Текст книги "История православия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-pravoslaviya-58459.jpg)
Автор книги: Леонид Кукушкин
Жанр: Религиоведение, Религия
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 70 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]
У истоков этого пророческого движения стоит грандиозная и таинственная фигура Моисея, личность которого во все времена, вплоть до нынешнего, привлекала внимание богословов и историков религии. Он был не только вождем еврейского народа и его пророком-законодателем; жизнь Моисея многими христианскими писателями рассматривается как символическое указание на грядущий приход Спасителя. Заключительные слова Торы звучат как настоящий гимн в честь Моисея: «И не было более у Израиля пророка такого, как Моисей, которого Господь знал лицом к лицу, по всем знамениям и чудесам, которые послал его Господь сделать в земле Египетской над фараоном и над всеми рабами его и над всею землею его, и по руке сильной и по великим чудесам, которые Моисей совершил пред глазами всего Израиля» (Втор 34:10–12).
Одним из величайших ветхозаветных пророков после Моисея был Илья, чудотворец, живший в конце X и начале IX вв. до н. э., сразу после разделения еврейского царства на два – северное, Израиль, и южное, Иудею, когда при слабохарактерном царе Ахаве и его властолюбивой жене финикийке Иезавели в Израиле повсеместно распространился финикийский культ Ваала и Астарты с их жрецами и пророками. Жестокой борьбе с идолопоклонством была посвящена полная опасностей пророческая деятельность Ильи, из которой он с Божьей помощью вышел победителем. Илья возродил среди еврейского народа институт пророчества, пришедший в упадок после пророка и судьи Самуила. Продолжателями традиций этой школы-ордена, основанной Ильей и его учеником пророком Елисеем, стали знаменитые ветхозаветные пророки «осевого времени» – VIII–IV вв. до н. э. (подробно о них можно прочесть, например, в посвященной им книге о. А. Меня). Илья не оставил после себя письменных свидетельств – лишь в III и IV книгах Царств есть рассказ о его жизни, личность Ильи загадочна не менее, чем личность Моисея – в Евангелиях описано, как он вместе с Моисеем и преображенным Иисусом предстал на горе Фавор перед потрясенными апостолами; известен эпизод из жизни Ильи, когда ему, прятавшемуся в пещере от преследований Иезавели, явился Господь, об этом есть стихотворение Вл. Соловьева, представляющее самостоятельный интерес в контексте настоящей книги: «…Как древле Вышний Бог избраннику Еврею/ Открыться обещал,/ И Бога своего, молитвой пламенея,/ Пророк в пустыне ждал./ Вот грохот под землей и гул прошел далеко,/ И меркнет свет,/ И дрогнула земля, и страх объял пророка,/ Но в страхе Бога нет./ И следом шумный вихрь и бурное дыханье,/ И рокот в вышине,/ И с ним великий огнь, как молнии сверканье, – / Но Бога нет в огне./ И смолкло все, укрощено смятенье,/ Пророк недаром ждал:/ Вот веет тонкий хлад, и в тайном дуновенье/ Он Бога угадал».
Илья особенно почитаем в русском Православии: ему посвящаются храмы, иконописцы изображают его лик и события его жизни, в русском народе Ильин день всегда тесно связывался с древнеславянским божеством Перуном-громовержцем, и этому есть основания: Илья вызвал дождь после трехлетней засухи, и Бог забрал пророка на небо в огненной колеснице. В Библии так описано вознесение Ильи: «В то время, как Господь восхотел вознести Илию в вихре на небо, шел Илия с Елисеем из Галгала… Когда они шли и дорогою разговаривали, вдруг явилась колесница огненная, и кони огненные разлучили их обоих, и понесся Илия в вихре на небо» (4 Цар 2:1,11). Ученики Ильи и Елисея создали своего рода профессиональный союз, пророческий орден, приняв обет назорейства – они не пили вино, не стригли волос, обучались технике вхождения в экстаз и т. п. (Числ. 6:1 —12).
![](i_011.jpg)
Церковь Успения Богородицы и Успенский Монастырь. Иерусалим
Здесь находится гробница царя Давида, также трапезная, где проходила Тайная вечеря
В это время для еврейского народа наступал период тяжелейших испытаний: поражения в войнах, плен, разрушение Храма. И тогда, как это часто бывает в подобных ситуациях, Провидение послало плеяду истинных пророков, чтобы не потух вовсе свет духовный – сердце народа, тем более народа богоизбранного. Первый из этих пророков, пастух Амос, сразу же отмежевался от упомянутого профсоюза предсказателей, так называемых сынов пророческих: «И отвечал Амос: я не пророк и не сын пророка, я был пастух и собирал сикиморы. Но Господь взял меня от овец, и сказал мне Господь: «иди, пророчествуй к народу Моему, Израилю» (Ам 7:14,15). Как здесь не вспомнить пастуха Авраама и пастуха Моисея, с которых начинались предыдущие периоды еврейской истории. Амос был уверен, что от Своих пророков Бог ничего не скрывает: «Ибо Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам… Господь Бог сказал – кто не будет пророчествовать?» (Ам 3:7,8). Вместе со своим современником, пророком Осией, Амос беспощадно и бесстрашно клеймил еврейский народ за распространившееся в его среде идолопоклонство, а царей и придворных также за бездушие и беззакония, что, согласно пророчествам, неминуемо должно вызвать Божью кару. Однако Яхве – Бог любящий, Он простит и возродит Свой народ, если тот искренне раскается в своих грехах: «Когда Израиль был юн, Я любил его и из Египта вызвал сына Моего… Узами человеческими влек Я их, узами любви… Народ Мой закоснел в отпадении от Меня… Но повернулось во Мне сердце Мое, возгорелась вся жалость Моя! Не сделаю по ярости гнева Моего, не истреблю Ефрема, ибо Я – Бог, а не человек. От власти ада Я искуплю их, от смерти избавлю их. Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?.. Уврачую отпадение их, возлюблю их по благоволению, ибо гнев Мой отвратился от них. Я буду росою для Израиля, он расцветет, как лилия, и пустит корни свои, как Ливан» (Ос 11:1,4; 8,9; 13:4,9,14; 14:5,6). Амос, как и все следовавшие за ним ветхозаветные пророки, решительно восстал против формального и сухого отношения к предписаниям Торы, против молитв и жертвоприношений с глухим сердцем: «С чем предстать мне перед Господом, преклониться перед Богом небесным? Предстать ли перед Ним со всесожжениями, с тельцами однолетними? Но можно ли угодить Господу тысячами овнов или неисчетными потоками елея?.. О, человек! сказано тебе, что – добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом твоим» (Мих 6:6–8). Или еще ярче и напряженнее – у Исайи: «К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу… Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие – и празднование!.. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои, и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь, удалите злые деяния ваши с очей Моих, перестаньте делать зло, научитесь делать добро, ищите правду, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите – и рассудим, говорит Господь» (Ис 1:11–18). Такое отношение к религиозной практике предвосхитило один из основных мотивов грядущего христианства. Вообще, предсказания пророков этого периода значительно расширяют временные и пространственные рамки истории еврейского народа, выходят за пределы ортодоксального иудаизма. Так, в пророчествах величайшего из них, Исайи, о приходе Мессии-Христа земная жизнь Помазанника Божьего с поразительной точностью совпадает с описанными в Евангелиях событиями жизни Иисуса, хотя предсказания сделаны почти за восемь веков до прихода Спасителя (или за шесть, если согласиться с мнением библейских критиков, обоснованно утверждающих, что последние 17 глав книги Исайи написаны во времена вавилонского плена другим, безымянным пророком, которого принято называть Второисайей, конгениальным Исайе Иерусалимскому; последнему принадлежат первые 49 глав). Ввиду чрезвычайной важности этих пророчеств для христианства, а значит, и для предмета настоящей книги, их следует привести по возможности полно. Сперва – настоящая поэма в несколько строк об ожидании Спасителя: «Пророчество о Думе. – Кричат мне с Сеира: сторож! сколько ночи? сторож! сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь. Если вы настоятельно спрашиваете, то обратитесь и приходите» (Ис 21:11–12), и о приготовлении к Его приходу: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему». Пророчества о рождении Мессии: «Тогда сказал Исаия: слушайте же, дом Давидов!.. Итак, сам Господь дает вам знамение: се, Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис 7:13–14). (Эммануил означает – «С нами Бог».) И далее: «…последующее [время] возвеличит приморский путь, Заиорданскую страну, Галилею языческую… Ибо младенец родился нам – Сын дан нам, владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира (Ис 9:1,6). Пророчество о призвании Мессии: «Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам открытие темницы» (Ис 61:1). Вот, Отрок Мой, Которого Я держу за руку, избранный Мой, к Которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него, и возвестит народам суд, не возопиет и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах, трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит, будет производить суд по истине, не ослабеет и не изнеможет, доколе на земле не утвердит суда, и на закон Его будут уповать острова… Я, Господь, призвал Тебя в правду, и буду держать Тебя за руку и хранить Тебя, и поставлю Тебя в завет для народа, во свет для язычников, чтобы открыть глаза слепых, чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме из темницы» (Ис 42:1–4,5—7). «Острова» означают народы языческого мира – греки, например. И далее об этом: «Слушайте Меня, острова, и внимайте, народы дальние: Господь призвал Меня от чрева, от утробы матери Моей назвал имя Мое… И ныне говорит Господь, образовавший Меня от чрева в раба Себе: мало того, что ты будешь рабом Моим для восстановления колен Иаковлевых и для возвращения остатков Израиля, но Я сделаю Тебя светом народов, чтобы спасение Мое простерлось до концов земли» (Ис 49:1,5,6). Самая знаменитая глава книги – 53, где описано искупление грехов наших мученической смертью Мессии: «Ибо Он взошел перед Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли, нет в Нем ни вида, ни величия… Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни, а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши, наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились, за преступления народа Моего претерпел казнь. Ему назначили гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его. Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его приесет жертву умилостивления, воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его» (Ис 53:2–5,8—10). И наконец, пророчество о воскресении мертвых и о новых небе и земле: «Поглощена будет смерть навеки… оживут мертвецы Твои, восстанут мертвые тела! Воспряните и торжествуйте, поверженные в прахе: ибо роса Твоя – роса растений, и земля извергнет мертвецов» (Ис 25:8, 26:19), «Ибо вот, Я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут вспоминаемы и не придут на сердце… Волк и ягненок будут пастись вместе, и лев, как вол, будет есть солому, а для змея прах будет пищею: они не будут причинять зла и вреда…» (Ис 65:17,25). «Как утешает кого-либо мать его, так утешу Я вас, вы будете утешены в Иерусалиме. И увидите это, и возрадуется сердце ваше и кости ваши расцветут, как молодая зелень, и откроется рука Господа рабам Его, а на врагов Своих Он разгневается… Ибо Господь с огнем и мечом Своим произведет суд над всякой плотью, и много будет пораженных Господом» (Ис 66:13–14,16).
У бесстрашного обличителя царей Иеремии для христианства очень важны пророчества о Новом Завете с Богом: «Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской, тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут моим народом… Я прощу беззакония их и грехов их уже не вспомяну более» (Иер 31:31–34). Роль великого пророка Иеремии для христианства еще и в том, что, по словам известного историка иудаизма Ю. Вельгаузена, «он – творец настоящей молитвы, в которой томящаяся душа выражает одновременно и скорбь, и упование. Таким образом из пророчества развивался не только закон, но и личная религиозность».
На богослужении Великой Пасхальной Субботы в православных церквях звучат слова из книги пророка Иезекииля о всеобщем воскресении: «Была на мне рука Господа, и Господь вывел меня духом и поставил меня среди поля, и оно было полно костей, и сказал мне: сын человеческий! оживут ли кости сии? Я сказал: Господи Боже! Ты знаешь это. И сказал мне: изреки пророчество на кости сии и скажи им: «кости сухие! слушайте слово Господне!»… Я изрек пророчество, как повелено было мне, и когда я пророчествовал, произошел шум, и вот движение, и стали сближаться кости, кость с костью своею. И видел я: и вот, жилы были на них, и плоть выросла, и кожа покрыла их сверху, а духа не было в них. Тогда сказал Он мне: изреки пророчество духу… И я изрек пророчество, как Он повелел мне, и вошел в них дух, и они ожили, и стали на ноги свои – весьма, весьма великое полчище. И сказал Он мне:…изреки пророчество и скажи им: так говорит Господе Бог: вот, Я открою гробы ваши и выведу вас, народ Мой, из гробов ваших… и вложу в вас дух Мой, и оживете, и помещу вас на земле вашей, и узнаете, что Я, Господь, сказал это – и сделал, говорит Господь» (Иез 37:1 – 14).
Приведенные тексты затрагивают главные темы и основные принципы грядущего христианства, и в этом смысле приход Иисуса стал исполнением ветхозаветных мессианских пророчеств. Об ожиданиях Христа, о приготовлениях к Его приходу и о роли пророков в событиях, повлиявших на судьбы человечества, замечательно сказано у Гоголя в Предисловии к его «Размышлениям о Божественной Литургии». Эта книга в советские времена по понятным причинам всячески замалчивалась и потому плохо известна широкому читателю, так что уместно привести проникновенные гоголевские размышления в качестве завершения настоящего Введения и перехода к первому разделу книги, который посвящен начальному периоду истории христианства: «Скорбя от неустроений своих, человечество отовсюду, со всех концов мира взывало к Творцу своему – и пребывавшие во тьме язычества и лишенные боговедения – слыша, что порядок и стройность могут быть водворены в мире только Тем, Который в стройном чине повелел двигаться мирам, от Него созданным. Отовсюду тоскующая тварь звала своего Творца. Воплями взывало все к Виновнику своего бытия, и вопли эти слышней слышались в устах избранных и пророков. Предчувствовали и знали, что Создатель, скрывающийся в созданиях, предстанет Сам лицом к человекам, – предстанет не иначе, как в образе того создания Своего, созданного по Его образу и подобию. Вочеловечение Бога на земле представлялось всем по мере того, как сколько-нибудь очищались понятия о божестве. Но нигде так ясно не говорилось об этом, как у пророков богоизбранного народа. И самое чистое воплощение Его от чистой Девы было предслышиваемо даже и язычниками, но нигде в такой ощутительно видной ясности, как у пророков.
Вопли услышались: явился в мир, Им же мир бысть; среди нас явился в образе человека, как предчувствовали, как предслышали и в темной тьме язычества, но не в том только, в каком представляли Его неочищенные понятия, не в гордом блеске и величии, не как каратель преступлений, не как судия, приходящий истребить одних и наградить других. Нет! послышалось кроткое лобзание брата. Совершилось Его появление образом, только одному Богу свойственным, как прообразовали Его божественные пророки, получившие повеление от Бога…»
Часть I. Раннее христианство. Византийский период в истории Православия
Глава I. Возникновение и сущность христианства
Вводные замечания. Мир накануне появления христианства. Иудаизм и христианство1. Церковь, основанная Иисусом Христом, Его тело, Богоневеста как Церковь небесная, мистическая едина: «… как Ты, Отче, во мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин 17:21). Однако наряду с этим «да будет», с невидимой, неизменной, «торжествующей» Церковью существует и нераздельно с ней связана земная Церковь, обладающая непростой историей, Церковь «воинствующая». Традиции, нравы и, как принято говорить теперь, ментальность входящих в нее народов различны и обычно плохо совместимы, а люди, составляющие земную Церковь, не исключая священнослужителей, греховны и одержимы страстями, для борьбы с которыми у них, как правило, не хватает ни сил, ни желания. Отсюда внутри земной Церкви проистекают распри и даже религиозные расколы (схизмы), правда, сказанное не объясняет полностью такие великие Схизмы, как разделение христианской Церкви на католическую и православную в 1054 г., официально закрепившее существовавшие задолго до этого рознь между Восточной и Западной Церквями, или раскол католической Церкви в XVI в. в результате движения Реформации. Здесь наряду с амбициями вождей раскола и с их борьбой за души верующих важную роль сыграли неизбежные разночтения Священного Писания и связанные с этим заблуждения, о чем пишет апостол: «Ибо мы отчасти знаем и отчасти пророчествуем… мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно» (1 Кор 13:9—12). Но несмотря на «тусклое стекло», заслоняющее от нас Истину, многие считают, что только ими она увидена отчетливо и полностью. Так, Православие (греч. «ортодоксия») буквально означает правильный способ служения Богу, иначе говоря – истинную веру, и в этом смысле православными считают себя все христианские конфессии, и православная Церковь, в свою очередь, называет себя кафолической, т. е. всеобщей.
Состояние современного христианства можно наглядно, хотя и поверхностно описать с помощью известного образа дерева. Согласно этой метафоре семя, из которого дерево растет, т. е. сущность, основа христианства, – это личность Иисуса Христа, «Сына Бога живого», Его жизнь, учение, крестная смерть и воскресение, изложенные в книгах Нового Завета. Корни – деяния Его апостолов и возникшая в дни Пятидесятницы Церковь. Христианству времени первых семи Вселенских Соборов соответствует нижняя часть ствола, которая затем раздваивается на могучие ветви православной и католической Церквей. Следующие серьезные потрясения связаны с Реформацией, вдохновители которой возомнили себя способными возвратить христианство к его корням, истокам, создав подобие Церкви первохристиан в противовес римской, папской, которую они считали насквозь растленной и даже антихристианской. Протестантизм признает авторитетными лишь тексты Ветхого и Нового Заветов, отвергая решения Вселенских Соборов (кроме, может быть, Никео-Константинопольского символа веры) и творения Отцов и Учителей Церкви, хотя при этом любому верующему позволено трактовать слова Священного Писания, что часто приводит к недоразумениям и умножает число течений внутри конфессии. Поэтому на предложенной схеме многочисленные течения, возникшие в рамках протестантизма, можно изобразить в виде густой поросли вблизи основного ствола, из которой выделяются несколько мощных побегов, таких, например, как евангелическая (лютеранская) Церковь. Такое разделение, «цветущая сложность», как выразился К. Леонтьев, останется, по-видимому, всегда, несмотря на усилия приверженцев экуменизма объединить все христианские конфессии в одну, усилия, несомненно, полезные и благородные, поскольку полезны всякие примиряющие действия. Здесь точка зрения автора на проблемы экуменизма близка к гениальным прозрениям Вл. Соловьева в «Повести об антихристе» из его «Трех разговоров», где три основные христианские конфессии объединяются лишь для смертельной борьбы с антихристом уже перед Вторым Пришествием и концом света. Как не вспомнить тут Р. Киплинга: «Запад есть Запад, Восток есть Восток,/ И им не сойтись никогда, – / Лишь у Престола Господа в День Страшного Суда».
Дальнейший текст настоящей книги целиком посвящен описанию истории и вероучения Православия, хотя повествование время от времени будет прерываться отступлениями из области сравнительного богословия и фактами истории других конфессий, необходимыми для лучшего понимания основного материала.
2. Историю Православия, как и историю других христианских конфессий, следует начать рассказом о «семени» – Иисусе Христе, – а также о «почве» и «климате» тех мест, где появились первые ростки христианства. Итак, «когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего Единородного, Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление» (Гал 4:4,5). И еще повторим слова Гоголя: «Вопли услышались: явился в мир, Им же мир бысть; среди нас явился в образе человека, как предчувствовали, как предслышали и в темной тьме язычества. Совершилось Его появление образом, только одному Богу свойственным, как прообразовали Его божественные пророки, получившие повеление от Бога».
![](i_012.jpg)
Виноградная ветвь – символ Христа.
Фрагмент росписи. Начало II в. Катакомбы Домициллы
Внешние условия – «почва» и «климат», упомянутые выше, – были весьма благоприятны для широкого распространения христианства как религии вселенской: походы Александра Великого, принесшие эллинизм огромному региону, и, наконец, образование Римской империи, которая к I в. н. э. простиралась от Пиренейского полуострова на западе до Месопотамии и Кавказа на востоке и от Британских островов до Мавретании и Египта. В результате почти вся, как тогда считали, эйкумена, т. е. совокупность обитаемых территорий Земли, соприкоснулась с элементами античной культуры и цивилизации, также, что особенно важно для предмета настоящего разговора, получила средство общения между населявшими ее многочисленными народами – греческий язык, которым в этих странах стали повсеместно пользоваться образованные слои общества. Благотворной оказалась также встреча античной культуры со своими восточными корнями – малоазиатскими и ближневосточными религиями, культурой Египта, Сирии и Персии. К тому времени античный политеизм переживал глубокий кризис, чему в значительной степени способствовали религиозно-философские системы Гераклита, Пифагора, элеатов, Платона и его последователей, в которых утверждался единый корень этого мира, именуемый по-разному: Логос, Единое, Благо. И хотя пантеизим греческой философии плохо согласуется со строгим монотеизмом евреев, подходящая почва для восприятия идей монотеизма и адекватный язык для их выражения были ею подготовлены. Недаром в Александрии, где большинство населения составляли греки и евреи, во II в. до н. э. была впервые предпринята успешная попытка перевода Торы на греческий язык (так называемая септуагинта, что означает «семьдесят» – по числу переводчиков, присланных первосвященником Элеазаром из Иерусалима по просьбе египетского царя Птолемея II и, согласно легенде, за 72 дня полностью завершивших работу). В дальнейшем этот перевод, дополненный переводом других книг еврейской Библии, составил Ветхий Завет, так что роль, которую сыграла греческая культура и особенно философия в становлении и развитии христианского богословия, трудно переоценить. Что же касается организационных и правовых структур христианской Церкви начального периода, то здесь несомненно влияние Рима, хотя главная его роль для раннего христианства в другом. Политика Рима в области религии ко времени появления христианства была весьма толерантной, т. е. терпимой по отношению к верованиям многочисленных народов, населявших империю. Однако все подданные обязаны были воздавать божественные почести императору; для язычников выполнить это требование не составляло труда, но иудаизм категорически не допускал ничего подобного. Статуи императоров, установленные римлянами в Иерусалимском храме, были восприняты евреями как невиданное кощунство и даже вызвали народные волнения. Однако многовековый опыт приспособления к чужому господству и дипломатические усилия первосвященников помогли сгладить ситуацию; более того, синагогам удалось кроме свободы культа получить у римских властей право владеть собственным имуществом и право суда над членами общины. Все это было очень важно для интенсивно распространявшегося христианства, поскольку оно в первые десятилетия своего существования официально считалось иудейской сектой. Успеху раннего христианства способствовал также характер организации населения, принятый в Римской империи: речь идет, прежде всего, о так называемых коллегиях – группах людей, объединенных по профессиональным или религиозным признакам. Так, например, еще во II в. до н. э. последователи орфических культов опутали обширные территории густой сетью своих братств, оформленных юридически в виде коллегий. Подобная сеть к началу новой эры была создана еврейской диаспорой, что на первых порах очень помогло делу распространения христианства.
Перечисленные факторы, несомненно, благоприятно повлияли на ход истории раннего христианства, но нельзя согласиться с утверждением некоторых позитивистски настроенных религиоведов, что рост или угасание религиозных движений определяются лишь подобного рода внешними условиями и событиями. В формировании и истории живой религии истинного Бога, а такой несомненно является христианство, в такой же мере, и даже более действенно, участвует Провидение, которое не дает ей погибнуть и при самых неблагоприятных обстоятельствах. На этом замечании, ключевом для понимания истории религии, следует остановиться подробнее.
В гл. 5 «Деяний Апостолов» приведен рассказ о том, как апостолы предстали перед синедрионом, большинство членов которого желало их смерти. Спас апостолов «фарисей, именем Гамалиил, законоучитель, уважаемый всем народом»; он сказал: «Отстаньте от людей сих и оставьте их: ибо, если это предприятие и это дело – от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками». Эти слова означают, что никакие человеческие действия не в силах противостоять замыслам Провидения. Так, например, когда понадобилось, Господь, как повествуют те же «Деяния», обратил в христианство книжника-фарисея Савла, ученика упомянутого Гамалиила и гонителя христиан, сделав его Своим первоапостолом.
3. Почему Спаситель родился среди еврейского народа у матери-еврейки? Этот вопрос вот уже два тысячелетия волнует умы и чувства многих людей. Попытки разобраться в этой задаче, сформулированной некорректно, поскольку как известно, «пути Господни неисповедимы», послужили, тем не менее, предметом множества богословских и философских трудов, а на бытовом уровне постоянно питают один из главных корней такого отвратительного явления, как антисемитизм.
Некоторые характерные черты еврейского народа, послужившие возможной причиной такого его предназначения, указаны в статье Вл. Соловьева «Еврейство и христианский вопрос». Это, во-первых, твердая вера в Бога живого, IHWH, избравшего Израиль в качестве Своего народа и избранный им, что отражено в известном утверждении: «Яхве – Бог Израиля; Израиль – народ Яхве», а еще ярче – в приведенном выше стихе из Второзакония «Шема Исраэль». Далее Соловьев называет присущее практически каждому еврею острое чувство сопричастности своему народу, чувство ответственности за его судьбы, и наконец, в-третьих, то качество, которое философ очень точно назвал «религиозным материализмом». Последнее означает неудержимое стремление материализовать поставленную религиозную цель и настойчивость при достижении этой цели. Символом этого упорства, граничащего с дерзостью, может служить библейский рассказ о борьбе патриарха Иакова с Богом, которую он, рискуя жизнью, затеял, чтобы получить благословение своему потомству. Благословение ему было дано вместе с новым именем Израиль, что означает «богоборец», а затем так стал называться весь еврейский народ. В пасхальной молитве евреев, которая связана с мессианскими ожиданиями и которая звучит как настоятельное требование, почти физически ощущается высочайшее напряжение воли наряду с непоколебимой верой во всемогущество Яхве: «Боже всемогущий, ныне близко и скоро Храм Твой создай, скоро, в наши дни, как можно ближе, ныне создай, ныне создай, ныне создай, ныне близко Храм Твой создай! Милосердный Боже, кроткий Боже, вышний Боже, благий Боже, сладчайший Боже, безмерный Боже, Боже израильев, в близкое время Храм Твой создай, скоро, скоро, в наши дни, ныне создай, ныне создай, ныне создай, ныне скоро Храм Твой создай! Могущественный Боже, живый Боже, крепкий Боже, славный Боже, милостивый Боже, вечный Боже, страшный Боже, превосходный Боже, царствующий Боже, богатый Боже, великолепный Боже, верный Боже, ныне немедля Храм Твой восставь, скоро, скоро, в дни наши, немедля скоро, ныне создай, ныне создай, ныне создай, ныне скоро Храм Твой создай!» Эту молитву-заклинание невозможно читать равнодушно.
![](i_013.jpg)
Богородица с Младенцем.
Фреска. II в. Катакомбы Присциллы.
К приведенным аргументам следует добавить строгий монотеизм евреев, который не ограничен представлением о едином Боге, как по недоразумению считают многие, основываясь лишь на этимологии этого понятия. Бог истинного монотеизма – Творец мира; и хотя Его сущность и сущность сотворенного Им мира не просто различны, а несовместимы, Он при этом является Личностью, с Которой человек способен общаться. Вот как о последнем говорит М. Бубер: «Великое деяние Израиля не в том, что он преподал человечеству единого истинного Бога, Того Единого, Который есть Начало и Конец всего, но в том, что он показал, как можно действительно к Нему обращаться, говорить Ему «Ты», стоять перед Его Лицом… Израиль первый понял это, и что неизмеримо больше, вся прожитая им жизнь была диалогом между человеком и Богом». Монотеизм евреев, расширенный догматом триединства Бога, является основой христианского вероучения, а Бог Нового Завета, как и Бог иудаизма, есть «Бог Авраама, Исаака и Иакова». Тем же, кто не признает Иисуса Сыном Божиим, Мессией, отвергая заодно триединство Бога, сказанное выше позволяет считать христианство лишь ответвлением иудаизма, его строптивым и неблагодарным потомком. Так известный историк и богослов иудаизма Г. Гретц в своей многотомной «Истории евреев» пишет: «Обилие возвышенных идей о Боге и святой жизни, как для отдельного лица, так и для государства, что составляет основное ядро иудаизма, должно было заполнить собою пустоту языческого мира. Израилю предстояло серьезно взяться за осуществление своей задачи – сделаться учителем народов. Но для того, чтобы умы и сердца оказались восприимчивы к этому учению, оно должно было принять новые формы. И вот этому-то новому явлению, всплывшему во время наместничества Пилата, суждено было вызвать живые и сердечные симпатии язычников к учению иудаизма. Восприняв, однако, чужие элементы и удалившись от своего источника, оно скоро стало в резкое противоречие к последнему. Эти роды иудейской религии не могли доставить ей материнских радостей, ибо дочь неприветливо отвернулась от своей родительницы и пошла по пути, которым та не могла следовать. Поэтому легкие роды сохраненного для великих дел младенца впоследствии принесли иудаизму обильные страдания и бедствия, его новое явление, это старое учение в новом одеянии, или, вернее, разбавленное чужими элементами учение ессеев есть христианство». Согласиться с этим стилистически блестящим отрывком значит не увидеть в христианстве его сущности, которую представляет Сам Христос – Его боговоплощение, земная жизнь, учение, крестная смерть и воскресение как искупление грехов и залог спасения.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?