Текст книги "Синтонимы. Больно быть с тем, кто…"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sintonimy-bolno-byt-s-tem-kto-214942.jpg)
Автор книги: Медина Мирай
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Медина Мирай
Синтонимы. Больно быть с тем, кто…
Иллюстрация на обложке Michaela Quedzuweit
Внутренние иллюстрации Snegg
© Медина Мирай, 2021
© Иллюстрации Snegg, 2021
© Иллюстрация на обложке Michaela Quedzuweit, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021
ПРЕДИсловие
Эта книга ждала своего часа с 2018 года. Выкладывалась постепенно с 2017, почти сразу после выхода третьей части на Wattpad. Если бы не поддержка читателей и не их частые напоминания о существовании этой дополнительной части, я бы вряд ли осознала, что она тоже нуждается в официальном выходе. И за эту поддержку я хочу их сердечно поблагодарить!
Спасибо моим редакторам Анне Бондаренко и Ксении Кудаковой, главному редактору Сергею Тишкову, бренд-менеджеру Татьяне Титовой, заместителю директора департамента художественной литературы Дмитрию Яронову, Наталье Боровневой и Екатерине Давыдовой, которые когда-то разглядели во мне потенциал, пусть и не связанный с написанием книг J.
P.S. Я вырезала из печатной версии книги некоторые финальные главы. Прочитать их можно на Wattpad в моем профиле
medina_mirai.
1
– Ангела? Ангела, ты готов?
Джинджер поднимался по ступенькам, застегивая на ходу пуговицы рубашки. Он поправил воротник и галстук, когда добрался до второго этажа, и зашагал по коридору, направляясь к сыну.
– Ангела!
Мужчина подошел к двери в комнату Ангелы, провел рукой по волосам и дважды постучал. Заходить к сыну не хотелось. Мало ли, чем он занят. Джинджер прислушался, но ни разговора по телефону, ни шума не услышал. Тишину нарушали только неловкие, но знакомые шорохи – шуршание одежды, что немного его напрягло. В какой-то момент из комнаты донесся тихий голосок. Или не голосок, а стон. Или вовсе не тихий.
Джинджер сразу догадался, что происходит. Он не стал заходить и поплелся вниз, ухмыляясь самому себе и пару раз останавившись в коридоре, чтобы переварить информацию.
– Ну что, идет? – спросила Фам.
На удивление, сегодня она не была столь оптимистична, как обычно. Да и вообще, после смерти Мелы женщина изменилась: стала хладнокровнее, сдержаннее и меньше шутила. Этим она сильно расстраивала Ангелу. Ему нравилось видеть, как его мама улыбается во все зубы, хохочет по пустяковым поводам на весь дом, отчего обычно подскакивали все члены семьи. Однажды Марвел из-за этого даже пролила чай на свою новую белоснежную рубашку. Ей еще повезло, что чай слегка остыл, а то могла бы и обжечься. Тогда бы точно было не до смеха.
– Ну, – протянул Джинджер, отводя взгляд в страхе, что жена магическим образом прочтет его неловкие мысли, – он в процессе.
Фам заторопилась к лестнице, приговаривая:
– До приема всего полчаса, нам еще доехать нужно. Может, мне пойти и…
– Нет! – Джинджер резко остановил ее. – Уверен, он спустится уже через минутку.
Фам неодобрительно взглянула на мужа, вернулась к столу и, взяв чашку остывшего кофе, отпила глоток и слегка поморщилась от его горького вкуса.
– Ужасный кофе! Больше мы его не покупаем. Я все никак не привыкну к жизни в Стокгольме. Здесь столько всего нового, что жителям Гасборна могло только сниться: куча брендовой одежды, обуви, продуктов и других вещичек. Удивительно, что семья Рейдена сюда не перебирается.
– Ну, – Джинджер взял со стола полную чашку чая и перемешал чаинки на дне, чтобы чем-то занять руки, – обычно известные люди прячутся в тихих городишках, а то и вовсе строят свои замки в деревнях.
– А те, что победнее, тянутся в большие города.
Джинджер немного обиженно посмотрелна жену:
– Мы вовсе не бедные. Все у нас с деньгами хорошо, тебе даже работать не приходится.
– В том-то и беда, что мне целыми днями нечего делать.
– О такой жизни все женщины мечтают: не работай, бери да трать деньги мужа!
– Но я – не они, Джин. – Фам поставила чашку на стол и подняла взгляд к потолку. – Ну и что там с твоей минутой? Где он?
В этот момент доски на ступеньках заскрипели – Ангела наконец спускался. Он выглянул из коридора на кухню и с легкой, немного растерянной улыбкой произнес:
– Ну что, идем?
– Что так долго, милый? Что-то случилось? Если чувствуешь себя плохо, можем перенести прием. – Фам мгновенно изменилась в лице: режим заботливой мамочки был активирован. После смерти родной дочери всю свою заботу она выплескивала на неродного сына, и порой Ангела тонул в этой опеке. Вернее, всегда тонул, ибо Фам контролировала если не каждое, то почти каждое его действие в страхе, что он может сломать ноготь или получить ссадину. Именно поэтому на зимние каникулы Ангела еле уговорил отпустить его к Рейдену в родной Гасборн.
«А если авария? Лед скользкий. Тебе обязательно ехать? А, может, не надо? Не вижу в этом смысла. Никуда не денется твой Рейден!» – говорила она.
– Я просто был немного занят. – По взгляду папы Ангела понял: тот что-то знает. Что-то очень нехорошее.
– Ладно, времени нет, все в машину, – велела Фам.
Она понеслась впереди процессии, состоящей из Ангелы и Джинджера, будто сама опаздывала на прием. Когда Фам вышла на улицу с ключами от авто, и раздался сигнал открывающейся машины, Джинджер остановил ничего не подозревающего Ангелу и прошептал ему на ухо:
– В следующий раз, когда решишь посмотреть порнуху, пожалуйста, не включай звук в наушниках на полную, хорошо? До тебя не докричаться.
Ангеле хотелось провалиться сквозь землю или отмотать время на несколько минут назад, когда отец еще не уличил его в постыдном занятии.
Фам посчитала нужным отвести Ангелу к психологу, объяснив это примерно так: «Ты уже большой, и у тебя есть свои секреты, о которых тебе явно неловко говорить».
Было неловко это слышать.
Родителей волновало, что их сын никем не увлечен, когда все его ровесники вовсю встречаются друг с другом.
– У вас есть какие-нибудь жалобы? – Хьюго, грузный усатый психолог, поудобнее расположился в своем кожаном кресле, указав Ангеле на кресло напротив.
Парень едва слышно опустился на сиденье.
– Мне не на что жаловаться.
Мужчина оглядел его с ног до головы через очки в бордовой оправе и вопросительно поднял брови.
– Ваши родители сказали, что вам может быть слегка… одиноко. У вас есть девушка или парень? – Голос психолога звучал так, словно он уже тысячу раз задавал этот вопрос.
– Нет. – При слове «парень» Ангела почувствовал себя неловко.
Психолог смотрел на него пронзительным взглядом, но говорил равнодушным тоном, так что сложно было понять, о чем он думает.
– Вы когда-нибудь имели с кем-либо… физическую близость?
– Н-не-е-т…
– Это заметно.
– К чему такие вопросы?
– Уверяю вас, все это абсолютно естественно. – Психолог откинулся в кресле и бросил на Ангелу тяжелый, полный равнодушия взгляд. – Вы не думали о том, чтобы завести серьезные отношения с кем-то… для опыта? Чтобы испытать всю гамму эмоций, поцелуи, объятия… секс?
– Но это глупо, – разочарованно выдохнул Ангела. – Разве можно начинать отношения ради опыта?
– Испытывать желание завести отношения – это нормально. – Психолог откинулся в кресле. – Так вы будете готовы к полноценным семейным отношениям и их последствиям.
– Но, сэр, – Ангела чувствовал, что вот-вот начнет изливать ему душу, – до сих пор я не начинал отношений по одной лишь причине: что-то подсказывало мне их скорый конец, а такая «любовь» мне не нужна.
– Хотите попасть с первого раза в мишень, как это делали диснеевские принцессы? – Кажется, психолог готов был захохотать, но вместо этого лишь сильнее свел брови. – Извините, молодой человек, но мир мистера Диснея волшебен и абсолютно нереален. В жизни все иначе, и молодость – самое подходящее время для того, чтобы пробовать. В конце концов, вы же представитель мужского рода, так будьте смелее!
До этого момента Ангела четко стоял на своей позиции, учась на горьком опыте своих недалеких друзей: те встречались с людьми, едва узнав их, а потом со слезами на глазах и тяжелым грузом на душе расставались из-за глупостей. Таковы молодость и подростковые ошибки.
Возможно, не будь Ангела таким мягкосердечным и невинным, не бойся он совершать ошибки и накапливать их тяжелую ношу, он бы давно так и поступил. Хотя он был энергичным, компанейским и даже порой совершал безумные поступки, в душе его обитала детская замкнутость и скромность, которая иногда просыпалась и долгое время не могла вновь уснуть.
«Но все-таки это ужасно глупо – встречаться с тем, кого не любишь по-настоящему», – решил про себя Ангела.
Спустя час он, шокированный, вышел в коридор. На него вылили столько информации о взрослой жизни, что при виде родителей просто захотелось уткнуться маме в плечо и заплакать. Потом появится работа, семья, дети, на все это нужны будут деньги… «А-а-а-а-а-а! Я не выживу! Как я со всем этим справлюсь?!»
Ангела мысленно молился, чтобы психолог не поведал родителям его душевные тайны. Молитвы услышаны не были, и Хьюго, очевидно, выложил всю подноготную Ангелы как на духу.
Он, безусловно, боялся трудностей взрослой жизни. Ему и сейчас, подростком, несладко, а потом, казалось Ангеле, появится еще больше ответственности, и времени на собственные интересы просто не останется.
Домой все ехали молча. Сегодня последний день зимних каникул, а завтра – начало новой, не очень радужной жизни. Второй семестр.
2
Рейден был рад вернуться в учебную колею. Еще больше он радовался своему прибытию в Стокгольм. Здесь никто не выносил ему мозги, не расспрашивал, какая девушка запала ему в душу и уж тем более не сватал соседских дочерей.
Он жил с тетей Гинзберг, которую так и звал. Имя свое она не любила: мама призналась, что назвала ее в честь своей умершей кошки.
Тете Гинзберг было около тридцати, и выглядела она достаточно молодо. Некоторые ее коллеги в банке иногда принимали Рейдена за ее младшего брата. Она часто завивала свои черные волосы, из-за чего вечно боролась с секущимися концами и делала макияж всех оттенков радуги, отчего, в свою очередь, у нее появились проблемы с кожей. Но и прекратить тетя Гинзберг не могла: ей казалось, что если она не подкрасит хотя бы ресницы и губы, то будет выглядеть как ведьма.
«Еще год такого издевательства над собой, и это опасение воплотится в реальность», – думал Рейден.
На самом деле, тетя Гинзберг была ему не совсем тетей, а дальней родственницей по линии Дейнес. Но поддерживала связи с ней, как родная сестра. Именно поэтому Дейнес и доверила Гинзберг своего любимого сыночка.
Сейчас было семь часов утра.
Рейдену стоило бы уже встать и собираться в колледж, вот только делать этого не хотелось, а тетя никогда не будила его, если он не хотел вставать, и особо не контролировала. Этим занималась Дейнес, частенько звонившая куратору и некоторым учителям его группы, с которыми уже успела наладить отношения.
Младший Красс уже представил скучные студенческие будни во всей красе, отчего хотелось закрыть лицо руками и замычать от досады. Снова девчачьи сплетни, опоздания, ругань учителей… Рейден боялся прожить день без пользы, без ярких событий. Ведь если на следующий день ты даже не помнишь, чем занимался вчера, то можно ли сказать, что ты его действительно прожил?
Одно радовало: рядом с Рейденом был Ангела. Пусть они и учились в разных группах, а иногда и в разных корпусах, но он был рядом. Теперь Рейдену не приходилось одиноко сидеть в столовой, отшивая всех девчонок, а иногда и парней, которые норовили к нему подсесть.
Рейдену хотелось одиночества, но после возвращения Ангелы это желание вдруг резко исчезло.
Пора вставать, решил он, нехотя поднимаясь с кровати. Глаза слипались: Рейден, как всегда, подзно лег спать, да и на каникулах выспаться не успел. Уже «предвкушая» депрессию от недостатка сна, он снова захотел закрыть лицо руками и закричать от досады.
После холодного, казалось бы, бодрящего душа, спать захотелось еще сильнее. Рейдена одолевала усталость, но крепкий кофе, приготовленный тетей Гинзберг, смог его пробудить.
– Как спалось? – с нежной улыбкой спросила она, заваривая себе кофе в кофеварке.
– Нормально.
Утро было единственным временем суток, когда Рейден мог увидеть тетю с распущенными волосами и без макияжа. Она всегда была немного рассеянной и домашней в своем бархатном халатике, но утром это особенно бросалось в глаза.
Завтрак прошел в молчании. Лишь на выходе из дома Рейден попрощался с тетей и направился в колледж.
Сегодня он не опоздал и застал Ангелу в коридоре. Тот фотографировал расписание.
– Ну привет, – сказал Рейден, подходя к другу сзади.
Ангела чуть не выронил телефон, и фотография вышла смазанной.
– Привет! – Он улыбнулся Рейдену и тут же спрятал телефон, решив разобраться с расписанием позже.
– Как прошел твой поход к психологу?
– Честно? – Ангела вздохнул. – Давай присядем?
– Что, все так плохо? – усмехнулся Рейден.
Ангела кивнул.
– Он сказал, что я немного отстаю от сверстников, потому что еще ни с кем не встречался.
– Серьезно?
– Эм… – Ангела на секунду отвел взгляд. – Ты же знаешь. И почему это тебя так удивляет? Мне было не до того, а с Миндой я пролетел.
– Ну, вы просто не подходили друг другу. – Рейден сделал паузу, пока они с Ангелой садились на свободную скамейку. – Думаю, тебе нужна милая, веселая девушка с чистым сердцем. Прямо как… прямо как…
В дверях появилась одногруппница Рейдена.
– Прямо как Селли! – радостно продолжил он.
– Селли? – Ангела состроил такую гримасу, будто ему предложили встречаться с обезьяной из зоопарка. Не то чтобы он плохо относился к девушке…
– Почему она тебе не нравится? Отличный вариант! – Рейден выглядел слишком воодушевленным, чтобы заставить Ангелу поверить в правдивость его слов.
– А мне кажется, ты просто пытаешься спихнуть ее на меня, потому что твоя мама мечтает, чтобы вы с ней были вместе, а тебе этого совсем не хочется.
– И это тоже, – смущенно признался Рейден.
Ангела снова посмотрел на Селли. Она помахала им и прошла к лестнице на второй этаж. Эта девушка действительно была прекрасна: грациозная, с нежными чертами лица… Но она ни капельки его не привлекала. Ангела ни на секунду не мог представить ее рядом с собой. Как и любую другую. До него вдруг начало доходить: то, что он испытывал к Минде, когда видел ее формы, не являлось влечением или симпатией. Это, скорее, было похоже на стыд.
– Думаю, ты ей нравишься, – заметил Ангела, – и очень даже сильно.
– С чего ты решил? – В голосе Рейдена послышалось напряжение.
– У нее глаза горят, когда она на тебя смотрит. А когда в ее руках какой-то предмет, она сжимает его, словно представляя тебя.
![](i_001.jpg)
– Ну, я не думаю, что это связано… – На самом деле, как ни странно, Рейден тоже замечал подобное. Но каждый раз, когда думал о том, что Селли может быть к нему неравнодушна, хотелось отбросить эту мысль куда подальше и никогда к ней не возвращаться. Селли никогда ему не нравилась, пусть и была симпатична как человек. Он вспомнил, как любезно она всегда предлагала ему помощь в каком-то предмете, как бежала навстречу, когда никого не было рядом, чтобы поздороваться, а потом улыбалась и хихикала над тем, что он говорил. «Может, на самом деле она не такая уж и милая? – подумал Рейден. – Ведь никогда не знаешь, какой человек на самом деле».
– Мне кажется, что я отстаю по некоторым предметам. – Он отвлекся от мыслей о Селли и решил сменить тему. – Раньше такого не было. Это все ты виноват.
– Я? – Ангела оскорбленно выпучил глаза. – Я-то тут при чем?
– У тебя учеба пошла в гору, а у меня наоборот. Может, произошел какой-то мозговой обмен, и теперь я отупел, а ты, наоборот, поумнел? – усмехнулся Рейден.
– Меня все устраивает. – Ангела довольно улыбнулся, за что тут же получил кулаком по плечу. И пусть удар был не сильным, он пошатнулся и чуть не упал со скамейки.
Но прежде чем он успел сказать что-нибудь остроумное в ответ, послышался топот приближавшихся ног: по лестнице со второго этажа быстро спустилась Селли. Она выглядела встревоженной.
– Рейден, Ангела! Срочно сюда! – через весь коридор закричала она.
Раздался звонок, звучащий как припев песни «Animals» группы Maroon 5, и последняя фраза Селли растворилась в музыке. Но Ангела с Рейденом быстро среагировали и протиснулись к одногруппнице сквозь толпу студентов, спешивших на пары. Казалось, девушка готова была вот-вот снова сорваться с места: она то и дело поглядывала наверх, в сторону второго этажа.
– Что случилось? – спросил Рейден. Он ухватился за перила, чтобы толпа студентов не унесла его наверх. Обычно все торопились на первую пару, поскольку боялись завуча, миссис Карпер.
– Там ваш друг, не помню его имени, но… он в беде.
Этого было достаточно, чтобы заставить обоих парней пулей взметнуться на второй этаж, на время забыв о занятиях. И хотя Ангела догадывался, о ком говорила Селли, он искренне надеялся, что это предположение ошибочно.
К сожалению, опасения подтвердились. Возле мужского туалета собралась толпа парней, которые лупиликого-то, лежащего на полу. Это был Логан. Он несколько раз пытался встать, но его тут же сбивали с ног ударом в грудь.
Но не успели Рейден с Ангелой вмешаться, как из соседнего кабинета выскочила преподавательница английского – мисс Оушенли, строгая женщина лет сорока, которая, тем не менее, всегда казалась доброй.
– Вы что творите?! – заметив потасовку, закричала она. – Быстро отошли от него! Сейчас же все к директору! К директору, я сказала! Все! – Она еще долго возмущалась, не прекращая восклицать «Что творится?!», пока парни расходились, закатывая глаза от истерического визга, на который время от времени переходила возмущенная женщина.
На самом деле, мисс Оушенли нравилась и Ангеле, и Рейдену, хотя иногда вела себя на парах довольно агрессивно: резко повышала голос, так что он становился противным и сильно раздражал студентов. Наверное, за него ее и не любили многие студенты, а по колледжу даже ходили слухи, будто причина ее злости в том, что у мисс Оушенли нет мужчины и, по всей видимости, давно. Она всегда завязывала черные волосы в высокий хвост, носила строгие брюки и вязаные, похожие на домашние кофты. Лицо ее уже начало покрываться морщинами, но улыбка, пусть и обозначала их сильнее, привлекала внимание. Ангела с Рейденом ценили каждый миг, когда мисс Оушенли улыбалась, ведь особенно приятно видеть строгого и на первый взгляд холодного человека счастливым.
Рейден, Ангела и Селли подбежали к Логану. На его лицо было страшно смотреть: все в крови, под правым глазом наливался большой синяк.
– Все в порядке, – пробормотал он, встав и тут же покачнувшись.
– А то мы не видим, – сказал Ангела.
Селли была напугана и слегка дрожала от вида избитого Логана.
– Кровь… Меня передергивает каждый раз, когда я вижу кровь, – прошептала она.
– Если боишься, то не смотри! – Рейден сказал это так раздраженно, что Селли отступила от него на несколько шагов.
Заметивший напряжение Ангела решил сгладить ситуацию:
– Селли, пожалуйста, позови медсестру. Она уже должна быть в своем кабинете на первом этаже.
Девушка немного приободрилась.
– Хорошо. – Видимо, Селли была рада почувствовать себя нужной, особенно Ангеле и Рейдену, потому сразу побежала за медиком.
Мисс Оушенли, проводив всех к ближайшей скамейке, сказала:
– Пусть его осмотрят, потом к директору. И, Ангела, Рейден, вы тоже.
3
Кабинет директора в колледже именовали проклятым местом, поскольку все студенты, которые туда заходили, никогда не возвращались прежними. Там из хулиганов каким-то образом делали послушных тихонь, а из не желающих учиться студентов – ботаников, грызущих учебники.
После осмотра у медсестры Логан, Ангела и Рейден направились в кабинет директора, из-за закрытой двери которого уже доносились резкие возгласы мисс Оушенли и объяснения возмущенных парней, устроивших драку. Директора слышно не было.
Логан шел впереди, нахмурившись и стараясь избегать вопросов друзей. Может, он и был благодарен за помощь, но будто бы остерегался их.
– Логан, что случилось? – в очередной раз спросил его Ангела.
– Все нормально, просто подрались, – резко ответил тот, не оборачиваясь.
Ангела и Рейден переглянулись и пожали плечами. Но если первый и смирился с молчаливостью друга, то у второго это, скорее, вызывало раздражение.
Спустя несколько минут они наконец оказались перед дверью в кабинет директора. Если один из них сейчас постучит, то назад пути не будет. Сбежать не получится.
Заметив колебание Логана, Рейден решительно сделал шаг вперед и постучал сам.
– Войдите, – послышалось из-за двери.
Никто из них раньше не бывал в кабинете директора, и сейчас все трое просто застыли, разглядывая массивные стулья, расставленные вокруг стола, покрытые бронзой статуэтки, вазы и картины. Прямо над столом директора в позолоченной рамочке висел портрет президента.
«Нехи-и-и-ило», – подумал Ангела. Очевидно, Рейден думал о том же.
Кроме директора и мисс Оушенли, в кабинете стояли те четверо, устроившие драку.
Здесь было прохладно – работал кондиционер, несмотря на холод на улице. Пахло кофе и чем-то сладким. Кажется, ребята со своими проблемами случайно прервали традиционное чаепитие директора с секретаршей, чей кабинет располагался прямо перед его.
Директором все называли невысокого мужчину с внушительным пузом, которое едва умещалось за столом. Ходили слухи, что костюмы ему шили на заказ, поскольку с обычных магазинных пиджаков слетали пуговицы и расползались швы по бокам. Он носил строгие очки, всегда ходил с короткой стрижкой и был персоной весьма загадочной.
– Здравствуйте, мистер Гроулинг, – сказал Рейден, вдруг вспомнив, что нужно поздороваться. Логан с Ангелой растерянно переглянулись и благодарно посмотрели на друга.
– Вы вовремя, – сообщил директор. – Мы как раз собирались выяснить причину драки. Кстати, Логан, как себя чувствуешь?
– Нормально, – пробубнил парень. Кровь из носа удалось остановить, но синяк под глазом скрыть бы не удалось.
– Почему здесь эти двое? – спросил директор у мисс Оушенли, кивнув в сторону Ангелы и Рейдена. – Пусть идут на пары. Насколько я понимаю, в драке участвовали другие студенты.
– Они стали свидетелями. К тому же это близкие друзья Логана… одни из немногих, – тихо добавила мисс Оушенли.
– У меня полно друзей, – вмешался Логан.
– Тех, с кем ты ошиваешься, нельзя назвать друзьями, – мисс Оушенли посмотрела на него свысока. С Логаном у нее были плохие отношения, он был как раз из тех студентов, которые на дух ее не переносили.
– А теперь рассказывайте по порядку, – сказал директор, окидывая тяжелым взором четырех парней. – Начнем с вас.
Трое из них сразу попятились назад, но один остался. Он активнее всех колотил Логана.
– Извращенец он! – выпалил парень.
– Эштер! – Мисс Оушенли возмущенно взглянула на него. – Подбирай слова.
– Но это так! – Эштер гневно посмотрел на Логана. – Знаете, это было дело принципа. Я даже не знаю, как культурно объяснить… Пусть лучше он все и расскажет. Посмотрим, какие он слова подберет.
– Логан? – Директор Гроулинг переключил свое внимание на него. – Что скажешь?
Логан опустил взгляд. Его плечи поникли, но по твердо сжатым губам Ангеле стало понятно: друг не скажет ни слова. Что-то не давало ему это сделать, что-то тревожило его. Логан то и дело бросал взгляд на него и Рейдена, словно ожидая их реакции и пытаясь понять, как они среагируют на правду.
– Что, стыдно? – поддразнил Логана Эштер, тыкая в него пальцем. В его глазах полыхало презрение, а движения казались дергаными: парень был на взводе, словно хотел снова наброситься на Логана и обратить его в пыль.
– Да вы скажете наконец или нет? – Терпение мисс Оушенли подходило к концу.
– Хорошо, я сам все объясню, – после недолгого молчания заявил Эштер. – Дело в том, что Логан из тех, кто… не может определиться, кто ему больше нравится: парни или девушки…
– Эштер! – одновременно воскликнули мисс Оушенли и директор Гроулинг.
Его приятели захихикали.
– …поэтому просто решил встречаться со всеми. Вот правда! Как вы там себя зовете, неопределившиеся? Би… би…
– Бисексуалы, – быстро ответил за него Ангела и заметил, как резко Рейден перевел на него взгляд. А затем тут же отвел.
– Точно. Это же мерзко! – голосил Эштер. – Мне кажется, это даже хуже, чем быть…
– ЭШТЕР! – завопила мисс Оушенли и вплотную подошла к нему, буквально испепеляя взглядом. – Еще одно подобное слово, и тебя выгонят отсюда, а родителей осведомят о твоем поведении. Ты этого хочешь?
– Да что я такого сказал? – возмутился Эштер, но тон сбавил.
Логан задрожал от ярости, его лицо покраснело. Казалось, он сейчас взворвется и накинется на обидчика. Ему хотелось кричать, или, что лучше, набить морду Эштеру, втоптать в ковер так, чтобы потом его соскребали с пола.
Наблюдая за реакцией друга, Ангела испытывал примерно те же эмоции, но в то же время был озадачен и обеспокоен. Его волновал даже не сам факт того, что другу нравятся и парни, и девушки. Скорее, Ангела переживал о том, каково сейчас Логану: он уж точно не хотел, чтобы кто-то узнал о его ориентации подобным образом.
А вот реакция Рейдена казалась неоднозначной даже ему самому. Он впал в ступор. С одной стороны, возникло ощущение, что это его сейчас облили грязью. С другой – Рейден считал себя гомофобом, и слышать, представлять, понимать, что рядом с ним человек, который сегодня целуется с девушкой, а завтра уже лежит в обнимку с парнем, было противно. Хуже всего стало осознать, что это его друг. Как он должен был относиться к Логану после этого?
Смятение Рейдена задело Ангелу.
– Быть бисексуалом – не значит быть неопределившимся, – наконец сказал Логан. – Я просто открыт для отношений как с девушками, так и с парнями. Что в этом такого? Какое вообще ваше дело, с кем мне встречаться, а с кем нет, кого любить, а кого нет?
– Соглашусь с Логаном, – наконец вмешался директор. – Если этому парню хочется быть… таким, какое ваше дело?
– Что значит «хочется быть таким»? – Голос Логана стал на два тона тише, а сам он будто обращался сразу ко всем присутствующим. – Думаете, я хотел, чтобы надо мной вот так издевались? Знаете, если бы ориентация была рациональным выбором человека, я был бы таким же, как и вы, потому что мне не нужны проблемы с кучкой идиотов, которые по отдельности ничего не стоят и только и могут, что нападать вместе!
– Тише, тише, – остудил его директор Гроулинг. – Ну, возможно, ты и прав… – Очевидно, ему как можно быстрее хотелосьзамять эту неудобную тему. – В любом случае никто не имеет права судить человека за то, какой он есть. Все равно, как если вы пойдете бить нормальных людей, которые решили отрастить волосы или проколоть нос, – добавил он, глядя на зачинщиков драки.
– Хотите сказать, что я ненормальный? – Логан усмехнулся, но в этой кривой улыбке и насмешливом взгляде Ангела почувствовал боль и несбывшиеся надежды быть понятым. – Окей, я ненормальный. Не подходите ко мне, никто из вас. Заразитесь еще.
С этими словами он вышел из кабинета и поспешно скрылся, несмотря на окрики директора и мисс Оушенли. Ангела ринулся за другом, но Рейден остановил его, схватив за руку и сказав, что лучше пойти на пары, ведь конфликт исчерпан.
* * *
Они вышли из кабинета директора и отправились на занятия.
– Тебе настолько все равно, что будет с Логаном? – спросил Ангела.
– Нет, но…
– Ты так сильно изменился в лице, когда узнал, что он… не похож на тебя. Это меня расстроило.
Рейден замялся, опустил взгляд и упер руки в бока.
– Послушай, мне не хочется обсуждать эту тему.
– Почему? Тебе противно, да? Теперь Логан тебе противен?
– Нет, но я считаю, что это ненормально. Однополые отношения – это мерзость. Извращение. Мне просто не верится, что Логан один из них! Никогда бы не подумал, что мой друг окажется… таким.
У Ангелы стало тяжело на сердце. Неужели Рейден способен, узнав эту правду, изменить отношение к другу?
– Он все равно остается для нас тем же Логаном, – попробовал объяснить Ангела в надежде достучаться до Рейдена. – Наверняка он чувствовал себя би уже давно, еще до вашего с ним знакомства. Ты не можешь просто взять и прекратить с ним общаться.
– Я не хочу прекращать с ним общаться, – в голосе Рейдена послышалось напряжение, – просто хочу сказать, что теперь мне будет неудобно находиться с ним рядом.
Ангела остановился и внимательно посмотрел на друга.
– То есть тебе реально противно быть с ним, только потому что он не похож на тебя? Неужели это заставит тебя закрыть глаза на все хорошие качества Логана, о которых ты и без меня знаешь? Это очень… подло. – Ангела вздохнул. – Знаешь, лучше вообще тогда не общайся с ним. Ты сделаешь ему только больнее. Он ведь сразу заметит, что твое отношение к нему изменилось. Это ранит.
– Я сам буду решать, что мне делать, хорошо? – раздраженно ответил Рейден. – Почему ты так заступаешься за него? Ты же сам говорил, что не очень-то понимаешь людей другой ориентации.
Ангела вспомнил тот эпизод. Тогда он нашел в коллекции Рейдена книгу о любви между парнями, которая была другу не по душе. Тогда же Рейден рассказал о своей неприязни к гомосексуалистам, и Ангела не нашел ничего лучше, как согласиться.
– На самом деле я так не считаю.
– Ты соврал?
– Я боялся оттолкнуть тебя и просто поддакнул, чтобы угодить. – Ангела с опаской наблюдал, как меняется выражение лица друга. – И еще я побоялся, что ты посчитаешь меня таким же.
– Но ты же нормальный?
– Нет, не «нормальный», а просто не такой, как Логан, – твердо сказал Ангела. Ему не нравилось, когда ориентация определяла «нормальность» человека.
– Так, ладно. – Рейден перевел дух. – Давай замнем эту тему, хотя бы на время пар, хорошо?
Ангела лишь кивнул. Он понимал: с этого момента ему будет некомфортно рядом с Рейденом, человеком, который готов поменять отношение к собственному другу только из-за его ориентации. «Возможно, когда-нибудь Рейден изменит свое мнение, – надеялся Ангела, – и поймет, что не прав».
Но где-то внутри его терзали опасения, что этого может не произойти.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?