Читать книгу "Танцующая для дракона. Звезды падают в небо"

– Сказал, что вернет Лархарру, если я брошу тебя.

– А ты что сказала?

– Ну, я же здесь.

Гроу вздохнул, а потом кивнул.

– Ну, поздравляю, Танни Ладэ. Ты познакомилась не только с моим отцом, но и с его методами. Спать-то пойдем или как?

И… это что? Это все?

Мне не скажут, что я дура, что я лезу не в свое дело, что он сам во всем разберется, и все в том же ключе?

– Ты сейчас точно не хочешь больше ничего мне сказать?

Гроу приподнял брови.

– За последнее время я столько раз признавал свою неправоту, что сейчас самому стремно. Я не должен был так говорить. – Он кивнул. – О том, что ты…

– У меня не получилось, – вдруг сказала я, обхватив себя руками. – Я обещала Гайеру, что решу проблему в Лархарре, но когда твой отец сказал, что… я не…

Продолжить мне не позволили, просто притянули к себе.

– Когда я с тобой познакомился, – сообщили, целуя в висок, – решил, что ты просто избалованная сестричка Леоны Ладэ. То, что ты маленький бронированный флайс, который прет напролом, я понял чуть позже. Равно как и то, что броня у тебя ненадежная.

– Да ты что? – буркнула я, понимая, что напряжение меня наконец-то отпускает. Поэтому чуть повернулась, чтобы видеть его глаза. – И что ты еще понял?

– Понял, что без тебя мне паршиво, – произнес Гроу и добавил: – Пойдем спать, Танни. Я серьезно. Я всю ночь тебя ждал, на пару с Бэрри сожрал жаркое…

– Значит, романтический ужин у тебя все-таки был? – поинтересовалась я, с трудом сдерживая не то смех, не то слезы.

– Ты даже не представляешь какой. Она так романтично чавкала, расправляясь с бедром в залежах цветов, что я чуть не прослезился.

– Идиот, – сказала я.

– От идиотки слышу.

Гроу вернул мне комплимент со свойственным ему изяществом, а потом подхватил на руки.

– Когда я тебя увидела, – заметила я, пока меня несли к лестнице, – то решила, что ты абсолютный и непроходимый набл. И только потом поняла, что где-то глубоко внутри тебя живет суровый, но романтичный дракон.

– Ты себе представляешь, как должно раздуть набла, чтобы в нем поместился… гм, дракон?

– Я много чего могу себе представить, – сказала я. – Я же спецэффекты делаю.

– Дайте мне это развидеть.

Вместе с напряжением меня оставили даже остатки сил, поэтому, когда Гроу притащил меня в неразрушенную душевую кабину и поставил на пол, я вяло потянула футболку через голову.

– Если будешь что-то делать, не буди, – предупредила, пока Гроу расстегивал рубашку.

– Я, конечно, извращенец, Ладэ, но не настолько, – фыркнул он. – Ты себя в зеркале видела?

– Эй!

В режиссера прилетело футболкой, которую он отбросил в сторону.

– Я имел в виду, что ты напоминаешь новорожденного пустынника. Глаза закрыты, и лицо такое же осмысленное.

В режиссера прилетело еще и джинсами, а я отправилась в душевую кабину. Учитывая, что пустынники рождаются под землей, в пустотах глубоко под песками, они долгое время остаются слепыми. Пока не выходят на поверхность, и даже тогда с большой натяжкой можно сказать, что видят, по большей части они ориентируются на движение и тепло.

Когда Гроу ко мне присоединился, попыталась отступить как можно дальше, но мне не позволили.

– Ну и что ты собираешься делать? – поинтересовалась я, когда сильные ладони легли мне на грудь.

– Тебе правду сказать или как?

– А или как – это как? – попыталась уточнить я, чувствуя, что под неспешными мягкими поглаживаниями внутри открываются неведомые моему телу ресурсы выносливости.

– Или как – это я хочу тебе помочь принять душ.

– А, правда – это…

– Я тебя хочу, Ладэ.

– А говорил, не извращенец, – философски заметила я.

Когда Гроу развернул меня к себе и поцеловал, остатки мыслей благополучно испарились. Самое странное заключалось в том, что мне действительно помогли принять душ: от неспешных легких движений его рук, больше напоминавших расслабляющий массаж, чем что-то еще, по телу растекалось приятное тепло.

Поставив себе заметку устроить ему ответный массаж, и отнюдь не расслабляющий, я просто позволила Гроу привести меня в состояние «бронированный флайс в спящем режиме», растереть полотенцем и запихнуть в общую постель под простыню. Под этой самой простыней я прижалась к своему невыносимому режиссеру и благополучно провалилась в сон.

Глава 10

Утро начинается с кофе. По крайней мере, у меня всегда начиналось: я выбегала на пробежку с Бэрри, покупала себе в ближайшей кофейне одурительно пахнущий даже под плотно прикрытой пластиковой крышкой бодрящий напиток и возвращалась домой, чтобы дополнить завтрак на скорую руку сбацанными сэндвичами или кашей. Иногда приходилось обходиться только кофе (если заказчик сбросил что-то, что надо сделать, доделать или переделать срочно), и тогда о еде я вспомнила ближе к обеду. Голодная, как зверь.

Сегодня мне такое не грозило, потому что, продрав глаза, я увидела стоящий на постели столик, на котором дымился кофе, лежали сэндвичи, сладкие булочки, фрукты, стояло несколько разновидностей джемов, соусница и сливки. Рядом сидел Гроу (такой довольный, словно успел уже все это сожрать, а заодно проделать со мной все то, что обещал вчера, пока мы принимали душ).

– Доброе утро, маленький бронированный флайс.

– Доброе утро, большой суровый дракон. Если оно, конечно, утро.

Гроу посмотрел на часы.

– Ну да, давно уже не утро. Вторая половина дня, если верить этой штуковине.

Но чувствую я себе кайфово.

Настолько кайфово, что стоило огромнейших усилий не начать лыбиться, глядя на завтрак в постели.

– Я сейчас, – быстренько сказала и вылезла из-под простыни.

Убежала в ванную, где наскоро привела себя в порядок, умылась, продрала спутанные после сна волосы, а потом все-таки пару минут улыбалась своему отражению. В конце концов, когда тебе приносят завтрак в постель – это приятно. Да что там говорить, это мегаприятно, и наверное, я никогда в жизни не чувствовала себя настолько очешуевшей от сиюминутного счастья.

– Если ты посидишь там ефе, – донеслось из спальни, – я фам все сожру.

– Ну, уж нет!

Я вылетела из ванной уже гораздо более готовая поглощать романтический завтрак, чем еще несколько минут назад. К слову сказать, Гроу уже взгромоздился на кровать прямо в ботинках и джинсах и теперь уплетал сэндвич. Хотя, взглянув на меня, залип.

Только тут я поняла, что все еще голая, и, совершенно неэстетично пискнув, влетела под простыню.

– Знаешь, Танни, – сказал он, когда все-таки закончил жевать. – Умением потрясающе выйти с тобой не сравнится никто.

– Ну да, – пробормотала я, быстро намазывая джем на булочку. Потом опомнилась и взяла сэндвич. – Кто бы говорил.

– Я говорю. Как великий режиссер.

– Как великий режиссер, ты должен знать, что в фильме я бы проснулась с укладкой, в романтичной пижамке в цветочек (даже если засыпала голая) и без всякого желания удовлетворить естественные после сна нужды.

Гроу расхохотался.

– Нет, я не против, чтобы ты ходила по моей квартире голая…

– Кто бы сомневался. – Я откусила огромный кусок и подтянула к себе кофе.

– Но когда я буду снимать следующий фильм, ты проснешься взъерошенная и пойдешь удовлетворять естественные после сна нужды. В романтичной пижаме в цветочек, потому что голой тебя буду видеть только я.

На этом я чуть не подавилась сэндвичем. Впрочем, прожевав, все-таки спросила:

– Это ты сейчас меня так присвоил?

– Я давно тебя присвоил, Зажигалка. Просто поняла ты это только сейчас. – Гроу окунул ягодку в сливочный соус и протянул мне. – Скажи «а».

– Ты в курсе, что я могу оттяпать тебе полпальца? – поинтересовалась, потому что почувствовала, что краснею.

– Ты можешь, – он поднес ягоду к моим губам, – но я все-таки рискну.

Мне пришлось приоткрыть рот, потому что капля соуса грозила капнуть мне прямо на грудь. Впрочем, неизвестно, что хуже: от прикосновения пальцев Гроу к моим губам внутри полыхнуло. А чтобы не измазаться, мне пришлось плотно их обхватить, и, если честно, действительно возникло желание слегка тяпнуть его за палец.

Вот просто так.

За все.

Вместо этого я медленно их облизала, сжимая губы еще плотнее, а после с самым независимым видом откинулась на подушки и принялась жевать. Надеюсь, что с независимым, потому что мне как-то разом стало не до завтрака, особенно когда в темных глазах Гроу замерцали зеленые искры, а зрачки слегка вытянулись в вертикаль.

Так, надо срочно менять тему.

– Как получилось, что ты родился водным? – поинтересовалась я. – Если у твоего отца магия льда.

– Смешение огней. – Гроу, к счастью, вернулся к завтраку и позволил мне перевести дух. – У Гранхарсенов в роду были водные, правда, проявлялись эти огни не так часто, как ледяные. В общем, можно сказать, что я и тут выпендрился.

– Ага. – Я снова откусила сэндвич. – Тфой кузен тоже ледяной.

Гроу нахмурился.

– Ты там со всей моей семейкой, что ли, познакомилась?

– Нет, он просто заходил к твоему отцу. А что?

– Ничего, – отмахнулся он, тоже возвращаясь к сэндвичам и кофе.

Какое-то время мы ели молча, и я думала о том, стоит ли расспросить его о матери. В конце концов решила, что не стоит: судя по легкому градусу похолодания, Гроу вообще не горит желанием говорить о семье. Так что если захочет, расскажет сам. А не захочет, значит, и чешуя с ней. Мне вообще достаточно сложно понять женщину, которая по доброй воле отказалась от своего сына, а потом спокойненько вышла замуж за другого, родила еще парочку и теперь счастлива в браке.

– Судя по наморщенному носу, Танни Ладэ думает, – раздалось насмешливое справа.

– Доиграешься ты, – сообщила я, дожевывая булочку. – У меня здесь под рукой подушки, они тяжелые. А маленькие бронированные флайсы в состояние полной боеготовности приводятся очень шустро.

– Даже не сомневаюсь, – фыркнул он, уставившись на мои торчащие под тоненькой простыней соски.

Я натянула простыню повыше и прикрыла грудь локтями.

– Какие у нас планы на день?

– Были у меня кое-какие планы, но, кажется, они меняются… – Гроу приподнял брови.

Ой нет.

– Нет-нет-нет, не надо так сразу менять планы, поддаваясь минутным порывам.

Кому я это говорю?

– Лично я бы с удовольствием прогулялась.

– Тогда прогуляемся. – Гроу кивнул. – Есть у меня одна идея…

– Мне уже начинать бояться?

– Для начала иголки спрячь, Ладэ. – Он допил кофе и спрыгнул с постели. – Жду тебя внизу.

С этими словами Гроу быстро вышел из спальни. Подозреваю, исключительно потому, чтобы не поменять планы. Что касается меня, я вылезла из-под простыни и отправилась в полноценный душ крайне заинтригованная. Когда я спустилась вниз, Гроу общался с кем-то по мобильному, но, заметив меня, сразу нажал отбой.

– Ну что, готова к приключениям?

– Всегда готова, – фыркнула я. – Куда мы едем?

– Это сюрприз.

Ой, что-то волнуюсь я по поводу его сюрпризов. Чтобы избавиться от странного ощущения прокатившихся по коже мурашек, снова перевела тему:

– Что тебе ответили по поводу Ильеррской?

– Я им сказал, что когда будут готовы возобновить сотрудничество, пусть присылают неустойку и увеличивают гонорар в полтора раза.

Я моргнула, но Гроу уже посторонился, пропуская меня вперед. Потрепав по голове не желающую со мной расставаться Бэрри, я направилась к двери. За ней, естественно, обнаружилась уже другая смена вальцгардов, которые потопали за нами к лифтам.

– Кстати, что ты имел в виду, когда сказал про следующий фильм?

– Танни Ладэ не тормоз. – Гроу хмыкнул, но тут же ответил вполне серьезно: – То и значит. Я не собираюсь возвращаться в Ферверн.

Мы уже зашли в лифт, и сейчас я многое бы отдала за то, чтобы оказаться с ним наедине. Потому что вальцгарды – они, конечно, свои, но о таком лучше говорить с глазу на глаз.

– То есть как не собираешься? – уточнила я, когда мы оказались на подземной парковке.

– Вот так. По крайней мере, сейчас.

– Но твой отец…

– Моему отцу на меня положить. Не вижу смысла что-то менять в наших отношениях.

Голос его снова стал прохладнее, но на этот раз я решила не отступать. Тем более что в сопровождении Гроу мне разрешалось летать в его флайсе, а вальцгардам – за нами. Такой ситуацией нельзя не воспользоваться.

– Чешуя с ним, с твоим отцом, – сказала я. – А как же драконы? В Ортахарне ты говорил, что…

– В Ортахарне мне не светила таэрран сроком на пять лет. – Гроу усмехнулся и тут же добавил: – И прежде чем ты себя на эту тему накрутишь, Танни, так будет даже лучше.

– Так – это как? – тихо спросила я. – Не чувствовать огня?

– Ну да. – Он скользнул пальцами по панели управления. – В конце концов, огонь – это всего лишь фишечка, без которой вполне можно прожить.

Фишечка?

Без которой можно прожить?!

Как-то это существенно рознилось с тем, что говорил Гранхарсен, и даже с тем, что говорила Леона, когда Рэйнар надел на нее таэрран. Я, правда, последнее уже помнила смутно, но вот разговор с отцом Гроу состоялся недавно. И в нем фигурировало пламя как важнейшая составляющая жизни иртхана.

– Что, если бы… – Я пожевала губами, глядя на вырастающий под нами город. – Если бы таэрран не было?

– Но она есть. – Он коротко взглянул на меня. – Точнее, будет. Почему ты все время представляешь себе будущее, хотя мы живем в настоящем?

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Просто подумала, что если бы не случилось той чешуйни с Мелорой, ты бы переехал в Ферверн? Ну, чисто гипотетически.

– Чисто гипотетически, а также практически чешуйня с Мелорой здесь ни при чем. – Гроу вывел флайс на главную аэромагистраль. – Насколько ты знаешь, я долгое время жил своей жизнью, хотя таэрран на мне не было. С чего ты опять завела этот разговор?

На меня посмотрели так пристально, что тему переводить пришлось в срочном порядке.

– Начиталась про таэрран в Ильеррской, – сказала я. – И задумалась о смысле жизни.

– Чьей? – уточнил Гроу.

– В общем. Если верить архивам, то снять таэрран может только тот, кто ее надел, правильно?

– Правильно.

– А если этот кто-то помрет, то?..

– То таэрран останется на всю жизнь.

У меня натурально отвисла челюсть.

– То есть сильнейший дракон, даже самый сильнейший, чисто теоретически, не сможет снять наложенную каким-то задохликом таэрран?

– Задохлики таэрран не надевали, Танни. – Гроу бросил на меня быстрый взгляд. – И в настоящем в общем-то тоже. Минимальный ранг того, кто имеет на это право – капитан вальцгардов. Это основательная сила и навык. В каждую печать вплетается огонь иртхана, который ее ставит. Этот узор отзовется только на его силу, попытка кого бы то ни было расплести его закончится очень плачевно. Для наказанного.

– Э… – осторожно сказала я. – А если тот, кто будет ставить тебе таэрран…

– У меня одна надежда на то, что Вэйлара Рингисхарра хорошо охраняют и что у него нет аллергии на камартовый флар.

– Ты сейчас так пошутил? – уточнила я.

– Разве это шутки, Танни? Аллергия вполне способна убить. – Мы свернули с главной магистрали и полетели куда-то на запад. – Ладно. Шучу, конечно. У иртханов вообще редко бывает аллергия.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не треснуть его по голове, и то исключительно потому, что он управлял флайсом.

– Я, между прочим, серьезно, – заметила я. – Как вообще можно надевать таэрран без гарантии, что она будет снята?

– А вот так, – сказал Гроу.

– Потрясающий ответ.

– Ну, другого у меня нет. Тем более что в Ферверне таэрран отменили уже давно.

– То есть…

– Совсем. Именно по той причине, о которой мы сейчас с тобой говорим.

Тогда почему ее до сих пор не отменили в Аронгаре?

Этот вопрос я не задала вслух хотя бы потому, что спрашивать об этом надо было точно не Гроу. Рэйнара или, как вариант, Леону, и не уверена, что кто-то из них ответит. Но заметку спросить я себе все-таки поставила, когда буду в Мэйстоне. А там я буду очень скоро на слушании, но вот как бы поизящнее поговорить об этом с Гроу?

Я покосилась на него, пытаясь представить реакцию на заявление: «Знаешь, я тут собираюсь выступить на слушании, чтобы попросить Совет избавить тебя от таэрран». Попыталась, представила в красках и решила, что пока я к этому не готова. Вот завтра, например, самое то. Или послезавтра.

А можно и вообще вечером в пятницу сказать.

Просто чтобы не накручивать заранее.

Вынырнув из собственных мыслей, прилипла к окну, оглядываясь по сторонам: в этой части города мне раньше бывать не доводилось. Спальные районы Зингсприда, этакий кусочек долины, в которой расположены невысокие домики, и, если честно, я понятия не имела, что мы тут делаем. То есть что вообще можно делать там, где большая часть территорий – частные, а на улицах, помимо домов и вилл, исключительно флайсы, которые еще не загнали в гаражи.

– Куда мы все-таки летим? – поинтересовалась я.

– Уже почти прилетели. – Гроу неожиданно резко изменил курс, спальные районы остались в стороне, а загораживающие побережье высотки «расступились», открывая доступ к зданию, напоминающему наложенные друг на друга хрустальные кубики. Эта странная конструкция, видимо, держалась исключительно на энтузиазме архитектора (ну и за счет силового поля тоже), но, увидев ее, я мгновенно вспомнила, что читала про это место.

Здесь располагался дико популярный среди туристов (да и не только) центр подводных экскурсий.

Единственный в Аронгаре.

И самый большой в мире.

– Ты все-таки решил меня утопить? – поинтересовалась я.

– А другие варианты есть? – Гроу плавно направил флайс вниз.

– Ты решил напугать меня до икоты, а потом утопить.

– Да, с фантазией у тебя туго, – наигранно тяжело вздохнул он.

Я не удержалась и все-таки шмякнула его по коленке.

– Ты же знаешь, что у меня с водой натянутые отношения.

– Ты встречаешься с водным драконом. – Он приподнял брови. – Так что твои натянутые отношения придется разжижать.

– Главное, чтобы я сама в жидкость не превратилась и не выпарилась. Или не выпала в нерастворимый осадок, вспоминая курс горячо любимой химии.

– Тебе понравится. – Этот совершенно невыносимый дракон мне подмигнул.

– Все вы так говорите. Начиная от врачей, которые достают инъекционный пистолет и обещают, что это не больно…

– А заканчивая? – поинтересовался Гроу.

– Заканчивая родителями, которые говорят, что в школе меня научат хорошему.

Гроу не выдержал и расхохотался. Я бы присоединилась, но при мысле о воде у меня и правда слегка начинал дергаться глаз. Несмотря на то что да, я действительно встречалась с водным драконом, и на то, что вода в общем-то ничего плохого мне не сделала. Ну, разве что забилась в нос, в рот и уши, когда вышеобозначенный дракон учил меня плавать.

Флайс опустился на полупустую стоянку, напомнив мне о случившемся не так давно. В другое время здесь все было бы забито под завязку, но после налета туристов в Зингсприде поубавилось. Если вообще кто-то остался.

– Как думаешь, стоит позвонить Ленарду? – спросила я, когда мы вышли из флайса и направились к зданию.

– Не уверен.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Знаешь, горе такая штука, Танни… чем больше с ним носишься, тем глубже оно становится. Это надо просто пережить.

– Но это же не значит, что надо просто забить на случившееся?

– Забивать я тебя не прошу. А вот дать парню время, чтобы пришел в себя – вполне. Ему самому надо справиться с потерей.

Я промолчала. Не была уверена, что могу согласиться: когда умерла мама, мир рухнул. Несмотря на то что у меня еще оставалась Леона, которая, кстати сказать, со мной не носилась. Она делала все, чтобы я не чувствовала себя одинокой, и всегда была рядом, но постоянных попыток влезть в мое сердце и узнать, как я себя чувствую, не было.

Так что, возможно, Гроу действительно прав.

Отчасти.

Хотя сдается мне, в этой ситуации правым быть нельзя. Решив, что вечером обязательно наберу Ленарда, чтобы узнать, как у него дела, обернулась на вальцгардов. Они топали за нами с привычно невозмутимыми лицами, и я подумала о том, что надо бы с ними тоже познакомиться. В конце концов, мне стало гораздо проще общаться с Роном и его напарником, когда я узнала, что они, Рон и…

Стыд мне и позор.

Стеклянные раздвижные двери разошлись вниз и вверх. Необычная конструкция поглотила нас, как водный дракон, разве что пасть захлопнулась бесшумно. За стойкой под огромной вывеской с логотипом (что характерно, водным драконом, рассекающим волны) стояли две девушки-администраторы.

Одна из них тут же обратила на нас свой взор. Точнее, на Гроу, ослепительно улыбнувшись:

– Эсстерд Гроу! Для вас все готово.

Угу, угу. И вот не надо так пялиться на него, как будто хочешь сожрать или облизать. Этого дракона облизывать буду только я!

Подхватив Гроу под руку, я мило улыбнулась, и улыбка девушки несколько померкла.

Вот так уже лучше.

– Благодарю. – Он взял ключ, который администратор выложила на стойку, и обернулся к вальцгардам. – Ребят, вам придется подождать здесь. Часика три-четыре.

– У нас приказ не оставлять эссу Ладэ.

– Позвоните и уточните, распространяется ли ваш приказ на личное времяпровождение.

Пока вальцгарды колебались, Гроу невозмутимо ждал, а я смотрела на ключ, который он пропускал между пальцами с такой скоростью, что тот исключительно чудом до сих пор не оказался на полу. Девица за стойкой то и дело бросала на Гроу ну очень непрофессиональные взгляды, и во мне активировался режим «маленький бронированный флайс».

Да, что ни говори, а когда твой парень – знаменитость, могут возникнуть сложности. Интересно, как Леона с этим справлялась?

Леоне же вальцгарды и позвонили, выяснили, что с Гроу меня можно оставить (по крайней мере, на территории комплекса подводных экскурсий), после чего мы с ним направились по длинному коридору. Стрелки вывели нас к секьюрити, которые быстро приложили сканеры к нашим документам и тут же расступились.

– Проходите.

Двери распахнулись, пропуская нас в ангар, в котором застыли десятки, если не сотни сверкающих капсул самых разных размеров. Матовое стекло не позволяло увидеть, что у них внутри, но про эти капсулы я тоже читала. Они предназначались для подводного погружения. Большие, размером чуть ли не с половину вагона для аэроэкспрессов, они застыли в самом низу, для групп поменьше – в середине, были еще совсем маленькие, видимо, для индивидуальных экскурсий.

– Добрый день. Эсстерд Гроу, вы отказались от сопровождения пилота, – к нам шагнул сотрудник центра.

– Все верно.

А?

– Ознакомьтесь с правилами техники безопасности. – Мужчина раскрыл голограмму над планшетом. – Когда ознакомитесь, пожалуйста, подпишите.

Я бы с удовольствием ознакомилась тоже, но поскольку Гроу своей могучей спиной заслонил весь текст, оставалось только изучать вереницы капсул, нанизанных на уровни, как бусины. Это напоминало завод или конвейер, где создаются глубоководные аппараты, и при мысли о том, что мне сейчас придется оказаться под водой, глубоко… ну или достаточно глубоко, у меня заранее заложило уши.

– Эсса Ладэ. Правила техники безопасности.

В общем, все было стандартно: проглядев пункты, я поставила галочки везде, в том числе и в отказе от ответственности за здоровье, коим подтверждала отсутствие гипертонии, заболеваний сердца, тяжелых нервных расстройств (хотя кое-кто знающий меня сказал бы, что я солгала) и прочая, прочая, прочая.

– Ну что, идем? – Гроу кивнул в сторону лифтов.

В сопровождение нам дали невысокого паренька в форменной одежде, который вышагивал впереди с очень важным видом.

– При погружении не забудьте переключить уровень давления, – напомнил он. – И при выходе на поверхность тоже. Навигационная система не позволит вам уйти за щит или погрузиться глубже, чем это допустимо. Подходить к стенкам щита ближе, чем на пять метров, категорически запрещается. Если такое случится, в системе включится автопилот, и по возвращении вам придется заплатить штраф, с размером которого вы могли ознакомиться в договоре на нашем сайте и в правилах техники безопасности.

Лифты подняли нас на верхний уровень, но, вопреки моим представлениям, направились мы не к малюсеньким капсулам, а в другую сторону.

– ВИП-отсек, – сообщил парень, открывая дверь своим пропуском.

Мы оказались в закрытой части ангара, где было всего три подводные капсулы.

– Ваша, – сообщил парень, указывая на ближайшую, застывшую на стальной пусковой стреле.

Эта по размерам тоже напоминала половинку вагона. Ну или флайс Председателя, такой, с диванчиками и столиком.

Впрочем, когда Гроу коснулся капсулы ключом и дверь втянулась в корпус, я поняла, что флайс Председателя по сравнению с этим – чешуйня.

– Мм… – сказала я, увидев диванчик у дальней стены, в объятиях которого застыл накрытый на двоих столик. Помимо диванчика, здесь были еще мягкие кресла, стереосистема, мини-бар, светильники на стенах в форме драконов. И, разумеется, кабина управления, отделенная от всей этой красоты перегородкой, которую можно было сделать как прозрачной, так и полностью матовой (о чем свидетельствовал специально нанесенный на стекло значок).

– Ты пока располагайся, – сообщил Гроу, – а я пойду нас топить.

– Ты вроде Баррета Крэйна? – поинтересовалась я. – Водишь все, что движется?

– А что не движется, толкаю и вожу, ага, – легко согласился он. – Топай на диван.

– Вот еще. Я хочу посмотреть, как это плавает. И может быть, даже порулить.

Гроу фыркнул.

– Кто бы сомневался, что ты так скажешь.

Мы вместе вошли в кабину, и он устроился в кресле пилота, а я осталась за спинкой. Глядя на то, как загружается панель управления, закусила губу.

– Где ты этому научился?

– Ни за что не поверишь.

– Мне придется. Хотя я в курсе, что сказочник ты еще тот.

– У меня был друг, который работал на базе глубоководных аппаратов. Специализировался на них, если можно так выразиться.

– То есть ты дружил с тем, кто это делает?

– Я служил в подводных войсках Ферверна.

– Ага, – многозначительно сказала я.

Потому что представить Гроу вальцгардом не получалось. То есть совсем. Ну или почти совсем: я не могла представить его в форме, даже несмотря на очень богатую фантазию художника по спецэффектам. Зато другая часть моей фантазии, ровным счетом никак не отвечающая за спецэффекты, живо дорисовала картину из другой жизни Джермана Гроу. То есть Джермана Гранхарсена.

И сразу вспомнились слова его отца о пламени.

– Ты там научился водить? – решила переключиться с этих мыслей. – Все, кто служат в подводных войсках, умеют управлять такой штуковиной?

– Не все.

Он коснулся оранжевого огонька на панели.

– Эта штука – подтверждение готовности. Сейчас погаснет свет, и дадут добро на вылет.

Свет в ангаре и правда погас, и мы медленно двинулись вдоль стальной ленты к раздвижным дверям.

– Пилотирование – это отдельная дисциплина. Я не был пилотом, но уболтал друга меня научить.

– Но это же не военная машина.

– Вообще это мирный прототип. В качестве экскурсионных капсул их тоже впервые использовали в Ферверне. Народу так понравилось, что Аронгара тоже быстренько подсуетилась и забацала якобы самой крутой центр.

– Эй! – Я ткнула его в плечо.

Гроу фыркнул.

– Молчу, патриотка.

– Сам ты патриот, – хмыкнула я.

Тем временем мы уже прошли через двери и оказались в узком желобе, на стенах которого мерцали оранжевые огоньки. Капсула медленно набирала скорость, все быстрее ввинчиваясь в темноту, которая резко оборвалась светом. Распахнувшиеся двери выплюнули нас в воду, и мы начали медленно погружаться. Я снова глянула на панель: Гроу выравнивал уровень давления, одновременно уводя нас все дальше от берега.

– Хочешь фокус? – Он дотронулся до регулировки прозрачности, и по стенам капсулы пробежала рябь.

В считаные мгновения она вся стала прозрачной, и сомкнувшаяся над нами вода, играющая солнечными бликами, заставила меня задохнуться от странного чувства. С одной стороны, пугающего, с другой… это было невероятно. Стайки рыбок, кораллы и рифы, разбивающие прибрежные волны. Такое чувство, что я оказалась в другой реальности. Или вообще в другом мире.

– Нравится? – спросил Гроу.

– Да, это…

– Это?

– У меня нет слов.

Слов действительно не было, особенно когда мы прошли буквально в нескольких сантиметрах над рифами, окруженными вьющимися лентами иссиня-красных водорослей.

– Теперь я знаю, как заставить Танни Ладэ замолчать.

Я фыркнула.

– Это единственный способ, который ты знаешь?

– Вообще-то нет.

Гроу развернулся на парящем кресле так резко, что из меня выбило воздух, а его колени – весьма прочный (несмотря на прозрачность) пол у меня из-под ног. На эти же самые колени я и рухнула, не успев произнести ни одного ругательства из всех, которые разом пришли мне в голову. Потому что его губы накрыли мои, пальцы вплелись в волосы, а потом этот драконоскот меня укусил. Болезненно прихватил кожу зубами, тут же поглаживая место укуса языком и заставляя губы гореть еще сильнее.

– Ты-ы-ы… – выдохнула я хрипло, упираясь ладонями ему в грудь. – Ты ничего не забыл?

Ткнула в сторону панели управления, но не уверена, что попала верно, потому что сумасшедшие темные глаза, стремительно зеленеющие, действовали на меня примерно так же, как залпом выпитая бутылка тоньяса.

– Ничего. – Не отпуская меня, Гроу снова развернулся к панели управления.

При этом так вжимая в себя, что я чувствовала твердость его желания.

– Озабоченный дракон!

– Ты даже не представляешь насколько, – хмыкнул он.

Мы как раз прошли полосу рифов и начали погружаться глубже. У меня слегка заложило уши, но я уже не была уверена, что из-за смены давления. Света стало чуть поменьше, насыщенного цвета океана – чуть побольше. Мимо скользнул игольчатый шар, в глубине сплюснутой морды которого мелькнули два водянисто-синих глаза.

– Иглорыцка! – вырвалось у меня.

– Родственницу признала?

В отместку я поерзала у него на коленях, вызывая хриплый выдох, а когда кое-кто расслабился, рывком поднялась и отскочила на безопасное расстояние. Относительно безопасное, потому что рядом с Гроу безопасность моя была очень сомнительной, зато сейчас, зная, что место пилота он оставить не может, я показала ему язык и, зловеще хохоча, ускакала за перегородку. Где плюхнулась на диван, на который меня отправляли изначально, закинула руки за голову, ногу на ногу и наслаждалась подводным миром, поражающим своим разнообразием.

В процессе эволюции обитатели океана, чтобы не быть сожранными подчистую, приспособились выживать. Водная змея, скользнувшая между водорослей, была покрыта чешуей, каждая из таких чешуек остра как лезвие. Если дракон попытается ее сожрать, чешуя раскроется и ранит драконью пасть, что, наверное, не очень приятно. Особенно во время долгожданной трапезы.

Фосфоресцирующие шары, двигающиеся ближе ко дну, тоже как-то назывались. Увы, я не могла вспомнить как, но существовали они исключительно колониями, обладали коллективным разумом и в случае опасности шарашили пытающегося напасть электрическими разрядами.

Довольно скоро потемнело еще сильнее, теперь уже лучи солнца воспринимались как направленные разрозненные источники света, словно над водой кто-то включил прожекторы. Почти коснувшись кромки защитного поля над стеклом, проплыла рядом покрытая шипами рыбина, плоская, как новая модель вертовского планшета. По дну тоже скользнула какая-то тень, я даже не сразу поняла, что это. Приглядевшись, увидела еще одну рыбу, стремительно меняющую окраску, то стягивающуюся подобно колышущимся вокруг водорослям, то раздувающуюся. Этих рыбок, умеющих изменять внешность и суть, называли рихтами, и я только-только успела задуматься над совпадением их названия и имени Паршеррда, когда рядом нарисовался Гроу.