Текст книги "Приключения Пиноккио (с иллюстрациями)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/priklyucheniya-pinokkio-15540.jpg)
Автор книги: Карло Коллоди
Жанр: Литература 19 века, Классика
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
Глава 35.
Пиноккио находит в теле Акулы… кого? Прочитайте эту главу, и вы узнаете
![](i_046.png)
* * *
Пиноккио, простившись таким образом со своим добрым другом Тунцом, пошёл, пошатываясь, во тьму. Он двигался в теле Акулы на ощупь, шаг за шагом, по направлению к светящейся точке, которую видел вдали.
Чем дальше он шёл, тем явственнее и определённее становилось светящееся пятно. И после долгой ходьбы он наконец пришёл. И когда он пришёл, что же он увидел там? Вы никогда не отгадаете! Он увидел столик с горящей свечой на нём. Свеча торчала в зелёной бутылке. Возле стола сидел старик, белый как лунь или как сбитые сливки, и жевал живых рыбок. А рыбки были такие живые, что то и дело выскакивали у него изо рта.
При виде всего этого Пиноккио охватила столь бурная и непосредственная радость, что он чуть с ума не сошёл. Ему хотелось смеяться, ему хотелось плакать, ему хотелось говорить без конца. Но он мог только произнести заикаясь несколько отрывочных, бессвязных слов. Наконец ему удалось всё-таки испустить возглас радости, и он бросился к старику на шею с криком:
– Ах, мой дорогой отец! Наконец я вас разыскал! Теперь я вас никогда, никогда не оставлю!
– Значит, я не ошибся? – ответил старик, протирая глаза. – Значит, ты действительно мой милый Пиноккио?
– Да, да, это я, я самый! И вы мне всё простили, не правда ли? Ах, дорогой отец, вы такой добрый!.. А я наоборот… Ах, если бы вы знали, сколько несчастий я пережил и сколько зла испытал! Представьте себе, мой бедный отец: в тот день, когда вы продали свою куртку и купили мне букварь, чтобы я мог пойти в школу, я на всё наплевал ради кукольного театра, и хозяин театра хотел меня бросить в огонь, чтобы его барашек изжарился, и потом он дал мне пять золотых монет для вас, но я повстречал Лису и Кота, которые привели меня в таверну Красного Рака, где они жрали, как волки, а я один-одинёшенек снова пошёл в ночь и встретил грабителей, которые побежали вслед за мной, а я впереди, и они за мной, и я всё время впереди, и они всё время за мной, и я впереди, пока они меня не повесили на ветке Большого Дуба, где Красивая Девочка с лазурными волосами велела отвезти меня в карете, и когда меня врачи осмотрели, они сразу же сказали: «Если он ещё не мёртв, значит, он ещё жив», и тогда я не выдержал и соврал, и мой нос стал расти, и я не мог пройти через дверь, и поэтому я затем вместе с Лисой и Котом закопал четыре золотые монеты, потому что одну я потратил в таверне, и попугай начал смеяться, и вместо двух тысяч монет я вообще ничего не нашёл, и, когда судья услышал, что меня ограбили, он немедленно посадил меня в тюрьму, чтобы воры были довольны, и оттуда я попал в виноградник и увидел там красивые гроздья и оказался в капкане, и крестьянин имел все основания надеть на меня собачий ошейник, чтобы я охранял его курятник, но потом он понял мою невиновность и снова отпустил меня на свободу, и змея с дымящимся хвостом начала смеяться, и жила лопнула у неё в груди, и так я снова пошёл домой к Красивой Девочке, которая умерла, и Голубь увидел, что я плачу, и сказал: «Я видел, как твой отец мастерил себе маленькую лодочку, чтобы тебя искать», и я ему сказал: «Если бы я имел крылья, как ты!», и он сказал мне: «Ты хотел бы увидеть своего отца?», и я ему сказал: «Очень хотел бы, если бы смог», и он мне сказал: «Я тебя отвезу», и я спросил: «Как?», и он сказал: «Влезай ко мне на спину», и так мы летели всю ночь, и потом мне утром сказали рыбаки, которые глядели на море: «Там бедный человек в маленькой лодке, и она тонет», и я сразу вас узнал издали, потому что мне моё сердце сказало, и я вам делал знаки, чтобы вы вернулись на берег.
– Я тоже узнал тебя, – сказал Джеппетто, – и мне очень хотелось вернуться. Но как? Море было бурное, и большая волна опрокинула мою лодочку. Тут меня заметила страшная Акула, которая как раз находилась поблизости. Она бросилась на меня, высунула язык и проглотила меня, как таблетку.
– И давно вы здесь в заключении? – спросил Пиноккио.
– С того самого дня. Уже скоро два года. Два года, мой дорогой Пиноккио, которые показались мне двумя столетиями.
– А как же вы здесь жили? И где вы достали свечку? И кто вам дал спички?
– Я тебе всё расскажу. Представь себе, та же самая буря, которая перевернула мою маленькую лодочку, опрокинула также одно торговое судно. Всем матросам удалось спастись, но само судно утонуло, и та же Акула, в тот день очень голодная, проглотила корабль.
– Как! Проглотила корабль одним глотком? – поразился Пиноккио.
– Да, одним глотком. Только мачту она выплюнула обратно, потому что мачта застряла у неё между зубов, как рыбья кость. На моё великое счастье, на корабле было мясо, сухари в коробках, поджаренный хлеб, вино в бутылках, изюм, швейцарский сыр, кофе, сахар, а также стеариновые свечи и коробки спичек. Этим я поддерживал свою жизнь два года. Но теперь склад пуст, и вот эта свеча, которую ты здесь видишь, – последняя.
– А потом?..
– А потом, мой милый, мы оба останемся в темноте.
– В таком случае, мой дорогой отец, – сказал Пиноккио, – мы не должны терять время. Мы должны немедленно подумать о бегстве.
– О бегстве? Каким образом?
– Мы должны пробраться через пасть Акулы и выпрыгнуть в море.
– Это легко сказать, мой милый Пиноккио. Дело в том, что я не умею плавать.
– Не важно!.. Вы сядете мне на плечи. Я хороший пловец и смогу доставить вас на берег невредимым.
– Это тебе кажется, мой милый мальчик, – возразил Джеппетто, покачав головой и горько усмехаясь. – Неужели ты думаешь, что такому маленькому Деревянному Человечку, как ты, хватит сил нести меня на плечах?
– Попробуйте, и вы увидите! А если нам суждено умереть, то мы, по крайней мере, умрём вместе.
И, не теряя лишнего времени, Пиноккио пошёл вперёд, сказав своему отцу:
– Идите за мной и не бойтесь!
Так они прошли немалое расстояние, миновали весь желудок и всё туловище Акулы. Но, когда они достигли места, где начиналась глотка чудовища, они сочли нужным остановиться, осмотреться и выбрать наиболее подходящий момент для бегства.
Следует сказать, что Акула была очень старая, страдала астмой и сердечной недостаточностью и по этой причине вынуждена была спать с открытым ртом. Поэтому Пиноккио, стоявший внизу, возле глотки, и ведший наблюдение, смог увидеть добрый кусок звёздного неба и сияние лунного света.
– Вот удобный момент для бегства, – прошептал он отцу на ухо. – Акула спит как сурок, а море спокойное и светлое. Следуйте за мной, отец! Мы скоро будем спасены.
Сказано – сделано. Они влезли по глотке морского чудовища наверх и, очутившись в огромной пасти, прошли на носках по языку – язык был широк и длинен, как садовая дорожка. Но в тот момент, когда они совсем уже приготовились броситься в море, Акула расчихалась. И, чихая, она с такой силой откинулась назад, что Пиноккио и Джеппетто снова слетели в желудок чудовища.
Стремительный толчок погасил свечу, и отец с сыном остались в темноте.
![](i_091.png)
– Что же теперь делать? – спросил Пиноккио очень серьёзно.
– Теперь мы пропали, мой мальчик.
– Почему пропали? Дайте мне руку, отец, и постарайтесь не поскользнуться.
– Куда ты хочешь меня повести?
– Мы должны ещё раз попытаться. Идёмте со мной и не бойтесь.
Пиноккио взял отца за руку, и они опять на цыпочках поднялись по глотке чудовища вверх, прошли весь язык и перелезли через все три ряда огромных зубов. Перед тем как совершить гигантский прыжок, Деревянный Человечек сказал своему отцу:
– Садитесь ко мне на плечи и держитесь крепче. Всё остальное – моё дело.
Джеппетто крепко уселся на плечи Пиноккио, и Деревянный Человечек, полный уверенности в себе, прыгнул в море и поплыл. Море было спокойное, как масло, луна сияла вовсю, а Акула продолжала спать, и её сон был так глубок и крепок, что даже гром пушек не мог бы её разбудить.
![](i_092.jpg)
Глава 36
Пиноккио наконец перестаёт быть Деревянным Человечком и становится настоящим мальчиком
![](i_052.png)
* * *
Пиноккио, сильно взмахивая руками, плыл вперёд и вперёд и вскоре заметил, что отец, сидевший у него на плечах, погрузив ноги наполовину в воду, начал сильно дрожать, словно в перемежающейся лихорадке.
От холода или от страха? Неизвестно… Может быть, от того и другого вместе. Пиноккио решил, что старик дрожит от страха, и начал его успокаивать:
– Держитесь, отец! Через несколько минут мы будем, здоровые и бодрые, стоять на твёрдой земле.
– Но где же твой хвалёный берег? – спросил старик, всё больше тревожась и напрягая зрение, как портной, вдевающий нитку в иголку. – Я оглядываюсь во все стороны и ничего не вижу, кроме неба и моря.
– Но я вижу берег, – сказал Деревянный Человечек, – а вы уж будьте уверены, глаза у меня как у кошки, и ночью я вижу лучше, чем днём.
Добряк Пиноккио притворялся, что он полон уверенности, а в действительности его мужество всё слабело. Силы его иссякли, он дышал отрывисто и тяжело. Он чувствовал, что не может больше плыть, а берега не было видно.
Он плыл, покуда ему хватало дыхания. Затем он обернулся к Джеппетто и сказал, задыхаясь:
– Дорогой отец… помогите мне… я умираю!
Отец с сыном уже приготовились к смерти, но в этот момент услышали хриплый голос, звучавший, как расстроенная гитара:
– Кто здесь умирает?
– Я и мой бедный отец.
– Этот голос мне знаком. Ты Пиноккио!
– Совершенно верно. А ты?
– Я Тунец, твой товарищ по несчастью в брюхе Акулы.
– Как же ты сумел убежать?
– Я последовал твоему примеру. Ты показал мне, как это делается, и я тоже убежал вслед за тобой.
– Мой милый Тунец, ты появился вовремя. Молю тебя именем той любви, которую ты питаешь к маленьким тунцам, твоим деткам: помоги нам, иначе мы пропали.
– Охотно, от всей души! Возьмитесь за мой хвост, и я вас потащу. Через четыре минуты вы будете на берегу.
Пиноккио и Джеппетто, как вы сами понимаете, немедля приняли это приглашение. Но, вместо того чтобы взяться за хвост, они сели к Тунцу на спину, решив, что так удобнее.
– Не тяжело тебе? – спросил Пиноккио.
– Тяжело? Ни капли! Мне кажется, что на моей спине лежат две раковины, – успокоил их Тунец, который был силён, как двухгодовалый телёнок.
Достигнув берега, Пиноккио спрыгнул сам, а затем помог сойти отцу. После этого он обратился к Тунцу и сказал взволнованно:
– Друг мой, ты спас моего отца. И поэтому у меня не хватает слов… Позволь мне, по крайней мере, поцеловать тебя в знак моей вечной благодарности.
Тунец высунул свою морду из воды. Пиноккио встал на колени и запечатлел сердечнейший поцелуй в самую серёдку рыбьего рта. При этом взрыве непритворной нежности бедный Тунец, не привыкший к такому обращению, был так растроган, что быстро нырнул и исчез, дабы никто не видел, что он плачет.
Между тем наступил день.
Пиноккио протянул руку своему отцу Джеппетто, который еле стоял на ногах, и сказал:
– Обопритесь на мою руку, дорогой отец, и двинемся в путь. Мы пойдём очень медленно, как муравьи, а если устанем, то отдохнём у обочины дороги.
– А куда мы пойдём? – спросил Джеппетто.
– Пойдём искать дом или хижину, где нам из жалости дадут кусок хлеба, чтоб насытиться, и охапку соломы, чтобы выспаться.
Они не прошли и ста шагов, как увидели на обочине дороги две отвратительные рожи, просившие милостыню.
Это оказались Кот и Лиса, но их трудно было узнать. Представьте себе, что Кот, притворяясь слепым, из-за этого со временем действительно ослеп. А постаревшая, совершенно облезлая и облысевшая Лиса лишилась хвоста. Это случилось таким образом: сия несчастная воровка попала в большую нужду и в один прекрасный день вынуждена была продать свой великолепный хвост бродячему торговцу, который смастерил из него печную метёлку.
– Ах, Пиноккио! – воскликнула Лиса страдальческим голосом. – Подай нам, бедным калекам, маленькую милостыньку!
– …милостыньку! – повторил Кот.
– Прощайте, лицемеры! – ответил Деревянный Человечек. – Вы меня раз обманули, во второй раз вам это не удастся.
– Поверь нам, Пиноккио, теперь мы действительно бедны и несчастны.
– …несчастны! – повторил Кот.
– Если вы бедны, то по заслугам. Вспомните пословицу: «Ворованным добром не выстроишь дом». Прощайте, лицемеры!
– Пожалейте нас!
– …нас!
– Прощайте, лицемеры! Вспомните пословицу: «Краденая пшеница в еду не годится».
– Имейте снисхождение!
– …ение! – повторил Кот.
– Прощайте, лицемеры! Вспомните пословицу: «Кто куртку ближнего загрёб, тот без рубахи ляжет в гроб».
И после этих слов Пиноккио и Джеппетто спокойно пошли дальше. Пройдя ещё сто шагов, они увидели в конце тропинки, посреди поля, красивую соломенную хижину с черепичной крышей.
– В этой хижине кто-то живёт, – сказал Пиноккио, – подойдём и постучимся.
Они подошли и постучались в дверь.
– Кто там? – раздался голосок изнутри.
– Бедный отец и бедный сын, которые не имеют ни хлеба, ни крыши над головой, – ответил Деревянный Человечек.
– Поверните ключ, и дверь откроется, – произнёс голосок.
Пиноккио повернул ключ, и дверь открылась. Войдя в хижину, они посмотрели во все стороны, но никого не увидели.
![](i_093.png)
– Где же хозяин этого дома? – удивился Пиноккио.
– Я здесь, наверху!
Отец и сын подняли головы к потолку и увидели на балке Говорящего Сверчка.
– О, мой милый маленький Сверчок! – приветствовал его Пиноккио с изысканной вежливостью.
– Теперь я твой милый маленький Сверчок, не так ли? А помнишь, как ты бросил в меня деревянным молотком, чтобы выгнать «милого маленького Сверчка» из своего дома?
– Ты прав, мой милый маленький Сверчок! Выгони меня тоже… Кинь в меня тоже деревянным молотком! Но сжалься над моим бедным отцом!
– Я сжалюсь над отцом и также над сыном. Но сперва я хотел напомнить тебе твоё недружелюбие, чтобы ты понял, что на этом свете нужно, по возможности, ко всем относиться дружелюбно, и тогда в плохие времена все отнесутся дружелюбно к тебе.
– Ты прав, мой милый маленький Сверчок, ты тысячу раз прав, и я приму близко к сердцу урок, который ты преподал мне. Но не скажешь ли ты мне, каким образом ты смог заполучить такую прекрасную хижину?
– Эту хижину подарила мне вчера одна прелестная Коза, у которой чудесная лазурно-голубая шёрстка.
– А где теперь эта Коза? – спросил Пиноккио, очень взволнованный.
– Не знаю.
– А когда она придёт сюда?
– Она никогда не придёт сюда. Она ушла отсюда и, уходя, грустно сказала: «Бедный Пиноккио! Я его никогда больше не увижу. Акула его проглотила!»
– Она так действительно сказала?.. Значит, это была несомненно она!.. Это была она!.. Моя любимая, дорогая Фея! – всхлипнул Пиноккио, и слёзы хлынули у него из глаз.
Выплакавшись, он соорудил удобную постель из соломы для старого Джеппетто. Затем он спросил у Говорящего Сверчка:
– Скажи мне, маленький Сверчок, где бы я мог раздобыть стакан молока для моего бедного отца?
– Через три поля отсюда живёт огородник Джанджо, у которого имеются три молочные коровы. Иди к нему, и ты там сможешь получить всё, что тебе нужно.
Пиноккио побежал к дому огородника Джанджо. Огородник спросил:
– Сколько тебе нужно молока?
– Полный стакан.
– Стакан молока стоит один сольдо. Дай мне раньше этот сольдо.
– Но у меня нет даже чентезимо, – ответил Пиноккио смутившись.
– Плохо твоё дело, Деревянный Человечек, – проговорил огородник. – Если у тебя нет даже чентезимо, я не могу тебе дать даже напёрстка молока.
– Ничего не поделаешь, – сказал Пиноккио и собрался уходить.
– Подожди минутку, – промолвил Джанджо. – Пожалуй, мы сможем столковаться. Ты согласен крутить вóрот?
– Что значит «ворот»?
![](i_094.png)
– Это такое устройство, при помощи которого достают воду из колодца для поливки овощей.
– Я попробую.
– Хорошо. В таком случае вытяни из колодца сто вёдер воды, и ты получишь стакан молока.
– Согласен.
Джанджо повёл Деревянного Человечка на огород и показал ему, как надо вертеть ворот. Пиноккио сразу же приступил к делу. Но, пока он вытащил сто вёдер воды, он облился потом с головы до ног. За всю свою жизнь он никогда так не трудился.
– До сих пор, – сказал огородник, – эту работу исполнял мой ослик. Но теперь бедное животное лежит при смерти.
– Можно мне посмотреть на него? – спросил Деревянный Человечек.
– Пожалуйста.
В конюшне Пиноккио увидел на соломе милого ослика, который умирал от голода и непосильного труда. Внимательно осмотрев его, Пиноккио печально сказал про себя:
«Этот ослик мне знаком. Его лицо я когда-то видел».
И он наклонился над осликом и спросил на ослином наречии:
– Кто ты такой?
Услышав вопрос, умирающий ослик открыл глаза и пробормотал на том же наречии:
– Я… Фи… и… ти… иль…
После чего он снова закрыл глаза и умер.
– Ах, бедный Фитиль! – пробормотал Пиноккио.
Он взял горсть соломы и вытер слезу, скатившуюся по его лицу.
– Почему ты так горюешь над ослом, который тебе не стоил денег? – удивился огородник. – Что тогда остаётся делать мне, купившему его за наличные?
– Я вам объясню… Он был моим другом.
– Твоим другом?
– Моим школьным товарищем.
– Что? – вскричал Джанджо и громко захохотал. – Что ты горóдишь? Ты ходил с ослами в школу? Надо думать, что ты там изучал интересные предметы!
Деревянный Человечек, сконфуженный этими словами, ничего не ответил, только взял стакан парного молока и вернулся обратно в хижину.
И, начиная с этого дня, он пять месяцев подряд каждый день вставал на рассвете и шёл вертеть ворот, чтобы заработать стакан молока для больного отца. Мало того, в течение этого времени он научился плести маленькие и большие корзины из камыша. И деньги, полученные от продажи корзин, он тратил весьма разумно. Между прочим, он самостоятельно смастерил изящное кресло на колёсиках, и в этом кресле вывозил своего отца в хорошую погоду на гулянье, чтобы старик мог дышать свежим воздухом.
По вечерам он упражнялся в чтении и письме. В ближней деревне он купил за несколько сольдо толстую книгу, не имевшую начала и конца, и по этой книге занимался чтением. А для письма он употреблял заострённую соломину. А так как у него не было ни чернил, ни чернильницы, то он обмакивал соломину в горшочек, в который выжимал сок черники и вишни.
Таким образом, ему удалось не только устроить своему больному отцу безбедное житьё, но и отложить ещё сорок сольдо себе на новый костюм.
Однажды утром он сказал отцу:
– Пойду-ка я на ближний рынок и куплю себе куртку, колпак и пару ботинок. А когда я вернусь домой, – добавил он смеясь, – я буду так хорошо одет, что вы меня примете за важного синьора.
И он ушёл из дому и на радостях побежал вприпрыжку. Вдруг он услышал, как кто-то зовёт его по имени. Он обернулся и увидел красивую улитку, которая вылезла из-под куста.
– Ты меня уже не узнаёшь? – спросила Улитка.
– Да… нет… не знаю!
– Разве ты не помнишь ту Улитку, которая была служанкой у Феи с лазурными волосами? Разве ты уже забыл, как я со свечкой спускалась по лестнице и как ты торчал одной ногой в двери?
– Разве я мог это забыть! – вскричал Пиноккио. – Скажи скорее, красивая маленькая Улитка, где ты оставила мою добрую Фею? Как она живёт? Простила ли она меня? Думает ли она обо мне? Любит ли она меня ещё? Могу ли я её увидеть?
![](i_095.png)
На все эти вопросы, которые Пиноккио выпалил единым духом, Улитка ответила с привычной медлительностью:
– Милый Пиноккио, бедная Фея лежит в больнице неподалёку отсюда.
– В больнице?
– Да, к сожалению! Она так много пережила, теперь она очень больна и не может купить себе даже куска хлеба.
– Неужели это правда?.. Как мне это больно! Ах, моя бедная Фея, моя бедная Фея!.. Если бы я имел миллион, я бы ей немедленно отнёс… Но у меня только сорок сольдо. Вот они. Я хотел как раз купить себе на них новый костюм. Возьми их, Улитка, и отнеси немедленно моей доброй Фее!
– А твой новый костюм?
– К чему мне сейчас новый костюм! Я с удовольствием продам и вот эти старые отрепья, которые на мне, только бы ей помочь! Иди, Улитка, и поторопись! А через два дня снова возвращайся сюда, тогда я, пожалуй, смогу добавить ещё пару сольдо. До сих пор я работал, чтобы поддержать моего отца. С сегодняшнего дня я буду работать на пять часов больше, чтобы поддержать и мою добрую мать. До свидания, Улитка. Через два дня я жду тебя!
Улитка, вопреки всем своим привычкам, убежала так быстро, словно ящерица в самую жаркую августовскую пору.
Когда Пиноккио вернулся домой, отец спросил его:
– А твой новый костюм?
– Я не мог подыскать ничего подходящего. Попробую в следующий раз.
В этот вечер Пиноккио лёг спать не в десять часов, а в полночь. И он сплёл не восемь корзин из камыша, а шестнадцать. После этого он лёг в постель и уснул. И во сне он увидел Фею. Она была ослепительно прекрасна. Она с улыбкой поцеловала его и сказала:
– Молодец, Пиноккио! Так как у тебя доброе сердце, я прощаю тебе все твои проделки до нынешнего дня. Дети, которые помогают родителям в нужде и болезни, заслуживают великой похвалы и великого уважения, даже если они не являются образцами послушания и хорошего поведения. Будь разумным человеком в будущем, и ты будешь счастлив!
В это мгновение сон окончился, и Пиноккио проснулся с широко открытыми глазами.
Представьте же себе его изумление, когда, проснувшись, он заметил, что он уже больше не Деревянный Человечек, а настоящий мальчик, как все мальчики! Он осмотрелся и вместо привычных стен соломенной хижины увидел красивую светлую комнатку. Он соскочил с кровати и увидел красивый новый костюм, новый колпак и пару кожаных сапожек точно по его мерке.
Он быстро оделся и, разумеется, прежде всего сунул руки в карманы. Оттуда он вытащил маленький кошелёк из слоновой кости, и на кошельке было написано: «Фея с лазурными волосами возвращает своему милому Пиноккио сорок сольдо и благодарит его за доброе сердце». Он открыл кошелёк и вместо сорока медных сольдо ему в глаза сверкнули сорок новеньких золотых цехинов.
Потом он посмотрел в зеркало и не узнал себя. Он не увидел больше прежнего деревянного человечка, куклу, а увидел живого, умного, красивого мальчика с каштановыми волосами и голубыми глазами, с весёлым, радостным лицом.
Во время всех этих чудесных событий, следовавших одно за другим, Пиноккио уже толком не знал, бодрствует он или спит с открытыми глазами.
«А где же мой отец?» – вдруг подумал он. Он пошёл в соседнюю комнату и нашёл старого Джеппетто здоровым, бодрым и в добром расположении духа, как некогда. Старик опять держал в руках свой инструмент и в это время как раз вырезал великолепную раму с листьями, цветами и всевозможными звериными головами.
– Скажите мне, пожалуйста, дорогой отец, как вы объясняете это внезапное превращение? – спросил Пиноккио, обнял Джеппетто и сердечно его поцеловал.
– Это внезапное превращение в нашем доме – исключительно твоя заслуга, – ответил Джеппетто.
– Почему моя?
– Потому что скверные дети, становясь хорошими детьми, обретают способность делать всё вокруг себя новым и прекрасным.
– А куда девался старый деревянный Пиноккио?
– Вот он стоит, – ответил Джеппетто.
И он показал на большую деревянную куклу – деревянного человечка, прислонённого к стулу. Голова его была свёрнута набок, руки безжизненно висели, а скрещённые ноги так сильно подогнулись, что нельзя было понять, каким образом он вообще может держаться в вертикальном положении.
Пиноккио обернулся и пристально осмотрел его. И после того как он его минуту пристально осматривал, он произнёс с глубоким вздохом:
– Какой я был смешной, когда был Деревянным Человечком! И как я счастлив, что теперь я настоящий мальчик!
![](i_096.png)
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.