Читать книгу "Последняя шутка графини"

Глава 32

Часы продолжали раздражать Маришу. Правда, теперь они не отбивали время, а настойчиво звонили. Раз, два, три, четыре… Мариша даже сбилась со счета, пытаясь определить, который час они пытаются отбить. Но вот звонки прекратились, и вместо них послышались глухие мерные удары. Мариша удивилась. Надо же, сколько звуков способны воспроизводить старые часы!

Внезапно все стихло, и на какое-то время воцарилась тишина. Девушка улыбнулась и попыталась расслабиться. Однако уже через пару минут новые звуки заставили ее насторожиться. Теперь она слышала что-то, похожее на стук в стекло. Сначала этот стук доносился издалека, но постепенно стал приближаться. Вот звуки стали совсем громкими, словно колотили у Мариши над самым ухом.

Она поморщилась и открыла глаза. Кто-то настойчиво колошматил в окно. Мариша приподнялась и настороженно посмотрела на улицу. Кто-то пытался рассмотреть, что творится в комнате. Первой ее мыслью было позвать на помощь. Но, бросив взгляд на часы, Мариша поняла, что время приближалось к обеду, а на улице светило мутное ноябрьское солнце. Все призраки, обитающие в доме, давно забились в свои убежища.

Девушка спрыгнула с кровати и подбежала к окну. На улице прыгала Анна, видимо пытаясь согреться. Увидев Маришу, она облегченно вздохнула и замахала руками. Мариша помотала головой, давая понять, что не понимает, но Анна стала показывать на входную дверь и делать движения, словно она ее открывает.

«Дверь закрыта», – догадалась Мариша и, натянув халат, бросилась в коридор. Вокруг не раздавалось ни звука. То ли все уже разошлись, то ли спали так крепко, что ничего не слышали. Дверь оказалась заперта не только на замок, но и на задвижку. Именно поэтому Анна и не смогла ее открыть.

«Наверное, Римма постаралась», – мелькнула мысль. Внезапно Мариша остановилась. Так! Но если дверь заперта изнутри, значит, все жильцы дома. Странно, что никто не слышал ни звонков, ни стука. Ей очень захотелось заглянуть в чью-нибудь комнату, чтобы выяснить, чем занимаются соседи, но прыгающая на улице Анна привлекала внимание сильней.

– Бррр! – стучала зубами женщина, забегая в дом. – Я думала, концы отдам. На улице собачий холод! А с чего вам вздумалось закрыться на задвижку?

– Не знаю, – пожала плечами Мариша. – Римма, наверное, заперла. Она вчера опять куролесила.

– Да? И кто на этот раз стал предметом ее пьяных пииставаний?

– Твой Андрей. Он из-за этого чуть не поцапался с Олегом.

– Ты сказала «чуть»? Но ведь не подрались? – насторожилась Анна, стаскивая шубу.

– Нет, я его вовремя утащила.

– Его – это кого? Андрея или Олега?

– Андрея, конечно! А Олег остался нянчиться с супругой.

– Ну и славненько! Однажды они поругались и начали махать кулаками. Так мы их еле-еле разняли. Представляю, чем это могло закончиться! Да еще с подачи Римки. Ну, зараза! Я ей покажу, как чужих мужиков провоцировать. Кстати, что она сказала?

– Что ты уехала к любовнику, – ляпнула Мариша и тут же пожалела об этом. Зачем она ябедничает? Им дальше жить в одном доме. Это она сегодня уедет. А женщины останутся.

– А… Ее коронное выступление, – хмыкнула Анна. – Как ты думаешь, почему Володя перестал с нами общаться? Как раз поэтому. Римма постоянно грызла Машку и намекала Владимиру о ее пристрастии к чужим мужикам.

– А что, так и было? – полюбопытствовала Мариша.

– Откуда я знаю? – пожала плечами Анна. – На мой взгляд, нет. Но Володька всегда дико бесился. Машке хоть бы хны, а ее муженек из штанов выпрыгивал.

– Андрей сказал, что Римке нужно дать один раз между глаз.

– А что… Идея неплохая. Правда, я сомневаюсь, что будет толк. Римма в пьяном состоянии вообще ничего не соображает. А когда придет в себя – обидится. Ладно, пойду разбужу Андрея. А то он может проспать до вечера. – Анна улыбнулась. – Я же вчера убежала впопыхах и забыла завести будильник.

Маришу словно обдало холодной волной. Она вдруг вспомнила, как Анна уехала вместе с ее Эриком. Интересно, о чем они с сыщиком разговаривали? Однако додумать эту мысль она не успела. Из комнаты Лапшиных донесся тонкий крик, и Мариша встрепенулась. Крик повторился. Он был какой-то жалкий и беспомощный.

Девушка бросилась вперед по коридору. Внезапно дверь комнаты, принадлежащей Анне и Андрею, распахнулась, и Мариша чуть не столкнулась с женщиной лоб в лоб.

– Что случилось? – задыхаясь от волнения, спросила она.

– Где телефон? – вместо ответа проскулила Анна и мелко затряслась.

– Что случилось? – повторила Мариша и схватила женщину за плечи.

– Андрею плохо, нужно вызвать «Скорую», – стуча зубами, ответила та.

Мариша вбежала в комнату. Мужчина лежал на диване раскинув руки в стороны и не дышал. Во всяком случае, так ей показалось на первый взгляд. Девушка схватилась за горло и подошла поближе. Неужели Андрей мертв? Не может быть! Светлану увезли, а значит, убийцы в доме нет. Или есть? Что случилось с Андреем? Не мог же он сам лишить себя жизни? И что вообще произошло? Крови не видно. Может, зря она сразу думает о плохом? Наверняка это всего лишь сердечный приступ. Вчера мужик понервничал, и вот результат.

Мариша не успела произнести про себя эти слова, как тут же криво усмехнулась: «Всего лишь сердечный приступ»… Ничего себе – «всего лишь»! Для Анны это трагедия. И не важно, что именно случилось с Андреем. Главное – результат. А результат плачевный. Скорее всего, он мертв.

Тут с дивана послышался слабый стон, и Мариша вздрогнула. Лапшин еле заметно дернул веками и судорожно вздохнул. Черт! Он жив, а она стоит, словно истукан. Нужно срочно вызвать «Скорую». Где телефон?

Девушка выскочила в коридор и заметалась из стороны в сторону. Куда же они забросили эту долбаную трубку?

– Он умер, да? – послышался жалобный голос Анны, и Мариша остановилась. Женщина из кухни наблюдала за ее передвижениями.

– С чего ты взяла? – рявкнула она. – Андрей жив, и ему нужна помощь специалистов. Ты нашла телефон?

– Нашла и уже позвонила врачам.

– Хорошо, – кивнула Мариша и почувствовала, как ее немного отпустило.

Теперь оставалось только ждать. Нужно надеяться, что помощь прибудет вовремя. Она побрела в кухню, поставила чайник и села за стол. В голове было пусто. Думать ни о чем не хотелось. Чайник закипел, а она по-прежнему сидела, пялясь в стену.

Из этого состояния ее вывел звонок в дверь. Звонили упрямо и настойчиво. Пока она приходила в себя, в коридоре забренчали замки, затем послышались мужские голоса и плач Анны. Маришу как ветром сдуло. Это же медики. Они обязательно спасут Андрея!

Она выбежала в коридор и бросилась вслед за белыми халатами. Движения докторов были четкими и слаженными. Они быстро осмотрели Андрея, задали пару вопросов и сделали мужчине укол.

– Что с ним? – наконец, спросила Мариша.

– Похоже на отравление. Точнее скажу после того, как возьму у него анализы. Клади его на носилки, – доктор махнул рукой санитару. – Что ваш супруг вчера ел? – Он посмотрел на Анну.

– Понятия имею! – всхлипнула та. – Я только сегодня утром вернулась домой.

– Повезло, что не к вечеру, – хмыкнул доктор. – А то вместо полуживого мужа вы нашли бы его хладный труп.

Анна побледнела, а Мариша прошипела:

– Ваше чувство юмора совсем некстати. Нам не до шуток. Андрей мог бы стать четвертым трупом.

– Постойте, а это не тот дом, где в течение трех дней случились три смерти? – нахмурился доктор.

– Именно он, – желчно ответила девушка.

– Наслышан, как же… Пожалуй, я должен вызвать полицию, не дожидаясь результатов анализов. Мало ли что…

– Я сама вызову, – уверила его Мариша и пошла за телефоном.

Доктор хмуро кивнул и поспешил в машину, чтобы поскорее увезти пациента в больницу. В Маришиной голове метались разные мысли. Диссонансом звучали последние слова Эрика: «Смертей больше не будет». Не будет, как же! Если бы Анна вернулась домой позже, Андрея уже могло не быть в живых.

Она набрала знакомый номер и тут же затараторила, услышав голос сыщика:

– Андрея увезли на «Скорой помощи». Похоже, отравление. Он очень плох, будем надеяться, что парень выкарабкается.

– Кто его нашел? – сухо поинтересовался Эрик.

– Анна. Она вернулась домой и нашла Андрея в бессознательном состоянии.

– Я сейчас приеду, – пообещал сыщик и отключился.

Мариша медленно вернулась в комнату, легла на диван и задумалась. Мысли по-прежнему бестолково прыгали в ее голове. Она понимала, что упускает из вида что-то очень важное, но вот что – понять не могла. Что-то с самого начала шло неправильно. Как будто они смотрели не в ту сторону.

Так, нужно расслабиться и довериться чувствам. Как говорил Эрик? Она может ощущать невиновность? Да, именно так. Если пустить все на самотек, то она сможет точно сказать, виновна Светлана или нет. Хотя девушка уже сейчас была уверена, что Света непричастна к этим убийствам.

Убийца все еще здесь, в доме. Она буквально ощущала его дыхание. И почему она не обратила на это внимание раньше? Ведь после того, как Светлану забрали, должна была измениться атмосфера дома. А она не изменилась. Все осталось по-прежнему. А значит, нужно было еще вчера забить тревогу. Убийца в доме, и она, кажется, знает, кто это.

– Что тут у вас происходит? – услышала она резкий голос, донесшийся из коридора, и вскочила на ноги.

Эрик! Наконец-то… Мариша выскользнула из комнаты. Сыщик, заметив девушку, нахмурился, осмотрел ее с головы до ног и вроде бы немного расслабился.

– Андрея отравили, – сдавленным голосом произнесла Анна.

– Так думает врач, – поспешила пояснить Мариша. – Анализов еще нет. – И она укоризненно взглянула на женщину.

– Мне и без анализов все понятно, – махнула она рукой. – Андрею что-то подсыпали в еду или напиток.

– Когда вы вернулись домой? – сыщик посверлил женщину глазами.

– Полчаса назад. Или чуть больше. Доктор сказал, если бы я пришла вечером, то Андрея уже не было бы в живых. – И Анна судорожно всхлипнула. – А ведь я собиралась пойти на работу! Хорошо, что в последний момент передумала и решила заехать домой, узнать, как здесь дела.

– Это называется «интуиция», – серьезно ответил сыщик. – Так что здесь вчера произошло? – Он обернулся к Марише.

– Пойдем, я тебе расскажу. – Она взяла мужчину за руку и, сопровождаемая удивленным взглядом Анны, потащила его в свою комнату.

– Мы с самого начала пошли не по тому пути, – заявила она, захлопнув дверь. – Убийца не Света, понимаешь?

– Понимаю.

– И ты не удивлен?

– После того как Андрей чуть не отдал концы, нет.

– Да, я вижу, – произнесла Мариша, изучая его невозмутимое лицо. – Ты знал, что Андрей подвергается опасности?

– Андрей? Нет, насчет Андрея я не думал.

– А ведь ты говорил, что смертей больше не будет, – укоризненно сказала она.

– Так и есть, – серьезно кивнул сыщик. – Андрей ведь жив, не так ли?

– Пока жив.

– Самое главное то, что произошло, а не то, что могло бы случиться, – наставительно произнес Эрик.

– Андрей выжил благодаря случайности.

– А это уже другой вопрос.

– Неужели ты и в самом деле настолько бездушен, что не можешь признать собственную ошибку? – огорчилась девушка.

– Что я должен признавать? – удивился сыщик.

– Что вы арестовали Светлану совершенно напрасно!

– Заметь, ее арестовал не я, а Голубев.

– Можно подумать, ты возражал, – фыркнула она. – Раньше я не замечала за тобой такой пассивности.

– Не замечала или просто не хотела замечать? – вздернул брови сыщик.

– Не замечала! – отчеканила она.

– Значит, ты не так наблюдательна, как я думал.

– А что ты вообще обо мне знаешь? – вдруг закричала она. – Разве я интересую тебя как человек? Ты всегда смотришь на меня как на надоедливую муху, которую и убивать не хочется, чтобы руки не марать, и рядом терпеть неприятно. Лучше всего повесить липкую бумажку – знаешь, такие используют на верандах, чтобы мухи не сильно докучали, – чтобы я рано или поздно на нее попалась. Ты ведь не зря пригласил своих родителей? Это и есть та самая бумажка. Я вроде и рядом, и в то же время эта липучка все больше меня от тебя оттягивает. Настанет день, и я сама от тебя уйду. Потому что не смогу больше терпеть эти издевательства!

Мариша закончила свой спонтанный монолог и теперь, с горящими от гнева глазами, смотрела на сыщика. Тот с заметным удивлением разглядывал девушку, словно видел ее впервые. В глазах сыщика были написаны удивление и недоумение. Словно он не понимал, о чем она вообще говорит.

– Куда тебя понесло? – неожиданно ласково произнес Эрик. – Успокойся, не кричи!

Мариша тяжело дышала и чуть ли не с ненавистью смотрела на сыщика.

– Я часто проклинаю тот день, когда познакомилась с тобой, – тихо, словно из нее выпустили весь воздух, произнесла она. – Я не могу понять, за что мне эта кара.

– Почему же кара? – едва слышно поинтересовался он.

– Знаешь, какая песня одна из самых моих любимых? – вдруг спросила девушка.

– Не знаю, – покачал он головой.

– Конечно. – Ее губы презрительно скривились. – Ты ничем не интересуешься, кроме своих преступлений. Мне всегда нравилась одна песня, – продолжила она. – Я сейчас ее напою.

Мариша закрыла глаза и тихонько запела:

 
…А Бог молчит, за тяжкий грех,
За то, что в Боге усомнились,
Он наказал любовью всех,
Чтоб в муках верить научились.
 

– Я слышал такую песню.

– Иногда я думаю: за какой такой грех меня наказали любовью к тебе?

– Значит, ты считаешь, что любовь ко мне – это наказание?

– А разве нет? – Мариша посмотрела сыщику прямо в глаза. – Ты ведь меня не любишь. И в то же время – не отпускаешь. Играешь со мной, как кошка с мышкой.

– Ты не так хорошо меня знаешь, как думаешь. Я не такой законченный циник, как многие считают. Мне тоже доступны обычные человеческие чувства. Только я не имею права поддаваться им. У меня другое предназначение. Ты же знаешь…

– Знаю и ненавижу тебя за это.

– Эдак мы далеко зайдем, – сказал сыщик и обнял Маришу за плечи. – Прекрати истерику и возьми себя в руки. Ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь.

– И как же? – с иронией осведомилась она. – Как к хорошему другу?

– А разве этого мало? – тихо спросил он. – Дружба – это самое лучшее, что может быть между людьми.

– А дружба, подкрепленная любовью, еще лучше, – заметила Мариша.

Они стояли близко-близко друг к другу. Эрик по-прежнему обнимал девушку за плечи, а она смотрела ему прямо в глаза. Вся ее злость куда-то улетучилась. Впрочем, так бывало всегда, когда Эрик так на нее смотрел. Она забывала обо всем на свете и желала только одного – стоять вот так долго-долго. Она судорожно вздохнула и прижалась к нему еще сильнее. Губы сыщика дрогнули, а зрачки сузились. Казалось, он хочет что-то сказать, но не знает, нужно ли это делать.

Объятия затягивались. Ни тот, ни другой не делали попытки отстраниться друг от друга. И в то же время оба понимали, что это ничем хорошим не закончится. Впрочем, как и всегда. Мариша ощущала на себе руки Эрика и дрожала – то ли от его непосредственной близости, то ли от отчаяния. Вот он снова рядом и вместе с тем – очень далеко. Дотянуться до него легко, но он не ответит на ее прикосновение. Он словно огонь, который пылает только на расстоянии, а вблизи оказывается горсткой пепла. Она может даже поцеловать его, но ответом будет только холод его ледяных губ.

Внезапно Марише захотелось ощутить этот ледяной холод, несмотря ни на что. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала сыщика в губы, горячо и страстно, словно в последний раз. Он явно опешил от ее напора, потому что не отпрянул и не оттолкнул ее от себя. А она прижалась еще сильнее, ощущая каждую его клеточку, обхватила его так сильно, насколько могла, и неожиданно получила ответ на свой поцелуй. Эрик подхватил ее на руки и жадно целовал.

Мариша тихонько застонала и запустила руки в его волосы. Ей хотелось гладить его, ощущать его, почувствовать, каков он в те моменты, когда сознание отключается и на волю выходят эмоции. Они целовались страстно и исступленно, словно любовники после долгого перерыва. Ее уже не волновало, что пять минут назад она говорила о том, как ненавидит этого мужчину. Ей было все равно, что она почти неделю провела в этом ужасном доме и столкнулась с тремя странными и непонятными смертями. Она была готова прожить здесь еще месяц, лишь бы продлить эти минуты наслаждения.

Эрик еще сильнее сжал ее в объятиях и слегка подтолкнул в дивану. Она не стала сопротивляться, хотя где-то в глубине души понимала, что сейчас не время отдаваться чувствам. Их ждет работа, серьезная и важная. Речь шла о жизни человека, но ей было все равно. В голове билась одна мысль: наконец-то она вместе с любимым мужчиной. И пусть все остальное горит синим пламенем!

В дверь постучали.

– Вы здесь? – послышался усталый голос Анны. – Можно войти? Только что звонил врач.

Наваждение закончилось. Сыщик отпрянул от девушки и, не глядя ей в глаза, несколько раз глубоко вздохнул.

– Да, войдите, – сказал он совершенно ровным тоном.

Мариша опустилась на диван. Ей хотелось растерзать Анну. Она впервые поняла, что испытывают люди в состоянии аффекта. Мариша была так близка к тому, чтобы наконец-то воссоединиться с Эриком, и вдруг этот дурацкий стук в дверь. Неужели Анна не могла прийти позже?

– Звонил доктор, – тихо сказала женщина, просачиваясь в комнату, – это действительно отравление. Снотворным. Андрей выпил десятикратную дозу. Еще час-два, и он бы не проснулся. Я не вовремя? – вдруг споткнулась она и недоуменно посмотрела на Маришу.

– Все в порядке, – с трудом произнесла девушка и вымученно улыбнулась. «Конечно, Анна не могла прийти позже, – пронеслось у нее в голове. – Ведь речь идет о жизни ее мужа. Я бы тоже наплевала на все и занималась только им».

– Мне показалось, вы чем-то расстроены.

– Все в порядке, – невозмутимо сказал Эрик и ободряюще пожал женщине руку. – Спасибо за известие. Теперь мы точно знаем, что действовал один и тот же человек.

– Но как же так? – Анна испуганно посмотрела на сыщика. – Светлана в полиции…

– Разберемся! И не нужно об этом думать. У вас сегодня есть повод для волнений.

– Можно я поеду в больницу?

– Конечно, езжайте. А если будут новости, я обязательно позвоню.

Женщина кивнула и торопливо покинула комнату.

– Так что у вас здесь произошло? – по-прежнему не глядя на Маришу, поинтересовался сыщик.

Ей хотелось выть от отчаяния. Она понимала, что продолжения не будет. Сегодня-то уж точно! Момент упущен. Эрик снова заковал себя в прочную надежную броню равнодушия.

– Римма вчера вечером стала донимать Андрея, – заговорила она срывающимся голосом. – Говорила, что Анна наставляет ему рога и все такое прочее. Олег, вместо того чтобы утихомирить супругу, наехал на Андрея. И если бы я не увела его в комнату, неизвестно, чем бы все это закончилось.

– А где сейчас семейство Маковых? – морща лоб, поинтересовался сыщик.

– В комнате, наверное, – пожала плечами Мариша. – Входная дверь была закрыта на задвижку, а значит, из дома никто не выходил.

Эрик пристально посмотрел на девушку.

– Ты ведь что-то знаешь, не так ли?

– Подозреваю, – кивнула она. – Помнишь, ты говорил, что я умею чувствовать невиновность?

– Помню.

– Так вот: я считаю, что Светлана не виновата.

– А кто, если не она?

– Я сопоставила некоторые факты и вот что получила… – Мариша заговорила быстрее, словно опасаясь, что Эрик не даст ей закончить. – Ты был здесь всего два раза и то набегами, а я жила в этом доме почти неделю. В общем, я знаю, кто убийца.

– Вот как? – Эрик приподнял брови. – И кто же это?

– Знаешь, что я заметила? – закрывая глаза, продолжила она. – Каждый раз после того, как вечер заканчивался скандалом, на следующий день кого-то находили мертвым. Я вспомнила, кто с кем ругался, и у меня получилась интересная картина. Сначала Римма налетела на Машу, и та ее оскорбила. Олег тут же вступился за жену, и вечер закончился руганью. А наутро Машу нашли мертвой. Понимаешь, куда я клоню?

Эрик кивнул.

– Затем с Риммой повздорил Николай, потом Владимир и, наконец, Андрей. Каждый из них за это поплатился. Андрею повезло чуть больше. Его вовремя нашли. Так какой вывод из этого следует?

– Ты считаешь, что со всеми расправилась чета Маковых, – утвердительно заметил Эрик.

– Я склоняюсь к тому, что это сделал Олег. Римка быстро выдыхалась после подобных стычек. Олег давал ей снотворное. Так что она всю ночь спокойно спала. А вот он…

– Версия интересная!

– Надеюсь, ты не считаешь, что это всего лишь мое больное воображение?

– Не считаю. Я слишком хорошо тебя знаю. Ты не тот человек, который будет беспокоиться по пустякам. А ну-ка, расскажи поподробнее о каждой ссоре.

– Насколько подробно?

– Настолько, насколько сможешь припомнить. Хотя подожди. Пойдем посмотрим, чем занимаются Маковы.

Они вышли из комнаты, прошли по коридору и постучали в дверь. В ответ не раздалось ни звука.

– Надеюсь, мы не наткнемся на новые трупы, – поежилась Мариша.

– Не должны, иначе получится, что Маковых убила ты, – хохотнул Эрик. – Ведь в квартире больше никого не оставалось!

Он толкнул дверь. В комнате было темно. На диване мирно посапывал Олег, нежно обнимая свою супругу. Сыщик подошел поближе и внимательно посмотрел на мужчину.

– Похоже, он и не собирается просыпаться, – хмыкнул он.

– Римма тоже, – кивнула Мариша. – Хотя она наверняка под действием снотворного. Олег всегда ее пичкает, когда она поскандалит.

– Не будем пока их трогать. Пусть еще поспят.

– Интересно, их совсем не мучает совесть? – протянула Мариша, с неодобрением глядя на парочку.

– Если бы мучила, они бы тут не лежали. Ну а теперь ты мне все расскажешь.

Они вернулись в комнату. Мариша села на диван и задумалась. Эрик внимательно наблюдал за ней. Девушка разложила по полочкам в своей голове события последних дней и начала рассказ. Эрик время от времени кивал, что-то уточнял и вскоре был в курсе ситуации в полной мере.

– А знаешь, ты, наверное, права, – заметил он, когда Мариша замолчала. – Похоже, что все эти убийства совершались не по заранее задуманной схеме, а спонтанно. Иначе в них нет никакого смысла.

– Меня тоже терзал этот вопрос, – кивнула она. – Любое убийство имеет определенную цель, а здесь жертвы выбирались как будто случайно.

– Я позвоню Голубеву, – сказал сыщик и достал телефон.

Мариша обняла себя за плечи. Склонив голову на плечо, она смотрела на Эрика и умирала от тоски. Ей хотелось любить его именно таким, каким он был в эту минуту. Но как раз такой он был для нее недоступен.

– Что такое? – приподнял он брови и отложил телефон. – С тобой все в порядке?

– Не знаю. Мне не по себе.

– Ты просто переволновалась. Неделя жизни в этом доме дает о себе знать.

– Я люблю тебя…

– Я знаю. И благодарен тебе за это.

– Благодарен? – Она криво усмехнулась. – Мне бы хотелось услышать нечто другое.

– Знаю. Но…

– Но работа у тебя на первом месте, – закончила за него Мариша. – Вся беда в том, что главный интерес твоей жизни – это преступления. А всему остальному в ней места нет.

– Мариша, но ведь тебе преступления не менее интересны, разве не так? – тихо спросил Эрик и взял ее за руку. – Именно они нас и сблизили. Или ты не помнишь?

– Помню, – кивнула она.

– Другая на твоем месте закатила бы мне скандал после сегодняшнего… поцелуя, – он смущенно улыбнулся. – А ты ничего, взяла себя в руки и занялась делом.

Мариша вздохнула и закрыла глаза. А ведь и правда! Ей безумно интересно, чем все это закончится. Разве другая девушка стала бы жить неделю в доме с призраками? Да ни за что! А она жила. И даже не сошла с ума. И теперь, вместо того чтобы послать Эрика к черту, она сидит и рассказывает ему, о чем беседовала с соседями каждый вечер. Она такая же сумасшедшая, как и Эрик. Вернее, чуточку меньше, но суть от этого не меняется!

Видимо, ее взгляд изменился, потому что Эрик кивнул и снова потянулся к телефону.

– Голубев, дуй сюда, разговор есть, – коротко сказал он и, приготовившись ждать, уселся в кресло.