Читать книгу "Избранное"

К вопросу о разговорах по поводу того, зачем Ленин предложил перейти к НЭПу. Некоторые утверждают, что таким образом он собирался возродить рынок и кое-какие старые общественные отношения. Это не так: на самом деле новая экономическая политика была направлена на то, чтобы, наоборот, развить именно социализм.

Эта политика позволяла социалистическим формам бороться с досоциалистическими формами хозяйствования на практике, побеждая их, а не просто растаптывая их кавалерийскими методами. Требовалось победить их в справедливой конкурентной борьбе. Ведь если вы не можете создать для своей социалистической фабрики успешной конкуренции по сравнению с мелкими кустарями, значит, вы действуете неправильно.

Далее приводится хороший пример того, как именно выстраивались взаимоотношения крестьянства и развивающегося социализма – и как все это постепенно превращалось в социализм.

Далее – цитата из Ленина.

«Власть государства на все крупные средства производства, власть государства в руках пролетариата, союз этого пролетариата со многими миллионами мелких и мельчайших крестьян, обеспечение руководства за этим пролетариатом по отношению к крестьянству и т. д., – разве это не все, что нужно для того, чтобы из кооперации, из одной только кооперации, которую мы прежде третировали как торгашескую и которую с известной стороны имеем право третировать теперь при НЭПе так же, разве это не все необходимое для построения полного социалистического общества? Это еще не построение социалистического общества, но это все необходимое и достаточное для этого построения».

Следующий раздел – «Национальный вопрос».

«Национальный вопрос в период II Интернационала и национальный вопрос в период ленинизма далеко не одно и то же. <…>

Раньше национальный вопрос замыкался обычно тесным кругом вопросов, касающихся главным образом “культурных” национальностей. <…> Белых и черных, “культурных” и “некультурных” не решались ставить на одну доску. <…> Ленинизм вскрыл это вопиющее несоответствие, разрушил стену между белыми и черными, между европейцами и азиатами, между “культурными” и “некультурными” рабами империализма и связал, таким образом, национальный вопрос с вопросом о колониях. Тем самым национальный вопрос был превращен из вопроса частного и внутригосударственного в вопрос общий и международный, в мировой вопрос об освобождении угнетенных народов зависимых стран и колоний от ига империализма.

Ленинизм расширил понятие самоопределения, истолковав его как право угнетенных народов зависимых стран и колоний на полное отделение, как право наций на самостоятельное государственное существование. <…> Ленинизм низвел национальный вопрос с высот широковещательных деклараций на землю, заявив, что декларации о “равенстве наций” не подкрепляемые со стороны пролетарских партий прямой поддержкой освободительной борьбы угнетенных народов, являются пустыми и фальшивыми декларациями. Тем самым вопрос об угнетенных нациях стал вопросом о поддержке, о помощи, действительной и постоянной помощи угнетенным нациям в их борьбе с империализмом за действительное равенство наций, за их самостоятельное государственное существование».

И, следовательно, за ослабление империалистических позиций… Затем, опять же, идет исчерпывающее уточнение.

«Это не значит, конечно, что пролетариат должен поддерживать всякое национальное движение, везде и всегда, во всех отдельных конкретных случаях. Речь идет о поддержке таких национальных движений, которые направлены на ослабление, на свержение империализма, а не на его укрепление и сохранение. <…>

Освободительное движение угнетенных народов и пролетарская революция. При решении национального вопроса ленинизм исходит из следующих положений:

а) мир разделен на два лагеря:…горстки цивилизованных наций, обладающих финансовым капиталом и эксплуатирующих громадное большинство населения земного шара, и лагерь угнетенных и эксплуатируемых народов колоний и зависимых стран…;

б) колонии и зависимые страны, угнетаемые и эксплуатируемые финансовым капиталом, составляют величайший резерв и серьезнейший источник сил империализма;

в) революционная борьба угнетенных народов зависимых и колониальных стран против империализма является единственным путем их освобождения от гнета и эксплуатации;

г) важнейшие колониальные и зависимые страны уже вступили на путь национально-освободительного движения…;

д) интересы пролетарского движения в развитых странах и национально-освободительного движения в колониях требуют соединения этих двух видов революционного движения в общий фронт против общего врага, против империализма;

е) победа рабочего класса в развитых странах и освобождение угнетенных народов от ига империализма невозможны без образования и укрепления общего революционного фронта…»

Одним словом, автор показывает основания для расширения лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»: имеются в виду и все угнетенные народы.

«ж) образование общего революционного фронта невозможно без прямой и решительной поддержки со стороны пролетариата угнетающих наций освободительного движения угнетенных народов против “отечественного” империализма…»

Данные тезисы были взяты из работ Энгельса.

«з) поддержка эта означает отстаивание, защиту, проведение в жизнь лозунга – право наций на отделение, на самостоятельное государственное существование;

и) без проведения этого лозунга невозможно наладить объединение и сотрудничество наций…;

к) объединение это может быть лишь добровольным, возникшим на основе взаимного доверия и братских взаимоотношений народов.

Отсюда две стороны, две тенденции в национальном вопросе: тенденция к политическому освобождению от империалистических уз и к образованию самостоятельного национального государства, возникшая на основе империалистического гнета и колониальной эксплуатации, и тенденция к хозяйственному сближению наций, возникшая в связи с образованием мирового рынка и мирового хозяйства.

<…>

Для империализма эти две тенденции являются непримиримыми противоречиями…

Для коммунизма, наоборот, эти тенденции являются лишь двумя сторонами одного дела, дела освобождения угнетенных народов от ига империализма, ибо коммунизм знает, что объединение народов в едином мировом хозяйстве возможно лишь на началах взаимного доверия и добровольного соглашения…»

Это, кстати, показывает в очередной раз, что коммунизм идет на смену империализму

Следующий раздел – «Стратегия и тактика». Он в чем-то повторяет уже упомянутый нами обширный сталинский материал, точнее целый курс «науки побеждать» от Иосифа Виссарионовича, – т. е. стратегии и тактики. Тем не менее здесь мы наблюдаем много интересных дополнений.

«Стратегия и тактика как наука о руководстве классовой борьбой пролетариата. <…>

Гениальные мысли Маркса и Энгельса о тактике и стратегии, замуравленные оппортунистами II Интернационала, были вытащены Лениным на свет божий… <… > Он их развил дальше и дополнил новыми мыслями и положениями, объединив все это в систему правил и руководящих начал по руководству классовой борьбой пролетариата. Такие брошюры Ленина, как “Что делать?” “Две тактики” “Империализм” “Государство и революция” “Пролетарская революция и ренегат Каутский” “Детская болезнь” несомненно, войдут как ценнейший вклад в общую сокровищницу марксизма, в его революционный арсенал. <…>

Этапы революции и стратегия. Стратегия есть определение направления главного удара пролетариата на основе данного этапа революции, выработка соответствующего плана расположения революционных сил (главных и второстепенных резервов), борьба за проведение этого плана на всем протяжении данного этапа революции».

Свои рассуждения автор иллюстрирует тремя этапами, через которые прошла революция. Первый этап: 1903 – февраль 1917 года. Второй этап: март – октябрь 1917-го. И третий этап – который начался после Октябрьского переворота. И для каждого этапа указываются цель, основная сила, ближайший резерв, направление основного удара, план расположения сил. Вот, например, данные по третьему этапу:

«Цель – упрочить диктатуру пролетариата в одной стране… <…> Основные силы революции: диктатура пролетариата в одной стране, революционное движение пролетариата во всех странах. Главные резервы: полупролетарские и мелкокрестьянские массы в развитых странах, освободительное движение в колониях и зависимых странах. Направление основного удара: изоляция мелкобуржуазной демократии, изоляция партий II Интернационала, представляющих основную опору политики соглашения с империализмом. План расположения сил: союз пролетарской революции с освободительным движением колоний и зависимых стран».

Столь четкая характеристика резюмирует все рассуждения коротко и ясно! Взглянем на следующий пункт этого раздела:

«Приливы и отливы движения и тактика. Тактика есть определение линии поведения пролетариата за сравнительно короткий период прилива или отлива движения, подъема или упадка революции, борьба за проведение этой линии путем смены старых форм борьбы и организации новыми, старых лозунгов новыми, путем сочетания этих форм и т. д. Если стратегия имеет целью выиграть войну, скажем, с царизмом или с буржуазией, довести до конца борьбу с царизмом или буржуазией, то тактика ставит себе менее существенные цели, ибо она старается выиграть не войну в целом, а те или иные сражения, те или иные бои… Тактика есть часть стратегии, ей подчиненная, ее обслуживающая».

Важное замечание. Ведь очень часто получается, что стратегия сама по себе, а тактика сама по себе.

«Тактика имеет дело с формами борьбы и формами организации пролетариата, с их сменой, их сочетанием. На основе данного этапа революции тактика может меняться несколько раз в зависимости от приливов или отливов, от подъема или упадка революции».

Следующий пункт касается построения стратегического руководства. Кроме этого, описывается, какие бывают резервы у революции: прямые и косвенные. К прямым относятся крестьянство, пролетариат, революционное движение. А косвенные – это любые противоречия, в самом широком смысле слова:

«а) противоречия и конфликты между непролетарскими классами своей страны… б) противоречия, конфликты и войны (например, империалистическая война) между враждебными пролетарскому государству буржуазными государствами…»

Говоря простыми словами, мы находим слабые звенья – и на их основе быстро решаем свои задачи, поскольку они не могут нам помешать.

«В чем состоит правильное использование резервов?

<…>

Во-первых. Сосредоточение главных сил революции в решающий момент на наиболее уязвимом для противника пункте… Примером, демонстрирующим такого рода использование резервов, можно считать стратегию партии за период апрель – октябрь 1917 года. Несомненно, что наиболее уязвимым пунктом противника в этот период была война».

К тому же очень в этой ситуации пригодился своевременно выдвинутый лозунг «За мир!»

«Во-вторых. Выбор момента решающего удара, момента открытия восстания, рассчитанный на то, что кризис дошел до высшей точки, что готовность авангарда биться до конца, готовность резерва поддержать авангард и максимальная растерянность в рядах противника – имеются уже налицо».

Здесь действуем в соответствии с известной формулой «вчера рано – завтра поздно».

«Образцом такой стратегии можно считать проведение Октябрьского восстания.

<…>

В-третьих. Неуклонное проведение уже принятого курса через все и всякие затруднения и осложнения на пути к цели, необходимое для того, чтобы авангард не терял из виду основной цели борьбы, а массы не сбивались с пути, идя к этой цели и стараясь сплачиваться вокруг авангарда».

Все верно: иначе доиграемся до потери курса.

«В-четвертых. Маневрирование резервами, рассчитанное на правильное отступление, когда враг силен…»

Здесь Сталин затрагивает еще и такое немаловажное умение, как умение отступать.

«Цель такой стратегии – выиграть время, разложить противника и накопить силы для перехода потом в наступление.

Образцом такой стратегии можно считать заключение Брестского мира… <…>

Тактическое руководство. Тактическое руководство есть часть стратегического руководства, подчиненная задачам и требованиям последнего».

Опять же, все раскладывается по полочкам, чтобы никаких неясных мест не осталось.

«В чем состоит правильное использование форм борьбы и организации пролетариата?

<…>

Во-первых. Выдвижение на первый план тех именно форм борьбы и организации, которые, более всего соответствуя условиям данного прилива или отлива движения, способны облегчить и обеспечить подвод масс к революционным позициям… <…>

Во-вторых. Нахождение в каждый данный момент того особого звена в цепи процессов, ухватившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить условия для достижения стратегического успеха».

Еще одна интересная мысль Сталина заключается в том, что надо дать массам научиться на собственном опыте. То есть все эти тактические и стратегические тонкости ценны не своей теоретической зафиксированностью, а тем, в каком объеме они применяются для того, чтобы массы научились всему на практике. Если же они только сидят и слушают, что им расскажут лекторы, или даже если сами вычитывают правильные мысли из книг, то этого будет недостаточно для того, чтобы они могли самостоятельно решать стоящие перед ними задачи. Короче говоря, нужно смелее переходить к практике: только так народные массы смогут чему-то научиться из своего опыта и перестанут относиться к теории как к чему-то заумному, далекому и непостижимому. Они должны перестать считать себя малограмотными и неопытными, не смея даже помыслить об управлении страной. Это должно стать их собственным делом – и они должны четко понимать, что они делают. А если они управляют своей страной, то они и ведут борьбу за развитие своей страны. В общем, они по-другому будут относиться ко всей своей деятельности.

Здесь Сталин приводит два примера. Вот один из них:

«В период образования партии, когда бесчисленное множество кружков и организаций не было еще связано между собой, когда кустарничество и кружковщина разъедали партию сверху донизу, когда идейный разброд составлял характерную черту внутренней жизни партии, – в этот период основным звеном и основной задачей в цепи звеньев и в цепи задач, стоявших тогда перед партией, оказалось создание общерусской нелегальной газеты (“Искра”). Почему? Потому что только через общерусскую нелегальную газету можно было при тогдашних условиях создать спевшееся ядро партии, способное связать воедино бесчисленные кружки и организации, подготовить условия идейного и тактического единства и заложить, таким образом, фундамент для образования действительной партии».

Многие думают, что мы сейчас находимся на таком же этапе: местечковая кружковщина, каждый «кулик» сидит в своем «болоте»… Однако это не совсем так. У нас есть Рабочая партия России, есть общероссийская газета «Народная правда». Она уже тридцать лет издается на всю Российскую Федерацию тиражом на сегодня в пятьдесят пять тысяч экземпляров. Она раздается на фабриках и заводах во всех уголках России. Хотя, чего уж спорить, вместе с тем есть масса всяких кружков, члены которых никак не дорастут до партийного уровня. А ведь если люди начинают заниматься в кружке – это уже очень хорошо. Кроме общероссийской газеты, у нас есть и общероссийские организации – такие, как Фонд рабочей академии (Фонд содействия обучению рабочих). Поясним, кстати, что мы понимаем под словом «общероссийский»: это значит, что в их работе могут участвовать трудящиеся любого населенного пункта. То есть в данном случае для нас важен не массовый охват, а сам принцип. Мы, со своей стороны, сделали все для того, чтобы рабочие, трудящиеся могли включаться в эту работу. Никто не может заставить никого насильно, да еще и массово вступать в такие организации. Важно предложить людям такую возможность и обучить их соответствующим образом: этим-то, по мере своих скромных сил, мы и занимаемся.

Кстати, знает ли читатель, что такое милиция? Изначальное определение этого слова – «вооруженный народ». Милиция создается тогда, когда создаются Советы. А когда нет Советов, нет и милиции. То есть это не просто передовая часть народа. Передовая часть народа – это рабочий класс. А передовая часть рабочего класса – это партия рабочего класса. А прочие общественные формы, такие как кружки и даже особые учебные заведения, – все это необходимо и полезно для организации и просвещения рабочего класса.

Переходим к следующему пункту – «Реформизм и революционизм».

«Чем отличается революционная тактика от тактики реформистской?

Иные думают, что ленинизм против реформ, против компромиссов и соглашений вообще. Это совершенно неверно. Большевики знают не меньше, чем всякий другой, что в известном смысле “всякое даяние благо”, что при известных условиях реформы вообще, компромиссы и соглашения в частности – необходимы и полезны. <…>

Дело, очевидно, не в реформах или компромиссах и соглашениях, а в том употреблении, которое делают люди из реформ и соглашений.

Для реформиста реформа – все, революционная же работа – так себе, для разговора, для отвода глаз. <…>

Для революционера же, наоборот, главное – революционная работа, а не реформа – для него реформа есть побочный продукт революции. <…>

Революционер приемлет реформу для того, чтобы использовать ее как зацепку для сочетания легальной работы с работой нелегальной, для того, чтобы использовать ее как прикрытие для усиления нелегальной работы на предмет революционной подготовки масс к свержению буржуазии.

В этом суть революционного использования реформ и соглашений в условиях империализма.

Реформист же, наоборот, приемлет реформы для того, чтобы отказаться от всякой нелегальной работы, подорвать дело подготовки масс к революции и почить под сенью «дарованной» реформы.

В этом суть реформистской тактики. <…>

Дело, однако, меняется несколько после свержения империализма, при диктатуре пролетариата. При известных условиях… пролетарская власть может оказаться вынужденной сойти временно с пути революционной перестройки существующих порядков на путь постепенного их преобразования, “на путь реформистский” как говорит Ленин в известной статье “О значении золота”, на путь обходных движений, на путь реформ и уступок непролетарским классам для того, чтобы разложить эти классы, дать революции передышку, собраться с силами и подготовить условия для нового наступления. <…>

Реформа при таких условиях превращается, таким образом, в свою противоположность».

Эти рассуждения напоминают о строгом методе доказательства, известном как математическая индукция. Здесь получается точно так же при распространении одного положения на следующее.

Следующий, восьмой, раздел этой выдающейся работы, не менее интересный, называется «Партия». Из него можно почерпнуть много информации, которую спокойно можно применить к сегодняшней КПРФ.

«Думать, что эти новые задачи могут быть разрешены силами старых социал-демократических партий, воспитанных в мирных условиях парламентаризма, – значит обречь себя на безнадежное отчаяние, на неминуемое поражение. Оставаться с такими задачами на плечах при старых партиях во главе – значит оказаться в состоянии полного разоружения».

Вот почему не нужно ожидать от КПРФ какого-то движения к коммунизму

Пару страниц назад мы, вместе с товарищем Сталиным, рассуждали о том, что необходимо давать массам учиться на собственном опыте, а не только на лекциях и в библиотеках. Соответственно народные массы, которые взяли власть, должны учиться на своем опыте строить социализм. Это вопрос о строительстве социализма, а вовсе не о том, как поступать в условиях капитализма.

Как же действовать широким массам сейчас? По большому счету, применяя тот же принцип – учебы на практике. Никто нам, лежащим на диване, ничего на блюдечке не принесет. Массы сами должны участвовать в создании партии. Даже если вы прочтете и усвоите все то, что мы здесь излагаем, ваш практический опыт по-прежнему будет нулевым. Нельзя научиться плавать, если вы находитесь на берегу.

«Эта новая партия есть партия ленинизма.

В чем состоят особенности этой новой партии?

Партия как передовой отряд рабочего класса. Партия должна быть прежде всего передовым отрядом рабочего класса. Партия должна вобрать в себя все лучшие элементы рабочего класса, их опыт, их революционность, их беззаветную преданность делу пролетариата. Но, чтобы быть действительно передовым отрядом, партия должна быть вооружена революционной теорией… <…> Партия должна стоять впереди рабочего класса, она должна видеть дальше рабочего класса, она должна вести за собой пролетариат, а не тащиться в хвосте за стихийностью. <…>

Партия есть политический вождь рабочего класса.

<…>

Партия есть боевой штаб пролетариата.

Но партия не может быть только передовым отрядом. Она должна быть вместе с тем отрядом класса, частью класса, тесно связанной с ним всеми корнями своего существования».

То есть партия не должна отрываться от рабочего класса: она его неотъемлемая часть. При этом надо иметь в виду, что, по словам тех же Ленина и Сталина, различие между партией и беспартийными не может исчезнуть, пока не исчезнут классы. Все верно: если уж вы партию называете самой передовой частью, значит, ее и надо рассматривать как передовую часть. В отличие от простых, рядовых людей, которые во всем участвуют, но не находятся на передовых позициях.

Сталин прямо говорит о том, что отмирание партии возможно только с уничтожением классов. Пока же классы остаются, то определение партии как авангарда передового класса остается. Более того: для того чтобы не произошло перерождения партии, надо нещадно гнать из нее оппортунистов.

Второй пункт:

«Партия как организованный отряд рабочего класса. Партия не есть только передовой отряд рабочего класса. Если она хочет действительно руководить борьбой класса, она должна быть вместе с тем организованным отрядом своего класса. <…>

Мысль о партии как об организованном целом закреплена в известной формулировке Ленина первого пункта устава нашей партии, где партия рассматривается как сумма организаций, а члены партии – как члены одной из организаций партии».

Это объясняет ожесточенную борьбу Ленина и Сталина за четкую формулировку – кто является и может быть членом партии. А дальше мы находим диалектическую формулу, в которой фигурируют и каждый, и целое.

«Но партия не есть только сумма партийных организаций. Партия есть вместе с тем единая система этих организаций, их формальное объединение в единое целое с высшими и низшими органами руководства, с подчинением меньшинства большинству, с практическими решениями, обязательными для всех членов партии».

Все это верно даже для буржуазных партий. Кроме того, когда мы говорим о партии рабочего класса, мы должны думать о том, чтобы действительно передовые рабочие – фабрично-заводские, городские – имели соответствующие места. Мы уже отмечали, что нормальное соотношение – это примерно 20 % интеллигентов на 80 % рабочих. Такого достичь, действительно, непросто. Во-вторых, Сталин указывает, что рабочие обязательно должны быть в партийных комитетах. То есть там должны быть не только люди с особым образованием и интеллигенты: должно сохраняться то же «золотое» соотношение, о котором еще Ленин говорил. Одним словом, партия должна базироваться на соединении научного социализма с рабочим движением. Интеллигенты подводят под социализм научную базу, а рабочие принимают решение. Все исполняют. Вдобавок интеллигенция должна заниматься партийным обучением тех, кто недавно в партии.

Можно даже сказать, что основная задача, основная функция интеллигенции – это обучение. Ведь кто такой интеллигент? Это носитель знания. Любопытно, что в одной из своих работ, в конспекте работы Плеханова, Ленин отмечает плехановское выражение о том, что «каждый интеллигент знает больше, чем средний рабочий». Но мы же сейчас говорим не о знании, а о сознании! А сознание рабочего предуказывается его положением с гораздо большей определенностью, чем сознание интеллигента. Мы никогда не знаем наверняка, каким будет сознание у интеллигента – в то время как о рабочем это можно сказать гораздо более определенно. Так что если вы хотите создать партию рабочего класса, то, конечно же, во всех организациях рабочие должны получить решающую роль и в плане голосования, и в плане численности. Только тогда вы будете иметь партию рабочего класса. Это с одной стороны.

А с другой стороны, интеллигент, который не может убедить хотя бы двух рабочих, – не интеллигент. Поэтому настоящие партийные интеллигенты берут не тем, что они вовремя поднимают руку на голосовании, а тем, что обучают рабочих. И рабочие – их союзники в отстаивании единых пролетарских позиций.

В общем, граждане интеллигенты! Буржуи создали для вас все условия для распространения знаний в виде бесплатных видеосервисов и соцсетей. Займитесь же наконец делом! Но так, чтобы это распространение знаний не было тем, чем оно являлось, скажем, в феодальном обществе: писатель пописывает, а читатель почитывает. Необходимы активные действия (блоги, «живые» выступления, да мало ли что еще): рассказы, как нам плохо живется, как все в стране ухудшается и что надо делать. А чтобы уметь четко ответить на вопрос: «Что же нам делать?», надо понимать, что идти надо с создания Советов, готовить социалистическую революцию. А для этого надо готовить революционный класс. Вот в чем заключается одна из задач передовой интеллигенции.

«Принцип подчинения меньшинства большинству, принцип руководства партийной работой из центра нередко вызывает нападки со стороны неустойчивых элементов, обвинения в “бюрократизме”, “формализме”.. <…> Борьбу с этими принципами Ленин называет” русским нигилизмом” и “барским анархизмом” заслуживающим того, чтобы быть высмеянным и отброшенным прочь».

По сути дела, здесь говорится о демократическом центре, о котором мы, читая Ленина и Сталина, уже не раз упоминали. Поэтому сейчас на этом останавливаться не будем.

Третий пункт этого раздела – «Партия как высшая форма классовой организации пролетариата».

«Но как осуществить единое руководство при таком обилии организаций?»

Автор имеет в виду, что существует очень много пролетарских организаций, которые объединяют пролетариат в целое. Он даже перечисляет их: «…профсоюзы, кооперативы, фабрично-заводские организации, парламентские фракции, беспартийные объединения женщин, печать, культурно-просветительные организации, союзы молодежи, революционно-боевые организации». Список, действительно, очень длинный. Как же все это разнообразие объединить?

«…Все эти организации должны вести работу в одном направлении, ибо они обслуживают один класс…»

Это правильно. Если они пойдут хотя бы в двух направлениях, класс будет разорван на части.

«…Кто определяет ту линию, то общее направление, по которому должны вести свою работу все эти организации? Где та центральная организация, которая не только способна ввиду наличия необходимого опыта выработать эту общую линию, но имеет еще возможность ввиду наличия достаточного для этого авторитета побудить все эти организации провести в жизнь эту линию для того, чтобы добиться единства в руководстве и исключить возможность перебоев?

Такой организацией является партия пролетариата».

Еще Ленин подчеркивал, что не класс существует для партии, а партия существует для класса. Если она и является «головой» класса, то она все-таки принадлежит классу. Самая большая опасность, по убеждению Троцкого, заключается в бюрократизации партийного аппарата. Это неверно. Настоящая опасность состоит не в этом, а в возможности реального отрыва партии от партийных масс. Вы можете иметь партию, построившую свой аппарат на самых демократических началах. Но если она не связана с рабочим классом, то такая демократия будет впустую, грош ей цена. Партия существует для класса, и никак иначе, и партийные начальники должны подчиняться классу.

Собственно, когда перестало быть возможным спокойно заходить в кабинет к партийному начальнику, тогда и стало ясно, кто для кого в реальности существует.

«Вот почему говорит Ленин, что партия есть “высшая форма классового объединения пролетариев”..

Вот почему оппортунистическая теория “независимости” и “нейтральности” беспартийных организаций, плодящая независимых парламентариев и оторванных от партии деятелей печати, узколобых профессионализмов и омещанившихся кооператоров, является совершенно несовместимой с теорией и практикой ленинизма».

Надо сказать, что теория, которую развивает Сталин вслед за Лениным, совершенно объективна. Вот, например, Троцкий в своих выступлениях выдвигает принципиально ошибочное положение о том, что партия не ошибается. Это неверно, указывает Сталин, ведь партия нередко ошибается. И нет таких организаций, которые не ошибаются. Поэтому всякие заявления наподобие тех, что сделал Троцкий, являются не более чем неумелой карикатурой на многогранную реальность, которую Ленин и Сталин понимают гораздо более всеобъемлюще.

Следующий пункт – «Партия как орудие диктатуры пролетариата».

«Партия есть не только высшая форма классового объединения пролетариев – она есть вместе с тем орудие в руках пролетариата для завоевания диктатуры, когда она еще не завоевана, для укрепления и расширения диктатуры, когда она уже завоевана. <…>

Но что значит “удержать” и “расширить” диктатуру? Это значит – внести в миллионные массы пролетариев дух дисциплины и организованности; это значит – создать в пролетарских массах скрепу и оплот против разъедающих влияний мелкобуржуазной стихии и мелкобуржуазных привычек; это значит – подкрепить организаторскую работу пролетариев по перевоспитанию и переделке мелкобуржуазных слоев; это значит – помочь пролетарским массам воспитать себя как силу, способную уничтожить классы и подготовить условия для организации социалистического производства. Но проделать все это невозможно без партии, сильной своей сплоченностью и дисциплиной».

Следующий пункт – «Партия как единство воли, несовместимое с существованием фракций».

«Завоевание и удержание диктатуры пролетариата невозможно без партии, сильной своей сплоченностью и железной дисциплиной. Но железная дисциплина в партии немыслима без единства воли, без полного и безусловного единства действия всех членов партии. Это не значит, конечно, что тем самым исключается возможность борьбы мнений внутри партии. Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает критику и борьбу мнений внутри партии. Это тем более не значит, что дисциплина должна быть “слепой”. Наоборот, железная дисциплина не исключает, а предполагает сознательность и добровольность подчинения, ибо только сознательная дисциплина может быть действительно железной дисциплиной. Но после того, как борьба мнений кончена, критика исчерпана и решение принято, единство воли и единство действия всех членов партии является тем необходимым условием, без которого немыслимы ни единая партия, ни железная дисциплина в партии».

Далее – очень интересные выводы.