Читать книгу "Эволюция и подсознание. Как наше прошлое определяет будущее. Человек – дитя вселенной"

После присуждения в 2009 г. Нобелевской премии за открытие теломеразы исследователи долголетия нашли последнюю недостающую часть головоломки. В учебниках биологии и на рис. 5.1 изображено, как теломеры становятся все короче и короче с каждым делением клетки. Считалось, что клетки могли делиться только ограниченное число раз (так называемый предел Хейфлика) и что они являются смертными. У них якобы есть свой жизненный период, который можно рассчитать и предсказать.

Однако открытие теломеразы и ее способности увеличивать длину теломер и, соответственно, жизнь клетки, определило новый класс бессмертных клеток. Это название они получили, потому что не ограничены пределом Хейфлика. До тех пор, пока теломеры будут восстанавливаться и заменяться, клетка теоретически способна жить, расти и успешно развиваться. Такой процесс, тоже теоретически, может длиться бесконечно, делая клетку бессмертной. Хотя эта идея отдает научной фантастикой, такие клетки уже обнаружены. Кроме того, их существование доказано уже давно. Первые бессмертные клетки были открыты в 1951 г. И самое поразительное, что эти клетки до сих пор живы – они воспроизводят себя и сегодня, спустя 67 лет.

В 1951 г. врач больницы Джона Хопкинса изготовил культуру тканей, взятых у молодой женщины, страдавшей раком шейного отдела позвоночника. В ее случае, как и во многих других, не протекал естественный процесс, обычно убивающий дефектные клетки до того, как они станут представлять проблему, – апоптоз. Вместо того чтобы уничтожить некорректно делящиеся клетки, организм посылал сигнал делать прямо противоположное. Он производил теломеразу и сохранял живыми и размножающимися все ее клетки, включая раковые. Именно поэтому врач изготовил лабораторную культуру из клеток этой женщины. Он хотел выяснить, почему больные клетки продолжают жить и размножаться.

Эту женщину звали Генриетта Лаке, и ее клетки продолжают размножаться в виде культуры тканей и по сей день. Исходная культура от 1951 г. продолжает самовоспроизводиться, а созданные ею клетки изучаются во всем мире в исследовательских лабораториях. В честь своего донора они называются линией клеток HeLa. Клетки HeLa теоретически могут жить вечно.

У Генриетты в 1951 г. что-то неизвестное в ее организме спровоцировало массовое выделение теломеразы. Возможно, это был токсин из внешней среды. Или реакция организма на пищевую добавку, или консервант из продуктов середины XX века, которые сегодня уже не производятся. А может быть, причина в тяжелых металлах. Важно лишь то, что клетки Генриетты Лаке до сих живы и будут размножаться, пока существует постоянный запас теломеразы.

Само существование вечно делящихся клеток Генриетты Лаке перенесло идею бессмертия клеток из теории в физическую реальность. Сегодня мы уже не спрашиваем, можно ли в принципе производить вечно живые клетки. Проблема в том, можно ли безопасно вызвать бессмертие у здорового человека с помощью диеты, физических упражнений, питательных веществ и пищевых добавок. А если ответ будет положительным, то следующий вопрос будет относиться уже к философии: готовы ли мы к бессмертию и что это для нас означает? Хотим ли мы столько существовать и пережить все, что так знакомо, и всех, кого любим? Сейчас ученые подвергают это серьезному анализу. Это необходимо, потому что рано или поздно ответ нам пригодится.

На протяжении всей письменной истории человечества или даже раньше наша жизнь строилась по негласной схеме. Все складывалось примерно так: после окончания детства, а в некоторых обществах это происходит после наступления половой зрелости, мы начинаем работать и строить свою карьеру. Мы ищем партнера, а большинство начинают заводить семьи. Появляются собственные дети, мы руководим ими, мы живем полной жизнью. Затем, когда нам посчастливилось стать бабушками и дедушками, из-за возрастных проблем мы умираем, оставляя плоды своей жизни следующему поколению.

Наше общество признает этот естественный порядок жизни. Структура карьеры, пенсий, социального обеспечения и медицинского страхования – все это основано на статистических данных – как долго мы проживем и сколько времени будем получать эти деньги. Статистика отражает средние значения для всех наших собратьев, но сегодня ожидания меняются. С совершенствованием техники, гигиены и безопасности труда продолжительность жизни увеличилась, что повлияло на эти значения.

Например, в 1930 г. средняя продолжительность жизни мужчин составляла 58 лет, а женщин – 62 года. Обычно разница объясняется опасными производствами и потерями в войнах, которые обычно сокращают мужское, а не женское население. Кроме того, мужчины в более раннем возрасте подвержены сердечно-сосудистым заболеваниям.

Любопытно, что пенсионный возраст в 1930 г. составлял 65 лет – то есть ожидалось, что большинство людей будет работать всю жизнь, так и не получив выгоды от официального выхода на пенсию или социальные выплаты. Но улучшение условий труда и жизни существенно изменило эти показатели. По данным Администрации социального обеспечения США, в 1990 г. мужчина, переживший стрессы и карьерные риски и доживший до 65 лет, а затем вышедший на пенсию, мог прожить еще 15,3 года.

При реализации более длительного срока жизни наибольшей проблемой для долгожителя будет являться бремя эмоциональных потерь.

Статистика по женщинам выглядит еще лучше. В 1990 г. женщина могла рассчитывать прожить на пенсии в среднем еще 19,6 года, что на 4,3 года больше, чем у ее коллеги-мужчины [17]. Но естественный порядок жизни в развитых странах в основном остается неизменным.

Если же говорить о семье, то здесь наблюдается аналогичная картина. Родители обеспечивают детей, пока те не вырастут, затем они умирают и оставляют им материальные блага и плоды своего труда, чтобы дети могли жить в свое удовольствие. Наши партнерские отношения и браки основаны на той же модели. Например, в браке мы рассчитываем на традиционную продолжительность жизни. Возможность бессмертия или даже дожить до 100 лет и более все меняет. Многие ли согласятся прожить все время с одним партнером, если они будут знать, что проживут до 200 лет? А как насчет 500 лет? Или если достигнут бессмертия?

Мы сможем отладить реальные механизмы материального мира, например финансы, страхование и рабочие места, но при реализации более длительного срока жизни наибольшей проблемой для долгожителя будет являться бремя эмоциональных потерь. Если жизнь будет измеряться веками, то он потеряет все, что знал, и всех, кого любил. Он переживет потери друзей, родных, партнеров и любимых, и это нужно будет как-то признать и излечить. Особенно нелегко будет родителям. Журнал Psychology Today так описывает эмоциональное потрясение родителя, пережившего своих детей.

«Это вызывает намного больший стресс, чем смерть родителя или супруга. Смерть ребенка особенно травмирует, поскольку часто она бывает неожиданной и к тому же нарушает обычный порядок вещей, согласно которому ребенок должен пережить родителей. Эмоциональный удар при потере ребенка может привести к широкому спектру психологических и физиологических проблем, включая депрессию, беспокойство, когнитивные и физические стрессовые расстройства, проблемы в браке, повышенный риск самоубийства, боль и чувство вины» [18].

Кроме ухода близких, такой долгожитель переживет потерю своих соседей, своего сообщества, всего прежнего уклада и образа жизни, потому что мир будет продолжать расти и развиваться, заметно изменяясь в течение столь длительного периода времени. Ученые давно размышляют о космонавтах, летящих в течение нескольких десятков лет в другие миры, потому что феномен замедления времени по уравнениям Эйнштейна совершенно реален. Семьи и друзья космических путешественников на Земле будут стареть с обычной скоростью, а на борту космического корабля они будут стареть медленнее. (Это одно из следствий формулы Эйнштейна Е = тс².) Вернувшись домой через несколько десятилетий, они будут намного моложе – в зависимости от того, как долго отсутствовали и как быстро летели, – чем их близкие на Земле.

Ни один из упомянутых мною сценариев не является помехой для увеличения продолжительности жизни человека, но все они показывают, что проблема долголетия выходит за рамки одного лишь поддержания деятельности клеток. В конечном счете, все сводится к нашему восприятию и отношению к изменяющемуся вокруг нас миру.

Я познакомился с таким переживанием перед смертью моего деда.

Как я уже говорил, отец ушел из семьи, когда мне исполнилось 10 лет. После этого дедушка стал для меня куда более значимой фигурой, чем родной папа, – я был ближе к нему, чем к своему биологическому родителю. У нас с ним были противоположные взгляды на мир, но он всегда был открыт новым идеям, был готов откликнуться на все мои трудности и рад поделиться своей мудростью, когда я просил его или когда особенно нуждался в этом. Мне не дано было знать, что я прожил вместе с дедушкой неделю, которая стала последней в его жизни. Ему как раз исполнилось 96 лет, и у нас был небольшой семейный праздник.

Когда веселье поутихло, я попросил его рассказать мне о прожитых 96 годах и о том, что они для него значили. Оставив шумных гостей в другой комнате, он сделал глубокий вдох, затем поднял брови и закатил глаза, как бы оценивая масштабы заданного мной вопроса. «Было время, когда мир имел для меня значение», – сказал он. Далее он разъяснил мне свое понимание мироустройства. Дедушка гордился своими блестящими способностями чинить сломанные вещи. Он мог отрегулировать двигатель своего автомобиля, отлаживал машины родственников и друзей, следил за угольной топкой в подвале семейного дома во время лютых зим в Миссури. Он всегда был в состоянии заработать на себя, даже во время Великой депрессии 1929 г., платил наличными за дом и мебель, никогда не получая ни от кого никаких подачек. Он говорил мне о тех временах, когда мир для него был понятен, а было это в XX веке, сразу после Первой мировой войны.

«А потом что-то произошло, – добавил он. – И мир потерял для меня всякий смысл. Я не сумел идти в ногу с переменами». Дедушка так и не смог проникнуть в суть ни одной из вещей, из-за которых произошли изменения, и почувствовал себя чужим в этой жизни. «Все сразу, – заявил он. – Все вокруг стало другим!» А после Второй мировой войны стали проникать в наш быт и достижения военных технологий. От реактивных самолетов и систем телекоммуникации, например, факсимильных аппаратов, до совершенно новых отраслей медицины и отраслей промышленности – все эти устройства и сам стиль жизни мой дедушка понять просто не мог.

Кроме лавины новых технологий возникло множество новых стран. Многие из них не существовали до войны, например, появились Израиль, Иордания, Пакистан, Ирак. Дедушка попросту не мог уяснить, почему раньше такой страны не было, а на следующий день, одним росчерком пера, она вдруг появилась. Все это вызывало у него ощущение, что он больше не вписывается в мир, его больше в нем нет. В свои 96 лет он так и не смог понять изменений, опираясь лишь на собственный опыт.

Когда на той же неделе дедушка умер, меня рядом с ним не было. Я находился на работе, когда мне сообщили по телефону, что после обеда дедушка вздремнул в любимом кресле за телепередачей, натянув бейсболку с логотипом университета штата Миссури, и так и не проснулся. Уход дедушки был удивительно спокойным, и я благодарен ему за это и за ответы на мои вопросы. Печально, что дедушка умер, чувствуя себя чужим в этом мире.

Я часто размышляю о нем, о его почти столетней жизни в эпоху перемен и спрашиваю себя, сумеем ли мы примириться с еще более длинным отрезком времени – двести лет или даже больше. Хорошая новость о возможности долголетия и бессмертия, которую открыли ученые, заставила целиком переосмыслить наши знания о том, что означает для человека такой переворот.

За изменениями в современном мире стоят, например, новые технологии и открытие бессмертных клеток. Это способствует признанию силы, возникающей при согласованности сердца и мозга. Все эти достижения и сегодня продвигаются очень быстрыми темпами. Они могут быть полезны, если каждый человек будет нуждаться в другом.

В главе 3 я рассказал про обнаружение диалога между сердцем и мозгом (согласованности), а также об оптимизации такого диалога. Помимо выдающихся способностей, раскрываемых за счет глубокой интуиции, быстрого обучения, умения предвидеть, задействовать мощную иммунную систему и высвобождать фермент теломеразу, появляется дополнительное преимущество. Оно называется резилентностъю[7]7
  От англ, resilience – упругость, эластичность (прим, пер.)


[Закрыть], и именно так природа помогает нам разумно принимать серьезные перемены.

Недавние исследования ученых обнаружили, что при повышении своей резилентности к жизненным вызовам мы снижаем порожденный ими стресс. Другими словами, когда мы улучшаем условия в системе ума, тела и эмоций, то изменяем наше восприятие этих вызовов, и делаем это разумно, даже если обстоятельства не изменились. Такой вид резилентности станет ключевым при излечении эмоциональных ран, с которыми мы сталкиваемся в своем долгожительстве. Сама красота возросшей резилентности – наш ответ в любом возрасте, в любой момент своего существования.

Ключ 38. Резилентность при согласованности мозга и сердца – ключ к эмоциональному излечению после смерти родных и близких, неизбежной при долгожительстве.

Не важно, говорим ли мы об одном человеке или о целой планете людей. Резилентность всегда традиционно представляется как внутренняя особенность, позволяющая оправиться от трагического события, например, потери любимого человека, работы или разрыва отношений. Американская психологическая ассоциация определяет резилентность как «процесс здоровой адаптации перед лицом невзгод» и «способ отстраниться от тяжелых переживаний» [19]. Такая формулировка вполне соответствует поведению после просмотра новостей, но существует еще один вид резилентности. О расширенной резилентности говорят нечасто, однако она действует и проясняет всю картину.

Стокгольмский Центр резилентности характеризует ее как умение «постоянно меняться и адаптироваться, оставаясь при этом в пределах критических пороговых значений» [20].

Именно это второе определение наилучшим образом иллюстрирует ту резилентность, которая необходима для принятия перемен на протяжении слишком долгой жизни.

Речь идет о способе мышления и поведения, который дает нам гибкость, нужную для непрерывного изменения и адаптации к новым вызовам, новым условиям и новым способам все тех же мышления и жизни, а не отстранения от одной, а потом и от другой потери. Именно такая форма резилентности является ключом для снятия неразрешенных стрессов. Если представить личную резилентность в виде общей энергии наших эмоциональных, физических и психологических «батарей», нужной для преодоления трудностей, то расширенная резилентность – это ток, который постоянно заряжает эти батареи.

Все начинается с резилентности, создаваемой нами в самом своем сердце. Одним из способов определения ее уровня является измерение пиковых значений и более пологих участков сердечных ритмов.

Хотя большинство людей имеют представление о диаграммах сердечных ритмов, которые тщательно изучают врачи при ежегодном медосмотре, мы не всегда понимаем все тонкости графика. Эти ритмы показывают общее состояние сердца и нервной системы на ЭКГ. Измеряются выходные электрические сигналы сердца – импульсы, вырабатываемые и посылаемые сердцем всему телу.

Самих материалов по изучению и интерпретации сердечных ритмов хватило бы для целой книги, но я хочу обратить внимание на один конкретный момент. Существует аспект сердечного ритма, который является ключевым для резидентное™. Разглядывая график ЭКГ, даже неподготовленный человек может заметить повторяющиеся пики при каждом ударе сердца (см. рис. 5.3).

Важно учитывать, что расстояние от вершины одного большого пика (называемого волной R) до следующего – не всегда одинаково, оно варьируется от удара к удару. Хотя на первый взгляд эти расстояния кажутся идентичными, при измерении интервалов мы обнаружим, что они меняются. Это идет нам только на пользу, именно это закладывает основу нашей резидентное™.

Чем больше вариабельность между ударами, тем лучшей резилентностью мы обладаем в ходе противостояния стрессу и переменам в мире [21]. Поскольку мы измеряем именно вариабельность сердечных сокращений, то ее так и называют: вариабельность сердечного ритма (ВСР). Эта ВСР измеряется очень малыми единицами времени – миллисекундами, причем разница между одним сердцебиением и другим может составлять лишь часть миллисекунды.

Рис. 5.3. Фрагмент обычной ЭКГ, где показаны повторяющиеся пики и снижение нормального сердцебиения. Расстояние от одного пика (R1) до следующего (R2, R3 и так далее) изменяется от одного удара к другому. Именно вариабельность сердечного ритма дает нам жизнестойкость. Источник: Dreamstime ® Z_i_b_i.

В детстве у нас высокий уровень ВСР, и это вполне понятно. В юности мы исследуем мир, и нашему телу необходимо приспособиться к тому, что мы обнаружили. Такая настройка должна быть очень быстрой. С первого же раза, когда пальцы ощутили горячую воду из-под крана, или мы узнали, что не все собаки так дружелюбны, как щенок в гостиной. Реакция должна проявиться сразу. Способность сердца менять свои ритмы и посылать кровь в самое нужное место составляет биологическую связь с быстрым откликом, основой нашего выживания.

Этот сигнал сердца в мозг создает согласованность. Стоит внести ясность: наше сердце и мозг всегда связаны. Хаос обыденной жизни и негативных эмоций понижает уровень согласованности. С помощью простых упражнений, как описано в «Обнаружении и снятии неразрешенных стрессов» и далее, можно изменить основные параметры своих тел и повысить уровень согласованности. Существует прямая связь между ВСР, степенью согласованности и резилентностью при встрече с переменами или невосполнимыми потерями в своей слишком долгой жизни. Чем лучше согласованность, тем больше ВСР и резилентность.

Ключ 39. Чем лучше гармония между сердцем и мозгом (согласованность), тем больше резилентность.

Учеными из ИМС были сделаны значительные открытия в области согласованности сердца, сердечного интеллекта и проблем их применения в жизни. В этих исследованиях институт строго доказал два факта, непосредственно относящихся к личной резилентности.

• Эмоциями можно управлять и создавать согласованность в наших телах.

• Можно воспользоваться методикой простых шагов и по желанию создавать согласованность в обычной жизни.

В сотрудничестве с некоторыми авторитетными организациями ИМС разработал простую систему Attitude Breathing® («дыхание мироощущения»), с помощью которой можно использовать эти открытия в повседневной жизни. Основное преимущество метода в том, что «сердце автоматически гармонизирует энергию между сердцем, умом и телом, повышая согласованность и ясность» [22]. В институте описали три простых шага для достижения максимального уровня согласованности. Упражнения взяты из книги «Преобразуя стресс» Дока Чайлдре и Деборы Розман [23].

УПРАЖНЕНИЕ

Три шага к личной резилентности: Attitude Breathing®

Шаг 1. Распознайте нежелательное чувство, которое вы хотите изменить. Это может быть тревога, грусть, отчаянье, депрессия, самоосуждение, чувство вины, раздражение, подавленность – все, что вас беспокоит.

Шаг 2. Определите и вдыхайте в себя замену. Выберите позитивный подход, а затем вдыхайте это ощущение медленно и без напряжения через область сердца. Продолжайте дышать, чтобы закрепить новое чувство.

Шаг 3. Скажите себе, что нужно исключить значимость и драматизм из негативного чувства или жизненной позиции. Признайтесь себе: я устраняю значимость. Повторяйте это утверждение снова и снова, используя технику Attitude Breathing® до тех пор, пока не почувствуете сдвиг или изменение. Даже если негатив оправдан, накопление эмоциональной энергии блокирует вашу систему. Вы должны обладать очень серьезным настроем и сердечным намерением, если действительно хотите преобразовать эти эмоции в более согласованное состояние.

Продолжая практику, вы начнете создавать новые невральные пути, а прежние возбуждающие вас позиции и сопротивление станут ослабевать.

Современная наука доказала, что процесс исцеления начинается с момента рождения на самом глубинном уровне организма, с наших ДНК. Нужно поверить в исцеление как реальную возможность долгожительства или даже бессмертия по нашему желанию.

Независимо от продолжительности пребывания в этом мире, способность к самоисцелению определяет успех наших отношений, работы и карьерного роста. У нас есть способность делать такой выбор, чего не может позволить себе ни одна другая форма жизни. Именно по этой причине мы не можем упасть под ударами судьбы, но поднимаемся выше – к нашему величайшему предназначению.

(Copyright® 2013 ИМС)