Текст книги "Наша первая революция. Часть I"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nasha-pervaya-revolyuciya-chast-i-23224.jpg)
Автор книги: Лев Троцкий
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 17 (всего у книги 41 страниц)
3. За союз рабочих и крестьян[170]170
Вопрос о земле ставится в этих обращениях к крестьянам недостаточно определенно. Объясняется это тем, что в тот период еще в силе была старая партийная программа, ограничивавшаяся в земельном вопросе требованием возвращения земельных отрезков. Весною 1905 года недостаточность этой программы была слишком очевидна. Этим и объясняется то обстоятельство, что в воззваниях, обращенных к крестьянам, земельный вопрос ставится в очень общем виде. В дальнейшем земельный вопрос постепенно выдвигается на первое место. Народническая формула «земля и воля» получает исключительную популярность. Большевистская «Новая Жизнь» усыновляет эту формулу: это было выражением той же дальновидной революционной политики, которая в 1917 году привела к победоносному усыновлению эсеровской земельной программы (о лозунге «земля и воля» см. в статье «Наша тактика в борьбе за Учредительное Собрание» в этом же томе).
[Закрыть]
Л. Троцкий. КРЕСТЬЯНЕ, К ВАМ НАШЕ СЛОВО!Страшное время переживает теперь наша родина. Над всей страной висит черная туча народного горя. Все беды и несчастья, как бы по уговору, собрались над головой русского народа. Стонет, задыхается народ… А туча над ним собирается все гуще и гуще… Где выход? Где путь к вольной счастливой жизни?
Черные дни переживает теперь русское крестьянство. Светлых дней оно, правда, никогда не видало. Всегда оно жило в рабстве, в кабале, в угнетении. Всегда перед ним стоял призрак голодной смерти, всегда над крестьянством висел кнут неволи. Испокон веков согнута дугой спина крестьянская, глаза не видят солнца ясного, тело крестьянское покрыто кровавыми струпьями… Страдал ли еще кто-нибудь на земле так, как русское крестьянство? Горе и ужас, ужас и горе!.. Но и крестьянство давно уже не знало такой годины, как нынешняя. Оглянитесь на себя, крестьяне! Посмотрите на свои избы, на свои семьи! Разве вы живете жизнью, достойной свободных людей? Нет, вы рождаетесь, живете и умираете, как рабы, как невольники!
Да, вы и впрямь рабы и невольники! Или, может быть, вы скажете, что вы – свободные люди? Говорят, что 19 февраля 1861 года правительство освободило крестьян от крепостной зависимости и сделало их свободными земледельцами. Ложь это! Крестьяне, как были крепостными, так ими и остались!
У одного мелкого помещика было 10 крепостных, у другого – 15, у третьего – 20. Явился богатый и властный помещик и сказал мелкопоместным: я покупаю у вас в полную собственность всех ваших крестьян. Вам выплачу их полную стоимость. Крестьяне будут служить мне и приносить доход, а вы будете надзирать за ними, строго, неуклонно, как надзирали за своими собственными. За это вы будете получать от меня богатое содержание.
Можно ли сказать, что богатый помещик освободил крестьян? Только глупец или лжец так скажет. Но правительство наше поступило именно так, как этот богатый помещик. Оно не освободило крестьян, а купило их у дворян в свою полную собственность. Оно заплатило за них из государственной казны выкупные платежи. Правительство и помещик делали вид, будто выкупные платежи выдаются только за землю, которая отошла крестьянам. Но на самом деле платежи были рассчитаны так, чтобы в них входил и выкуп за крестьянские души.
Теперь, когда прошлого не воротишь, чиновничья братия откровенно признается в этом. Недавно Витте, бывший министр финансов, а ныне председатель комитета министров, напечатал свою книжку о положении крестьян,[171]171
Эта книжка называлась: «Записка по крестьянскому делу». («Общ. Польза» 1905 г.) «Записка» Витте подробно разбирала вопросы и решения местных сельскохозяйственных комитетов. Основные выводы «Записки» следующие: конечной целью крестьянского законодательства должно явиться устранение обособленности крестьян «от прочих сословий»; но это устранение сословных отличий не должно в то же время затронуть «тех особенностей сословного строя, которые необходимы для пользы самого крестьянства и всего государства».
[Закрыть] в которой открыто признает, что правительство не освободило крестьян, а выкупило у помещиков.
Разумеется, на счет самих крестьян. Их оно прикрепило к себе, связало тройным узлом, взвалило на них выкупные и оброчные платежи, натуральные повинности, всевозможные налоги и поборы.
А помещичью палку заменило чиновничьей. И с тех пор живут «освобожденные» крестьяне на каторжных работах. Правительство – начальник каторжной тюрьмы, дворяне-чиновники – это тюремные надзиратели и часовые, а крестьяне всей России – это бессрочные каторжане…
Так самодержавное правительство освободило крестьян 19 февраля 1861 г. Сорок четыре года, один чернее другого, прошло с тех пор. Страшно оглянуться на это время… Много счастливых дней знал ты, свободный крестьянин? счастливых часов? счастливых минут? Голод и тьма, позор и поношение – вот что окружало тебя. Земли мало – да и той засеять нечем. Что взойдет – все съедят подати и налоги. Земля истощена. Неурожай следует за неурожаем. Голодает крестьянин, голодает жена, чахнут с голоду малые дети. Покидают крестьяне свои избы, бродят по Руси, ищут работы. Исхудалые, оборванные, без пристанища… Горе и ужас, ужас и горе!..
…И настал проклятый 1904 год, и открылась война с Японией. Крестьяне! Сделали вы какое-либо зло японцам? Или японцы, может быть, вам причинили какую обиду? Нет, до начала войны вы не слыхали, может быть, самого имени японцев. И вот кто-то наверху, далеко, далеко от вас, решил, что нужна война. Зачем? Сумеет ли кто-нибудь из вас, крестьяне, ответить на этот вопрос? Зачем? Вы не знаете. Вас не спрашивали. И тем не менее на вас наложили все тяготы войны. Самодержавное правительство – зачинщик и виновник войны. Ваша же задача, крестьяне, простая: платить и умирать. Сотни тысяч запасных отрываются от хозяйства, от семей, от стариков-родителей, от беззащитных детей. Вот уже год тянется бессмысленная кровавая бойня – и не видать ей конца. Война съела за этот год, по крайней мере, полтора миллиарда рублей. Полтора миллиарда! Миллиард – это тысяча миллионов. Миллион – это тысяча тысяч. Полтора миллиарда! А народ – в нищете и в темноте. Полтора миллиарда – это твой трудовой пот и твоя кровь, крестьянин.
Война поглотила за этот год около двухсот тысяч жизней. Двести тысяч молодых жизней, поильцев и кормильцев, погибло ни за что. Страшно вымолвить: двести тысяч! Это твоя родная плоть и твоя кровь, крестьянин!
Крестьяне! Доколе терпеть? Не пора ли сказать: довольно! Не хотим больше жизни рабов, хотим жить, как свободные и счастливые люди! Не вы первые начнете борьбу за лучшую долю – смотрите: городские рабочие давно уже ведут смелую борьбу с народными врагами. Всюду и везде, где есть фабрики и заводы, там под стук и грохот машин бьется честное рабочее сердце и горит желанием свободы и счастья для всего угнетенного народа. Все шире и шире становится рабочая рать. Смелее и смелее становятся воители великого народного дела.
Слышали ли вы, крестьяне, что было в Петербурге 9 января настоящего 1905 г.? Это был великий день, крестьяне! Рабочие всего Петербурга, всех фабрик, заводов и мастерских открыто высказали все нужды и требования русского народа. Не должно быть ни крестьянского, ни дворянского сословия: все должны быть равны в своих правах. Великороссы и малороссы, поляки и евреи, – все должны быть равны в своих правах.
Православные и раскольники, католики и штундисты, – все имеют право исповедывать свою веру и все должны быть равны в своих правах.
Так заявили петербургские рабочие. Но это не все. Всему народу необходимо бесплатное образование. Налоги должны быть перенесены на богатых: платить тем больше, чем выше доходы. Фабричным, заводским и ремесленным рабочим необходим восьмичасовой рабочий день. Крестьянам необходима земля. Нужно уничтожить гнет и произвол чиновников. Нужно прекратить войну, которая терзает русский народ. Так заявили петербургские рабочие. Правду они заявили или нет? Найдется ли хоть один крестьянин, который скажет: нет, неправду сказали рабочие! Нет среди вас такого человека, крестьяне, а если найдется, то выбросьте его из своей среды, ибо он изменил народному делу.
Петербургские рабочие перечислили все требования народа, ничего не забыли, а затем прибавили: кто же излечит наши раны? кто удовлетворит наши нужды? Министры, губернаторы, исправники, земские начальники, т.-е. чиновники? Нет, не верим мы им. Они – враги народа. Они давят народ. Они грабят его. Они проливают его кровь. Поручить им разрешение народных нужд – все равно, что поручить стае волков заботу об овцах: одни кости останутся от овец после волчьих забот.
Вам ли не знать этого, крестьяне? Сам народ должен прийти к себе на помощь, заявили петербургские рабочие. Весь народ – дворянин и крестьянин, купец и рабочий, русский и еврей, мужчина и женщина должны послать своих представителей, своих доверенных людей в Учредительное Собрание. Помните, крестьяне, эти два слова: Учредительное Собрание. Вот это-то Всенародное Учредительное Собрание и учредит в России новые порядки, создаст справедливые законы и удовлетворит народные нужды. Не чиновники, а излюбленные народом люди! Так порешили петербургские рабочие.
И мы опять спрашиваем, пусть встанет кто-нибудь из крестьян и заявит: нет, худо решили петербургские рабочие, не нужно нам новых порядков, не нужно Народного Учредительного Собрания, хотим и впредь, как и до настоящего дня, оставаться под властью дворян-чиновников. Кто так заявит, тому имя Каин!
Все свои требования петербургские рабочие записывали в петиции, т.-е. в одном общем заявлении. И порешили: идти в воскресенье 9 января, в два часа дня, всем рабочим к царскому дворцу, вызвать царя к себе и сказать ему: Царь! Смотри, вот народ твой. Он угнетен, он голоден. Он бесправен. Он страдает. Его тело, его душа покрыты ранами. Он не может так дальше жить. Он задыхается. Народ хочет свободы и счастья. Царь, не отворачивайся от народа! Приди ему на помощь! Повели созвать Учредительное Собрание из доверенных людей народа! Иначе погибнет твой народ!
Так взывали и писали петербургские рабочие. Двести тысяч человек направились утром 9 января со всех концов Петербурга к Зимнему Дворцу. С рабочими шел честный молодой священник Георгий Гапон. Он стоял за рабочих. Среди множества жадных петербургских попов нашелся один лишь бескорыстный друг народа. Он взял с собой царский портрет, иконы и хоругви. Гапон хотел этим показать, что рабочие мирно и спокойно идут ко дворцу. Как же поступил царь? Как ответил он петербургским рабочим? Слушайте, слушайте, крестьяне, как разговаривал царь со своим народом!
Внимайте, граждане, дабы раз навсегда была вам известна любвеобильная речь царей!
Все петербургские войска были подняты на ноги. Пехота и кавалерия были приведены в движение. Ружья были заряжены боевыми патронами, а в укромных местах были поставлены дальнобойные пушки. Для чего это? – спросите вы. Разве ожидалось 9 января нападение японцев на царскую столицу? Нет, крестьяне, это русский царь снаряжался разговаривать со своими подданными. Это великодушный государь готовил своему народу поистине царскую встречу.
Двести тысяч рабочих тянулись ко дворцу.
Они нарядились в свои воскресные платья, – и седовласые старцы, и юноши; жены шли рядом со своими мужьями, отцы и матери вели за руки малых детей. Это народ шел к своему царю.
Слушайте, слушайте, крестьяне! Каждое слово должно врезаться в ваши души неизгладимыми чертами.
Все улицы и заставы, по которым должны были проходить мирные рабочие, оказались заняты войсками.
Пустите нас к царю! – просили рабочие. Старики становились на колени. Просили женщины и просили дети!
Пустите нас к царю! Хотим видеть царя. Хотим изложить ему наши кровные нужды!
Грянул пушечный залп… и один, и другой, и третий[172]172
9 января правительство двинуло против рабочих крупные военные силы; на Васильевском острове был расположен полностью весь Финляндский полк, 2 эскадрона улан, 2 эскадрона казаков и рота Беломорского полка. Частями командовали ген. Самгин и полковник Орлов. У Полицейского моста расположился Семеновский полк, у Зимнего дворца – Преображенский. 9 января войскам не разрешалось подпускать к себе толпу ближе, чем на 50 шагов, 10 января – ближе, чем на 300. Стреляли из ружей. Точное число залпов неизвестно. Пушечных залпов не было; в прокламации о пушечном залпе говорится по ошибке, которая объясняется ложными сведениями, усердно распространявшимися в то время заграничной печатью о событиях в России.
[Закрыть]… Всюду, во всех концах Петербурга, беспрерывно раздавались выстрелы… Стоном стонала столица. Кровью рабочих окрасился снег. Падали десятки, сотни, тысячи. На смену злодейке-пуле приходила казацкая пика. Трупы мужчин и женщин покрыли улицы. Дети, маленькие дети, обозначили своими маленькими тельцами поле битвы…
Несколько тысяч рабочих было убито и ранено… За что? За то, что несли царю крик своей души.
Так было в Петербурге 9 января 1905 г.
В ужасе застыла толпа… Вот как встречает нас царь! Вот как отвечает он на стоны нашего народного горя! Мы шли к нему с доверием, как дети к отцу, а он нашел для нас лишь свинец, да сталь! Проклятье Николаю Второму Кровавому!
У нас нет царя, заявил благородный священник Гапон. Между царем и народом протекла река народной крови! И Гапон проклял пастырским проклятием кровавого царя и все его августейшее змеиное отродье!
Крестьяне! Много есть среди вас людей, которые верят, что царь желает добра народу, что он не знает правды, ибо чиновники обманывают его. Царь желает добра народу… Но если так, то почему он не вышел к народу, почему он 8 января, как жалкий трус, бежал из Петербурга в Царское Село и передал всю власть в руки великого князя Владимира, обещавшего рабочей кровью залить столицу? А через несколько дней этот преступник-царь открыто заявил – и слова его напечатаны, – что он и впредь будет так же поступать с рабочими, если они захотят лучшей доли…
Крестьяне! 9 января царь показал всем и каждому, что он – заклятый враг народа. Царь и его чиновники едина суть. Царь при помощи чиновников, чиновники под покровительством царя – грабят, давят, топчут и терзают народ. В ком душа, а не камень, тот должен теперь подхватить клич петербургских рабочих: долой разбойничье царское правительство! да здравствует народное правительство! да здравствует Учредительное Собрание!
Крестьяне! Довольно нам молчать! Настала пора всем честным крестьянам поднять свой голос и присоединиться к городским рабочим, которые борются не только за свои, но и за ваши права! Есть у нас подлые, враждебные народу газеты, как «Московские Ведомости», «Гражданин», «Новое время», «Свет» и «Знамя». Газеты эти теперь изо дня в день повторяют, что только рабочие да студенты хотят новых порядков, крестьяне же всем довольны, и потому молчат. Крестьяне, вы должны заявить, что это ложь! Вы должны словом и делом поддержать городских рабочих. Прежде всего рассказывайте всем и каждому, как царь поступил с петербургскими рабочими. Из села в село, из деревни в деревню распространяйте эту ужасную весть. Не должно остаться ни одного человека в стране, который не знал бы, чего хотели петербургские рабочие, и за что они своей кровью напоили снег! Теперь попы по церквам, по приказу начальства, лгут и клевещут на петербургских рабочих. Нужно словам лжи безбоязненно противопоставить слова правды. Слышите, крестьяне! Это обязанность каждого честного человека! Пусть каждый из вас поклянется памятью погибших петербургских братьев, что честно исполнит эту обязанность!
Крестьяне! Собирайте мирские сходы и присоединяйтесь к требованиям петербургских рабочих. Заявляйте открыто о необходимости созвать Учредительное Собрание, свободно выбранное всем народом. Постановления свои передавайте в города для напечатания в листках и в газетах. Пусть знают и друзья и враги, что крестьянство стоит за одно с городскими рабочими.
Крестьяне! заявляйте на сходах, что солдаты, дети народа, живущие на счет народа, не смеют стрелять в народ. Рассылайте такие заявления всем солдатам вашего села. Каждый солдат должен знать, что в родном селе его ждут общие проклятия, если он руки свои обагрит народной кровью.
Крестьяне! Постановляйте на сходах, что вы отказываетесь платить царскому правительству подати и налоги и нести натуральные повинности. Посылайте своих людей из села в село, сговаривайтесь целыми уездами и губерниями. Ни гроша царскому правительству! Народ отказывается содержать своих палачей! Давайте знать обо всех ваших действиях в соседние города вашим братьям-рабочим. Они поддержат вас и советом и делом. Сговаривайтесь с ними, действуйте сообща. Когда вы заявите отказ от уплаты податей, против вас пришлют из города войска. Тогда в городе поднимутся рабочие, встанут на вашу защиту, как один человек, и власти будут разрываться на части, не зная, где потушить пожар.
Крестьяне! Нужно, чтобы этот пожар загорелся единовременно по всей России, и тогда не потушит его никакая сила. Такой всенародный пожар называется революцией!
9 января петербургские рабочие, после кровавой царской встречи, начали революцию. Они вступили на улицах в борьбу с царскими войсками, провозгласили смерть царскому правительству. Рабочие всей России пришли на помощь своим петербургским братьям. То в одном, то в другом городе рабочие бросают работу. Они требуют прекращения войны и созыва Учредительного Собрания, свободы и счастья для всего народа. Смело выступают рабочие, зверски отвечает им правительство. Широкой рекой льется рабочая кровь. В Варшаве, Лодзи, Риге и других местах тысячами полегли борцы за народное дело. Нет счета жертвам! Нет конца жестокостям царского правительства! Нет предела смелости и героизму борьбы!
Крестьяне! Слава павшим! Не за свое личное дело – за наше общее дело пали они! Подымайтесь, крестьяне! Присоединяйтесь к рабочим. Они надеются на вашу помощь и ждут вас! Рабочие готовятся в самом скором времени выйти одновременно во всей стране на последний решительный бой с вражьей силой царского правительства. Готовьтесь и вы к этому бою, крестьяне! Сговаривайтесь, соединяйтесь, вооружайтесь! Когда начнется в соседних городах решительная борьба, снимайтесь с места целыми селами и деревнями и направляйтесь в города. Заполняйте городские улицы, поддерживайте ваших братьев – городских рабочих!
Крестьяне! Когда вы присоединитесь к городским рабочим, ничто не устоит против такой силы. Ваш союз означает победу революции. А победа революции означает свободу и лучшую долю для всего народа.
Центральный Комитет РСДРП.[173]173
Эта прокламация найдена в архивах киевского губернского жандармского управления. Прокламация была издана типографией Бюро Центрального Комитета, во главе которого стоял тов. Красин. Точную дату ее издания установить нельзя, но ряд обстоятельств заставляет думать, что прокламация была издана в марте 1905 г
[Закрыть]
(Дело Киевск. Губ. Жанд. Управл. N 146 за 1905 г.)
Л. Троцкий. НОВЫЕ ЦАРСКИЕ МИЛОСТИПереполнилась чаша мужицкого долготерпения. В разных местах России поднимаются голодные крестьяне и требуют земли и хлеба. В центральных губерниях и на Кавказе, в Польше и Литве начинают крестьяне пробуждаться от тяжелого сна. Дальше так жить, как жили, они уже не могут. Пусть вспомнят старики, бывало ли когда на Руси такое тяжелое время для крестьян? Каждый день несет новые беды. К холоду да голоду крестьянскому прибавилась война. К войне прибавилась холера. Война берет людей и возвращает калек. Гибнет мужик, а кому до этого дело? Не царскому ли чиновнику? Из года в год заседают в Петербурге чиновники, обсуждают положение крестьян. Чиновники получают чины, ордена, тысячные оклады из тех денег, которые собираются царским правительством с крестьян. Легче ли вам от этого, крестьяне российские? Недавно, 30 марта этого года, царь, напуганный крестьянскими волнениями, назначил новое, совещание чиновников для обсуждения крестьянских нужд.[174]174
Высочайшим рескриптом 30 марта 1905 года на имя члена Государственного Совета Горемыкина последний был назначен председателем Особого Совещания для обсуждения вопросов землевладения и «удовлетворения всех нужд крестьянского сословия, ибо предпринятые ранее по этому предмету труды показали, что в некоторых внутренних губерниях империи хозяйственное положение сего сословия в значительной степени поколеблено». Главной задачей Особого Совещания должно было явиться «упрочение земельного строя крестьян». Особое Совещание должно было практически разрешить этот вопрос «при непременном условии охранения частного землевладения от всяких на него посягательств». Для этого необходимо предоставить крестьянам способы пользования отведенными им надельными землями, а нуждающимся в земле облегчить переселение при содействии крестьянского банка.
[Закрыть] Царские губернаторы пишут теперь во многих губерниях воззвания: ждите, крестьяне, мирно и спокойно милостей царских. Поп взывал к вам с амвона: молитесь, крестьяне, повинуйтесь властям предержащим и ждите терпеливо, что дадут вам царевы чиновники. Подлые газеты, получающие от чиновников подачки, как «Свет»,[175]175
«Свет» – ультрареакционная националистическая газетка, тесно связанная с охранкой. Выходила с 1882 г. и имела большое распространение благодаря своей дешевизне.
[Закрыть] «Гражданин», «Дружеские речи»[176]176
«Дружеские Речи» – газета крайне реакционного направления, выходившая в Петербурге с 1903 года, сначала еженедельно, а затем, с 1904 г., два раза в неделю. Издателем-редактором был известный реакционер и монархист, князь В. И. Мещерский.
[Закрыть] и другие, превозносят новые царские милости крестьянам. Посмотрим, крестьяне, что это за милости.
Под руководством бывшего министра Витте заседало целых три года и два месяца особое совещание о крестьянских нуждах. Когда оно открывалось, те же продажные души кричали: «Великие льготы готовит царь крестьянскому сословию!». Теперь это совещание царево закрыто. Подсчитайте-ка, крестьяне, те выгоды и льготы, которые вы получили за эти три года и два месяца. Много ли насчитаете? Теперь назначено новое совещание под управлением бывшего министра Горемыкина,[177]177
Горемыкин – один из виднейших деятелей царского правительства, неоднократно бывал генерал-губернатором. В 90-х годах в качестве министра внутренних дел прославился своей борьбой с пробуждавшимся рабочим движением. В 1905 г. Горемыкин был назначен премьер-министром. В последующие годы, вследствие своей старости, активного участия в политической жизни не принимал.
[Закрыть] богатого помещика, еще более заклятого врага крестьян, чем Витте. Горемыкину царь отдал приказ, из которого всякий, у которого голова не затуманена поповскими речами, может уже теперь ясно видеть, чего ему ждать от новой чиновничьей комиссии, от новой вороньей стаи, слетающейся по царскому приказу клевать мужичье тело. Вот что пишет царь на имя Горемыкина: «В некоторых внутренних губерниях России хозяйственное положение крестьянского сословия в значительной степени поколеблено». Крестьянство голодает, нищенствует, вымирает, а царь пишет: «положение крестьянства в значительной степени поколебалось». Это все равно, как если бы кто увидел дом, со всех сторон объятый пламенем, и сказал: этому дому в значительной степени угрожает опасность. Да и не везде, по мнению царя, «поколеблено» крестьянское хозяйство, а только «в некоторых внутренних губерниях». А в Малороссии? На Кавказе? В Прибалтийском крае? В Польше? На Урале? Там хозяйственное положение крестьян, по мнению царя, прочно и незыблемо; благополучие крестьян поколебалось только «в некоторых внутренних губерниях». Вы, крестьяне киевские, полтавские, черниговские, херсонские, донские, гурийские, мингрельские, польские, литовские, латышские и иные, из царского указа вы должны узнать, что вы неизменно благоденствуете, что над вашей участью царским чиновникам незачем утруждать свои головы.
Как же царь думает помочь крестьянам «некоторых внутренних губерний»? Крестьяне задыхаются от безземелья, а в руках царя и его семьи, в руках казны, в руках монастырей, в руках помещиков находятся безбрежные моря земли; надо бы думать, что царь прикажет нарезать крестьянам новые участки. Послушаем, однако, слова царского рескрипта (т.-е. указа). Царь пишет: «Я нахожу полезным, чтобы особое внимание обращено было на непосредственное упрочение земельного строя крестьян при непременном условии охранения частного землевладения от всяких на него посягательств». Подумайте над этими словами, крестьяне. Царь говорит, что нужно упрочить ваш земельный строй. Какими путями? Прежде всего, скажете вы, нужно возвратить крестьянам ту землю, которую помещики награбили у крестьян, особенно в тех внутренних губерниях, где даже по царскому мнению хозяйство крестьян поколеблено. Но нет! Царь не допускает и мысли о сокращении дворянского землевладения. Еще не указав ни одной меры упрочения вашего земельного строя, царь самым решительным образом заявляет, что не позволит посягнуть на помещичьи владения. У помещиков в руках необходимая крестьянам до зарезу земля. Крестьяне требуют этой земли, ибо иначе им – смерть. Милостивый царь подумал и решил: нужно улучшить поколебленное положение крестьян, но так, чтобы ни один волос не упал с головы дворянина, чтобы ни одна травка помещичьего поля не перешла в собственность мужика. Царь, видите ли, хочет, чтобы овцы были целы и волки сыты. Много было на земле людей помудрее Николая II, да никому еще не удалось решить эту хитрую задачу. Что же предлагает вам царь, кроме охранения помещичьих земель? Царь предписывает Горемыкину, чтобы были выработаны меры, которые облегчили бы крестьянам переселение на предназначенную для сего землю. Это одна милость. Если бы царь сказал: отвести нуждающимся в земле крестьянам для переселений казенные, монастырские, кабинетские и царские земли, это можно было бы понять. Но царь говорит только о тех землях, которые уже и раньше были предназначены для переселений. Какая же тут льгота? Да кто же не знает, что мужику для переселения отводятся большей частью те участки, которых за негодностью не берет себе ни царь, ни чиновник, ни дворянин. Ведь земли для переселений отводятся теми же хищными чиновниками. Редко кому удается устроиться на новом месте. Да и для этого, чтобы подняться, нужны немалые деньги. Есть ли они у вас, крестьяне? Покидай же, нищий мужик, родное пепелище! Переселяйся на песчаник или болото! А потом ходи с посохом по большим дорогам, стучись под чужими окнами да благословляй великую царскую милость.
Дальше царь предписывает принять меры, чтобы облегчить крестьянам покупку земли «при содействии крестьянского банка». Это вторая милость, которая не лучше первой. Крестьянский банк уже достаточно ясно показал, что, несмотря на свое название, он верой и правдой служит не крестьянам, а дворянам. Крестьянский банк покупает помещичьи земли по такой цене, какой никогда не дал бы частный покупатель. В чьих руках крестьянский банк? В руках дворян-чиновников. Они и пользуются казенными, т.-е. собранными с народа деньгами, для того, чтобы у самих себя покупать земли за сумму, какую они назначат. Бывший министр русского двора, а ныне наместник Кавказа, Воронцов-Дашков,[178]178
Воронцов-Дашков – граф, бывший министр двора еще при Александре III. Один из виновников Ходынской катастрофы во время коронации Николая II. В мае 1897 г. Воронцов-Дашков получил отставку, и его пост занял барон Фредерикс. Воронцов-Дашков, являясь членом Государственного Совета, оставался не у дел до назначения его наместником на Кавказе в 1901 г., где отличился как усмиритель восстаний в революционный период 1905 – 1906 г.г.
[Закрыть] бывший министр Дурново[179]179
Дурново, П. Н. – один из виднейших деятелей царского режима. Заняв в 1905 г. пост министра внутренних дел в кабинете Витте, прибегал к самым крайним мерам для подавления революции вплоть до попустительства погромной деятельности разных черносотенных организаций. Перед самым открытием I Думы, вместе с остальными членами министерства Витте, вышел в отставку, уступив место Столыпину.
Вот что о нем говорит гр. Витте в своих «Воспоминаниях» (стр. 452): «Дурново совершенно неспособный к какому-либо серьезному делу человек. Он совсем в Москве запутался, ничего не знал, что там делалось, в конце концов так растерялся, что выходил в генерал-адъютантском мундире на площадь для переговоров с революционной толпой с красными флагами и снимал при этом военную шапку».
[Закрыть] и многие другие чиновники сбыли крестьянскому банку свои имения по ростовщическим ценам, которые, разумеется, совсем недоступны разоренным крестьянам. Богатый крестьянин еще может купить землю при поддержке крестьянского банка, – обезземеленному бедняку, у которого нет своих денег, нет и не будет никакого доступа к щедротам крестьянского банка.
И еще одну милость царь несет крестьянству. В приказе на имя Горемыкина сказано: «Следует приложить заботы к завершению ограничения крестьянских наделов от земель прочих владельцев, дабы тем самым вящим образом утвердить в народном сознании убеждение в неприкосновенности всякой частной собственности». Царь сам заботится о том, чтобы отнять у вас, крестьяне, всякую надежду на его, царскую, помощь. Помещики оттягали у вас всякими нечистыми средствами ту землю, которую отцы и деды ваши своим трудовым потом напоили. Вы судились с помещиками в течение долгих лет, вы посылали в столицу ходоков, вы пытались выкурить хищных дворян красным петухом – теперь царь ясно говорит вам: «Не надейтесь, крестьяне! То, что помещики однажды вырвали у вас при помощи моих дедов-предков, теперь представляет их собственность, а частная собственность помещиков да будет для вас неприкосновенна. Не надейтесь на мою помощь, – говорит вам царь, – ибо я в моем государстве только первый дворянин: помещичья корысть – моя корысть, и помещичий убыток – мой убыток!» Во многих деревнях бродят слухи, будто царь решил после окончания войны передать крестьянам все помещичьи земли. Не надейтесь на это, говорит вам царь, помещичья земля неприкосновенна. Земля будет отведена только тем вашим сыновьям и братьям, которых я угнал на войну; в далекой Манчжурии им нарезают теперь солдатскими лопатами ровно столько земли, сколько нужно для братской могилы.
Крестьяне! Царский рескрипт на имя Горемыкина должен раскрыть глаза тем, у кого они были закрыты. Вы должны ясно понять: вам не на кого надеяться. Если не хотите погибнуть, ищите спасения собственными силами. Или, может быть, среди вас все еще есть такие, которые ждут милостей от царя? Пусть отзовется среди вас тот, кто думает, что царь – защитник народный, пусть ясно скажет вам: где, когда и в чем сказалась царская защита? Пусть ответит: если всесильный царь – защита ваша, откуда же ваша нищета, ваше безземелье, ваше рабство, ваши слезы, ваши стоны? Пусть скажет, о чем думали цари русские, когда крепостные крестьяне стонали сотни лет под дворянским ярмом. Где был царь Александр II, когда дворяне отрезали от крестьянских земель в свою пользу лучшие участки? Что сделали для крестьян последние цари: Александр III[180]180
Александр III (1845 – 1894) – вступил на престол после убийства Александра II в 1881 г. Царствование Александра III ознаменовалось решительным переходом на путь самой беспросветной реакции. Тупой, ограниченный, малообразованный, Александр III окружил себя отъявленными реакционерами. Совершенно не разбираясь в вопросах политики, Александр III был прекрасным знатоком и специалистом по сыску и жандармским делам. Он сам лично принимал деятельное участие в работе III (Охранного) Отделения. За годы царствования Александра III в России развивается революционное движение пролетариата.
Александр III умер от запоя в 1894 г.
[Закрыть] и Николай II? Помните, русские крестьяне, каждый царь русский с гордостью повторяет: я в моей стране первый дворянин и помещик. В сердце царском бьется помещичья кровь – его заботливое око направлено только на дворянское сословие. Цари русские обратили крестьян в крепостное сословие и дарили их, как собак, своим верным слугам-чиновникам. С царского согласия ограбили помещики крестьянские земли при отмене крепостного права. Царь Александр III закабалил вас дворянам – земскими начальниками.[181]181
Институт земских начальников – был учрежден законом 12 июля 1889 г. Согласно этому закону земские начальники утверждались в должности министром внутренних дел. Административно-карательная власть земских начальников была поставлена в сравнительно тесные пределы. По словам закона, должность земских начальников учреждалась с целью создания «близкой к народу твердой правительственной власти, которая соединила бы в себе попечительство над сельскими обывателями с заботами по завершению крестьянского дела, по охранению благочиния, общественного порядка, безопасности и прав частных лиц». В действительности этот институт был отражением феодальной реакции, под знаком которой прошло почти все царствование Александра III.
[Закрыть] А нынешний царь Николай II? Что сделал он для вашего блага? Припомните, крестьяне, хорошо припомните, ничего не упустите: много ли добра принес вам Николай II? Утер ли он хоть одну мужицкую слезу? Во многих губерниях и уездах изголодавшиеся крестьяне захватывают теперь помещичьи земли и помещичий хлеб. Но царское правительство не дремлет. Оно заступается за помещиков и отправляет против мирных крестьян свои войска. Захваченное крестьянами имущество возвращается обратно помещикам, а крестьяне заточаются в тюрьмы царские. Так было всегда, так будет и впредь. Знайте, крестьяне, доколе Россией правит царь, окруженный сворой дворян-чиновников, вам нет спасения. Царская армия, состоящая из ваших сыновей и братьев, посылается царем против вас же для защиты грабящих вас помещиков. Так было всегда, так будет и впредь. 10 апреля,[182]182
30 апреля был издан высочайший именной указ правительствующему сенату «о беспорядках, возникающих в некоторых сельских местностях, сопровождающихся разгромом и грабежом, преступными скопищами крестьян владельческих усадеб. Такое злонамеренное нарушение не может быть терпимо, всякая частная собственность неприкосновенна».
«Для этого необходимо, – гласит указ, – создать по мере надобности в уездах временные комиссии под председательством предводителей дворянства, которые занялись бы выяснением лиц, участвующих в преступных скопищах крестьян и исчислением имущественных убытков, для привлечения к платежу с взысканием движимого или недвижимого имущества». Министерству внутренних дел предлагалось представить этим комиссиям определенных лиц, следящих за действиями этих комиссий.
[Закрыть] т.-е. через несколько дней после провозглашения в рескрипте великих «милостей» крестьянскому сословию, царь издал указ правительствующему сенату относительно крестьянских беспорядков. Гневно пылает царское сердце при виде помещичьих убытков. «Злонамеренное нарушение имущественных прав преступными скопищами крестьян не может быть терпимо. Виновные будут неуклонно подвергаемы суровой каре и привлекаемы к имущественной ответственности». Так гремит негодующий царь. Кто эти виновные? Это твои рабы, преступный царь, которых ты, твои министры и твои дворяне довели до гибели. Твоим рабам нечего терять, и вот в припадке отчаяния они подвергают разгрому своих вековых угнетателей. Но тирану-царю нет дела до народных бед и народного отчаяния. Он повелевает в своем последнем указе учредить по уездам новые комиссии из дворян и чиновников для исчисления тех убытков, которые причинены помещикам восставшими крестьянами. «По этим убыткам, – говорит царский указ, – взыскание должно быть наложено на все без изъяния движимое и недвижимое имущество всех членов сельских обществ, участвовавших в скопищах крестьян, коими произведены разгромы и грабежи». Таким образом, дворяне будут сами по собственному усмотрению определять свои убытки и уж, конечно, они себя в обиду не дадут; как было в Харьковской и Полтавской губерниях в 1902 г., так и теперь помещики будут взыскивать вдвое и втрое против действительных потерь, а платить должны по царскому решению все члены сельских обществ; и те крестьяне, которые участвовали в разборке амбаров, и те, которые мирно сидели в это время дома. Взыскание будет наложено на все имущество без изъятия; последний ломоть хлеба будет вырван у несчастных крестьянских ребят, лишь бы помещику не было обиды. Так решил наш мудрый, милостивый и благочестивый государь, сидя у себя во дворце, в Царском селе 10 апреля 1905 г.
Теперь вы видите, крестьяне, что один лишь захват земли и имущества у соседнего помещика не может помочь вам. За спиной помещиков царь со своими чиновниками и со своими войсками. Вы не получите никакого облегчения ни от земельной кабалы, ни от податной петли, доколе власть находится в руках самодержавного царя. Народ должен сам взять в свои руки свою судьбу. Народ должен сам стать хозяином в своем государстве. Крестьяне! Между вами и хлебом насущным стоит царское правительство. Вам нужно сбросить прежде всего этого врага, если хотите вздохнуть свободнее, если хотите, чтобы детям вашим жилось легче. Крестьяне! Собирайтесь на сходы и единогласно заявляйте: не верим царскому правительству и не ждем ничего от его забот. Не верим новому совещанию Горемыкина. Чиновники нам враги, а не друзья, только сам народ может себе помочь. Для этого весь народ должен послать своих излюбленных доверенных людей в столицу; там они обсудят народные нужды и издадут необходимые народу законы. Сознательные крестьяне! Разъясняйте вашим темным братьям, что спасение крестьянства и спасение всей России – в созыве Учредительного Собрания, состоящего из свободно выбранных представителей от всего народа. Во многих местах крестьяне уже начинают понимать, что без Учредительного Собрания нельзя ни от податей освободиться, ни выбиться из земельной кабалы. В Саратовской губернии Ивановское сельское общество сделало недавно на своем сходе такое постановление: «Мы поняли, что один путь остается для нашего спасения от нищеты и тьмы – это созыв народных представителей. Вся наша надежда только на них, истинных наших заступников, а потому мы требуем: немедленного созыва народных представителей для участия в переустройстве нашего государственного порядка; а чтобы представители были действительными и истинными выразителями наших нужд, требуем, чтобы нам не мешали выбирать того, кого мы захотим, а для этого нужно дать право всем писать и говорить свободно. По той же причине требуем везде отмены усиленной охраны – нагайки казаков и штыки солдат не успокоят нас». Так пишут 156 саратовских крестьян, требуя замены царского правительства – правительством народным. Это требование давно уже выставлено городскими рабочими, которые борются с царским самодержавием за свою и за вашу волю. Слышали вы, сколько было убито царскими солдатами рабочих в Петербурге 9 января? Это за то, что они требовали свободы для всего народа и земли для крестьян. Крестьяне! поддержите городских рабочих, соединяйтесь с ними для борьбы с народным бесправием. В каждом городе существуют комитеты социал-демократической партии. Это рабочая партия. Она борется за счастье всего рабочего народа, она издает свободные листки и газеты о народных нуждах и руководит борьбой рабочих за лучшую долю. Завязывайте сношения с социал-демократическими комитетами. Они снабдят вас листками и книжками и дадут указания, как устраивать во всех деревнях и селах социал-демократические крестьянские кружки. Крестьяне! Собирайте сходы и требуйте прекращения войны. Если земские начальники или урядники захотят помешать вам составлять такие приговоры, – не повинуйтесь им. Безбоязненно боритесь за народное дело! При новой мобилизации не отпускайте запасных. Война народу не нужна. Довольно смертей и убийств. Крестьяне! Собирайте сходы и сообща отказывайтесь платить подати и налоги. Довольно из вас царское правительство высосало кровавого пота. Пусть налоги платят богатые, бедным платить нечего. Крестьяне, собирайте сходы и протестуйте против зверских насилий, учиняемых солдатами над рабочими и над крестьянами. Заявляйте открыто: солдат – сын народа и не смеет стрелять в народ. Посылайте такие постановления всем солдатам вашего села. Поднимайтесь, крестьяне! Пора! Городские рабочие зовут вас к бою! Царское правительство держит наготове свои войска, чтобы раздавить пробужденный народ. Но когда поднимется всероссийское крестьянство и присоединится к городским рабочим, тогда не справиться царским войскам с народной революцией. Царское правительство падет, наша родина станет свободна, и рабочий народ сможет открыто и свободно бороться за счастливую долю.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.