Читать книгу "Синтонимы. Больно быть с тем, кто…"

15

Пятница. С момента, когда миры Ангелы и Рейдена перевернулись, прошло четыре дня, проведенных в полном одиночестве, в закрытой комнате. По крайней мере, так жил эти дни Ангела. Родители впервые разрешили ему пропустить пары, потому что видели, что их сын морально не способен ни с кем контактировать. Тем более с Рейденом.

Фам заходила к нему утром, в обед и вечером, чтобы позвать перекусить, но Ангела упорно отказывался от еды. Он просто не мог принять ее, пусть и был голоден. Так бывает во время болезни: ты вроде хочешь есть, но от еды воротит, и ты предпочитаешь лежать в постели, а не идти на кухню хотя бы выпить чаю. Что ж, невелика разница между любовью и обычными болезнями. Только если от второго можно еще как-то вылечиться, то от первого – никак. Вот просто никак.

Ангела чувствовал изменения, происходящие с ним. Он пытался принять себя. Выглядывал в окно, наблюдал за прохожими и думал, чем же теперь от них отличается.

Израненное сердце выстукивало один такт за другим. Это происходило каждый раз, когда он вспоминал о друге и думал, чем сейчас занимается Рейден, как теперь к нему относится. Наверное, считает извращенцем.

«Но если бы я был ему омерзителен, стал бы он приходить ко мне в больницу? Или он сделал это, чтобы высказать мне все в лицо и объявить о том, что больше мы никогда не будем общаться?»

Вечерело. Фам, уже зная о том, что сын откажется от ужина, понесла к нему в комнату поднос с едой. Сегодня была лазанья ее собственного приготовления.

– Ангела? – Она по привычке постучала в дверь. Эрар не открывал дверь сам с тех пор, как побывал в больнице.

– Да.

Она вошла, молча поставила поднос на тумбу, пока Ангела лежал, повернувшись к окну лицом, и вглядывался в свет фонарей до ряби в глазах.

– Ты же идешь на пары на следующей неделе?

Это могло означать лишь одно: они с Рейденом встретятся. И вот тогда отпираться, молчать или сбежать не получится.

– Я звонила твоему куратору и сказала, что ты заболел после всего случившегося. Все за тебя волнуются.

– Кто все? – Ангела повернулся к матери.

– Куратор, одногруппники…

– Серьезно? – Он злобно ухмыльнулся. – Не удивлюсь, если большинство из них даже не знает моей фамилии.

– Будто ты их фамилии знаешь.

Она села к нему на кровать, опустив плечи.

– Рейден звонил.

Ангела умело скрыл свое смятение за маской равнодушия, но от этого ему стало только хуже.

«Звонил? Он же не мог рассказать им обо всем?»

– Спрашивал о тебе, скоро ли придешь в колледж. Он волнуется…

– Да не волнуется он. Ему вообще все равно должно быть после того, как… Неважно.

Фам вздохнула:

– Не хочешь рассказать, что произошло?

– Нет.

– Ангела, но ты же понимаешь…

– Я могу перевестись в другой колледж?

Это заставило Фам замолчать на пару секунд. Она не смогла скрыть удивления и с напряжением спросила:

– Зачем?

– Я больше не хочу там учиться.

– Ангела, я не понимаю, что происходит.

– Так я могу просто перевестись куда-нибудь, не знаю, в колледж на краю города?

– Ты о колледже Вестовера? Тебя там испортят. Студенты там курят сигареты, траву, пьют, наркотиками торгуют. Ты же прекрасно об этом знаешь. Да и учителя не такие сильные, как здесь.

– Как раз для меня!

Ангела подскочил с места, раскрыл шкаф и стал бросать на пол первые попавшиеся вещи.

– Давай, я готов идти забирать документы хоть сейчас!

– Ангела!

Фам встала между ним и раскрытым шкафом и принялась поднимать вещи.

– Тебе нужно успокоиться. Хорошо, на следующей неделе тоже не пойдешь, только успокойся.

– Да не хочу я туда ни через неделю, ни через месяц, ни через год! – закричал Ангела.

– Почему? – Фам повысила голос.

– Потому что там Рейден!

– И что с того?

– Он будет презирать меня!

– Почему?

– Потому что я гей!

Ангела громко, прерывисто дышал, борясь с очередным желанием заплакать, но глаза уже щипало от подступавших слез.

Он стоял перед мамой, не зная, что делать. Убежать? Закричать? Молча уйти? Все это казалось таким глупым.

Он боялся взглянуть в испуганные глаза матери. Фам молча положила вещи на кровать и обняла сына. Он не успел опомниться, когда его окутал запах кухни, чего-то ароматного, но не сладкого, домашнего и теплого.

– Проблема в этом? Ты так боялся рассказать мне?

Ангела не мог выдавить из себя ни слова. Он чудом поборол желание зареветь ей в плечо, пусть сейчас это было бы очень кстати.

– Тебя это не пугает? – робко спросил он.

Фам отпрянула от него и посмотрела так же, как и обычно. В ее глазах не было ни ужаса, ни удивления, ни страха. Только забота и… спокойствие. Такое, будто нет ничего страшного в том, что ее единственный сын оказался геем.

– Знаешь, я почему-то всегда подозревала. И при этой мысли не испытывала ничего из того, чего ты так боишься. Я люблю тебя, как и раньше. Все хорошо.

– Но папа…

– Я ему все объясню. Уверена, он тоже отнесется с пониманием, – улыбнулась мама. – Ну вот, ты вроде успокоился. По крайней мере взгляд у тебя не такой бешеный.

Ангела засмеялся, и одна слезинка скатилась по румяной щеке.

Но когда он вспомнил о своей главной проблеме, улыбка сошла с его лица. Фам заметила это. Ангела решил рассказать ей правду, ибо после всего увиденного и услышанного, ему хотелось довериться, раскрыться, стать свободней.

– Я… Рейден… Он… – И пусть Ангела мысленно за секунды выстроил в голове целый план разговора и составил пылкую речь, слова давались с трудом.

Фам медленно кивнула, словно призывая сына не волноваться.

– В общем, я…

В дверь позвонили.

Фам взглянула на часы и произнесла, вставая с кровати:

– Это Джин пришел с работы.

Она приблизилась к двери и уже собиралась выйти, когда Ангела ее окликнул:

– Мама!

Она обернулась.

– Не рассказывай ему пока об этом, хорошо?

– Хорошо.

И она скрылась за дверью.

Ангела стал собирать разбросанные вещи. Схватил джинсы, в которых был на стройке, и решил отправить их в стирку. Полез в карманы, чтобы вытащить сдачу от таксиста. Но вытянув кучу купюр, он удивился. Именно их он давал водителю.

«Как они оказались в моем кармане?»

И тогда Ангела с холодком осознал: и водитель, и парень из здания, и незнакомец, звонивший полицейским – один и тот же человек.

Ангела лег на кровать и выдохнул. Он давно не чувствовал такого облегчения от разговора с мамой и теперь был счастлив, что ему удалось избавиться от части груза. В то же время его терзали мысли о незнакомце, который так неожиданно в самый неподходящий момент ворвался в его жизнь.

– Ангела! – крикнула Фам.

Он вышел из комнаты, пробежался по лестнице вниз, в коридор и… оцепенел от подступившего ужаса.

В коридоре стоял Рейден.

16

Это было довольно странно и страшно – сидеть за одним столом с осведомленной о происходящем мамой, папой, зависшим в телефоне, и другом-гомофобом, которого ты любил и который знал о твоей ориентации.

Ангела решил помочь маме с ужином. Это был прекрасный шанс отвернуться от Рейдена и отвлечься. Он старался этого не замечать, но Красс уже прожег в нем дыру своим взглядом. Впервые Ангелу настолько сильно волновало, как он выглядел: не слишком ли помята одежда, не горбатится ли он, нет ли на кофте пятнышка.

Фам заметила, что Ангела непривычно медленно вытаскивает посуду из шкафа.

– Как в колледже, Рейден? – бодро спросил Джинджер. Он единственный, кто даже не догадывался о том, что на самом деле происходило. – Ангела почти всю неделю не ходил. Есть новости?

– Ну, все как обычно, в принципе.

Почему-то сейчас слышать Рейдена было непривычно. Ангела настолько отвык от него, что в первую секунду задался вопросом: «Это у Рейдена такой бархатный голос?»

И чем дольше Рейден говорил, тем сильнее Ангела сжимал вилку в руке.

– До сих пор все обсуждают… то, что произошло в понедельник.

– Ты все-таки рассказал кому-то? – расстроенно спросила Фам, расставляя тарелки.

– Нет, что вы. Просто куратор Ангелы, скорее всего, сказала своим коллегам, те студентам, и понеслось.

«Тогда мне тем более нужно переводиться».

Не глядя в сторону Рейдена, Ангела разложил вилки и сел на свое место. Как назло, оно оказалось рядом с Крассом.

– Да, кураторша у тебя та еще болтушка. – Джинджер, наконец оторвавшись от телефона, взглянул на жену, которая накладывала в каждую тарелку добротную порцию лазаньи.

Ангела посмотрел на родителей, напротив него села мама. Она поглядывала на сына и его друга немного растерянно, подыскивая темы для разговора.

– Чего же вы молчите, парни? – спросил Джинджер.

На него тут же устремился импульсивный взгляд жены. Она медленно пережевывала еду, стуча пальцами по столу, лишь бы привлечь внимание Джина. Но тот продолжал:

– Расскажите хоть, как у вас обоих жизнь. Интересно послушать.

– Джин, дорогой, – начала Фам, – думаю, это их дело.

Мужчина потупил взгляд и осознал, что ляпнул лишнее. Со своей работой он совсем и забыл о напряженных отношениях между сыном и его другом.

Ужин они продолжили молча. Но если родители ели с аппетитом, то Рейден с Ангелой проглотили крохотные порции, не способные насытить и воробушков.

Ангела искренне не понимал, зачем Рейден здесь. Так же, как и сам Рейден не мог понять, почему пришел. Он собирался не показываться на глаза Ангеле, пока тот сам не захочет. Но не выдержал. Им необходимо было поговорить, разобраться в этой ситуации. Ведь лучше сразу прояснить позицию каждого, чем тянуть неделями.

Каждый из них это понимал. И, преодолев свои страхи, Ангела решил сделать первый шаг. Расставить все точки над «i». Быть может, разочароваться, но смириться с судьбой и успокоиться.

Он вышел из-за стола и ушел к себе в комнату. Рейден понял его намек, поблагодарил за еду и поспешил за ним.

Джинджер проводил их вопросительным взглядом. Как только услышал, что Рейден поднимается наверх, спросил у Фам:

– А что происходит?

– Что-то очень важное для мальчиков – это я знаю точно.

Рейден закрыл за собой дверь. В комнате было темно, возле приоткрытого окна стоял Ангела. В помещение проникал прохладный воздух и звуки проезжающих машин. Стены окрашивались в разные оттенки от сменяющих друг друга фар.

Ангела специально не включил свет. Чтобы раствориться во тьме. Чтобы скрыться от глаз Рейдена. Чтобы тот не видел его лица, когда они будут говорить.

Рейден подошел к Ангеле и встал напротив него рядом с окном. Выглянул вниз и убедился, что до земли довольно высоко.

– Ты хотел поговорить? – спросил Ангела.

– Кажется, это ты хотел поговорить.

– Ты ведь не пришел бы просто поужинать и уйти, да?

Ангела набрался смелости и поднял на Рейдена глаза. В этот момент теплый свет проезжавшей мимо машины слегка осветил его лицо, и Ангела тут же отвел взгляд. В ночи, при тусклом свете черты лица Рейдена казались четче, глаза – больше и ярче. Он был действительно красив, куда привлекательнее Ангелы, который ничем не отличался от других подростков: обычные волосы, глаза, лицо, телосложение, голос. В нем не было ни единой изюминки. А в Рейдене было идеально все. Конечно, идеальных людей не бывает, но когда ты влюблен, твой предмет обожания кажется наделенным неземной красотой.

– Когда я прочитал твои сообщения, даже не поверил, – начал Рейден. – С другой стороны, подсознательно я понимал, что ты такой, иначе тогда летом не стал бы тебя так называть. Мне было сложно мириться с этим, потому что… ты знаешь. Но ты же мой…

– Друг? – в голосе Ангелы слышалась дерзость. Это была его защитная реакция от собственных чувств. Так он оборонялся от печали, чувствуя, что внутри становится лишь больнее. – Ты же понимаешь, что мы не можем быть друзьями.

– Но ты ведь хочешь, чтобы мы продолжили общаться дальше?

– Да, хочу. Но тебе это противно, а я боюсь… – Голос Ангелы задрожал.

– Чего?

– Я боюсь, что ты в какой-то момент бросишь меня. Мне не хочется прекращать общение. Я все эти дни думал, задавался вопросом, как нам дальше быть, есть ли дружба между геем и гомофобом. Быть может, есть, но на какое она время? Может, нам лучше завершить все здесь и сейчас?

Ангела не желал этого. Он понимал, что это убьет его, что сейчас он роет могилу сам себе, но не мог остановиться. Потому что подсознательно понимал: это будет верное решение.

– Ты же так не думаешь? – Рейден раскрыл его моментально. – Зачем врешь?

– Я не понимаю, какое решение ты принял за эти дни. Если мы продолжим общаться, ты уже прежним по отношению ко мне не будешь. Тебе ведь противно, да? Противно сейчас стоять и смотреть на гея? Извращенца, содомита и как там дальше? Противно, ответь?

– Да! – выпалил Рейден. – Да, мое отношение к тебе может измениться, но это не значит, что я считаю тебя извращенцем. Для меня ты тот же Ангела.

– Ты врешь. У тебя двойные стандарты: значит, я гей, но не извращенец в твоих глазах, а все остальные геи – именно такие.

– При чем здесь они? Мы сейчас о тебе говорим. На остальных мне плевать.

– А на меня тебе не плевать?

– Как видишь, нет!

Рейден боялся, что его эмоциональные реплики могли услышать внизу. Ангела не мог найти слов. Рейден говорил не всю правду, и это было понятно сразу. Их дальнейшая дружба означала лишь одно – терпеть друг друга. Рейден будет закрывать глаза на его ориентацию, а Ангела будет мириться с изменившимся отношением Рейдена.

– Мы уже не сможем ничего вернуть, – горестно сказал Ангела.

– Я знаю, – признал Рейден, успокоившись.

– Тогда зачем сейчас говорим об этом?

– Не знаю. Я уже ничего не понимаю. Но ты прав: назад ничего не вернуть, хотя я почему-то все равно не могу с этим смириться… Если честно, я разозлился, когда ты признался. Злился до тех пор, пока не узнал, что ты сбежал и связь с тобой оборвалась. Не думал, что для тебя это будет настолько важно.

Ангела криво улыбнулся.

– Мои сообщения предназначались Логану, но я по своей тупости перепутал номер и послал все тебе.

– Серьезно? – Рейден ухмыльнулся, но глаза его печально блеснули.

– Да, представь, как лоханулся. Так бы я тебе в жизни не рассказал.

– А как ты понял, что… такой? Давно?

Ангела перевел взгляд на окно.

– Я ведь могу не отвечать на этот вопрос?

Рейден понимающе кивнул.

Они стояли в молчании. Столько слов крутилось в голове, но обоим казалось, что они пустые и бессмысленные, ничего не изменят и останутся непонятыми. Как же они ошибались…

Выходит, все? На этом все и закончится?

«Я хочу продолжать общение, но так, как было раньше, уже не будет никогда». Что делать теперь?

Ангела уже представлял жизнь в новом колледже. Он попадет в какую-нибудь плохую компанию, начнет курить или даже пить, будет ночами шляться с ребятами, которых не знает, а потом в какой-то миг подвыпившие друзья начнут к нему клеиться. И что же он сделает тогда? Напьется и ответит на приставания? А потом рано или поздно ляжет под одного из них? Или не одного… Утром все равно не вспомнит, сколько их было.

Он будет встречать Рейдена на улице, в кафе, и тот будет глядеть на него растерянно, желая подойти, а потом с отвращением – при виде парней, с которыми Ангела будет идти. А он не станет сопротивляться. Ни капли. Своими постыдными поступками вычеркнет Рейдена из своей жизни. Когда-нибудь они будут вспоминать друг о друге, думая: «Да, было такое, дружили, а потом разошлись». И будут жалеть: «Какими мы были бы, если бы продолжили свой путь вместе?»

– Я пойду.

Рейден всматривался в Ангелу, пытаясь понять его реакцию, но тот лишь холодно процедил:

– Пока.

И Рейден ушел. Тихо закрыл дверь, бесшумно спустился по лестнице и вышел на улицу. Ангела цепко выхватил взглядом его отдаляющуюся фигуру, запоминая каждое движение. Когда ночь поглотила Рейдена, Ангела сполз по стене вниз, закрыл лицо руками и разрыдался. Он сам выбрал такой конец.

17

В кафе рядом с колледжем было жарко, даже немного душно – отопление работало на полную. Пахло свежеиспеченными пирогами и круассанами, натуральным кофе и фруктовым чаем. Смешавшиеся запахи сводили Логана с ума. Он сидел здесь уже минут десять, дожидаясь своего друга. Или уже не друга. Все-таки он чувствовал скрытую угрозу со стороны Рейдена с тех самых пор, когда тот узнал о его бисексуальности.

Логан выпил чашку едва теплого чая, специально дождавшись, пока тот остынет, иначе сварился бы в своем свитере. А ведь он сюда еще и в пуховике пришел. Зимы пошли суровые.

– Привет, – подсел к нему Рейден.

Немного глуповатая, ванильная музыка отвлекала от важного разговора.

– Привет. – Логан старался улыбнуться искренне, но получилось не очень. – Что-нибудь будешь?

– Мне нудно только поговорить с тобой, я ужинал.

– Не понимаю, с чего бы тебе звать меня в кафе.

– Потому что поговорить больше негде. Дома обстановка угнетала бы, тем более что я сейчас один.

– А я вообще в общаге живу, иногда у Лайка ночую, он здесь квартиру снимает. Все предлагает мне туда перебраться, но я все никак, – начал Логан, но вовремя заметил, что Рейдена не особо интересует его жизнь. – Ладно, что там у тебя?

– Хотел попросить у тебя совета.

– По части?

– Мой друг… Один из моих друзей… Ему нравятся парни.

– Вау, – только и выдал Логан. – Еще не побил его?

Рейден бросил на него озлобленный взгляд. Он понимал, что его гомофобия – ни для кого не секрет, но со стороны Логана это все равно прозвучало оскорбительно и насмешливо.

– Если ты считаешь, что я опущусь до такого, то сильно ошибаешься.

– Ну мало ли… – Логан подозвал официантку, заказал пирожное и холодный чай. – И что за совет ты хотел?

– Логан, я понимаю, что тебе сложно понять мое негативное отношение к… геям, но этот друг для меня действительно важен.

Напряженное лицо Логана разгладилось.

– Я не хочу его терять, но изменить его не смогу, а вот себя – вполне возможно…

– Стоп!

Логану принесли заказ. Он поблагодарил милую официантку и продолжил:

– Ты хочешь изменить свое отношение к ситуации?

– Да, можно и так сказать. – Рейден стеснялся. Даже стыдился своих слов – как можно принять то, что отторгал всю свою жизнь?

– Что ж, я могу тебе с этим помочь… – Из уст Логана это прозвучало очень легко, будто его попросили перевести старушку через дорогу.

– Да? – Для Рейдена же это означало сделать что-то невероятное, неподвластное человеку.

– Все довольно легко, на самом деле. Но многое зависит от тебя.

Логан достал телефон, поискал там что-то немного и посмотрел на Рейдена испытующим взглядом, как перед экзаменом. Это заставило Рейдена немного заволноваться. В горле пересохло.

– Но пообещай мне кое-что, – проговорил Логан. – Сразу после того, как увидишь, ты должен это повторить. Иначе нет смысла. Согласен?

– Что я должен увидеть и повторить?

– А вот этого я тебе не скажу. Просто пообещай, что сдержишь слово.

Рейден вздохнул. Как бы ему ни хотелось отказаться, дружба стоила того.

– Обещаю.

* * *

– Рейден, привет!

Селли взбежала по лестнице и легонько дотронулась до его руки.

– Да, привет. – Рейден бросил на нее взгляд и вновь погрузился в свои думы.

Был понедельник. Ровно неделю назад произошли известные потрясения, но Красс все так же слышал обрывки разговоров проходящих мимо студентов об этом и ловил на себе подозрительные взгляды. Его никто не задирал, но часто останавливали и спрашивали об Ангеле, словно им действительно была важна его судьба. На деле же это было не так. Они просто утоляли свой интерес, который пройдет если не через неделю, то через месяц точно.

– Как Ангела? – спросила Селли. Они встали возле кабинета в ожидании звонка.

– Нормально.

– Он скоро вернется, не знаешь?

– Не знаю.

– А почему сбежал?

– Не знаю.

– Врешь!

– Селли… – Эта девушка начинала не на шутку раздражать Рейдена. – Я понимаю, что, наверное, тебе важен Ангела, но ты ведь и сама можешь к нему сходить.

– На самом деле, Рейден, – Селли спрятала прядь за ухом, – я хотела тебе кое-что сказать.

Парень старался выглядеть как можно более заинтересованным, но сейчас признания девушек были ему интересны меньше всего. Тем более Селли.

– Вы с Ангелой правда встречаетесь?

– Э-э-э… – Рейдена терзали разные чувства: от злости до желания рассмеяться над своими высокомерными мыслями об очередных признаниях. – Ну конечно же нет! С чего вы вообще это взяли?

– Ну, просто слухи ходят. Что вы якобы знали друг друга еще до колледжа и вот недавно начали встречаться.

– Я действительно знаю Ангелу давно, но мы не встречаемся. Я вообще не из тех!

– Если честно, я и без этих слухов так думала.

– Почему?

– Потому что он как-то странно на тебя смотрел, да и перед его побегом в понедельник вел себя странно, как влюбленный недоумок.

Это заставило Рейдена вспомнить их разговор в пятницу. Ангела ведь отказался называть причину, по которой тот осознал свою ориентацию, да и сам Красс заметил изменения в нем до событий понедельника.

– А еще… – Селли взглянула на Рейдена холодно, что было на нее непохоже. При взгляде в ее суженные глаза Рейден почувствовал, как по телу пробежал холодок. – Он наврал мне, сказав, что у тебя есть девушка. Выглядел, правда, растерянным.

«Возможно, он сделал это, чтобы отвлечь ее от меня».

– А когда это произошло?

– Чуть больше недели назад.

«Как раз тогда, когда я признался ему в том, что асексуален. Но что, если дело было не в этом, а в…»

На сердце у Рейдена стало тяжело от осознания верности его предположения. Но разве этого достаточно, чтобы делать выводы?

Хотя это многое объясняло. От понимания у Рейдена закружилась голова, его переполняла странная энергия. И он не мог понять, какая именно: отрицательная или положительная. Скорее, все же первое.

– Я, конечно, не знаю, что там произошло между вами, но мне почему-то кажется, что дело в этом. В том, что Ангела просто влюблен в тебя.

– Нет, это бред. – Протест Рейдена был слишком наивным с его стороны. Все, что у него было, – это пустые отговорки, придуманные на ходу.

– Подумай об этом.

– Я не собираюсь думать, потому что это бред. Еще летом он встречался с девушкой, так что это не больше чем предположение. Получается, геем можно назвать любого одинокого парня. Так что все это – пустая болтовня.

Селли лишь пожала плечами. Кажется, она смирилась со словами Рейдена и даже смогла принять их. Все-таки ему удалось отвести от их парочки любопытные взгляды. Если повезет, Селли разболтает это своим подругам, те – своим подругам, и тогда все поймут, что слова Эштера – выдумка.

Но если Рейден на словах отказался прислушаться к Селли, это не значит, что он сам не собирался проверить теорию о чувствах Ангелы.

Если же она ошибочна, то Рейден собирался найти способы продолжить с ним общение, даже если в какой-то момент Ангела познакомит его со своим парнем. Рейдену просто не хотелось терять такого друга.

Но если Ангела в него влюблен… Рейден постарается забыть о нем, как о кошмарном сне, как бы эгоистично это ни было.

Рейден жил по законам толпы и той же толпы опасался. Ангела не был приверженцем стереотипов. Это было их главным отличием.

Уже завтра Рейден сделает то, что изменит его, перевернет сознание, разрушит стереотипы. То видео Логана, основанное на реальных событиях, заставило его почувствовать себя раскрепощеннее, его мысли словно посветлели.

Увиденное заставило Рейдена задуматься: «А ведь действительно, в чем разница? Правда ли другая ориентация должна заставить человека закрыть глаза на его положительные качества?»

Осталось только повторить это.