Читать книгу "Безликая"

ГЛАВА 29

Я стояла в дверях, поочерёдно смотря, то на Камиля, то на саму себя. Руслана и правда была моей копией. Хотя вернее сказать, я была ее. К слову, она тоже была весьма удивлена, увидев своего двойника. А вот лицо Камиля было каменным, он казался спокойным, словно эта ситуация не выбила его из колеи. Ребенок также оказался в сложном положении, пытаясь определить кто есть кто. Не выдержав, он спросила:

– Папа, а мама кто?

Камиль взял ее на руки, чмокнул в щечку и нежно прошептал?

– А я слышал, что Адель пошла в магазин и купит мороженное. Беги, проверь, не вернулась ли она?

Девочка спрыгнула с его рук, выбежав из комнаты, крича:

– Адель, оставь и мне мороженное.

Камиль жестом указал мне на кресло. Я не могла посмотреть ему в глаза. Зачем ее сюда принесло? Она появилась в тот момент, когда я все наладила в своей жизни и вернула любовь мужа. Присев на край кресла, я посмотрела на ту, что в момент разрушила мою спокойную, счастливую жизнь. Я понимала, что все ждут моих объяснений и тяжело вздохнув, попыталась сказать:

– Камиль, – я повернулась к нему, – я не..

Он поднял два пальца вверх, показывая, что хочет, чтобы я замолкла. Понятно, меня он слушать не станет. Сердце колотилось с бешенной скоростью, в ушах начало свистеть. Что же будет?

– Руслана, я сейчас обращаюсь к жене моего брата, расскажи еще раз то, что ты мне говорила до этого.

– Конечно, – мило улыбнулась она, – Я повторю. Я жива и как видишь здорова. Перед свадьбой с твоим братом я познакомилась с одним прекрасным человеком и влюбилась без памяти. Именно он подарил мне все, о чем я когда-либо могла мечтать. Адам же был мне безразличен, но пойти против воли отца не могла. Твой брат был хорошим человеком, вы чем-то похожи. Он был для меня опорой и поддержкой во всем, но я не была счастлива с ним и мечтала о любви. Когда мы были в Америке, я снова встретила того, что заставил мое сердце трепетать. – девушка замолчала.

– Что произошло с самолетом?

– Когда мы собирались улетать, Адам решил помочь двум беглым преступницам, перевезти их и тем самым спасти от тюрьмы. Я предупреждала его, что это может плохо закончиться, но он и слушать меня не стал…

– Меня интересует, как ты смогла выбраться из взорвавшегося самолета? – перебил ее Камиль.

– Мой любимый, помог мне – прошептала она, – Мы встретились за день до отлета, он сказал, что на проверке документов будет его человек и моя задача состоит в том, чтобы новеньких девушек не поймали, я должна была заменить одну из них на досмотре. Он был в смотровой комнате, приказал снять паранджу и отдать какой-то девушке, я ее не знаю. Я послушалась и вместо меня на самолет села она. А я осталась с ним. Я была так счастлива, что теперь могу жить так, как я хочу, а не так как хочет мой отец и муж.

– Неужели вы думали, что Адам не заметит подмены? Ты была его любимой женой.

– Тогда я не думала об этом, – она тяжело вздохнула и мне показалось, что на ее ресницах заблестели слезы, – когда я узнала правду, что той девушкой, что села вместо меня, была смертница, я рассталась с тем человеком. Я не понимала, что Адам ему сделал, зачем он так поступил. Оставаться с таким монстром я не могла – она всхлипнула, – Долгое время я пряталась от него, потом пыталась вернуться домой, но у меня не было денег и паспорта, все было очень сложно. Вернувшись в Абу-Даби я поняла, что мне некуда идти, у меня нет денег, нет знакомых, я устала от скитаний, поэтому и пришла к тебе. Ты моя единственная надежда на спасение. Ты брат моего мужа и не откажешь мне в помощи.

– Когда ты рассталась с тем парнем? Сразу после трагедии? – неожиданно для себя сказала я, не в силах терпеть эту ложь и смотреть, как она строит из себя невинную жертву.

– Мы не вместе около четырех месяцев, где-то так.

– Интересно. Очень интересно.

– Что именно тебе интересно? – Камиль посмотрел на меня злым взглядом.

– Тот, кого она называет любимым, посадили больше года назад. Ты знаешь за что? – спросила я Руслану, пытаясь вывести ее на чистую воду, но она лишь округлила глаза, давая понять, что она вообще не понимает о чем я тут толкую, – А я тебе скажу, за терроризм.

– И откуда у моей жены такие сведения? – Он удивленно посмотрел на меня. – А ты случайно не причастна к тому, что произошло?

– Что? Что ты такое говоришь, как мог ты подумать… Любимый, я…

– Не смей меня так называть! – крикнул он, – Я хочу разобраться во всем, что тут произошло. Отвечай, откуда ты знаешь, что ее парня посадили?

– Когда мы были на острове, ты уезжал осматривать Аделину, а я от нечего делать смотрела телевизор, там был репортаж. Показывали его, после суда и фотографию Русланы, как его соучастницы, которая сбежала с места преступления.

– Я не верю тебе, ни одному твоему слову. Ты предала меня.

– Прошу тебя, Камиль, – прошептала я, слезы начали меня душить, – прошу, любимый, поверь.

– Хватит! – крикнул он, стукнув кулаком по столу, – Хватит врать! Ты врала мне с самого начала! Руслана или как тебя там, Рита. Я отдал тебе все, я спас тебя от смерти, изменил твое лицо, чтобы ты не была уродом, подарил тебе любовь, заботу, семью. А ты вот так меня отблагодарила? Ты убила меня. – Он постучал по груди, там где было сердце, показывая, как ему больно.

– Ты ошибаешься, я не врала тебе, ты веришь той, что обманывает, – я указала на Руслану, – а не той, что всецело принадлежит тебе и доказывала свою любовь не один год.

– Убирайся, – не гладя на меня, проговорил он, показывая рукой на дверь, – не хочу тебя видеть.

– Ты прогоняешь меня? – рыдая проговорила я.

– Именно, уходи.

Я выбежала из кабинета, растирая слезы по щекам. Моя жизнь закончена, я устала бороться за счастье. Кем бы я не была, Русланой или Ритой все заканчивалось одинаково. Я никому не нужна. А главное я не нужна тому, кого мое израненное сердце смогло полюбить, того с кем я была так счастлива. Увидев настоящую Руслану, он вероятно понял, что любил все это время не ту и мгновенно отказался от меня. Он выгнал меня, словно ненужного котенка. Как же больно и страшно. Добравшись до своей спальни, я упала на кровать и зарыдала. Не знаю, сколько времени я проплакала, но в какой то момент, взяв себя в руки и поднявшись с кровати, я подошла к туалетному столику, где лежали украшения и взяла небольшое колечко, которое Камиль подарил совсем недавно. «Это все, что я возьму с собой. На память». Камиль не стал меня слушать, от этого было еще противнее на душе. Но я не могла уйти вот так, не хочет слушать, хорошо, я напишу, бумага стерпит все. Не захочет читать, его право, но на моей душе станет хоть чуть-чуть легче.

«Любимый, я не знаю, что сказать в свое оправдание, да и наверно нет смысла что-то объяснять. Перед тем, как уйти из твоей жизни навсегда, я хотела бы сказать тебе большое спасибо за все, что ты сделал для меня. Именно с тобой я узнала, что такое любовь.

Я признаю, что виновата перед тобой в том, что не убедила тебя, что я не Руслана. Я должна была настаивать на этом, а я сдалась, решив стать для тебя ею, потому что не хотела потерять тебя и боялась огорчить, тем, что я не она.

Именно ты стал для меня самым любимым и желанным человеком на всем белом свете, именно ты дарил мне счастье и любовь каждый день. Я хочу попросить прощения за все. За обман, за мою любовь…

Не знаю увижу ли я тебя когда-нибудь еще, но знай, что я буду хранить твой образ в свой памяти до самой смерти. Будь счастлив. Я любила тебя, люблю и буду любить…

Я хочу рассказать о себе всю правду, пусть только сейчас и в этом письме, но для меня это важно.

Меня зовут Рита Марковец, я жена американского миллионера Виктора Марковеца. Этот человек предал меня и сломал мою жизнь. Он сымитировал свою смерть, а меня обвинили в убийстве. Тюрьма это такое место, где жизнь воспринимается по-другому. Там свои ценности, свои правила. Никому и никогда я не желаю там оказаться. Продавать свою душу и тело за еду или спиртное это не для меня.

Там я познакомилась с девушкой, Марьяной. Она помогала мне во всем. Она же придумала план побега, который мы удачно реализовали, вырвавшись из стен этого ужасного места. Марьяна погибла при взрыве самолета, а я выжила. Там в больнице я видела ее, она приходила ко мне, вызывая мои приступы истерики, которые никто не мог понять. А потом… потом она убила душу моего ребенка и стала Ланой, чтобы разрушить мою жизнь.

А еще в тюрьме я познакомилась с Томом… С тем самым, что изнасиловал меня…

Знаешь, когда самолет взорвался, я чувствовала, как горит моя кожа, моя плоть, я испытывала страшную боль, но я готова пережить это еще раз, только потому, что после этого я обрела настоящее счастье. Я обрела тебя.

Спасибо тебе за все. За наши ночи, полные любви, за наши разговоры, за наши прогулки и даже за наши ссоры и бурное примирение. И сколько бы мне не осталось жить на этом свете, ты навсегда останешься в моем сердце.

Надеюсь, что настоящая Руслана сможет сделать тебя счастливым. Ты так долго хотел, чтобы именно она была рядом. Чтобы тебе быстрее понять ее душу, я оставлю ее дневники рядом с письмом. Их я нашла в первый день.

Я люблю тебя. Бесконечно. Будь счастлив, ладно? На веки твоя, Рита.»

Я писала и плакала. На листок падали слезы, размывая слова. Достав дневники Русланы, я положила их рядом с письмом, затем бесшумно открыла дверь и вышла в коридор. Я хотела уйти незаметно, не видя его ненавидящих меня глаз, ни ее победной, насмешливой улыбки. Я не в силах говорить с ними. Услышав голоса, я спряталась за угол.

– Ты пока поживешь тут, – говорил Камиль спокойным, доброжелательным голосом, – думаю, тебе будет тут удобно.

– Спасибо, я даже не знаю, как мне тебя отблагодарить. – Она улыбалась и обнимала его за талию, – Ты самый лучший человек на земле.

– Тебе не стоит ничего бояться, тут ты в безопасности. Я тебя не оставлю. – Он крепко обнял ее, – Ну что, ты отдыхай, мы с тобой потом обо всем поговорим.

Когда за ней закрылась дверь, а Камиль ушел, я не сразу смогла заставить себя выйти из своего укрытия. Слезы душили, я не могла вздохнуть, в груди щемило, так, что боль была невыносима. «Уходи, Рита, уходи», – я пыталась заставить себя покинуть этот дом навсегда. Наконец, найдя силы я вышла на улицу. Боль усилилась, но я проигнорировала ее и пошла прочь от этого дома.

Как же я хотела стать невидимой, чтобы никто не смотрел на меня, но как назло, все оборачивались, перешептывались, обсуждали. Я согнулась пополам и шла, держась одной рукой за стены, ноги отказывались идти. Когда стена на которую я опиралась кончилась я завернув в какой-то переулок и упала. Сил больше не было. Я закрыла глаза.

Очнулась я от голосов. Около меня стояли две девушки, которые тыкали в меня палкой, проверяя жива я или нет.

– Живая, – проговорила одна, заметив, что я открыла глаза. – Вставай давай.

– Ну и вид у тебя, из дома сбежала что ли?

Девушки были очень странно одеты для этих мест. Короткая юбка и открытый топ, на голове нет платка. Или не местные или…

– Немая, что ли? Или глухая? – девушка не унималась, пытаясь получить ответ на свой вопрос.

– Нет сил, – простонала я.

Они переглянулись, кивнув, взяли меня под руки и куда-то повели. Куда? Да мне было все равно. Я теперь никому не нужна. Поэтому будь, что будет. У меня совсем не было сил и на середине дороги я потеряла сознание. Очнулась в полуподвальном помещении. Я ощущала сырость и странный запах. Осмотревшись, я заметила на стенах плесень, видимо от нее тут так пахло, около меня в стену был вмонтирован кран из которого монотонно капает вода. Комнату освещала единственная тусклая лампочка, висевшая на тонком шнуре. Кровать, на которой я лежала, жесткая, похожа на ту, что была в моей камере. Тонкий матрац, через который чувствуются все пружины, мокрая подушка. Радости от отдыха такая постель не доставляла.

– Очухалась, что ли? – ко мне подошла одна из тех девушек, что притащили меня сюда, – Пить хочешь? – она налила воды в мутный стеклянный стакан, протянула его мне. Я выпила. В горле пересохло и я чувствовала сильнейший приступ жажды. – Ну что рассказывай, что забыла в самом бедном квартале города? Ты вроде одета прилично, шелка, жена Шейха, не иначе.

– Бывшая жена, – прошептала я.

– Наскучила что ли. Ты симпатичная, стройная, ухоженная, что это он так с тобой. Или не угодила чем?

– Пришла та, чье место я заняла. Пришлось подвинуться.

– Ладно, фиг с этими мужиками, ты голодная?

Я кивнула. Она помогла мне подняться и попросив идти за ней, привела меня на кухню. Небольшая тусклая комната человек на пять не больше. Грязная плита, чайник в накипи многолетней давности и кофеварка, кстати, не самая плохая. На плите, что-то кипело. Девушка взяла половник и налила мне из кастрюли супа. Вкусный, горячий. Это было именно то, что мне было нужно в этот момент. Стало тепло и приятно. Дрожь, которая, не переставая била меня, начала проходить.

– Спасибо, – прошептала я, – очень вкусно.

– Не за что. Меня Катарина зовут. А ты?

– Рус… – я осеклась, – Рита.

– РусРита? Тебе есть куда пойти?

– Нет.

– Бывает, я сама попала в такую же беду как ты, сегодня наш босс с тобой поговорит и думаю позволит тебе остаться с нами.

– Босс? Чем вы занимаетесь?

– Ну как тебе сказать. То одним, то другим. Ничего постоянного. Тебе не все ли равно, раз податься некуда, оставайся.

– Спасибо тебе.

Я была готова остаться где угодно, только бы не быть сейчас одной. Эти девушки спасли мне жизнь и я хотела отблагодарить их. Боль от того, что Камиль выгнал меня не утихала, но я пыталась ее заглушить. Пусть он будет счастлив, пусть даже не со мной. Спустя пару часов, Катарина позвала меня на встречу с их боссом. Пройдя по длинному коридору, мы остановились у довольно внушительной двери. Она зашла первой, я, смотря в пол, вошла следом.

– Можешь идти, Катарина, мы дальше справимся без тебя, – я услышала знакомый голос и по телу пробежали мурашки.

Девушка вышла, закрыв за собой дверь, а я осталась стоять не в силах поднять на него глаза. Я узнала этот голос. Он принадлежал тому, кого я надеялась больше никогда не увидеть.

– Подними глаза, – скомандовал он, – или не хочешь посмотреть на меня?

Я подняла на него взгляд. Да я не ошиблась. Это он. Вот как так получается? На земле больше ста миллионов человек, но я всегда встречаюсь с теми, кого навсегда хочу забыть. Он тоже меня узнал. Его небесно-голубые глаза смотрели на меня с насмешкой. Нос был искривлен, но этот дефект не портил его лица, а придавал некий шарм.

– Здравствуй, Том, – прошептал я, – ты изменился.

– Да, спасибо твоему мужу.

– Сам виноват. Ты что ожидал, что он тебе руку пожмет?

Он подошел ко мне вплотную и, с силой схватив за талию, прижал к себе.

– Это ты сейчас про то, как я тебя трахнул? А знаешь я не жалею. Мне понравилось – он прижался к моим губам, – Помнишь, я обещал повторить?

Я не знала как мне поступить. Он был мне не приятен, но я боялась двинуться. Если начну сопротивляться, в лучшем случае он выгонит меня, а в худшем. Даже представить себе не могу, на что он способен. Его язык разомкнул мои губы и проник вовнутрь. Я просто стояла, не отвечая на его поцелуй.

– Пошли, – оторвавшись, проговорил он, – я хочу тебя, одним только видом ты меня возбуждаешь. – Взяв за руку, он повел меня наверх. Открыв комнату на втором этаже, толкнул вовнутрь. Поняв, что сопротивление бесполезно, я стянула с головы платок.

ГЛАВА 30

Он запер дверь и повернулся ко мне. На его лице была надменная улыбка. Я начала расстегивать пуговицы на кофте.

– Не торопись, я хочу, чтобы ты кончила не прикасаясь к себе, а смотря на меня.

Я удивленно посмотрела на него, но сопротивляться не стала. Закрыв глаза, я представила Камиля. Наш медовый месяц. Его страстные поцелуи и горячие ласки. Я представила, как волны Индийского океана подхватывают мое тело, а Камиль двигаясь им в такт доставляет неземное удовольствие. Я застонала.

– Молодец, – прошептал Том, – продолжай раздеваться.

Я снова взялась за пуговицы, смотря в его голубые глаза. Он не вызывал желания, но я понимала, выхода нет. Он подошел ко мне и резкими движениями сорвал с меня кофту и дернул за юбку. Оставшись в одном белье я стояла не шелохнувшись.

– Красивое тело, – он отсмотрел меня с головы до пят, – представляю, как по тебе течет моя сперма. Надеюсь ты оценишь ее на вкус. Хочешь пососать мой член?

Меня передернуло от отвращения, что было замечено. Взявшись за мои волосы, он заставил меня сесть на колени и резко засунул свой член в мой рот и, не давая мне опомниться, начал проталкивать его в мою глотку. Рвотный рефлекс не заставил себя ждать и я начала задыхаться.

– Соси тварь! – прорычал он.

Мне казалось, что я теряю сознание от происходящего, еще чуть-чуть и я задохнусь. Вытащив свое орудие из моего рта и взяв за плечи, он кинул меня на кровать, словно тряпичную куклу. Я безропотно смотрела на него и ждала окончания. «Скоро все закончиться, скоро все будет хорошо», – успокаивала я себя. Разорвав трусики, он раздвинул мои ноги.

– Ты болеешь чем-нибудь? – спросил он, когда конец его члена был у моего лона, – СПИД, триппер, сифилис?

– Нет, – только и успела промолвить я, когда его член ворвался в меня и начал совершать поступательные движения. Мне было больно, но его это мало волновало.

Он снова трахал меня, снова… Когда-то я думала о нем, мечтала об этом. Но теперь мне казалось, что это было в другой жизни. Резко выйдя из меня, он сел на мою грудь и задыхаясь проговорил:

– Открой рот!

Я послушно сделала то, что он велит и в момент у меня во рту оказалось что-то липкое и противное на вкус. Я попыталась закрыть рот, но он покачал головой и новая порция спермы оказалась во мне. Слезая с меня, он потряхивал своим членом с которого все еще капала сперма.

– Неплохо, – сказал он, – Ты такая мокрая, что я чуть не кончил, едва прикоснувшись к тебе.

– Я рада, что тебе понравилось, – скрывая слезы, сказала я, – Это все?

– На сегодня думаю достаточно или ты хочешь продолжения?

– Если ты пожелаешь.

– Запомни, ты всегда будешь раздвигать ноги, как только я пожелаю, – оскалился он, – Тут по-другому не бывает. Если я хочу, то ты мне должна. Усекла.

– Да.

– Можешь остаться в этой комнате, понимаю, что после такого, сложно прийти в себя, я слишком хорош в этом деле.

Он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я легла на кровать и с головой залезла под одеяло. Что произошло с моей жизнью, почему это случилось со мной, в чем я так прогневала небеса? Не знаю, смогу ли я вынести все мучения, что готовит мне жизнь, это выше моих сил.

Вечером того же дня, сидя в общей гостиной я наблюдала, как Катарина обрабатывает глубокий порез на животе.

– Что с тобой произошло? Только не говори, что это Том тебя так – спросила я.

– Нет, конечно. Он тут совсем не при чем, это моя работа.

– Работа? Что же это за профессия такая, где человеку вспарывают живот? – я удивленно посмотрела на нее, не веря своим ушам, но, то что она сказала дальше, повергло меня в шок.

– Все, кто тут живет помогаем Тому. Он спас нас и мы все чувствуем, что обязаны ему. Я и Тина, курьеры, а Вита и Гера распространители. Неделю назад я вернулась с Кубы, где набрала больше десяти килограмм, представляешь?

– В смысле поправилась?

– В смысле привезла! – расхохоталась она, – Я перевожу в себе контрабанду наркотиков. Работа не пыльная: вскрыли, зашили и на самолет. Потом обратно. Все чисто, ни один фараон не подкопается.

– Какой кошмар, – я закрыла руками глаза, – и тебе это нравиться?

– А чего в этом плохого? Уж лучше так, чем подыхать на помойке. Но в последнее время я сдала, нужно подлечиться, не могу пока работать. Том попросил подыскать замену и тут так кстати подвернулась ты.

– Я?!

– Ну да, заменишь меня, пока я форму не восстановлю и раны свои не залечу. Думаю два, три месяца не больше.

– Меня будут резать? – по спине пробежал холодный пот.

– Ну, можно конечно и не резать. Есть вариант другой – засунуть в анал. Но там много не провезешь и найти проще. Да, глотать тоже не советую. Если пакет с товаром порвется – ты умрешь. Так что резать самый быстрый и безопасный способ.

Я провела в этом месте полторы недели. Каждый вечер Том вызывал меня к себе и заставлял кончать, смотря на его член, после чего жестко трахал. Я не сопротивлялась, мне было все равно, что со мной будет, мне просто хотелось умереть. К концу второй недели меня повезли в операционную, оборудованную в том же помещении, где мы все находились. Меня отправляли на дело. Сделав укол обезболивающего, я отключилась. Проснувшись спустя какое-то время, я почувствовала, как кто-то пытается столкнуть меня с кровати.

– Вставай, – это была Катарина, – ты что-то залежалась принцесса. У тебя скоро самолет.

– Все закончилась? – простонала я. Внизу живота я ощущала неприятную тянущую боль и непривычную тяжесть, – сколько во мне?

– На первый раз три килограмма, больше не выдержишь.

– Куда я лечу?

– В Англию, – она взяла меня под руку и повела в комнату. Надев бандаж, натянула кофту и брюки. Причесав меня, улыбнулась, – Ну вот теперь другое дело. Красотка, прямо загляденье.

– Когда я прилечу, что мне делать?

– Тебя там встретит наш человек, поедешь с ним. Они вынут груз и отправят обратно, – она улыбнулась, – видишь, как просто.

– Да уж, проще не бывает.

Все прошло гладко, хотя я и ужасно нервничала. До полета, находясь в аэропорту с наркотиками, никто не обратил на меня внимание. Сижу в аэропорту. До самолета час. Интересно, что они сделают со мной, когда я им буду больше не нужна? Убьют? Наверно, да. Зачем я им, лишний рот, лишние уши. Если отпустить могу кому-нибудь проболтаться. Я слишком много знаю…

– Руслана? Дорогая это ты? – от грустных мыслей меня отвлек знакомый женский голос, повернувшись я увидела Анну, ту самую, с которой мы познакомились на симпозиуме хирургов.

– Нет это не я. – проговорила я и отвернулась.

– Ты чего? У меня прекрасная память на лица – она уселась рядом со мной, – Зачем ты делаешь вид, что мы не знакомы? Какими ты судьбами тут?

– Девушка, вы обознались – конечно, я узнала ее, но мне не хотелось признаваться в своем унижении.

– Слушай, это не смешно. – Анна дернула меня за рукав, пытаясь обратить на себя внимание.

Я повернулась к ней и, глядя на ее удивленные глаза, полные беспокойства, бросилась ей на грудь. У меня началась истерика. Все, что тяжким грузом лежало на моей израненной душе, вылезло наружу. Я начала рыдать, не в силах прекратить. Она крепко обнимала меня и гладила по голове.

– Анна, прости, – захлебываясь слезами проговорила я, – я не могу рассказать тебе все, прошу тебя уходи, это может быть опасно.

– Ну уж нет, никуда я не уйду, – она взяла меня за плечи и посмотрела мне в глаза, – ни за что не брошу тебя в таком состоянии.

– Я не могу говорить, не могу.

– Руслана, что происходит? Ты меня пугаешь.

– Пойдем туда, где нас не увидят?

Она кивнула и помогла мне встать, после чего отвела меня в небольшое кафе, где никого не было. Сев за столик, я рассказала ей все от начала до конца. О Рите, о Викторе, о Томе и о том, почему я долгое время выдавала себя за другого человека и о том, что во мне сейчас наркотики. Анна молчала весь мой рассказ, только изредка поднимала одну бровь, когда чему-то удивлялась.

– Покажи, – тихо сказала она, когда узнала про наркотики внутри меня, – покажи шрам.

Я приподняла майку, оголив живот.

– Какой комар, Руслана. Как ты на это согласилась?

– А у меня был выбор? Если бы я не согласилась, меня в лучшем случае выгнали бы на улицу, в худшем… Да я даже боюсь представить, на что они способны.

– А зачем ты вообще ушла из дома? Ты хоть представляешь, что сейчас твориться с твоим мужем?

– Наверное счастлив, что живет под одной крышей со своей мечтой. Настоящей, а не дешевой подделкой вроде меня – я всхлипнула, мыль об этом была не выносима.

– Да он всех на уши поставил, ищет тебя.

Я помотала головой, не веря, что после всего, что произошло, Камиль может меня простить.

– Бедная девочка, – обняв меня, Анна прижала мое еле живое тело к себе, – Ну теперь все будет по-другому, я не оставлю тебя.

Объявили посадку на рейс. Возможно небеса услышали мои молитвы и прислали ее мне на помощь. Мы летели на одном самолете. Анна позвонила своему супругу рассказала ему все. Он обещал помочь покинуть самолет незамеченной. К трапу должна подъехать карета скорой помощи и вынести меня на носилках. Не уверена, что меня не заметят и не будут искать, но Анна попросила не волноваться. Мою безопасность она берет на себя.

– Почему ты решила, что Камиль любит другую? – вдруг проговорила она, когда мы сидели в самолете, – Мне казалось, что он без ума от тебя.

– Я это знаю, он всегда любил ее.

– Что-то мне подсказывает, что ты сильно ошибаешься. Он звонил мне, думал, что я знаю где ты. Его голос был обеспокоен.

– Я уверена, что он будет счастлив с настоящей Русланой. А вот, что будет со мной, не знаю.

– Ну для начала, решим твои проблемы, а потом откроем филиал твоего фонда в Лондоне.

Я улыбнулась, какое счастье, когда рядом есть такие люди. Мы почти не знакомы с ней, а я чувствую такое родство и единение душ, будто знаю ее всю жизнь. С ней легко и комфортно.

Посадка была мягкой, к трапу, как и говорила Анна подъехала машина «Скорой помощи». Санитары вбежали по трапу и указали на носилки, приказывая лечь, после чего накрыли меня простыней. Оказавшись в салоне машины скорой помощи, я стянула простыню и посмотрела на Анну.

– И куда теперь?

– В клинику моего мужа, нужно вытащить эту дрянь, – она указала на мой живот, – прости мне нужно сделать звонок. Брайн, привет. Да я прилетела, все отлично. Милый, ты можешь приехать в клинику к Себастьяну. Да, очень срочно. Спасибо, буду ждать, люблю тебя.

– Кому ты звонила?

– Брату. Он заберет наркотики и расследует происшествие. Думаю все будет хорошо.

– Ты уверена?

– На все сто, – она подмигнула и улыбнулась.

До больницы мы домчались со скоростью света, буквально через пятнадцать минут я уже лежала под скальпелем Себастьяна, мужа Анны.

– Ужасный шов, дилетанты. – Вздохнул он глядя на меня, – Будет сложно скорректировать его, прости но шрам останется. Эти люди, просто палачи какие-то.

После операции меня оставили на пару недель в больнице под присмотром Себастьяна. В палате я смотрела новости из которых и узнала, что Том Вилкинс и его подельники были задержаны при попытке незаконно пересечь границу Великобритании. Сейчас они находятся под стражей, в ожидании судебного разбирательства. Я свободна.

Анна подобрала для меня небольшую квартиру в пригороде Лондона, помогла переехать и освоится. Мы проводили каждый день вместе, организовывая открытие нашего реабилитационного центра. Прошло полгода

– Ну что готова? – заглядывая в кабинет спросила она, – Сегодня открытие.

– О нет, я не готова, ничего не готово, – я в панике посмотрела на нее, – как же быстро летит время. Что делать?

– Для начала успокоится и привести себя в порядок, – улыбаясь она протянула мне косметичку. – Будет полный аншлаг, сама королева должна приехать.

– Да ладно? Сама королева?

– Все на высшем уровне, поехали готовиться? Лучший салон красоты Лондона ждет нас.

– Салон красоты? Мне кажеться мы и сами способны накрасится.

– Нет, все должно быть на высшем уровне, особенно ты.

– Я что так плохо выгляжу? – обиделась я, поправляя свою новую прическу.

– Ты великолепна, но я хочу, чтобы никто не мог оторвать от тебя взгляда и еще, у меня для тебя сюрприз. Пошли.

Салон красоты удивительное место. Атмосфера праздника, уюта и наслаждения. Профессионалы Fashion индустрии: визажисты, стилисты, парикмахеры. Тут можно провести весь день и выйти богиней. Наконец, когда мой образ был готов, я посмотрела в зеркало и улыбнулась прекрасной девушке, что смотрела на меня. У нее короткие волосы, румяные щеки, а глаза светятся от удовольствия, ей не хватало только одного. Платья.

– А вот и оно, моя дорогая – молодой, но очень талантливый стилист, виляя бедрами принес мне платье.

Красное, обтягивающее, оно село идеально по фигуре. Тут в Англии девушки могут наслаждаться красотой и радовать своим видом окружающих. Платье мини, оголило мои стройные ноги.

– Ты богиня – вздохнул стилист, – кому такая красота достанется. Эх, даже жалко, что я гей, а то бы приударил за тобой.

– Руслана, ты готова? Поехали, время. – Анна заглянула ко мне.

Сев в машину мы направились к нашему фонду. Гости начали прибывать. Поприветствовав меценатов, которых нашли Анна и Себастьян, я прошла к своему столику и, взяв бокал шампанского, встала у окна. Ничего не могу с собой поделать, не люблю эти пафосные мероприятия. Ведущий громко что-то вещал в микрофон, а я смотрела в окно на улицу, наблюдая, как гости прибывают и прибывают.

Свет в зале погас, заиграла нежная, медленная мелодия. Мужчины приглашают своих дам на танец.

– Девушка, не согласитесь ли вы стать моей парой? – за моей спиной раздался хриплый баритон. – Я покорен вами.

– Я не танцую, – ответила я, даже не обернувшись, – простите.

– Прошу вас, хотя бы один танец, не разбивайте мое сердце, – прошептал он мне на ухо.

– Хорошо, только один.

Я повернулась к мужчине лицом и оцепенела. На меня смотрели знакомые шоколадные глаза, полные любви.