Текст книги "Секрет фермы"

Глава 21

Звонок из «Венеры» застал Ольгу в постели. Впрочем, было бы удивительно поймать ее где-то еще: последнюю неделю она почти не вылезала из-под одеяла. Нет, грипп прошел без следа, а вот душа болела. Шоколад, ментоловые сигареты и планшет, под завязку забитый мелодрамами. Вот тот дамский набор, с которым она отныне была неразлучна. И пусть мама ворчала всякий раз, проходя за дверью, пусть за стенкой бесконечно звучали патетические монологи, адресованные, к счастью, не Ольге, а новому фавориту примы, который периодически впадал в немилость, выходить из дома блудная дочь не собиралась.

Во-первых, она видеть не могла Москву. С самого приезда из Букатино Ольга даже не могла вздохнуть полной грудью. Мелькание гирлянд и распродаж раздражало, на черную жижу раскатанного снега было противно смотреть. Во-вторых, идти было некуда. Квартиру купить она не успела, на Якиманку возвращаться отказывалась наотрез, хотя звонил то разбитый горем Павел Борисович, то велеречивый Гейдман, то Фергюсон с новым предложением о зарплате.

Она поставила жирный крест на «Венере Рояль»: землю в Букатино должны были уже продать Максу, и Ольга надеялась, что он если и не простит ее после этого, то хотя бы станет чуть меньше ненавидеть. А Якиманка одним лишь сочетанием звуков напоминала о жизни, которая довела Ольгу до полного краха.

Она вспоминала себя прошлую: заносчивую, хладнокровную, безупречную. Как ей когда-то казалось… Глупая. Лишив себя эмоций, она лишила жизнь смысла и красок. И больше не хотела превращаться в механизм. С какой-то особой мстительностью она упаковала всю коллекцию наручных часов и через курьера передала их бывшему мужу, невзирая на ярое мамино сопротивление. Чем заниматься дальше? Куда идти и идти ли вообще? Этого Ольга пока не знала. Но уж точно не в гостиничный бизнес.

Поэтому, увидев на экране телефона номер «Венеры» на Якиманке, Ольга ответила не сразу. Прятала гаджет под подушкой, отключала его, вынула даже аккумулятор. Но упертые отельеры не сдались и достали ее по городскому: в комнату заявилась мать в атласном халате, с мокрым полотенцем на лбу и телефонной трубкой в дрожащей руке. Появление сопровождалось ультиматумом: или эти звонки прекратятся, или старость заслуженная артистка встретит в сумасшедшем доме.

– Слушаю, – вздохнув, пробормотала Ольга и поставила на паузу «Гордость и предубеждение».

Ох уж этот мистер Дарси…

– Ольга Михайловна, это секретарь Павла Борисовича.

– Здравствуйте, Катя. Но я просила меня не беспокоить больше, я подписала все, что нужно…

– Это по другому вопросу. Мы проводим внутреннее расследование касательно махинаций со строительством отеля в Букатино.

– Разве в папке, которую я передала господину Синецкому, нет исчерпывающей информации? – холодно осведомилась Ольга.

– Простите, но я ничего не решаю. Меня просили передать, чтобы завтра вы приехали в конференц-зал на Якиманке к двум часам. Будет заседание совета директоров, и ваше присутствие крайне необходимо.

– Или что?..

– Я не располагаю такой информацией, Ольга Михайловна. Но вас очень ждут, кроме вас, некому прояснить некоторые моменты… – секретарша сделала паузу. – Пожалуйста, Павел Борисович так переживает…

Еще бы он не переживал. Надо было хоть иногда отрывать взгляд от упругих полушарий Ленусика…

– Я буду, – коротко ответила Ольга и отключилась.

Как бы ни прокололся Павел Борисович, его было жалко. За годы работы с ним бок о бок она даже прониклась к нему симпатией, несмотря на его беспорядочные связи и поползновения в ее сторону. Он не был злым и жестоким, а слабости… Что ж, у каждого они свои, и Синецкий достаточно хлебнул, расплачиваясь за ошибки.

Кто-кто, а Ольга его понимала. Она сама возомнила себя вершителем судеб, дланью справедливости. И чуть было не разрушила семью Макса. Никто не идеален. Каждый может ошибиться, вопрос лишь в том, какие из этого будут сделаны выводы.

Ольга свои сделала. Она не собиралась больше осуждать других, ставить себя выше. Павел Борисович просил о последнем одолжении, и без пяти минут два она в черном деловом костюме появилась в холле «Венеры Рояль».

– Ольга Михайловна! – обрадовалась Карина с ресепшн. – Слава богу, вы пришли! Вам подать кофе в конференц-зал? Может, брауни или венский штрудель?

– Разве заседание не должно сейчас начаться? – Ольга по привычке подняла запястье и лишь потом вспомнила, что часов больше нет.

– А вас не предупредили? Совет директоров будет в три. Но вы не волнуйтесь! – Карина выбежала из-за стойки, чтобы взять у бывшей начальницы пальто. – Вас уже ждут.

– Кто? И что я буду делать еще час?

– Пойдемте, пойдемте. Я все-таки распоряжусь, чтобы из ресторана принесли штрудель. Он свежайший…

Ольга растерянно следовала за менеджером. Что за история с переносом? Ладно она, но расписание Гейдмана или Фергюсона не терпело подобных вольностей. И если заседание назначено на три, то об этом должны были знать не то что вчера, а как минимум неделю назад. Неужели Катя напортачила?..

– Проходите, – Карина с вежливой улыбкой распахнула перед Ольгой двери конференц-зала.

Зал был пуст. Ольга ступила внутрь и оказалась в полной тишине и полумраке: горели только настенные светильники, да и те на минимальной мощности.

– Что здесь…

– Привет, Оля.

Этот низкий голос с хрипотцой, знакомый до боли в груди, до аритмии и тахикардии, заставил ее обернуться. Макс собственной персоной стоял у экрана для презентаций, сунув руки в карманы, и улыбался.

Он. Улыбался. Ей. Он ведь назвал ее по имени, и за спиной нет никакой другой Оли?

– Привет… – только и смогла произнести она.

Если бы он не заговорил, Ольга бы узнала его не сразу. Прическа из мужского салона, гладко выбритые щеки, дорогой костюм и белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей. Кто этот франт и где он закопал ее любимого неандертальца?

– Не сердись на девочек, я попросил их об этом маленьком одолжении, – довольный произведенным эффектом, Макс подошел к ней и галантно выдвинул кресло.

– Но зачем ты?.. – она села тряпичной куклой. – И почему тут…

– Потому что это подходящее место для деловых переговоров.

– Но я…

– Нет-нет, – он мотнул головой. – Позволь сначала показать тебе небольшую презентацию. Возможно, я не все графики идеально подобрал по цвету, немного растерял офисные навыки. Но суть ты все же поймешь.

Макс вооружился пультом от проектора, подождал, пока официантка поставит перед Ольгой кофе и горячий штрудель с шариком мороженого, и включил прибор.

На экране была фотография пробки на Садовом кольце.

– Как мы знаем, городская жизнь негативно сказывается на здоровье людей, – начал Макс, деловито прочистив горло. – Постоянная суета, ужасная экология, перенаселение… Все это обесценивает и карьерные возможности, и высокий заработок. Долгие годы жители мегаполисов забывали о правильном питании, не беспокоились о составе продуктов. Единственной отдушиной для многих стали разовые морские путешествия.

Макс продолжал перелистывать картинки с изображениями изможденных и несчастных людей.

– Однако наступил кризис, отдых за границей стал не по карману. Да и не всегда море равнозначно укреплению здоровья! Согласись, смена климата, антисанитария южных стран, эпидемии ротавирусов… Больше проблем, чем их решения. А тем временем выход из ситуации совсем рядом. Буквально под рукой. В нескольких часах езды от Москвы и от Санкт-Петербурга раскинулась матушка Волга… – тут Макс замер и поморщился. – Перегнул, да? Ладно, тут переработаю… Так вот. Десять гектаров. Живописнейшие места, чистый воздух и натуральные свежие продукты. Представляю вашему вниманию… Фермерский эко-отель «Букатино резорт»!

Он покосился на Ольгу, которая сидела в полнейшем молчании, не зная, к чему Макс ведет, и прошептал:

– О’кей, название обсуждаемо. Итак. В нашем отеле посетители получат не только сервис высочайшего уровня, не только оборудованный пляж на берегу Волги летом и склоны для катания на лыжах и санках зимой, но и возможность питаться экологически чистыми продуктами, произведенными буквально у них на глазах! Маленькие гости отеля узнают, из чего делают сыр, кто несет яйца, смогут пообщаться с животными и даже почувствовать себя маленькими фермерами! – На этих словах Макс вывел на экран изображение очаровательной белой козочки, и Ольга ахнула от возмущения.

Нет, с козочкой было все в порядке, вот только на табличке почему-то значилось «Ольга».

– Я знал, что рано или поздно ты об этом узнаешь, поэтому решил сделать предупредительный выстрел. Так вот, не перебивай, – Макс поднял руку, и Ольге пришлось подавить возмущение штруделем. – Наши гости смогут понаблюдать за процессом творчества народных умельцев, а при желании и поучаствовать в мастер-классах. Пришла пора вернуться к истокам и позаботиться о себе. Насладиться тишиной природы, попариться в русской бане и окунуться в волшебную сказку у нас, в фермерском эко-отеле «Букатино резорт».

Макс с видом циркового конферансье развел руками и довольно улыбнулся.

– Ну, что скажешь? – спросил он после недолгой паузы и тут же спохватился: – Ах да, все расчеты тут, – и он положил перед ней папку. – Могу пощелкать, я и в презентацию графики по окупаемости включил… Но насчет слайд-шоу претензии не принимаю. Его Никита делал.

Ольга отчаянно не понимала, куда попала и что происходит. Максим Беглов, который не так давно вылил на нее ушат своей ненависти, вдруг весело скачет перед экраном и расписывает какой-то бизнес-проект.

– Я… – она кашлянула. – Ты можешь объяснить, что за «Букатино резорт» и почему я здесь?

– Черт! – Макс хлопнул себя по лбу. – Главное-то я и забыл. Я предлагаю тебе деловое партнерство. Инвестиции. Пятьдесят на пятьдесят, что скажешь? Ты зацени идею! Сразу и ферма, и отель! Ну, в китайских ресторанах же готовят еду прямо при тебе? Почему бы нам ее не производить при людях? Это ж изюминка! Народ толпами повалит, говорю тебе!

– Я не понимаю, – Ольга мотнула головой. – Ты же хотел эту землю? Разве ты не можешь ее купить сам? А ссуды на сельское хозяйство? Есть же какая-то государственная программа…

– Это все фигня, – отмахнулся он. – Конечно, могу. Но вот я сидел тут дома и думал: зачем мне одному эта земля?

– Ты же хотел… – упрямо повторила она.

– Так и ты хотела вернуться сюда, на Якиманку, разве нет? – он подошел к ней и уселся на соседнее кресло. – Так почему же не вернулась?

– Потому что тогда ты бы решил, что я продала Никиту за эту работу! И не хочу я уже… Имею я право передумать?

– Тогда зачем ты уехала из Букатино? – напирал он.

– А ты не понимаешь?

– Хочу, чтобы ты сказала.

– Потому что я не могла жить там… Чтобы ты меня ненавидел… После всего… – В глазах у нее защипало, и она поспешно отвернулась.

Чертовы мелодрамы! Больше никогда не станет их смотреть.

– Посмотри на меня, пожалуйста.

– Нет.

Он мягко взял ее за подбородок и повернул к себе. Первая капля обожгла щеку.

– Я тебя не ненавижу, – он вытер слезу большим пальцем.

– Я не хотела! – умоляюще воскликнула она. – Я сразу ей сказала: мне не нужна Якиманка! Только из-за Никиты, чтобы он знал… Прости, Макс! Я не имела права у тебя за спиной… Я знаю, ты никогда не простишь. Я бы не простила… Но я не хотела так рисковать, клянусь тебе…

– Я верю, – просто ответил он. – Я сам думал, что не смогу простить. Но когда вся деревня пошла в паломничество ко мне в дом с рассказами о том, как ты самоотверженно искала Никиту… В общем, все нормально, ясно? Я не злюсь.

– Правда?

– Более того, – он доверительно наклонился к ее уху. – Я понял, что не могу на тебя не злиться.

– Может, не можешь злиться? – она сдвинула брови.

– Нет. Именно не злиться. Когда тебя нет рядом, мне совершенно не на кого злиться. И это сводит меня с ума! Особенно потому, что я не могу ни с кем поссориться, а потом помириться так, как мы с тобой мирились в моей комнате.

Его дыхание щекотало кожу, слова дразнили разум, и Ольге стало жарко.

– К чему ты ведешь, Макс? – прошептала она.

– Все просто. Давай купим эту землю вместе. Давай вместе вести бизнес. Давай жить вместе. Нет, если хочешь, можем еще какое-то время поиграть во вредных соседей, – он многообещающе усмехнулся. – Но только не очень долго. Будем спорить насчет персонала, отделки, закупок, уроков Никиты… И каждую ночь мириться до потери пульса. Перевезем твоего отца, он, конечно, нудный и заносчивый тип, но ведь к тебе-то я смог привыкнуть.

– Эй!

– Тише, тише… – он провел пальцем по ее губам, погладил по щеке, уху… – Нет, все-таки уши у тебя идеальные. Как же я скучал…

– Постой, погоди, – она отстранилась, с трудом унимая дрожь. – Я же еще не согласилась! И что это за название такое: «Букатино резорт»? И как ты собрался все это оформлять юридически?

– Юридически будет проще сначала оформить брак, – Макс потянулся за папкой. – Вот тут… Это Никита сделал, он, конечно, еще новичок в фоторедактуре…

Он открыл последнюю страницу, и Ольга увидела фотографию семьи. Основа была взята из какой-то социальной рекламы: папа, мама, мальчик, дом с белым забором и цветущие клумбы. Вот только лица Никита заменил. Себя – вместо мальчика, вместо папы – Макса, а Ольга, криво вырезанная из галереи сотрудников с сайта «Венеры рояль», красовалась в роли мамы.

Она была перфекционисткой и любила, чтобы все было сделано идеально. Но сейчас этот простенький коллаж, сделанный детскими руками, казался ей верхом совершенства. В груди защемило, в глазах снова все поплыло. Да что же это такое?! Как вылечиться после просмотра романтических фильмов?!

– Это то, что я думаю? – спросила она, неотрывно глядя на картинку.

– Смотря что именно ты думаешь, – уклончиво ответил Макс. – Если ты считаешь, что я хвастаюсь умениями Никитоса, то да, так и есть. Если думаешь, что мы обсудили с ним, пускать ли тебя в наш дом, и пришли к обоюдному согласию, то и тут ты права, моя маленькая проницательная бизнес-леди. Ну, а если тебе пришло в голову, что я решил сделать тебе не только деловое предложение…

– Да, Макс, если именно это мне в голову и пришло? – с вызовом спросила она, поднимая взгляд.

– То ты избавишь меня от необходимости протирать колени, стоя на полу, – улыбнулся он и полез во внутренний карман.

– Да ладно! Я же шутила…

– Нет-нет, я подумал, что если притащу тебя домой, то только с гарантиями. – Макс извлек красную бархатную коробочку и протянул ей: – Имей в виду, ювелирные изделия обмену и возврату не подлежат.

– Очень романтично…

– Я взял платину, решил, что это как раз по тебе. Ну же, примерь! – Он нетерпеливо отобрал коробочку, выхватил кольцо и надел ей на безымянный палец. – Отлично! Глаз-алмаз! А теперь пошли, закрепим… До встречи еще полчаса, мне хватит. Я заказал люкс, и там уже…

– Погоди-ка… – она против воли залюбовалась блеском металла. – А тебе не кажется, что я еще не сказала «да»?

– А что, разве нет? – неподдельно удивился он.

Ее разрывали сомнения. С одной стороны, внутри все пело, хотелось запрыгнуть на него, скинуть все со стола и прямо здесь, в конференц-зале… С другой, ее немного возмущала самоуверенность, с которой он взялся делать предложение. А как же сомнения? Страх, что она откажет? Почему он так легко все продумал за нее?

Ольга взглянула ему в глаза и вздохнула. Знает ее как облупленную, стервец. Знает, что с того момента, как он шепнул ей про примирение в спальне, она больше думать ни о чем не может. А уж когда зашлифовал это фотографией Никиты… Грязно играете, Максим Степанович. Вот бы его сейчас потомить на медленном огне самую малость… Полчаса? Только полчаса?

– Да, Макс. Разумеется, да, – сдалась Ольга. – Где ключ от номера?..

Впервые в жизни она опоздала. И не куда-нибудь, а на встречу с партнерами «Венеры Рояль». На двенадцать минут! Боже, какое счастье, что теперь она не могла следить за швейцарской секундной стрелкой, а телефон, сумочку и остатки благочестия забыла где-то у подножия королевского ложа. Радовало одно: короткая стрижка не требовала долгой укладки и взлохмаченные волосы выглядели так, словно это задумка парикмахера. На ходу застегивая пиджак и изучая свое отражение в зеркалах лифта, чтобы убедиться, что тушь не сместилась вниз по лицу, Ольга изо всех сил старалась вернуть себе деловой настрой и не улыбаться глупо, как человек, впервые вкусивший сладость жизни. Глубокий вдох, медленный выдох, стереть помаду с щеки Макса… И, наконец, первый этаж.

– Кариночка, два стакана холодной минералки будьте добры. В конференц-зал. Все уже на месте?

– Да, Ольга Михайловна.

– Вот и отлично. – Ольга толкнула дверь и уверенно зашла в помещение, где не так давно рассталась с холостяцкой жизнью. – Всем доброго дня, господа! Мы с партнером готовы купить у вас землю в Букатино.