Читать книгу "50 великих музеев"

Иракский музей древностей в Багдаде

Слово «Багдад», по предположениям некоторых историков, происходит от древней вавилонской деревушки Бак-да-ду, которая когда-то располагалась поблизости. Выгодное географическое положение на перекрестке караванных путей предопределило будущее города. С приходом мусульманства, объединившего местные народы под сенью одной религии, начала развиваться торговля, тем более что сам Магомет считал ее делом святым. В возникавших все новых и новых караван-сараях коротали вечера купцы не только из различных уголков арабского мира, но и из далеких Африки, Индии, Китая. За пиалой с горячим чаем шла неторопливая беседа о дальних странах, о диковинках невиданных и приключениях самых невероятных. Под звездными ночами оживали сказки великой книги «Тысяча и одна ночь».

Оживают эти сказки и в Иракском музее древностей, хотя он располагается в одном из самых современных по архитектуре зданий Багдада – на просторной магистрали 14 июля, названной так в честь дня национальной революции 1958 г. Еще в 1924 г. в стране был издан Закон об охране национальных древностей, и по нему иностранные археологические экспедиции, которые вели раскопки на территории Ирака, должны были отдавать часть находок музею. Это было очень своевременное решение, потому что до принятия закона все, что выкапывалось из древней земли Ирака, увозилось в музеи Парижа, Лондона, Берлина, Нью-Йорка и Филадельфии.

В 1932 г. Ирак был провозглашен независимым государством, и Департамент древностей страны рассмотрел вопрос о возведении в столице здания музея, потому что великолепные памятники древне-иракской культуры и искусства хранились тогда в других помещениях. В это время иракские архитекторы имели еще небольшой опыт строительства таких зданий, и потому они обратились за консультацией к немецкому архитектору Вецнеру Маршу. С его помощью был разработан проект нового здания музея, которое наметили соорудить в квартале Салхия – западной части Багдада. Однако прошло почти четверть столетия, пока проект этот был осуществлен: Иракский музей древностей был открыт для посетителей в декабре 1966 г. Сейчас перед зданием музея высится копия ворот богини Иштар в Вавилоне, а у входа стоит огромная каменная статуя ассирийского бога Набу из Нимруда.

Экспозиция музея разделена по хронологическому принципу, а памятники и экспонаты – по шести периодам истории Ирака.

Наиболее известными из шумерских городов были Урук, Лагош, Ур, Эшнунна и некоторые другие. Центральное место в каждом городе занимал храм, возведенный из кирпича-сырца. Вокруг него располагались хижины жителей, а все поселение ограждалось крепостной стеной. В Уруке было два храма – Белый и Красный, названные археологами по цвету их стен. Красный храм стоял на искусственной платформе, под которую было подведено каменное основание. Стены храма имели полукруглые выступы, которые сплошь были покрыты мозаиками из глиняных конусов в форме гвоздя с яркой шляпкой. В Иракском музее выставлено сейчас два фрагмента такой стены общей площадью в несколько квадратных метров. На одном фрагменте посетители музея знакомятся с мозаичным узором в виде вставленных друг в друга черных, белых и красных треугольников; на другом узор состоит из ромбов, треугольников и зигзагов. Такой орнамент ведет, свое происхождение от пестрого узора плетеных циновок, украшавших глиняные стены древних сооружений.

Из Урука дошли до нас древние письменные памятники со знаками в виде рисунков. Из числа археологических находок представлены в «Музее и произведения изобразительного искусства, а также изделия художественного ремесла (например, каменные сосуды с рельефными изображениями животных).

В Уруке была открыта и базальтовая стела с изображением охоты на львов. Охотник на ней приземист и коренаст, его широкое лицо с длинным, слегка горбатым носом обрамлено распущенными волосами и пышной бородой. Согласно древневосточной традиции, фигура изображена в профиль, а глаз показан в фас.

На мужчине длинное, доходящее до колен одеяние, перепоясанное в талии. Один и тот же мужчина изображен на стеле дважды: вверху он мечет копье в прыгнувшего на него льва, внизу – натянул тетиву лука и нацелил стрелу в морду зверя.

В III тысячелетии до н. э. важную роль в Двуречье стал играть г. Ур. При его раскопках археологи сделали открытие, не уступающее по своей значимости открытию гробницы Тутан-хамона. Древний город Ур был открыт английским археологом Леонардом Вулли в 1922 г. Под культурными пластами ученые обнаружили ряды ремесленных мастерских, жилые кварталы горожан, дома знатных жителей, дворцы правителей. Улицы города вели от ворот к центру, где находилось Нонна – главное святилище бога Луны.

В 1950 г. в Уре были раскрыты царские гробницы с богатейшими погребальными принадлежностями. Изделия из золота, серебра, электра (сплав золота с серебром), драгоценные и полудрагоценные камни буквально усыпали подземелья.

Сравнительно небольшие по размерам могилы (из кирпича и камня) имели внутри от одной до четырех комнат. В могилах, кроме останков самого владельца, были найдены останки других людей – его слуг, рабов и вооруженных воинов в медных шлемах… Число человеческих жертв в каждом захоронении колебалось от 3 до 74.

В одной из могил археологи нашли останки женщины, лежащей на носилках. Она была одета в платье, расшитое золотыми бусами, на голове ее был венок из золотых цветов и листьев бука. Может быть, 5000 лет назад эта женщина была царицей или верховной жрицей храма Луны. Вместе с ней похоронены женщины в алых шерстяных платьях, тоже отделанных золотыми и серебряными бусинами. Рядом с ними лежали музыкальные инструменты. Хорошо сохранившуюся деревянную арфу с золотой головой быка украшал узор из перламутровых пластинок, положенных поверх лазуритовой основы инструмента. Пальцы одной из арфисток так и остались лежать застывшими на струнах.

Всего в этом захоронении было обнаружено свыше 60 человек, которые сопровождали женщину в последний путь. Останки воинов личной стражи, возниц, слуг располагались вокруг серебряного стола, на котором стояли блюда, золотые кубки, чаши и кувшины. Позы людей совершенно спокойны. В те времена, видимо, близкие люди и слуги добровольно сопровождали господ в загробный мир. Ученые предполагают, что они уснули вечным сном, вероятно, приняв какое-то снадобье, подмешанное в вино.

Древний город Вавилон возвысился в Двуречье в первой половине II тысячелетия до н. э. Особенно важную роль он играл при царе Хаммурапи, который подчинил своему влиянию много городов и стал правителем огромной территории. Составленный им свод законов был высечен на двухметровом базальтовом столбе, вершина которого украшена изображением бога Шамаша, передающего царю законы. Сам памятник находится сейчас в Лувре, а в Багдаде выставлен его гипсовый слепок. Но Иракский музей древностей обладает большим количеством клинописных табличек, тексты которых дали ученым много ценных сведений о вавилонской культуре.

У входа в Ассирийский зал стоят фигуры фантастических животных – существ с телом быка, крыльями птицы и лицом человека. Это шеду – демоны-охранители. Некогда эти огромные статуи стояли у дверей дворца царя Ашшурнарсирпала в Калахе (современный Нимруд).

Из Нимруда происходит и статуя бога Набу, сделанная из желтого песчаника. Бог мудрости изображен в виде бородатого мужчины с высокой тиарой на голове. Как и все ассирийские статуи, она стояла у стены и не была рассчитана на круговой обход.

Значительная часть рельефов Ассирийского зала происходит из дворца аккадского царя Саргона I в Дур-Шаррукане. Главный вход во дворец обрамляли две башни, фланкированные статуями крылатых быков. Эти статуи сейчас находятся в Иракском музее. Их прислонили к декоративным щитам, искусно введенным в экспозицию музея, что создает иллюзию входа, к которому прислоняются шеду. У них пять ног, поэтому при рассмотрении с разных точек шеду кажутся то идущими, то стоящими.

Гордостью Иракского музея является выставленная в специальном зале коллекция рельефов, вырезанных из слоновой кости и представляющих обшивку для парадной мебели. Часть их была изготовлена ассирийскими резчиками, другие привезены из Сирии. Палестины и Финикии. Тематику рельефов составляют мифологические сюжеты, изображения бытовых сценок, людей, животных, птиц и растений. Вот олень вытянул шею и повернул голову, прислушиваясь к шороху… Вот корова лижет теленка, а здесь бык пробирается сквозь густые заросли тростника…

Три зала музея отведены исламскому периоду в истории Ирака, который начался в 637 г. после завоевания страны арабами. Широко распространенное представление, что Коран категорически запрещает изображение живых существ, несколько преувеличено. В Коране можно найти запрещение использовать живые существа в качестве идолов, но не более. В пятой суре Корана «Трапеза» говорится: «…и вот ты Иса делал из глины подобие птиц с моего дозволения и дул на них, и становились они птицами с моего дозволения».

В ранний период мусульманства никаких запретов на изображение живых существ не существовало. В Медине и Дамаске многие богатые арабы украшали свои дома росписью и скульптурой. В Иракском музее хранится уникальная монета с изображением халифа аль-Муктадира верхом на коне. Изображения живых существ не допускались только в росписях и мозаиках мечетей, чтобы не превратить их в предмет поклонения.

Изображать живые существа разрешалось и в рукописях светского содержания. Во многих музеях мира хранятся арабские рукописи с миниатюрами, на которых часто встречаются отдельные человеческие фигуры и многофигурные композиции.

При Багдадском музее есть библиотека, которая по богатству своих фондов занимает одно из первых мест в Ираке. В основном это рукописные списки Корана – священной книги мусульман. В Рукописном отделе библиотеки хранится более 40 тысяч манускриптов, некоторые из которых демонстрируются в музее.

Государственный центральный музей Монголии

Несколько лет назад в московском Музее Востока проходила выставка «Искусство народов Центральной Азии». Среди большого числа экспонатов на ней были представлены предметы самобытного и разнообразного искусства народов Монголии. Бытовые вещи, предметы культа, живопись, украшения, литература – все вызывало восхищение многочисленных посетителей выставки.

Монголы появились на исторический арене сравнительно недавно, и это дало возможность некоторым скептикам считать, что кочевой народ вряд ли может создать значительные произведения искусства. Но первый человек на территории современной Монголии появился более 100 тысяч лет назад, с тех пор каждая эпоха в жизни народа неизменно находила свое выражение в памятниках культуры. Например, стены пещеры Хойт Цэнгэр Агуй разрисованы человеком каменного века. «Оленные камни», стражи древних могил, с высеченными на них фигурами застывших в прыжке оленей – это уже творения мастеров более позднего времени. Развалины Каракорума, столицы монгольских ханов, – XIII в. Какой бы длинный период истории не разделял эти памятники, все они – звенья одной культурной традиции.

Где бы ни появлялись монголы, их мобильность и быстрота передвижения обеспечивали им превосходство над любым противником до тех пор, пока не стали очевидны преимущества огнестрельного оружия. Все снаряжение монголов, которое посетители могут увидеть в Центральном краеведческом музее Монголии, – лошадиная упряжь, седла, походное имущество, лук и стрелы – выполнено с величайшим мастерством. Каждый предмет кочевой жизни становился для монгольского мастера поводом проявить свое умение и вкус. Седла украшались чеканными серебряными бляхами и многоцветной аппликацией из тисненой кожи. И мужчины, и женщины охотно носили украшения, которые в больших количествах производились в ремесленных мастерских страны. Драгоценные камни, правда, были привозные: бирюзу доставляли из Афганистана, кораллы с Красного моря, жемчуг с Ближнего Востока.

То немногое, что дошло до нас из глубины времен, просто восхитительно. Чаши, кубки, оправленная в золото посуда из дерева, раскрашенная мебель для юрт и монастырей – все говорит о неповторимом и высочайшем уровне монгольских мастеров.

В Историческом отделе музея наибольшую ценность представляют археологические находки из Каракорума – образцы черепицы, настенных поливных плиток и плиток для пола, майоликовые архитектурные детали и другие изделия. Все эти предметы сделаны из обычной красной глины, но сверху, по слою белого ангоба, они покрыты зеленой и желто-коричневой краской, что и делает их произведениями настоящего искусства.

Великолепные произведения найдены в ритуальных сооружениях, относящихся к эпохе распространения ламаистских верований. Сначала у монголов не было похоронных принадлежностей, так как они оставляли умерших в степях или пустынях, где их уничтожали стервятники или дикие животные. Но в XVI–XVII вв. ламаизм стал господствующей религией и в монгольских степях.

Одним из милостивейших божеств ламаизма была Золотая богиня – Белая Тара (по-монгольски Цаган Дара-эхэ), покровительница материнства и семейного благополучия. Обычно она изображается сидящей на троне в виде огромного цветка лотоса. Поза богини называется «асаной лотоса», она напоминает расколотую надвое молнию – всесокрушающее оружие богов. Жесты богини символизируют дарование милости и проповедь учения; драгоценные диадемы на голове богини – признаки царского достоинства, ведь одно из воплощений Золотой богини – китайская принцесса, ставшая женой тибетского владыки Сронцзангампо и вместе с ним способствовавшая распространению буддизма на Тибете. У богини семь всевидящих глаз – в том числе на руках и ступнях.

Большой интерес у посетителей вызывает Отдел изобразительного искусства, в котором собран материал по монгольской живописи и религиозному искусству. Здесь экспонируются вышитые золотые «бурханы» – картины с религиозным и символическим содержанием, ритуальные маски и одежды для мистерий, деревянные резные и росписные струнные музыкальные инструменты, бусы и другие предметы.

Для монгольских иконописцев руководством в работе служил сборник изображений «Тысяча бурханов», причем различия между многими бурханами (божествами) были почти неуловимы. Одних только женских божеств с именем Тара насчитывалось не меньше 20 и различались они по цвету тела, жестам и позам.

Наиболее ценным экспонатом является картина Н. Рериха, написанная темперой в конце 1929 г. На полотне изображен грозный буддийский святой, летящий на алом жеребце по ультрамариновому небу – над мирными зелеными пастбищами и пестрыми юртами…

На территории Монголии проживает более 20 различных народностей, большинство из которых родственны друг другу по языку, обычаям и традициям. Но каждая из них (халхасы, дербеты, захчины, торгуты, олеты и др.) имеет и свои специфические особенности в культуре и быте.

Например, в Центральном музее в Улан-Баторе хранятся собранные в 30—40-е гг. в разных уголках Монголии халкасские коллекции головных уборов. Еще выдающийся русский этнограф Г. Н. Потанин говорил, что головные уборы монгольских племен являются наиболее устойчивой частью их костюма, мало изменявшейся в течение столетий. Другой русский этнограф, Е. Ф. Тимковский, еще в 1824 г. с полным основанием утверждал, что «владычество моды монголам неизвестно». На каменных изваяниях VII–IX вв., открытых на территории Монголии, можно увидеть головные уборы, похожие на экспонаты музея. По своим формам головные уборы монголов весьма разнообразны и богаты, по ним можно даже определить принадлежность человека к тому или иному племени.

В монгольской этике головной убор имеет очень большое значение. Наступить на него или даже перешагнуть через него – это, по понятиям монголов, означало все равно что перешагнуть или наступить на голову человека. Большим грехом также считалось бросить убор так, чтобы он упал макушкой вниз. Во время различных торжественных событий шапку полагалось надевать, чтобы выразить уважение гостю, окружающим людям и вообще всему происходящему событию.

В улан-баторском музее можно увидеть бурятскую зимнюю шапку, которая заметным образом отличается от других. Во-первых, у нее высокая коническая тулья с отворотами, очень похожими на отвороты русской зимней шапки. Во-вторых, тулья простегана параллельно основанию, на шапке нет характерных разрезов и лент, а также шарика на верхушке. На верхушке бурятской шапки прикреплены шесть пучков красных лент-кистей. Голубая матерчатая тулья шапки оттеняется белым бараньим мехом.

В Центральном музее посетитель может узнать и об истории проникновения в Монголию шахмат. Как и в другие страны, они попали в Монголию из Индии, но очень длинным путем – сначала через Персию, а затем Китай и Тибет. Наряду с классическим вариантом у монголов распространена уникальная разновидность шахмат и шахматных фигур, в которые кочевники-скотоводы вложили свою удивительно богатую фантазию. Шахматные фигурки, по сути, получили второе рождение, потому что в них монголы воссоздали окружающий их мир, дополнив его фольклорными элементами.

По народному сказанию, страстные любители шахмат живут очень долго – до глубокой старости. Когда идет игра, то монголы забывают решительно обо всем на свете. По этому поводу в Музее экскурсоводы рассказывают посетителям оригинальную легенду.

У одного монгольского хана, по предначертаниям судьбы, истек срок жизни как раз в тот момент, когда он играл в шахматы. Владыка смерти Эрлик отправил за ханом своего гонца, но тот оказался тоже заядлым шахматистом. Увидев, как мастерски сражается хан со своим шахматным противником, гонец так увлекся игрой, что напрочь забыл о поручении бога Эрлика. Так монгольский хан остался жив и здоров и еще долгие годы наслаждался игрой в шахматы.

Монголы создали не только свои фигуры, но и свои шахматные правила, во многом отличающиеся от общеизвестных. Шахматному королю у монголов соответствует князь, начальник; королева изображена в виде сердитой собаки – монголы объясняют это той ролью, которую собака играет в их хозяйстве, являясь верным сторожем. С особой любовью и искусством вырезаны фигурки коней. Еще бы! Ведь конь сердцу монгола дороже всего.

В Государственном музее выставлены и шахматы, которые вырезаны молодым мастером-резчиком Дагва. В его шахматных фигурках королю соответствует уже не начальник, а стрелок из лука в национальном костюме. Ферзь представлен в виде разъяренного быка; конь, слон и ладья изображают целые скульптурные группы, представляющие собой соответственно верблюдицу с верблюжонком, играющих коней и автомашину.

В Монголии было высоко развито и искусство серебряной полиграфии, оно передавалось от отца к сыну и было в народе высоко почитаемо. Иногда резчику по серебру не хватало целой жизни для изготовления одной книги. Например, в монгольской столице хранится книга, оформленная в виде трактатов на литых серебряных пластинах-страницах. Если взвесить один какой-нибудь том, то его вес составит нескольких сот килограммов. (Попутно скажем, что в Центральной библиотеке Улан-Батора хранятся старинные книги, текст которых вышит шелковыми нитями 700 лет назад.)

Центр викингов в Йорке

В этот музей стоят длинные очереди даже в самые жаркие дни. А чтобы скоротать время, многочисленные посетители и туристы глазеют на представления, которые дают прямо перед музеем любители древних игрищ. Все они разодеты в самые причудливые языческие одеяния и под звуки шотландской волынки пляшут в кругу, держась за руки. Потом мальчишки ходят со шляпой вдоль стоящей очереди. Все это – тоже часть музейной программы.

Центр викингов располагается под землей, а сверху он представляет собой самый обыкновенный, ничем не примечательный дом. Но зато внизу!.. Посетитель сразу же начинает путешествие сквозь века и пространства, из XI в. отправляется в век X и даже в более древние времена, где останавливается само историческое время.

Негромкий голос механического экскурсовода расскажет вам, что остатки поселения викингов в Йорке археологи впервые открыли в 1976 г., называлось оно Йорвиком и было заселено выходцами из Скандинавии. Само название «викинг» произошло от норвежского слова «vik», которое означает «залив», «бухта». В IX в. это слово стало употребляться скандинавами в значении «морское путешествие».

Викинги, которые расселялись на значительной части территории нынешних Дании, Норвегии и юге Швеции, были прекрасными кузнецами, часто крестьяне сами добывали железо из болотной руды. Золото и серебро они тоже умели мастерски обрабатывать.

Поскольку в основе уклада жизни викингов лежали морские путешествия, они нередко хоронили своих погибших товарищей в лодках, куда клали ювелирные украшения, оружие и даже кухонную утварь в расчете на то, что все это может пригодиться в загробной жизни.

Не так давно в датском г. Роскилде открылся Музей кораблей викингов. Центральную часть экспозиции музея составляют пять кораблей, поднятых со дня Роскилд-фьорда: солидное торговое судно, боевой корабль викингов, небольшой торговый корабль, малый военный корабль и старинное рыболовное судно. Поднятые в последние десятилетия со дна морского корабли помогли ученым и исследователям воскресить историю судоходства и судостроения не только в Балтийском и Северном морях, но и Атлантике. Викинги были лучшими мореходами северных стран и плавали на своих ладьях даже к далеким островам и за много веков до Колумба достигли Северной Америки.

А в Йорке археологи откопали целое поселение викингов – дома, лавки, склады. Все было тщательно измерено и сфотографировано, все найденные предметы специально обработаны. Несколько месяцев находились они в консервирующем растворе, а потом были водворены на прежние места.

«Проплывая» на тележке (рассчитанной на четырех человек) по узкой улочке Коппергейт, посетители могут буквально дотронуться рукой до героев X в. Здесь можно увидеть менялу, женщину с коромыслом и женщину с гусями, старика, ребенка… Эти восковые фигуры сделаны очень искусно и одеты точь-в-точь, как и было положено в X в. Вот резчик по кости продает свои гребенки из оленьих рогов, старик Блафотр пришел к сапожнику, чтобы подобрать обувь для своих изуродованных подагрой ног…

Авторы музейной экспозиции воссоздали натуральную обстановку поселения викингов. В зале стоит дикий гвалт, слышны крики, даже ругань, ссоры-разговоры, плач, пение – чего здесь только нет! Но и этого устроителям музея оказалось мало. Одна из фирм, специализирующаяся на выпуске ароматических составов, сумела воспроизвести около 12 различных запахов. Для этого в специальные сосуды с подогревом помещают особые таблетки. И посетителям в нос шибают резкие запахи выделанных кож, потрошеной рыбы, заплесневелых яблок, навоза – натуральней просто не бывает.

При создании музейной экспозиции организаторы особое внимание уделяли исторической достоверности и точности документального сюжета. Если это были звуки – то не просто беспорядочные и случайные, записанные современными артистами. Нет, работа в Центре викингов проводилась исключительно серьезная. Университетские профессора специально ездили в одну из деревень северного Йоркшира и там полгода обучали детей и взрослых древнескандинавскому языку. Так были записаны «звуки древней улицы в поселке викингов». Кроме этого, были сделаны записи в Исландии, так как исландский язык очень близок языку викингов.

В Центре викингов в Йорке с достоверной точностью воспроизведены пять домиков под соломенными крышами, рынок, пристань, лавки ремесленников. Конечно, специалисты пустили в ход свою фантазию и неудержимое воображение, но они уверяют, что вся экспозиция имеет под собой прочную научную основу.

В музейной экспозиции есть и много подлинных предметов. Если здесь демонстрируется копия фэринга (древней четырехвесельной лодки викингов), то она специально изготовлена в Национальном музее мореплавания в Гринвиче. В Центре в точности скопировано большое грузовое судно, наподобие тех, что были найдены на дне фьорда Роскидд в Дании. И посетители могут быть уверены, что паруса к нему делали изо льна, джута и кожи знатоки парусного дела. Если на палубе музейного корабля моряки чинят сети, то это сети изготовлены не из капронового, а из натурального волокна. С большим трудом его нашла в далекой Гамбии организатор музея Фиби Маклеод.

В процессе создания музея его создатели не раз обращались и к английской общественности. Так, например, имя для мальчика, который так увлеченно слушает рассказы отца и бывалого деда, выбрали йоркширские ребятишки. Они приняли участие в конкурсе «Как звали мальчика?», – и в результате маленький викинг получил имя Токи.

В соседнем зале музея посетители возвращаются в XX в. Здесь перед ними разворачивается картина археологических раскопок, которые проводились в течение шести лет. Остатки сараев, домов, мастерских предстают в том виде, как они были найдены археологами. Здесь же выставлены две склоненные восковые фигуры, но это уже не викинги, а ученые. С помощью микроскопов и других приборов они увлеченно реставрируют тот или иной экспонат.

В третьем зале посетителей ожидает уже довольно привычная музейная экспозиция: торговля у викингов, их одежда и украшения. В стеклянных витринах выставлены мельчайшие предметы их быта, даже жуки и блохи из далекого X в. Да еще эти насекомые сравниваются с современными! Есть и другие сравнительные коллекции: современные зерна и зерна из X в. современные растения и растения периода викингов…

А в последнем зале устроители развернули грандиозную торговлю. Здесь продается абсолютно все, что имеет хоть какое-то отношение к викингам. Помимо многочисленных книг, иллюстрированных изданий и справочников можно купить копию викинговой чашки, монеты, гребенки, пряжки, игрушки или украшения, которые носили в те времена… И даже инструменты викингов – в общем, все, что только мыслимо вообразить.

В этом же зале посетителю дают особую карточку. Ее надо заполнить, если посетитель и в дальнейшем хочет получать информацию об археологических раскопках и публикациях на эту тему. Так в Центре викингов в Йорке формируется интерес к истории, чувство истории и исторического самосознания.