Текст книги "Что скрывает новенький"

Глава 6

В кабинете информатики уже торчала какая-то мелкота класса из шестого – три девочки и два мальчика – шумели, спорили, толкались, заняв сразу два компьютера и не смущаясь присутствия учителя. Но совсем молоденькая Арина Дмитриевна со многими учениками поддерживала почти дружеские отношения. А у этих, скорее всего, была ещё и классным руководителем. Или вела внеурочку.

Когда появились Саша с Микой, она сразу засобиралась.

– Пойду перекушу, пока ещё столовая не закрылась. Если до моего возвращения все вдруг внезапно решите разбежаться, не забудьте кабинет запереть, а ключи охраннику сдать.

И действительно ушла.

Они выбрали компьютер подальше от мелкоты. Калганов уселся прямо перед монитором, а Мике пришлось пристраиваться рядом, как будто она здесь и правда лишняя – сбоку припёка.

Он открыл «Пауэр Поинт», набрал название, сразу же добавил второй слайд и в первую очередь – жутко прозорливо и оригинально – конечно же, вспомнил про Орёл.

Ну что ещё могло быть у того на гербе? Тут даже объяснять не надо, почему, но Калганов всё равно в отдельный файл скопировал одну из версий, откуда у города взялось такое название, затем набрал его на втором слайде, вставил картинку.

Сидеть рядом и просто наблюдать за чужими действиями было скучно и странно, как и делать параллельно ещё одну презентацию. Смысл? Поэтому Мика достала мобильник, открыла поисковик. Калганов заметил, скосил на неё взгляд.

– Ну вот и зачем ты со мной попёрлась? – поинтересовался критично. – Толку от тебя всё равно никакого.

– Так ты же сам меня к компьютеру не подпускаешь, – оправдалась Мика, нахмурив брови. – А я, между прочим, – продолжила с праведным негодованием, – города ищу. – И в доказательство продемонстрировала ему экран телефона, сунула чуть ли не под нос. – Вот. – Потом ещё и сообщила важно и многозначительно, подглядывая в мобильник: – На гербах Ростова, Воркуты и Нижнего Новгорода изображён олень, а у Владивостока – золотой тигр. А медведь изображён на гербах не только Ярославля, но также ещё одного Новгорода, только уже Великого, Екатеринбурга, Анадыря… – Она даже до конца перечислять не стала, вывела: – Да, если что, только на одних медведях можно всю презентацию сделать.

Но Калганов даже ни капли не смутился, не усовестился и не раскаялся, уточнил невозмутимо:

– Так какой следующий берём? Владивосток?

– Давай Владивосток, – согласилась Мика.

Так и работали дальше. Хотя просто искать и кивать, подтверждая, оказалось не менее скучно, поэтому Мика, чтобы не чувствовать себя лишней и обязанной, старалась поактивней участвовать.

– А что, с медведями не будем? Чем тебя медведи не устраивают? Лучше другую картинку возьми. На этой он уродец какой-то. Лучше ту. Или нет, вон ту. У неё разрешение больше.

Но её стараний не оценили.

– Какая же ты утомительная, – заявил Калганов, недовольно поморщившись, смерил Мику сумрачным взглядом, добавил чуть ли не брезгливо: – И хватит уже ко мне прижиматься.

Она чуть на стуле не подскочила, выговорила с трудом, запнувшись на первом же звуке:

– П-п-при… – Но договорить даже не попыталась, втянула побольше воздуха и тогда уже выдохнула, кипя от возмущения: – Я не прижимаюсь. Очень надо. Я просто смотрю, что ты там делаешь.

А так как со зрением у неё реальные проблемы, в отличие от некоторых, ей и приходилось придвигаться поближе. И чтобы указать на нужную картинку тоже. А то, что она случайно при этом прикоснулась рукой к Калгановскому локтю или слегка привалилась, никак не назовёшь «прижалась», тем более, когда сама даже ничего не ощутила.

Но Мика всё-таки отодвинулась – демонстративно – раз некоторые настолько болезненно чувствительные и считали, что при случайном касании окружающие на их неприступность и непорочность покушались. И всё остальное время тщательно следила, чтобы ни в коем случае даже кончиком пальца до этого щепетильного не дотронуться. Хотя тема, конечно, им досталась простенькая, и часа не прошло, как они уже всё сделали.

Готовую презентацию и текст, обещав его ещё и распечатать, Калганов действительно отправил сам себе по электронной почте. Мика адрес видела, но запомнить не пыталась.

Да на что он ей? Толку-то? Писать она Сашеньке не собиралась, а больше ничего по ней не узнаешь. Вот если бы это была страничка в социальной сети…

Кстати! А наверняка в какой-нибудь да есть. Надо поискать. Или даже напрямую спросить, но только она решилась, Калганов поднялся, шагнул прочь, ничего не говоря.

– Ты куда? – окликнула его Мика.

– Домой.

– А всё уже? – она скользнула взглядом по ставшему безжизненно чёрным экрану монитора.

– Я всё. А ты, не знаю, – выдал Калганов и двинулся к выходу.

Тогда Мика тоже, подхватив рюкзак, подскочила со стула, заспешила следом.

Какой же он всё-таки вредный и заносчивый. Но тем сильнее тянет выяснить, в чём тут дело. Явно же неспроста. Для такой скрытности и недружелюбности всегда есть причины.

Правда, Лена предположила, что он, как любой нормальный человек, просто пока чувствовал себя неуверенно и неуютно в незнакомом месте среди незнакомых людей, потому и осторожничал, присматривался, не торопился бурно налаживать контакты. Разве Мика не так же себя вела, когда пришла два года назад?

А вот не так!

Она, конечно, не навязывалась, не лезла ни к кому в стремлении побыстрее подружиться, но и не строила из себя нелюдимого буку, которому нет ни до кого дела, этакого независимого волка-одиночку. Или, точнее, унылого ослика Иа-Иа.

На что только Калганов с подобным поведением рассчитывал?

Мика всеми фибрами души ощущала, и подсознание соглашалось – это не просто так. Да и по-прежнему он напоминал кого-то. Не только её саму, и не в поддельном школьном облике, а в другом.

Возле гардероба Мика слегка замешкалась, хотя бы из-за того, что ей ещё куртку надевать, а Калганов так и пришёл в одном костюме. Поэтому Мика и предупредила заранее:

– Я быстро. Сейчас тоже соберусь.

Калганов посмотрел на неё, пожал плечами.

– А я тут при чём?

– Ну нам же по дороге, – пояснила она. – Вместе пойдём.

Но он мотнул головой, возразил твёрдо:

– Нет, не по дороге. – И сразу зашагал к выходу.

Мика сердито насупилась, глядя ему в спину, и тут же услышала:

– Хочешь, я тебя провожу?

Она едва не вздрогнула от неожиданности, обернулась всё с тем же не слишком дружелюбным видом и наткнулась взглядом на улыбку, очень даже милую и обаятельную.

– Идём провожу, – прозвучало снова.

Лицо, кстати, тоже оказалось приятным, и Мика даже особо размышлять не стала.

– Хорошо, проводи, – произнесла погромче.

Тем более переиграть никогда не поздно. Можно в любой момент, даже через несколько минут, сказать «Спасибо, но я передумала, обойдусь». А можно и не говорить. Потому что парень действительно был симпатичным и вполне адекватным на вид.

Когда они вышли на крыльцо, Калганов уже почти дошагал до ворот, но после них и правда свернул на другую дорожку, а не на ту, по которой Мика обычно возвращалась из школы. Но неужели не мог нормально сказать, что идёт не домой? Обязательно было грубить?

– Он тебе реально нравится? – раздалось не менее внезапно, но не столько по времени, сколько по содержанию.

– Да с чего ты взял, что он мне нравится? – недовольно вскинувшись, фыркнула Мика. – Просто…

– Что? – спросил парень, так и не дождавшись продолжения.

– Да ничего, – насуплено пробормотала она, спустилась по ступенькам.

Правда на этот раз сердилась она не на него, а на себя.

Не зря её Лена сегодня одёрнула. Только воспоминание об этом сейчас и спасло, чтобы в очередной раз не разболтать, не выложить как на духу, но теперь уже вообще первому встречному все калгановские тайны, о которых узнала: и про поддельные очки, и про второй облик. Ненарочно, конечно, к слову, незаметно для себя.

И давно она стала настолько болтливой? Всё-таки следить за языком надо, тем более, когда имеешь собственные секреты и тайны. Но и недоговорённость выглядела слишком подозрительно и загадочно. Потому Мика и не ограничилась только тем, что ушла от ответа, предложила безобидное объяснение:

– Слышал же, наверное, нам по дороге. Мы в одном доме живём. – Потом хмыкнула, внимательно уставилась на парня. – А ты… – она ведь до сих пор даже толком не задумывалась о нём и не рассматривала, только заметила, что симпатичный и всё, хотя они шли рядом и разговаривали очень даже о личном. – Кто? Я тебя раньше у нас в школе не видела.

– Наверняка видела, просто не помнишь, – возразил собеседник. – Я здесь до восьмого класса учился. Потом мы уехали, а теперь опять вернулись и я опять пошёл в эту же школу. Логично же. Я в десятом «Б» сейчас.

Мика понимающе кивнула и призналась:

– А я как раз только с восьмого здесь учусь.

– Понятно, – вывел парень и без всяких переходов и вступлений представился: – Елисей. Можно Лис.

Ему реально шло, даже очень, именно вот так – Лис. Волосы светло-русые с лёгким золотистым отливом, черты лица чуть заострённые. Серо-зелёные глаза, которые смотрели на Мику с дружелюбным любопытством. И она тоже представилась, но в обратном порядке – сначала сокращённое имя, потом полное. Потому что всё равно спросит, так всегда случалось. Но Лис тут же заявил:

– Я знаю. Ты же в школе довольно популярная.

Мика вскинула брови: ну-у типа она в курсе, но не считает это значительным достижением, просто люди такие люди.

– И я правильно понял, у тебя сейчас никого нет? – продолжил Лис.

– Что ты имеешь в виду? – озадачилась Мика, а он легко пояснил:

– Парня. Ты ведь сейчас ни с кем не встречаешься?

– Ну-у-у, – пространно протянула Мика, не торопясь конкретизировать, но Лису ответ, похоже, и не требовался.

– С одной стороны, странно, – опять заговорил он, – но зато с другой, хорошо.

– Чем же? – Мика недоумённо дёрнула плечами, а Лис ответил или, скорее, предложил с прежней прямотой и лёгкостью:

– Давай с тобой встречаться.

Глава 7

Мика даже на месте застыла, а глаза сами широко распахнулись.

Вот так просто? Увидел, подошёл, предложил, едва познакомившись. И никаких загонов?

Или это шутка? Розыгрыш?

– Ты… серьёзно?

Конечно, она не рассчитывала, что Лис, если он действительно только прикалывался, ответил бы честно. Но разве по лицу и глазам совсем уж нельзя определить, когда человек врал и притворялся? Это же надо способности иметь или долго тренироваться, а стоящий перед Микой парень хоть и назвал себя Лис, но никак не походил на прожжённого хитреца и обманщика. И не вызывал никакого негатива.

Ну не настолько же до сих пор плохо у неё с интуицией, чтобы не заметить совсем ничего.

Мика внимательно прислушалась к себе, ещё раз придирчиво глянула на провожатого.

Нет, определённо никаких негативных эмоций он не вызывал, ни самых слабых, ни самых завалящих. Первое впечатление положительное. Но такое… нейтрально положительное.

Говорят, если испытываешь к человеку особые чувства, даже когда ты суперсамоуверенный и опытный, всё равно поневоле начинаешь волноваться, теряться смущаться и совершать глупости. Но Мика рядом с Лисом ничего подобного не испытывала, по большей части только недоумевала и удивлялась. А он?

По тому, как Лис себя вёл, вроде и не скажешь, будто и его хоть что-то сейчас смущало.

– Ты почему молчишь? – спросил он и потупился. Значит, всё же переживал? – Прикидываешь, как помягче меня послать?

– Нет, – Мика помотала головой. Посылать его она точно не собиралась, но всё равно ведь странно. – Ты же меня совсем не знаешь.

– Я на тебя ещё первого сентября внимание обратил, – доложился Лис. – На линейке. И ты мне сразу понравилась.

Микины глаза опять широко распахнулись, сами по себе, отображая её потрясение.

Да он же просто сумасшедший! Вот так спокойно заявлять о подобном. «Ты мне понравилась», конечно, не «я тебя люблю», но всё-таки… И сейчас Мика точно смутилась, хотя и постаралась не подавать виду.

– Так это же только внешне, – заметила рассудительно. – Разве можно только на это полагаться? А вдруг у меня характер отвратительный?

– Вряд ли, – возразил Лис, добавил убеждённо: – Совсем непохоже. И… – он широко улыбнулся, – как раз и проверю.

Наверное, другая на Микином месте обрадовалась бы и скорее ухватилась за возможность. Он ведь в принципе прав: как следует познакомиться можно и по ходу, а потом уж и решать – продолжать отношения или нет.

Влюбляться с первого взгляда тоже не обязательно, чтобы только увидели друг друга и сразу заискрило. Для начала и правда достаточно просто лёгкой симпатии. А Лис ей симпатичен? Симпатичен. И с каждой минутой всё сильнее. Даже этой своей прямолинейностью и непривычной откровенностью. Но и подозрительными они кажутся ничуть не меньше. Возможно, потому что Мика слишком привыкла к маскам и секретам, а доверять… доверять у неё не очень-то получалось.

Хотя пробовала она уже встречаться с мальчиками. Лис не один такой, кто на неё внимание обратил. Её и в сетях постоянно френдили, и лайкали, и комменты писали, и в личку присылали сообщения, даже с признаниями. Но онлайн – это же другое.

Написать легко, что угодно, особенно прячась под ником и найденной в сети аватаркой. Это тебе не сказать, глядя в глаза. А со встречами у неё не задалось. Один оказался самовлюблённым красавчиком: внешне просто зашибись, а в остальном слишком банально и скучно. Второй – слишком душным и навязчивым. Он почти сразу начал напрашиваться в гости и возмущаться, что Мика не торопилась сокращать дистанцию и не открывалась перед ним целиком и полностью.

При первой встрече они ей оба понравились, но влюбиться не получилось. Наоборот, стоило познакомиться ближе, и всякое желание выстраивать отношение пропало.

А вдруг она вообще не способна любить? Или всё-таки попробовать – попытка номер три – с Лисом?

– Можно я подумаю?

Он расстроился – Мика заметила. Во взгляде промелькнуло разочарование.

– Это точно не такой мягкий способ отказать?

– Точно не он, – заверила Мика. – Просто слишком неожиданно, а я…

Наверняка это на самом деле обидно, вместо радостного и быстрого согласия получить чересчур рассудительное и вроде бы наполненное сомнением «Я подумаю». Она, скорее всего, то же самое предположила бы и расстроилась бы тоже. А Лис ведь и правда хороший, обижать его не хотелось, и Мика добавила чуть виновато и одновременно как бы дурачась, стараясь его развеселить:

– Я же предупреждала, что характер у меня отвратительный. Например, я зануда и никогда ничего не делаю, не обдумав как следует. Так что дело не в тебе.

Он улыбнулся.

– Ну хорошо.

Они как раз подошли к Микиному подъезду и не стали стоять, чего-то ожидая или пытаясь выяснить. Всё и так уже выяснилось.

– Завтра в школе увидимся, – на прощание произнёс Лис.

– Угу.

Войдя в подъезд, Мика облегчённо выдохнула. Но не потому, что Лис её всё-таки слегка достал. Просто больше не надо ничего срочно решать, никто не смотрит и не ждёт ответа. Даже можно не думать. Но это если получится. А у неё не получилось.

Едва войдя в квартиру, Мика сразу вытянула из кармана телефон, включила, зашла в сеть.

Лена – онлайн. Как раз то, что нужно.

Пока шла до комнаты, Мика уже успела ей написать: «Мне встречаться предложили». Бросила рюкзак на стул, мобильник положила на стол и, пока переодевалась, всё поглядывала, не появился ли ответ, а когда заметила выскочившую строчку, сразу бросилась читать.

«Кто? Саша?»

Мика озадаченно приподняла брови.

«Какой ещё Саша? – набрала, ткнула в стрелочку и именно в этот момент догадалась. Может, даже немного раньше, но палец уже коснулся экрана, поэтому она отправила вдогонку: – Нет, не Калганов. – А затем: – Почему вы все сразу его вспоминаете? Сдался он вам».

«Не нам, – прилетело уже через пару секунд. – И кто эти мы все?»

«Ты и Лис», – пояснила Мика.

Лена то ли отвлеклась, то ли задумалась, потому что на этот раз ответное сообщение задержалось, хоть и было коротким – чтобы набрать такое, много времени не надо.

«Что ещё за Лис?»

«Он встречаться и предложил, – опять пояснила Мика, следующей строкой уточнила: – Лис. – Потом решила назвать полностью: – Елисей. – И ещё для верности добавила напоследок: – Из десятого Б».

«Не помню такого», – ответила подруга, и пришлось Мике пересказывать его историю с переездом и возвращением.

«Всё равно не помню, – высветилось новое послание, а дальше появилась надпись о том, что Лена набирала сообщение, и Мика, чтобы не просто тупо сидеть и дожидаться, направилась в туалет, затем в ванную снять линзы. За это время как раз и пришло: – У нас же в параллели пять классов было. Я всех не знаю. И сейчас не заметила. Дней-то всего прошло. Так ты что ему ответила?»

«Сказала, что подумаю. Слишком неожиданно», – отчиталась Мика по дороге в комнату.

«Он тебе как? – поинтересовалась подруга. – Чисто первое впечатление».

«Внешне симпатичный. До дома меня проводил, – опять отчиталась Мика, нацепила очки, но не на глаза, а на лоб, потому что читать в телефоне удобней без них, и, не удержавшись, наябедничала: – А ваш Калганов нагло сбежал. Я ему: всё равно идти одной дорогой, подожди. А он: нет».

«И ты на него обиделась?»

Мика хмыкнула, набрала:

«Ещё бы. – Но тут же опомнилась, отправила вдогонку, строчку за строчкой: – То есть, нет. Кто он такой, чтобы на него обижаться? Плевать я хотела. Но, по-моему, это просто свинство. В смысле невежливо. Как будто я ему прям силой навязываюсь. А я не навязываюсь. Мне просто интересно, зачем он притворяется».

«А по-моему, ты просто заскучала. – Лена прикрепила смайлик в тёмных очках. – Всё слишком хорошо. Вот и решила поиграть в детектива». И пока Мика придумывала, что бы такое написать в ответ, выскочило новое сообщение: «Но дело не только в этом». Отчего приготовленные слова вылетели из головы, зато появились вопросы.

«А в чём? Что ты имеешь ввиду?»

«Тебе встречаться предложили, а мы совсем про другое сейчас разговариваем, – написала подруга, потом чуть переиначила: – Про другого».

Ну да, ну конечно. Опять она находила какие-то скрытые смыслы.

«Так ты же сама стала спрашивать», – возмутилась Мика и тут же получила: «Перечитай. Кто первым заговорил?»

«Я просто сравнила, – оправдалась она, шагая на кухню. – Точнее противопоставила». И ничего в этом особенного. Зато сразу ясно, что счёт не в пользу Калганова, и у неё даже повода нет на него западать. Зачем ей настолько мрачный невоспитанный тип? Пусть подруга сама убедится, что он тут и рядом не стоял. Поэтому Мика предложила: «Давай я тебя завтра с Лисом познакомлю».

Буквально через секунду выскочил смайлик с удивлённо вытаращенными глазами, а чуть позже к нему добавилась фраза: «Ты хочешь, чтобы я за тебя решила?»

Мика вздохнула. И отвечать не торопилась.

Возможно, Лена права. Что-то типа того. Иногда так и тянет поступить именно так, как тебе посоветуют и скажут. В каком-то смысле это даже удобнее – переложить хотя бы часть ответственности на других. Особенно когда в душевном раздрае, а у Мики сейчас примерно такое состояние.

Неприятно ощущать себя уязвимым и беспомощным. А поверить одновременно и хочется, и страшно.

На кухню Мика шла, чтобы перекусить – пустой желудок уже давно о себе напоминал – а тут как-то стало не до этого. Правда она всё равно вытянула из хлебной корзинки печенюшку, откусила кусочек и двинула на балкон, по-прежнему держа мобильник в руке, но не торопясь отвечать.

На улице днём всё ещё было почти по-летнему тепло, и деревья совсем ещё зелёные, жёлтого и красного пока чуть-чуть, как и опавших листьев на траве и на дорожках.

Мика, зажав печенюшку зубами, опустила очки со лба на переносицу, оглядела ставший уже хорошо знакомым пейзаж огороженного со всех сторон домами широкого двора. Сейчас он был тих и пуст, как обычно в будние дни, только лёгкий ветер шевелил кроны деревьев.

Мобильник дрогнул в пальцах, выдав призывную трель, на экране высветилась надпись «Лена». Видимо, так и не дождавшись ответа, подруга забеспокоилась, решила позвонить.

– Мик, ты как там? – донёсся из приложенного к уху телефона её встревоженный голос. – Всё хорошо? Ты не обиделась?

– Не обиделась, – пробормотала Мика. – Просто… Ты же понимаешь, я…

– Да понимаю, конечно, – позволяя ей не договаривать, торопливо откликнулась Лена. – Новый человек, и ты переживаешь, не доверяешь. Мало ли. – Она сделала короткую паузу. – Но сама-то ты что думаешь? Хотя бы чисто теоретически.

– Чисто теоретически, – повторила за ней Мика. – Я просто думаю. Но толку никакого. Думать можно и бесконечно.

– Ну он тебе хоть немного понравился?

– Наверное, да, понравился, – медленно проговорила Мика, наклонила голову к плечу, добавила убеждённо: – Он очень даже симпатичный. Чисто внешне. И вообще приятный. По крайней мере не ходит всё время с кислой рожей и не грубит, – не удержавшись, заключила с осуждением, но вместо ответа услышала что-то среднее между коротким кашлем и хмыканьем.

И донеслось это не из мобильника, а – со стороны.

Мика едва не выронила телефон, развернулась стремительно: даже не для того, чтобы увидеть, а, скорее, чтобы убедиться. Она же не просто догадывалась, она чувствовала, понимала, знала, кто там – на соседнем балконе, до которого всего-то метра три, как раз по ширине комнаты. И, конечно, не ошиблась.