Читать книгу "Её Выбор. Его Любовь"

Глава 24 Знакомство с мамой

И снова я ехала в чёрном внедорожнике в компании собственного босса. Кажется, это перерастает в привычку. В плохую, надо сказать, привычку. Точнее... Опасную. Я всегда недоверчиво относилась к служебным романам, так как не видела, чтобы когда-либо из них выходило что-то путное. А мимолётные отношения вообще не для меня. Я должна быть уверена в своём будущем и знать его досконально, иначе в душе поселялась постоянная паника.

И только сейчас я думала о том, что впервые в жизни мне хотелось ни о чём не думать и просто наслаждаться моментом. Чувство оказалось новое, а от этого пугающее.

На моё удивление, Андрей Владимирович действительно решил доставить меня к самому дому родителей. И его не испугало расстояние и то, что они проживали в полузаброшенной деревне. Нет, ничего не испугало. Он даже согласился забрать из моей квартиры кота, которого я всё же решила отвезти маме – хозяев на складах мы так и не нашли. Не успели на землю опуститься первые сумерки, как большая чёрная машина остановилась возле покосившегося за зиму забора, за которым стоял аккуратно покрашенный, добротный, но весьма скромный деревенский дом.

– Вот мы и приехали, – я растерянно мяла ручки своей сумочки, не зная, как правильно поступить. Долг гостеприимства кричал о том, что мужчину следует напоить чаем, накормить, а в идеале и спать уложить. Но иррациональный страх прийти к родителям не просто с молодым человеком, а с молодым человеком, который является моим начальником, и попасть в загребущие мамины руки, просто парализовал на месте. Вдобавок, я не была уверена, что такой, как он, вообще захочет переступить порог моего дома, раз уж даже его машина смотрелась здесь совершенно неуместно и чужеродно.

Но Андрей Владимирович меня в который раз удивил. Он легко выпрыгнул из внедорожника и, обойдя его, открыл мне дверь. Я испуганно покосилась, а он поинтересовался:

– Вы же пригласите меня в дом? Или боитесь, что ваши родные будут против?

– Нет, то есть да, – забормотала я, поспешно вылезая из машины с котёнком под мышкой. Вот как всегда, рядом с этим мужчиной моя способность мыслить здраво и говорить вразумительно пропадала начисто. – То есть, конечно, пойдёмте, они обрадуются.

И первой помчалась к калитке.

Но прямо перед домом он поймал меня за локоть и попросил:

– Юлия, мне очень неудобно самому сейчас предлагать это, но может, будет удобней, пока мы здесь, общаться друг с другом неформально? Согласитесь, в домашней обстановке немного странно обращаться друг к другу по имени-отчеству. Зовите меня просто Андрей и на «ты».

Я немного подзависла, понимая, что если сейчас соглашусь, то воспринимать его отстранённо станет ещё сложнее, но всё равно кивнула и заметила:

– Тогда и вы не «выкайте» мне и называйте просто Юлей.

– Договорились, – кивнул он, и в этот момент дверь распахнулась.

– Юлечка! – мама обрушилась на меня словно ураган и снесла бы прямо в ближайший сугроб, если бы Андрей Владимирович... Нет, просто Андрей... не поддержал за локоток.

– Юля!!! – мамина истерика набирала обороты. – Представь себе! Новый забор! Ему ещё и десяти лет-то не было, как установили! А теперь всё! Последний сход снега с крыши, комплекция твоего папаши, и всё! Нет забора! И придётся нам убирать его полностью, не будет же с дыркой стоять! Опять их скотина пожрёт мою капусту! – тут её взгляд наткнулся на стоящего рядом мужчину, который до сих пор держал меня за локоток. Мамин взгляд прожëг место соприкосновения насквозь, и Андрей, от греха подальше, убрал свою руку. То-то же. С мамой шутки плохи. – А это ещё что за фрукт? – осведомилась она у меня, оглядывая стоящий перед ней экземпляр оценивающим взглядом.

Я, внутренне застонав от неловкости, поспешила исправить ситуацию:

– Мама, познакомься, это – Андрей, мой... коллега по работе. Он согласился подвезти и поэтому я смогла приехать так быстро. Андрей... Это моя мама – Антонина Ивановна.

– Здравствуйте, мэм, мне очень приятно, – вежливо отозвался он.

Мама прищурилась и начала допрос:

– Давно знакомы?

– Меньше месяца, – за меня ответил начальник.

Мама развернулась к нему:

– Сколько вам лет?

– Двадцать девять.

– Это ваша машина? – взмах руки в сторону ворот, где возвышался над забором внедорожник.

– Моя.

– В кредит? – прищурилась она.

– Нет, заработал.

– Квартира есть?

– Мама! – возмутилась я, пытаясь прервать этот беспредел.

– Тихо, – цыкнула она на меня.

Мужчина же невозмутимо ответил:

– Да, тоже заработал.

– Бандит? – подозрительно осведомилась она.

– Нет, предприниматель.

– Тааак, – цокнула она языком и задала последний вопрос: – Вегетарианец?

Тут мужчина немного завис, не понимая резкой смены темы, и осторожно ответил:

– Неет.

– Тогда пошли к столу, я голубцов накрутила, – и довольная мама первой поплыла к входу в дом.

– Андрей Владимирович, – тихо пискнула я, не зная, зачем вообще я согласилась с ним ехать, – вы понимаете, моя мама...

– Юля, – он прожёг меня взглядом серьёзных зелёных глаз, – ваша мама – это ваша мама. Не променяйте её на иллюзорное уважение окружающих. Тем более, что она сама вас выбрала. У кого-то мамы просто нет.

С этими словами он мне подмигнул и ушёл вслед за женщиной. А я осталась на улице с открытым ртом и котом на руках.

***

В общем, мой босс маму покорил. Она скормила ему три голубца со сметаной, два больших куска пирога и пожертвовала на нового знакомого не меньше литра компота.

Андрей Владимирович ел за обе щёки, да ещё и нахваливать успевал, так что к концу ужина они стали практически лучшими друзьями.

Папа, который оказался скорее жив, чем мёртв, присоединился к нам, разместившись в большом кресле, где полулежал, обложенный горой подушек. Он чуть меньше принимал участие в общем разговоре, который крутился исключительно вокруг еды, посадок, рассады и огорода, но тоже остался весьма доволен гостем.

Котёнка, которого приняли все, включая двух собак – Жучку и Мурку, тоже накормили, и он развалился на пушистом пледе в углу гостиной.

Я уже было совсем расслабилась, лениво ковыряясь в своей порции, как моего сознания коснулись мамины слова:

– Вот, сегодня в комнате Юльки переночуешь. Её, если что, в баню выселим; а завтра займёшься, Андрюша, забором, раз уж Валерка отдыхать изволит.

– Эй! – возмутился со своего кресла отец.

– Мама! – одновременно с ним всполошилась я. Рано я расслабилась, рано. Даже не заметила, как мама раскрутила мужчину на рабский труд во благо семьи.

– Хорошо, Антонина Ивановна, я и так хотел вам предложить помощь с забором, – согласился этот сумасшедший. Он ещё не знает, что одно согласие на мамину просьбу открывает бездонный колодец желаний и просьб.

– Ох ты ж, милок! – умилилась она, радостно всплеснув руками. – Ну и замечательно. А вот в награду можете Юльку забирать! Всё равно от неё на огороде пользы никакой, всё в своих бумажках пропадает! Ну, ей нравится, и Бог с ней! Да и вам повеселей будет!

У меня аж дар речи потерялся от подобной наглости. Правда, ненадолго.

– Юльку? – задумчиво протянул Андрей Владимирович, смерив меня ироничным взглядом. Он явно сейчас веселится. Ну-ну, как бы потом плакать не пришлось. – Да мы вроде, пока только друзья.

– Пфф, я тебя умоляю! – отмахнулась Антонина Ивановна. – Какие ж друзья в этом возрасте? Семью бы уже надобно, детишек, а не вот это всё!

– Мама! – не выдержала я, вскакивая с кресла.

– Такие вещи всё же надо сначала с самой Юлей решать, – невозмутимо парировал он, даже не смущаясь. – Жизнь-то её.

– Ну так ты её поуговаривай, – громким шёпотом посоветовала ему мама, перегнувшись через стол, и задорно подмигнула. – Она у нас девонька хоть и упрямая, но если аргументы приведёшь весомые, то сразу сговорчивая станет.

Этого я уже выдержать не смогла – вскочила и вылетела из кухни, а вслед мне донёсся весёлый смех мужчины. Смешно ему!

Громко хлопнув дверью в свою комнату, я поняла, что сделала это зря. С омерзительным скрипом дверь накренилась и свесилась на выдранной петле. Я взвизгнула и еле успела отпрыгнуть в сторону, пока меня не зашибло.

В проёме появились головы мамы и Андрея Владимировича, примчавшихся буквально за пару секунд.

– Вот всегда она так, – сокрушённо заметила первая, преданно глядя в глаза мужчины, – ручки из жопоньки, всё вокруг ломает, к чему ни прикоснётся.

– Мама! – в который раз за сегодняшний вечер взвыла я, проклиная тот момент, когда согласилась впустить мужчину в этот дом. Как я буду переживать такой позор на работе?

– Бесполезно, Юлька, бесполезно, – глухо посочувствовал мне отец со своего кресла. – Терпи. Хоть не я сегодня крайний. Глядишь, завтра она угомонится, и мы сможем с тобой на рыбалку спокойно сходить, без бабских причитаний.

– Это у кого тут бабские причитания?! – тут же отреагировала мама, хватаясь за полотенце и воинственно направляясь обратно в сторону гостиной разбираться с отцом.

Мы с начальником остались вдвоём по обе стороны от входа в мою комнату.

– Его не надо спасать? – шёпотом поинтересовался у меня Андрей.

– Сам справится, – отмахнулась я. – Не впервой. Она не всегда такая, просто давно меня не видела. Да и вы ей понравились. Завтра уже полегче будет.

– Ты.

– Что “ты”? – не поняла я.

– ТЫ понравился, – напомнил он мне о нашей договорённости.

– Ладно, – я в который раз смутилась от тона, которым это было сказано. Потом неуверенно предложила: – Может, дверь окончательно с петель снимем и в коридор выставим? Всё равно мама вас здесь поселила, я вам и постелю; без двери, конечно, спать неудобно, но ночью здесь никто по дому не ходит, так что...

– Не говори глупостей, я прекрасно посплю там, куда тебя посылала родная мать. Я явно покрепче твоего. Или, может, хочешь уступить мне пол в своей комнате? И еще раз говорю – давай на “ты”, – он легко поднял окончательно упавшее полотно и прислонил к стене. Затем вернулся на кухню, что-то спросил у моего отца, сходил в пристройку за инструментами и принялся чинить дверь.

Я задумчиво проследила за его действиями и залезла на кровать, подогнув под себя ноги.

– Ты и вправду думаешь остаться? А меня спросить не хочешь?

– А меня твоя мама пригласила, – он насмешливо сверкнул кошачьим взглядом в мою сторону.

На это мне оставалось только хмыкнуть. Ну да, как бы я тут не хозяйка. Поэтому перевела тему:

– А двери чинить где научился?

– Жизнь длинная, – туманно ответил мужчина.

– И забор завтра всерьёз собрался делать? Мама же не пошутила. На твоём месте, я бы не стала соглашаться – назад пути не будет.

– Нет, забор, к сожалению, не моя специализация, – заметил он, и прежде чем я успела возмутиться его неосмотрительным согласием, продолжил: – Но я уже вызвал мастеров из ближайшего города, так что всё сделают.

– Обалдеть, – прокомментировала я. Очень хотелось поинтересоваться, неужели у него денег куры не клюют, раз он разбрасывается ими направо и налево на первых встречных, но не стала. Если у него в голове тараканы ползают, то это не моя проблема.

Как мы укладывались спать, это отдельный разговор. После продолжительных дебатов с ним, который желал, чтобы я спала на кровати, а он пошёл в баню; с мамой, которая желала, чтобы он спал на кровати, а я в бане (хотя у Андрея под боком, по её мнению, было бы тоже неплохо); а потом даже с папой, который предлагал вообще уступить гостю диван в гостиной, на котором несколько лет назад спали две собаки родителей (соответственно, ими там всё насквозь провоняло), я всё же вытребовала, чтобы Андрей расположился у меня в комнате на полу, куда мы постелили старый матрац и кучу одеял, а я на своей родной кровати.

Котёнок, которого назвали гордым именем Рыжий, залез ко мне под бочок. Я думала, что буду стесняться находиться ночью в одной комнате с мужчиной, или же мы проговорим много-много часов перед тем как задремать, а в итоге, едва я переоделась и нырнула под одеяло, то тут же уснула крепким сном человека, который безумно устал и наконец смог расслабиться.

Глава 25 Побег от сурового родителя

Юлианна

Меня разбудил шум за дверью. Я позвала горничную, но она не откликнулась.

– Аурелия, что там? – спросила я у пустоты голосом хронического алкоголика. Голова туго соображала, и мне потребовалось время, чтобы понять, что я опять во Флорентии, а вовсе не у мамы на кухне, где она потчует Андрея домашней стряпнёй. Представила на его месте расфуфыренного Андриана и фыркнула, а заодно и проснулась. Нет уж, буду относиться к ним, как к близнецам: внешность одинаковая – характеры разные, как расцветка двух гусей в известной песенке.

Я спустила ноги с кровати и босиком прошлёпала в ванную, напевая про себя:

– Жили у бабуси

Два веселых гуся:

Один – серый,

Другой – белый;

Два веселых гуся.

– Ваше Высочество! – в ванную с выпученными глазами ворвалась Аурелия.

– Ну вот, – простонала я, предчувствуя неприятности. – Атак всё хорошо начиналось. Что там ещё? Аурелия, когда этот гам за дверью прекратится? Как будто ремонт идёт, ей Богу.

– Это не ремонт, Ваше Высочество, – всхлипнула горничная. – Это ваш батюшка в гневе в коридоре ругается. Сюда грозит ворваться и поучить вас уму-разуму.

– Бежим! – мигом сориентировалась я, хватая девушку за руку и истерично пытаясь найти выход. – Ты же говорила, что наткнулась на служебную дверь в нашей гостиной, верно?

– Да-да, сюда, – подхватила моё настроение Аурелия и быстрей меня ломанулась к спасительному выходу.

Едва мы оказались в узком тёмном коридоре и захлопнули за собой дверь, я поняла, что бегать по дворцу в одной ночной сорочке и с голыми ногами совсем не забавно. Скорее, даже холодно – в подземелье чувствовалась сырость, так что тело мгновенно покрылось мурашками.

– Ой, Ваше Высочество, вы замёрзнете!

– Ничего, – отмахнулась я.

Мысль о том, что стоит мне вернуться, и я попаду в объятия сердитого папочки, а тому наверняка не понравилось блюдо, в котором количество соли могло посоперничать с основным ингредиентом, как-то не располагала к надеждам на собственный комфорт.

Вообще, на момент испытания мне казалось, что это гениально – просто пересолю картошку и по внешнему виду никто из придворных и не поймёт. Сдать меня королевская семья не должна, мы же вроде как скоро можем породниться, а вот сомнения в их сердцах наверняка появятся. Кто же знал, что мой папочка пожалует?! А он не дурак, понял, что я тут самодеятельностью занимаюсь.

– Лучше скажи, куда этот ход ведёт?

– Вообще, здесь много туннелей, но я пока изучила только один – тот, которым пользовалась кухарка, и он ведёт на второй этаж в картинную галерею, там ещё библиотека рядом.

Я вспомнила огромную пыльную библиотеку – мне всё же её показали в первый или во второй день – точно не помню. В ней легко можно было потеряться, поэтому решила:

– Хорошо, отведи меня туда и оставь в библиотеке, а сама сбегаешь за моей одеждой, можно к кому-нибудь из фрейлин. Главное, отцу на глаза не попадайся – он знает, что ты всегда со мной ходишь – а то всю душу вытреплет. Сегодня проведём день среди пыльных фолиантов, всё равно встреча с королём Филиппом только в обед, вот и явимся туда в обход отца.

– А как же завтрак с принцессами? – Аурелия явно колебалась, но всё же послушно вела меня по длинным каменным коридорам замка.

– Ой, обойдутся без меня, – я легкомысленно отмахнулась. – Сидеть в этом гадюшнике – удовольствие сомнительное.

– Ваше Высочество! – у бедной Аурелии от моих речей чуть разрыв сердца не случился.

– Всё, молчу. Не принимай близко к сердцу, – посоветовала ей.

Ход действительно вывел в длинный широкий коридор на втором этаже, который с одной стороны красиво закрывался стеклом, как в современном торговом центре в моем мире и времени. И, что удивительно, с идеально сверкающими витражами! Вот что значит продвинутая бытовая магия, это вам не Ислария с мрачными гобеленами на стенах.

С другой стороны располагались портреты великих и иногда даже ужасных правителей государства.

И пока, кроме нас, ни души.

– Библиотека в конце коридора? – с тоской уточнила я у своей горничной. Бежать через всю длину галереи в фривольной ночной сорочке длиной выше колена и рюшечками по подолу – идея сомнительная, и может иметь неприятные последствия.

– Может, я вам сюда одежду принесу? – неуверенно предложила девушка.

Я только насмешливо фыркнула:

– Ты сама-то в это веришь? Не ты ли говорила, что это служебный проход, по которому постоянно снуют слуги? Хочешь, чтобы меня здесь кто-нибудь увидел?

– А как же библиотекарь? – неуверенно возразила она.

– А вот библиотекаря ты и отвлечёшь, – парировала я, иронично её осматривая. – Помнишь, как нам показывали древние фолианты, и парень пожирал тебя глазами?

Девушка мгновенно покраснела до корней волос и затравленно пискнула:

– Нет.

– Да-да, – продолжала я, весьма довольная реакцией. – А ты мило смущалась и томно хлопала глазками.

– Не было такого! Я никогда в жизни не флиртовала, – испуганно замахала она руками.

Я лишь рассмеялась.

– Ну, вот и попробуешьтогда сегодня практиковать свои навыки обольщения. Давно пора.

Аурелия только горестно вздохнула и первой пошла по коридору, постоянно озираясь, как бы не встретить кого на пути. Я шла чётко за ней, на цыпочках, – в галерее каменные полы неприятно холодили ноги, и пальцы мгновенно заледенели. Даже в тайных ходах дворца и то теплее.

Мы уже почти дошли до дверей в библиотеку, как услышали за спиной зычный голос:

– Стоять! Это что за внешний вид?! Я к вам, девушки, обращаюсь!

Мы, даже не оборачиваясь, рванули вперёд как ошпаренные.

– Стойте, мерзавки! – неслось нам вслед.

– Поднажми! – бросила я горничной, легко обходя её, а потом и вовсе хватая за руку, чтобы потащить за собой.

Вот и заветная дверь!

Я рванула тяжёлую створку на себя и влетела внутрь, практически волоком затащив внутрь напарницу. Мы захлопнули дверь и прислонились к ней спиной. Я вообще сползла вниз, на пол.

– Какой ужас, – выдохнула Аурелия.

Мы переглянулись и дружно рассмеялись. Если отец узнаёт, то позору не оберёшься.

– Аурелия, – из-за полок вышел молодой библиотекарь, на ходу поправляя очки и удивлённо осматривая нашу растрёпанную компанию, – что вы здесь делаете? – тут он, видимо, опознал меня: – Ваше Высочество?!

В этот момент на дверь с той стороны обрушились удары кулака и крики:

– Открывайте немедленно!

Я испуганно икнула и, бросив убийственный взгляд выпученных глаз на библиотекаря, смело полезла на четвереньках под ближайший стол, накрытый плотной и тяжёлой на вид тканью.

– Что?.. – начал было юноша, но в этот момент дверь распахнулась от мощного удара, а сбитая Аурелия влетела прямо к нему в объятия с испуганным вскриком.

Я затаилась под столом, не смея даже вдохнуть лишний раз. Нашарила что-то руками и непроизвольно прижала к груди чьи-то забытые туфли. Очень кстати. Снаружи, видимо, молчаливо оценивали ситуацию, потом тот, кто нас догонял, грозным голосом поинтересовался:

– Где вторая девка?

– Она ушла через другую дверь, – спокойно ответил библиотекарь. – Уважаемый, это – территория книг и тишины, здесь не место королевской страже и оружию. Будьте добры покинуть помещение.

– Эй, ты, книжный червь! – взревел страж порядка (ну, а кто же ещё?!) и, видимо, попытался силой что-то там выяснить.

Что-то там выяснить у него не получилось, потому что, неожиданно издав поистине поросячий визг, он вылетел за дверь, которая с громким хлопком отрезала нас от внешнего мира.

Я для порядка подождала ещё пару минут, а потом вылезла из своего укрытия, не отпуская добытую обувь из рук и крайне любопытствуя, как именно щуплому библиотекарю удалось прогнать бугая, судя по тяжёлому топоту ног.

– Вроде ушёл, – оповестила неожиданных подельников, а потом вспомнила, что в неглиже, и с громким «ой» спряталась за книжные полки.

Но я зря опасалась, так как парочка напротив меня явно занималась только друг другом.

Библиотекарь всё так же крепко обнимал Аурелию, а та преданно смотрела ему в глаза.

Я не стала прерывать их тихую идиллию и ушла вглубь шкафов, бросив на ходу:

– Аурелия, я тут пока прогуляюсь в одиночестве, а ты, как освободишься, сбегай, пожалуйста, за одеждой.

– Да-да, хорошо, – покивала та в знак согласия, впрочем, вероятно весьма смутно понимая, что я от неё хочу. – Эрик, вы такой сильный!

Так, понятно всё... Не скоро я получу своё платье...

Но так как торопиться мне совершенно некуда, я решила не дёргать горничную, которая стала мне почти подругой, а вместо этого обулась в найденные туфли, которые почти не шлёпали и отправилась исследовать книжные ряды, которых здесь расположилось вогромное множестве. В этих лабиринтах можно даже затеряться, так что не думаю, что батюшка меня здесь найдёт, даже если станет искать. Главное, чтобы Аурелия потом нашла.

Проходя мимо очередного ряда, я заметила небольшой островок среди стеллажей с мягким диванчиком и письменным столом из красного дерева. Вокруг этого места ощущалась сильная бытовая магия. Она не выглядела опасной, поэтому я смело шагнула внутрь импровизированного круга.

Здесь не наблюдалось даже следов пыли, а ещё островок уюта окружало мягкое свечение.

На столе валялись разбросаны бумаги, свёртки и толстые фолианты, будто кто-то трудился здесь дни и ночи напролёт и вот только что вышел в туалет. Я на всякий случай огляделась, но никого поблизости не заметила. Склонилась над бумажками, чтобы через секунду в ужасе отпрянуть от стола.

– Его почерк!

Я стояла на краю магического круга и пыталась отдышаться. Уж чего-чего я не ожидала здесь увидеть, так это размашистого почерка своего земного начальника. Чуть наклонённого, с характерным написанием «у» и «д».

Я тряхнула головой. Вот Юлька, вот балда! Откуда же тут взяться Андрею Владимировичу? А почерк такой же, потому что здесь его двойник. От неожиданности я даже об этом забыла.

На память пришло, как Андриан постоянно за общим столом шептал и проговаривал про себя какие-то свои расчёты, и мне, естественно, стало любопытно, чем может заниматься такой избалованный субъект, как он.

Как только дыхание выровнялось, я подошла ещё раз к столу и внимательно вчиталась в записи.