Текст книги "Музыка Макса. Часть 3. Ad libitum"

23. Макс

Ольга уткнулась в мою спину носом и обняла меня за талию. Ее рука скользнула по моему животу, и я еле сдержался, чтобы не отодвинуться. Она меня волнует. Возбуждает, как и прежде, если не сильнее. Соскучился по ее ласке, по ее поцелуям, по ее запаху, по всей ней! От ее прикосновений я испытываю почти физическую боль.

Она больше не маленькая девочка, красневшая при виде моего голого торса, она опытная женщина. И трахать ее нужно теперь по-взрослому. Она же ждет этого от меня? Ольга даже не скрывает этого. Я, конечно, догадывался, что у нее будет другой мужчина, а может и другие, но то, что она родила дочку, ЖЕЛАННУЮ, как она призналась, больно ударило по моему самолюбию

Мне она родить не хотела, а какому-то… Кому-то родила? Судя по срокам, зачала она ее сразу по приезду во Францию.

Красивая, милая девочка… Как же, сука, обидно! Мне стало еще хуже, чем раньше. Я надеялся, что успокоюсь в обществе Ольги, а расстроился пиздец!

Она любила его? Иначе не стала бы решаться на такой ответственный шаг. И, видимо, посильнее, чем меня, раз родила. Кто он такой? Он жив? Он ее бросил? Почему они не вместе? Зачем она приехала ко мне? Пусть бы он ее и защищал. Она реально надеется, что между нами опять что-то может быть?

Ну, трахну я ее рано или поздно, а дальше-то что? Не способен я больше на подвиги. А она же хочет семью. Может быть и от меня ребенка родить мечтает? А что я ей могу предложить? Свою странную любовь?

Замучаю я ее. До конца замучаю.

Это она сейчас вернулась с новыми силами, соскучилась, подзабыла всю хуйню, что мы с ней накосипорили. Это пройдет. Бытовуха, творческий застой, характеры наши ебанутые, не дадут нам создать ничего светлого, доброго, крепкого.

Блядь!

Ольга уже уснула, судя по ее сопению. Я повернулся и сел, в полумраке разглядывая ее спящую. Она стала еще красивие. Детские наивные, милые черты исчезли, стерлись. Теперь она женщина. Прекрасная, по-прежнему нежная, мягкая, хоть и стремится доказать всему миру обратное. Точеная фигурка округлилась, бедра стали круче, грудь выше.

Дурацкая ночнушка не позволяла мне разглядеть это желанное тело. Хотелось разорвать ее надвое и взять эту женщину. Сонную, теплую, такую податливую и отзывчивую в моих руках. Такую родную…

Мне захотелось выпить. Или подрочить? Подрочить, пока у меня яйца не лопнули, а потом выпить.

Я натянул штаны, поверх своего стояка и поковылял в ванную.

Вернулся я спустя час. Сделав то, что собирался, я еще долго курил на балконе, вспоминая, как мы жили с Ольгой в этой квартире. Как выбирали, покупали, как обустраивались. Ёлка, свечи, как трахал ее в кухне на столе, аж паркет стерся.

Как нашел ее на том самом паркете, когда она вскрылась. Хорошо, что у нее теперь есть дочь. Больше Ольга так не поступит со своей жизнью.

Воспоминания… Все, что у меня осталось. Если от человека можно отгородиться, чувства придушить, память не подводит никогда. Она тебя поставит раком в самый неудобный, самый неожиданный момент, когда тебе это нужно меньше всего.

24. Ольга

Так прошло две недели. Нога Макса почти зажила. Он уже обходился без костылей, но всё ещё хромал. Все наши дни проходили однообразно, мы ели, спали и играли с Варей. Максу время от времени кто-то звонил, но он всегда уклончиво отвечал что-то вроде: «не могу», «занят», «не сегодня». Мне было очень любопытно кто все эти люди (или это был один и тот же человек?), и о чём они разговаривали, но я не осмеливалась об этом спросить.

Макс тоже больше не расспрашивал меня ни о чём и не ныл, но был молчалив, зол, и почти ничего не ел. Мы не ссорились, но Макс так же упорно держал дистанцию. Мне надоело спать рядом с мужчиной, который боится ко мне прикоснуться. Пришлось пойти на крайние меры.

Я предложила Максу сходить в «Рыцарь», чтобы немного расслабиться. Он нехотя, но всё же согласился. У меня уже просто не было сил сидеть в четырёх стенах. Мне хватило четырёхлетней изоляции от мира во времена второго брака. Я подумала, что если отлучусь на несколько часов из дома, то ничего плохого не случится.

Специально для этого случая я купила неприлично короткое чёрное кожаное платье. Волосы я оставила распущенными, зачесав назад, и ярко накрасилась. На ноги я обула высокие сапоги с грубыми металлическими заклёпками на толстенных и высоченных каблуках. Выглядела я супер сексуально и эффектно, как женщина-вамп.

– Ты пойдёшь так? – скривился Макс.

– Да, – непринужденно бросила я, рассматривая себя в зеркало. Я еще никогда не одевалась так вызывающе.

– Хочешь, чтобы я остался дома? – пригрозил он.

– Оставайся, – равнодушно пожала я плечами. – Я иду на рок-концерт, а не в церковь. Если тебе стыдно со мной идти, сиди дома.

– Одна в таком виде ты никуда не пойдёшь!

– Ой! Так и кто же мне запретит? – с вызовом спросила я Макса, поддразнив его. – Ты не можешь. Ты даже не мой мужчина.

Максу нечего было возразить, поэтому он попёрся вместе со мной. Мы поехали на моей машине. Гульки гульками, а бухать и терять бдительность, мне было непозволительно.

Народу было битком. И я, и Макс встретили много знакомых. Макс сел за баром со своим старым приятелем, но не сводил с меня глаз, наблюдая за тем, как я веселюсь. Мне действительно было здорово! Концерт был, что надо! Выступала группа мне неизвестная, но ребята лабали драйвово. Я вдоволь натанцевалась, ловя на себе взгляды солиста группы. Мой образ не мог остаться незамеченным.

Парень с волосами до плеч, одетый в кожаные штаны и чёрную футболку протянул мне руку и прямо во время выступления выдернул меня из зала на сцену. Теперь я танцевала рядом с ним, подпевая в микрофон. Музыканты доиграли песню, и парень помог мне спуститься обратно. Я подошла к бару, где сидел Макс, и попросила у бармена колу.

– Если твои представления для меня уже закончились, может быть, мы поедем домой? – зло спросил он.

– Макс, какой же ты самовлюбленный павлин! Мир давно не крутится вокруг тебя. Я сидела взаперти 4 года, могу я оторваться? – с усмешкой ответила я, радуясь, что Макс отреагировал должным образом на тот фурор, который я произвела. – Я хочу остаться ещё ненадолго.

– Дай ключи, я подожду в машине, – сказал он, поднимаясь со стула.

Я отдала Максу ключи от «Мерседеса», он стянул со спинки стула свою косуху и ушёл. Без главного зрителя мне стало скучно и я села на освободившееся место Макса. Концерт закончился через минут 15, за это время ко мне подходили ещё три парня, пытаясь меня закадрить, но я вежливо всех отшила.

Я уже собиралась тоже уходить, когда меня окликнул солист выступающей группы. Он представился Александром. Мы перекинулись парой фраз и он, разочарованно узнав, что мне пора, вызвался меня проводить до машины. Я набросила свою ветровку, и мы вышли на улицу. Макс увидев, что я не одна, выскочил из машины и подошёл к нам. Он встал рядом с водительской дверью, сложив руки на груди, и выжидающе смотрел на нас обоих.

– О! Максим! – воскликнул Александр, протягивая ему руку. – Такая честь увидеть вас на своём концерте.

– Концерт отстой! – бросил Макс, проигнорировав протянутую ему руку. – Гони взашей басиста, он лажает, как последний мудак! Что за неуважение к публике?

Александр растерялся и огорчился. Он не рискнул ко мне прикоснуться, чтобы обнять на прощанье или чмокнуть в щёку, поэтому просто помахал мне рукой. Я с жалостью смотрела, как он плетётся обратно к бару, как побитая собака.

Когда я повернулась к Максу, он зло и цинично мне улыбался. Ничего не говоря, я сделала шаг к водительской двери, но Макс преградил мне дорогу. Крепко схватив меня за предплечье, он распахнул заднюю дверь и впихнул меня внутрь машины, затем запрыгнул следом и захлопнул дверь. Я повернулась, готовая наброситься на него. Что он делает, чёрт бы его побрал? Макс достал из кармана ключ и демонстративно нажал на блокировку дверей, дав понять, что мне не сбежать. Затем он спрятал ключ в карман джинсов и устроился удобнее на сиденье.

– Разувайся! – тихо сказал он, но слова прозвучали, как приказ.

– Зачем? – нервно спросила я.

Макс не стал повторять, просто закинул поочерёдно мои ноги к себе на колени и стянул с меня сапоги. Затем он потянул меня за ноги, и я оказалась лежащей на спине. Макс не спеша провёл своей горячей ладонью сначала по одной моей ноге, от стопы до бедра, затем также по второй. Я вздохнула, прислушиваясь к ощущениям. Рука Макса задержалась на моём бедре, а затем он подцепил пальцем мои трусики и потянул их вниз.

– Может, сделаем это дома? – дрогнувшим голосом предложила я, стягивая с себя ветровку.

– Нет, не могу ждать ни минуты! Сейчас я снова стану твоим мужчиной! – пообещал Макс, пожирая меня глазами. – Давай, детка! – прошептал он. – Ты же этого добивалась?

Когда я потянулась к застёжке платья, Макс схватил меня за руку.

– Нет, оставь это миленькое блядское платьице! – сказал он, усаживая меня на себя верхом.

Я закрыла глаза и задрожала в предвкушении.

– Макс, мне страшно, – прошептала я.

– Не бойся, милая, я на тебя не злюсь.

Я боялась не Макса, а того, что должно было сейчас произойти. Я много раз представляла себе, как это будет, но уж никак не могла подумать, что Макс захочет сделать это на заднем сидении моей же машины. Я ждала этого ежеминутно в течение двух недель, но так и не смогла морально подготовиться. Макс положил руки на мою талию, и меня затрясло ещё сильнее.

– Эй! – окликнул он меня. – Посмотри на меня. – Я открыла глаза и посмотрела на его красивое лицо. – Всё хорошо?

Я не ответила. Побоявшись, что Макс может передумать, я потянулась к его губам. От моей близости Макс завёлся, но был сдержан и нежен. Он ласкал моё тело до тех пор, пока не прошла моя дрожь. Я сама сняла с Макса футболку и расстегнула на джинсах ремень. В машине запотели стекла, и стоял тяжёлый томный запах секса. От прикосновений Макса мою кожу покалывало, от поцелуев кружилась голова.

– Я так долго терпел, – хрипло выдохнул Макс. – Не могу больше, малыш!

Он приподнял мои бедра и плавно насадил меня на свой член.

Боже! Как же долго терпела я! У меня между ног так туго натянулось, как будто бы я снова стала девственницей, а Макс в очередной раз лишает меня ее! Ему хватило и пары толчков, чтобы я содрогнулась всем телом от экстаза.

Макс тактично замер, пока я не закончила сокращаться на его огромном члене, а затем начал двигаться с такой страстью и яростью, что я боялась быть им растерзанной.

Я снова отдавалась любимому мужчине, и это было прекрасней, чем в самых моих заветных мечах.

Всё закончилось довольно быстро. Я без сил упала Максу на грудь, обнимая его за шею. От нахлынувших эмоций я тихонько расплакалась.

– Что опять? – вздохнул Макс. – Я хотел тебя порадовать, а не расстроить.

– Это от счастья, – шмыгнула я носом.

– Хм, значит, ты довольна?

Я кивнула и слезла с Макса, приводя себя в порядок. Мы вышли из машины, чтобы покурить и проветрить салон машины, ехать с запотевшими стёклами было бы непросто.

– Должен признать, твой спектакль того стоил, – рассмеялся Макс, выдыхая дым.

– Это разовая акция, или мы теперь официально любовники? – поинтересовалась я.

Макс поморщился от слова «любовники» и рассмеялся.

– Признай, что я лучший, и я подумаю над этим вопросом, – пообещал Макс.

– Ты знаешь ответ, Макс, не нужно меня дразнить. Я очень соскучилась.

– Я тоже, малышка, я тоже.

Мы продолжили дома, пока я не попросила пощады.

Утром я проснулась, сияя от счастья. Мне хотелось петь, танцевать и любить весь мир. Моя эйфория длилась ровно до тех пор, пока мне не позвонил отец. Он сообщил, что новая лицензия на ношение и хранение ПМа готова, и я могу её забрать. Потом он сухо пригласил меня к нему домой вечером на ужин и повесил трубку, даже не поинтересовавшись, как у меня дела.

– Что-то случилось с отцом? – спросил Макс, видя мой расстроенный вид. Мы сидели в спальне после завтрака, и я разбирала косметичку, размышляя, что нужно докупить из косметики.

– Да, нет, – рассеянно ответила я. – Лицензия готова на ствол. Нужно вечером съездить к нему.

– А что с лицом?

– Он очень обиделся, что от меня 4 года не было вестей. Он уже меня похоронил.

– Ты рассказала ему, как жила всё это время?

– Я не успела. Я пропустила похороны бабушки, так что… – Я не весело улыбнулась. – Он даже ещё не знает, что стал дедом.

– Хочешь, я поеду с тобой?

– Только тебя там и не хватало! Отец и так будет злой, как чёрт!

– Боишься, что моё присутствие усугубит ситуацию? Ты собралась строить со мной серьёзные отношения и ничего не говорить отцу? Прекрасно! – Макс наклонил голову в бок, глядя на мой растерянный вид. – Я еду, и это не обсуждается! – Я обречёно вздохнула, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. – Собирайтесь! – скомандовал Макс. – Мы едем по магазинам. Не могу же я появиться перед твоим отцом в таком виде?

Я посмотрела на видавшие виды джинсы Макса и пошла собирать Варю.

25. Ольга

В торговом центре мы выглядели, как образцовая семья из рекламы «Сбербанка». Макс посадил Варю на плечи, чему она была несказанно рада. Мы шопились до самого обеда, перекусив в КФС. Закупились мы по полной программе, естественно начав с гардероба Макса. Он накупил себе одежды по размеру, затем мы скупили половину магазина с игрушками, потому что Макс позволил Варе взять всё, что ей захочется. Сначала я хотела возразить по этому поводу, из-за боязни разбаловать ребёнка, но потом подумала о том, что раз уж она впервые в магазине, пусть, как девочка, ни в чём себе не отказывает. Мне купили кеды и кучу косметики. Надин шёлковый халат. Нам пришлось трижды спускаться на парковку, чтобы освобождать руки от покупок. За всё без исключения, платил Макс.

– А вот и мамин магазин! – воскликнул Макс, останавливаясь возле ювелирного бутика.

Я остановилась тоже, не понимая о чём это он. Макс взял меня, оторопевшую, за руку и подвёл к девушке-консультанту.

– Здравствуйте, барышня, – обратился он к ней. По лицу девушки было видно, что она узнала Макса. Он улыбнулся ей самой ослепительной улыбкой, на которую был способен. – Нас интересуют кольца для помолвки с бриллиантами, размер… – Макс поднес мою правую руку к лицу. – Шестнадцать. Покажите всё самое лучшее, что у вас найдётся.

Как только девушка отправилась за кольцами, я набросилась на Макса.

– Ты что, мне кольцо собрался покупать? – почти шёпотом возмутилась я.

– Да, – невозмутимо ответил Макс, продолжая улыбаться.

– Помолвочное? С бриллиантами? – повторила я, не веря самой себе. В глубине души я ликовала, по поводу такого шага в мою сторону, но разве Максу по карману такие расходы?

– Разве ты не этого хотела? – искренне удивился Макс.

Подошла консультант, поэтому мы прекратили наш спор. Кольца были шикарны, у меня разбежались глаза. Я примерила самое скромное, по моему мнению, но когда я посмотрела на бирку с ценником, у меня округлились глаза. Я застыла в нерешительности, разглядывая остальные кольца. Макс склонился надо мной, оценивая кольцо.

– Сними это убожество, – попросил он. Спустив Варю на пол, Макс взял Меня за руку, насильно стаскивая кольцо с моего пальца. Затем он взял самое красивое и роскошное кольцо из всех и надел мне на палец. Оно село идеально. – Ну как? – поинтересовался он у меня.

– Но, Макс… – протянула я, не зная, что сказать. Кольцо было изумительным.

– Да в чём дело? – раздражёно спросил он. – Ты можешь сказать что-то более внятное? – О! Прошу нас извинить, – обратился Макс к консультанту. – Всегда одно и то же! Как увидит драгоценности, теряет дар речи. – Макс заглянул мне в лицо. – Тебе нравится или нет? – Я только кивнула в ответ. Макс взял меня за руку, оторвал от кольца бирку с ценником и отдал её девушке. – Расчёт безналичный, – сухо бросил он, даже не взглянув на цену.

Макс рассчитался картой и мы вышли из бутика. Я настолько была ошарашена поступком Макса, что очнулась только, когда мне пришлось выпустить Варину руку из своей, потому что Макс снова посадил ее на плечи. Макс взял меня за левую руку, поднёс её к губам и поцеловал, ещё раз взглянув на кольцо.

– Дорогая, ты довольна? – поинтересовался он.

– Дорогой, – передразнила я Макса. – Ты совсем сошёл с ума! Оно стоит целое состояние!

– Я не об этом, я о моём намерении.

– Ты мне предлагаешь снова выйти за тебя?

– Ну, типа того. Это кольцо означает, что ты теперь несвободна и находишься под моим покровительством. Мы не просто любовники, теперь ты официально моя женщина, а я твой мужчина.

Значит, свадьбы не будет, разочарованно подумала я. Он пошёл к выходу на парковку, я задумчиво поплелась следом. В голове бесновался рой самых разных мыслей. Откуда у Макса деньги? Макс подарил мне дорогущее кольцо, чтобы произвести впечатление? Или он хочет показать мне серьёзность своих намерений? Или просто из ревности, чтобы я помнила, с кем живу, и не смотрела на других мужчин? Или чтобы они на меня не смотрели? Снова сплошные интриги и никакой конкретики.

26. Ольга

В назначенный час я припарковала машину у дома отца. Я была очень взволнована, переживая о том, как всё пройдёт. Мне предстояло рассказать отцу всю правду о своём втором замужестве и попросить его о помощи в защите от Жака. Я оглядела свою семью. Мой, с сегодняшнего дня «полужених» был одет с иголочки, причёсан, гладко выбрит и в прекрасном настроении. Варя, не менее нарядная, чем Макс, играла на заднем сидении в детском кресле с новой куклой. Я откинула козырёк, посмотрев на своё бледное лицо.

– Успокойся, – сказал мне Макс, взяв меня за руку. – Я рядом, – напомнил он. – Если твой отец начнёт истерить, не поддавайся. Тебе не 18. Ты сама уже мать. Уверен, он всё поймет, когда узнает как всё было.

Я кивнула, сделала глубокий вдох и вышла из машины. Макс вытащил Варю из машины, я с заднего сиденья пакет с игрушками для брата. Ворота нам открыл отец.

– О! – воскликнул он, увидев Макса. – Здорово зять, нехуй взять! – Отец заржал и пожал руку, протянутую Максом, и похлопал его по плечу. – Не скажу, что сыкну щас от восторга, но я всё же рад видеть твою рекламную рожу, сынок! – По интонации голоса отца, я поняла, что он изрядно навеселе. Макс пропустил меня вперёд, и я вошла во двор, держа за руку дочь. – Ох, ёп… – не сдержался отец, заметив Варю только что, и сообразив, что материться при ребёнке. – Привет, принцесса, – обратился он к ней. – Вы чё, а? – Отец постучал себя ладонью по голове. – Ну, предупреждать же надо! – Он пошёл в сторону дома, мы с Максом переглянулись и пошли за ним. Макс едва сдерживался, чтобы не прыснуть от смеха. – И кто вам только приду… глупым людям, ребятенка доверил? Вы же за себя ответить не можете, не то что…

Мы вошли в дом, где нас встречала Ирина с Колей. Сначала она удивлёно уставилась на Макса, потом на Варю.

– Вы же с Максимом два… – не унимался отец.

– Папа! – громко оборвала я его на полуслове. Он замолчал и посмотрел на меня. – Папа познакомься, это твоя внучка Варвара. Доченька познакомься, это твой дедушка. Твой grand-pere.

Пока отец пребывал в первоначальном шоке, я думала, как представить остальных? Назвать Кольку дядей, а Ирину бабушкой? Хрень какая-то получается. Отец стоял, мыча что-то нечленораздельное, и показывал на нас троих пальцем, то на меня, то на Макса, то на Варю, потом снова на Макса, и снова на Варю. Макс покачал головой, мол, он тут не причём.

– Папа! – снова одёрнула я отца.

– Здравствуй Варенька, – дар речи тут же вернулся к отцу и он, присев на корточки, обнял её.

– Пойдёмте уже есть! – подал голос Коля.

– Папа, мы можем сначала поговорить? – спросила я, понимая, что он превратит ужин в сплошной стёб меня на пару с Максом, и я не сдержавшись, могу ему нагрубить.

Отец, все еще пребывая в шоке, кивнул, жестом приглашая меня в кабинет. Я протянула Коле пакет с игрушками, который всё ещё продолжала нервно теребить в руках. Макс пошёл было за мной, но я его остановила.

– Я сама, – прошептала я ему. – Я справлюсь. Присмотри за Варькой.

Отец сел в своё кресло, показав мне рукой на свободный стул напротив него. Я рухнула на него без сил, не в силах произнести и слова. С чего начать разговор? Отец сделал мне знак рукой, чтобы я помолчала, и пошарил рукой под столом, извлекая початую бутылку коньяка, затем придвинул стакан от графина, по привычке зачем-то потерев его об себя, налил в него коньяк, и выпил залпом, занюхав рукавом.

– Приходится теперь заначки делать, – сказал отец, сморщившись. – Ирка меня пилит за давление. – Он вздохнул и вальяжно откинулся в кресле. – Всё, я готов, говори!

– Папа, мне нужна твоя помощь, – с этих слов я и начала свой рассказ.

Мы беседовали около часа. Я рассказала ему и о сделке с Алонсе, и о своё замужестве, и об убийстве мужа, и о том, кто настоящий отец Вари, и о том, что возможно Жак попытается мне отомстить. Отец слушал меня, не перебивая, временами только угрюмо подливая себе коньяка. От его обиды и злости на меня не осталось и следа. Я видела, что ему нелегко было слушать мой рассказ. Да и какому отцу будет приятно знать, что его единственная дочь ввязалась в переделку?

– Итак, – произнёс отец, выслушав меня. Он встал и принялся задумчиво расхаживать по кабинету. – Начнём с Максима. Что у вас с ним?

– Пока ничего, – честно призналась я. – Просто живём вместе.

– Просто живёте? – усмехнулся отец. – Как у вас всё ПРОСТО! Ну и когда ты ему про дочь расскажешь?

– Я жду подходящего момента. Мужчины, как я выяснила, очень обидчивы.

– Что есть, то есть, – согласился отец. – Хорошо, что ты хоть это выяснила! У Максима есть яйца, он настоящий мужик. Ему удалось вложить в твою ветреную башку даже больше, чем мне. Я был бы счастлив и спокоен, если бы вы снова были вместе. Как бы то ни было, тебе представилась возможность сравнить два твоих замужества, уверен, ты сделала выводы. И если Макс хоть иногда смотрится в зеркало, рано или поздно он сам догадается, чья Варя дочь, тогда будет пиздец. По крайней мере, я бы взбесился. – Я закивала в знак согласия, давая понять отцу, что прекрасно понимаю, о чём он говорит. – Сейчас я не готов сказать тебе ничего конкретного, поскольку уже нахуячился, одно я знаю точно, тебе нужно оставить дочку у нас, чтобы не подвергать ребёнка опасности.

– Я не могу, – запротестовала я. – Как же я её оставлю?

– Мы тебе не чужие! – воскликнул отец, подойдя ко мне. – Тебе будет легче сосредоточиться, зная, что твоя девочка в безопасности. Сюда этот Жак не сунется. Заодно отдохнёшь, на тебе же лица нет. – Отец положил руку мне на плечо. – Ты правильно сделала, что обратилась ко мне.

– Больше не к кому, – вздохнула я. – В полиции мне не о чем заявить. «Нет тела, нет дела», так у вас, кажется, говорят? Если бы речь была только обо мне, я бы может и не прибежала, сам знаешь. Но я не могу рисковать жизнью своего ребёнка.

– Я знаю, что наговорил тебе гадостей в сердцах, но и ты меня пойми…

Я потрепала тяжёлую руку отца, сжавшую моё плечо.

– Всё в порядке, папа, это было заслуженно, – успокоила я его. – Мне бы не хотелось подвергать опасности и твою семью. Что скажет Ирина? Вдруг она будет против?

– Пока что я тут главный! – строгим голосом напомнил отец, доставая из кармана сигареты. Он протянул открытую пачку мне, но я отказалась. Он одобрительно кивнул головой, присаживаясь на край стола рядом со мной. Придвинув пепельницу ближе, он закурил, с прищуром глядя на меня в упор. – Ты тоже моя семья! Моя единственная дочь! Если мой зять не болтливая баба и уже не разболтал Ирке о твоих проблемах, то мы просто ей ничего не скажем.

– Папа, это не честно!

– Знаю, но уволь меня от её истерик, у нас и так непростой период. – Отец вздохнул, стряхивая пепел. – Каждый день мне мозг выносит, что из декрета ей пора выходить. А кто будет домом заниматься? А сыном?

Я рассмеялась. Ситуация была мне так знакома.

– Папа, у Макса права забрали. Ты можешь чем-то помочь?

Отец молча кивнул. Я знала, что для него это не проблема. Он потушил сигарету и взял со стола листок, затем протянул его мне. Это была лицензия на пистолет.

– Патроны есть? – уточнил он.

– Да.

Я встала со стула и обняла отца.

– Папочка, спасибо тебе за всё! Я очень тебя люблю.

– Я тебя тоже, – сказал отец, поглаживая меня по спине. – Я рад, что воспитал тебя бойцом, и ты смогла за себя постоять. Теперь позволь мужикам о тебе позаботиться. Может быть, тебе поработать с психологом? Убийство человека, не шутки. Тебя не мучают кошмары? Иди совесть?

Я отстранилась от отца и посмотрела ему в глаза, покачав головой.

– Ну, смотри! – погрозил мне он пальцем. – Теперь у тебя есть ребёнок, так что дважды думай, прежде чем резать вены! Раз о нас ты не думаешь, подумай хоть о ней! – Я опустила глаза, в очередной раз сгорая от стыда. Я не думала, что отец знает об этом. – Я всё знаю. Я тоже виноват. Думал, раз выдал тебя замуж, то ты выросла, взрослая уже. А ты? – продолжал стыдить меня отец. – Твоя пробабка танк взорвала в твоём возрасте и мужа похоронила. Ох! – он вздохнул, устало потерев лицо ладонями. – Ты же не думаешь, что Макс вечно будет с тобой тетешкаться и спасать твою жизнь?

– Я вообще не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал, – сказала я.

– Если мы будем делать всё, что нужно, не впадая в истерики, никто не пострадает. Если потребуется, я пригоню весь московский спецназ для твоей защиты! Если будет нужда, я буду сидеть с тобой рядом 24 часа в сутки! Но пока что, я доверяю Максу, и он сможет тебя защитить. Француз ещё не приехал, а может быть и не собирается приезжать, так что давай решать проблемы по мере их поступления. Пойдем, поедим, у меня уже живот свело.