Читать книгу "Наследник для императора"

– Плохо, – помрачнела Ингрид. – Мне бы не хотелось, чтобы о моем состоянии знал кто-то еще, кроме нас троих.

Я понятливо покивала головой, а затем продолжала свой рассказ:

– Вот после этого господин Дирк предложил мне стать его любовницей. Он красочно поведал о трудностях совместной жизни с ледяной леди, о потребностях темпераментного мужчины в женщине подходящего нрава, а также о том, что для меня это наиболее подходящий вариант будущего, – закончила я.

– Горячий Дирк, – усмехнулась Ингрид, – уверенный в том, что ни одна женщина не в силах ему отказать. Ведь красив, зараза! Чем и пользуется.

– Красота в мужчине еще не главное, – значительно сказала я.

– Не обращай внимания на этого мальчишку, – посоветовала мне Ингрид, отправляя в рот последний кусочек мяса с тарелки. Потом посмотрела на свой живот и с грустью констатировала: – При таком образе жизни я, пожалуй, быстро поправлюсь и буду слишком толстая.

Женщина всегда остается женщиной, и внешний вид интересует как простолюдинку, так и аристократку. Улыбнулась ее словам, отметив про себя, что болезненно худой Ингрид поправиться не повредит, а только добавит привлекательности.

– Ты на Дирка не обижайся, – вернулась подруга к прерванной теме. – Он хороший дракон, только вот легкие победы над женщинами вскружили ему голову. Ведь они сами проходу не дают такому красивому юноше. Я-то его знаю с детства, он вырос на моих глазах. Родители Дрегаса и Дирка давно покинули этот мир, выбрав для себя жизнь в небесах, так что это мой муж воспитывал брата. В трудный период, когда Дирк становился на крыло, Дрегас все время проводил с ним, помогал советом, делился магией, старался, как мог, облегчить этот период. Для меня мелкий давно стал родным. Он упертый, как и все драконы, но очень благороден в душе. Не переживай из-за его поведения, перебесится, а потом до него дойдет, что не все в жизни можно хватать жадными руками, считая своим по праву. За многое необходимо бороться.

– Я все понимаю, – подтвердила ее слова. – Сама была такой, когда считала, что весь мир у моих ног благодаря красоте и молодости. Только вот суровая жизнь поставила меня перед фактом, что все не так однозначно, за все в итоге приходится расплачиваться.

– Вот именно, – согласилась со мной подруга.

– А как вы познакомились с господином Дрегасом? – поинтересовалась у Ингрид.

– О, это незабываемо, – мечтательно улыбнулась она, погружаясь в воспоминания. – Я тогда была босоногой девчонкой шестнадцати лет. Только-только становилась взрослой, училась вести себя, как леди, но озорство все время вырывалось наружу.

Весна тогда выдалась сумасшедшая. От буйного цветения в воздухе плыли одуряющие ароматы. Еще трепыхались на прохладном ветру огненные тюльпаны, а уже набухала сирень. Плодовые деревья сбрасывали нежные лепестки раскрывшихся бутонов, засыпая землю белоснежным ковром. Казалось, наступила цветочная зима. Я бегала по саду наперегонки с ветерком, взметая из-под ног вихрь оброненных лепестков. Эти завихрения воздуха напоминали танец драконов в небесах.

Наша земля располагалась рядом с владениями других именитых аристократов, которые уже поглядывали в мою сторону с явными матримониальными намерениями. Но считать себя невестой я не могла – слишком юна была, едва выросла из своих детских платьев с рюшами, которые только до колена прикрывали мои кружевные панталоны.

В то утро я специально разулась, чтобы пробежаться босиком по зеленой траве. Оставила туфельки и чулочки под кустом, чтобы раньше времени о моем поступке никто не узнал, и отправилась вглубь яблоневого сада, он как раз граничил с соседским. Садовники рано утром проходились по дорожкам, расчищая их и присматривая за порядком. А я, удостоверившись, что все покинули это место, раскинула руки в стороны и принялась бегать между деревьями, касаясь ладонями веток, срывая своими движениями вихрь лепестков с деревьев. Прикрыв глаза, представляла, что лечу, вдыхая полной грудью аромат цветения яблонь. Очень не хотелось, чтобы кто-то из взрослых увидел меня, потому что сразу начали бы напоминать о возрасте и правилах приличия. Именно поэтому убежала как можно дальше от дома.

И в тот момент, когда уже ощущала себя в безопасности, а сердце бешено колотилось в груди от стремительного бега, меня поймали мужские руки и закружили по воздуху. Я взглянула наверх и увидела перед собой смеющиеся карие глаза. Мужчина был намного выше, он держал меня под мышки, взметая вверх, и смеялся. Я взлетала над его головой, сбивая лепестки яблоневых соцветий босыми ногами и превращая в стремительный вихрь белоснежное великолепие, окружающее нас.

– Я лечу! – неожиданно для себя прокричала очень громко.

– Ты хочешь летать? – спросил меня незнакомец.

– Очень! – откровенно призналась я.

– Ты будешь летать! – радостно сообщил он и подкинул меня очень высоко вверх.

Сердце замерло, но испугаться я не успела – меня поймал уже дракон. Его перепончатые крылья едва помещались меж деревьев, а сильное движение сдуло оставшиеся белые лепестки. Огромному дракону не хватало места в саду, поэтому с еще одним взмахом крыльев он устремился в небо, к облакам, увлекая замершую от восторга меня. Не знаю, как тогда не свалилась с его чешуйчатой спины, кажется, руки намертво вцепились в шипы гребня. Ветер трепал на мне коротенькое платье, волосы расплелись, а банты распустились в ленты и хлопали на ветру, словно крылья. Я прищуривалась от слез, набегавших на глаза, но старалась не пропустить ни одного мгновения этого полета.

Дракон сдержал обещание, я летала вместе с ним меж облаков, которые разрезали перепончатые крылья. Теперь уже не лепестки яблонь кружились вокруг, а настоящие потоки воздуха овевали нас и охлаждали разгоряченные тела. Я чувствовала тепло чешуйчатой шкуры, не позволявшей замерзнуть в вышине. Это был настоящий полет, заставлявший меня замирать от восторга. Разве мой бег среди деревьев там, внизу, мог сравниться с этим чудом? Кажется, именно тогда я влюбилась в Дрегаса, в его дракона, хотя сама не понимала переполнявших меня чувств.

– А потом? – с интересом спросила я.

– Потом мы вместе отыскали туфельки и чулки под кустом и вместе отправились к моему отцу. Дрегас хотел проводить и защитить от выговора взрослых. Ведь я отлучилась без спроса и пропала на долгое время.

Отец встретил нас очень неприветливо. Мое платье после полета помялось. Волосы растрепались, хотя Дрегас, смеясь, заверил, что так мне больше идет. Только вот у родителей, которые сурово глядели на меня, было свое мнение. Благовоспитанной леди не пристало выглядеть неаккуратной простолюдинкой. Но присутствие Дрегаса умерило воспитательный пыл отца, а после дракон вежливо напросился на мужской разговор тет-а-тет в кабинете.

С того дня моя жизнь резко изменилась. Дрегас сделал брачное предложение. Он был настолько выше по положению в обществе, что мой отец недолго раздумывая дал свое согласие. Но я была несовершеннолетняя, а потому мой дракон ждал, сколько положено. Он появлялся в нашем доме практически каждый день. Мы много разговаривали, гуляли и, разумеется, летали. Поначалу родители волновались из-за наших полетов – согласись, это слишком непривычно для людей, – но со временем привыкли и полностью доверяли Дрегасу, наблюдая его трепетное отношение ко мне.

– Сколько господин Дрегас ждал заключения вашего брака? – поинтересовалась я, заслушавшись красивой сказкой.

– Наша свадьба состоялась через два года, но это уже совсем другая история, – с улыбкой ответила мне Ингрид.

Теперь она выглядела мечтательной и очень влюбленной. Предаваясь воспоминаниям, вернувшись в прошлое, она испытывала те же самые эмоции, что были тогда, позволяя мне в полной мере прочувствовать все происшедшее.

О «нашем муже» у меня складывалось все более благоприятное впечатление. Как же мне хотелось, чтобы в моей жизни появился такой же дракон, который будет меня любить!

Глава 13

Я долго находилась под впечатлением от рассказа Ингрид. Ощущение было такое, будто я и есть та самая шестнадцатилетняя девочка, случайно повстречавшая своего дракона в весеннем саду. Завороженно внимала каждому слову, и перед моим внутренним взором проносилась снежная россыпь белоснежных лепестков, овевая по-детски еще стройный стан, взметающиеся оборки платья, и очень отчетливо представлялось ощущение босых ног, бегущих по траве. Все это было со мной и одновременно не со мной.

Резкий вскрик, раздавшийся в горах и многократно усиленный эхом, вывел нас обеих из зачарованного созерцания картин прошлого.

– Дирк прощается, – сказала Ингрид, положив ладонь на мою руку.

– Все хорошо? – встрепенулась я.

– Да. Братья хорошо расстались, по-доброму простились, – улыбнулась мне Ингрид.

– Как вы их понимаете? – поинтересовалась я.

– Очень просто. Я столько лет прожила рядом с ними. Драконий язык мне недоступен, его понимают только те, кто ими рожден, но вот интонацию могу легко угадать, – сказала Ингрид.

– Даже не представляю, как это – быть драконом, – покачала я головой и добавила: – Впрочем, каково жить с драконом – тоже.

Ингрид в ответ лишь улыбнулась, потому что пересказать свои эмоции не могла, но я уловила такую гремучую смесь гордости и самолюбования, что даже сердце зашлось от сильных впечатлений. Лучше даже не представлять себе такую жизнь. Ведь драконы совсем другие существа, не похожие на обычных людей. Пусть во мне бьется слабый отголосок магии моего отца – эмпатия, все равно не решусь никогда связать свою жизнь с драконом.

Почему-то перед глазами возник образ красивого Дирка, вспомнилось его предложение. Все-таки правильно сделала, что отказала ему столь категорично. Жизнь в заведении у мадам приучила сразу оценивать мужчин, и все мои инстинкты кричали: «Дирк опасен!» И по прошествии нескольких часов, вдали от его обворожительной улыбки и сметающего разум очарования понимала, что только чудом избежала самой страшной ловушки – влюбиться в дракона.

То, что меня так напугало в самый первый день приезда в Орлиное гнездо, исходило не от благородного и верного Дрегаса, а от его младшего брата. Дирк был тем самым драконом, который мог с легкостью увлечь любую девушку, отобрать душу и сердце, а затем отбросить влюбленную в сторону, как ненужную игрушку.

Дрегас внушал уважение, пусть своей глупой, с точки зрения людей, упертостью, но в его поступках была своеобразная правильность. Судьба говорила мне об ответственности выбора, так вот «наш муж» прекрасно ее понимал и вел себя соответственно. Его решение я не принимала, но уважала и склонялась перед благородством дракона.

– Ты только посмотри, как время пролетело за воспоминаниями! – Слова Ингрид неожиданно прервали мои размышления.

– Вечереет, – в тон ей отозвалась я.

Только что было утро, когда я попросила Дрегаса о разрешении остаться еще на сутки в Орлином гнезде, и вот уже такой насыщенный день клонился к своему закату. Розово-оранжевые лучи солнца раскрасили небосвод. Из хозяйской спальни, выходящей на крытую террасу, вид, простирающийся вдали, был прекрасен, но хотелось выйти на воздух и наблюдать за медленным закатом. Вот теперь я понимала нежелание своей подруги продолжать играть роль больной и оставаться в постели. Природа звала к себе, чтобы насладиться всеми ее красотами.

– Госпожа Ингрид, может быть, мы можем пройтись до открытой террасы? – спросила «болящую» я.

Она немного подумала, а потом решилась.

– Буду делать вид, что захотела подышать морским воздухом, а ты поддержишь меня, иначе муж запросто отнесет обратно в спальню, – сказала Ингрид, довольная своей задумкой.

Мы отправились на открытую террасу «лечиться морским воздухом». И вот тут меня ожидало очередное потрясение за сегодняшний день. В небе, высоко под облаками, парил дракон. Почему-то не знаю как, но находилась в полной уверенности, что это Дрегас, а не его младший брат Дирк. Что-то неуловимое в силуэте и манере планирования говорило об этом. Даже не могла объяснить свои ощущения, но уверенность была.

– Дрегас, – потрясенно произнесла Ингрид, прижимая руки к груди и подтверждая мою догадку. – Как же он прекрасен!

Я была совершенно согласна с ней. Дракон, парящий в небе, – это непередаваемое зрелище. Он не просто распластал свои крылья, он выписывал такие фигуры, что сердце замирало от каждого движения. Гибкое тело находилось в своей родной стихии, где у него была абсолютная свобода. Гордое, прекрасное и гармоничное скольжение захватывало дух, заставляло следить за всеми поворотами взглядом, отвести который было невозможно.

– Он знает, что мы здесь, – все так же восторженно произнесла Ингрид. – Смотри, он танцует только для нас!

Ее слова удивили, но оторваться от такого зрелища я не могла.

– Что же он делает! – продолжала восхищаться Ингрид. – Ведь это…

Она оторвала взгляд от своего дракона и медленно перевела его на меня.

– Это хорошо, что Дирк прилетел сегодня, – неожиданно произнесла Ингрид, с интересом оглядывая меня.

– Почему? – спросила я, наблюдая за красотой полета.

Ответа не было, и Ингрид не отвлекалась на меня. Мы стояли на самом краю открытой террасы, завороженно любуясь красотой полета.

В какой-то момент дракон сложил крылья и камнем устремился вниз. Сердце забилось отчаянно быстро, а дыхание перехватило. И он вновь удивил – каким-то непостижимым образом затормозил у открытой площадки и завис, махая перепончатыми крыльями. Его темно-карие глаза с вертикальным зрачком внимательно наблюдали за нами.

– Он пел песнь призыва, – прошептала неожиданно Ингрид. – Иди к нему!

– Я не могу, – опешила от такой неожиданности я.

– Можешь! – Она подтолкнула меня к краю.

– Госпожа Ингрид! – только успела воскликнуть я… и получила ощутимый толчок в спину.

Я сорвалась с открытой террасы, а дракон каким-то размытым движением неожиданно оказался подо мной и унес в сторону моря. Холодный ветер ударил в лицо, хозяйским жестом попытался сорвать одежду, стремясь обнажить и вернуть к естественной сути, такой же, как дракон, который нес меня, делая мощные взмахи перепончатыми крыльями, как драгоценную добычу, в сторону открытого моря. Вспомнился рассказ Ингрид, когда этот дракон забрал в полет шестнадцатилетнюю девчонку из весеннего сада. Тогда он приручал свою избранную, а сейчас, спев песнь призыва в небесах, уносил меня далеко-далеко с совсем другими намерениями.

Впереди показалась земля. «Остров», – подумалось мне. И я не ошиблась в своих предположениях. Небольшой клочок суши стремительно приближался. Когда же небольшое пространство земли среди бурных лазурных вод внезапно будто прыгнуло под лапы дракона, я поняла: это место и было целью нашего полета.

Дрегас снижался так стремительно, что в моих ушах загудело, а ветер почти сорвал с меня платье. Еще несколько взмахов, и дракон прошелся по земле подпрыгивающей походкой. Я замерла, не зная, что делать дальше. В какой-то момент Дрегас подо мной накренился, и пришлось невольно заскользить по чешуйчатому телу вниз на мокрый песок. Едва ступни почувствовали под собой твердь, дракон обернулся. На меня смотрел красивый мужчина, причем его взгляд говорил о том, что он прилетел сюда с определенной целью. Дрегас проделал до меня свой недолгий путь – три шага – очень медленно, даже, казалось, невозможно долго. Он подошел совсем близко, и я пропала, потому что больше себе не принадлежала в этот момент.

От его страсти я просто рухнула, не в силах выдержать этот напор. Если бы не мужские руки, то от избытка наших эмоций, так легко улавливаемых мной, я могла распластаться на мокром песке. Устоять под таким натиском оказалось невозможно. Одежда слетела, даже не заметила как, и сейчас я ощущала кожей горячую плоть уже моего дракона. В этом я была уверена – он только мой! Здесь и сейчас – мой.

Эта страсть, что он дарил мне, увлекая за собой своими поцелуями и ласками, кружила голову и заставляла выбросить из головы все мысли. Что же могло случиться со мной дальше, если только присутствие рядом такого мужчины выметало из головы все напрочь!

Когда же почувствовала его в себе, мой мир буквально перевернулся. Я думала, нет ничего более умопомрачительного, чем его поцелуи и объятия? Я сильно ошибалась! Дракон это делал. Я не невинная девица, и то вскрикнула от неожиданности в предвкушении того, что сейчас произойдет. В его глазах плескалась магия, темно-карие глаза горели страстью и нежностью. Он жалел и одновременно неистовствовал во мне. Дрегас понимал, что обычной девушке не устоять против его напора. Только вот эмпатия позволяла ощущать всю гамму его чувств ко мне, старательно сдерживаемых им. И это было… я даже слов не могла подобрать.

Кажется, в какой-то момент я попросила пощады, не в силах перенести такой напор.

– Моя, никому не отдам! – прохрипел он, отчего заставил выгнуться в его руках и всем естеством ощутить, как мир разлетелся на мириады осколков.

– Не отдавай! Владей! Всем моим существом! – кричала я, в экстазе цепляясь за плечи мужчины и с еще большей горячностью даря ему удовольствие.

Каждый новый виток наслаждения заставлял громко стонать под мужским телом, требуя полной отдачи. Почему-то тогда казалось – это все принадлежит нам по праву. Мне нужен он и мир вокруг нас.

И вновь дракон уносил меня на невероятные вершины. Я уже не делала различий между миром чувственных наслаждений и реальным. Мы дарили друг другу столько страсти и нежности, сколько вмещали наши сердца. Я не замечала ничего вокруг, только его губы – жадные, влекущие, зовущие все дальше, только его тело, от которого не могла оторваться, и с каждым разом мне хотелось его все сильнее. Я больше не понимала, кто он и кто я. Мы были единым целым, взлетающим в небеса.

Я ощущала в себе потребность принадлежать именно этому мужчине. Я знала раньше других? Не помню. Только он, мне нужен был только он! Здесь и сейчас. Я отдавалась ему, раскрывая полностью свою душу, не заботясь о том, что будет дальше. Мне важно было принадлежать ему, и больше никому.

Наши стоны смешивались воедино, а тело ощущало тот самый пик наслаждения, испытываемый обоими. Если раньше мои способности к эмпатии мешали в моей интимной жизни, то сейчас все происходило по-другому. Я чувствовала, как и что моему дракону требуется, а взамен получала восторг и признательность.

– Кет, милый мой котенок, ты понимаешь, что больше я не смогу тебя отпустить? – До меня неожиданно дошел смысл его вопроса, сказанный таким проникновенно хриплым голосом, что вызвал вибрации во всем моем теле.

– Да, – кивнула в ответ я.

Я себе даже представить не могла, что мы можем расстаться. Вся моя прошлая жизнь и вообще все, что произошло до этого, отступили в сторону. Что могло быть важнее того, что произошло между нами?

– Я рад, что ты меня понимаешь, – еще теснее прижал к себе дракон. – Милый, хороший мой котенок.

Его шепот снова будоражил меня. Казалось, только услышу тембр его голоса и могу обо всем забыть, как это уже случалось много-много раз за последнее время. Моя жизнь – та, что была раньше, – прекратила свое существование, теперь все будет иначе. Есть только я и этот дракон, мой мужчина.

– Кет, я больше не отпущу тебя, – чуть хрипловато проговорил Дрегас.

– Не отпускай, – согласилась я.

– Кет, ты дорога мне. И наш ребенок обязательно родится, – нежно поцеловал меня в висок дракон.

Мы лежали в этот момент на пляже, и прибой, набегая на золотистый песок, с каждой волной омывал наши тела. Небо над головами набухло огромными облаками, предвещая пробуждение нового дня. Мне казалось, что я уже это видела – смотрела на розовые облака, тянущиеся по горизонту к нашему острову, обнимая своего мужчину.

– Я не отпущу тебя из своей жизни. Не знаю, как такое возможно, но ты мне стала дорога не меньше Ингрид.

Эти слова вернули с небес на землю, показывая, кто мы и почему здесь оказались. Темная мгла начала затягивать мой небосклон. За это короткое время я уже привыкла считать этого дракона своим, а получается, он все время помнил о своей жене.

– На этот шаг я решился осознанно, и ты должна знать… – Он помолчал, прежде чем сказать что-то еще, я же замерла. – Да, ты дорога мне. Очень дорога. И я всегда буду заботиться о тебе.

– Потому что уверен в моей способности выносить твоего ребенка? – спросила его, покрываясь неожиданно мурашками.

– Это послужило первопричиной, – согласился со мной Дрегас. – Но сейчас я воспринимаю тебя как часть нашей семьи. Кет, не покидай нас после того, как родишь мне наследника.

Я резко села. Думала, он потерял голову, соединившись со мной, а получается, что дракон легко контролировал ситуацию все это время.

– У вас есть жена, и я ее очень уважаю, – серьезно сказала я, стараясь сдержать растущую внутри тоску, не позволяя ей захлестнуть меня целиком, – потому вставать между вами не собираюсь.

Повисло долгое и мучительное молчание, во время которого вся моя прошлая жизнь промелькнула перед глазами.

– Ты что-нибудь слышала о драконьих гнездах? – очень осторожно спросил Дрегас.

В ответ только тряхнула головой, сбрасывая с себя все эмоции – его, свои… Мне хватило того безумия, что совсем недавно творилось между нами.

– Мы можем жить вместе – ты, я и Ингрид. Моя жена знает об этом, – сообщил мне Дрегас.

– Господин Дрегас, я выполню договор. После этого мы расстанемся, – твердо произнесла я.

Горько, как же горько! Мне не хотелось признаваться, но я оказалась в той самой ловушке, в которую боялась попасть, едва оказалась в Орлином гнезде. Как просто согласиться на такое предложение и стать еще одной женой благородного дракона. Тогда какая разница между предложением Дирка стать его любовницей и только что произнесенными словами?

– Бездна! Кет! – воскликнул Дрегас, подскакивая на месте. – Кет, не называй меня так официально!

– Я всего лишь та женщина, что родит вам наследника, – холодно отозвалась я, чувствуя его руки на своих плечах.

Жар разгорался все сильнее в моем теле от таких прикосновений, но я напоминала себе, что все хорошее когда-нибудь заканчивается и приходит разочарование. И это произошло именно сейчас. Эти предрассветные часы ничем не лучше и не хуже, чем другие. Просто богиня Судьбы решила, что самое время вернуть меня к реалиям жизни.

– Господин Дрегас, нам пора возвращаться, – постаралась как можно более бесстрастно произнести эти простые слова.

– Кет, котенок! – воскликнул дракон, сжав в своих объятиях.

Я готова была сдаться и согласиться на все его просьбы, только чтобы еще раз ощутить это непомерное счастье полета вдвоем. Но, может быть, сработал профессионализм, возможно, инстинкт самосохранения, и я лишь упрямо тряхнула головой, прогоняя наваждение.

– Кет, – потрясенно произнес дракон, – но я ведь знаю, что небезразличен тебе.

– Господин Дрегас, я соблюдаю все условия договора, – холодно ответила я, всем сердцем желая еще одного прикосновения. – Нам пора возвращаться. Слишком много времени прошло, госпожа Ингрид начнет беспокоиться.

– Это твое последнее слово? – с какой-то взыгравшей мужской гордостью спросил дракон.

– Да! – твердо ответила ему, глядя прямо в глаза.

Снова был полет, только теперь обжигающий. Я неслась навстречу своему прошлому, восстанавливая ту реальность, о которой забыла за это время. Нужно помнить, что я согласилась на предложение Ингрид стать матерью их наследника. Почему-то я верила дракону, что понесла ребенка в эти сумасшедшие часы, заставившие позабыть обо всем. Его слова о том, что я должна остаться с ними, озадачивали и огорчали. Ведь мне в самом деле нужно выносить ребенка. И всю беременность я проведу бок о бок с ними. Но Орлиное гнездо – навечно? Значит, запрут тут, пока не смогу родить наследника этой паре?

Больше меня не грела чешуйчатая кожа, а ветер нещадно трепал платье, превращая его в лоскуты. Мне казалось или дракон летел быстрее, стремясь поскорее вернуться обратно?

Я запомнила силуэт Ингрид, провожающей нас. Она прижимала ко лбу ладонь, загораживаясь от вечерних солнечных лучей. Сейчас же нас никто не встречал – открытая терраса была пуста. Даже не знаю, обрадовало меня это или, наоборот, расстроило.

Никакой былой нежности и страсти к Дрегасу больше не испытывала, старательно подавляя в душе разочарование. Мне казалось, что дракон мог бы стать моим, но все это время, сводя с ума, он помнил, зачем мы прилетели на тот остров. Больно, обидно, но только в моем сердце, а вот разум аплодировал такой выдержке. Не пошел на поводу вожделений, остался до конца верен своей Ингрид, хотя вполне мог получить всю меня.

Я металась между осуждением, разочарованием и восхищением этим мужчиной.

Крыло дракона оказалось очень удобным, чтобы переместиться на открытую террасу. Дрегас не стал оборачиваться и подвергать обоих опасности. Я легко соскользнула на площадку, окончательно понимая, что это конец той самой сказке о прекрасном драконе-принце, которую лелеет в душе каждая девушка. За спиной раздался тихий хлопок крыльев, и в моих руках непонятно каким образом оказался букет скромных цветов нежного фиалкового оттенка.

Я помнила слова Ингрид, что ее муж обязательно дарит ей в благодарность после ночи любви цветы. Склонилась над скромными соцветиями и вдохнула их аромат. Хотя бы этот запах принадлежал только мне, и никому больше.

– А я-то, наивный, – прозвучал раздраженный мужской голос.

Я вскинула глаза и встретилась взглядом с Дирком. Дракон смотрел на меня с укором, даже скорее с брезгливостью.

– Это не то, о чем ты подумал! – горячечно воскликнула я, прижимая к груди свой букет и подбегая к нему.

– Дирк, – предупреждающе рыкнул дракон за моей спиной.

– Все я прекрасно понял! – воскликнул Дирк, отводя жестом мой порыв. – Достаточно посмотреть на этот букет и ваши лица, чтобы сделать правильные выводы. Теперь я понимаю, почему ты отклонила мое предложение! Ты хотела старшего брата. Зачем нужен кто-то еще, если сам Дрегас плыл в твои руки?