Читать книгу "50 великих музеев"

Венский музей истории искусства

Как целостный музейный комплекс, Музей истории искусства в Вене сложился только к концу XIX в. и был открыт в 1891 г. С этого времени все императорские собрания и коллекции перешли в ведение министерства культуры Австрии и стали собственностью государства.

Для венского Музея истории искусства по проектам архитекторов Г. Земпера и К. Хазенауэра было специально сооружено великолепное здание. Сейчас в основном здании размещены египетские и восточные древности, произведения античного искусства, а также ценнейший Нумизматический кабинет с богатыми коллекциями монет и медалей. Сначала в этом же здании находились коллекции старинного оружия и музыкальных инструментов, но позже они были переведены в Ховбург – бывший императорский дворец.

Во владение австрийского дома Габсбургов входило множество предметов из драгоценных металлов, украшения, ювелирные изделия, шпалеры, церковная утварь, коронационные облачения, сосуды из золота и горного хрусталя, богатейшая коллекция часов. Все эти сокровища копились на протяжении многих столетий и впоследствии по праву составили славу императорской коллекции Габсбургов.

История этого музея, собрания которого состоят из разнообразных и уникальных коллекций, в первую очередь связана с австрийской ветвью императорской династии Габсбургов. Художественные коллекции многих музеев Вены обязаны их вкусам и пристрастиям. Габсбурги были не только просвещенные монархи и весьма утонченные ценители искусства, но и довольно щедрые меценаты. Заботясь о престиже своего императорского двора, они усердно пополняли собственные картинные галереи бесценными шедеврами живописи, а также собрания ювелирных изделий, оружия и древностей. Для работы в своих дворцах они приглашали самых известных художников и скульпторов.

У истоков венского музея стоял эрцгерцог Фердинанд Тирольский (1529–1595). Значительная роль в умножение сокровищ, которые потом составили гордость Музея истории искусства, принадлежит племяннику эрцгерцога – Рудольфу II, который вообще стоял несколько особо в династическом роде Габсбургов. Столицу своей империи он перенес в Прагу, и здесь в его резиденции сложилась та необычная и богатейшая коллекция произведений прикладного искусства и скульптуры, которая стала одной из лучших в Европе того времени.

В 1576 г. Рудольф II стал императором Священной Римской империи. Он прославил свое имя покровительством искусствам и сам любил рисовать, а также полировать драгоценные камни, придавая им желаемую форму. В многочисленных мастерских его дворца лучшие мастера вырезали для него камеи из агата и других камней, а также вставляли драгоценные камни в прекрасные оправы из золота и серебра. Может быть, увлечение императора гранильным делом и вызвало у него желание сделать себе новую императорскую корону.

Корона Рудольфа II изготовлена в самом начале XVII в. форме диадемы, украшенной драгоценными камнями, а пространство между ними было заполнено жемчугом. Диадему венчают восемь геральдических лилий, покрытых драгоценными камнями и жемчугом, в каждую лилию сверху вставлена крупная жемчужина. Возвышающиеся над венцом пластины наклонены к центру, что делает ее похожей на епископскую митру.

На этих пластинах запечатлены некоторые сцены из весьма эксцентричной жизни самого императора, например, его прогулки по саду со львом по кличке Оттакар, которого он воспитывал с самого рождения.

В Музее истории искусства находится и корона XVII в., принадлежавшая одному из соперников императора Рудольфа – правителю Трансильвании. Эта замечательная корона увенчана крупным изумрудом и украшена 188 драгоценными камнями и 214 жемчужинами.

Много внимания уделял Рудольф II и своей картинной галерее. Он вырос при испанском дворе, обладавшем блестящим собранием произведений искусства, в первую очередь шедеврами Тициана. Здесь у Рудольфа II и выработался свой художественный вкус, который впоследствии позволил ему безошибочно приобретать полотна А. Дюрера, Питера Брейгеля Старшего, Корреджо, итальянских маньеристов – все, что потом составило славу венского музея.

В императорской сокровищнице хранились ювелирные украшения работы лучших мастеров, короны, камеи, драгоценные реликвии, всевозможные астрономические приборы. Им не было цены, но в конце Тридцатилетней войны (1618–1648) часть коллекции, а также Картинная галерея были разграблены шведскими солдатами королевы Христины. Из Праги вывезли 570 произведений искусства, принадлежавших Рудольфу II.

Его преемник, император Матвей I, снова перенес столицу в Вену, куда потом была переведена и бо́льшая часть художественных ценностей из собраний Рудольфа II. Следующие правители Габсбургской династии свою бурную деятельность во многом направляли на пополнение Картинной галереи. Например, при Марии Терезии наиболее ценные произведения искусства были собраны из всех дворцов и замков, ей принадлежавших.

Пополнение императорского собрания шло и за счет даров, а также путем частичного обмена. Так, очаровательный «Портрет инфанты Марии Терезии» и «Портрет инфанта Филиппа Проспера» кисти Веласкеса оказались в Вене потому, что испанские Габсбурги поддерживали тесную связь с австрийским двором. Стремясь упрочить союз двух держав, они нередко заключали династические браки. В качестве свадебных подарков в австрийское собрание и поступили полотна великого Веласкеса.

В XVIII в. императорское собрание стало пополняться еще одним способом. Император Франц II обменялся со своим братом эрцгерцогом Фердинандом (правителем Тосканы) и получил из флорентийской галереи Уффици ряд полотен живописцев итальянской школы. В XIX в. такой обмен состоялся с Прагой, откуда тоже были привезены ценнейшие произведения искусства.

Однако как во время Тридцатилетней войны, так и в эпоху наполеоновского нашествия музею был нанесен колоссальный ущерб. В 1809 г. 436 картин в качестве военных трофеев были отправлены в Лувр. К счастью для Австрии, через шесть лет почти все они возвратились в Вену.

Основу Картинной галереи музея составляют произведения старых мастеров. Особая гордость принадлежит разделу нидерландской живописи XV–XVII вв., который отражает творчество практически всех представителей этой школы. Главная часть данного раздела – крупнейшее в мире собрание картин Питера Брейгеля Старшего. В него входят 15 его лучших работ, выставленных в отдельном зале: «Битва Масленицы и Поста», «Игры детей», «Несение креста», «Избиение младенцев в Вифлееме»… Эти композиции дают аллегорическое истолкование всей человеческой жизни.

В венском музее Рубенс представлен 36 своими полотнами, которые дают представление о всех этапах творчества великого фламандца. Здесь выставлена монументальная алтарная картина «Алтарь святого Ильдефонсо» – настоящий апофеоз чувств, во всей мощи развернутый гениальным Рубенсом. Среди картин утонченного Ван Дейка выделяется «Портрет принца Рупрехта фон Пфальца» – образ юного, романтического аристократа.

Картинная галерея разместилась на втором и третьем этажах Венского музея истории искусства. Большую роль в формировании и изучении венского собрания живописи сыграли искусствоведы Густав Глюк и Людвиг фон Бальдас. Их приобретения, а также некоторые частные пожертвования заполнили существовавшие ранее пробелы в венском собрании. После того как были приобретены полотна голландских и французских мастеров, а также мастеров готики и Дунайской школы, музейная коллекция живописи получила свое завершение. И теперь живописные произведения мастеров XVI–XVIII столетий составляют лучшую часть всего музейного собрания.

В Венском музее выставлено и мозаичное панно одной из стен церкви Святого Виталия в Ровенне. На нем запечатлены император Юстиниан и императрица Феодора со свитой. Портрет императрицы вырезан из слоновой кости, в резьбе по которой византийские мастера достигли высочайшего уровня.

На императрице Феодоре роскошные ювелирные украшения, в частности, удлиненные серьги с несколькими подвесками – типичнее для той эпохи. В руках императрица держит державу и скипетр. Она восседает на троне, установленном в нише и покрытом балдахином, который венчают орлы с цепями в клювах.

Тунисский музей Бардо

50 тысяч пеших воинов, 9000 всадников, 37 боевых слонов… Во главе этой огромной армии карфагенский полководец Ганнибал прошел по землям современных Италии, Испании, Франции. Перевалив через Пиренеи и Альпы, повсюду сея страх и оставляя за собой пепелища, он в конце пути встал лагерем почти у самых ворот Вечного города. Такого Рим не забывал и не прощал «Карфаген должен быть разрушен!» – повторял в конце каждого своего выступления в римском Сенате Марк Порций Катон.

И Карфаген был разрушен. Как ни отчаянно сопротивлялись жители города, они не смогли преградить путь римским легионам. Город был взят штурмом, отдан на разграбление, а потом снесен с лица земли. Тяжелые римские плуги вспахали то, что осталось от его улиц и площадей. В землю была брошена соль, чтобы не плодоносили больше карфагенские поля и сады. Рассказывают, что Сципион Эмилиан, чьи войска взяли приступом город, плакал, глядя на то, как гибнет Карфаген – столица знаменитой и древней державы.

Победители забрали золото, серебро, драгоценности, изделия из слоновой кости, ковры – все, что накапливалось веками в святилищах, храмах, дворцах, домах. Погибли почти все пунические книги и хроники. Знаменитую библиотеку Карфагена римляне передали своим союзникам – нумидийским князьям. С тех пор она исчезла бесследно. Сохранился лишь трактат карфагенянина Магона по сельскому хозяйству.

Но величественный город не исчез бесследно, хотя сейчас на его месте – тихий пригород Туниса. Начиная с 1953 г. здесь в течение 10 лет велись раскопки, и выяснилось, что под слоем золы от пожара 146 г. н. э. сохранился целый квартал старого Карфагена.

Многочисленные иностранцы во время своих посещений Туниса обязательно соприкасаются со многими шедеврами искусства, оставленными на этой древней земле различными цивилизациями. Более 100 лет ценнейшие археологические находки по крупицам собирались в тунисском музее Бардо. В них, как в зеркале, отразилась социальная, экономическая и культурная жизнь, искусство и верования римлян, греков, турок, арабов, берберов.

Величественный загородный дворец был возведен для тунисских беев еще в XIV в., а его нынешнее здание, в котором разместился музей, построено в 1882 г. Найти музей в столице Туниса не представляет никакой сложности: указатели с надписью «Бардо» встречаются повсюду.

Ощущение торжественности и в то же время таинственности возникает у посетителей уже при входе на живописную территорию музея. Оно нисколько не исчезает при виде будничных сценок: здесь под высокими пальмами шумно перекликаются торговцы сувенирами, на лужайке чуть поодаль гоняют мяч мальчишки…

Торжественное открытие музея Бардо состоялось в 1888 г., и теперь это самый крупный археологический музей в Северной Африке. Его экспонаты выставлены в 35 залах, и даже беглое знакомство с ними потребует не один час. В уникальных экспонатах музея отражены доисторический, пунический, классический, христианский и арабо-мусульманский периоды в истории Туниса.

В коллекциях Музея представлены терракотовые, бронзовые и мраморные статуэтки; маски, передающие самые различные оттенки душевного состояния людей. Экспонаты собраны во всех уголках тунисской земли, и по ним можно прочитать стремление народа пронести сквозь века величие и красоту своего духа.

Гордостью музея Бардо является богатейшая в мире коллекция римской мозаики. В ней представлены удивительные по красоте напольные и настенные мозаичные картины на сюжеты римской и греческой мифологии (например, «Похищение Европы Юпитером», «Триумф Нептуна» и многие другие). Представлены на них и сцены из будничной жизни охотников, крестьян и рыбаков. Очень многое сумели выразить древние мастера с помощью разноцветных кусочков оникса, агата, яшмы и других камней.

В Арабо-мусульманском зале расположился бассейн из белого мрамора, обнесенный украшенной фаянсом колоннадой. На стенах этого зала висят изысканные гравюры, запечатлевшие разные моменты в истории Туниса. В основном же в Арабо-мусульманском зале выставлены предметы декоративно-прикладного искусства: керамические, медные, стеклянные, гончарные и бронзовые изделия XI–XVI вв., золотые и серебряные украшения, музыкальные инструменты и инкрустированная мебель, ковры и оружие, вышивка и кружева.

Вот, например, одна примечательная коллекция. Примерно в 81 г. до н. э. греческое судно, груженное сокровищами, попало в шторм и затонуло в 5 км от берега, где располагался тунисский портовый г. Махдия. Со временем деревянное судно сгнило, а ценности долго покоились на 40-метровой глубине моря. В 1907 г. их обнаружил местный рыбак. Делались неоднократные попытки поднять сокровища, но только через восемь лет они увенчались успехом. Ученые считают, что эти богатства могли принадлежать какому-нибудь греческому богачу или нумидийскому принцу из Северной Африки. Теперь эти бесценные изделия из золота, бронзовые и мраморные изваяния, древнее оружие, почти не подвергшиеся разрушению, выставлены в залах музея Бардо.

Представления об изобразительном искусстве Карфагена посетитель может получить, основываясь на выставленных в музее экспонатах раскопок, которые проводились в некрополях, опоясывавших город. Археологи нашли саркофаги, статуэтки, ювелирные изделия, керамику, разнообразные предметы из металла и цветного стекла. Кроме того, в погребениях часто встречались художественные изделия, привезенные из Египта, Греции и Этрурии. Эти изделия ценились очень высоко, и местные мастера стремились им подражать.

В древнейших погребениях Карфагена были обнаружены и глиняные маски VII–V вв. до н. э. Карфагеняне не клали маски на лица усопших, как это делалось в Египте или Микенах. Многие из них для этого слишком малы, да и назначение у них было иное. В науке эти маски вызывали самые разнообразные толкования, но сейчас принято считать, что некоторые из них предназначались для устрашения злых духов, маски-протомы охраняли покой умерших, другие использовались во время ритуальных плясок и жертвоприношений.

Среди «гримасничающих» изображений в музее Бардо есть одно, по-видимому, самое древнее Ученые условно назвали его «негроидным». Эта маска кажется крупной и массивной, даже монументальной, хотя по размеру она совсем невелика – всего 19 см. На ней четко обозначены выступающие скулы, запавшая переносица, широкий перебитый нос, виски и щеки. Поперек лба на этой маске расположены налепы в виде концентрических кругов, центральный из которых вписан в финикийский полумесяц. Несмотря на преувеличенно уродливые, как бы смещенные черты лица, выражение маски с широко расставленными глазами и открытым, перекошенным ртом кажется не устрашающим, а, скорее, беспомощным.

Представлены в масках и женские образы. Например, в музее Бардо выделяется одна такая маска (VI в. до н. э.), которая была открыта на холме Дуимес. Некоторые ученые называют ее изображением пунической богини Танит. В 1923–1929 гг. эта маска воспроизводилась на почтовой марке Туниса, так как среди других глиняных слепков она – «самая живая».

И действительно, черты лица, преувеличенные и несоразмерные, приведены на ней в ритмическое единство. Кое-где сохранились следы голубой и красной раскраски. Тонкий и чистый овал лица, длинные глаза, дуги бровей, переходящие в линию носа с кольцом в левой ноздре, узкий подбородок с маленькой треугольной выемкой – все как бы очерчивается одной линией. Улыбка придает лицу мягкое, застенчивое выражение. Но если повернуть маску на три четверти, усиливаются угловатость и резкость черт: выступают массивный нос, крупные уши, и богиня кажется «дурнушкой». Если рассматривать маску в профиль, то все опять приходит в равновесие: создается строгое, даже изысканное лицо зрелой женщины. Таким образом, характерное для архаической скульптуры несоответствие фаса и профиля вносит присущие маске черты изменчивости, иллюзорности, многозначности.

Национальный археологический музей в Афинах

Начало этого города теряется в преданиях глубокой древности. Сами афиняне считают основателем своего города легендарного царя Кекропа. Одним из древних царей был и Эрехтей, который решил в пользу богини Афины спор ее с Посейдоном. Долго спорили боги, кому владеть городом, каждый старался принести ему необыкновенный дар. Ударил своим посохом Посейдон, и забила из скалы ключевая вода. Афина же принесла на землю Аттики оливковое дерево, и этот дар был признан более ценным.

Город назывался тогда Кекропией, и владел он далеко не всей Аттикой, которая представляла собой 12 отдельных государств. Причем даже будущие афинские гавани Фал ер и Пирей составляли отдельные государства.

Как и другие греческие города той же эпохи, Афины являли собой только сильно укрепленный замок властителя с его небольшой дружиной. Этот замок занимал вершину акропольской скалы и часть ее западного и южного склонов. Нижняя часть города называлась Пелагрика. Древние афиняне выводили это название от имени народа пеласгов, которые будто бы и построили древние стены города.

Постепенно на холмах вокруг Акрополя и на равнине образовались отдельные поселения, которые долго еще сохраняли свою самостоятельность – даже во времена существования классических Афин. Мало-помалу владыки Кекропии соединили под своей властью все 12 городов Аттики. Древнее предание приписывает это объединение национальному герою Тесею. Как пишет Фукидид, Тесей уничтожил правительства 12 городов и учредил в Афинах один Совет и один пританей – здание, в котором на алтаре Гестии горел священный огонь. Это был символ жизни государства, где у общего очага заседали его правители.

Но полного представления об античных Афинах нельзя получить, не побывав в Национальном археологическом музее, в котором собраны великолепные произведения искусства Древней Греции – от эпохи неолита до римского времени.

Здание музея построено в неоклассическом стиле в 1880-е гг. архитектором Ланге. Оно стоит в глубине обширного зеленого сквера, и центр его подчеркнут портиком с четырьмя колоннами ионического ордера. Аттик музея (невысокая гладкая стена, увенчивающая здание над карнизом) украшен слепками со всемирно известных греческих статуй.

Наиболее ценную часть музейной экспозиции, по мнению многих специалистов, представляет уникальная коллекция произведений искусства микенской Греции (II тысячелетие до н. э.). Большая часть вещей, заполняющих обширный зал, была найдена в 1876 г. Генрихом Шлиманом в Микенах.

В области археологии, как пишет немецкий писатель К. Керам, «Шлиман достиг трех вершин». Первой были «Сокровища царя Приама», второй стало открытие царских погребений в Микенах. Сам Г. Шлиман в своих дневниках сообщает: «Я приступил к этой большой работе 7 августа 1876 года (вместе с 63 рабочими…) Начиная с 19 августа в моем распоряжении находились в среднем 125 человек и у. четыре телеги, и мне удалось добиться неплохих результатов».

Первое, что обнаружил Г. Шлиман, не считая множества различных ваз, был большой круг, образованный двойным кольцом вертикально поставленных камней. Странный каменный круг он принял за скамью, на которой восседали отцы города во время совещаний и судебных заседаний.

Затем он обнаружил девять гробниц, в которых был найден огромный клад. Сам Г. Шлиман писал: «Все музеи мира, вместе взятые, не обладают и одной пятой частью этих богатств». Действительно, лишь много позже, уже в XX в. его превзошел знаменитый клад из гробницы Тутанхамона в Египте.

Предоставим опять слово К. Кераму, который в своей книге «Боги, гробницы, ученые» пишет:

«В первой могиле Шлиман насчитал пятнадцать золотых диадем – по пять на каждом из трех усопших; кроме того, там были золотые лавровые венки и украшения в виде свастик.

В другой могиле – там лежали останки трех женщин – он собрал более 700 тонких золотых пластинок с великолепным орнаментом из изображений животных, медуз, осьминогов. Золотые украшения в форме львов и других зверей, сражающихся воинов… лежащих оленей и женщин с голубями… На одном из скелетов была золотая корона с 36 золотыми листками: она украшала голову, уже почти обратившуюся в прах…»

Он нашел еще… бесчисленное множество украшений со свастиками, розетками и спиралями, головные булавки, украшения из горного хрусталя и обломки изделий из агата, миндалевидные геммы из сардоникса и аметиста. Он нашел секиры из позолоченного серебра с рукоятками из горного хрусталя, кубки и ларчики из золота, изделия из алебастра. Но самое главное, что он нашел те золотые маски и нагрудные дощечки, которые употреблялись для защиты венценосных усопших от какого-либо постороннего воздействия.

Он нашел перстни с печатями и великолепными камеями, браслеты, тиары и пояса. 110 золотых цветов, 68 золотых пуговиц без орнамента и 118 золотых пуговиц с резным орнаментом… Но, пожалуй, достаточно. Мы не будем продолжать это перечисление; описание находок Шлимана занимает 206 страниц большого формата. И все это золото, золото, золото».

Перечисленные находки говорят о богатстве властителей древних Микен, и недаром Гомер называет их «златообильными Микенами». Сокровища, выставленные в Афинском археологическом музее, конечно же привлекают многочисленных посетителей и туристов. Особенно изумляет многих парадное оружие микенских басилеев. На инкрустированных золотом, серебром и чернью кинжалах чрезвычайно тонко выполнены различные узоры: охота на львов, леопард, нападающий на диких уток в зарослях тростника.

Проводившиеся после Г. Шлимана раскопки тоже дали богатые находки. В их число входит уникальная вазочка, выточенная из горного хрусталя в форме плывущей утки.

Помимо произведений искусства древних Микен в Музее выставлены памятники этого же периода, найденные в других районах Греции. Из толоса, круглой каменной гробницы близ Спарты, происходят два золотых кубка с рельефными изображениями. На одном живо представлена сцена охоты с сетями на диких быков, на другом – приручение пойманных животных.

В Афинском археологическом музее выставлено и великолепное собрание архаической скульптуры VII–VI вв. до н. э. Только здесь многочисленные туристы со всего мира могут познакомиться с этим своеобразным периодом развития древнегреческого искусства. Многочисленные статуи юношей-атлетов (куросов) дают представление о наиболее распространенном типе архаической скульптуры. Образцом ее может служить колоссальная статуя куроса, найденная на мысе Сунион.

К архаическому периоду относятся и разнообразные рельефы, отличающиеся тонким и четким ритмом чеканных контуров. На большой надгробной стеле Аристиона (работа скульптора Аристокла) представлен греческий воин в панцире, поножах, шлеме и с копьем в руке. Четырехгранный постамент статуи, найденной в стене близ Дипилонских ворот в 1922 г., украшают сцены игр в палестре, овеянные легким юмором.

В Археологическом музее собрана и интереснейшая коллекция бронзовых греческих скульптур. Как известно, бронза плохо переносит пребывание в земле, поэтому число бронзовых произведений искусства той эпохи невелико. И, как это ни покажется странным, бо́льшая их часть найдена в море: морская вода, оказывается, лучше сохраняет металл, чем земля.

Римляне, пользуясь правом завоевателей, вывозили из Греции в Италию многочисленные произведения искусства, некоторые из которых затонули во время кораблекрушений близ греческих берегов. Они были подняты со дна моря и вот таким образом опять вернулись на родину. Среди бронзовых скульптур Национального музея первое место, без сомнения, принадлежит статуе морского бога Посейдона, которая была найдена в 1928 г. у мыса Артемисион. Близ этого мыса во время войны с персами греки разгромили вражеский флот. Они были убеждены, что одержать столь славную победу им помог Посейдон, и, как считают ученые, они воздвигли статую бога в честь этого события.

Бог моря изображен грозно наступающим на врага. Его обнаженная, атлетическая фигура исполнена силы и величия, руки мощно раскинуты: в правой руке Посейдон сжимал трезубец, который, к сожалению, не сохранился. Существует предположение, что автором этой скульптуры был Коломид, выдающийся греческий скульптор конца V в. до н. э. русского народа, так и народов, когда-либо обитавших в пределах Российской «империи».