![](/books_files/covers/thumbs_240/nikto-neplyvet-poopasnoy-reke-chapaeva-prosto-pribrali-vcheke-poeziya-142363.jpg)
Автор книги: Михаил Буканов
Жанр: Поэзия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
Без риска смелые!
Плюнуть в душу просто так
Может вам любой кутак,
Или, скажем там, шахна,
Тут херовина одна.
Сколько смелых развелось,
Тех, что не обосралось,
Вас компьютерно послать
На, такую, скажем, мать!
Тролли, боты, без хлопот,
Льют гавно в открытый рот.
Нету риска, вот и смел,
А в лицо бы не посмел!
Смелый шлёт боксёра на,
Ждёт ответки как стена.
Отвечает за базар,
И за свой репертуар.
А поганистый герой,
Посылает нас порой
По компьютеру, и вот,
Сдох ответный апперкот!
Сколько ж погани сидит
И в открытую ****ит,
Переходят грани все,
Ну, как волос в колбасе!
Только может быть ответ,
Не сейчас, чрез много лет.
Вон Немцов на мненья клал,
Пулевой словил скандал!
Если б меньше дребездил,
Реже б с бабами ходил,
И не лез бы лить дерьмо,
Не погиб бы как Камо!
Отработан матерьял,
Компромата на Дарьял,
Тролли, ждите, вас сдадут,
Не нужны ни там, ни тут!
Идёт весна
Земля чернеет перед лесом,
Парится, нежится весной,
Скворцы за плугом мелким бесом,
Два балабана над сосной.
Весна, природа ждать устала,
В небытие уходит лёд,
Лежит под ветром трав мочало.
А воздух сладостен как мёд.
Набухли почки вербы – хлёста,
Летят на север журавли,
И семицветье в небе моста,
Нас отрывает от земли.
И мы летим, куда не знаем,
Закрыв глаза, отдав себя,
И близких души поминаем,
Наш мир российский возлюбя!
Крым наш!
Скалой —медведем русский Крым,
И от страны неотделим,
Крещенье приняла здесь Русь,
Крым – русский, а на сердце грусть!
Хрущёв нам в душу наплевал,
Он не своё зафаловал,
Вот так вот, взять и подарить,
И, вроде, некого корить!
Сейчас вернули мы назад,
Места, где русский шёл солдат.
Где свил гнездо российский флот,
Страны охрана и оплот!
В полста четвёртом злом году
Беды взрастили лебеду,
Украйне подарили Крым
Удар был непреодолим!
Крым наш, теперь и навсегда,
Ушла в межвременье беда,
Я русский, русские правы,
Что не склонили головы.
А всем свою послали весть,
Мы тут, в Крыму, и нас не счесть!
Ночь. Ранняя весна
Месяц светит, но не греет
За туманной пеленой,
А теперь над тучкой реет,
Что повисла над сосной.
По обрывам тени скачут,
Ветки стонут, иль сова?
Тучи звёздочки всё прячут,
Вон они, видны едва.
Лисы из лесу выходят
Ближе к дому, им видней,
Оборотнями побродят,
И опять среди зверей!
Людям издавна известны
Лисьи нравы, страшен зверь.
Оборотни тут уместны,
Ночь – открыта в ужас дверь!
И, на пару с барсуками,
Злые оборотни в явь,
Чёрти, что с шестью руками.
Как бы сдуру не пропасть!
Ночь, настало время сказок,
И Рюноске при делах,
Без отсрочек и отмазок
Книги сказок на столах!
Бессоница
Скачет конь, стучат копыта,
Отбивая время дробь,
Ночь, что дождичком умыта,
Крутит с месяцем любовь.
Только так, – мне шепчут стрелки,
Разберёмся, приберём,
Время не в своей тарелке,
Мысли пахнут октябрём.
За окном марток паскудный,
Со снегами и ледком,
Гололёд, и дождик нудный
Пробирает холодком.
Сон порвался на лоскутья,
Распластался на ковре,
Клетки сломанные прутья-
А звонок в своей поре.
Поднимает, убеждает,
Наступила утра тишь.
Он меня во всю лажает,
Как проснёшься, коль не спишь?
Генрих-4
Париж обедни стоит, —
Сказал тогда король,
Пусть Гиз в проклятьях воет,
Наварры важна роль!
И Генрих из Бурбонов
Четвёртым трон объял,
Без слёз, угроз и стонов
Корону отстоял!
Католик с протестантом
Страну топя в крови,
Не брали арестантов,
Поймали коль – дави!
Был гугенотом Генрих,
В католики крещён,
Король он вам не фендрик,
Восславлен и прощён.
Да всё ж пришла расплата,
На нож его фанат,
Охрана виновата,
И случай виноват!
Всю жизнь бурлил, крутился,
Сражался не дрожа,
А с жизнью распростился
От глупого ножа.
Ума была палата,
По бабам тот ходок,
Большой любитель злата,
Но смёл его поток.
Остались в оперетте
Слова о короле,
Давно он на том свете,
Не ходит по земле.
Других уже забыли,
А наш король Анри,
Не верит что убили,
Не гасит фонари!
«Однажды смерть-старуха
Пришла к нему с клюкой,
Её ударил в ухо
Он рыцарской рукой!»
Желания
Звёзды с неба падают,
Человеков радуют,
Загадай желания,
Взяв из подсознания.
Яркие, с причудами,
Те, чьё место с чудами.
Хорошо и здорово,
Без молитв и орова!
Только после не жалей,
И душою не болей,
Мол, зачем и на хрена,
Возжелал? Теперь хана!
Всё давно предрешено,
Выбор – только и дано,
То, иль это, как в ЕГЭ,
Раз – и птичка в кулачке!
Из ничтожной капли ты
Сотворён для красоты,
Ну, а дальше сам гадай,
Благо где, а где твой край!
Ты не падай, твёрдо стой,
Пожелай любви простой,
Здоровеет пусть семья,
И имеются друзья!
Побеги кораблей!
Посмотри на дно стакана,
И в поход,
Убегает из капкана
Пароход.
Не бывать «Орлу» у белых,
Мы уйдём.
Среди смелых и умелых
Побредём!
Заказал
Себе Израиль корабли,
Заплатил,
Но государство на мели.
Не дают французы
Проданное взять,
Тяжело такие узы,
Развязать.
Но, ушли в туман, пропали
Катера,
Жандармерии проспали
Мусора.
У Израиля ракеты
На борту,
Лихо крутанули шкеты
Босоту!
Два построенных для русских
Корабля
Всё торчат в пределах узких,
Не пыля.
Ничему не учит время
Парижан,
Чуть чего – и ногу в стремя
Их ажан!
Что-то, где-то получилось,
И ушли.
Что бы это не случилось,
Русь моли!
Заберём свое натурой
Иль деньгой.
Зря себя ты счёл фигурой,
Дорогой!
Доброе слово
Сколько стоит слово ласки?
Пустяки!
Очень ценны в жизни сказки
От тоски.
В целом, точно не убудет,
Всё твоё.
Человек по слову судит
Бытиё!
Пусть потом не будет дела,
Так потом.
Не лажаем, врём умело,
Но, при том,
Слово ласки даже кошке
По шерсти,
Да и нам всем свет в окошке,
По пути!
Не всегда дубиной слова
По ушам.
Вместо хлебушка полова
Хороша?
Так соври ты ради Бога,
Не обидь!
Что бы злость ушла с порога,
Всё предвидь.
Убивают словом люди
Наповал,
Слово ловит, слово судит,
Жизнь в отвал!
Дела старые на Кубани
Широка река Кубань,
Да бурлива,
Сколько сможешь атамань,
Жги красиво.
Что Сорокин, что Шкуро,
Что Будённый,
Жизнью взнесены хитро,
Учащённой!
Белых с красными полки
В битвах страшных,
Но, громят большевики
В рукопашных.
С ними батька Кочубей,
Во малина.
Хоть себя о пень убей,
Цвет павлина.
Красных, белых ли идей,
Всех он к стенке,
Кочубей – лихой злодей,
Здесь на сценке.
Но, повесили его,
Стал героем,
Бессловесный, оттого
С нашим строем!
А Сорокин сгиб в тюрьме,
От расстрела,
Знать, не всё он счёл в уме,
Пуля в дело!
Повезло Шкуро, сбежал,
Жил в Берлине,
Лишних двадцать лет дрожал
В паутине.
Отловили и Шкуро
Особисты,
Как ни прятался хитро,
Взятки чисты!
Был повешен атаман
Как предатель.
Не сберёг его обман
И Создатель!
Лишь Будённый уцелел
В передрягах,
Жизнь прожил как Бог велел,
Без напрягов!
Всех наш маршал пережил,
Взял измором,
Честно Родине служил,
И с задором.
С виду прост, но, был мудрец,
Делал дело.
От сермяг простых хитрец,
Жил умело.
Не хотел, без дураков,
Комиссарить,
Да умел своих врагов
Отоварить!
Донской казак
Отловили, погубили,
Поперёк меня аркан,
Кто любили, отлюбили,
Попадаю я в капкан.
Быть цепным рабом у турок,
Двигать корабель веслом,
Я не буду, не придурок,
Моё место за столом!
Хорошо, что засапожник
Мой и боек и остёр,
Получает в бок острожник,
Путы режу, рву в костёр.
По угольям, босы ноги,
Да врагам меня не взять,
Предо мною все дороги,
И опять судьба на ять!
Отыщу в степи отару,
Перережу пастухов,
И рвану в степную хмару
Среди трав цветных мехов.
Не бывать рабом османским,
И цепями не скрипеть.
Под бунчугом атаманским
Мне ещё плясать и петь.
Дон мне домом,
Жди станица атамана-молодца.
На пороге, мне знакомом,
Обниму тогда отца.
Там жалмерка молодая,
Про меня ей снятся сны.
Да и матушка седая
Сына ждёт-пождёт с войны!
Семья святое
Муж с женою на плэнере,
Дело, явно, в нашей эре,
Мужу надо, а она
Ну, совсем возмущена.
Муж к своей жене с руками,
Он же в браке, в моногаме,
А она: Отстань, дурак,
Мол, не всё решает брак!
Я тут с болью головною,
Нервы у меня струною,
Эгоизм не проявляй,
Обороты посбавляй.
Вдруг огромный обезьян
Из кустов бежит, смутьян.
Хвать жену, скачками в лес,
Там на дерево залез.
Все намеренья ясны,
И, при том, пора весны!
Оприходует сейчас,
Обезьян на всё горазд!
Мужу с дерева жена
И видома и слышна,
Что мне делать, – вниз кричит,
Муж от этого торчит.
Говорит, скажи ему,
За насилие – в тюрьму.
И про головную боль
Не забудь, сказать изволь!
Иль, в счастливый брак вступи,
Счастье новое крепи,
Про отказы позабудь,
Я ж пойду, приму на грудь!
Моя Москва
Телеграфный переулок,
Тот где «Фёдор Стратилат»
Наше место для прогулок,
В царство риз и крепких лат.
Антиохии подворье,
Память князя высока,
Чисто русское узорье
Красит все твои бока.
Годы шли, а службы были,
Век осьмнадцатый и мы,
Звуки звонниц не забили,
Рвались в Пасху из тюрьмы!
Куличи в Москве святили,
Пасху ели за столом,
Яйца били-колотили,
Ну, и водка не колом!
Пост, конечно, не держали,
Напостились за войну,
Разговляться не зажали,
Ели так как в старину.
Нет и не было запрета,
Ни на Пасху, ни Байрам,
Вся Москва справляла это,
Шли в мечети, или храм!
Мне сосед беляш с маханом,
Я ему кулич святой,
Нас связал одним арканом
Двор житейской простотой!
Мне Гайяр Галимов близок,
Как и Витька Челноков,
Дружевой порог был низок,
Шёл от старых тех веков!
Эдуард
Раз английский принсипал
Королевство проебал.
Он совсем не спал с женой,
Предпочтя ей секс иной.
Молодые пацаны
Были в секс вовлечены,
С ними был он на пирах,
Оттого и вышел крах!
Некто Хьюго мигом в рост,
И по ветру держит нос.
Эдуард к нему прилип,
Вьётся пчёлкой среди лип!
Коль не к королю лицом,
Значит, будешь молодцом.
Роковая бродит страсть,
Королеве тут пропасть!
Да нашёлся Мортимер,
Показал он ей пример
Мужика, что может баб
Восемь раз, и всё не слаб!
Плохо кончил Эдуард,
Раскалённый прут на ярд
Загнан сзади, и король
Отыграл земную роль!
Расплатился, чем грешил
Суд молвы людской решил.
Мортимер спит с королевой,
И грешит с любовью левой.
А потом, порвав рубаху,
И его сведут на плаху.
Вот такой, братва, сюжет,
Мы получим на гаджет!
Кстати, что это за хрень,
Что за тень на ясный день?
Это курят, иль едят?
А, может, просто так звиздят?
Юбилей майданаутых!
Площадь крашена золой,
А на ней народец злой,
Лезут в драку, режут, жгут,
И себя не берегут.
Это были хлопцы мы,
Несравненные умы,
Украина – це Европа,
Там лицо, а тута жопа!
Правим нынче юбилей,
Год прошёл, а мы всё злей.
Лупим пушками Донбасс,
Дело дельное для нас!
Перемога на порог-
Будет сало и творог,
И горилка на столе,
А пока снаряд в стволе!
Кто не с нами, тот москаль,
На него ты пасть оскаль,
Пусть бурят он, но русак,
Не боись попасть в просак!
С нами Бог и с нами Мир,
Украина наш кумир,
Под литавры и цимбалы
Мысль гони, что всё пропало.
Набираем оборот,
Президент наш не соврёт,
Наш кулак в чужих зубах,
Коль раскинуть на бобах.
Их нравы!
Где-то в море-окияне,
Есть на острове Буяне,
Чудно сделаный мангал,
Расписал его Шагал.
Там скрипач стоит на крыше,
Но еврей летает выше,
Местечковый славный рай,
Хоть от счастья помирай.
Жизнь на острове пучком,
Бык зажарен целиком.
Очень много чеснока,
Нож готов, ну, и рука!
Мясо режь, макай в чеснок,
Ешь ты, сколь осилить смог,
А невидимый скрипач
Фрейлекс сбацает хоть плач!
Нет арабов, гоев нет,
Сам себе ты тут брюнет,
Кибуц строй, или колхоз,
Нет врагов, и нету слёз!
Все евреи, все ровня,
Все семиты от корня,
Всё тут есть, а счастье где?
В ультрадокса бороде.
Поделили Тору враз,
Каждый толковать горазд,
Два еврея – три ума,
И не жизнь пошла, чума!
Каждый трепетно умён,
Столько партий и знамён,
Что порой парадный марш-
Как из свиньи кошерной фарш!
Делят мысли и дела,
Просто льют колокола,
С кем решать, куда идти,
И кормиться чем в пути?
Был когда-то Моисей,
Пас евреев как гусей,
Над евреями – старшой,
Стал начальник он большой!
Вроде, на время смирил,
Им скрижали подарил,
В благодарность за Синай
Бог всем дал земельный рай!
А сейчас народ стал стар,
Появился аватар.
Он премьер, да не для всех
И на горе и на смех!
Смерть арабам обещал,
Террористами стращал,
Но, теперь готов дружить,
И арабом дорожить!
Вот бы мир людской спасти,
Этот островок снести,
На Пандору поместить,
Перестать евреям льстить.
Дайте ж людям мирно жить,
О грядущем не тужить.
Пусть араб, но человек,
Не коситесь из-под век.
Есть у вас ведь свой Буян,
Сам живи и сыт и пьян,
И другому не мешай,
Миг лови, а не плошай!
Северо-Восток
Нет тебя под солнцем пламенным,
Нет под полною луной,
Ты в посёлке белокаменном,
За железною стеной.
Места страннику достаточно,
Есть и столик и скамья,
Разливаю я остаточно,
Ты лежишь, и вся семья.
Я из дома, был под пулями,
А снаряд ко мне домой!
Знать, заказано зозулями
Жить с судьбой моей хромой!
Вот стоит стакан с горбушкою
Для покойной на столе.
А война молотит пушками,
И гражданским смерть в стволе.
Тяжёлые времена приходят
Трижды три, в натуре, пять,
Или, сколько надо.
Мне пора давно уж рвать,
Прям из шоколада.
Шоколадным зайцем быть,
Так съедят, не охнут.
Все хотят меня избыть,
И, с натуги, сохнут!
Я, воспитанный в Совке,
Закалён в корысти.
Коли всё в моей руке,
Это правда жисти!
То что взял, не отдавай,
Так учила мама,
Круче м атом поливай,
Ясность в нём для Хама!
Деньги есть, и зброи тьма,
Хрен вам всем в подсумок.
Все вокруг сошли с ума,
Всякий недоумок.
Взять своё и так отдать?
Раскатайте губы,
Всем мне нищим не подать,
Требованья грубы.
Я кому и должен где,
Так теперь прощаю.
У кацапов в бороде
Рыться запрещаю.
Может там найду Союз,
Все ведь мы оттуда,
Вместе мы рванём из уз
В торжество Союза!
Коломыя – город мой,
Славен среди прочих.
Бенцион я, Моромой,
При делах воочих!
Говорят все потонем!
Нонче море в облаках,
Струи бьют с размахом,
Не в барашках, а в волках,
Пахнет полным крахом!.
И идут они на нас,
Воют волчьей стаей,
Там где раньше был Парнас
Бакланьё летает.
Небеса растелешить
Пыжились поэты,
Только Бога им смешить,
Песенки все спеты.
Сколько ты не множь на ноль,
Не поможет случай,
На Нью-Йорк морская соль
С неба тёмной тучей!
Вместо Лондона вода,
Пол Европы смыто,
А Россия, как всегда,
В битве не убита.
И гребёт себе легко,
Чё ей, в самом деле?
Мимо русских, в молоко,
Эти вот капели!
Нет Прибалтики? Нехай,
Швеция под воду?
Ты, братишка, не брехай
Русскому народу.
Вон они, сюда гребут,
Здесь землицы хватит.
Нас они не наебут,
Пусть пришелец платит!
Будем строить мы собча
Новую Европу,
А иные пусть бурчат,
Или чешут жопу!
Уходят солдаты!
Уходили солдаты, а оркестры играли,
Всё «Дунайские волны», или старый маршок.
На прощанье ушедших, покрестив, целовали,
И харчи собирали им в солдатский мешок!
А когда это было, в стародавние годы,
Или в годы Афгана, или, может, Чечни?
Слишком часты невзгоды, то ли дело погоды,
Или сами в России появлялись они!
Уходили из дома под огонь россияне,
Мужики уходили, и безусые там,
Отбивались штыками, жили с пулей в нагане,
Парой лент пулемётных, под орудий там-там!
Мужиков на Руси так всегда не хватало,
Пётр Великий прошёлся – нету трёх четвертей!
Поколенье взрастало, да ведь не из металла,
Половину сметало, мало ль разных чертей!
Но, в России престолу бабы новых рожали,
И опять не пустела мужиками страна,
Шли бои – не дрожали, от врагов не бежали,
Умирали коль надо, приходила хана!
Что же делать, ребята, коль страна ждёт солдата,
Коли смерть подступает к русским с дулом ствола?
Не без русского мата, АКМ автомата,
Мужики пошагают на лихие дела!
Рассуждения Пьера Присыпкина
Гля, на солнышке пятно,
И оно там не одно!
Тоже мне ещё светило,
В пятнах вон, а всё б светило!
Я, в натуре, говорю,
Ближе человек к рублю.
А планеты и светила
Мимо денег прут уныло!
Неба звёздного картина
Для трудящихся малина.
Ты под полною луной
Выползаешь из пивной!
Прудик рыбкой заливной,
Ну, а завтра – выходной.
Облегчился и поёшь,
Мир хорош, и ты хорош,
О, а вот он и скандал,
Ты ему по морде дал,
Он в ответку дал тебе.
Просто праздник в голове!
Днём, при свете, факт не тот,
На уродище урод!
Просто могут повязать,
Так что надо в ночь дерзать!
Надо человеку
Человеку надо много,
Всяко-разного от Бога,
Что б его друзья любили,
И что б в драке не убили.
Что бы помнили подруги,
Что бы мир во всей округе,
Хлеб был с солью на столе,
И патрон всегда в стволе!
Да здоровья не в обрез,
Пусть бы жизнь – не тёмный лес,
Обстоятельства ложились
Что б дела его сложились!
Что бы к делу интерес,
Не поганил мелкий бес,
Что б легли на ритм стихи,
Да и коньяк не пустяки!
И от Господа удачу,
Что б не жить от плача к плачу.
Что б заждалась смерть в тоске,
И жены рука в руке!
Поэты
Поэтов порождает Бог,
Их наставляет, укрепляет,
А после с силою пуляет
На свой заплёваный порог!
Не сибаритствуют поэты,
Пока до славы добредёшь,
Тебе вобьют штыком отметы,
Иль ты с ума спеша сойдёшь!
Никто их рост не одобряет,
И поливают не водой,
Поэт в тоску вина ныряет
Всегда мальчишка, пусть седой!
Немногие достигли вехи,
Той, за которою почёт,
Кому нужны твои твои успехи,
Коль у меня здесь свой расчёт?
Не продаётся вдохновенье,
Но можно рукопись продать?
И гениев мгновенье в тленье,
Не всё в грядущем им видать!
И чего пристали?
У Наташи Королёвой
Таки-есть на что взглянуть,
С видной девочкой и клёвой
Сладко в видео нырнуть!
Что вы ноете, витии,
Про детей, мол, им урок?
В нашей русской Византии
Сладкозвучен и порок!
Нет, на вас смотреть приятней,
Слушать речи мудрецов,
Всё же изложите внятней,
Что смущает молодцов?
Порно видео забиты,
В порно сайтах интернет,
Там давно друг с другом слиты
Гомосеки и минет.
И лесбушки там при деле,
И кого там только нет.
Кувыркаются при теле,
И не меркнет в мире свет!
Будет спрос и будет порно,
С Древней Греции оно,
И умело, и задорно,
И прекрасно, как вино!
Выстояли
Началось на рассвете,
Рвали землю снаряды,
Умирала Россия,
Отступала в боях.
И решили на свете,
Нет для немцев преграды,
Гитлер-новый мессия,
Ну, и мы, на паях!
Не сбылось, не сложилось,
Хоть утрачено много,
Пол России в руинах,
Нам потери не счесть.
Голова не кружилась,
Русский – воин от Бога,
И в снарядах и минах
Не потеряна честь!
Большинство голодали,
Пацаны на заводах,
Бабы в плуги впрягались,
Всё для фронта страна.
Свою душу отдали,
Горевали в невзгодах,
До конца напрягались,
Но, победа видна!
А теперь есть шалавы,
Мировые подстилки,
Что в рыданиях лают,
Им Победа как кость!
В День и скорби и славы
Эти «шпроты» и «спилки»
Что-то там глаголают,
Изливаясь на злость.
*
Друганы есть у страны,
Наша армия и флот.
А иные не нужны,
Знаем их наперечёт.
И братушек к нам любовь,
И иных больших друзей,
За которых лили кровь.
За хер их, и всех в музей!
Почти по Брейгелю
Идут слепые по тропинке,
Рука в плечо передняка,
Мол, вот дойдём, по четвертинке,
Переедим, и на бока!
И впереди слепой вожатый,
Шурует палкой, ищет путь.
В его котомке «хруст» отжатый,
В пути просили, дали чуть!
Движенье – сущность жизни смысла,
Стоишь на месте – нет деньги,
И гнёшься в виде коромысла,
Что бы подали хоть враги!
Но впереди лежит канава,
Да сколький скат, скользишь и в грязь!
Слепому дыры как отрава,
А тут канава разлеглась!
Слетели все как по цепочке,
Лежат, барахтаясь в дерьме.
Всё неньки дочки, да сыночки,
Зато весь «хруст» пока в суме!
Цветы
Васильки и колокольчики,
Наши русские цветы,
Вы и сказки и прикольчики,
Так прекрасны и просты.
Нет сравнений с орхидеями,
Каллов хмарью гробовой,
Что укрылись лиходеями,
Среди росцвети живой!
Тут цветы исконно русские,
Говорят, мол, что сорняк!
Через поле тропы узкие
На село, что б наверняк.
Вон идут по тропке девушки,
В сарафанах и венках,
В русском поле не обсевушки,
И букеты на руках!
Тоже, вроде, в поле лишние,
Но, страны России часть!
Тихо реют ветры вышние,
И пшеницы зреет сласть!
А чего это было?
Доктор Гугл сел за угол,
Этот доктор – живодёр,
Переводит всех на уголь
Старый мрачный дромадёр!
Посмотреть, стишата вроде,
А по сущности – обсев,
Слава Богу, что в природе
Есть Парнас, но есть и хлев!
И такое, братцы пишем,
С неба послано, чего ж!
Мы как все, стихами дышим,
Ищем лица среди рож!
Кто добрался до кормушки,
Тот и признаный поэт,
Классик дрыхнет на подушке,
Остальным солома в цвет!
Весь народ в стихах базлает,
Мол, пошёл бы ты в цветы,
Русский говор матом лает
От вселенской простоты.
Говорят, в своей Отчизне
Нет пророка, ого-го-го!
Вспоминаем в укоризне
После смерти мы его.
Жив был Пушкин, а Булгарин
Гордо в классиках ходил,
Он для нас теперь кошмарен,
Пушкин в смерти победил.
Да и после шли поэты,
Как тот Хлебников, в распыл,
Миром вовсе не согреты,
Да и им был мир не мил!
Слава лавой Заходеру,
Вот уж кто постиг всю масть,
Пел он песни под фанеру,
Жизнь поэта удалась!
Может и стихи про Гугля,
Люди примут хорошо!
И поэт, себя обугля,
Раз – и в классики прошёл!
Никогда поэт не знает,
Где, когда и сколько раз!
Только в сказках так бывает,
Что б пожар от искр из глаз!
В жизни просто под глазами
Будут видны фонари.
Пусть поэт с двумя тузами,
Всё в пролёте до зари.
А стихи, поверьте, люди,
Состояние души.
Бог всё выложил на блюде,
На поэт, бери, кроши!
Что до нас дошло, то пишем,
Бог не прост, не враз понять.
Мы и пишем, как мы слышим,
Ретивое не унять!
Баренцово море
А водица в море зелёная,
Как твои глаза поутру,
И слезами она просолёная,
Выбивает их на ветру.
Океанский накат уверенно
Корабель до нутра размотал,
Хуже нет ничего, проверено,
Этот гад уже всех достал!
Волны длинные и высокие,
Не дай Бог между них попасть,
Горы водные, крутобокие
Как накроют, так враз пропасть!
А эсминец пыхтит, старается,
Режет носом громады вод,
Изо всех машин упирается,
Водит с волнами хоровод.
Он тут свой, да и море бурное
Тоже наше, мы все просты.
И под ветра пенье бравурное,
Со шкафута смыло плоты.
Смыты шлюпки по борту правому,
Впереди ждёт девятый вал,
По какому-то плану кровавому
Океан спардек разжевал!
И утих океан, насытился,
Вроде всё своё получил.
А эсминец наш не скопытился,
Как его Нептун ни мочил!
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.