Читать книгу "Рождение дракона"

Ложь оставила горький привкус у меня на языке. Мы остановились у выхода, и я не смог удержаться, чтобы не протянуть руку и не провести пальцами по ее волосам. Может быть, я делал это в последний раз.

– Я… позвоню тебе потом, хорошо? – Я надеялся, что хотя бы это не было ложью.

Эмбер наклонилась вперед, нежно коснувшись моих губ своими, и я закрыл глаза.

– Скоро поговорим, – прошептала она и выскользнула за дверь.

Я смотрел, как она уходит, чувствуя, что маленькая часть меня уходит вместе с ней, затем плотно закрыл дверь, оставив за ней Эмбер Хилл и нормальную жизнь.

Тристан навис над ноутбуком, когда я зашел в его комнату, остановившись в дверном проеме.

– Орден только что связался с нами, – объявил напарник, не отрывая глаз от экрана компьютера. – Мы находимся в состоянии круглосуточной готовности. По-видимому, они выслеживают пару драконов, которые избежали набега в Колорадо, и думают, что они где-то в Кресент-Бич. Возможно, они действуют заодно с имитатором. Подкрепление уже в пути. Мы должны будем присоединиться к отряду, когда он прибудет, и пока не поступили указания из штаба, мы ждем. Так что будь готов выдвигаться, как только поступит приказ. – Тень улыбки промелькнула на суровом лице Тристана, и его темные глаза блеснули, когда он взглянул на меня. – Наконец-то какое-то движение. Я боялся, что они забыли о нас.

Я не ответил. Резко развернувшись, Тристан подошел к шкафу, достал оттуда длинный черный чемодан и почти трепетно положил его на кровать. Щелкнув затвором, он провел пальцами по отполированному металлу снайперской винтовки, не отрывая глаз от смертоносного оружия.

– Хватит сидеть сложа руки, следить за домами и подростками на пляже, – пробормотал он. – Мне это уже начало надоедать. Самое время вернуться к войне.

При обычных обстоятельствах я бы согласился с ним. До того, как я приехал в Кресент-Бич, известие об облаве на нескольких драконов заставило бы мое сердце забиться быстрее от нетерпения. Теперь меня переполняла тревога, слабое беспокойство, которое охватило меня и никак не хотело покидать. Я никогда раньше не подвергал сомнению приказы, никогда не задумывался о нашей основной цели. До того, как я встретил одну рыжеволосую девчонку, я видел в драконах лишь монстров, которых нужно выслеживать и уничтожать.

То того, как я встретил Эмбер, все было не так сложно.

– Гаррет, – резко сказал Тристан. Я с опаской посмотрел на него, и напарник пригвоздил меня к месту взглядом. У него была невероятная способность точно знать, о чем я думаю, даже если я никак себя не выдавал, – это наша работа, напарник, – сказал он мне твердо. – Мы оба знали, что все к этому и шло. Все, чем мы занимались, вело к этому моменту.

– Я знаю, – пробормотал я.

– Тогда соберись, потому что Орден уже в пути. К тому времени, когда они сюда прибудут, тебе бы лучше правильно расставить приоритеты.

– Эти твари убили всю мою семью, – сухо сказал я, раздраженный тем, что Тристан сомневается во мне. – Мои приоритеты не изменились. Я знаю, что должен делать.

– Хорошо, – Тристан кивнул и поднял прицел, вглядываясь в линзы, – потому что мы выдвигаемся сразу же, как они приедут.

Я вернулся к себе в комнату, залез под кровать и вытащил большую черную спортивную сумку. Открыв ее, я быстро переоделся: огнеупорный костюм, военная форма, бронежилет, ботинки, перчатки. Шлем и маску я пока отложил, но если их надеть, то ни один кусочек кожи не останется открытым.

Засунув «глок» в кобуру на бедре, я увидел себя в овальном зеркале над комодом. Решительный солдат холодным взглядом смотрел на меня, одетый для боя и готовый к смерти. Это было внезапным резким напоминанием о том, кем я был на самом деле. Последние несколько недель были выдумкой, приятным развлечением. Но пришло время вернуться в реальный мир, к чему меня готовили. Я был солдатом Ордена Святого Георгия. Моей целью было убивать.

Взяв шлем с кровати, я вернулся на кухню, где Тристан уже закрыл все жалюзи и стоял у стойки с ноутбуком. Он тоже переоделся в боевое снаряжение и коротко кивнул, когда я вошел.

– Они установили местоположение гнезда. Готовься. Мы выдвигаемся сегодня ночью.

Эмбер

После того как я покинула квартиру Гаррета, некоторое время я просто бесцельно ехала на велосипеде. Мой разум все еще пребывал в хаотичном беспокойстве. Лекси звонила мне ранее, изъявив желание позаниматься серфингом в заливе, но я знала, что не смогу сосредоточиться для того, чтобы суметь справиться с гигантскими волнами, и в итоге просто буду падать. Кроме того, Лекси, вероятно, поняла бы, что что-то случилось, и хотя она отлично разбиралась с такими человеческими проблемами, как мальчики, одежда и чувства, она не могла мне помочь с проблемами другого рода.

Мне очень хотелось поговорить с Гарретом начистоту и рассказать ему все. После моей тренировки, когда наставница огорошила меня новой информацией, я направилась прямо к его квартире, не зная, что скажу, но уверенная в том, что должна его увидеть.

И это было ошибкой.

Встреча с Гарретом, украденные поцелуи в его комнате, его признания шепотом заставили меня понять, насколько многое я потеряю по окончании лета. Я думала, что лишусь только своей свободы, но даже эта потеря бледнела в сравнении с Гарретом. Он был не просто милым человеческим мальчишкой, с которым можно было заниматься серфингом, играть в видеоигры и ходить на карнавал. Это не было моим мятежным желанием насолить моей наставнице, испытав человеческие эмоции, в то время как у драконов их быть не должно. Нет, я действительно очень хотела быть с ним. От мысли о том, что он уедет, что я больше никогда его не увижу, у меня ныло сердце так, как никогда прежде.

Так что теперь у меня над головой висели два черных облака, которые еще больше сводили меня с ума. Или, может быть, это было одно большое облако, и все мои более мелкие проблемы появлялись из него. Удушающее, гигантское облако под названием «Коготь». Организация утверждала, что люди были низшим видом. «Коготь» запретил нам летать и даже принимать истинное обличье без его разрешения. Он приставил ко мне злую, жестокую наставницу, чтобы превратить мою жизнь в настоящий ад.

«Коготь» хотел, чтобы я стала гадюкой.

Я поежилась, сжимая руль велосипеда. Никогда бы не подумала, что стану гадюкой. Я знала, что не была достаточно большой или сильной, чтобы примкнуть к ящерам, что у меня не было обаяния и грации, которые необходимы были хамелеонам. После разговора с Райли в тот день на пирсе я была почти уверена, что мне суждено стать василиском. Не идеальный вариант, но лучше, чем стать вараном и выполнять скучную бесполезную работу до конца жизни.

Но гадюки – это самые элитные агенты «Когтя». Официально гадюк призывали тогда, когда все другие способы терпели неудачу и нужно было принять крайние меры. Конечно же, их иногда отправляли охотиться за отступниками и дезертирами, чтобы возвращать их в организацию. Во всяком случае, это была официальная версия. Вот почему отступничество считалось настолько же глупым, насколько и опасным. У тебя не было шансов против гадюки, если она оказалась у тебя на хвосте. Гадюки никогда не сдавались, если соглашались на выполнение задания.

Это мое призвание? Охотиться на своих, заставлять их возвращаться в организацию, которая медленно душила меня саму? Это было неправильно. Хотя я понятия не имела, чем на самом деле занимались гадюки. Определенно они не просто выслеживали беглецов. Но когда я спросила об этом у своей наставницы, она просто рассмеялась и сказала, что меня это пока не должно волновать и я обо всем узнаю в нужное время.

Мне нужно было с кем-нибудь поговорить. К Гаррету я побежала инстинктивно, поскольку была расстроена и не могла рассуждать здраво, но он не мог мне ничем помочь в проблемах с «Когтем». Мне нужно было поговорить с драконом, с кем-то, кто понимал, через что я сейчас проходила. И я знала того, кто соответствовал данному описанию.

Оставив велосипед во дворе и поднявшись по ступенькам к дому, я вытащила телефон. Мое сердце громко стучало, когда я нашла его номер и мой палец завис над кнопкой вызова.

Продолжая смотреть в экран, я открыла входную дверь и столкнулась с выходящим из дома Данте.

– Ой. Ауч. Снова, – пожаловался он, отступая назад и потирая подбородок, о который я стукнулась макушкой. – Боже, я будто бы врезался в шар для боулинга. Но я всегда знал, что у тебя голова крепкая.

– Смешно. – Он опять вел себя как ни в чем не бывало, но мне надоело притворяться, и я отступила в сторону. – Лучше иметь в качестве головы шар для боулинга, чем вообще не иметь шаров.

– Бьешь ниже пояса, сестренка. – Данте наморщил лоб, глядя на меня сверху вниз. – Ты в порядке?

– В порядке. Да и вообще, тебе не все ли равно? – Данте не двинулся с места, и я попыталась проскользнуть мимо него в дом. – Разве тебе не нужно заняться вещами, которые «Коготь» ждет от тебя? Подлизывание, подхалимство и тому подобное?

– Ясненько, кто-то не в настроении. – Я проскользнула мимо него, но вместо того, чтобы уйти, Данте проследовал за мной в гостиную. В тон его голоса закралось подозрение. – Не хочешь рассказать мне, что произошло?

– А ты слушать будешь? – вызывающе спросила я, глядя на него поверх кухонной стойки. – Или просто сдашь меня «Когтю», если я скажу что-то неправильное?

Лицо Данте исказилось от боли и гнева.

– Так, хватит, – прорычал он. Прошагав через кухню, он наклонился через стойку и понизил голос, заговорив резким шепотом. – Когда это я не слушал тебя, Эмбер? – требовательно спросил он. – Ты все твердишь мне, что я не на твоей стороне, но я только и делал, что заботился о тебе. Я врал нашим опекунам ради твоего блага, закрывал глаза на то, что ты нарушаешь правила. Я обманывал ради тебя, когда ты отправилась летать, прикрыл тебя, когда ты не вернулась с вечеринки, и не доложил, что ты разговаривала с отступником. Я даже ничего не сказал по поводу тебя и Гаррета.

Я вздрогнула от удивления.

– Откуда?..

– Лекси сказала мне, – мрачно сказал Данте. – И мне было неприятно слышать об этом от нее, а не от тебя. Ты раньше мне все рассказывала.

Он выглядел искренне обиженным, и мой гнев стал утихать. Возможно, я была несправедлива по отношению к брату. Насколько я могла судить, Данте не сообщил «Когтю» о возвращении Райли. Он прикрыл меня с вечеринкой и ни словом не обмолвился о моем незаконном ночном полете с Кобальтом. Может быть, Данте просто боялся. Возможно, он заботился обо мне так, как умел.

– Ты обвиняешь меня в том, что у меня от тебя секреты, – сердито продолжал Данте, – но это ты все скрываешь. Мне все равно, чем ты занимаешься с людьми, Эмбер. Мы должны влиться в общество и научиться их поведению, заставить их думать, что мы одни из них, но при этом помнить, что это не так. И когда-нибудь человечество узнает об этом.

Я подскочила на месте.

– Тебе так твой наставник сказал?

– Какое это имеет отношение к делу?

Прищурившись, я развернулась к Данте.

– Куда они тебя определили? – Я устала ходить вокруг да около, устала от секретов с обеих сторон. Мне нужны были ответы, и я надеялась, что все еще могу рассчитывать на то, что мой брат-близнец поможет мне. Данте моргнул в замешательстве, и я продолжила давить на него, воспользовавшись преимуществом. – Фракция, Данте. Кто ты? Куда «Коготь» тебя определил?

Брат замер, и на секунду мне показалось, что он не ответит, сказав, что не может говорить об этом. Но затем он прислонился к стойке и вздохнул.

– В «Хамелеоны».

Я упала духом.

– Ага, так и думала. Тебе подходит. – Я могла представить Данте в деловом костюме, как брат улыбается, разговаривая с влиятельными людьми и чувствуя себя при этом как рыба в воде. – Ты сразу впишешься.

– Ты о чем вообще? – спросил Данте, нахмурившись. – Это важная миссия. – Его глаза сверкнули, когда он посмотрел на меня. – А что? Куда они тебя определили? В отряд «Варанов»? «Ящеров»? Туда, где твой горячий темперамент не спалит все вокруг?

– В «Гадюки».

Кровь отлила от лица Данте. Его глаза расширились, и он отступил на шаг назад. Его яркие рыжие волосы представляли шокирующий контраст с его побледневшим лицом.

– В «Гадюки»? – почти прошептал он, и мое сердце пропустило удар. – Они определили тебя в «Гадюки»?

Я кивнула, и по моей спине пробежал холодок. Из всех возможных реакций такой я не ожидала.

– Наставница сказала мне сегодня утром, – пояснила я. – Я думала об этом весь день.

По крайней мере, в то время, когда была не с Гарретом. Я хмыкнула и скрестила руки на груди, стараясь скрыть подступающий страх.

– Конечно же, они не спрашивали меня, чего мне хочется, хочу ли я вообще быть гадюкой. Почему именно им решать, что лучше для меня? Если я этим буду заниматься до конца жизни, то почему сама не могу решить? – Данте продолжал смотреть на меня с ужасом, написанным на лице, и моя уверенность возросла. – Должно быть, произошла ошибка, – сказала я. – Они наверняка неправильно меня оценили, каким-то образом нарушили алгоритм или вроде того. Я не хочу быть гадюкой. Я не хочу охотиться на своих сородичей и тащить их в «Коготь». Они ведь этим занимаются, да? Если я сбегу…

Ужас на лице Данте усилился.

– …они отправят за мной гадюку, чтобы вернуть меня.

Мой брат-близнец ничего не ответил. Я опустила голову на стойку, чувствуя холодный мрамор на своей разгоряченной коже, и закрыла глаза.

– Я так не могу, – сказала я. – Все это неправильно. – Открыв глаза, я умоляюще посмотрела на Данте, желая, чтобы он понял, чтобы он снова был моим братом. – Данте, что мне делать?

– Эмбер, послушай меня. – Данте обошел стойку и взял меня за плечи, впившись пальцами в мою кожу. Его изумрудные глаза серьезно смотрели на меня. – Ты станешь гадюкой, – сказал он низким твердым голосом, – потому что так решил «Коготь». Ты не можешь с ними спорить. Если ты попытаешься… – Он утих, сердито посмотрев на меня, пока я с ужасом глядела на него. – Не спорь с ними, – закончил он. – Просто прими тот факт, что будешь гадюкой. С этим ничего нельзя поделать. Как только ты примешь это, все станет проще, я обещаю.

Я вырвалась из хватки Данте и попятилась от него, качая головой. Он не последовал за мной, просто продолжал смотреть на меня печальными, обеспокоенными глазами.

– Так будет лучше, – настаивал он. – «Коготь» знает, что делает. Тебе нужно просто довериться им. Хватит упрямиться, сестренка. Все это ради будущего, ради выживания нашей расы. Если ты сможешь уничтожать врагов «Когтя», то этого вполне достаточно для того, чтобы хотеть стать гадюкой. Тебе стоит гордиться.

Я не могла ничего ответить. Мне нечего было сказать ему. Я просто развернулась, вышла из кухни и направилась к себе в комнату. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком – незначительным звуком, который стал индикатором того, что связь, которая должна была быть нерушимой, разорвалась. Я больше не узнавала своего брата. «Коготь» забрал его у меня.

Сев на кровать, я снова достала телефон. На этот раз я не колебалась. Данте что-то знал о гадюках: я видела это на его лице, в той короткой вспышке ужаса и страха, когда я впервые произнесла это слово. Но теперь он стал для меня незнакомцем, кем-то, кого я не знала. И если он не давал мне ответов, тогда я пойду к тому, который сможет это сделать.

Привет. Ты свободен? – написала я, пытаясь игнорировать взволнованную дрожь в животе от моего дракона, который извивался от радости.

Как и в прошлый раз, всего через несколько секунд ответ появился на экране.

Для тебя – всегда, Искорка. Встретимся в том же месте через 15 мин.

Я наблюдала за тем, как экран гаснет, и некоторое время просто смотрела на него. Я собиралась встретиться с драконом-отступником второй раз за неделю. Я злилась на Данте, испытывала отвращение к свой наставнице и чувствовала себя немного виноватой из-за Гаррета. Я не хотела, чтобы мой разговор с отступником прервали те, кто будет пытаться звонить мне.

Я приняла решение. Выключив телефон, я положила его на комод, повернулась и вышла из дома.

Райли

Я опустил телефон и засунул его в карман джинсов. Что ж, лучше и быть не могло. Я планировал сам связаться с Эмбер этим вечером, сразу после того, как установил бы с Уэсом последние сигнализации и датчики движения вокруг дома. Все складывалось благополучно.

В кухню вошел Уэс с усталым видом. Его глаза были тусклыми, а волосы еще более взлохмаченными и неопрятными, чем обычно.

– Ну, все готово, – пробормотал он, открывая холодильник, чтобы достать содовую. – Сигнализация на месте, датчики движения готовы к работе, и система официально работает. Если на подъездной дорожке появится мышь, мы об этом узнаем.

– А где те двое? – спросил я.

– Я оставил их внизу смотреть по ящику «Мстителей». После того, как они съели почти все, что было в доме. – Уэс открыл банку, залпом выпил половину и громко рыгнул. – Чертовы детеныши с бездонными желудками. Ты ведь скоро пойдешь в магазин, да, приятель? Я о том, что мы вообще-то собираемся тут торчать довольно долго, пока ты будешь увиваться за той девчонкой. – Он осушил банку, сжал ее и выбросил в мусорное ведро. – Я все еще думаю, что это чертовски глупо, Райли. Нам нужно убираться отсюда к чертовой матери, а не сидеть и ждать, пока избалованная соплячка «Когтя» примет решение.

Я схватил свою кожаную куртку со спинки дивана и натянул ее, выходя из комнаты. Уэс нахмурился.

– Ты куда намылился? – окликнул он меня.

– На встречу с избалованной соплячкой. – Я подбросил ключи от мотоцикла в воздух, поймал их и ухмыльнулся человеку через плечо. – Пожелай мне удачи. Если все пойдет по плану, мы сможем уехать раньше, чем ты думаешь.

– Просто великолепно, – огрызнулся Уэс. – Я так рад, что не спал всю ночь, а устанавливал сигнализацию.

Закатив глаза, я закрыл дверь в ответ на извечный пессимизм Уэса и направился в гараж за мотоциклом. В этот раз нам ничего не должно помешать. В этот раз я заберу Эмбер у «Когтя» для ее же блага.

* * *

Эмбер стояла, прислонившись к перилам, когда я зашагал по дощатому настилу. Ее волосы развевались на ветру, когда она смотрела на воду. Даже в человеческом облике я почти мог видеть ее дракона, который подставил голову ветру и расправил крылья, чтобы взлететь в воздух. Я сглотнул и приказал себе успокоиться. Каждый раз, когда я видел Эмбер, мой восторг становился сильнее. Я чувствовал жар в венах, желание ощущать ее рядом, прижать к себе и никогда не отпускать.

Шагнув к Эмбер, я поставил локти на парапет и склонился над океаном.

– Нам нужно перестать видеться таким образом, Искорка.

Эмбер покосилась на меня с улыбкой и легким румянцем, который залил ей щеки.

– Привет, Райли, – тихо сказала она, и ее голос практически затерялся в шуме накатывающихся волн. – Спасибо, что снова встретился со мной. Уверена, у тебя были другие дела, которыми бы ты мог заниматься.

Например, подготовка к атаке? Или побег из города с двумя детенышами до того, как орденцы вынесут нашу дверь?

– Не совсем. Но я в любом случае всегда найду время для тебя. – Я развернулся к ней боком, улыбнувшись шире, когда ее румянец стал темнее. – Так что случилось на этот раз? – спросил я, стараясь говорить спокойно. – Твоя наставница еще больше над тобой издевается? Они стали использовать на тебе резиновые пули вместо краски?

– Нет. – Эмбер пыталась отломить щепку от парапета. – Я… просто узнала, куда меня определили. Чем я буду заниматься… до конца жизни.

– А… Распределение по фракциям. Оно всегда помогает раскрыть глаза. Я был так уверен, что меня отправят к ящерам, учитывая боевую подготовку. – Эмбер снова попыталась отломить щепку, не особо слушая, что я говорю, и я понизил голос. – Так куда они тебя определили, Искорка? К «Варанам» или «Василискам»? Без обид, но ты маловата для «Ящеров».

Эмбер закусила губу, и ее глаза потемнели.

– В «Гадюки», – пробормотала она. – Они определили меня в «Гадюки».

В «Гадюки».

Мое сердце едва не остановилось. В городе была гадюка. Все это время. Черт, почему я раньше не спросил об этом Эмбер, когда мы разговаривали вчера о ее тренировках? Если бы я знал, что «Коготь» поручит ей быть гадюкой…

Я выругался и постарался не поддаваться панике. Эмбер моргнула, глядя на меня в замешательстве.

– Райли?

– Эмбер, твоя наставница… – выдохнул я, наклоняясь ближе, и девушка посмотрела на меня с опаской и удивлением, но не отступила. – Как ее зовут? Как она выглядит?

– Я не знаю, как ее зовут, – ответила Эмбер, все еще хмурясь. – Она никогда не говорила. Но она высокая, у нее длинные блондинистые волосы, зеленые глаза…

– Она круто дерется?

– Да.

– Невероятная садистка?

– О, да. – Глаза Эмбер расширились. – Ты знаешь ее?

Я провел рукой по волосам, чувствуя, как внутри все леденеет.

– Лилит, – процедил я, заставляя себя сохранять спокойствие и не оглядываться через плечо на случай, если она сейчас наблюдала за нами. – Лилит все это время была твоей наставницей?

– Кто такая Лилит?

Я проигнорировал ее вопрос.

– За тобой следят? – требовательно спросил я, и девушка нахмурилась. Я схватил ее за запястье, заставив подскочить от неожиданности. – Эмбер, ты кому-нибудь говорила, куда ты пошла? Хоть кто-то знает о том, где ты сейчас?

– Нет!

Эмбер особым образом изогнула руку и выдернула ее из моей хватки, удивив меня этим, но всего на секунду. Конечно, она могла за себя постоять, учитывая, что ее тренировала Лилит. Чего я ожидал?

– Райли, что происходит? Кто такая Лилит?

Украдкой я сделал еще один успокаивающий вдох, прислонившись спиной к парапету с безразличным видом, как будто бы ничего не случилось. Я снова небрежно оглядел пирс в поисках другого дракона, хотя знал, что это бесполезно. Если Лилит не хотела, чтобы ее видели, я не смогу ее заметить.

– Мы не можем говорить здесь, – тихо сказал я, надеясь, что Эмбер последует моему примеру и сделает вид, будто ничего не произошло. – Если ты хочешь знать, кто такая Лилит, что она на самом деле делает для «Когтя», пойдем со мной прямо сейчас. Я отвезу тебя в безопасное место. Но мне нужно, чтобы ты дала мне слово, что никому не расскажешь о том, что видела или слышала. Понятно? – Я взглянул на нее краем глаза, мой голос стал жестким. – От этого зависят жизни, Эмбер. Это больше не игра. Обещай, что никому не расскажешь: ни брату, ни опекунам и особенно своей наставнице. – На мгновение я закрыл глаза, надеясь, что еще не слишком поздно. – Если она уже не знает, что я здесь.

Лицо Эмбер было бледным, но она кивнула.

– Я никому ничего не скажу. Обещаю.

Я коротко кивнул.

– Хорошо. Следуй за мной и постарайся вести себя естественно.

Девушка хмыкнула.

– Это ты, вообще-то, ведешь себя странно.

Не ответив, я зашагал по пирсу, притворяясь беззаботным, но при этом оставаясь начеку. Если Лилит была здесь, то нам нужно было быстро выбираться из города. Оставаться тут, когда солдаты Ордена могли быть у нас на хвосте, и так было очень рискованно, но встретиться с гадюкой, ошивающейся поблизости, было просто самоубийством. Особенно если этой гадюкой была Лилит.

Я надеялся только на то, что женщина пока еще не знала о нас. Что она приехала в Кресент-Бич тренировать Эмбер, а не специально ради меня. Если это так, то у нас был шанс. Было время. Я все еще смогу увезти всех в целости и сохранности.

И, надеюсь, когда мы уедем из города, моя наивная маленькая Искорка – протеже Лилит – поедет с нами.