Текст книги "Сердце в осколках"

Глава 24

Отработав еще два месяца в режиме нон-стоп за смешные деньги, которых ни на что не хватает, я начинаю активнее искать новую работу. Выписала себе несколько интересных адресов, договорилась на субботу, чтобы пройти собеседование.

После еще одного тяжелого рабочего дня возвращаюсь домой. Мира впереди, Дарину забрала пораньше забрала бабушка.

– Да ладно? – слышу такой знакомый голос, и улыбка сама собой появляется на губах. Не могу не узнать этого теперь уже мужчину.  – Лина? – вырастает передо мной Юрка.  – Офигеть!

– Привет, – смотрю на этого высокого, широкоплечего, похорошевшего, но все такого же рыжего, с хитрым лисьим взглядом, полным нежности, старого знакомого.

Юрка ровесник Тима. Я еще в школе училась, когда он начал за мной ухаживать. Помню, мы даже пробовали встречаться, но ссорились чаще, чем строили отношения. Юра заполнял собой мое время в промежутках между Ростовским, когда я все чаще избегала этого придурка. Друг, именно так я воспринимала этого парня, постоянно промывал мне мозги, что Ростовский мне не подходит. Однажды они с друзьями даже немного побили его и потребовали, чтобы тот больше не появлялся рядом со мной. Но я была дурой, как показала жизнь.

Потом наши пути разошлись. Его забрали в армию, я успела выйти замуж и родить двоих детей. А сейчас безумно рада видеть этого человека. Он – это одно из самых теплых воспоминаний о моей прошлой жизни.

– Ты очень торопишься? – интересуется Юра.

– Дома старшая дочка ждет, – я все еще улыбаюсь.

– И муж? – сразу заходит в лоб.

– Нет. Только дочка, – хорошее настроение начинает резко испаряться.

– Ммм, – и морда у него такая довольная сразу! – Погуляем завтра? Ты так же, у бабушки?

– Да, – киваю в ответ.

– Тогда часов в шесть заскочу за вами. Сходим куда-нибудь, поболтаем. Номер свой оставь, а то мало ли, вдруг что поменяется, – наседает Юра. Но делает это ненавязчиво и очень по-доброму. Он всегда такой.

Он берет у меня номер телефона, оставляет свой и берется проводить до дома. У подъезда неожиданно быстро чмокает в щеку и сбегает довольно улыбаясь. Вот же…

Ни черта не изменился!

Впервые за эти месяцы я вернулась домой в искренне хорошем настроении. Юра не дал ему упасть и поддерживал всю дорогу до моего подъезда.

В голове вместо болезненных воспоминаний каруселью закружились те моменты, что проживала с этим забавным парнем. Мы с ним даже поженились в шутку у памятника Николаю Островскому, когда гуляли в парке. Он подарил мне тогда букет из полевых ромашек, и мы еще по-детски и неумело целовались.

Бабушке он не нравился. Парень из простой семьи. Тоже «бесперспективный». Мама его ко мне очень тепло относилась и тоже шутила, что вот с такими качелями в отношениях мы когда-нибудь обязательно поженимся. Пророчество не сбылось. Мы потерялись на несколько долгих лет. И чудо, что встретились именно сейчас. Я уже и не надеялась снова его увидеть.

В выходной пробежав по собеседованиям и получив ответ «Мы вам перезвоним», который равен «Вы нам не подходите. У вас нет опыта работы и есть маленькие дети», вернулась домой. В следующую субботу будет еще один забег и так до тех пор, пока я не найду что-то лучше, чем есть сейчас.

Во мне царят противоречивые чувства, но я все равно готовлюсь к встрече с Юрой. Мы ведь просто друзья. Люди, которые давно не виделись. Нет ничего плохого в том, что мы погуляем и поговорим. Правда ведь? Нет?

– С мужем помирилась? – интересуется мать.

– Нет, – подкрашиваю ресницы у зеркала.

– Собираешься, как на свидание, – усмехается она.

Не свидание это!

Убеждаю сама себя. Но так приятно внутри. Мне кажется, я забыла, когда в последний раз так искренне улыбалась. Запрещаю себе думать о муже. Мне больно думать о нем и да… я тоскую. Он занимает очень много места в моем сердце и моей жизни. Каждая наша встреча под предлогом увидеть детей заканчивается слезами. Я все еще учусь жить без него и стараюсь не подпускать слишком близко.

Тим просит прощения, просит шанс, чтобы все исправить.

Звонит его мама. Она скучает по внучкам и не отвозить их к бабушке, которая столько мне с ними помогала, неправильно. Только я не могу… Приехать туда, значит окунуться с головой во все то, от чего я пытаюсь уйти.

Я люблю мужа. Это чувство не стало слабее, но Тим смешал его с грязью.

Не хочу думать сегодня об этом!

Сегодня я хочу улыбаться всем назло. Назло своей боли!

Собрала девчонок, и мы все вместе спустились вниз.

– Ух ты какие, – улыбается Юра разглядывая детей.

Мелкие встали как вкопанные, смотрят на него с любопытством, на меня с вопросом.

– А поздороваться? – напоминаю им. Отмирают и даже улыбаются дяде.

– Сколько я всего пропустил, – Юра протягивает мне руку, но я не позволяю себе дать ему свою. Он все понимает, просто убирает их в карман.

Мы идем в тот самый парк, с которым у меня связано очень много разных воспоминаний. Аттракционы уже не работают, да и лесопосадку запустили. Наш с Юркой памятник снесли еще несколько лет назад, но мы все равно идем именно туда.

Дети играют в догонялки, а мы болтаем о всяком.

– Я думал о тебе, – признается Юра.

– Ты так внезапно исчез.

Я ведь о том, что он в армию ушел, узнала от его мамы. Сам он ничего мне не сказал и не написал ни разу.

– Подумал, так будет лучше. У нас ведь с тобой были совсем разные чувства друг к другу, – улыбается он. – В какой-то момент я понял, что бороться бесполезно и решил испариться и не мешать тебе.

– Ты мне никогда не мешал, – от его признания становится волнительно. Я знала о его чувствах. Он сейчас во всем прав. – А еще, – перевожу тему. – Ты так и не дал мне развод! – напоминаю про нашу детскую шалость.

– Я ждал, когда рядом с тобой появится тот, к кому я смогу тебя отпустить.

– У меня семья, – смотрю в его красивые глаза.  – Теперь отпустишь?

– Не-а, – подмигивает Юрка. – Раз ты здесь, со мной, значит пока я делаю все правильно и наш «брак» остается в силе.

– Сумасшедший, – смеюсь в ответ.

– За это я тебе и нравился.

Настроение на высоте. Мы играем с девчонками в догонялки, смеемся и шутим. Потом идем в магазин, Юра покупает им сок и сладости. Хотела вернуть ему деньги, но он так на меня посмотрел, что стало стыдно.

– Ты изменилась, – на пути к дому он все же берет меня за руку.

– Это плохо? – плавно вытаскиваю пальцы из его ладони, он перехватывает их, сжимает чуть сильнее.

– Пока не знаю. Предлагаю повторить сегодняшний загул, – чувствую, как его большой палец гладит тыльную сторону моей ладони. Мне некомфортно, но и не отворачивает. Меня просто откидывает по эмоциям на десять лет назад. Он тогда делал так же.

– А давай! – неожиданно для самой себя соглашаюсь и тут же замираю на месте.

Девчонки с криком «Папа» бегут обниматься к отцу. Тим сидит на скамейке у подъезда и не сводит с меня напряженного ревнивого взгляда.

Юра идет со мной к подъезду. Протягивает руку Тиму, представляется. Тим на автомате пожимает широкую ладонь мужчины.

Между нами троими возникает столько напряжения, что еще немного и электрические разряды будут видны в воздухе.

– Почему ты не позвонил? – обращаюсь к Тиму.

– А я должен предупреждать? – муж удивленно вскидывает бровь. – Я к жене и детям приехал, Лин, – напоминает, будто я сама не знаю.

– Я могу остаться, если нужно, – врезается голос Юры в эту накаленную атмосферу.

– Нет… Все хорошо, – только конфликта тестостерона мне при девчонках не хватает. – Позвони мне, ладно? – прошу друга отчасти делая это специально, но еще и потому, что я бы повторила такой день, как был сегодня.

Слышу, как зло сопит Тим, как скрипят его зубы. Мне хочется улыбнуться такой реакции.

– Обязательно, – обещает Юра, прощается с детьми и уходит, оставляя меня наедине с разозлившимся мужем.

– Даже так?

Я прямо вижу, как его кроет. Он всегда был собственником.

Всегда было: «Ты только моя… моя девочка… хочу, чтобы ты сидела дома»

Вот это вот его «моя», «хочу» почему-то сейчас не вызывает трепета или романтических чувств. Это скорее раздражает. Я настолько растворилась в семье, что окончательно потеряла себя.

Нет, я не стала любить мужа меньше. Не стала менее благодарной за все, что Тим для меня сделал. Просто за время, что мы живем отдельно, я посмотрела на наши с ним отношения со стороны и картинка мне не понравилась.

Ведь если абстрагироваться от эмоций, что у нас было за все это время?

Сначала он собирал меня по частям и закрыл собой от всего мира. С ним я поняла, что меня могут любить, а не просто хотеть. С ним я стала мамой для двух замечательных девчонок. А потом подкосило его… Это никак не оправдывает его загул и откровенное предательство. Никак не уменьшает мою боль от того, что и как он сделал. Это дает понимание точек, в которых все стало трещать по швам, и мы не смогли удержать то, что стало стремительно разваливаться.

Нам нужно выстроить дистанцию, а дальше будет понятно, в каком направлении двигаться. Друг к другу или наоборот. Я делаю это первой и спокойно прошу его начать предупреждать меня о своих визитах.

– Что у тебя с ним? – не унимается Тим.

– Сейчас это тебя не касается.

Подталкиваю девчонок в сторону подъезда. Мы нагулялись, пора домой. Они еще раз обнимают отца, только меня он отпускать совсем не хочет. Ловит за руку, тянет к себе, заставляет смотреть в глаза.

– Пожалуйста… не надо так. Не отталкивай меня. Лина, я не могу без вас… Без тебя не могу. Я даже спать не могу, потому что тебя нет рядом.

– Еще недавно все было иначе, – стараюсь не замечать тепло его руки на замерзших пальцах. – И без нас тебе было вполне нормально.

– Нет! – он снова сжимает зубы. – Это была ошибка! Долбанная ошибка, Лин! Я… у меня с ней давно ничего нет.

– А она то знает, что была просто ошибкой? – все же выдергиваю руку из его ладони.

Тим молча достает мобильный из кармана, набирает номер, ждет… Я вижу, как его потряхивает, как при температуре. Бледный, напряженный.

– Привет… – слышу на том конце женский голос. Он больно царапает за живое, хочу уйти, но меня не отпускают. – Я в очередной раз хочу сказать, чтобы ты не звонила мне больше. Я люблю свою жену, люблю детей. Все закончилось, понимаешь? – слышу крик в его адрес, но не разбираю слов. – То, что случилось между нами, большая ошибка. Нет, ты не виновата, это я дебил.

Он сбрасывает первым. До него пытаются дозвониться, но номер уходит в черный список. Тим смотрит на меня несколько секунд. И я даже понимаю, для чего он это сделал. Видимо, та сторона его загула не хотела ставить точку в их отношениях, а он решил таким образом показать мне, что там действительно все.

– Я пойду, – мелкими шагами отступаю как можно дальше.

– Не надо, – срывается его голос. – не уходи. Давай попробуем все с нуля. Я очень тебя прошу.

Я все же ушла. Снова ревела, снова ломало, а через неделю прошла собеседование и меня пригласили на новую работу.

Компания занимается производством, наполнением и продвижением сайтов. Так уж вышло, что на ее владельца оформлено сразу несколько ООО. Вторая располагается в том же помещении и занимается торговлей как в розницу из торгового зала, так и в сети. Туда тоже нужен человек. Меня спросили, смогу ли я совмещать, ведь в зале не всегда есть клиенты и это время можно заполнить работой на вверенном сайте. Как я могла отказаться? Это мало того, что интересно, это еще и сразу две зарплаты с официальным трудоустройством.

В понедельник я пришла с заявлением к заведующей детского сада. Она улыбнулась и подписала его без положенной отработки в две недели. Сказала, что я еще долго продержалась. Миру оставляют в детском саду. За счет того, что дочку сразу определили в логопедическую группу, она так и будет ходить в нее бесплатно.

Очень счастливая от того, что хотя бы здесь у меня все складывается хорошо, с удовольствием соглашаюсь на очередное приглашение от Юры провести время вместе.

Парень вновь заполняет все моё свободное время собой, не нарушая личные границы.

Я выхожу на новое место работы и мне до нервной икоты становится смешно.

В этой же компании на должности мастера по ремонту компьютерной и оргтехники работает муж!

Глава 25

– Я здесь не при чем, – с довольной улыбкой Тим приветствует меня и скрывается в небольшой мастерской.

– Ну да, конечно, – бурчу себе под нос занимая свое новое рабочее место.

Мне здесь нравится все от нового компьютера до девочки за соседним столом. Она вводит в курс дела, помогает сориентироваться в программах. Мы легко находим общий язык и на перекурах смеясь болтаем о разном. Если бы не присутствие мужа поблизости, дышать было бы гораздо легче, но это не та ситуация, в которой я буду вставать в позу из-за него. Это мой шанс реализоваться, научиться чему-то новому и финансово выдохнуть.

Изо дня в день я все больше втягиваюсь в процесс. Полученные еще в поселке знания облегчают работу. Новому начальству нравится моя обучаемость и исполнительность. Шеф быстро перетягивает меня выше и дает на пробу курировать новый проект с нуля. Это совсем другая работа. Она командная. Я постоянно общаюсь с заказчиком, отслеживаю выполнение технического задания другими специалистами. Мы обсуждаем дизайн, расположение кнопок и функционал сайта, ведем переговоры на счет рекламы.

Параллельно я восстанавливаю свои навыки по работе с программой «1С», разбираю договора с корпоративными клиентами по своей второй должности. Розницей там оказывается все не ограничивается. Общаюсь с поставщиками и учусь оформлять участие в тендерах для гос. организаций.

А на моем столе все чаще возникают то шоколадки, что вкусный кофе. Тим окутывает меня своим ненавязчивым вниманием. Радует, что он находится в распоряжении моей коллеги и со мной по работе почти не взаимодействует, только иногда, когда я ее замещаю, на меня ложится дополнительная нагрузка по работе с мастерской. Но я перестала остро реагировать на присутствие Тима. Мы можем спокойно выйти покурить все вместе, и никто никого не пошлет.

Муж перестал давить на меня, что тоже позволило выдохнуть. Потому что его постоянное «Вернись ко мне…», «Давай попробуем сначала…» не давали облегчения. Они лишь ковыряли рану, не успевающую заживать. Слова больше не имеют значения. В нашем языке их много. А вот действия человека, изменения в его поведении говорят гораздо больше.

Углубляясь в работу, где надо много учить, читать, анализировать, я продолжаю это делать и со своей жизнью. Моих ошибок в наших с Тимом отношениях было тоже немало.

С Викой, так зовут мою коллегу, мы теперь не только сидим за соседними столами в торговом зале, мы еще и дружим. Оно получилось само, мы даже не заметили, как стали общаться вне работы, ездить друг к другу в гости на вино с сыром и весело обсуждать мужиков. Она тоже рано замуж вышла. У меня Мира ровесница ее дочери и дети тоже легко нашли коннект.

Вот так странно играет с нами жизнь. Еще недавно я была одна, уже не надеясь на какие-то перспективы. Тихо зализывала свои раны и старалась выкарабкаться из ямы, в которую попала. Но в какой-то момент все так резко развернулось, что я пока не до конца в это верю.

У меня снова блестят глаза, на губах все чаще играет улыбка, фигура вернулась в прежнее состояние и в гардеробе появились интересные вещи.

Сегодня я выбрала одну из таких. Я просто влюбилась в эту блузку, потому с удовольствием застегнула каждый крючок и затянула шнуровку на манер корсета. Красивое, довольно глубокое декольте со сборкой по краю приподняло и очертило грудь. Едва заметная полоска на тон темнее подчеркнула талию, а черные брюки идеально сели на бедра. Мне так нравится, что теперь я могу все это себе позволить. Не надо просить и чувствовать вину за то, что сижу у кого-то на шее.

На работу приехала чуть раньше остальных, открыла наш офис-магазин, сделала себе кофе. Настроение отличное и еще больше оно поднялось, когда Тим откровенно на мне залип. Он приехал вторым и завис взглядом на декольте. На его лице проявилась масса эмоций от интереса до возмущения. А потом комплемент от исполнительного директора отправил мужа нервно курить на улицу.

Вика со смехом прошла до своего рабочего места.

– Издеваешься над мужиком? – беззлобно упрекает подруга.

– Я? – делаю большие честные глаза. – И не думала. Надо больно. Меня Юра вечером в кафе позвал, – сообщаю ей.

– А… ну да, это многое объясняет, – с сарказмом играет красивыми бровями Вика.

Тим весь день ходит, как на иголках. Исполнительный сегодня крутится на месте подкармливая нас с Викой апельсинами. А к вечеру к нам заваливается забавный не совсем трезвый клиент. Симпатичный мужчина с юмором выбирает соляную лампу кому-то в подарок. Отвешивает шутки в формате 18+ . Мы с Викой с удовольствием поддерживаем его настроение.

– А можно мне еще ручку, пожалуйста, – просит он у меня, когда основная покупка оформлена. Канцелярки немного у нас тоже есть, потому что рядом расположена школа. Без проблем наклоняюсь к витрине и понимаю, что он смотрит совсем не на ручки.

– Красивая, – подмигивает клиент.

– Спасибо, – удивительно легко принимаю ненавязчивый комплемент.

– Пойдем покурим, – слышу со стороны, поворачиваю голову и встречаюсь с ревнивым взглядом мужа. Наш водитель положил ему руку на напряженное плечо, сжал пальцы, а потом подтолкнул в сторону двери. – Идем-идем.

– Твой? – напоминает о своем присутствии мужчина и высыпает мелочь прямо на стекло витрины. Этот простой вопрос вдруг ставит меня в тупик, но ситуацию спасает Юра. Он заехал за мной прямо на работу под конец рабочего дня. – Вопрос снят, – смеясь клиент забирает все свои покупки, весело прощается с нами, уходит.

Мы с Викой тоже быстро собираемся. Парни возвращаются с улицы. Мне кажется, у мужа сегодня случится нервный тик, потому что Юрка берет меня за руку и уводит к двери лишь кивком головы здороваясь и одновременно прощаясь с Тимом.

– Это пиздец! – слышу злое рычание за спиной и по полу с металлическим скрежетом ножек громыхает стул, врезается в мой рабочий стол.

– Спокойно, – тихо смеется мне в ухо Юра зная, что Тим видит эту сцену.

Провокатор, блин!

***

За нашими спинами зло громыхает железная дверь магазина. Мужчины закрывают, ставят на сигнализацию, расходятся кто к машине, кто на остановку.

– И что это было? – смеясь толкаю друга в плечо.

– Урок! – он многозначительно поднимает вверх палец. – Вам обоим, – подмигивает и тянет меня за руку по пешеходному переходу.

Мы классно проводим вечер. Я знаю, что девчонки под присмотром. Мне с ними очень помогает бабушка, потому я позволяю себе тратить немного времени на личные удовольствия. А Юрка продолжает быть моим лекарством. Он принимает дружескую дистанцию, не навязывается на что-то большее. Я просто делюсь с ним впечатлениями о прошедшем дне, он слушает, рассказывает в ответ. Провожает меня домой, где мы снова встречаемся с Тимом. В руках мужа букет роз в прозрачной поблескивающей от света фонарей пленке. Тим с цветами – это такая редкость, что я никак не могу оторвать взгляда от этой картинки.

– Я поеду, – говорит мне Юра, немного не доходя до подъезда.

Перед ним становится неудобно. Благодарю за вечер, машинально целую в щеку ничего незначащим дружеским чмоком, кажется, добивая своего мужа. Чувствую себя семнадцатилетней девчонкой, дразнящей своего парня, но ничуть не виню себя за это.

Тим тоже сейчас больше походит на подростка нежели на взрослого мужчину. Я считываю с него все: волнение, ревность, злость и тоску. Давно не видела его таким открытым. Муж протягивает мне цветы. В каждом его движение видно сильное напряжение.

– Давайте сходим куда-нибудь все вместе, – охрипшим голосом предлагает он. – С этой работой я почти не вижу детей.

Мы садимся на скамейку у подъезда. Я вдыхаю запах нежных бутонов с капельками воды на красных лепестках. Неловко и напряженно разговариваем. Я рассказываю, как девчонки, Тим больше слушает, только иногда задает вопросы, когда я замолкаю.

– Мне пора, – поднимаюсь первая. – Спасибо за цветы. Увидимся на работе.

– Лин, так что насчет моего предложения? – Тим делает шаг ко мне, но замирает, сохраняя дистанцию.

– Я подумаю до завтра, – потому что и правда не готова пока дать ответ.

На следующий день все же даю согласие. Не для себя, для детей, которые очень скучают по отцу, но прошу Вику пойти с нами. Получается такая непринужденная прогулка. Я больше общаюсь с подругой, а муж все свое внимание отдает детям. Так и должно быть. Он ведь с ними время провести хотел, вот пусть этим и занимается. Только домой мы все равно едем вчетвером. Мира заснула у отца на коленях прижав голову к груди. Даринка тоже сидит рядом с ним и держит за руку. Тим смотрит на меня, а я на картинку в целом. Сердце болезненно сжимается от того, что я вижу.

Отвернувшись к окну, гоню от себя все болезненные воспоминания, которые накрывают моментально. Сложно залечить раны так быстро. Такие вот семейные моменты больно царапают их, напоминают о том, чего мы лишились.

Тим помогает мне поднять девчонок в квартиру. Под строгим взглядом бабушки укладывает Миру в кровать, я снимаю с нее верхнюю одежду, укрываю одеялом. Даринка тоже укладывается. Замотали мы их сегодня.

– Удели мне еще минуту, пожалуйста, – просит муж.

Целую детей, гашу ночник и выхожу за Тимом в подъезд.

Шокировано смотрю, как он опускается на колени прямо на грязный пол. Делает несколько судорожных вдохов, берет меня за руки, и я вроде сначала хочу их отдернуть, но в последнюю секунду что-то останавливает.

– Линка, прости меня.

Я второй раз в жизни вижу, как он плачет. Тихо. Может и сам не замечает, как из красивых зеленых глаз по щекам течет всего пара слезинок, но они такие настоящие, что внутри меня снова все рвется… теперь от непонимания, как сейчас правильно среагировать, потому что простить я не готова, но оттолкнуть, когда вот так просят прощения тоже неправильно.

– Встань, – прошу его. Он отрицательно качает головой и касается губами моих пальцев. Слезинка с его ресниц попадает мне на кожу прохладной каплей.

– Я умоляю… Лина, я сделаю все, что ты скажешь. Все, что захочешь. Не гони меня из своей жизни. Не надо. Я квартиру нашел недалеко от работы, – все же поднимается муж, но не отпускает моих рук. – Она маленькая, но нам хватит. Тот чертов дом продадим. Мы больше не вернемся туда. Будем здесь все вместе.

– Я пока не знаю, что тебе сказать, – с трудом выдавливаю из себя слова.

– Не говори, – улыбается Тим. – Подумай.