Читать книгу "Без дураков. Лучшие из людей. Эхо Москвы"

«Во-первых, я хотел бы г-ну Починку выразить свое уважение. Во-вторых, я хотел бы попросить его ответить на такой вопрос. Как бы он прокомментировал вот такое вот соображение. Мне уже 50. Я не на пенсии. Работаю. Но, тем не менее, в силу того, что г-н Починок, он состоит в СПС, да? Я долго жил. Государство меня не раз обдирало. Хотя, я, в общем-то, поддерживал СПС и т. д. И вот то, что Гайдар сделал со страной, с тех пор у меня такое внутренне как бы состояние, что в любой момент, когда я могу налоговые органы обмануть, не уплатить налоги и т. д., я не испытываю абсолютно никакого чувства…»

Владимир из Твери.

С. КОРЗУН: Раскаяния или вину по этому поводу. Спасибо. Мы поняли.

А. ПОЧИНОК: Вопрос делим на две части. Действительно, собирать налоги и говорить о том, что граждане должны быть законопослушными в стране, которая последовательно, только на памяти одного поколения 5 раз у людей чистила карманы, это, простите, делали все. И начиная с 1947 года, подряд шли реформы. И еще два раза было в 30-х, и еще один раз в 20-х. Про первую мировую, я уже не говорю. То есть государство традиционно все время залезало в карманы людей. Конечно, в этом государстве уважения к законам, почтения к налоговым инспекторам воспитывать крайне тяжело. И скажу слово в защиту Гайдара, на него очень легко сейчас вешать всех собак. Я просто напомню простую вещь. Когда сформировалось правительство Гайдара, я действительно смотрел все документы, был на всех заседаниях. В стране масла было на три дня, три дня ровно, а в Центральном банке и Сбербанке денег было ноль, настоящий полный ноль. На валютных счетах был практически полный ноль. И желающих пойти работать, тогда возглавлять правительство было тоже ноль. Никого уговорить было нельзя. Потому что все считали, что сейчас все грохнется. Вот если все такие умные и знали, что тогда сделать, почему же никто не приходил? Я пофамильно знаю людей, которые приходили и говорили, что они хотят поработать, возглавлять правительство. Их было 2–3 человека. Все. Остальные все советчики в то время разбежались.

С. КОРЗУН: Вы начали о собираемости налогов. Мы помним, Вы плохо собирали налоги, что еще собираете. Вот я еще нашел – солдатики…

А. ПОЧИНОК: Солдатики стоят до сих пор. Интересная вещь.

С. КОРЗУН: Детское увлечение?

А. ПОЧИНОК: Знаете, я недавно нашел коробку. И как раз Петьке показывал. Солдатики, которым лет так под 40 уже. И с моих первых партий солдатиков все сохранились пока. Я надеюсь, что он их не раскидает, не уничтожит.

С. КОРЗУН: Это какие-то особые? Или обычные?

А. ПОЧИНОК: Нет, раньше были совсем простые, а теперь стараюсь собирать в точной униформе русской армии. В основном, конечно, интересен XVIII–XIX век. А Вы задумывались, почему тогда форма была такая красивая, разная вся, цвета были разные? Опушка была разная, галуны, петлички, нет?

С. КОРЗУН: А Вам шла, между прочим, форма главного налогового инспектора, руководителя этой службы. Как ощущали себя сами? Готовили себя?

А. ПОЧИНОК: Почему шла? Она у меня висит в гардеробе.

С. КОРЗУН: По каким случаям надеваете?

А. ПОЧИНОК: Нет случаев, чтобы надевать. Вот все-таки не ответил на мой вопрос, значит, не знает. А ответ-то очень простой. Как же тогда было руководить войсками, когда, извините, ни рации, ничего не было, орать надо было, ординарцам надо было передавать приказы. И как полководец мог увидеть, где же его войска, если бы была одна сплошная зеленая масса. Как раз он четко мог определить по виду мундира, кто это у него, какой полк, какой эскадрон. И мог отдать реальную команду.

С. КОРЗУН: Так, дальше. Монеты собираете? Нумизматика.

А. ПОЧИНОК: Нет, к сожалению, нет.

С. КОРЗУН: А было. Я читал интервью.

А. ПОЧИНОК: Было такое. Но, к сожалению, перестал, потому что понял, что этим нужно крайне серьезно заниматься. Что у меня было? У меня были первые выпуски российских монет. И первый российский рубль я до сих пор храню. Именно России вот этой вот новой. А так я понял, что все равно серьезную коллекцию здесь не собрать, и я это прекратил.

«Вы тогда в одной из ТВ-передач хвастались дорогими бутылочками перед зрителями и ведущими, так и не догадались откупорить и угостить ведущего. Было крайне неудобно за Вас в тот момент».

Наталья из Москвы

А. ПОЧИНОК: Наталья, дорогая моя, беда-то в том, что телевизионные передачи крайне ограничены по метражу. Тогда было откупорено и выпито 2 бутылки. Но при полутора часах записи, в передачу вошло там 5-10 минут времени, а вообще коллекция вин существует, пардон, для того чтобы их пить, в конце концов. И вино должно лежать свой век, чтобы набрать максимум. А потом оно должно быть выпито. У каждого вина свой максимум. И оно должно доставить удовольствие. Должна быть хороша компания, должны быть друзья близкие. И тогда ее на стол.

С. КОРЗУН: Еще чем увлекаетесь? Фотография, путешествия? Да, это я тоже нашел. Чего-то не знаю, наверное?

А. ПОЧИНОК: Да, практически все. Книги читать люблю.

С. КОРЗУН: Собираете до сих пор библиотеку? Продолжаете или в электронном виде уже?

А. ПОЧИНОК: Вы знаете, книгу я обожаю так, чтобы можно было ее открыть, перелистать страницы и, по-моему, скоро книги меня вытеснят. У меня несколько кабинетов. Так получилось. Дома, в университете, в Ростове, и везде книги потихоньку меня выживают. Их становится очень-очень много. Но я не обижаюсь. Я наоборот страшно доволен. Вот недавно для детей купил «Аванту», полную энциклопедию. Сейчас буду им читать. И жду – не дождусь у нас скоро энциклопедия появится. Мы, в конце концов, доделали с издательством «Терра» «Мон плезир» вот эту вот 62-х томную огромную энциклопедию. Наверняка, наши радиослушатели будут нас упрекать за то, что то там не так, се там не так, но, товарищи, дорогие, это был первый опыт. Огромной, самой большой, пожалуй, в мире энциклопедии, которая была написана за 1 год. Понимаете, в стране не было большой энциклопедии уже со времен БСЭ. Вот взяли, написали. Вот и получилась такая. Но я надеюсь все-таки, что она много пользы принесет.

«Уважаемый г-н Починок, говорят, что нелепое объединение вузов в южный университет затеяно только ради Вашего благополучия, поста ректора этого искусственного образования».

Слушатель

А. ПОЧИНОК: О! Еще новый слух пошел. Значит, публично заявляю, что никогда на пост ректора южного, северного, не знаю, какого университета, я не пойду. Это не мое. А на Юге должен быть университет национальный, мощный, для того, чтобы туда можно было приезжать студентам из республик Северного Кавказа. Для того чтобы молодые ребятишки с уклоном в математику, в физику могли получить достойное образование. Чтобы великолепные научные школы с массой академиков, которые есть на Юге, не пропали, а наоборот развивались, нужен крупный национальный университет, и он будет. Речь не в том чтобы обязательно вот механически слить вузы Ростова. Нет, речь о том, чтобы создать мощную, сильную структуру. А люди, которые сейчас очень бояться, что они при этом свои места потеряют, вот такие слухи распускают и студентов подбивают. Дорогие студенты, я знаю, что сейчас подписи собираются, все делается только для того, чтобы такие же, как вы, смогли закончить учебу, смогли получить достойное образование, чтобы денег пошло на это образование гораздо больше, чтобы зарплата у Ваших преподавателей была серьезная, и чтобы, в конце концов, был построен настоящий, хороший, добротный университет.

«Похвалить вас есть за что. В том плане, что Вас всегда интересно слушать. А вопрос в связи с этим. Какой, вот Вы там насчет своей приемной, перегруженности говорили. А вот хотелось спросить, есть ли у Вас своего рода интернет-приемная, а также, чтобы в том числе, чтобы через SMS можно было Вам вопрос задать. Или аудиофайлы этих передач скачать. Я помню год назад, по-моему, или два года назад до Вас дозванивался».

Миша Рыцарев из Новосибирска

С. КОРЗУН: Спасибо, Михаил. Понятен вопрос.

А. ПОЧИНОК: У нас обычный мэйловский адрес. Юфо615. У меня 615-й кабинет в здании. Поэтому юфо 615@mail.ru. На интернетовские вещи пришедшие мы всегда стараемся отвечать. Потому что интернет – это мое любимое средство информации. Там всегда самое интересное узнаешь. Вот сегодня полез читать «Владимира Владимировича», убедился, что он почему-то закрыт. Вот такая неприятная история приключилась.

С. КОРЗУН: Да, обсуждаем, посмотрим. Не знаете, почему приключилась?

А. ПОЧИНОК: Так почитал отзывы, мнения. Вот слишком много в последнее время в интернете появилось людей, которые все охаивают. И, извините, нецензурно ругаются. Не хотелось бы этого. Очень не хотелось бы.

С. КОРЗУН: Вернемся в школьные годы. Несколько слухов там было. Нашел где-то – аттестат, золотая медаль – написано в официальных биографиях. Кое-кто берется это отрицать. Была золотая медаль?

А. ПОЧИНОК: Была.

С. КОРЗУН: А чего Вас на доске почета там нет в школе?

А. ПОЧИНОК: Обещали, что уже повесят. Произошла банальнейшая совершенно история. Мои одноклассники долго смеялись. Рядом были две фамилии Олежки Петухова, и моя. В документах поменяли местами. Если кто не верит. Могу показать медаль.

С. КОРЗУН: Медаль есть физически?

А. ПОЧИНОК: Конечно, тогда физически ее выдавали за отличные успехи в ученье, труде и примерное поведение. Такая вот позолоченная. Правда тогда она из серебра делалась. Можно посмотреть аттестаты. Можно посмотреть ведомости. Можно поспрашивать тех, с кем я в олимпиадах участвовал в те годы. И думаю, что еще найдется, по меньшей мере, несколько сот человек, которые помнят, как я учился. И помнят, скольким я помогал получать эти пятерки.

С. КОРЗУН: Знамя, правда, носили? Знаменосцем были при Вашей комплекции, в общем, не очень богатой.

А. ПОЧИНОК: Шатало, шатало от ветра. Я несколько раз с удовольствием тогда ходил на пост № 1 в Челябинске у вечного огня. Так что и со знаменем, и с этим автоматом – правда, тогда муляжи были такие металлические – ходил, маршировал.

С. КОРЗУН: На прозвища не обижаетесь, которыми награждают?

А. ПОЧИНОК: Нет, а чего обижаться-то? Уши оттопыренные торчат – это непреложный совершенно факт. Как против природы пойти?

С. КОРЗУН: Значит в школе Чебурашкой звали, да?

А. ПОЧИНОК: Это уже когда Чебурашка появился. Потому что все-таки Чебурашка появился, когда я уже где-то до средней школы дошел.

С. КОРЗУН: Ага. А потом Микки Маусом тоже.

А. ПОЧИНОК: Микки Маус что-то для Челябинска немножко экзотическое. Тогда у нас даже Микки Мауса не пускали по телевизору. Потому что дорого было покупать. Если кто помнит, тогда был Майки Маус, вот такой могучий мышонок. А Микки настоящего-то дороговато было.

С. КОРЗУН: В правительстве как называли? Или за глаза?

А. ПОЧИНОК: Не знаю.

С. КОРЗУН: Самоделкиным.

А. ПОЧИНОК: Самоделкин – это даже, по-моему, от Верховного совета идет. Это не правительственная кличка.

С. КОРЗУН: Не обидно?

А. ПОЧИНОК: Русский народ умный, наблюдательный и меткий. Поэтому если приложили прозвище, значит, было за что.

«Как Вы считаете, в бытность Вашу, когда Вы возглавляли министерство по налогам и сборам, вот сейчас все усиливаются, усиливается в малом, среднем бизнесе бумажная работа с налоговыми органами. Ну, невозможно совершенно. За каждую каплю…»

Кирилл из Санкт-Петербурга

С. КОРЗУН: Понимаем, понимаем уже, да. Спасибо.

А. ПОЧИНОК: Понял, и боле того, согласен. И более того вот в прошлом году в Краснодаре собирали 3000 малых предпринимателей. Как раз Ткачев с Грефом собирали и сажали вместе с ними всех правоохранительных сотрудников и налоговых. И говорили об этом. Беда в том, что красивый у нас закон – есть упрощенная система, есть вмененная система. А по жизни, что не собирай, все равно, пулемет выходит. И все равно бумагами заваливают человека. Я полностью согласен с тем, что надо постараться все-таки сделать простую, понятную систему, когда малый предприниматель просто платит фиксированные какие-то налоги. И ведет книгу доходов и расходов, не более того. Иначе мы его просто замучим и задавим. У нас крайне не хватает малых предпринимателей. Я еще раз напомню, у нас 1900, а надо миллионов 5.

С. КОРЗУН: Александр Петрович, что для Вас главные ценности в жизни?

А. ПОЧИНОК: Для человека порядочность. Это обязательно. Потому что дальше все приложится. Он может быть не очень умным, он может быть некрасивым, но он должен быть порядочным, честным человеком.

С. КОРЗУН: А для Вас лично, это с одной стороны, с другой стороны семья, дети, дело, дом?

А. ПОЧИНОК: Дети, род – это первый и главный из этих приоритетов. Понимаете, я что помню? У меня отец, когда стал совсем пожилым, он начал писать. Я спрашиваю: «Что ты пишешь?». – «Я же должен оставить память о своих предках. Вот ты на 2–3 поколения знаешь, а дальше нет. Вот, давай, я напишу, чтобы ты, дети, Оля, чтобы дальше помнили, что у нас и как было. Вот чтобы род не иссяк, чтобы передавалась память из поколения в поколение». Вот это, наверное, основное.

С. КОРЗУН: Александр Петрович, спасибо Вам за ответы, которые Вы давали на самые разнообразные вопросы. Надеюсь, что это программа, действительно, была без дураков. Ну, собственно, со своей стороны я это гарантирую. А Вам и Вашим близким желаю удачи и успехов.

А. ПОЧИНОК: Спасибо большое. Спасибо.

Борис Немцов

Борис Немцов – российский политик и государственный деятель, депутат Ярославской областной думы шестого созыва, один из создателей и лидеров ОДД «Солидарность», сопредседатель политической партии «РПР-ПАРНАС»

Родился 9 октября 1959 года в Сочи. Окончил Горьковский государственный университет им. Н. И. Лобачевского. После окончания университета работал в научно-исследовательских институтах, занимался проблемами физики плазмы, акустики и гидродинамики. Автор научных работ и публикаций.

При президенте Ельцине занимал высокие посты в Правительстве, являлся губернатором Нижегородской области.

В 2009 году был кандидатом на пост Мэра города Сочи.

В 2013 году избран депутатом в Ярославскую Думу.

Активно критиковал деятельность Владимира Путина на посту Президента России.

Убит четырьмя выстрелами в спину в центре Москвы в марте 2015 года.

«Свобода на первом месте»

С. КОРЗУН: Нашел где-то формулу счастья, которую Вам приписывают: дети, свобода, здоровье и деньги. Именно в таком порядке, именно эти четыре элемента?

Б. НЕМЦОВ: Свобода, здоровье и материальное благополучие. Если это есть, то дети появятся 100 %, поэтому дети в формулу счастья, в общем, не входят. Они производное из этой формулы. Если человек здоровый, если человек свободный, если у него есть возможности вырастить, воспитать детей, то дети появляются.

С. КОРЗУН: Здоровье на первом месте?

Б. НЕМЦОВ: Свобода на первом месте.

С. КОРЗУН: Что для Вас свобода?

Б. НЕМЦОВ: Ну, хочется вспомнить Маркса.

С. КОРЗУН: Может, не надо.

Б. НЕМЦОВ: Не надо. Я, кстати, на эту тему говорил с одним известным человеком – Дэвидом Рокфеллером, который в свое время еще со Сталиным встречался. Была у меня такая привилегия общаться в 1990-е годы с разными выдающимися людьми. И вот он у меня то же самое спросил, что Вы сейчас. Он говорит: «Я прочитал у Маркса, что свобода – это осознанная необходимость. Я ничего не понял», – сказал Рокфеллер. Я говорю: «А как, г-н Рокфеллер, Вы вообще можете это описать?» Он говорит: «Знаете, по-моему, свобода – это свободно конвертируемая валюта». Мне это определение сначала понравилось, а потом я понял, что в нем тоже есть изъян. Потому что если денег очень много, то человек не может быть свободным. Он становится пленником этих самых капиталов, он боится разориться, он боится, что в результате каких-то конфликтов с властями, или межгосударственных конфликтах и т. д. он все потеряет. И он становится несвободным. Таким образом, и бедный не свободен, поскольку зависит от окружающей среды, там температуры, там, я не знаю, купит продукты, не купит, с голоду умрет, не умрет, и очень богатый тоже не свободен. Поэтому, на самом деле, свободные люди – те, которых можно отнести к среднему классу. Они, кстати, еще и счастливы при этом.

«На самом деле, свободные люди – те, которых можно отнести к среднему классу. Они, кстати, еще и счастливы при этом».

С. КОРЗУН: Вас можно отнести к этому классу?

Б. НЕМЦОВ: Меня 100 % можно.

С. КОРЗУН: А к счастливым людям можно Вас отнести?

Б. НЕМЦОВ: Вот многом да. Ну, потому что, если смотреть на эту формулу, в общем, у меня практически все есть, что в ней указано. Здоровье, свобода материальная, достаток, все есть.

С. КОРЗУН: А какую Вы должность занимаете сейчас? Мы помним, в общем, как комментировали Ваш уход в банк «Нефтяной». По-моему, под этим названием. В общем, немножко пообносился на государственной службе, надо бы подзаработать товарищу, вроде как.

Б. НЕМЦОВ: Действительно, зарабатывать деньги – довольно увлекательное и полезное дело. Особенно для твоей семьи и для твоих детей. Так что всем рекомендую этим заниматься.

С. КОРЗУН: На досуге.

Б. НЕМЦОВ: Да, на досуге. Я действительно возглавлял не банк только, а концерн «Нефтяной», куда входил банк, но помимо банка еще и строительная компания, которая жильем занималась в Москве. Ну, по известным многим причинам, концерн перестал существовать.

С. КОРЗУН: А что там? Что за история? Вы подали соответственно заявление об уходе по собственному желанию.

Б. НЕМЦОВ: Да, ну, там было такое…

С. КОРЗУН: Через год или полтора? Это была работа такая…

Б. НЕМЦОВ: Я работал полтора года. С начала 2004 по конец 2005 года, но так вот случилось, что концерн перестал существовать. Его хозяин уехал, сейчас возбуждены уголовные дела. У меня есть стопроцентные доказательства того, что была политическая составляющая во всем этом мероприятии.

С. КОРЗУН: Против Вас?

Б. НЕМЦОВ: Нет, против Лившица скорее. Его подозревали в том, что он финансирует оппозицию. Наши доблестные спецслужбы писали докладные записки на эту тему в Кремле. И в Кремле нашлись люди, которые этому поверили. Должен сказать уже, наверное, в 10 раз, что это является полной ложью. Действительно, когда «Союз Правых Сил» участвовал в выборах в 2003 году, Игорь помогал, но это было абсолютно открыто все и ясно. А после этого, когда мы проиграли, в общем, мы политикой не занимались, и оппозицию компания не финансировала. Но тем не менее доказать было ничего невозможно. Они утверждали, что Лившиц финансирует Касьянова. Собственно, на этом все закончилось. Сейчас я занимаюсь инвестированием. Такая инвестиционная компания.

С. КОРЗУН: Из своих денег?

Б. НЕМЦОВ: Да, из своих, в том числе. В акции российских компаний. Могу сказать, дело это, хоть и рискованное, но прибыльное. А всегда, знаете, риски и прибыль – связанная вещь. Там где нет риска, там нет и прибыли. Но российский фондовый рынок за прошлый год показал удивительные результаты. Он вырос практически на 70 %, Можете себе представить, что ты пришел, положил деньги в банк под 70 % годовых в валюте.

С. КОРЗУН: Только квартиру можно было в Москве купить. Она процентов на 110 %, по-моему, даст.

Б. НЕМЦОВ: Да, кстати, рынок недвижимости тоже сильно рос. Но уже где-то к середине лета он остановился, и к концу лета он рос гораздо меньше. А фондовый рынок продолжал расти. Поэтому те, кто вкладывал в Сбербанк или в РАО ЕЭС России, в ряд нефтяных компаний российских, они, в общем, могли заработать огромные деньги. И собственно это такой честный заработок. И главное, он же, знаешь, чем хорош для таких людей, как я, тем, что очень трудно уничтожить бизнес.

С. КОРЗУН: Вообще целиком.

Б. НЕМЦОВ: Весь.

С. КОРЗУН: Конкретный элемент можно, а целиком…

Б. НЕМЦОВ: Да, как уничтожить бизнес? Легально покупаешь акции, платишь налоги. Чтобы уничтожить бизнес, нужно уничтожить компанию, которая собственно котируется на рынке.

С. КОРЗУН: «Газпром» не уничтожить.

Б. НЕМЦОВ: «Газпром», Сбербанк и т. д. На «Эхе Москвы» особенно приятно сказать, что «Газпром» никогда не будет уничтожен. Могу это просто твердо еще раз подтвердить. Короче говоря, это довольно прибыльный в России бизнес, хотя достаточно рискованный, потому что фондовый рынок не может вечно расти. Это понятно. Но те, кто верят в российскую экономику, те, кто верят в то, что будет еще рост, в том числе в 2007 году, я считаю, они могут вкладывать деньги, и это более выгодно, чем, например, когда лежат деньги на депозитах в банке. Хотя и более рискованно.

С. КОРЗУН: Известно, что второй по своему богатству человек в мире на сегодняшний момент Уорен Баффет тоже, в общем, так на досуге, а иногда и профессионально занимается инвестированием в разные отрасли, в том числе, и в страховую, и в прочие. Там я уже не помню сколько. Ну, за 30 миллиардов. Естественно значительную часть из них он, кстати, как и первый человек, как раз в Фонд Била Гейтса завещал отдать. Сам он так живет относительно непритязательно. Но самое любопытное, что он самостоятельно принимает инвестиционные решения. И говорит, что если за 10 минут я не понял привлекательности этого предложения, то, значит, я его не пойму никогда. Не использует ни компьютеров, ни советников, не требует, чтобы люди проводили все время на работе. А Вы как работаете как инвестор?

Б. НЕМЦОВ: Есть принципы Баффета, они хорошо известны в инвестиционном мире. Что никогда не инвестируй в компанию, в которой ничего не понимаешь. Один из его принципов. Второй принцип, если ты не можешь заработать в своей собственной стране, то не лезь в чужие страны. Кстати, очень хороший принцип. Сам Баффет в основном работает на американском рынке. И есть еще принцип, что компания должна быть прозрачная, не должна скрывать свои финансовые результаты. Если она скрывает, то, значит, там воруют. А если там воруют, то заработать там нельзя. Потому что зарабатывают другие. Короче говоря есть такие, я бы сказал, почти житейские принципы Баффета, которые многие знают. Но если говорить обо мне, то я неплохо знаю энергетику российскую. Я все-таки министром работал топливной энергетики. Неплохо знаю теперь вот и металлургическую промышленность. Слежу за ситуацией на мировых рынках. Поскольку российский рынок очень сильно завязан с экспортом. А экспорт, в свою очередь, определяется мировыми ценами. Сейчас очень благоприятная конъюнктура не только на рынке нефти и газа, об этом уже все уши прожужжали, но и на рынке металлов. Цветные металлы очень дорого стоят. Никель там под 30 000. То есть действительно выросли цены в 5–6 раз. Иногда даже больше, чем цены на нефть. Растет рынок золота. Дорогая платина, палладий и т. д. Поэтому вкладывать в цветные металлы, в цветную металлургию – достаточно выгодная вещь.

С. КОРЗУН: Индекс, скажем там, CnP или как, интереснее, чем политические события?

Б. НЕМЦОВ: Менять профессию, когда тебе за 40, это, в общем, довольно тяжелое дело. И для меня зарабатывать деньги, инвестируя их, не является захватывающим предприятием.

С. КОРЗУН: Значит, все же менее увлекательным, чем политика.

Б. НЕМЦОВ: Безусловно. Просто надо зарабатывать деньги, чтобы нормально себя чувствовать. Вот собственно и вся история, да. Конечно же, менять профессию я не собираюсь. И собираюсь продолжать участвовать в общественной жизни. И по мере возможности в ней участвую.

С. КОРЗУН: О политике еще поговорим. Вернемся к двум эпизодам, которые были сильно раскручены, которые можно смело назвать скандальными, связанные с Вами. Во-первых, те 23 миллиона от Билайн, они нашлись?

Б. НЕМЦОВ: Нет, там просто извинились авторы…

С. КОРЗУН: Публикации.

Б. НЕМЦОВ: Клеветнической публикации.

С. КОРЗУН: В «Русском курьере», по-моему, да.

Б. НЕМЦОВ: Да. В «Русском курьере». Они опубликовали опровержение, сами же, собственно, опубликовали.

С. КОРЗУН: То есть Вы нож к горлу не приставили, своих ребят не посылали?

Б. НЕМЦОВ: Понимаете, лучший пиар – это правда все-таки. Хоть, конечно, некоторые наши горе-политтехнологи считают, что можно и врать бесконечно, это не так.

«Лучший пиар – это правда все-таки. Хоть, конечно, некоторые наши горе-политтехнологи считают, что можно и врать бесконечно, это не так».

С. КОРЗУН: Я напомню просто историю. Канву общую, как ее описывали. 30 миллионов – это плата Билайн за возможность вывода на московский сотовый рынок. Когда на нем царил безраздельно МТС. Это связывают с Вашим решением в ранге тогда вице-премьера, по-моему, да, и спрашивают, где там 7 миллионов вроде как нашлись, а где еще 23, которые Билайн, по словам Дмитрия Зимина, будто бы заплатил. Вот собственно вопрос, да.

Б. НЕМЦОВ: Я могу просто пояснить, как вообще получается лицензия, если хотите, на GSMий стандарт, ну, или вообще, на…

С. КОРЗУН: Нет, мы понимаем на бытовом уровне, Борис, что хорошо, когда конкурируют трое. Может быть, даже еще больше. И мы приветствовали решение антимонопольного комитета, которые не позволил объединиться в Москве тому же Билайну с…

Б. НЕМЦОВ: Да, в 1998-м году на рынке сотовых, мобильных телефонов в GCMовском стандарте была одна компания, это компания МТС. Тарифы тогда доходили до доллара за минуту. Сейчас страшно говорить, но вот они были до доллара за минуту. А мне было абсолютно очевидно, что без создания конкурентной среды на этом рынке, наш народ так и будет платить доллар, или полдоллара за минуту, в том числе и по внутригородским звонкам. Поэтому я твердо и ясно поставил для себя задачу эту монополию неестественную как-то уничтожить. Это раз. Второе, более пикантное, я бы сказал. В то же свое время выработала свой ресурс космическая станция «Мир». И нужно было эту станцию сажать. Причем сажать в управляемом режиме, я хотел бы подчеркнуть. Чтобы она кому-нибудь на голову не упала. Для того чтобы посадить станцию, нужно было, понимаете, да, ракету и пилотируемым образом ее так готовить к посадке. Для этого нужны были деньги. Обращаю Ваше внимание, что речь идет о 1998 годе, когда случился дефолт, денег никаких в бюджете не было, а станция падала. Так что нужно было найти эти деньги. Вот эти две причины, собственно, воедино когда сошлись, что надо было и снижать тарифы на телефонную связь мобильную, и одновременно сажать станцию «Мир», когда все это у меня в голове сформировалось, тогда и была выдана эта лицензия. Но лицензия эта была выдана не мною. Была такая комиссия по радиочастотам, куда входили представители министерства связи, министерства обороны. ФСБ и т. д.

С. КОРЗУН: Но Вы курировали…

Б. НЕМЦОВ: Да, я, естественно, там руководил этой работой. Но это было коллективное решение. Это решение собственно все подтвердили. Кроме того, Вы знаете, если бы я чего-нибудь взял, я бы сейчас с Вами здесь не разговаривал. Это уж 100 %, потому что, знаете, у нас брать можно, если ты сильно лояльный власти. А если ты в оппозиции к власти и при этом еще жулик, так тебя 100 % посадят.

С. КОРЗУН: Чем закончилась история с гонораром – 75 тысяч за Вашу книгу?

Б. НЕМЦОВ: Я получил гонорар за книгу, внес в налоговую декларацию, заплатил налоги. Гонорар, конечно, приличный. Но при тираже больше 100 000 экземпляров, в общем, по-моему, нормальный гонорар. Ну, подумаешь, там чуть меньше доллара я с книжки получил гонорар.

С. КОРЗУН: При этом редактор еще получил деньги, вроде как немаленькие. Речь о 25 000, по-моему, шла. То есть общий гонорар вместе с редактором…

Б. НЕМЦОВ: Вы имеете в виду с литературным редактором. Ну, и что. Нормальный гонорар.

С. КОРЗУН: А писали Вы или литературный редактор? То, что у Вас есть литературный талант – это несомненно. Да вообще, я напомню, что Борис Ефимович с золотой медалью школу окончил. Но я так и не разобрался по публикациям, то ли в Сочи, то ли в городе Горьком славном.

Б. НЕМЦОВ: В городе Горьком. В Сочи я только родился. Книжка была одна из лучших по продажам в то время.

С. КОРЗУН: Бестселлер.

Б. НЕМЦОВ: Бестселлер, да. Ельцин тогда объявил меня приемником зачем-то. И, в общем, был ажиотажный спрос на книгу. Было продано больше 100 000 экземпляров. Я получил приличный гонорар. Вы правильно назвали цифру, 75 000. И мой литературный редактор 25. Ну, заплатил налоги. Кстати, должен Вам сказать, что эти деньги были очень нужны, потому что я переехал в Москву, и надо было как-то начинать жить здесь. А жить на зарплату вице-премьера, я не жалуюсь, я просто правду говорю, жить на зарплату вице-премьера, по-честному, невозможно, практически.

«Жить на зарплату вице-премьера, я не жалуюсь, я просто правду говорю, жить на зарплату вице-премьера, по честному, невозможно, практически».

С. КОРЗУН: А на что живут современные вице-премьеры?

Б. НЕМЦОВ: Вот я жил на тот гонорар в частности. Так что те деньги были очень важны. Что касается, сам писал или нет. Вы книгу то видели?

С. КОРЗУН: Видел. И даже отрывками читал.

Б. НЕМЦОВ: Вы можете стилистику сравнить речи и книги. В общем, много общего найдете. Согласитесь.

С. КОРЗУН: Ну, понятно, что в основе лежит один и тот же человек.

Б. НЕМЦОВ: А потом, знаете. Сергей, дело в том, что я в детстве занимался наукой, а в науке формировали какое-то презрительное отношение к плагиату, что это я пронесу через всю жизнь.

С. КОРЗУН: Нет, вопрос не в плагиате. Есть человек, который надиктовывает, а потом литературный агент, который оформляет эти мысли. Собственно, чего скрывать, так же пишется большинство биографий, в том числе и политических.

Б. НЕМЦОВ: Это книга была мною надиктована, потом действительно она была отредактирована, а потом еще раз я ее редактировал в уже напечатанном виде. Вот собственно так она была сделана. Что-то Вы мало скандальных историй как-то вспомнили.

С. КОРЗУН: Да, еще, а Вы про себя самую скандальную вспомните какую? Четыре прослушки у Вас было, да, опубликованные, вроде как по телефону наговорили на прослушивающие службы, наверное, больше любого другого действующего политика. Четыре – это только те, которые на небезызвестном сайте лежат.

Б. НЕМЦОВ: В центральной печати опубликованы. Меня, кстати, всегда умиляет, вот что испытывает журналист, который подслушивает, а потом публикует частный разговор. Он каким негодяем…

С. КОРЗУН: Но там не все были частные, надо сказать, Борис Ефимович. Там разговоры не совсем частные были.

Б. НЕМЦОВ: А это не имеет значения.

С. КОРЗУН: Там деловые, партийные, внутри партийные.

Б. НЕМЦОВ: Там были всякие разговоры. Но подслушивать, подглядывать, подсматривать, меня так мама учила, неприлично. Может, я что-то не понимаю, может, Вы мне объясните что-то другое. Давайте. Кроме того, еще есть конституционное право. Знаете тайна переписки, тайна телефонных переговоров.

С. КОРЗУН: Я смотрю, от мобильного телефона не отказались. Тут такая даже, не буду называть, модель…

Б. НЕМЦОВ: Да, мне скрывать нечего.