Читать книгу "Наследник для императора"

Глава 21

– Они летят! – крикнула Ингрид, вбегая на исходе дня в гостиную, где я сидела, уютно завернувшись в теплый плед, в кресле рядом с камином.

В руках я держала любовный роман, где главные герои были драконами. Эта история чем-то напоминала сказки, которые рассказывала мама в детстве, поэтому от прочтения оставалось приятное впечатление. Резкий крик и стремительное вторжение в мой спокойный мир заставили вздрогнуть и уронить книгу на пол в опасной близости от огня.

Легко подскочить, как в былые времена, уже не получалось – заметно округлившийся живот не позволял делать необдуманных и резких движений. Я вообще в последнее время стала медлительной и слегка заторможенной в действиях и мыслях, периодически выпадая в какую-то другую реальность, отключаясь от окружающего мира.

От слов подруги сердце замерло. Такая долгожданная встреча драконов, летящих к нам сквозь непогоду, радовала и тревожила одновременно. Что они несут на своих крыльях? Какие новости нас ожидают? Удалось раскрыть заговор Торонта? Арестовали предателя? Вопросы лихорадочно мелькали в голове. Ведь Дрегаса не было почти три месяца, за это время многое могло произойти.

Дождь тихо шелестел на открытой террасе. Мы закутались в теплые плащи, накинули на головы капюшоны и не отрываясь смотрели на приближающиеся точки с очертаниями драконов.

– Дрегас! – Произнеся имя любимого мужа, Ингрид кинулась на грудь супругу, прижимаясь к промокшему мужчине.

– Желаю здравствовать, Кетрин, Ингрид! – весело поздоровался Дирк.

– Кетрин, – приветливо кивнул мне Дрегас, не в силах оторваться от жены.

Я улыбнулась драконам и приветствовала их в ответ, с нетерпением ожидая рассказа о событиях в столице. Мужчины улыбались, было видно, что они очень рады наконец-то вернуться в Орлиное гнездо, где их очень ждали.

– Вы голодны? – спросила Ингрид, входя в дом. – Ой, ну о чем я спрашиваю? Кетрин, помогай накрывать на стол!

Мы сбросили мокрые плащи на руки драконам и засуетились на кухне. Мужчины аккуратно повесили нашу и свою одежду, а затем не пожелали уходить из теплого помещения, где все аппетитно шкварчало и пахло. Они устроились в сторонке, чтобы не мешать, при этом не спуская с нас взглядов.

Я смущалась, ловя на своей округлившейся фигуре любопытные мужские взоры, откровенно осматривающие мои новое габариты. Дрегас замер, в какой-то молчаливой задумчивости переводя взгляд с меня на Ингрид, одаривая обеих теплотой и нежностью. Было приятно ощущать такие эмоции от дракона. От Дирка исходило скорее любопытство, но все же иногда сквозь добродушие мелькала нотка недовольства. Помня об отношении богини к молодому дракону, старалась держаться в его присутствии спокойно, с достоинством и на расстоянии.

– Все готово! – оповестила Ингрид всех собравшихся. – Помогите отнести блюда в столовую.

Дрегас с Дирком с готовностью пришли на помощь. Радость от встречи уютно согревала, создавая праздничную атмосферу за столом. Беседа, пока все ужинали, была оживленной. Мужчины говорили об общих знакомых, о событиях в столице, не сворачивая на серьезные темы, разговора о которых мы так трепетно ждали.

– Кетрин, ты позволишь тебя обнять? – с какой-то проникновенно-трогательной нежностью попросил Дрегас, когда ужин закончился и Ингрид ушла готовить горячее какао на кухню.

Я была тронута до глубины души его заботой. Дрегас был тактичен не только со мной, но и с женой, уважая ее чувства. Весь ужин ощущалось нетерпение, исходящее от дракона, – он так сильно хотел прикоснуться ко мне, но сдерживался, чтобы не огорчать свою супругу.

– Конечно, – улыбнулась в ответ я.

– Кет, котенок, – прошептал он мне в волосы, прижимая к себе и напоминая о том, что когда-то между нами произошло. – Как ты себя чувствуешь?

– Со мной все хорошо, – встретилась с ним взглядом.

Приятная забота будущего отца о матери своего наследника согревала душу. Удивительно, но к этому мужчине я не ощущала никаких претензий. Вся странная ситуация, сложившаяся между нами, казалась вполне нормальной. Тактичный Дрегас вселял в меня уверенность, искреннее расположение Ингрид поддерживало все это время.

– Красавица стала, правда, Дирк? – улыбаясь, спросила Ингрид своего деверя.

– Ты тоже похорошела, дорогая, – отозвался Дрегас, выпуская меня из объятий.

От Дирка вновь пришла странная волна недовольства и восхищения. Молодой дракон сидел в том самом кресле, где находилась я перед их прилетом, и держал в руках оброненный мной любовный роман.

– Горный воздух пошел мне на пользу, – согласилась с мужем Ингрид. – Но если вы сейчас же не начнете рассказывать о расследовании, то будете хоронить мой хладный труп, потому что я скоро скончаюсь от любопытства, – пригрозила напоследок она и демонстративно плюхнулась на диван, сложив руки на груди.

– Нет, твоей смерти я не допущу, да еще столь мучительной, – рассмеялся Дрегас и начал свое повествование.

Как я уже знала со слов богини, улик император против друга детства не нашел. Старейшины прибыли в столицу одни, целителя на подъезде к городу кто-то из верных слуг или соучастников предупредил, хотя Дрегас постарался первым делом арестовать всех, кто близко общался с предателем и убийцей. Поняв, что эффект неожиданности не сработал, Дрегас начал официальное расследование, что вызвало огромный интерес старейшин рода. Теперь дракону приходилось не только самому расспрашивать, но и отвечать на очень неудобные вопросы с их стороны.

Именно поэтому расследование затянулось настолько долго. Однако упрямому дракону удалось найти нити заговора. Оказалось, что друг детства начал свои покушения на жизнь Ингрид уже давно. Именно его рук делом оказалось то роковое падение с лошади во время охоты. Как бы ни старался Торонт скрыть улики, выдающие его причастность к тому давнему случаю, все же знание, что именно искать и как расспрашивать, привело к своим результатам.

Помощник кучера на конюшне, уже давно уволившийся и открывший лавку в провинциальном городе, вспомнил раннее утро, когда застал Торонта выходящим из стойла. Тогда лошадь Ингрид захромала, и ей оседлали другую смирную лошадку. Именно она испугалась на охоте змеи и шарахнулась в сторону, подпруги не выдержали и лопнули, в результате чего императрица, носившая дитя, упала на камни. Дальше все было сделано профессионально. Торонт «заботился» о пострадавшей беременной, не подпуская никого, и добился того, чего хотел, – у Ингрид случился первый выкидыш.

После этого случая Дрегас, оберегавший любимую жену, послушно следовал всем рекомендациям целителя, в чьей преданности не сомневался, ведь тот сутками сидел рядом с Ингрид, отвлекаясь лишь на кратковременный отдых. Теперь-то, подумав и сопоставив факты, Дрегас был уверен, что основной задачей предателя было не спасение жизни ребенка, как Торонт об этом говорил, а наоборот – поддержание магической паутины, выгонявшей плод из тела матери.

Ингрид очень переживала во время этого рассказа. От нее исходила волна отчаяния, даже представить не могу, через что ей пришлось тогда пройти. Ведь во мне сейчас тоже живет маленькая кроха, и вот так вдруг его потерять… Мне стало страшно. Я прикрыла руками живот, будто защищая ребенка от коварных людей. Неожиданно от Дирка пришла волна сочувствия, когда он заметил мое движение. Дрегас и Ингрид переживали заново прежние события, вспоминая и уносясь мыслями в прошлое.

Дирк летал по империи, разыскивая мага, Дрегас продолжал допросы, попутно отбиваясь от старейшин.

– Старейшины очень интересовались, кто остался с тобой рядом в Орлином гнезде, – с усмешкой поведал нам Дрегас. – Пришлось сказать, что отправил к тебе вооруженный отряд для охраны.

– Ты думаешь, что нам могла грозить серьезная опасность? – спросила Ингрид.

– Пока рядом никого не было, вы были полностью в безопасности. Охранная магия докладывала мне о каждом передвижении и изменении в контуре. А вот если бы я действительно направил к вам кого-то для охраны, такой уверенности уже не было бы. Если уж Торонт, которого я считал другом детства и доверял ему, как себе, оказался предателем, то что я могу сказать о посторонних? – со вздохом признался Дрегас.

Мне стало искренне жаль дракона. Жить, подозревая каждого, очень тяжело, но это единственный шанс сохранить жизнь себе, жене и ребенку. Дирк сочувственно посмотрел на старшего брата, ведь ему больше всех понятно такое положение дел, самому приходится постоянно быть настороже. Как же непросто все складывается у тех, кто облечен властью. Друзья оказываются предателями, и только избранная является утешением в таком круговороте. Дрегас и Ингрид – та самая пара, где отношения полностью доверительные, где любовь всеобъемлющая. Каким-то непостижимым образом я оказалась втянута в эти игры драконов и теперь могу запросто оказаться следующей жертвой, если обо мне узнают старейшины.

– Что думаешь делать? – спросила Ингрид мужа, когда он закончил свой рассказ.

– Думаю, что Кетрин нужно покинуть Орлиное гнездо, – ответил Дрегас.

– Почему? – нахмурилась Ингрид.

Мне тоже казалось, что здесь будет безопаснее всего, собственно, я уже настроилась, что рожать буду здесь, а повитухой выступит Иршана. Зачем покидать уединенное место?

– Все из-за Торонта, – сурово ответил «наш муж». – Мы не смогли его найти до сих пор, его мотивы для меня остались невыясненными, а это тревожит не на шутку.

Повисла мрачная пауза. Я чувствовала, что Ингрид встревожилась за меня, от Дирка и Дрегаса исходила уверенность и настороженное ожидание. Мужчины внимательно смотрели на нас, не торопили, позволяя самим понять и принять правильное, по их мнению, решение. Наверняка они долго обсуждали этот план, прежде чем предложить нам.

Покидать обжитое и казавшееся весьма надежным Орлиное гнездо очень не хотелось, тем более драконы прилетели обратно, а в их присутствии никто не посмеет причинить вред мне и моему ребенку. Но ведь Дрегас из каких-то соображений решил, что мне здесь небезопасно, а потому нужно хорошенько подумать, прежде чем отказываться покидать уютный домик в горах.

– Ты думаешь, что Торонт нападет на меня здесь? – прервала наши мрачные размышления Ингрид.

– Уверен, – твердо произнес Дрегас. – Это его единственный шанс остаться в живых. Не знаю в точности, на что он рассчитывал, стараясь тебя убить, но сейчас Торонт знает, в чем его обвиняют. Розыскная сеть работает день и ночь, сканируя через равные промежутки времени все магические вспышки силы. Кроме того, уверен, что он не один был в этом заговоре против тебя и меня, просто необходимо узнать, кто стоит за его спиной. Не верю, что друг, с которым мы знакомы с детства, мог по собственной воле стать врагом. И очень хочу найти того, кто подтолкнул Торонта к предательству.

– Может быть, старейшины? – выдвинула предположение Ингрид.

– Это наиболее вероятно, – согласился с ней Дрегас, – но остальные варианты тоже нужно иметь в виду.

– Кто-то хочет власти? – спросила я.

– И этот вариант мы рассматривали, – на этот раз отозвался Дирк. – Мне тоже приходится быть весьма осторожным, потому что если это действительно заговор с тем, чтобы сместить Изумрудный род с престола, моей жизни также угрожает опасность.

– Я тебе говорил, – с нажимом произнес Дрегас, оборачиваясь к младшему брату, – женись на леди Раймоне.

От этих слов сердце у меня вдруг дрогнуло. Конечно, я просто беспокоилась о своей безопасности, и мне очень не хотелось, чтобы пострадали Ингрид и драконы. Оба брата.

– Не желаю становиться мужем отмороженной ящерицы, – прорычал в ответ Дирк.

– Это спасет твою жизнь, – строго произнес Дрегас.

– Я готов рискнуть, – с вызовом посмотрел в глаза старшему брату молодой дракон.

– Дирк, послушай… – вновь начал убеждать его Дрегас.

– Тихо, мальчики! Споры на сегодня прекращаем, Кетрин давно пора отдыхать, пожалейте нервы беременной женщины. Сейчас все расходимся по своим комнатам, а утром со свежей головой еще раз обдумаем все предложения, – прервала заспоривших драконов приказным тоном Ингрид.

– Ты права, дорогая, – тут же успокоился Дрегас.

Тот взгляд, которым одарил император свою супругу, говорил о многом, а уже на ощущениях до меня дошла огромная волна нежности, любви и желания. «Кажется, Ингрид сегодня не удастся хорошо выспаться», – с улыбкой отметила про себя я. После такого продолжительного времени вынужденного воздержания вдали от любимой жены Дрегас не успокоится, пока не вкусит в полной мере всех прелестей брака.

– Я провожу Кетрин, – неожиданно предложил Дирк, когда Ингрид, уже собираясь уходить, бросила на меня обеспокоенный взгляд.

– Сама дойду, – отмахнулась от предложенной помощи. – Беременность – это не болезнь.

Супружеская чета уже вышла из гостиной. Дрегас крепко прижал к себе Ингрид, обнимая ее рукой за талию, и они оставили нас с Дирком вдвоем. Я нагнулась и потянулась за тонкой шерстяной шалью, что лежала на спинке дивана. Обычно в доме всегда было тепло, зажженные камины изгоняли сырость из всех углов, но иногда в коридорах гуляли сквозняки, да и на террасах бывало прохладно, так что шерстяную шаль всегда старалась держать под рукой, не забывая носить с собой. Кроме того, она такая приятная на ощупь, что мне просто нравилось ощущать мягкую ткань в руках.

– Позволь, я помогу, – произнес молодой дракон, быстрым движением перехватывая шаль.

– Господин Дирк, я не больна и не нуждаюсь в посторонней помощи, – строго отчитала его.

– Я понимаю, но почему-то ты так трогательно выглядишь, что мне хочется заботиться о тебе, – улыбнулся в ответ на мою отповедь навязчивый кавалер.

Строго посмотрела на него, развернувшись к нему лицом. Не хватало еще неприятностей с Судьбой, если богиня узнает о том, что дракон решил за мной поухаживать. Но Дирка, судя по всему, не напугал мой грозный вид. Он взмахнул шалью и закутал меня в теплую ткань, при этом его руки легли поверх, слегка сжимая плечи. Ненавязчиво, ровно настолько, чтобы тут же отнять их, если я буду сильно возмущаться.

Вот сейчас он мне нравился. Очень. Куда-то исчезло самодовольство и нахальство, а в глазах светились нежность и доброта. «Наверное, растаял, когда увидел беременную женщину», – сделала предположение я. Желание поцеловать его обожгло неожиданно, заставив вздрогнуть, но дракон крепко держал себя в руках, а я не могла отвести от него взгляд.

Темные, как у Дрегаса, глаза сейчас лучились добрыми чувствами ко мне, перепутать было невозможно. Это был все тот же Дирк и в то же время совершенно другой, неуловимо изменившийся. Лицо, разрез глаз, коротко стриженные волосы с выбритыми символами рода, высокий лоб, прямой нос и чувственные губы, которые в прошлый раз так настырно целовали мои.

Ко мне вновь прилетело его желание поцеловать меня и прижать к себе. Я осторожно стала освобождаться из таких крепких объятий, которые в любой момент могли одним движением приковать к себе и никуда не отпустить. Только я очень хорошо запомнила произнесенное в его адрес богиней Судьбы: «Обожаю!» Было страшно, словно балансировала на тонкой грани, где малейшее неловкое движение грозит гибелью.

– Я пойду, – выдохнула, делая шаг назад.

– Могу проводить, – шагнул следом Дирк, окутывая своими чувствами и будоражащими желаниями.

– Нет, не надо! – поспешно сказала я и заторопилась на выход.

– Кетрин! – понеслось мне вслед, но я старалась больше не задерживаться и поскорее скрыться в своей спальне, куда, я была в этом уверена, молодой и очень красивый дракон не посмеет войти.

Звук закрывшейся двери – и я прижалась к косяку, стремясь восстановить бешеное дыхание. Этого просто не может быть! Дирк не мог настолько измениться, это по-прежнему наглый и ухмыляющийся дракон. От таких, как он, надо держаться как можно дальше, иначе…

Додумать эту мысль было откровенно страшно.

Утром за завтраком вновь вернулись к обсуждению моего отъезда.

– Кетрин будет сопровождать Дирк, – заявил Дрегас в ответ на все наши с Ингрид возражения. – Мы с тобой останемся и будем здесь находиться все положенное время. Когда придет срок, Дирк вызовет нас и Иршану.

– План простой, но имеет множество недочетов, – упрямо спорила с ним Ингрид.

– Я тебя внимательно слушаю, – склонил голову Дрегас, давая возможность ей высказаться.

– Где еще есть такое же надежное убежище, как Орлиное гнездо? – задала главный вопрос Ингрид.

– Они отправятся в гости к леди Гротт. – Губы Дрегаса тронула легкая улыбка, он перевел взгляд на замершую от неожиданности меня и спросил: – Кетрин, ты бы хотела встретиться с мамой и выяснить все обстоятельства своего рождения?

– Д-да, – выдавила я потрясенно.

– Под крыло драконицы, – прищурилась понятливо Ингрид.

– Вот именно, – многозначительно ответил Дрегас.

– Но я бы не хотела, чтобы мама видела меня… такой, – запнулась в объяснениях я.

– Кетрин, мне придется иногда покидать Орлиное гнездо, дела империи требуют моего постоянного присутствия в столице. Вас с Ингрид я не могу перевезти с собой. Даже если я оставлю здесь Дирка, реальная угроза от Торонта заставляет меня спрятать тебя. Твоя мать будет защищать и укрывать тебя так же, как я, – внушительно произнес дракон.

– Я не знаю, я не уверена, – заколебалась я.

– Кетрин, можешь мне поверить, я знаю, о чем говорю. Лучшего места, чем дом твоей матери, представить невозможно, – улыбнулся ободряюще Дрегас.

– Как я ей объясню, что должна отдать ребенка после родов? – всполошилась я.

– Ничего ей не говори, – твердо проговорил Дрегас, – объяснения будут потом, уже после того, как все случится.

– Мне это не нравится, – наконец произнесла я, долго и мучительно обдумывая предложение дракона.

– Мне тоже, – тут же поддержала меня Ингрид. – Слишком большой риск.

– Я буду рядом, – сказал Дирк. – Кроме нас троих, никто не знает, кто отец ребенка, так что опасности для Кетрин вдали от Орлиного гнезда практически никакой.

– Не уверена, – немного сбавила тон Ингрид.

Я же разрывалась между желанием увидеть маму и расспросить ее о моем отце и страхом появиться перед ней в интересном положении.

– Кетрин, ты пробудешь рядом с леди Гротт ровно столько, сколько пожелаешь. Дирк может разъезжать по империи совершенно свободно, его отсутствие никого не насторожит, а потому он будет тебя охранять и защищать. Тебе же сейчас безопаснее находиться вдали от нас с Ингрид. Торонт не будет слишком долго прятаться. Боюсь, что, упустив предателя, я невольно ускорил развитие событий, – продолжал убеждать меня Дрегас.

– Но если Ингрид останется здесь, тогда ей будет угрожать опасность, – резонно, как мне казалось, возразила я.

– Пусть только сунется, – обрадованно оскалилась подруга.

– О нас не беспокойся, я приму все возможные меры. – Дрегас накрыл руку Ингрид своей и пожал ее, поддерживая жену.

– Кетрин, со мной ты будешь в полной безопасности, – полностью развернувшись ко мне, сказал молодой дракон.

– Не нравится мне эта идея, – покачала я недовольно головой.

Но Дрегас прав, больше никому доверить мою безопасность он не мог. Гвардия, солдаты, маги слишком ненадежны. Ведь возникнут вопросы, кто эта беременная женщина, которой требуется такая мощная защита? Вот тогда проблем будет еще больше, слухи дойдут до старейшин и до Торонта.

– Кетрин, мне тоже не хотелось бы расставаться с тобой, но, кажется, нам придется согласиться с доводами Дрегаса, – спустя долгое время произнесла Ингрид. Потом, поймав мой взгляд, добавила: – Я рассчитывала на помощь Торонта, когда делала тебе предложение. Я думала, что все положенное время мы проведем здесь в уединении, а друг-целитель будет иногда приезжать и присматривать за твоим здоровьем. Как же я рада, что ничего ему не рассказала и он не знает о твоем существовании. Теперь только я нахожусь под угрозой, но с учетом того, что не беременна и предупреждена о его предательстве, Торонту будет не так-то просто справиться со мной в защищенном доме, где драконья магия пронизывает все пространство.

Глава 22

Погода благоприятствовала нашему отъезду. Солнце за последнюю неделю периодически проглядывало сквозь набухшие облака, вобравшие в очередной раз в себя влагу из моря, но дождь не торопился обрушиться на наши головы.

Ингрид лично проверила все необходимое в моем багаже и сейчас давала указания, где и что лежит.

– Я все помню, – в который раз говорила подруге.

– Знаю я, как помнят беременные. Сплошные провалы, а потом нервотрепка, что простого платка под рукой не оказалось, – назидательно выговаривала мне Ингрид, чем вызвала понимающую улыбку на лице мужа. – Дирк, возьмешь на себя все заботы о Кетрин. Думаю, ты помнишь, как я психовала из-за того, что не могу чего-то найти.

– Помню, конечно, – понимающе улыбнулся молодой дракон и вскочил в седло.

Моя смирная лошадка флегматично уткнулась взглядом в мокрую каменистую дорогу под копытами и ни на что не реагировала, иногда лишь помахивая хвостом. Переметные сумы, набитые одеждой и провизией, распределили по двум лошадям – моей и Дирка. Мой сопровождающий с нетерпением ожидал окончания затянувшихся проводов, а лошадь под ним переступала с ноги на ногу.

Дрегас легко приподнял меня и усадил в седло боком. Ехать в штанах с моим животом было очень неудобно, так что пришлось воспользоваться дамским седлом, которое нашлось в конюшне Орлиного гнезда.

– В путь! – махнул рукой Дрегас, положив начало нашему долгому пути.

Аргат – город, в котором я выросла и где прошло мое детство, находился у подножия Пертинских гор, а это означало, что мы поедем по дороге вдоль всего горного массива, потом пересечем Шуйский лес и только потом, спустя день пути, окажемся у второй горной гряды. Пертинские горы и Тарлинский хребет окружали границы империи на северо-западе и севере. Шумная и бурная река Литинка брала свой исток среди горного массива, при этом разрезая его на Пертинские горы и Тарлинские. Шуйский лес начинался сразу на равнине, при этом молодые деревья норовили увеличить территорию и цеплялись корнями за каменные уступы. Климат слишком суров на севере, часто бывает сход лавин по крутым скалам, так что растительность если и покрывала Пертинские горы, то скорее низкорослая, в отличие от Тарлинского массива. Впрочем, сами горы не были высоки, в отличие от Пертинских, где снежные шапки лежали даже в самое жаркое лето.

Гномы не зря облюбовали это место и обустроили город Аргат. В труднодоступных горах скрывались залежи драгоценных металлов и железные руды, позволяющие ковать не только оружие, но и сельскохозяйственный инвентарь. На фабрике, где работала мама, из золота и серебра делались ювелирные изделия. Конечно, к тонкой работе гномы никого не допускали, а вот обработка породы доставалась наемным рабочим. Объемы были небольшие, так что за место на фабрике держались, стараясь угодить владельцам. Сетовать на трудные условия было не принято, слишком много было желающих работать, чтобы прокормить семьи.

Мужчины уходили на заводы по выплавке металла для оружия, а вот женщин и детей брали на фабрику, где требовались ловкие пальцы, перетирающие травы и листья, необходимые для добавления при очистке серебра и золота. Вдыхая испарения, многие быстро зарабатывали химические ожоги легких, подхватывали воспаление легких и туберкулез на вечных сквозняках, гуляющих в цехах. С одной стороны раскаленные печи, с другой – гудящие вытяжки, сквозь которые уходила гарь.

Дрегас прав, я никогда не задумывалась, каким образом в таких условиях на фабрике мама смогла проработать двадцать лет и при этом сохранить свое здоровье. В детстве это казалось нормальным – мама сильная, здоровая, заботливая, любимая и всегда рядом. А потом я сбежала в погоне за лучшей жизнью, соблазнившись блеском столицы. Тем более что для меня в Аргате будущее существовало только все на той же фабрике гномов. Представить себя изо дня в день сидящей в полумраке каменного мешка, называемого гномами «цехом», не могла. Поэтому, наверное, почувствовав обожание и вожделение мужчины, приняла это за настоящую любовь. Неопытность сказалась, и я сбежала из родного города, не предупредив маму о своем поспешном решении навсегда покинуть дом. Ответственность за последствия своих поступков пришлось нести в полной мере, в этом богиня Судьбы права: каждый шаг определяет наше будущее.

Воздух в долине всегда теплее, чем в горах. Еще чувствовались его теплые порывы, кое-где виднелись осенние цветы в последних попытках поймать лучи солнца, а под ногами расстилался ковер из опавших листьев, приглушающий цокот копыт наших лошадей.

– Заночуем в Чапре, там есть приличные гостиницы, – поравнявшись со мной, произнес Дирк.

В ответ молча кивнула. Местность незнакомая, поэтому оставалось лишь довериться моему сопровождающему. Дракон выглядел молодцом, лошадь под ним играла, перебирая ногами, чувствуя, какого всадника везет на своей спине.

Спуск оказался не таким трудным, как мне казалось с высоты площадки Орлиного гнезда. С Ингрид мы прибыли в закрытой карете, а сейчас было страшновато преодолевать тот же путь верхом. Но дорога оказалась наезженной, без ухабов, ее даже не размыли постоянные ливни, проливающиеся каждый день. Единственное объяснение, которое приходило на ум, что и здесь магией поддерживается отличное состояние дороги. Ведь это единственный путь, который связывает домик в горах с поселениями людей у их подножия. Раз в неделю приходил обоз с продовольствием, а значит, необходимость поддерживать в нормальном состоянии горную дорогу была насущной необходимостью, а так как я не встретила никаких рабочих за время всего пути, то предположения о магии были весьма реальными.

Шуйский лес гостеприимно распахнул свои объятия, обдав легким запахом прели. Здесь дождь порождал новую жизнь: грибы выглядывали из-под опавших листьев, ярко-красные ягоды боярышника и шиповника висели на тонких ветках кустов, призывая мелкое зверье и птиц делать запасы на зиму. Это не казалось увяданием жизни, скорее подготовкой к началу другого отрезка времени, закутанного в снега, как в белоснежные меха. Наверняка сейчас на полях собирают последний урожай, радуясь тому, что осень затянулась, не позволяя зиме накрыть ранним покровом землю.

– Устала? – заботливо спросил Дирк, заметив, что я отпустила поводья смирной лошадки и стала растирать онемевшие кисти рук.

– Немного, – отозвалась я.

Очень хотелось отдохнуть, все же спуск оказался продолжительным, и далее мы продолжали путь, не делая остановок. Впрочем, негде было.

– Уже недолго осталось до гостиницы, – попытался подбодрить меня Дирк.

В ответ лишь благодарно кивнула. «Разнежилась рядом с Ингрид», – укорила я себя.

– Господин Дирк, может быть, пройдемся? – высказала свое пожелание.

– Отличная мысль, – поддержал меня молодой дракон.

Он остановил свою лошадь, ловко спешился и подошел, протягивая руки. С такой же легкостью поймал меня в свои сильные объятия и поставил на землю.

– Кетрин, нам надо поговорить, – неожиданно произнес Дирк.

– О чем? – удивленно посмотрела на него я.

Приятно было размять ноги, а не засиживаться в одном положении в седле. Лошади спокойно шли в поводу, видимо также считая, что небольшой отдых без всадников пойдет им во благо.

– Кетрин, твое интересное положение уже заметно, – начал Дирк, тщательно подбирая слова.

Я невольно запахнула сильнее теплый плащ, скрывая округлившуюся фигуру. Впрочем, Дирк прав, это не очень поможет в путешествии.

– В гостинице я буду представляться твоим мужем, так будет возникать меньше вопросов. Ты не против? – вежливо поинтересовался молодой дракон.

Я раздумывала над его словами. Да, Дирк прав. Будет возникать много ненужных вопросов и предположений у посторонних людей, заметивших мое положение и рядом со мной молодого мужчину. Точнее сказать, у всех будет убежденность в том, что Дирк отец ребенка.

– Пожалуй, вы правы, – задумчиво протянула я.

– Тогда прекращай мне выкать и называть господином, – предложил дракон.

– Я не смогу, – запротестовала я.

– Кетрин, но ведь супруги так друг к другу не обращаются, – мягко, с укоризной сказал Дирк.

Прикусила язык, чтобы удержать чуть не сорвавшиеся слова «а мы не супруги», ведь я только что согласилась с его предложением.

– Я не смогу, – призналась в итоге.

– Хорошо, – кивнул в ответ на мое признание Дирк. – Тогда просто молчи. Я сам буду вести переговоры.

– Согласна, – пришлось ответить мне.

Чем дальше развивалась эта история, тем беспокойнее становилось у меня на душе. Вначале все было так просто – я вынашиваю и произвожу на свет наследника бездетной пары, получаю вознаграждение и живу дальше своей обеспеченной жизнью. Потом оказалось, что «наш муж» – дракон, да еще император, и о его наследнике беспокоятся не только жена и целитель – друг семьи, но и старейшины рода, а друг вообще оказался предателем. Теперь я сбегаю от реальной опасности под крылышко мамы, которая вполне может быть тоже драконом. Как же все запуталось!

Богиня Судьбы лихо закрутила наши жизни, переплетая события и действующие лица. Дирк, заставляющий волноваться в его присутствии, от которого волнами накрывает странная смесь желания и сожаления. И напоследок признание самой богини в чувствах к молодому дракону.

Бездна, как же все сложно! Трудно разобраться в своих эмоциях и желаниях, а события разворачиваются так, что вопросы множатся, а найденные на них ответы только усложняют ситуацию.

Во всем этом радовало только мое состояние. Если вокруг беременности завертелся вихрь событий, то само счастье вынашивания крохотной жизни, растущей во мне, согревало сердце и наполняло душу нежностью и какой-то детской восторженностью. Очарование этого времени ничто не могло разрушить. Крохотный дракончик требовал своего права на жизнь, его отец и любящая приемная мать ждут появления на свет наследника не меньше, чем я, а может быть, даже больше. Просто я не тороплюсь, наслаждаясь каждым мгновением, прожитым с моим сыном, а нетерпеливые родители желают как можно скорее прижать к груди новорожденного. Я их понимала, и меня умиляла эта трогательная забота обо мне и ребенке.

Надо сказать, что за все время, пока жила в Орлином гнезде, ни разу не задумалась о вознаграждении, совершенно позабыв об этом факторе, подвигнувшем меня на такой поступок. На меня это не похоже абсолютно. После нескольких голодных месяцев, проведенных на холодных улицах столицы, я научилась ценить каждый медяк, попавший мне в руки. Я стала расчетливой, просчитывающей свою выгоду сразу и на несколько ходов вперед. Возможно, сейчас сказалась спокойная и сытая жизнь рядом с Ингрид, ставшей мне близкой подругой. Отошли куда-то на задний план меркантильные соображения, а проявляться стали мои искренние чувства к Дрегасу и несчастной женщине, обратившейся ко мне за помощью.