Текст книги "Саур-Могила. Военные дневники (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/saur-mogila-voennye-dnevniki-sbornik-131545.jpg)
Автор книги: Максим Музыка
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Пара цитат, очень хочется тут их «запостить»:
«Настоящий воин воюет не потому, что он ненавидит то, что перед ним, а потому что он любит то, что за ним».
«Между тобой и врагом – только твоё оружие. Между твоей семьёй и врагом – только ты и твоё оружие».
Иногда бывает такое время, когда к тебе домой, в твою страну приходят люди, которых не интересуют деньги и разговоры. Их нельзя купить. Их нельзя отговорить. Они имеют свои чёткие убеждения. Например, они считают, что твоей нации не существует – «нет такой национальности, украинец, вы просто русские манкурты», и если ты не согласен, то, значит, ты «бандеровец» и тебя надо убить. В таких случаях единственное, что остаётся делать, – это действовать. Тоже брать автомат и идти валить их. Сколько бы высоких энергий не переплеталось в нашем мире. Всё равно, конечным проявлением, меняющим мир, является действие.
В итоге я выбрал для себя компромиссный вариант. Ну ок, буду помогать стране своим трудом, но потом. А сейчас я пойду в АТО, не оформляясь, на месяц, помогу с оружием в руках, сколько смогу. Минус два врага, если повезёт – это плюс два украинца, которые выживут. Не будет страховки и статуса, зато смогу вернуться к концу отпуска на работу. А если убьют или покалечат, то какая разница? Что со статусом, что без.
Мне казалось, что чем больше нас будет на фронте в этот месяц, тем быстрее закончим и начнём мирное строительство в освобождённых городах. Тогда ВСУ теснили захватчиков несмотря на потоки «добровольцев», специалистов и оружия из РФ, несмотря на обстрелы с российской территории по нашим войскам и населённым пунктам. Казалось, что ещё месяц – и мы выйдем на границы. Только открытый ввод войск РФ мог нам помешать это сделать. Пойдёт ли на это Кремль?
На работе я взял весь отпуск за год и посвятил узкий круг друзей и непосредственное начальство, где я этот месяц собираюсь провести.
– Я надеялся, что тебе хватит ума не идти, – грустно сказал Олег, мой лидер, начальник направления. – Человек, который сам решил идти убивать других, не совсем нормален, на мой взгляд.
– Вообще-то по отношению к стране совершается военная агрессия, – начал было оправдываться я, но, посмотрев на Олега, понял, что я его не переубежу. Слишком высоки были его вес и авторитет.
– И что теперь говорить заказчику? Мы уже пообещали, что ты переедешь работать в Питтсбург. Ты понимаешь, что ты всех подвёл?
– Говори то же, что и раньше. До поездки ещё два-три месяца. Я вернусь и поеду. Ему не обязательно знать, где я буду этот месяц.
Похоже, что Олег не сильно верил в то, что я вернусь, поскольку после возвращения (а свою часть договора я выполнил) разговора про Питтсбург уже не было. Видимо, всё отменили.
Влад, Наташа, Олег и Лёша скинулись и купили мне крутой мультитул «Leatherman ALX». А на сдачу купили бинокль. Это был подарок на мой будущий день рождения.
Один из советов, которые мне дал Влад, – это была медитация на смерть. Прежде чем идти воевать, надо представить себе что тебя убили, и внутренне принять этот факт. Получилось? Хорошо, следующий этап – покалечили и вернулся без руки или ноги. Сможешь себя таким принять и жить дальше? Если да, то иди, ты готов. Я пробовал, действительно помогает принять решение спокойно и осознанно. Делюсь рецептом.
Ира, хоть и понимала меня, но очень боялась потерять и не хотела, чтобы я уходил. Что я мог ей ответить? Мелкопафосно конечно, но из песни слов не выкинешь:
– Ты знала, за кого выходишь замуж – за мужчину. Как у львов? Она его кормит, а он защищает территорию прайда. И чего я буду стоить как мужчина, если останусь? Буду жив – вернусь. Тем более мы там не основную роль играть будем. Там будут настоящие спецы, а мы так, на усилении. Принеси-подай-почухай.
Родителям соврал, что еду на полигон под Киевом. Типа летний лагерь для взрослых с начальной военной подготовкой. Но это ещё что, «Бобёр», например, долго держал всех своих в неведении, рассказывая, что чинит технику где-то в Краматорске. Пока его не ранили, и легенда про починку техники развалилась.
В начале августа мы должны были выдвигаться. Но что-то откладывалось, и выезд в АТО состоялся 5 августа. Выехал практически весь силовой блок Харьковского народного полка.
![](i_052.png)
Отъезд в АТО. Харьков. 5 августа
5–6 августа. Первый день в АТО, или Как я не попал на штурм Саур-Могилы
Выезжали утром с автостанции на Пролетарской.
Меня провожала Ира. Подъехали товарищи по ХНП и пара людей не из полка, тоже к «Вихрю» в отряд. Были и провожавшие, жёны, дети, друзья. Настроение было как в детстве, когда увозили в больницу. Не хочется покидать дом, тревожно, впереди неизвестность.
Но нельзя показывать виду. Жена рядом, ей и так тяжело. Да и перед товарищами раскисать было бы стыдно.
Подъехал «Вихрь» (командир) на «мицубиши» Альберта – одна из лучших машин для АТО. Подогнали микроавтобус. В вещах, которые вёз «Вихрь», были даже холодильник и стиральная машинка. Этот холодильник потом стоял в палатке. Удалось ли подключить стиралку к воде, я не знаю.
Я обнял Иру. Не помню, что говорил ей, но что-то глупое, неважное, утешительное. Мы загрузились и начали свой путь в Краматорск. «Вихрь», Юра, Юра без пальцев, «Сокол», «Берёза», «Угрюмый», «Бродяга», «Монах», «Бобёр», «Лис», «Шмель» и я.
Проезжая военную часть в Чугуеве, я обратил внимание на надписи на заборе: «Украина – хорошая была страна». Пропаганда тогда работала на то, что мы страна «404».
Дорога была не утомительная, в Изюме подобрали ещё троих – Женю, «Сороку» и «Ворона». Проезжая между Славянском и Краматорском, поглазели на обгоревшие останки бронетехники, тогда для нас это было в диковинку. «Вихрь» рассказывал, как эти танки подрывали. Одни били по ним из посадки, больше чтобы отвлечь, а другие вытаскивали на дорогу противотанковые мины на досках. Это то, что я тогда услышал.
Ещё засветло добрались до Краматорска и разместились в палатке. Это была большая армейская палатка. На стенах внутри висели детские рисунки. Вдоль стен стояли железные раскладные кровати. Посередине стоял импровизированный стол, сколоченный из досок.
Палатка стояла рядом со взлётной полосой. Место было шикарное, видно и слышно, как на соседней полосе взлетают и садятся военные самолёты. Ближайшая к нам полоса для самолётов не использовалась. На ней стояли вертолёты, ездила техника, ходили люди. И всё это – на фоне заходящего солнца.
![](i_053.png)
Где-то по дороге в Краматорск.
В Краматорске до нас уже были «Ганс», «Леший» и «Каптёр». Они поставили палатку пару дней назад, к нашему приезду. Ещё два бойца, Макс («Зоран») и Сергей («Быстрый»), были на задании. Как нам сказали, поехали охранять высокого чина – целого полковника из генштаба, куда-то в район Амвросиевки. Про готовившийся штурм Саур-Могилы никто не знал. А кто знал – молчал.
Мы поужинали в столовой. Идя по взлётке, обратили внимание с «Бобром», что всё это похоже на фильмы про Вьетнам. Заходившее большое красное солнце над бетонной полосой. Проезжавшие мимо «уазики» с открытым верхом и установленными на станинах пулемётами или АГС. Жара и проходившие мимо военные в натовском камуфляже, купленном за свои деньги или подаренном волонтёрами.
В палатке выпили чаю. Вроде жить можно. Впереди – боевая подготовка, обучение и потом, если повезёт, то я успею побывать на боевых выходах до того, как закончится АТО или мой отпуск. Тогда я не был уверен, что из этих двух событий произойдёт раньше.
![](i_054.png)
Лагерь в Краматорске. Август 2014.
«Вихрь» ушёл из палатки, потом вернулся с посерьёзневшим лицом и сообщил две новости.
Первая, что палатку надо будет перевезти, – начальству не нравится, где она стоит.
Как он сказал потом про то, что вариантов оставить палатку на месте не было: «Он – старший, скажет тебе усрись, и ты ни куда не денешься, усрешься на том же месте, как младший по званию».
А вторая, что ситуация поменялась и нужны добровольцы на завтра – выручать ребят в Амвросиевке. И что он понимает, что мы только прибыли, не обучены и не оформлены. Поэтому спрашивает, кто имеет боевую подготовку и готов добровольно лететь завтра?
Кто готов? Готовых быстро набралось достаточно. С «Гансом», «Каптёром» и «Лешим» всё понятно – они не обсуждались. Вопрос был в нас. А наша команда напоминала мне новобранцев из комедии «Полицейская академия» – все были очень разные. При этом большая половина, если надо, то после лёгкого замешательства готова была ехать хоть сейчас. Правда, мы честно предупредили, что некоторые без боевого опыта. Зато «Сокол», например, увлекался охотой. А «Бобёр», хоть и с белым билетом, но держал автомат на военной подготовке, как и «Монах». А я, ещё один белобилетчик, из своего помпового «Ремингтона 870» тоже неплохо стреляю (был несколько раз в тире ХАДО). Ну, в общем, спецура чо…
В том, что я смогу попадать и вообще действовать, я не сомневался. Сомневался в том, что смогу делать это эффективно и не помру глупой смертью в самом начале. «Берёза», «Бродяга», «Угрюмый» какую-то военную подготовку имели, и это вселяло в меня надежду. Я собирался смотреть за «Берёзой», чтобы понимать, когда падать, куда стрелять и бежать.
Наверное, дела у ребят под Амвросиевкой обстояли не очень, раз «Вихрь» одобрил нас всех. Он дал нам верёвочки-обереги, которые повязывают вокруг запястья, велел придумать позывные и утром быть готовыми к вылету.
![](i_055.png)
Сборы перед вылетом. Краматорск, 06.08.2014.
Начали придумывать позывные те, у кого их ещё не было. Тогда «Бобёр» стал «Бобром» чтоб творить бобро, а может потому, что его сыну нравились «злюки-бобры». «Бродяга», потому что много бродил раньше в походах. «Шмель», потому что название хорошее и насекомое интересное. А «Лис» стал «Лисом» позже, через пару дней, потому что запасливый и хитрый.
Я сначала хотел взять позывной «Пан», по инициалам. Но этот позывной забраковали. Один слог – это мало. В рации может теряться или спутаться с другим звуком. Например, услышишь «па» или «ан» и будешь думать, что это было?.
Поэтому я взял позывной «Шаман». Как раз, когда собирался в АТО, забросил в сумку свой варган. Подумал, что будет «Шаман» играть на варгане. Тогда я ещё не знал, что варган не хотел на войну и ушёл от меня – с того момента, как я его брал дома, он пропал.
Когда я услышал, что Саша берёт позывной «Монах», у меня мелькнула мысль, что нас будут путать. Так и произошло. Несколько раз потом при переговорах по рации люди путали позывные «Шаман» и «Монах». Семантическая связь.
День был утомительным, и, несмотря на предстоящее завтра, я долго не ворочался – уснул на своей кровати быстро.
На следующее утро мы нацепили на себя бронежилеты, рации с гарнитурами. Оружия не было, обещали выдать на месте. Получились две маленькие группы. «Вихрь» назначил старших, «Ганса» и «Сокола». Люди стали разбираться по группам. «Берёза» с «Угрюмым» ушли в группу к «Гансу» – меня это расстроило. Вообще меня слегка напрягало, что в нашей группе все оказались без боевого опыта. Некоторые, типа меня, даже без армии за плечами. We are doomed, подумалось мне.
Буквально перед выездом к вертолёту подошёл Иса с крымчанами. И «Вихрь» объявил, что наша «зелёная» группа остаётся – нужно место для людей из батальона «Крым». Из людей «Вихря» летят сам «Вихрь», «Каптёр», «Леший», «Ганс», «Берёза» и «Угрюмый».
Так я не попал на штурм Саур-Могилы. Но, может, оно и к лучшему.
Первые дни в Краматорске
Знакомство с батальоном «Крым»
Командир «Вихрь» и более опытные бойцы улетели куда-то под Амвросиевку. О том, что это было участие во взятии Саур-Могилы, официально уже взятой, мы узнали потом, когда они вернулись. Но – это отдельная история, и к тому же не моя, а значит, и не мне её рассказывать.
![](i_056.png)
Палатка в Краматорске.
Так и получилось, что переночевав после приезда в расположение, мы остались на несколько дней без непосредственного начальства. Палатку перевезли в первой половине дня. Потом начались «бумажные дела» с оформлением и призывом. Но, по большому счёту, высокому командованию было не до нас, чем мы и пользовались. Большую часть времени мы были свободны. Акклиматизировались, ходили в гости к батальону «Крым» и учились стрельбе без ведома начальства, по принципу «бежала через мосток, схватила кленовый листок» (но об этом ниже).
Более близкое знакомство с батальоном «Крым» для меня началось с рассказа о Жеке («Малом»), который пошёл помыться в ручье, а заодно пару старых сепарских растяжек снял и оставил себе, как трофей. Мне очень понравилась высокая мотивированность кырымлы. Именно тот случай, когда «нас мало, но мы в тельняшках». Рассказы про то, как Саур-Могилу, занятую ВСУ, штурмовали кадыровцы, а им отвечали огнём из «калашей» и криками «Аллах акбар!» – это правда, и это про них.
На второй или третий день мы отправились в гости к ребятам из «Крыма». Они располагались за периметром лагеря ВСУ и были без оружия, ибо добровольцы. Тогда было так. В тот день там были те бойцы, кто не попал на задание с Исой. Например, Жеку не взяли из-за его возраста – несовершеннолетний (он туда все равно попал, но позже). От него мы тогда узнали, что, если просто прийти на стрельбище, то могут дать пострелять и даже подскажут, как правильно это делать. Ребята рассказывали нам, что дома не знают о том, что они воюют. Думают, что на заработках по стройкам работают. Такие же истории были и у нас. «Бобёр», например, сказал дома, что едет чинить БТР, где-то в тылу. Как он потом объяснял осколок в плече – своё первое ранение, я могу только догадываться. Я тоже родителям соврал, что еду под Киев в лагерь для резервистов, учиться Родину защищать…
Одно из воспоминаний тем вечером. Мы на месте, которое было крайним постом, когда Краматорск был захвачен, и обстреливалось раньше сепаратистами. Жека, «Бобёр» и я. На земле – пробитые мешки с землёй, гильзы и пули. Над горизонтом висит большое оранжево-красное солнце. С рёвом пролетают истребители, отрабатывая боевое слаживание. Жека оживлённо что-то расказывает, «Бобёр» участвует в разговоре. А у меня какое-то странное умиротворённое состояние. Как будто завтра умру, и хочется раствориться в этой красоте вокруг меня. Насладиться всеми звуками, запахами, впитать их, почувствовать тепло заходящего солнца на лице. Наверное, со стороны выглядело, что я торможу. Подобрал пулю от СВД, положил в карман на память. Такие моменты дорогого стоят… «Бобёр» потом был два раза ранен и, после второго, всё ещё лечится. А за Жеку я радуюсь каждый раз, когда читаю новость о нём, – значит, жив и в порядке.
«Мы из спецназа, честно-честно… просто ещё маленькие, и физкультуру прогуливали»
Послушав Жеку, мы, небольшой импровизированной разведгруппой отправились на стрельбище. Были «Бобёр» и «Лис», кажись, «Монах» тоже был. Может, ещё кто-то был – память уже не та… Потусовавшись там немного, подошли к группе каких то спецов, которые стреляли.
Одна из вещей, что там запомнилась, когда имел дело с настоящими бойцами, – это спокойное, доброе отношение к тебе. И ты понимаешь, что это потому, что человек чувствует свою силу, видел смерть и знает цену жизни. Отсутствие наносного. То, чего я мало вижу тут, в тылу…
Так вот… подходим мы к ним и слышим:
– О! А мы подумали уже, что ты сепар, судя по твоей футболке (у меня была зелёная футболка, а на ней оранжево-чёрный узор).
– Так давайте, я вам футболку для мишени, а вы нам – пару рожков патронов на пострелять?
Футболку они брать не стали. Но пострелять нам дали.
Я вообще стрелял из «калаша» первый раз. Старший даёт мне патроны, я пытаюсь отсоединить магазин, получается криво. Начинаю забивать патроны, они перекашиваются. Спец поправляет. В общем, чувствую себя школьником. Думаю, другие выглядели тоже не намного лучше, но мне было не до них. Потом я выстрелял рожок, оглох, зато понял, что со ста метров в противника я точно попаду, если что. И настроение улучшилось.
Уже когда расходились, один из спецов спросил, из какого мы подразделения. Я ответил – спецназ. Он переспросил, ибо решил, что ослышался. Я повторил. Надо было видеть его лицо и взгляд в тот момент. Сначала недоверие с удивлением, затем там промелькнула мысль: «Пипец… дожились…».
«Лис» потом меня попросил, чтоб я никому больше не говорил, что мы из спецназа, ибо стыдно. Как я его понимаю…
Потом мы побывали под Горловкой и на Саур-Могиле. А остальные ребята, которые остались, ещё и под Дебальцевом и Мариуполем. И не спецназ, как оказалось, а разведка. Теперь уже вспоминается с улыбкой «то время золотое».
Первые дни в лагере (продолжение)
На следующий день после того, как нам удалось пострелять на стрельбище вне очереди, мы снова пошли, но уже полным составом. Плюс «Сокол», «Шмель», «Бродяга», оба Юры, «Кум», «Ворон»… Те, кто были в лагере. Постреляли, из чего дали. А дали из СВД и АКС.
В палатке на столе стояла фигурка сидевшего человечка – «генерал». Один из наших принёс со стрельбища патрон и приставил его к фигурке так, что получился «хер-генерал».
Несколько первых дней прошли быстро и ненапряжённо. Стояла летняя жара. Даже ночью не было прохлады. Сухая трава шуршала под ногами, и с каждым шагом поднималось облачко пыли. Мне это сильно напоминало семинар по йоге в Крыму, в Лисьей бухте.
Когда ходили в столовую, мы иногда делали крюк, чтобы пройти по взлётной полосе, – там появлялось ощущение простора и неба. И напоминало Въетнам.
Периодически ходили набирать бутылированную питьевую воду, которую привозили фурами волонтёры. Бывало, выходили в город по делам – например, отправить-получить недостававшие для призыва документы на Новой почте.
![](i_057.png)
«Хер-Генерал».
Вечером, смыв с себя пыль и пот в душе, можно было спокойно поговорить с домом или поглазеть на луну, отдыхая от дневной жары. В траве что-то стрекотало, притворяясь кузнечиками, иногда неподалёку срабатывали сигнальные растяжки или кто-то открывал огонь по беспилотнику.
Ещё, наверное, надо честно признаться, что я тогда втихаря гордился красно-белой нитью-оберегом, которую «Вихрь» раздал тем, кто вызвался на задание. И которую я носил на запястье. Глупо, наверное (не то, что носил, а то что гордился), но факт.
Ребята занимались оформлением, ездили в военкомат в Славянске на медкомиссию. Те, кто хотел призваться, прошли её без проблем. Даже те, у кого был белый билет. Достаточно было говорить, что ничего не беспокоит. Не получилось только у Юры – у него на правой руке нет трёх пальцев. Жить ему это не мешает, но врачи не пропустили – слишком явно. Юра, конечно, расстроился. Дома у него остались четверо детей, и он не мог позволить себе идти в АТО без официального статуса. Нет статуса – нет страховки в случае гибели кормильца. Поэтому он принял решение вернуться домой. Думаю, что он всё сделал правильно.
Я мог пройти медкомиссию, просто не надо говорить о проблемах. Здоров? Да здоров, жалоб нет. Но решил не оформляться, чтобы иметь возможность вернуться через месяц.
Подойдя к кадровику, я сказал, что мне не нужно оформление, не нужен статус. Я готов выполнять приказы командира, действуя в составе подразделения, и не хочу сидеть в тылу. Но через месяц, в случае, если буду жив, я отправляюсь домой. И меня интересуют два момента. Чтобы у меня не было препятствий с уходом из части. И чтоб меня не посадили за то, что я буду воевать этот месяц. Офицер улыбнулся, взял список:
– Хорошо, ещё один… запишем партизаном.
Вообще, то, что я пишу, на мой взгляд – проблема, которую придётся как-то решать в будущем в рамках всей страны. Это – статус партизан и неоформленных добровольцев. С одной стороны, очень удобно для всех – никто никому ничего не должен, мотивация высокая, но если не понравилось что-то – ушёл, если ранен или погиб, то даже в сводки с потерями не попадёшь. С другой стороны, все они формально являются преступниками по статьям УК (поскольку войны официально нет). Что с этим будет делать наше государство, хрен его знает… Может, легализуют. А пока этого не произошло, я всё буду отрицать. И, если что, то меня там не было, оружия никто не давал и т. д. Я всё продумал.
Эх… а тогда нам наивным казалось, что ещё месяц, надо только поднажать. Выгоним с Украины российских отпускников и добровольцев, разоружим местных жертв российской пропаганды, пересажаем бандитов (или перестреляем самых упоротых) и начнём налаживать мирную жизнь. С россиянами-добровольцами и местными коллаборантами врага мы бы справились. Даже теми силами, что были. Даже несмотря на открытый российский военторг и артобстрелы со стороны РФ. Так бы и было, если бы в конце августа не вошли войска РФ, хоть и без шевронов, но целыми подразделениями, и практически не таясь…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?