Текст книги "Пазлы Создателя"

– Кто звонил? – поинтересовался Голубев.

– Кочетков. Он уже вернулся в офис и разбирается в документах.

– И что? – заинтересовался следователь. – Что-нибудь новенькое?

– Ага! Похоже, нас ожидают еще сюрпризы. И пропавшие драгоценности – не последнее звено в нашем деле.

– Да что случилось-то?

– Помнишь, Елена рассказывала, что некоторые изделия проходили мимо общей кассы? – спросил Эрик у следователя.

– Ну…

– Это те изделия, которые заказывали по специальному каталогу.

– И что дальше?

– А деньги, полученные за эти вещицы, пересылались в главный офис.

– Да не тяни ты, Эрик! Говори по существу! – взмолился Голубев.

– Я так и говорю, – усмехнулся сыщик. – Просто кое-кто не умеет слушать. Так вот, на счет компании должна была прийти крупная сумма денег. «Бирюзовый рай», судя по документам, должен был перечислить некую сумму, озвучивать я ее не буду, чтобы не ранить твое нежное сердце, но деньги до адресата почему-то не дошли. А сумма очень приличная, поверь мне. Вопрос, где деньги?

Голубев застонал.

– Эрик, что за напасть такая! Сначала папка, потом драгоценности, теперь еще и деньги! Не многовато ли?

– Я думаю, это еще не конец, – подмигнул ему сыщик. – В таких делах обычно много чего намешано.

– Но куда все это могло деться?

– Ты лучше спроси, кто во всем этом замешан.

– А чего спрашивать? Это и так понятно. Кто-то из ближайшего окружения.

– Правильно! О делах Храмова могли знать только конкретные люди. Да и доступ к драгоценностям и деньгам был все у тех же людей. А именно у его подчиненных и сына.

– Ты думаешь, в этом замешан Антон? – поинтересовался Голубев. – Но ведь он не мог пойти в офис к отцу и залезть в его сейф.

– А зачем идти на работу? Храмов мог держать драгоценности и дома. Вспомни, Волохов говорил, что приезжал к Юрию Семеновичу домой и именно там осматривал изделия.

– Да, но Антон давно не живет с отцом!

– Не живет, – согласился Эрик, – а ключи наверняка имеет. Нужно узнать, не приезжал ли Храмов-младший на квартиру к отцу.

– Я пошлю ребят, – кивнул Голубев, – пусть поговорят с охраной.

– Алексей Анатольевич! – в кабинете показалась голова одного из полицейских. – Там Храмова доставили. Приводить?

– Давай, – махнул рукой Голубев и добавил: – Наконец-то. Мы два дня его искали, хотели поговорить об отце. Но парень как в воду канул.

– И где же его нашли? – усмехнулся сыщик.

– Сейчас узнаем.

Глава 15

В кабинет нехотя шагнул довольно молодой парень. На вид ему было лет двадцать пять, неопрятный, небритый, в помятой одежде. Было ясно, что парень зря времени не терял. Последние несколько дней он явно злоупотреблял алкоголем.

Сыщик презрительно оглядел его с ног до головы.

– Как самочувствие? – насмешливо поинтересовался он.

– А то не видно, – хмуро ответил парень.

– В честь чего запой?

– Отец у меня помер.

– А… Тогда это уважительная причина. Значит, в остальное время ты не пьешь?

– Почему? Пью, – ухмыльнулся он. – А чем еще заниматься?

– И правда! – хохотнул Голубев. – Работать не пробовал?

– Зачем?

– Например, для разнообразия.

– Та работа, которой я хотел заниматься, пришлась не по душе моему отцу. А другое мне неинтересно.

– И кем же ты хотел работать? – поинтересовался сыщик.

– Преподавать рисование в школе.

– Похвальная профессия.

– Я тоже так думал, пока отец не сказал, что если я пойду работать в школу, то у него больше не будет сына.

– А чем ему не нравилась эта специальность? – удивился Эрик. – В деньгах вы не нуждаетесь. Работал бы себе в удовольствие.

– Отец так не считал. Ему хотелось, чтобы я продолжил его дело.

– Вообще-то он прав, – кивнул сыщик. – Такой бизнес в чужие руки не отдают.

– А мне не нравится возиться с цифрами и брать на себя ответственность! – с вызовом ответил парень.

– А вот это зря, – покачал головой Эрик. – Ответственность нужна в любом деле. И особенно в школе. Как бы ты стал работать с детьми, если тебе хочется жить легко?

Антон пожал плечами:

– Какая теперь разница.

– В общем, ты предпочел показать характер, вместо того чтобы взять волю в кулак и пойти тем путем, который тебе кажется правильным, – констатировал сыщик. – И как, получилось?

– Сами видите, – огрызнулся парень.

– Видим, – вздохнул Голубев. – У нас полстраны так живет. Безвольные и слабохарактерные люди. Нет бы идти работать, так водку хлещут. Детей жалко. Какое поколение вырастет…

– У меня нет детей, – буркнул Антон.

– И не будет при таком образе жизни.

– Вы зачем меня сюда притащили? – разозлился он. – Нотации читать? Я все это и без вас знаю.

– Антон Юрьевич, – вздохнул сыщик, – читать нотации, конечно, не наше дело. Просто к слову пришлось. Живите, как хотите.

– И на том спасибо.

– Только поймите одну вещь – вы остались один на белом свете. Вам больше никто руку помощи не протянет.

– А мне и не надо. Деньги есть, проживу как-нибудь.

– А откуда у вас деньги? Насколько я знаю, отец в последнее время отказывал вам в материальной помощи.

– Так наследство. Теперь заживу!

– Вы знаете про наследство? – вроде как удивился Голубев.

– А как же! Отец все уши прожужжал: вникай, сынок, в мои дела. Умру, все тебе останется. Да и кому он должен был оставить свои деньги?

– Мало ли кому… Например, благотворительному фонду.

Антон фыркнул:

– Скажете тоже! Я его сын. А фонд что?

– А там нуждающиеся люди, – серьезно ответил Эрик. – Знаешь, сколько больных детей можно вылечить на деньги твоего отца?

Антон сплюнул прямо на пол.

– Плевать я хотел на всю эту сентиментальность. Деньги мои, и я не собираюсь их никому уступать.

– Ай-ай-ай! – укоризненно покачал головой Эрик. – А еще хотели идти работать в школу.

– При чем здесь школа? – удивился парень.

– Так ведь детей нужно учить доброму и вечному. А чему бы вы смогли научить ребят, если сами ни во что не верите?

– Я уже ничего не хочу, – огрызнулся он. – И отстаньте от меня, пожалуйста.

– Вообще ничего? – уточнил сыщик.

– Вообще ничего.

– А денег?

Антон злобно посмотрел на сыщика. Мариша даже подумала, что следующий плевок полетит в его сторону.

– Ладно, вижу, вас ничем не пронять, – произнес сыщик и скривился. – Живите себе дальше, коптите небо. Но сейчас у нас есть к вам конкретные вопросы. Они касаются смерти вашего отца.

– Я так и понял, – язвительно ответил парень.

– Расскажите, что вы делали в день убийства вашего отца?

Антон ухмыльнулся:

– Мой рассказ будет коротким.

– Прекрасно. Значит, мы не потратим на вас много времени, – кивнул Эрик.

– Я пил. Вас устроит такой ответ?

– Где? Кто составил вам компанию?

– Не помню! – ухмылка Антона стала более наглая.

– Вообще? – уточнил сыщик.

– И вообще, и в частности. Что вы на меня хотите повесить? Думаете, я убил своего отца? Боюсь вас огорчить, но я его не убивал. У меня и ключей-то от дачи не было. Отец отобрал.

– Отобрал, говоришь? – взгляд сыщика стал колючим. – А когда ты узнал о смерти отца?

– Сегодня и узнал. С утра пораньше заявился ваш паренек и выволок меня из кровати. Даже опохмелиться не дал.

– А где ты был вчера? Тебя, между прочим, искали.

– В отключке, наверное. У меня часто так бывает. С вечера выпью, я потом просплю два дня. Или загуляю.

– А не боишься, что с таким образом жизни ты вообще можешь не проснуться?

– И что? Для кого жить-то? Пока мать была жива, я старался быть нормальным человеком. А когда она умерла… – Антон махнул рукой.

– Значит, не помнишь, где был?

– Не помню.

– Что ж, придется тебя задержать до выяснения обстоятельств.

– Эй, вы чего? – заволновался парень, когда полицейский выводил его из кабинета.

– Ничего. Посидишь в тихом месте, может, вспомнишь, где был два дня назад вечером. Давай отсюда!

Эрик закрыл за парнем дверь и вернулся на свое место.

– Терпеть не могу подобных философов, – фыркнул он. – Человек должен трудиться, а не искать смысл в своей никчемной жизни.

– А разве искать смысл жизни вредно? – удивилась Мариша.

– Для некоторых особей – да. Таких, как этот Антон. Учителем он хотел быть! Что же не стал? Тот, кто хочет чего-то добиться, обычно достигает своей цели. Знаете поговорку? Тот, кто хочет, ищет способ, кто не хочет, ищет причину. По-моему, очень правильно.

– А зачем ему чего-то добиваться? – пожал плечами Голубев. – У папы денег много, на две жизни хватит.

– Ладно, не будем об этом. Вызови-ка сюда парочку ребят потолковее.

– Зачем?

– Отправим их на квартиру к Храмову-младшему. Пусть немного порыщут в его хоромах.

– Зачем?

– На всякий случай. Может, найдут что-нибудь интересное.

– Хорошо.

Пока Эрик объяснял парням, что от них требуется, Мариша глазела в окно. Она познакомилась почти со всеми действующими лицами этого дела, но никак не могла решить, кого бы она записала в убийцы. Антон, конечно, был самой живописной кандидатурой, но поверить в то, что сын может убить своего отца, она не могла.

Парни ушли, и Эрик снова призадумался.

– А что ты думаешь по поводу Волохова? – поинтересовался Голубев.

Сыщик перевел взгляд на следователя.

– Мужик как мужик, – пожал он плечами.

– Дерганый какой-то.

– Есть немного.

– Как ты думаешь, почему он так волнуется?

– Может, не все так гладко, как он рассказывает?

– Ты тоже это заметил? – воодушевился следователь. – Мне он сразу показался немного странным. А что, если все дело в драгоценностях? Он отличный ювелир, знает цену этим вещицам. Вдруг Храмов показал ему нечто особенно ценное, и тот не смог устоять?

– А как же красная папка? – влезла Мариша. – Ведь Волохов и близко не подходил к офису.

– А кто сказал, что папка была в офисе? – парировал следователь. – Храмов вполне мог взять ее домой, чтобы поработать.

– И не сказал секретарше?

– Он мог уйти с работы позже ее. Не станет же он ей звонить и спрашивать разрешения взять папку?

– А Волохов приехал к нему на дачу, увидел драгоценности, решил завладеть ими, убил Храмова и прихватил с собой папку, – подхватила Мариша. – Вообще-то такое вполне могло быть.

– Могло. И именно поэтому наш ювелир сейчас так нервничает. Кстати, встреча, о которой он говорил, состоялась?

Мариша огорошенно посмотрела на сыщика.

– А ведь его об этом не спросили.

– Потому что не подозревали, – ответил следователь. – Но все поправимо. Сейчас я ему позвоню.

Эрик удобно устроился в кресле и из-под опущенных ресниц наблюдал за товарищами.

– Петр Сергеевич! – громко заговорил Голубев. – У нас к вам есть еще один вопросик. Да, можно по телефону. Расскажите нам еще раз, как вы провели вечер убийства Храмова. Так, так… А вас кто-нибудь видел? Жаль… Вы говорили, что после Храмова должны были встретиться еще с одним человеком. Встретились? – В трубке послышался торопливый голос ювелира. Голубев даже убрал от уха трубку, так эмоционально говорил тот. – Да, я понял, – ответил следователь. – Назовите его имя, пожалуйста. Нет, это для порядка. Хотя не исключено, что мы с ним поговорим. Нет, не волнуйтесь, все будет вполне пристойно. Мы же понимаем, с кем имеем дело. Не волнуйтесь.

Голубев положил трубку.

– В шесть часов Петр Сергеевич сдал на охрану свой офис и поехал домой. По дороге ему позвонил Храмов и перенес встречу на дачу. Волохов прибыл домой, принял душ, поужинал и понял, что на дачу не успевает. Он попытался дозвониться до Храмова, но не смог. Тогда он оставил телефон в покое и поехал на запланированную встречу. Волохов встречался с одним известным человеком и осматривал его семейные драгоценности. На встречу он опоздал минут на десять, прибыл в начале девятого.

– А имя у известного человека есть? – поинтересовался Эрик.

– Есть, – сказал Голубев и подвинул к сыщику лист бумаги.

Тот коротко кивнул.

– Хорошо. Я всегда любил депутатов. Марише это, наверное, передалось от меня.

Она бросила на сыщика пристальный взгляд и насупилась. Видали? Переняла. Как будто ее когда-то интересовала политика…

– Что же в этом хорошего? – обиделся Голубев. – Как мы узнаем, правду нам сказал ювелир или нет?

– Я узнаю, не волнуйся.

– Тогда ладно, – успокоился следователь.

– Волохов ездил на квартиру к этому народному деятелю?

– Да.

– Тогда мы можем кое-что посчитать.

– Что? – полюбопытствовала Мариша.

– Прикинем, мог ли Волохов убить Храмова. Послание Смыслову было направлено в семь часов вечера. Значит, раньше этого времени он его убить никак не мог. От дачи до дома того депутата ехать около часа. В принципе, он вполне мог успеть.

– Но Волохов сказал, что не ездил к Храмову, – влезла Мариша.

– Мало ли кто что сказал. Каждый что-то говорит. Если всем верить, то получится, что все белые и пушистые. А между тем один из них – убийца. – Эрик помолчал. – Я так понимаю, в интересующий нас период Волохова никто не видел?

– Никто, – покачал головой Голубев. – До половины восьмого он был дома и пытался дозвониться до Храмова. Живет он вместе с женой, но в данный момент она уехала отдыхать. Так что Волохов тоже может оказаться в числе подозреваемых.

Эрик нахмурился:

– Почему Храмов не откликался на звонки? Волохов звонил ему несколько раз. Храмов должен был на них отреагировать.

– Не знаю, – растерялся Голубев. – А и правда, почему? Ведь он ждал приезда Петра Сергеевича. А значит, обязательно должен был отозваться.

– А может, он ему не звонил? – предположила Мариша.

– Звонил, – уверенно ответил Голубев. – В телефоне два пропущенных вызова. Начиная с половины седьмого Волохов названивал ему. Что же произошло? Ведь как минимум до семи часов Храмов должен был отозваться.

– А может, Волохов прямо из конторы проехал к Храмову на дачу? – предположила Мариша. – В половине седьмого приехал, убил Храмова, позвонил на его телефон раз, другой, а в семь отправил послание для Смыслова.

– Ага! – насмешливо произнес Голубев. – А перед этим Храмов сообщил ему пароль своего ноутбука и электронный адрес Смыслова.

– Да, как-то глупо получается, – сконфузилась Мариша, – я об этом не подумала. А может, к тому моменту, как прибыл Волохов, у Храмова работал ноутбук и была открыта почта на странице с адресом Смыслова?

– А почему бы ему сразу не выложить ключи от дома на крыльце? Чтобы каждый желающий мог войти, – ухмыльнулся Голубев.

– А чего ты ржешь? – обиделась Мариша. – Я предлагаю разные варианты развития событий. Что здесь такого?

– Варианты должны быть правдоподобными.

– А у меня что, не так?

– Слишком много если бы да кабы. Подобные совпадения случаются очень редко. И чаще всего бывают только в книгах. Хотя я не исключаю, что Волохов мог убить Храмова. Вот только не вижу серьезной причины для этого.

– Может, Храмов что-то про него узнал? В работе ювелира, насколько я понимаю, репутация очень важна.

– Все может быть, – кивнул Голубев. – Кстати, ты будешь звонить этому депутату? – спросил он, обращаясь к Эрику.

– Зачем? – удивился тот. – Мы и так решили, что у Волохова было время, чтобы заскочить к Храмову. Поэтому нам неважно, что депутат скажет.

На столе Голубева задребезжал телефон. Он схватил трубку и зычно гаркнул:

– Алло.

Мариша усмехнулась. Аппарат следователя давно должен был покоиться на помойке. Но он до сих пор верно и преданно служил. И похоже, на одном энтузиазме.

– Угадайте, что нашли в квартире Храмова-младшего? – еле сдерживая восторг, поинтересовался Голубев, положив трубку.

– Неужели драгоценности? – едва сдерживая дыхание, поинтересовалась Мариша.

– Ребята позвонили? – приподнял брови Эрик. – Быстро они управились.

– А чего возиться-то? Однокомнатная халупа. Из всей мебели – диван, стол и табуретка. Драгоценности нашли в оконном холодильнике. Знаешь, есть такие в старых кирпичных домах?

Сыщик кивнул.

– Вот там на полочке и лежали.

– Очуметь! – Мариша округлила глаза. – Он совсем дурак?

– А ты считала, что алкоголики высокоинтеллектуальные люди? – ухмыльнулся Голубев.

– Нет, но спрятать драгоценности на самом виду – верх глупости!

– Так он наверняка не думал, что мы станем обыскивать его квартиру.

– Алексей, а кто доставил Антона из дома в участок? – поинтересовался Эрик.

– Сеня Козлов. А что?

– Он здесь?

– Должен быть на месте.

– Пригласи-ка его сюда.

Голубев пожал плечами и, набрав номер, коротко произнес:

– Зайди ко мне.

Через минуту дверь открылась, и на пороге показался высокий серьезный паренек.

– Сеня, ответь-ка нам на пару вопросов.

Парень кивнул и вытянулся по стойке «смирно». Очевидно, начальство он уважал.

– Семен, – начал Эрик, – это ведь вы привезли Антона Храмова в участок?

– Да. То есть так точно.

– Вы были еще с кем-то?

– Обязательно, – кивнул он. – Я и напарник.

– Вы вместе заходили в квартиру Храмова?

– Вместе.

– Расскажите об этом поподробнее.

– Что-то не так? – насторожился тот.

– Вы расскажите, а там посмотрим.

– Мы приехали пораньше, – начал Семен, – чтобы наверняка застать парня дома. Вы же знаете, алкоголики могут рано встать, а потом напиться и больше не просыхать. Вот мы и приехали чуть свет. Звонили долго в дверь и, честно говоря, даже уже хотели уезжать. Думали, опять его нет дома. Но вдруг дверь открылась, и на пороге показался этот самый тип. Похоже, он принял нас за собутыльников, потому что пригласил в дом и стал искать, чего бы выпить. Ну, мы быстренько мозги ему промыли и сообщили, что он обязан проехать с нами. Он начал сопротивляться и даже попытался выставить нас из квартиры, но потом вдруг сник и попросил опохмелиться. Мы пообещали, что все будет в отделе. И опохмел, и другие прелести жизни. Он натянул штаны, куртку, и мы доставили его сюда.

– О смерти отца сообщили?

– Сообщили. В машине он стал возникать, говорил, что позвонит отцу, и тот пришлет ему самого лучшего адвоката. А мы лишимся своих мест. Вот и пришлось сказать, что его как раз и вызывают в связи со смертью отца. Он притих и больше не разговаривал до самого отдела.

– А что еще говорили по поводу смерти Храмова?

– Ничего.

– Совсем ничего?

– Совсем. Мы всю дорогу ехали молча. Я вообще не сторонник вести беседы с такими личностями.

Эрик кивнул и замолчал. Голубев махнул рукой, отпуская парня. Мариша принялась елозить на стуле. О чем задумался сыщик? Он явно что-то услышал в рассказе Семена. Да и ее что-то зацепило. Какая-то несуразность. Вот только понять бы еще, что именно.

Глава 16

– Любопытное кино получается, – неожиданно заговорил Эрик.

– Почему кино? – растерялся Голубев.

– А что еще? Антон хороший актер, а значит, перед нами разыгрывается интересная сцена.

– Что интересного ты во всем этом увидел? – спросил Голубев.

– Откуда Антон узнал, что отца убили на даче? – вместо ответа спросил он.

– А он это знал? – растерялся следователь.

– Знал, конечно. Иначе как понять его слова: «Боюсь вас огорчить, но я его не убивал. У меня и ключей-то от дачи не было. Отец отобрал». Так откуда ему стало известно, что отца убили на даче?

– Семен сказал? – неуверенно спросил следователь.

– Семен только что ответил, что не разговаривал с Антоном про убийство.

– Интересное кино получается! – присвистнул Голубев.

– Вот и я говорю, – кивнул сыщик.

– Да еще эти драгоценности…

Дверь распахнулась, и в проеме показалась голова все того же паренька.

– Алексей Анатольевич, можно? Там ребята из квартиры Храмова-старшего приехали.

– Зови, – кивнул Голубев.

На пороге показалась весьма колоритная троица. Если бы Мариша увидела этих парней на улице, она бы обязательно улыбнулась. Но дело касалось убийства, и она навесила на себя серьезный вид. Старший группы выглядел как самый настоящий герой боевика – высокий, крепкий, со шрамами на лице. Второй был того же роста, но худой до невозможности. Если бы он встал за спину старшего товарища, его наверняка не было бы видно. А вот третий герой, хотя и был вполне нормальной комплекции, едва доставал им до плеча.

– Мы опросили охрану по поводу Антона Храмова, – начал старший группы, – и выяснили, что его давным-давно не видели в этом доме. Однако, внимательно осмотрев сам дом и подъезд, мы обнаружили, что в квартиры можно попасть и с черного хода. Только жильцы им никогда не пользуются. Он предназначен для обслуги. Антон вполне мог сделать дубликат ключа и проникнуть в дом, минуя охрану.

– А он проникал? – уточнил Эрик.

– Само собой. Вот только парень не учел, что камеры наблюдения есть не только при входе в подъезд, но и на каждом этаже. В общем, мы заставили охранников просмотреть записи наблюдения за последний месяц и обнаружили интересный факт – Антон зафиксирован камерой перед дверьми квартиры отца, но не фигурирует на записях камеры, расположенной на входе.

– В день убийства он тоже был в доме? – прищурив глаза, поинтересовался сыщик.

– Не был. А вот накануне камера его зафиксировала. Где-то в районе обеда. Он вошел в квартиру, пробыл там с полчаса и вышел.

– В руках у него что-то было?

– Нет, ничего.

– Это ничего не значит, – проворчал Голубев, – драгоценности достаточно положить в карман.

Сыщик рассеянно кивнул.

– Больше ничего интересного не было? – прикрыв глаза, поинтересовался Эрик.

– Нет.

– Чужих около квартиры Храмова не обнаружено?

– Никого. Да и как бы они прошли мимо охраны?

– Но Антон ведь прошел?

– У Антона были ключи.

«Железная логика, – фыркнула про себя Мариша, – у кого-то другого они тоже могли быть».

– Идите, – сыщик махнул парням рукой и нахмурился.

– Что-то не так? – насторожился Голубев.

– А ты сам как думаешь?

– Думаю, Храмов-младший у нас в руках. Доказательств больше чем достаточно. Так что все складывается очень удачно.

– Да? И что это за доказательства такие?

– Что значит какие? – опешил следователь. – А драгоценности в его квартире? А незаконное проникновение в квартиру отца?

– Почему незаконное? Может, Храмов сам попросил его съездить домой.

– И он воспользовался для этого черным ходом, – насмешливо произнес Голубев.

– Все может быть, – кивнул Эрик.

– Входить в дом через черный ход?

– А почему нет? Например, по привычке.

– Храмовы не общались, – решил напомнить Голубев.

– И что? Может, они помирились. Или не настолько поругались, чтобы совсем игнорировать друг друга.

– Бред! Драгоценности оказались у Антона, значит, он имеет отношение к их исчезновению.

– Тогда объясни мне одну вещь, – прищурился Эрик.

– Какую?

– Храмов пригласил ювелира, чтобы оценить драгоценности. Так?

– Так.

– Пригласил на дачу.

– На дачу, – подтвердил Голубев.

– Получается, что драгоценности должны были быть у Юрия Семеновича с собой. Но если их украли накануне убийства, что он мог показать ювелиру?

Голубев опешил.

– Может, он не знал, что драгоценностей нет? – неуверенно произнес он. – Например, коробку взял, а внутрь не посмотрел.

– И как ты себе это представляешь? – насмешливо поинтересовался сыщик.

– Ну, не знаю…

– И зачем было назначать встречу, если драгоценности пропали?

– А если это были другие драгоценности?

– Какие – другие? Ни в доме, ни на даче, ни в офисе никаких драгоценностей не нашли.

– Тогда я вообще ничего не понимаю!

– Я тоже, – встряла Мариша. – Если Храмов решил посоветоваться с Волоховым, значит, драгоценности были у него. А если бы он заметил их пропажу, то перезвонил бы ювелиру.

– А он не только не перезвонил, но даже не откликнулся на звонки Волохова.

– У меня голова идет кругом! – пожаловался Голубев и схватился за виски.

– Напрашивается лишь одна версия, – сказала Мариша, – в вечер убийства рядом с Храмовым был близкий ему человек, который не мог допустить, чтобы тот заметил пропажу драгоценностей и сообщил об этом Волохову.

– И этот человек – Антон Храмов, – закончил Голубев.

Снова зазвонил телефон следователя, на этот раз мобильный.

– Да! – недовольно рявкнул он, видимо, злясь, что его отрывают от важного разговора. – Да, слушаю, – сбавил он тон и продолжил уже елейным голосом: – Неужели? Вы уверены в этом? Конечно! Как вам будет удобно.

Голубев положил трубку и засветился, словно новый самовар.

– Наш Антоша попался! – воскликнул он и потер руки.

– Что такое? – встрепенулась Мариша.

– Домработница вспомнила, что видела машину, похожую на автомобиль Антона Храмова, рядом с дачей его отца. Примерно в половине восьмого. Как вам такая новость?

– Антон водит машину? – удивилась девушка.

– А что здесь такого?

– Так он же вечно пьет!

– Значит, иногда у него бывают периоды просветления. А может, он просто плюет на правила и разъезжает по городу пьяным.

– Она уверена, что это был автомобиль Антона? – встрял сыщик.

– Практически уверена. У него разрисованный бампер и наклейка на заднем стекле. Так что нам есть о чем с ним побеседовать.

Голубев нажал на кнопку селектора и произнес:

– Вася, Храмова ко мне. Сейчас мы его, миленького, дожмем! – радостно воскликнул он.

Эрик развалился в кресле и прикрыл глаза. Мариша внимательно наблюдала за сыщиком. Похоже, Антон ему не очень нравился в образе убийцы. А может, он просто пока не хочет его трогать. Кто его знает? Сыщик никогда не раскрывает свои карты раньше времени.

Антон вошел в кабинет, растерянный и злой. Куда подевалась его самоуверенность, с которой он покидал кабинет два часа назад?

– Слышь, начальник, – обратился он к Голубеву. – Выпить есть?

– Не держим, – развел руками тот.

– Плохо мне, сейчас загнусь.

– Не загнешься. Раз до сих пор живешь, значит, не время еще.

Антон застонал и скукожился на стуле.

– Алексей, пошли кого-нибудь, пусть принесут граммов сто, – тихо произнес Эрик.

Голубев вопросительно посмотрел на сыщика.

– Думаешь, надо?

– Надо, только немного. И закусить чего-нибудь. Чтобы он здесь не отключился.

Голубев снова нажал на кнопку селектора.

– Вася, принеси немного выпить. И кусок хлеба.

– Что ж так скудно? – криво ухмыльнулся Антон. – Могли бы и колбаски заказать.

– А с каких это пор хлеб перестал быть для тебя закуской? – удивился Голубев. – Между прочим, это самая русская пища.

– А… Несите хоть чего-нибудь, – махнул рукой тот.

В кабинет вошел Василий, держа в одной руке стакан, а в другой бутерброд с сыром.

– Все, что нашли, – сообщил он. – Пойдет?

– Вполне! – кивнул Голубев.

Антон трясущимися руками схватил стакан, жадно выпил все содержимое, словно в нем была вода, облегченно вздохнул и расслабился.

– Отпустите меня домой, а? – жалобно попросил он. – Зачем я вам? Все равно ничего не знаю.

– Совсем ничего? – уточнил следователь.

– Совсем, – кивнул парень.

– А про дачу ничего не хочешь рассказать?

– Про какую?

– Про вашу. Например, зачем ты туда ездил в день смерти твоего отца?

– С чего вы взяли, что я там был? – парень облизнул губы и испуганно посмотрел на следователя.

– Тебя видели. И отрицать этот факт глупо.

– Кто?

– Какая разница? Свидетель надежный.

Антон поник и перевел взгляд на окно.

– Ну, был я там, и что?

– Врал зачем? – строго спросил Голубев.

– А как бы вы поступили на моем месте? Сын приезжает на дачу к отцу, а он там мертвый. Интересно, кого бы заподозрили в первую очередь?

– А вы его видели? – приоткрыв глаза, поинтересовался Эрик.

– Видел, – кивнул парень. – Я приехал попросить деньги. Сначала стучал, потом нажал на ручку двери, а она открылась. Я прошел в кабинет и увидел отца. Мертвого.

– А как вы поняли, что он мертв?

– Так сразу ясно. Я мертвяков повидал. Знаете, сколько народа мрет от паленой водки?

– Во сколько это было?

– Около семи, наверное. Или чуть позже.

– А как вы узнали, что ваш отец на даче? – поинтересовался сыщик. – Почему не поехали к нему на квартиру?

– Так мне сказали, что его дома не будет, – растерялся Антон.

– Кто сказал? – насторожился Голубев.

– Я позвонил в офис, попросил к телефону отца, но мне сказали, что его нет и, возможно, не будет.

– Кто сказал?

– Не знаю.

– Скажите хотя бы, голос был мужской или женский?

– Вроде мужской. А может, женский. Честно говоря, не знаю. В голове шумело, я плохо понимал, что мне говорят.

– Так, а в какое время это было?

– После обеда. Сначала я пытался дозвониться на мобильный, но отец не брал трубку. Тогда я позвонил в офис. Там мне сказали, что отец будет на даче после семи вечера. Ну, я и поехал.

– Интересно, – протянул Голубев и посмотрел на сыщика. – А кто знал, что Храмов поедет именно туда?

Эрик пожал плечами.

– Между прочим, – вдруг произнес Антон, – я там был не один. Она поставила свою машину за два дома до отцовской дачи, но я все равно ее узнал.

– Кого вы имеете в виду?

– Сучку эту, которая хотела занять место моей матери.

– Вы имеете в виду Юлию Кондратьевну? – поинтересовался следователь.

– Кто это? – удивился Антон.

– Домработница.

– При чем здесь домработница?

– А вы кого имели в виду?

– Ленку, секретаршу фигову.

– Почему фигову?

– Потому что как работник она так себе. Зато мнит из себя…

– Вы, между прочим, совсем не работаете, но тоже много из себя мните, – усмехнулся Голубев.

– Каждому свое, слышали такое выражение?

– Слышал, – кивнул он. – Значит, вы видели Елену. А что она там делала?

– Понятия не имею. Сидела с потушенными фарами и пялилась на дачу. Наверное, представляла ее своей.

– А откуда вы знаете, чем она занималась?

– Так я мимо прошел. Специально, чтобы посмотреть. Но она на меня даже не обратила внимания. Слишком сосредоточена была на своем занятии.

– А что вы делали в квартире отца накануне убийства? – неожиданно поинтересовался Эрик.

Антон вздрогнул.

– Откуда вы знаете?

– Работа у нас такая – все знать, – с серьезной миной ответил сыщик.

– Хотел разжиться деньгами, – буркнул он. – Но не разжился. Отец перестал оставлять деньги дома. Поэтому я и поехал на дачу.

– Зато поживились драгоценностями, – добавил следователь.

– Кк-какими драгоценностями? – Антон неожиданно начал заикаться.

– Самыми обычными. Вернее, не обычными, – поправился Голубев, – а очень даже дорогими.

– Чего вы несете? Я ничего не брал!

– Тогда как вы объясните, что в вашей квартире нашли серьги и два кольца?

– У мм-меня?

– Да, у вас.

– У меня не было ничего подобного!

– Отрицать этот факт глупо. Наши ребята съездили к вам домой и обнаружили эти вещицы, – Голубев вынул драгоценности и разложил их перед Антоном.

Храмов-младший тупо посмотрел на следователя, и взгляд его постепенно начал мутнеть. Через минуту он вообще перестал что-либо соображать.

– Все, этот фрукт готов, – разочарованно махнул рукой Голубев. – Больше он нам ничего не расскажет. Во всяком случае, сейчас.

Следователь выглянул за дверь.

– Вася, забери Храмова. И дай мне знать, когда он придет в себя.

Василий легко подхватил парня и уволок обратно в изолятор.

– Придется тебе его отпустить, – вдруг сказал Эрик.

– Почему это? – изумился Голубев.

– А какие у тебя основания для его задержания?

– Что значит какие? Он был на даче. Или ты будешь отрицать этот факт?

– Нет, почему же? А еще?

– Драгоценности. Вот главное звено.

– Ты никак не сможешь их к нему пристегнуть. Если Антон забрал украшения из квартиры отца накануне убийства, то Храмову не было смысла вызывать Волохова.

– Но ведь драгоценности были у него!

– Я не спорю. Но когда они там оказались, вот вопрос.