для такого сокрушительного финала объективно не было. Процент потерь относительно числа мобилизованных в нашей армии (11 %) был меньше, чем в германской (15 %), австро-венгерской (17 %), турецкой (27 %), французской (16 %), и лишь немного уступал английской (10 %)[100]100
  Первая мировая война: энцикл. словарь / рук. проекта акад. А. О. Чубарьян. – М., 2014. – С. 448.


[Закрыть].

Вот фрагмент из воспоминаний генерала Антона Ивановича Деникина: «Наши союзники не смеют забывать ни на минуту, что к середине января 1917 года эта (русская – м. Т.) армия удерживала на своем фронте 187 вражеских дивизий, то есть 49 % всех сил противника, действовавших на европейских и азиатских фронтах. Старая русская армия заключала в себе достаточно еще сил, чтобы продолжать войну и одержать победу»[101]101
  Деникин А. И. Очерки русской смуты. – Париж, 1921. – Т. 1 – C. 31–32.


[Закрыть].

Генерал А. И. Деникин

С. С. Ольденбург писал: «Самым трудным и самым забытым подвигом Императора Николая II было то, что он при невероятно тяжелых условиях довел Россию до порога победы: его противники не дали ей переступить через этот порог»[102]102
  Ольденбург С. С. Царствование императора Николая II. – М., 2020. – Т. 2. – С. 759.


[Закрыть].

Пока Царь находился на фронте, Императрица Александра Федоровна вела поистине подвижническую деятельность: на ее средства было оборудовано до семидесяти лазаретов. Под госпитали были переданы также помещения Зимнего и Царскосельского дворцов. Императрица и ее старшие дочери прошли обучение в школе сестер милосердия. В течение трех лет (!) они трудились в госпиталях: ассистировали при операциях, наравне с другими медицинскими сестрами ухаживали за ранеными. Заботой были окружены не только русские воины, но и раненые военнопленные.

Александра Федоровна была уникальной женщиной, бесконечно любящей Россию и русский народ. К несчастью, нашим народом она при жизни была абсолютно не оценена и не понята. Лишь спустя десятилетия после мученической кончины она причислена Русской Православной Церковью к лику святых.

Императрица Александра Федоровна и Великие княжны Ольга и Татьяна в лазарете. Царское Село. 1915 г.

Императрица Александра Федоровна и Великие княжны Ольга и Татьяна с ранеными офицерами в Царскосельском дворцовом лазарете № 3. Царское Село. 1915 г.

Экономика России выдерживала колоссальное напряжение, несмотря на гигантский рост военных расходов: с 1 миллиарда 655 миллионов рублей в 1914 году до 14,5 (!) миллиарда в 1916-м[103]103
  Уткин А. И. Первая мировая война. – М.: Алгоритм, 2001. – С. 265.


[Закрыть]. Да, внутренний и внешний долг России к февралю 1917 года вырос до 13,8 миллиарда рублей. Но такая же ситуация сложилась во всех без исключения воюющих к тому времени странах, даже в богатейшей Англии, попавшей по итогам войны в настоящую долговую кабалу к американским банкирам. Но это особая история…

Наиболее остро стоял вопрос о скорейшем переводе промышленности на военные рельсы, о снабжении армии. Насколько справились с новыми вызовами Николай II и его правительство?

Сборка бронеавтомобилей на Ижорском заводе. Петроград. 1915 г.

На этот вопрос нам отвечает эксперт, которого сложно заподозрить в симпатиях к России, – Уинстон Черчилль, в годы Первой мировой занимавший пост военно-морского министра, а затем министра вооружений Великобритании: «Мало эпизодов Великой войны более поразительных, нежели воскрешение, перевооружение и возобновленное гигантское усилие России в 1916 году»[104]104
  Цит. по: Алферьев Е. Е. Император Николай II как человек сильной воли. – Нью-Йорк, 1983. – С. 109.


[Закрыть].

Грандиозная перестройка промышленности в разгар боевых действий стала настоящим подвигом Николая II и его министров. К 1917 году производство ружей увеличилось в два с половиной раза. Пулеметов – шестикратно (был построен крупнейший в мире Ковровский пулеметный завод). Легких орудий – девятикратно. Тяжелых орудий – четырехкратно. Производство снарядов увеличилось в шестнадцать раз![105]105
  Поликарпов В. Русская военно-промышленная политика, 1914–1917 гг. Государственные задачи и частные интересы. – М., 2015. – С. 13; Федоров С. Пулеметы в Первой мировой войне 1914–1918 гг. // Техника и вооружение. – 2003. – № 2. – С. 3–5; Уткин А. И. Первая мировая война. – М., 2001. – Гл. 5; Айрапетов О. Р. Снарядный голод // Россия в Первой мировой войне. – М.: Политическая энциклопедия, 2014. – Т. 3. – С. 208–211.


[Закрыть]

Кстати, каким оружием и какими снарядами Красная армия сражалась в долгие четыре года Гражданской войны? Ведь большинство военных заводов стояли. Ответ прост: в основном теми, которые были произведены для победы над Германией военной промышленностью России при Николае II.

Сборка крупнокалиберных снарядов на заводе. 1915–1916 гг.

К началу 1917 года правительству полностью удалось преодолеть кризис первого этапа войны. Россия и ее союзники готовились к решающему удару по изнуренной битвами Германии. Победы давались нелегко, но все – и русские военачальники, и союзники, и даже немецкое командование – были убеждены: исход войны предрешен.

Главнокомандующий Восточным немецким фронтом Эрих Людендорф так оценивал обстановку, сложившуюся к началу 1917 года: «Наше положение было чрезвычайно тяжелое, почти безвыходное… О собственном наступлении нечего было и думать – все резервы были необходимы для обороны. Наше поражение казалось неизбежным»[106]106
  Шацилло В. Первая мировая война, 1914–1918: Факты. Документы. – М., 2003. – С. 467.


[Закрыть].

Эрих Людендорф

Генеральное наступление назначили на весну – лето 1917 года. Осень – зима должны были стать победными. Это являлось настолько очевидным, что в конце 1916 года к грядущим парадам победы в поверженных столицах – Берлине, Вене и Стамбуле – была пошита и отправлена на склады новая военная форма, в том числе те самые буденовки, известные впоследствии как головные уборы красноармейцев. Они были созданы по эскизам художника В. М. Васнецова и первоначально назывались «богатырками». В центре богатырки, напоминавшей древнерусский шлем, красовался двуглавый орел. В армии Троцкого имперских орлов содрали, а их место заняла красная звезда[107]107
  Олтаржевский Г. «Богатырка», ставшая буденовкой // Lenta.ru. Библиотека. – 31.01.2015. – URL: https://lenta.ru/articles/2015/01/31/budenovka/. – Существует и другая точка зрения, отвергающая связь новой формы с царской Россией: Сопельняк Б. Буденовка – любимый головной убор красноармейцев // Вечерняя Москва. – 16.02.2010. – № 27 (25295).


[Закрыть]. Да и кожанки комиссаров тоже были царскими – форма для летчиков и экипажей бронеавтомобилей.

Богатырка

Вновь из воспоминаний Уинстона Черчилля: «Ни к одной стране в мире судьба не была так жестока, как к России. Ее корабль пошел ко дну, когда гавань уже была видна. Она уже перетерпела бурю, когда все обрушилось на нее. Все жертвы были принесены; вся работа завершена. Отчаяние и измена овладели властью, когда задача была уже выполнена. Долгие отступления окончились; снарядный голод побежден; вооружение притекало широким потоком… В марте Царь был на престоле; Российская империя и русская армия держались, фронт был обеспечен и победа бесспорна. Согласно поверхностной моде нашего времени, царский строй принято трактовать как слепую, прогнившую, ни на что не способную тиранию. Но разбор тридцати месяцев войны с Германией и Австрией должен был исправить эти легковесные представления. Силу Российской империи мы можем измерить по ударам, которые она вытерпела, по бедствиям, которые она пережила, по неисчерпаемым силам, которые она развила, и по восстановлению сил, на которое она оказалась способна… Царь сходит со сцены. Его и всех его любящих предают на страдания и смерть. Его усилия преуменьшают; его действия осуждают; его память порочат… Остановитесь и скажите: а кто же другой оказался пригодным? В людях талантливых и смелых; людях честолюбивых и гордых духом; отважных и властных – недостатка не было. Но никто не сумел ответить на те несколько простых вопросов, от которых зависела жизнь и слава России. Держа победу уже в руках, она пала на землю заживо…. пожираемая червями»[108]108
  Черчилль У. Вторая мировая война. – М., 1955. – Т. 1. – С. 3–16.


[Закрыть].

В. А. Серов. Портрет Императора Николая II