Текст книги "Танцы на стеклах"

Эпилог

Сидя на теплом песке, смотрю, как вдоль берега с визгом носятся дети.

– Мама! – Тая возмущенно топает ногой по теплой воде. – Скажи им.

– Не-а, – кручу головой. – Сами разбирайтесь.

– Ну, ма-а-ам. Гришка, Мишка, отстаньте! Хватит за мной ходить! – фыркает моя девочка.

А два сорванца продолжают ходить за сестрой хвостиками. С ними только отец справляется.

Соколов оказался снайпером или кто-то там наверху его услышал и решил, что мы достойны получить в качестве неожиданного сюрприза сразу двоих пацанов, как и мечтал мой муж.

Я сказала ему «да», но мы не готовились и специально ничего не планировали. Пять лет назад в июле мы втроем уехали в отпуск через пару дней после того, как Демид получил документы о разводе. А в сентябре вернулись впятером. Тася у нас тогда в первый класс пошла, а муж светился от счастья. Помню, как подшучивала над ним: «А если девочки?».

«Пацаны, – со стопроцентной уверенностью заявлял он. – Мои Соколы. Гришка и Мишка».

Вон, носятся теперь Соколы по берегу Средиземного моря, пока их отец решает важные вопросы в недавно выстроившемся здесь отеле.

Дёма много вкладывает в наших детей. Тая учится в лучшей школе. Я была против частной, но мужчина сказал, у него амбиции. Их необходимо поддерживать и подпитывать. К тому же дочке нравится, и образование отличное, и за дисциплиной следят.

Футболом Тая больше не занимается. В двенадцать лет в ее гардеробе стало больше платьев, появилась шкатулка с личными украшениями и даже первая, еще совсем детская влюбленность в самого отъявленного хулигана из параллельного класса.

Вот тут я Демиду вмешиваться запретила.

Я очень хочу, чтобы наша дочь училась самостоятельно распознавать в людях то, что спрятано у них внутри. Мальчишка может и хулиган, и учится не так хорошо, как некоторые одноклассники, но он нашего мышонка защищает, если вдруг кто посмеет задираться. А я рядом всегда со своей малышкой. Предательство Даниила не прошло без следа. Тася любит Демида, называет его отцом, но в ее жизни целых семь лет был и другой «папа». Мышонок помнит о предательстве Аверьянова и иногда, очень редко, но все же к ней приходят кошмары событий пятилетней давности.

Гришка и Мишка получились похожими на папу за одним исключением. К темным волосам отца добавились мои голубые глаза и длинные пушистые ресницы. Что-то мне подсказывает, что нас с Демидом ждет очень тяжелое взросление наших Соколов, потому как уже сейчас, когда им всего по четыре, они прекрасно умеют манипулировать и добиваться своего.

Потому и справляется с ними только отец. На него эти чары не действуют.

В следующем году Демид обещал плотнее заняться дисциплиной наших Соколов. Он уже договорился с одним футбольным клубом, который, что называется, выращивает кадры с нуля, и наших мальчишек там ждет место, как только они достигнут подходящего возраста. А пока они по вечерам гоняют с отцом мяч на пляже.

– Мама, почему они меня совсем не слушают? – рядом со мной плюхается обиженная Тая. – Я же старшая!

– Может ты слишком сильно нос задираешь по этому поводу? – щекочу ее. Падает спиной на песок и звонко смеется.

– Папа! – наперебой визжат мальчишки и шустро срываются с места в сторону Демида.

Он успел снять обувь, завернуть светлые брюки почти до колена. Ловит их. Гришку сажает на одну согнутую в локте руку, Мишку – на другую.

– Ну наконец-то! Папа скажи им, чтобы перестали меня доставать! – просит его Тася.

– Так, я не понял, Соколы, – включается режим строгого папы, – вы опять старших не слушаетесь?

Маленькие голубоглазые хулиганы строят ему глазки. Не работает. Д ёма не приклонен. Отчитывает их почти как взрослых. Отпускает и идет ко мне. Тая тактично уходит, чтобы ее отец мог поцеловать маму.

– Как все прошло? – глажу его по колючей щеке.

– Побриться надо, – виновато вздыхает он, – забыл утром.

– Ты утром не забыл, а проспал, Соколов. А я говорила! – ерошу пальцами его темные волосы.

– Еще скажи, что тебе было плохо, – делает вид, что обиделся.

– Мне было очень хорошо, – шепчу ему прямо в ухо, чтобы дети не слышали. По его загорелой шее бегут мурашки. Дую на них, он шипит и щипает меня за попу. – Кыш, – шлепаю его по рукам. – Рассказывай.

– Да все там нормально, как всегда. Команда отработала на пятерочку. Решили мелкие нюансы, подписали бумаги. Торжественное открытие отеля в следующие выходные. Все, не хочу больше о работе.

Он стягивает рубашку через голову. Поднимается, снимает брюки и с разбегу ныряет в море. Я едва успеваю поймать рванувших за отцом Мишку и Гришку.

– Да пусть лезут, Ась. Вода – огонь просто.

– Они уже набултыхались. Недавно футболки заставила одеть.

– Понял.

Выходит из воды, садится рядом со мной на песок.

– Ась, мысль одна не покидает сегодня весь день, – целует меня в плечо. С носа, ресниц, волос капает вода. Вытирает предплечьем, кладет мне на плечо подбородок. – Давай купим здесь дом. Вам же тут нравится.

– Мы можем останавливаться в отеле, – напоминаю ему.

– Отель – это работа, а я тебе про дом. Чтобы только наше, без всяких там постояльцев и администраторов. М?

– Давай попробуем, если тебе хочется.

– А тебе?

– Если ты будешь рядом, Соколов, то мне все хочется, – целую его в холодные соленые губы.

– Люблю тебя, – муж с удовольствием отвечает на мой поцелуй, на мгновение забывая, что мы не одни на этом частном пляже.

Мальчишки быстро напоминают о себе, снова навалившись на отца.

– Я тоже тебя люблю, Соколов, – улыбаюсь, глядя на их возню на песке. – Очень-очень вас всех люблю.

КОНЕЦ.

25.06.2022