Читать книгу "Рождение дракона"

Эмбер

Я открыла глаза, когда над песком затрещала автоматная очередь. Лилит взвыла, и тяжесть, давившая на меня, исчезла, как и когти вокруг моей шеи.

Хватая ртом воздух, я перекатилась на бок и изумленно наблюдала за происходящим. Лилит попятилась к океану, встряхивая головой. Кровь и искры сверкали на ее боках и защищенной пластинками груди. По пляжу к нам шел Гаррет, держа в руках автомат и стреляя короткими, четкими очередями.

При виде своего самого ненавистного врага гадюка заревела. Открыв пасть, она выпустила залп драконьего пламени в человека, идущего к нам, и Гаррет отскочил в сторону, прежде чем огонь смог поглотить его. Перекатившись на колени, он снова стал стрелять в Лилит, но она уже двигалась в его направлении. Молниеносно она метнулась в одну сторону, затем в другую, зигзагами петляя по пляжу. Солдат попытался отследить ее движения автоматом, но ее быстрые, неистовые рывки было трудно уловить, и она подобралась слишком близко к одиноко стоящему человеку, разинув пасть, чтобы перекусить его пополам. В ужасе я вскочила на ноги, выкрикивая Гаррету предупреждения, потому что понимала, что не успею добежать до него вовремя.

А потом чешуйчатое синее тело полетело на нее сбоку и врезалось в ребра, сбив с ног. Лилит споткнулась и чуть не упала, когда Кобальт, шипя и рыча, встал между ней и Гарретом. Лилит взревела и повернулась к нему лицом, но отшатнулась, когда в воздухе пронесся шквал пуль, некоторые из них отскочили от ее рогов и нагрудных пластинок, но некоторые попали в цель.

Не обращая внимания на боль в боку и шее, я бросилась на свою бывшую наставницу, запрыгнула ей на спину и вонзила когти в бока. Она снова завизжала и пнула меня в живот задней лапой, и я кувырком покатилась по песку. Тяжело дыша, я вскочила на ноги, готовая продолжить бой…

Но, похоже, с гадюки было достаточно, когда она противостояла орденцу и двум упрямым драконам. Лилит присела и взмыла в небо, ее крылья метнули в нас песком, когда дракон поднялся в воздух. Я смотрела ей вслед и встретилась с ее взглядом, пока Лилит парила над головой. Кислотные зеленые глаза сузились от ненависти.

– Это еще не конец, деточка, – предупредила она на драконьем. – Ты не можешь сбежать от «Когтя». Скоро я вернусь за всеми вами.

Сделав несколько сильных взмахов, гадюка поднялась на скалу, оттолкнулась от нее и заскользила над океаном. Через несколько мгновений лучшая наемная убийца «Когтя» превратилась в маленькое пятно на фоне ночного неба и исчезла.

Я выдохнула и опустилась на прохладный песок, чувствуя себя так, словно по мне пробежало стадо слонов с шипами. Ребра пульсировали, бок горел, а горло изнывало от боли там, где Лилит пыталась его разорвать. Я вся была в ушибах, избитая и окровавленная. Больше всего на свете мне хотелось вернуться домой, принять душ и свернуться калачиком в постели.

Только… Я не могла этого сделать. Никогда. Данте был дома. Брат, который бросил меня, который отвернулся от своей сестры-близнеца ради «Когтя». Теперь он был частью организации. А я, особенно после сегодняшней ночи, определенно стала отступницей.

Чувствуя слабость и отчаяние, я обмякла еще больше, желая зарыться в прохладный песок, пока не разберусь во всем, но внезапное, сердитое рычание заставило меня вздрогнуть. Кобальт вскочил на ноги, его тело было напряжено, а губы изогнулись, обнажая клыки. Глаза дракона горели, и он угрожающе шагнул вперед, вперившись взглядом в солдата, стоящего в нескольких метрах от него.

Гаррет

Я совершил самую большую глупость в своей жизни.

Я должен был умереть. По всем логическим и статистическим данным, я не должен был выжить в том бою. Бросить вызов даже одному детенышу в одиночку было верным способом поставить свою жизнь под угрозу. Возможно, тебе повезет, но даже самые маленькие отпрыски «Когтя» были быстрыми и опасными, вооруженными огнем, когтями и зубами. Ты мог убить детеныша, но он мог так же легко порвать тебя на части.

Сражаться со взрослым драконом без поддержки целого отряда было самоубийством, это прописная истина. Другого исхода быть не могло. Взрослые особи слишком сильные, и один человек не мог так запросто бросить им вызов. Даже с парой мелких драконов на моей стороне мне очень, очень повезло. Если бы Эмбер и второй дракон не присоединились к драке, я бы уже не дышал.

«Хотя, – подумал я, когда адреналин начал спадать и полное осознание того, что я наделал, ударило меня в полную силу, – дышать мне оставалось недолго».

Я предал Орден. Не подчинился приказам, вырубил своего напарника, бросился на врага в одиночку и позволил ему скрыться. Безрассудство и отсутствие дисциплины, но это не худшее, что я сделал. Если бы это было моим единственным преступлением, меня бы отдали под суд и бросили в тюрьму Ордена на несколько месяцев или даже лет. Но мое предательство этим не заканчивалось.

Я помог врагу. Я сознательно вступил в бой с единственной целью – помочь огненно-красному дракону, который пощадил мою жизнь. Я сражался вместе с ним и другим драконом против их врага. Не имело значения, что их противником был еще один более сильный дракон, и я понятия не имел, почему он пытался убить своих сородичей. Мое вмешательство, вероятно, спасло им жизнь.

И стоило ли оно того?

Я бросил взгляд на Эмбер, лежащую на песке в нескольких ярдах от меня. Ее бока тяжело вздымались. Эмбер, не просто «дракон». У нее есть имя, личность, обычная жизнь. Или же у нее была обычная жизнь до сегодняшнего вечера. До того, как мы выбили дверь в том доме и попытались убить ее лишь за то, что она существует.

На меня навалился тяжелый груз вины. Если бы у меня было время, я бы сказал ей, что мне жаль, что мы ошибались. Хотя никакие извинения не компенсируют то, что я сделал, не вернут то число мной убитых, не смоют кровь с моих рук. Эмбер возненавидит меня, она имеет на это право, но я не могу вернуться в Орден и слепо истреблять ее народ, как раньше. Она открыла мне глаза, и я не мог… не хотел возвращаться к тому, кем был.

Рычание разорвало тишину, и волосы зашевелились у меня на затылке. Я вскочил и увидел, что синий дракон смотрит на меня с оскалом, явно настроенный враждебно. Я напрягся, пытаясь справиться с инстинктом поднять автомат в ответ. Конечно же, он видел перед собой только своего злейшего врага – солдата Ордена. Хоть я помог прогнать взрослого дракона, но когда «Коготь» сталкивался с Орденом, единственным исходом была смерть.

Я заставил себя опустить автомат, держа его сбоку, и поднял другую руку.

– Я здесь не для того, чтобы драться, – сказал я дракону, который презрительно фыркнул.

– Чушь собачья, – выплюнул он, и слова прозвучали странно из пасти дракона. Я редко слышал, чтобы они говорили в своей истинной форме: слышать, как кто-то рычит на тебя, было странно. – Думается, ты и сегодня вечером не собирался нас убивать, – дракон шагнул ко мне, прищурив глаза и с ненавистью обнажая зубы. – Насколько я понимаю, вы пришли сюда, ожидая увидеть одного дракона, а не трех. И теперь, когда у тебя нет команды, ты пытаешься молить о пощаде. Ну, так не пойдет, солдат, – прошипел дракон. – Не думай, что мы будем любезничать после того, как ты пытался нас всех убить.

Я поднял автомат и попятился, когда дракон угрожающе двинулся вперед.

– Я не хочу в тебя стрелять. Назад.

– В меня уже стреляли сегодня вечером, – ответил дракон, и убийственный блеск в его глазах стал ярче, когда он начал теснить меня к скале. – Если ты думаешь, что можешь убить меня, то попробуй.

Он напрягся, чтобы прыгнуть на меня. Я покрепче прижал палец к спусковому крючку…

И Эмбер бросилась между нами.

Эмбер

Кобальт резко остановился, когда я прыгнула перед ним, преградив путь к Гаррету. Зарычав, я опустила голову и расправила крылья, пригибаясь к земле. Золотые глаза дракона удивленно моргнули, затем сердито сузились.

– Эмбер, что ты делаешь? – прорычал он на драконьем. – Он же орденец, убийца. Убирайся, пока он не выстрелил тебе в спину.

– Я знаю, кто он, – возразила я. – И я не позволю тебе его тронуть, – выпустив когти, я не двигалась с места. – Он помог нам, Кобальт. Он прогнал гадюку. Лилит убила бы нас обоих.

– Это не имеет значения! – В шоке он уставился на меня, замешательство и отвращение были написаны на его змееподобной морде. – Он все еще член Ордена. Он убил десятки таких, как мы! Единственная причина, по которой он не пытается нас убить – численное превосходство.

Я упрямо сжала зубы, и Кобальт нетерпеливо зарычал.

– Думаешь, он пощадил бы нас сегодня? Если бы не сработала сигнализация, они бы уничтожили нас. Тебя, меня, детенышей, Уэса – всех нас.

– Значит, теперь мы его хладнокровно убьем? И чем мы тогда от них отличаемся?

– Черт возьми, Эмбер! – Он двинулся ко мне, но я оскалилась и зашипела, заставляя его остановиться. Я не шутила. Я не позволю Кобальту убить Гаррета, даже если тот был орденцем. Он спас нам жизнь. Я не понимала, почему. Он знал, что я дракон. Он знал, что Орден пытался убить нас сегодня вечером. Черт, может быть, он тоже был там.

Но сейчас он в нас не стрелял. Он помог прогнать печально известную убийцу из «Когтя». И когда я посмотрела на него, на человека, тихо стоявшего на берегу, я увидела, что он – другой. Он больше не был солдатом, с которым я столкнулась сегодня вечером.

Мое сердце замерло. Мы были врагами. Я знала это. Но не могла позволить Кобальту напасть на Гаррета. Мы слишком долго сражались и пролили достаточно крови. С меня хватит.

– Эмбер!

Голос Гаррета, низкий и мрачный, эхом отозвался у меня за спиной. Я оглянулась через плечо и увидела, что он смотрит на нас с серьезным выражением лица. Судя по едва заметной складке на лбу, он не понял рычащего, шипящего разговора двух драконов, но, вероятно, уловил суть.

Я хотела поговорить с ним, но не так. Не как заклятые враги, не как дракон и орденец. Медленно повернувшись, стараясь двигаться спокойно и не казаться опасной, я отступила назад, слыша за спиной предупреждающее рычание Кобальта. Я превратилась, и моя человеческая форма оказалась стоящей на коленях в песке между солдатом и драконом. Гаррет шагнул вперед, от чего Кобальт снова зарычал.

– Не надо, – сказал Гаррет настойчиво, и я озадаченно посмотрела на него. – Не меняйся, Эмбер, времени нет. Вы должны бежать сейчас же. – Он бросил настороженный взгляд на скалы и на тропинку, по которой пришел. – Орденцы, остальная часть моей команды, уже в пути. Вам нужно уходить.

Я моргнула, но Кобальт выругался и попятился.

– Я так и знал, – прорычал он, яростно глядя на Гаррета. – Я знал, что ему нельзя доверять. Давай, Искорка. Они скоро будут здесь и начнут стрелять во все, что движется.

Развернувшись, он помчался к пещере, его гибкое тело летело по песку, двигаясь как огромная чешуйчатая кошка. Но я колебалась, оглянувшись на солдата.

– Почему? – спросила я, желая знать. – Почему ты спас нас? Тебя ведь отправил Орден? Или ты просто отплатил мне за то, что случилось ранее? Захотел очистить свою совесть, прежде чем начать стрелять в нас снова?

– Нет. – Он резко мотнул головой. – Никогда больше. Я… – Он замолчал, провел рукой по волосам и поднял глаза. – Я покончил со всем, – твердо сказал он. – Больше никаких миссий. Никаких вылазок, засад и убийств. Больше никаких смертей. Я больше не охочусь на твой народ.

Ошеломленная, я могла только смотреть на него.

– Неужели?

Гаррет не улыбнулся, но его взгляд стал мягче, когда он посмотрел на меня.

– Как я могу это делать, после того, как встретил тебя? – почти прошептал он.

Комок подкатил к горлу, и я с трудом сглотнула.

– А как же Орден?

– Это не имеет значения, – теперь его голос звучал смиренно, устало. – Я не могу следовать их убеждениям и не могу искупить вину за то, что мы сделали. Я отдавал себе отчет в том, что делаю, когда пришел сюда сегодня вечером. – На мгновение выражение его лица омрачилось тем, что могло бы быть страхом, но Гаррет одернул себя и сделал глубокий успокаивающий вдох. – Я знал о последствиях. И я бы снова поступил точно так же, если бы пришлось.

– Эмбер! – нетерпеливый голос Кобальта прогремел над песчаным пляжем. Я оглянулась и увидела его на краю воды с полурасправленными крыльями. Позади него из пещеры выскочил тонкий, как веточка, черный дракон, а за ним – более мелкий пыльно-коричневый. Нэттл и Рэми были в своих истинных обличьях и посмотрели на меня широко открытыми глазами.

– Чего ты ждешь? Давай!

– Иди, – сказал Гаррет, кивнув в сторону других драконов. – Забудь обо мне. Я уже мертв. Просто уходи.

– Гаррет…

С другой стороны раздался крик, и мы обернулись. Из-за утесов на берег высыпали фигуры с автоматами наперевес, приближаясь к нам черным роем. Я съежилась, и Гаррет, прищурившись, обернулся.

– Эмбер, уходи! Сейчас же!

Я закусила губу, развернулась и побежала прочь, видя, что Нэттл и Рэми уже взлетают в воздух. Кобальт ждал меня, не двигаясь с места, даже когда позади раздались первые выстрелы. Я быстро превратилась и бросилась к ним, уже на бегу размахивая крыльями и поднимаясь в небо. Когда мы летели вдоль отвесной скалы, пули свистели мимо меня, сверкая на камнях. Я почувствовала острую боль, когда что-то пробило дыру в кончике моего крыла, и споткнулась в воздухе. Я зашипела от страха, хлопая крыльями и царапая когтями поверхность скалы, приготовившись к тому, что может ударить мне в спину в любой момент.

Кобальт взмыл над утесом, приземлился на него и развернулся, выглядывая из-за края, даже сквозь шквал пуль вокруг нас. Выстрелы эхом разносились вокруг меня, отскакивая от камней и поднимая в воздух острые осколки камней и пыль. С резким рычанием я сделала последний взмах крыльями и наполовину взлетела, наполовину залезла на край утеса. Пошатываясь, я прошла в нескольких сантиметрах от края и, наконец, в относительной безопасности от орденцев и их смертоносного оружия, рухнула на пыльную землю.

* * *

– Эмбер.

Золотистые глаза Кобальта смотрели на меня с тревогой и беспокойством. С того места, где я лежала, казалось, что его крылья и рога взяли луну в рамку. Ее свет отражался от его блестящей голубой чешуи. Может быть, из-за адреналина, или, может быть, из-за очередной минуты на грани жизни смерти, но я вдруг решила, что его истинная форма нравится мне гораздо больше, чем человеческая. Мне хотелось, чтобы Кобальт остался в своем драконьем теле навсегда.

– Эмбер, – повторил он, нервно постукивая хвостом по земле. – Ты ранена? Они в тебя попали? – Он боднул меня, обеспокоенно, но нежно. – Скажи мне что-нибудь, Искорка.

– Я в порядке, – прохрипела я и с трудом поднялась на ноги. Мое правое крыло, ближе к суставу последнего пальца, пульсировало от боли: пули пробили мембрану, но это было несерьезно. Я вытянула крыло, пару раз взмахнула им, чтобы убедиться, что оно все еще работает, и снова прижала его к спине. – Похоже, я пока цела.

Нэттл и Рэми подошли ближе – черный дракон с короной шипов на голове и маленький коричневый дракон с полосками на шее и хвосте. У обоих на шеях висели рюкзаки, и это выглядело бы смешно, если бы ситуация не была такой ужасной.

– Что теперь? – спросила Нэттл сдавленным от страха голосом. – Куда дальше?

Кобальт отстранился от меня и повернулся лицом к пустыне.

– Мы бежим, – просто сказал он. – Нам нужно убраться отсюда. Как можно дальше от Ордена и «Когтя». Найдем Уэса и уедем из этого проклятого места. У меня есть домик в Неваде, где мы будем в безопасности, по крайней мере несколько месяцев, пока решаем, что нам делать дальше. Это не самое милое местечко, но лучше, чем ничего. Искорка? – он повернулся, чтобы посмотреть на меня и смело улыбнулся. – Ты готова уйти?

Уйти. Оставить Кресент-Бич. У меня внутри все сжалось. Вот и все. Я становлюсь отступницей, покидаю «Коготь» ради своего же блага и пускаюсь в бега как преступница. Вместе с Кобальтом и двумя другими сородичами, но все же. Увижу ли я когда-нибудь своего брата? Или кого-нибудь из своих друзей?

Нет. Нет, не увижу. Мое время в качестве обычного человека истекло. Я выбрала свой путь и те последствия, которые с ним были связаны. Больше никакого серфинга, волейбола, вечеринок и общения с друзьями. Больше никаких поцелуев с мальчиками в океане, бабочек в животе и желания того, чтобы весь мир на время остановился. Лето подошло к концу, как я и предполагала, и нужно двигаться дальше.

После того, как я разберусь с последним делом.

– Пока нет, – сказала я Кобальту, наблюдая, как его глаза расширились от удивления. – Есть еще кое-что, что я должна сделать.

Гаррет

Она сбежала.

Я смотрел, как Эмбер улетала. Сердце билось у меня в горле. Мой отряд окружал меня, подняв оружие и открыв огонь. Я наблюдал, не двигаясь с места, как Эмбер бежала по песку, прыгнула в воздух вместе с синим драконом и взлетела на скалу, стараясь убраться подальше. Мое сердце остановилось, когда мне показалось, что в нее попали, и она зависла в воздухе, в отчаянии зацепившись за скалу. Но Эмбер оправилась и взмыла над вершиной красной вспышкой крыльев и чешуи, а потом исчезла из вида.

Я медленно выдохнула с облегчением. «Убирайся из города, Эмбер, – мысленно приказал я. – Беги от нас как можно дальше и не оглядывайся».

– Себастьян!

Отряд возвращался, двигаясь по песку, опустив оружие в знак поражения. Ждать возвращения драконов было бесполезно, они давно уже вне зоны досягаемости, и все это понимали. Командир отряда направлялся ко мне, длинные ноги несли его по песку, каждый его мускул был напряжен от едва сдерживаемой ярости. Я вытянулся по стойке «смирно», когда он подошел и приблизил свое лицо к моему, пытаясь просверлить взглядом дыры у меня в голове.

– Объяснись! – приказал командир низким напряженным голосом, пока остальная часть отделения, раздосадованная и озадаченная, собралась вокруг. Большинство солдат я знал годами, всю свою жизнь. Они были боевыми товарищи, рядом с которыми я сражался, стоя плечом к плечу на поле боя. Они спасали меня не раз от верной смерти, а я их. Теперь же никто из них не выглядел дружелюбно. Некоторые казались сбитыми с толку, не понимая, что происходит, но многие смотрели на меня с подозрением. Я не должен был находиться здесь в одиночестве, и, по крайней мере, было очевидно, что из-за моего безрассудства наши цели сбежали. Пока еще никто из них не знал истинной причины.

– Тебе что-то непонятно, солдат? – спросил командир отряда, когда я не ответил. Его звали Майкл Сент-Фрэнсис, и он был хорошим человеком: терпеливым, честным и с ним было очень и очень просто ладить. До сегодняшней ночи у меня никогда с ним не было проблем. – Я полагаю, у тебя есть хорошее объяснение тому, что ты здесь находишься в одиночестве, – продолжал Сент-Фрэнсис, не прекращая сверлить меня взглядом. – Полагаю, у тебя хорошее объяснение тому, почему два врага не поджарили тебя до хрустящей корочки до нашего прибытия. И я полагаю, у тебя есть чертовски хорошее объяснение тому, почему ты дал им уйти и саботировал кампанию, над которой мы работали месяцами. – Он наклонился вперед на дюйм или два, и его голос стал тише, но не менее гневным. – И тебе нужно предоставить мне все эти чертовски хорошие объяснения прямо сейчас, потому что мне показалось, что ты разговаривал с врагами до того, как мы появились. – Его горячее дыхание обожгло мне ухо, и вокруг нас среди солдат поднялся ропот. Я продолжал смотреть прямо перед собой с отсутствующим выражением на лице, когда Сент-Фрэнсис отступил назад. – Ты именно этим занимался, солдат?

– Так точно, сэр.

Ропот тут же стих. На секунду воцарилась гробовая тишина.

– Себастьян, – сказал Сент-Фрэнсис абсолютно безэмоциональным голосом, – ты только что признался в том, что говорил с врагами и позволил им сбежать. Я бы на твоем месте подумал очень и очень хорошо над словами, которые ты произнесешь, потому что тебя отделяют секунды от расстрела.

Холодное копье пронзило мне живот, но я продолжал смотреть прямо перед собой, и выражение моего лица было безучастным, когда Сент-Фрэнсис продолжил:

– Чем конкретно ты здесь занимался?

– Я могу рассказать, – произнес новый голос за пределами круга.

* * *

Холод сковал все части моего тела, когда Тристан вышел из тени, отодвигая людей в сторону, приближаясь к нам. Я внутренне поморщился. Под носом у него засохла струйка крови, а на виске красовался огромный багровый ушиб, доходивший до уголка глаза. Тристан шагнул в круг, стрельнув в меня тяжелым взглядом, прежде чем повернуться к командиру отряда.

– Гаррет предал Орден, – объявил Тристан ясным, твердым голосом. – Он намеренно помешал мне выстрелить в одну из целей, которые я должен был убить. Я пытался переубедить его, но он сказал, что приказ убивать драконов был неправильным, что мы ошиблись. Когда я попытался остановить его, он напал на меня.

Я затаил дыхание, понимая, что попал в ловушку, и гадая, что еще выдаст Тристан. Это уже не походило на типичный случай безрассудного поведения, и настроение круга определенно изменилось. Солдаты смотрели на меня, некоторые с недоверием, другие с жалостью, презрением и яростью. Сент-Фрэнсис, к его чести, оставался спокойным и бесстрастным, когда кивнул моему бывшему напарнику.

– Это все?

Тристан заколебался, затем кивнул.

– Так точно, сэр.

– Ясно. – Сент-Фрэнсис повернулся ко мне. Его взгляд и голос были ледяными. – Есть ли тебе что сказать в свое оправдание, солдат?

Ничего такого, что вы примете. Ничего из того, что облегчит мою вину, лишь то, что усилит. Тристан не рассказал вам всего.

– Никак нет, сэр, – обронил я.

– Заберите у него оружие, – приказал Сент-Фрэнсис, кивая на ближайших ко мне солдат. Они шагнули вперед, взяли «М-4» и сняли его с меня. Я не двинулся с места, и солдаты отступили, держа свое оружие направленным на меня. – Я беру тебя под арест, – продолжал Сент-Фрэнсис, – за сотрудничество с врагом и измену Ордену. Мы доставим тебя обратно в штаб, где твоя судьба уже более не будет моей заботой.

Я встретился взглядом с Тристаном, и он отвернулся. Даже после всего, что произошло между нами сегодня, я не мог винить его. Он, как и я, знал, что со мной будет. Меня отвезут обратно в капитул, где мое дело будет представлено присяжным командирам, которые и определят мою меру наказания. Если бы меня признали виновным в измене, то подвели бы к длинной кирпичной стене позади тренировочного лагеря, завязали бы мне глаза, а затем солдаты, стоящие в пяти метрах от меня, расстреляли бы меня. Достойный конец всем тем, кто сочувствует драконам.

Да будет так. Я всегда знал, что смерть придет за мной, рано или поздно. И даже если моя смерть наступит из-за расстрела, а не в пасти дракона, как я всегда думал, по крайней мере, я умру, зная, во что верю. Я умру, спасая кого-то, вместо того, чтобы губить чью-то жизнь.

Когда меня вели к машине, я еще раз взглянул на вершину утеса, за которым Эмбер и другие драконы исчезли в темноте. Они уже давно улетели, сбежав от Ордена, и это немного утешало меня. Я надеялся, что Эмбер будет вспоминать обо мне иногда. И хотя мы были врагами и она никогда не узнает этого, причиной всего – каждого сделанного мной выбора, каждого решения, принятого сегодня, – была именно она.

Потому что орденец влюбился в дракона.

Слабая улыбка тронула мои губы. Оторвав взгляд от неба, я последовал за своими бывшими товарищами по команде через скалы в темноту, оставляя позади пляж, где я впервые встретил дерзкую зеленоглазую девушку-дракона.