Читать книгу "Синтонимы. Больно быть с тем, кто…"

18

«Ангела, привет. Знаю, возможно, ты не хочешь меня видеть теперь, но все-таки давай встретимся у меня сегодня вечером? Я как раз вернусь домой. Нам нужно поговорить наедине. Надеюсь, ты придешь».

Читая эти строки, Ангела был готов во второй раз разбить свой телефон.

Написано чувственно. Эрару даже удалось представить, каким тоном ему говорил бы эти слова Рейден. И тон, и голос таили бы в себе страх отпугнуть. Выходит, Красс не желал разборок с криками и скандалов. Он просто хотел спокойно поговорить.

Это и привлекло в нем Ангелу, заставляя испытывать все более сильные чувства. Хотя куда уже сильнее? Каждый шаг Рейдена казался ему необычным, даже в словах, в этих буковках, запятых и точках Ангела старался прочувствовать его. Потому что ему не хватало этого человека. Потому что он понимал, что поступил необдуманно, решив вычеркнуть Рейдена из своей жизни. А ведь он думал, что все будет по-другому, но Рейден, наоборот, к нему тянулся.

«Выходит, я все-таки для него что-то значу?»

Ангела представил, что Рейден – вовсе не асексуал и тоже имеет влечение к парням. Такой латентный гей, скрывающий себя под маской гомофобии. Он размечтался до такой степени, что чуть сам не убедил себя в том, что Рейден его любит.

Но пришлось выпасть из мира фантазий и с болью вернуться в реальность.

– Мам, – Ангела позвал ее, спускаясь по лестнице и попутно натягивая куртку, – я пойду прогуляюсь.

– Не поздно? – Фам вышла из кухни, из которой доносился голос диктора новостей, означавший, что уже восемь часов.

– Я ненадолго.

Мать наверняка остановила бы его, но сейчас, впервые за неделю, Ангела выглядел спокойным, даже, как ей показалось, полным энтузиазма. Поэтому она не стала возражать:

– Иди, только пуховик надень.

– Я в нем кажусь толстым.

Как бы Ангела ни отказывался, все равно пришлось надеть зимнее пальто. Ночью было гораздо холоднее, зато сейчас было не скользко. Хоть это радовало. Чтобы отвлечься от мыслей о том, что его ждет, Ангела решил послушать музыку в больших наушниках и выбрал песню «Reality Without You» [1]1
  Песня американской рок-группы «Our Last Night» (прим. ред.).


[Закрыть].

Да, Ангела, прекрасный выбор, если ты хочешь отвлечься от мыслей о парне, в которого влюблен.

На пути к дому Рейдена его ждал сюрприз – друг поджидал его снаружи. Они встретились случайно, когда Ангела на полном ходу, уткнувшись в землю, врезался в него и чуть не сбил с ног.

– Привет. – Ангела стянул с себя наушники, но не успел выключить музыку, и до Рейдена долетели обрывки песни с фразой «…reality without you!» Получилось неловко. Ангела заметил немного озадаченное выражение лица друга и быстро добавил:

– Просто мне нравится эта песня.

– Да, она классная. – Рейден слабо улыбнулся.

Они стояли, не зная, как дальше продолжать разговор, пока Ангела не решил взять инициативу на себя:

– О чем ты хотел поговорить?

– Давай дома обсудим? На улице не очень удобно.

Ангела, как болванчик, закивал. Они молча брели по улицам, стараясь не уходить вперед и не отставать. Ангела несколько раз случайно задел Рейдена плечом, но тот делал вид, что не замечает. Пока они шли, вдыхая морозный воздух, режущий легкие, Эрару хотелось продолжить разговор и узнать, где же был Рейден. Снова сидел в кафе и читал книгу?

Он старался не смотреть на него, но это стоило огромных усилий. Рейдену всегда шло пальто. Оно вытягивало его, облегая; друг выглядел в нем мужественно и взросло, обворожительно и даже соблазнительно, от чего Ангеле стало неловко.

Наконец они дошли до дома. Рейден сунул ключ, повернул его, но замок не щелкнул. Дверь оказалась не заперта.

– Странно, – пробормотал он.

Ангела не придал этому особого значения.

Они вошли в коридор. Рейден включил свет и закрыл дверь.

– Рей… – В голосе Ангелы звучал страх.

Весь коридор был в следах грязи и снега. Рейден прошел вперед. И это стало его ошибкой. Из неосвещенной комнаты выскочил парень и набросился на него. Они упали на пол. Завязалась драка.

– Рейден!

Ангела хотел их разнять, но не успел: он тоже был схвачен до боли знакомыми людьми. Еще двое накинулись на Рейдена, довольно насмехаясь и обмениваясь глупыми шутками.

– Я уж думал, ты не придешь, Рейден. – Из дальнего темного угла вышел Эштер.

– Что вы здесь делаете? – спросил Рейден. В потасовке его уже успели ударить, но он держался невозмутимо, как и Ангела.

– О, и этот здесь. Как ми-и-ило. – Эштер подошел к Ангеле, схватил его за волосы и потянул вниз. Ангела подавил крик боли за крепко стиснутыми зубами. – Извините, что испортили вам вечер.

– Что тебе от нас нужно? – Заметив рукоятку ножа в кармане одного из державших его парней, Рейден напрягся.

– Мне нужен был ты. Бесишь меня, – выплюнул Эштер.

После этих слов один из парней ударил его в живот. Рейден почувствовал разрывающую изнутри боль.

– Прекратите! – Ангела попытался вырваться, но все попытки были тщетны.

– Помолчи, пожалуйста, и до тебя доберемся, раз тоже явился. – Эштер сжал его шею, впиваясь в кожу ногтями, а затем резко царапнул, оставив длинные розовые следы. – Мне тут сестра сообщила, что вы реально не встречаетесь. Прям печально стало.

– Сестра? – переспросил Рейден.

– Я не поверил, но она тут же обрадовала меня другой новостью. – Он с размаха зарядил Ангеле в живот. Увидев, как тот сложился пополам, крича от боли, пока его удерживают двое парней, Рейден попытался податься вперед, но его лишь скрутили сильнее.

– О чем вы?! – закричал он. – Может, вы уже отвалите от нас наконец?

– Ну же, Ангела, скажи, – буквально напевал Эштер.

Но вместо ответа получил лишь преисполненный злобой взгляд.

– Так, значит? Ладно.

Эштер кивнул своим дружкам, и те бросили Рейдена на пол, сбив его с ног. Не успел тот даже подняться на колени, когда на него обрушился шквал ударов. При виде этого сердце Ангелы замерло. Они получали удовольствие от их страданий, перекидываясь насмешливыми взглядами и наблюдая за реакцией Ангелы.

– Прекрати! – закричал он Эштеру. – Зачем ты это делаешь?

– Мне просто интересно. – Эштер наблюдал за всем с такой милой улыбкой, словно перед ним не избивали человека, а играли друг с другом котята. – Но ты можешь это прекратить. Просто скажи правду.

– Зачем вам это?

– Моя сестра попросила сделать это, и я рад ей услужить.

Во всем виновата Селли. Ангела с Рейденом понимали, что за ее улыбками могла прятаться черная душа. Но не придавали этому значения, видя ее искренность и открытость. Ангела даже не подозревал, что она распознала его ложь, когда он наврал ей про девушку Рейдена. Думал, что она расстроилась, но никак не это, нет. Они сами были виноваты в своей доверчивости.

– Хорошо! – закричал Ангела.

– Стоп! – скомандовал Эштер, но даже после этого его дружки не оставили Рейдена в покое. Когда удары прекратились и слышалось только прерывистое дыхание Ангелы и Рейдена, Эштер обратился к первому:

– Говори.

Ангела посмотрел на Рейдена. Тот едва нашел силы привстать. Он чувствовал боль во всем теле. На щеке и под правым глазом уже наливался синяк, черные волосы спутались. Рейден убрал их со лба, не отрывая взгляда от друга, который вот-вот уже окончательно мог перестать им быть, сказав всего три слова. Он понимал, что это за слова, и от этого почему-то чувствовал себя несчастным, загнанным в угол. Если это произойдет, что будет тогда?

– Я… люблю… – прошептал Ангела.

– Громче! – прокричал Эштер над самым его ухом.

– Я люблю тебя… – Образ Рейдена, его выражение лица и взгляд расплывались из-за подступающих слез.

– Громче!

– Я люблю тебя, Рейден! – закричал Ангела на весь дом. И дело было не в командах Эштера, а в его чувствах, мыслях, которые резали больнее любого ножа и обжигали сильнее пламени. Он кричал и плакал от боли, не смея этого больше скрывать. Его прорвало. Сил сопротивляться не осталось.

Ангелу отпустили, и он упал на колени, услышав шаги у двери. Он закрыл лицо руками от стыда, понимая, что выглядит до ужаса жалко, беспомощно, и ничего, кроме омерзения, его рыдания и вид не вызывают.

– Позорище, – сквозь зубы процедил Эштер и закрыл дверь.

И что же делать дальше? Что?!

Сейчас Ангеле хотелось просто раствориться, исчезнуть или умереть и больше не испытывать ничего. Он был слаб морально и физически. Морально даже слабее, раз не мог побороть слезы. Они просто текли сами по себе. Их нельзя было остановить. Это все, что у него накопилось.

И пусть он был с Рейденом в одной комнате, ему хотелось забыть об этом, успокоиться, выйти и больше никогда не возвращаться и не видеть жалостливого взгляда друга, за которым будет таиться презрение.

Боже, как же ему хотелось тогда просто исчезнуть! Или выбежать из дома и броситься под первую попавшуюся машину. Но Рейден ведь не даст ему это сделать? Или даст? Если Ангела сделает это прямо сейчас, если погибнет у него на глазах, что тогда испытает друг: чувство потери или облегчения?

Он услышал, как тихо поскрипывает пол. Скрип приближался.

Он боялся открыть глаза и увидеть Рейдена. Даже обрадовался, что от слезной пелены не сумел разглядеть его реакцию. Но Рейден подозрительно молчал. Это значило лишь одно – опасения Ангелы подтвердились.

Ангела встал с пола, только Рейден подсел к нему. Он молча направился к двери, находясь в трансе, чувствуя себя уничтоженным, раздавленным и буквально испепеленным до атомов, – его уже не собрать.

– Ангела… – Слегка дрожащий голос Рейдена заставил его замереть, но лишь на секунду. Он продолжил идти, но тут его схватила сильная рука. – Ангела!

– Пусти меня, – тихо прошептал Ангела, когда Рейден развернул его к себе лицом и посмотрел в красные от слез глаза. – Я больше… – Его вновь душили слезы, но он держался, чтобы не казаться уродливым. Так редко получается красиво плакать. – Я больше не буду тебе докучать. Я просто… хотел… Просто дай мне уйти.

– Нет, ты останешься здесь, пока не придешь в себя.

– Тогда мне придется остаться здесь надолго. – Ангела смотрел на Рейдена исподлобья. Это выглядело бы угрожающе, если бы не печаль в его мокрых глазах, мрачное выражение лица и плотно сомкнутые губы.

Он хотел вырваться, но Рейден не позволил. Ангеле удалось схватиться за ручку двери и потянуть ее на себя, но Рейден перехватил его руку и прижал к стене.

– Если ты хочешь домой, то я отвезу тебя сам на такси и расскажу все Фам, чтобы она проследила за тобой, потому что… Мало ли.

Ангела вновь попытался вырваться, бесстрашно глядя Рейдену прямо в глаза.

– Если хочешь, можешь меня ударить, – проговорил он.

– Что ты несешь? Я не буду этого делать.

– Нет, сделаешь.

– Я не стану!

– Почему?! – Ангела перешел на крик. – Разве то, что я сказал, не хуже всего для тебя? Разве ты не испытываешь ко мне теперь ненависть? Неужели нет ни малейшего желания задеть меня?

– Замолчи.

– Ну, давай, ударь! Чего это тебе стоит? Я ведь, наверное, достал тебя за все время нашего знакомства. Никогда не было желания ударить меня за мою тупость? Сейчас прекрасная возможность!

– Да замолчи же!

И тут Рейден обнял его, чувствуя сначала напряжение, а затем облегчение. Он обнимал своего лучшего друга-гея, влюбленного в него, который под угрозой причинения вреда ему признался в своих чувствах.

И почему-то в тот момент, осознавая все это, Рейден не испытывал негативных эмоций. Он чувствовал, насколько наполнен внутри. Ему столько раз признавались в чувствах, и он всегда оставался равнодушен, но признание Ангелы, эти три простых слова, заставили его чувствовать себя живым и нужным.

– Это то, что я хотел сделать, когда звал к себе. Знаешь, проводился социальный эксперимент, в котором гомофобы обнимали гомосексуалистов. Поначалу первые боялись даже подходить к объектам их ненависти, но и те, и другие были так воодушевлены после объятий… Но я не боюсь, Ангела. Я не боюсь находиться рядом с тобой и обнимать тебя даже после услышанного. Я понимаю, что так, как было раньше, уже не будет никогда, но будет по-другому. Я не знаю, как к тебе относиться, но для меня ты остаешься тем же Ангелой. Мне просто… нужно привыкнуть… к себе новому.

Ангела был так потрясен, что поначалу даже не ответил на объятия Рейдена. Он понимал, что тот намеренно игнорировал тему с его признанием, но все равно чувствовал себя счастливым. Наконец он обнял Рейдена в ответ. Он делал то, о чем мечтал с тех пор, как осознал свои чувства. И друг понимал, насколько важен для Ангелы этот жест. В нем была не просто благодарность, а выражение любви. И от этого Рейдену стало немного страшно. Его пугало то, на что он не мог найти ответа.

19

Когда Рейден разомкнул глаза после бессонной ночи, полной размышлений, на часах было уже девять. Он поспал лишь четыре-пять часов. Но опоздание на первую пару его ни капли не волновало. Почти всю ночь он провел враздумьях, пока Ангела спал в соседней комнате. Он провалился в сон почти сразу, как только лег и укрылся одеялом. Рейден так и не отпустил его домой, написав Фам, что Ангела остается у него.

Одевшись и умывшись, Рейден приоткрыл дверь в комнату, где лежал друг. Тот мирно спал, хотя на часах был уже десятый час. Наверное, стоит сегодня устроить выходной, провести день вместе или, наоборот, поодаль друг от друга.

Рейден с ужасом вспоминал пережитое вечером. И пусть об избиениях напоминали лишь синяки по всему телу и раскалывающаяся голова, перед глазами отчетливо вставал Ангела. Плачущий, кричащий, разбитый. В те мгновения, когда он повторял свое признание, Рейден словно чувствовал эту давящую откуда-то сверху силу, убивающую уверенность в себе, ломающую волю и желание существовать здесь и сейчас.

Ангела был сильнее, чем казался. Гораздо сильнее.

После утренних новостей показывали передачу о правильной еде. Рейден слушал вполуха, а голоса ведущих создавали ощущение заполненности в доме. Все-таки Рейден немного скучал по тем светским вечерам в Стокгольме, когда в их доме собиралась куча незнакомых людей.

– Доброе утро. – Ангела медленно вошел на кухню и встал возле дверей.

– Доброе. Как ты? – Рейден тут же развернулся к нему.

Ангела сжимал руки и немного покачивался на месте, чувствуя себя не в своей тарелке в одном доме с Рейденом, тем более после своего признания.

У него просто в голове не укладывалось, что теперь Красс знает все, все до мелочей. Он понимал, что Рейден не ответит ему взаимностью, но все равно хотел услышать отказ, чтобы поставить на этом точку. Рейден к такому готов не был. Он боялся истерик со стороны Ангелы, боялся, что тот уйдет и больше не вернется.

– Круассаны? – Ангела подсел к Рейдену.

– Да. – Он оторвался от завтрака, чтобы заварить чай, и мельком взглянул на друга: тот сидел, вжав голову в плечи.

Когда оба сели завтракать друг напротив друга, между друзьями воцарилось молчание. От тишины спасали лишь голоса ведущих в телевизоре.

– Идешь на пары? – спросил Рейден.

– Нет, а ты?

– Придется.

– Почему? – Ангела осторожно разглядывал исподлобья лицо Красса. Даже синяки ему шли…

– Дело даже не в парах и звонках моим родителям. Ни о чем не хочешь поговорить с Селли?

Пусть Ангела и понимал, сколько всего им пришлось пережить из-за этой девчонки, жалость к ней прокралась в его мягкое сердце.

– Она тебя любит, Рейден.

– Да плевать мне на нее. Тем более после всего того, что она наговорила и сделала чужими руками. Я не буду на нее давить, просто хочу посмотреть в глаза.

– Это ничего не изменит. По колледжу уже ходят слухи о нас, Рей…

Теперь называть Рейдена ласкательным именем значило для Ангелы то же самое, что и сказать: «Я люблю тебя». Сам Рейден подумал о том же.

– Тем более. Нужно пойти хотя бы одному из нас, потому что Эштер мог распустить слухи о том, что нас с тобой нет, потому что… ну…

Ангеле сделалось невыносимо жарко, и он отодвинул горячий чай.

Он мог всем рассказать, что они провели эту ночь вместе. Можно было даже представить эту картину: самодовольное лицо Эштера и визжащие от восторга девушки вокруг него.

– Да, ты прав. – Ангела откусил круассан и отложил его в сторону. За эти дни он похудел на пару килограмм. Рейден заметил это по рукам.

– Ты очень плохо ешь, – проговорил он. – До анорексии себя доведешь.

– Мне просто не хочется. Как-то противно.

– А если бы я сказал, что сам их приготовил? – усмехнулся Рейден, решив воспользоваться отношением к нему Ангелы, но тут же пожалел о своих словах, посчитав это эгоистичным ходом.

– А ты готовить умеешь?

– Нет, но вот представь.

– Тогда бы, возможно, все-таки съел. – На лице Ангелы появилась слабая улыбка. – Ты же не станешь сейчас готовить?

– Нет. Не хочу, чтобы, когда тетя Гинзберг приехала, обнаружила на месте своего дома обгоревшие кирпичи.

– Я могу тебе с этим помочь.

Это был смелый ход со стороны Ангелы, и в то же время милый и наглый. Можно подумать, что вся их болтовня сейчас – это временное развлечение и пустые слова, о которых они забудут сразу. Потому что каждый понимал: это не очень правильно. Это будет проявлением не дружбы, а черт пойми чего. Как это называется, когда ты признаешься в любви другу, он не отвечает тебе взаимностью, но продолжает с тобой нормально общаться? Френдзоной не назовешь. Не тот случай.

– Рейден… Ты сказал, что я остаюсь для тебя все тем же. – Ангела посмотрел в сторону. – Но… ты… мы с тобой друзья или кто?

– Я не знаю, – честно признался Рейден. – Правда, не знаю, как это назвать, но твое признание, – он сказал это вслух! – твое признание тронуло меня.

Этого Ангеле было достаточно. О большем он и мечтать не мог.

– Ты для меня важен, но я не могу ответить на твои чувства, сам понимаешь. Я не испытываю влечения, помнишь? И… я просто не такой, но ты не вызываешь во мне отрицательных чувств. Я понимаю, что в человеке важен человек, и можно просто…

Он не решился закончить свою мысль. Она заставила его ощутить горячий приятный укол в сердце, но Рейден не мог понять, что именно он значит.

«…Можно просто полюбить душу человека. Возможно, именно поэтому я до сих пор с Ангелой? Ведь если ценить в определенном человеке его самого, включая все недостатки, можно ли это назвать любовью? Выходит, я просто люблю Ангелу как человека?»

Это нормально, когда один человек любит другого, независимо от его пола, поскольку ценит его самого. Но это опасно. Если даже немного переборщить, то будешь мучиться, метаться, не понимая, что с тобой происходит.

Рейден с некой обреченностью осознал, что ему приятны чувства Ангелы. Они не вызывали в нем ничего, кроме тепла и желания прикрыть глаза и спрятать лицо за руками.

Он на секунду представил, что в один прекрасный миг Ангела прекратит испытывать к нему любовь и отдаст ее другому. Почувствовал, как его охватывает холод, и в мнимом страхе от него отделяется какая-то важная часть, рождая в его сердце одиночество и ненужность.

20

Они успели на третью пару. Отсидев ее, Рейден и Ангела направились в коридор, чувствуя на себе пристальные взгляды одногруппников. Но им было уже плевать на это.

Возле входа образовалось целое столпотворение: все спешили поскорее убежать подальше от колледжа. Здесь они и могли встретить Селли и даже Эштера. И тогда начнутся тихие разборки. По крайней мере, так планировал сделать Ангела, так как проблемы с миссис Карпер ему не нужны. А вот Рейден планировал все немного иначе. Он не был готов смириться с тем, что пережил.

– Ангела, Рейден, привет!

Это был неожиданный поворот событий для обоих. Кто бы мог подумать, что дичь сама попадет в их сеть.

Селли выглядела невинной, наивной и по-настоящему светлой, буквально сеющей вокруг радость. При виде ее лица Ангела даже передумал устраивать скандал, но на Рейдена это не подействовало. Он взвинтился сильнее.

– Отойдем на две минуты? – Вопрос Красса прозвучал угрожающе.

Селли только раскрыла рот, как вдруг откуда-то появился Эштер и взял ее за руку.

– Проблемы? – спросил он.

– Да, у вас обоих бо-о-ольшие проблемы, – процедил Рейден. – Давайте отойдем. Я могу прямо здесь разобраться с хренью, которая происходит за нашей спиной, и с тем, что вы сотворили, но это в ваших же интересах.

Брат с сестрой переглянулись и последовали за Ангелой и Рейденом.

Задний двор. Где же еще спрятаться от посторонних глаз?

– И? – спросил Эштер, – Чего вам, голубки? Или, правильнее, голубцы? – Он оглянулся на сестру, довольный шуткой, но та пихнула его в бок локтем.

– Ты, – Рейден указал на Селли, и та отшатнулась при виде его блестящих ненавистью глаз, – зачем ты попросила своего братца вломиться в мой дом, избить меня, да еще и шантажировать Ангелу признанием?

– Я?! – вскрикнула Селли. – Я такого не делала! Какое признание? Какой шантаж?

– Твой братец так сказал.

– Эштер! – Селли посмотрела на брата. – О чем он говорит?

– А ведь мы с Ангелой тебе верили, – мрачно, разочарованно сказал Рейден. Сам Ангела стоял в стороне. – А ты вот как?

– Я ничего не делала. Клянусь! Эштер…

– Эй, Красс, не смей ни в чем обвинять мою сестру, понял? – выплюнул Эштер. – Ничего такого она мне не говорила. Селли вообще…

– Да вы оба в сговоре! Ты что, прикидываешься? Вломился в мой дом со своими дружками, напал на нас, заставил друга признаться мне в чувствах, чтобы твои парни прекратили меня избивать…

– Признание в любви? – прошептала Селли. Ее разум тут же зацепился не за то, что нужно. – Так ты, Ангела, его любишь?

Рейден с Ангелой переглянулись. Что-то здесь не так. Логическая цепочка нарушилась.

– Вы что, травы накурились? – закричал Эштер. – Какие дружки? Какие избиения? Никого я не бил и никого бить не приказывал.

– Да вы… – Рейден даже понять не мог, какое чувство его раздирало в тот момент: ненависть или недоумение. – Зачем вы это делаете?

– Стой-стой! – остановил его Эштер. – Так вы реально парочка?

– Ангела, так ты поэтому мне сказал, что у Рейдена девушка есть? Чтобы меня отшить? – Селли покачала головой.

Вот так из жертв Ангела с Рейденом превратились в виновных. Еще и раскрыли свои карты.

– Подождите оба! – Рейден шагнул назад. – Если вы говорите правду и реально к этому не причастны, – он с широко раскрытыми глазами посмотрел на такого же ошеломленного Ангелу, – кто это тогда был?

Рейден все еще был уверен, что им просто врут. Он повернулся к Эштеру, заметив, как задумчиво Селли уткнулась взглядом в землю.

– Где ты был вчера в районе восьми?

– В клубе со своей девушкой. Если вы так одержимы своими наркоманскими воспоминаниями о якобы моем заявлении к тебе в дом, можешь спросить у работников клуба «Вайн».

– А где это?

– Только вас туда не пустят. Геям вход запрещен.

Вместо ответа Рейден просто ударил Эштера по лицу. Да так, что тот отлетел на Селли. Очнувшись от своих мыслей, она вскрикнула:

– Эш!

Девушка опустилась рядом с братом на колени и ощупывала его разбитую щеку. Эштер застонал. Ангела впервые видел Селли такой… живой, естественной. Не той улыбчивой, мертвой куклой с вечно одинаковым выражением лица.

– Не думала, что вы такими окажетесь, – прошипела она, грозно окидывая их мокрыми от слез глазами. – Ангела, как ты мог мне так нагло врать? Как могли оба врать? И после всего это взяли и осыпали нас беспочвенными обвинениями!

Пыл Рейдена спал. Теперь они с Ангелой чувствовали себя виноватыми. Их душил стыд, от которого хотелось спрятаться, но оба понимали, что одними извинениями не обойтись.

– Я никогда и никому не говорила о вас ничего плохого, – она помогла Эштеру подняться, – и…я любила тебя Рейден, но теперь, – по щеке Селли скатилась слеза, – я разочарована.

И они поплелись прочь. После этой «разборки» у каждого остался неприятный осадок и чувство вины. Они хотели вызвать эти эмоции у других, но в итоге получили сами. И вместе с тем оставался главный вопрос: кто и как смог предстать в образе Эштера и его дружков? Кто стоял за всем этим?

Ангеле пришел в голову только один ответ. Почти не связанный с произошедшим, притянутый за уши, но пока единственный.

– Кажется, я знаю, кто это сделал. Поехали. Он должен быть на месте.