Читать книгу "50 великих музеев"

Орсе – музей из вокзала

Создание этого музея стало значительным событием в культурной жизни Франции. Крупнейший вокзал Орлеанской компании, утративший свое функциональное значение, должен был превратиться «из вокзала в музей» – в этом и заключалась главная идея его устроителей и реставраторов. Одной из главных задач в реализации этого проекта было не только сохранить вокзал в первозданном виде, но и включить его в современную жизнь, придать музею-вокзалу двойную функцию – как носителя исторической памяти, так и подлинного современного явления.

Знаменитый парижский вокзал «Орсэ» располагался в центре Парижа – напротив Лувра и Тюильри. Он был построен архитектором Виктором Лалу к Всемирной выставке 1900 г. По мнению многих критиков, вокзал стал «лебединой песней французского модерна». Вокзал Орсэ считался последним достижением техники того времени, самым ультрасовременным из всех – он был своего рода апофеозом промышленного века.

Все в нем приковывало внимание современников: громадный неф, огромная высота, циклопические портики, светящиеся часы. Кроме всех этих достижений вокзал был в высшей степени функционален. Однако со временем он перестал удовлетворять все ускоряющийся ритм жизни, к концу 1960-х гг. вокзал обветшал и пережил забвение. На смену ему готовилось строительство международного отеля, в конкурсе на проект которого приняли участие крупнейшие архитекторы того времени.

Однако в 1973 г. решение о строительстве отеля было отменено. Вокзал признали историческим памятником, и его купило Министерство культуры Франции. Вот тогда-то и возникла идея превратить вокзал в «Музей XIX в.». В нем предполагалось создать музей искусств с новейшей экспозиционной технологией, но с минимальным изменением архитектуры и структуры самого вокзала, его интерьеров и декора.

Проект нового музея рождался как бы из диалога с прежним его архитектором – Виктором Лалу. Новый проект ставил своей задачей создать уникальную среду для произведений искусства XIX в., но в то же время как бы экспонировать и собственную архитектуру вокзала. Однако вокзал Орсэ по своим прежним функциям никак не совпадал с задачами музея искусств. Сложнейшая проблема была все-таки решена группой «АКТ-аршитектюр», которая завоевала первое место в конкурсе по реконструкции этого вокзала. Основа концепции проекта данной группы была такова: «Сделать не музей в вокзале, а музей из вокзала».

Идея создания такого музея нашла поддержку и в лице президента Франции Валери Жискар Д'Эстена, который и начал эту грандиозную работу. По разработанной программе новый музей должен был стать музеем многодисциплинарным – т. е. включать в свои экспозиции и демонстрировать живопись, графику, скульптуру, декоративную мебель, произведения фотографии и зарождающегося киноискусства, архитектуру, градостроительство, исторические и документальные материалы – все, что отражает прошлую эпоху.

Первые коллекции нового музея формировались из произведений, хранившихся в Лувре, музее «Же до Пом», многих других музеях и частных собраниях. По хронологическим рамкам своих коллекций Музей Орсэ занимает сейчас место между Лувром и Национальным центром искусств имени Жоржа Помпиду: Лувр (как музей) построен в XVII в., Орсэ – в 1900 г., Центр искусств имени Жоржа Помпиду – в 1977 г.

Экспонируемые в Музее Орсе произведения искусства представляют собой один из выдающихся периодов французского искусства второй половины XIX – начала XX в. Живопись представлена полотнами Давида, Энгра, Делакруа, импрессионистов, скульптура – произведениями Родена. Зал Родена считается одним из красивейших в Музее Орсэ, а достигается это благодаря гармоническому соотношению трех произведений скульптора с архитектурой самого вокзала.

Самым масштабным помещением нового музея стал Большой неф, в котором выставлены коллекции скульптуры. Над бывшими железнодорожными путями и рельсами был сделан пол, который своими террасами как раз и продолжается в нефе. Стеклянный свод обеспечивает равномерное освещение зала, а это для скульптур является безопасным и оптимальным режимом. Грандиозные размеры самого нефа придают еще большую монументальность всей скульптурной экспозиции.

В глубине нефа расположились две башни, в которых экспонируются произведения «ар нуво». С террасами соседствуют залы для экспозиции произведений живописи и декоративно-прикладного искусства. С одной стороны – это залы Домье, Коро, Милле, с другой – Энгра, Делакруа, Дега, Гюстава Моро. В пересечении нефа расположились залы Гюстава Курбе и декоративного искусства времен всех империй.

Коллекции импрессионистов и постимпрессионистов расположились в залах верхней галереи. Естественное специфическое освещение этих залов наилучшим образом отвечает цветовой гамме живописных полотен Моне, Сислея, Сезанна, Ренуара, Ван Гога.

Овальные залы первого этажа отданы произведениям академической, натуралистической и символической школ. Три из них представляют новое искусство – это произведения Харта и Ван дер Вельде.

В музее неожиданно и весьма оригинально экспонируются архитектурные макеты. «Гранд-Опера», например, оказывается прямо под ногами посетителей – под прочным слоем стекла. С высоты этот макет предстает во всем своем великолепии. Макеты крупнейших сооружений прошлых времен выстроены в большую колонну – один над другим. Посетители могут их осматривать, поднимаясь на эскалаторе в большие залы Башен.

Для размещения произведений декоративного искусства и графики (рисунков, фотографий, пастелей и литографий) созданы специальные небольшие «темные» помещения. Естественное освещение здесь практически отсутствует, а разработанная система подсветки высвечивает лишь экспонаты.

Вообще освещение Музея Орсэ является одной из его главных удач. Естественное и искусственное освещение из 8000 светильников, прожекторов и галогеновых фонарей как бы сливаются в одну симфонию. Во всех залах смонтирована система, отражающая как искусственный, так и естественный свет. Этот свет, прежде чем попасть на полотна, отражается специальными панелями, которые поглощают вредные для картин ультрафиолетовые лучи.

В музее среди других технических новшеств применяется компьютерная система управления климатическим режимом и обеспечением безопасности.

Тегеранский музей ковров

Тегеранский базар – это своего рода город внутри города, со своими законами, обычаями и традициями, со своей особой философией и своим образом жизни. Он представляет собой бесконечный лабиринт тусклых сводчатых галерей и переходов… Здесь и в XX в. царит еще Средневековье: часто встречаются с ног до головы закутанные в темную ткань женщины, слышны резкие выкрики зазывал и звон чеканщиков по серебру и меди. Здесь встречаются торговцы и покупатели из самых различных городов и деревень Ирана, говорящие на самых разных диалектах и наречиях. Горячие споры, неудержимый водопад новостей… На тегеранском базаре можно найти все, что душе угодно: мозаику Шираза и неповторимые ткани, одежду отечественного и импортного производства, пестрые и яркие ткани, шубы, расшитые причудливой золотой вязью, кругом сверканье медных блюд, ваз, кувшинов и ослепительный блеск ювелирных изделий.

И, конечно, ковры, ведь нынешний Иран (в прошлом Персия) – страна классических восточных ковров. А также самое вероятное место их происхождения, ведь традиции иранского ковроделия своими корнями уходят в древнее художественное творчество народа. С незапамятных времен благодаря своей неповторимости, изысканности узоров и высокому качеству они пользовались известностью во всем мире. Их ткали женщины – дома, у родника, готовясь к замужеству или ожидая ребенка. Потом мыли, сушили и водворяли на почетное место в доме.

Есть что-то общее между ковром и восточной музыкой: каждый завиток, как мелодия, вплетается в общий замысел. Ковры, как музыка, создают разное настроение, бывают грустные и радостные, тревожные или спокойные. Старинные ковры бесценны. Вот почему так кропотливо восстанавливают мастера их неповторимый орнамент.

Музей ковров расположен в парке Лале в самом центре Тегерана, и, наверное, он является одним из немногих в мире музеев такого рода. В его залах, где всегда много туристов, представлены ковры различных школ и стилей: исфаганские, кушанские, кумские, керманские, тебризские, ширазские. Случайный покупатель может не заметить разницы между прекрасным керманским ковром и столь же прекрасным ковром кушанским. Однако они так же отличаются друг от друга, как чудесные стихи Саади от не менее прекрасных строф Хафиза.

Любезный гид расскажет вам, что при оценке любого ковра внимание прежде всего обращается на его узор. Иранский ковер, например, всегда имеет замкнутую композицию, ограниченную бордюром, который состоит из нескольких полос орнамента различной ширины.

Основные мотивы коврового узора образуют арабеску, состоящую из сложно переплетающихся растительных стеблей, цветов и листьев, среди которых располагаются фигурки зверей и птиц. Чаще всего узор иранского ковра – это декоративный образ цветущей природы, весеннего сада. А вообще узоры для ковров выбираются самые разнообразные: растительные орнаменты, сцены из дворцовой жизни, портреты правителей и прославленных поэтов, а также копии миниатюрных иллюстраций к известным поэтическим произведениям – «Шах-намэ» Фирдоуси, «Голестан» и «Бустан» Саади и др.

С появлением и распространением в Иране ислама началось создание новых узоров, в которых используются такие элементы оформления, как михраб и минбар, минареты и купола мечетей. Такие ковры стали называться молельными, ими обычно застланы полы в мечетях. Небольшой такой коврик для совершения намазов старается приобрести себе каждый мусульманин.

Иранские мастера используют богатую красочную гамму – десятки красок при огромном разнообразии их оттенков. Неповторимую прелесть расцветке придает ворс из шерстяных и шелковых нитей, иногда с добавлением золота и серебра. Ворс – это не только бархатистая поверхность ковра, это еще и богатство тонов и оттенков цвета.

В Музее вам расскажут и покажут, как вяжутся узлы «гиордес» и «сеннэ», об их количестве на каждый квадратный дециметр: чем больше узлов, тем ковер дороже. В шелковых коврах количество узлов на квадратный дециметр порой превышает восемь тысяч, поэтому они самые дорогие. Но зато и качество у них отменное: такие ковры не испортятся, не износятся, не протрутся полвека. Если они этот срок выдерживают, они становятся «антиками» и цена их еще больше возрастает. В Тегеранском музее ковров можно увидеть несколько таких «антиков»; они являются гордостью музея.

Ковры различаются еще и тем, в каких комбинациях при их производстве используются шерсть, хлопок, шелк, лен, пенька и джут. В Музее можно узнать, что шерсть получается из верблюжьего, овечьего или козьего волоса, она бывает разного достоинства – короткой, сравнительно тонкой, длинной и глянцевитой. Причем во многом это зависит от местности, в которой разводят этих животных, и даже от той части их тела, с которой эта шерсть состригается. Ну и, конечно, от выделки!

Много секретов ковроткачества откроют любознательному человеку стенды Тегеранского музея ковров. Например, использование растительных пигментов. Некоторые из них способны при крашении давать такие глубокие и мягкие тона, которые даже при большой интенсивности не кажутся кричащими. А зависит многое от климата и характера той почвы, на которой произрастают красильные растения. Рецепты крашения до сих пор составляют тайну профессионального мастерства, передаются по наследству, как и вообще все ремесленные хитрости.

Самый старый из всех иранских ковров с узором был обнаружен в ледниковом ущелье Пазирик близ российско-монгольской границы. И обнаружил его российский профессор С. И. Руденко. Этот ковер теперь так и называется «Пазирик», длина его составляет 2 м, ширина – 184 cм. Проведенные исследования показали, что он был соткан еще в эпоху ахеменидских царей Кира и Дария (558–330 гг. н. э.). «Пазирик» сейчас хранится в Эрмитаже, но он является наглядным свидетельством 25-вековой истории иранского ковроткачества.

В Тегеранском музее хранится первый в мире объемный ковер, который создал искусный мастер из Тебриза. Ковер выткан одним куском в форме чаши для розовой воды. Высота ковра – 45 см, диаметр – от 15 до 165 см. Мастер использовал для работы 11 стоек. Для изготовления миниатюр были взяты 40 цветов, цветы и кусты роз, а основание ковра прошито золотыми нитями. Крышка этой чаши-ковра выполнена в трех цветах флага Исламской Республики Иран.

На изготовление этого ковра у иранского умельца ушло три года, а после него он решил создать ковер на новый сюжет – «Древо жизни», на который его вдохновили бирюзовые изразцы «Синей мечети» в Тебризе.