Читать книгу "Институт проклятых. Сияние лилии"

Глава 18

Быстрые, суетливые шаги и дыхание мне в лицо.

– Как вам в голову пришло надеть на нее этот ошейник, лорд Риган!

Тонкие пальцы коснулись амулета. Я застонала от боли.

– Студентка Найли. Слава всеслышащим нечистым, она приходит в себя. Вы хотели ее убить, ректор Кейн?

Я не слышала ответа, может, его и не было. С трудом разлепила пылающие веки. Я лежала в комнате, на кровати под шелковым синим балдахином. Сквозь плотные занавески окон тускло пробивался солнечный свет. Но мне и его хватало, чтобы появилась резь в глазах.

Ректор стоял, опираясь на высокую спинку кровати, скользя по мне блуждающим взглядом. За его спиной металась по комнате леди Дорн. Щеки ее алели, глаза источали ярость.

– Вы себе представляете, что могло произойти? Уму непостижимо, – она остановилась и, сверля взглядом ректорскую спину, зло выдохнула: – Вы чуть не угробили девочку!

– Она чуть не угробила весь первый курс боевиков, а с ними несколько некромантов третьего.

Ректор поигрывал пальцами рук, сложенных на груди.

Леди Дорн снова метнулась ко мне. Присела на край кровати.

– Студентка Найли, вы в состоянии встать?

– Да, – еле пролепетала я и попыталась подняться. В голове стучал пульс. Нужно предупредить ректора Ригана о возможном покушении на него и на меня. Но в горле пересохло. Едва я подняла голову, как перед глазами замельтешили разноцветные вспышки, а все вокруг заплясало в круговороте. Я рухнула обратно в подушки.

– О-о-о! – застонала леди Дорн, закатывая глаза.

Ректор кашлянул.

– Оставьте ее, Лекс, пусть приходит в себя в моей… моем… здесь. Тем более что нам со студенткой Найли предстоит серьезный разговор.

– Разговор? Будете обвинять бедное дитя? А ведь это целиком ваша вина! И… и снимите с нее это немедленно! – Леди Дорн вскочила, яростно топнула ногой.

Ректор посмотрел на нее отрешенно.

– Вы же знаете – это невозможно…

Леди заломила руки, шагнула к креслу и с размаху рухнула в него.

– Бедная девочка! Амулет Нагора! За что, лорд Риган? В нашей практике мы использовали его лишь раз, но… Мы до сих пор расхлебываем содеянное. Вы же прекрасно видите, что случилось с… – она поперхнулась. Ректор говоряще кашлянул, не глядя на леди Дорн. Он смотрел на меня и, как мне казалось, раздраженно. Но раздражен он был, скорее, из-за леди Дорн.

– Студентка Найли была не в себе, – проговорил глухо. – Всех подряд косила…

Магистерша схватилась за голову.

– О нечистые! У нас не институт проклятых, у нас проклятый институт!

– Не преувеличивайте, Лекс. Когда она станет не опасна, амулет сам расстегнется…

Я слушала и не понимала, о чем они. Мои мысли были только о казино и тех двоих.

– Не опасна? Суккуб? – В голосе пожилой леди послышались истерические нотки. – Я поражена вашей беспечностью! Суккубы неисправимы. Не сдерживают их ни амулеты, ни заклятия. Данное им – не проклятие, а метод выживания. И вы это знаете не хуже меня. Отпустите девочку, пусть спокойно живет за стенами института. Там ей будет проще. Много ли ей надо? Совсем не обязательно она будет выпивать каждого встречного до дна.

– Обязательно. Не сразу, это да. Но обязательно сорвется, – уверенно сказал ректор. Ого, он меня обвиняет, а я еще бежала, чтобы его спасать! А может, ну его? Грохнут – туда ему и дорога. А ректор продолжал: – На этом ее жизнь и закончится. А здесь у нее есть шанс научиться себя сдерживать… – Сочувствие все-таки проскользнуло в тоне. А может, и не зря я бежала.

– Это с помощью амулета Нагора-то? – Леди Лекс поднялась, подошла к ректору и продолжила сквозь зубы: – Он не сдерживает, он не дает вырваться. И это копится в ней… Сегодняшний выброс не самый худший. Или она сама научится этим управлять, или… Нельзя заставить человека не дышать… А она дышит и живет за счет своего проклятия. Вы убьете ее.

Лицо ректора не изменилось, он повернулся и бесстрастно посмотрел в разъяренные глаза леди Дорн. Она криво усмехнулась.

– Что ж, это будет на вашей совести, ректор Риган. И то, что произошло, тоже… Зачем вы взяли ее? За какие такие заслуги? Кто знает, что за след прошлого за ней тянется? Не высока ли цена за голову одной несчастной студентки? Вы втягиваете институт в грязные дела. Но хуже всего, что используете для этого бедную девочку. – Леди развернулась и быстрым шагом вышла.

Мы остались вдвоем.

– Я к вам торопилась… – чуть слышно прошептала я, едва хлопнула дверь.

Лорд Кейн стоял, прожигая меня пронзительным взглядом.

– Ко мне? Какое странное желание. И с чем оно связано?

– Вас… вас заказали. Этот тролль, он шел убить вас, – пугающие слова все же были сказаны.

Лицо ректора ни капельки не изменилось.

– С чего вы это взяли?

Я вся сжалась под тонким покрывалом.

– Слышала. В казино «Дрындик». Это там… там… в лесу.

Вот теперь лицо лорда стало сначала напряженным, а следом злым.

– Что вы делали ночью за пределами института, да еще и в игровом заведении? – спросил он медленно и очень внятно.

– Я… я… – У меня не находилось слов.

А он сжал руки в кулаки. Минуту смотрел на меня, поигрывая скулами. А потом язвительно поинтересовался:

– Решили сбежать после того, что натворили в столовой?

– Простите, – прошептала я не своим голосом, комкая в руках угол одеяла.

Лорд Кейн сверкнул на меня потемневшими глазами.

– Простить? О чем вы думали, когда позволили себе?..

– Я не позволяла, оно само… – Как же мне хотелось забиться в самый дальний угол комнаты, закрыть голову руками и кричать, вопить о собственной невиновности! От стыда горело лицо.

Лорд Кейн качнулся с носков на пятки.

– Я подчистил дело вашего… очарования. У ваших одногруппников не останется никаких воспоминаний об этом вечере.

Я благодарно посмотрела на ректора.

– У ваших одногруппников, – повторил он. – Я не говорю о некромантах. Они не поддаются воздействию магов. – Глаза лорда сощурились. – Лучше бы им не поддаваться очарованию суккубов. Они навряд ли вам это простят. Мало того что вы заставили студентов подчиниться своей силе, но вы посмели практически выпить их… – он даже поморщился, – предводителя шайки…

Я со стоном прикрыла глаза.

– Однако это волнует меня в последнюю очередь. – Ректор заложил руки за спину. – Вы так трогательно позаботились о моей безопасности. А не хотите подумать о своей?

Я прикусила губу. Меня пугала сама мысль, что шли и за мной тоже. Пошарила в кармане платья, вытащила из него собственный портрет. Лорд Кейн протянул руку, я отдала ему листок. Он внимательно посмотрел на изображение.

– Недурственно, – проговорил задумчиво. – Просто идеальное сходство.

Посмотрел на меня.

– Вы кому-то оставляли свои портреты?

Я отрицательно покачала головой. Он свернул бумагу и сунул мое изображение в карман.

– Я постараюсь узнать, кто заказчик портрета.

Ректор подошел, сел рядом со мной, пристально глядя мне в глаза.

– Что еще вы слышали в казино?

– Двое разговаривали. – Мне внезапно стало страшно. – О том, что девицу некую заказали, а заодно с ней и ректора… – Я демонстративно провела ребром ладони по шее.

Лорд Кейн кивнул, поднялся и начал неторопливо мерить шагами комнату.

– До меня доходили слухи, что за вашу голову назначена очень хорошая награда.

– Двадцать тысяч тивров, – прошептала я.

Он усмехнулся.

– И правда, хорошая, – заложил руки за спину. – Любопытно, и кто же так старается?

– Может, советник Гэйли? – предположила я.

– Советник? – Лорд Кейн остановился, задумчиво посмотрел мимо меня. – Вполне вероятно, – усмехнулся каким-то своим мыслям и повторил: – Вполне вероятно. Я попытаюсь узнать. Какие еще у вас есть идеи, помимо советника?

Да никаких! Я всю жизнь прожила в небольшом поселке, никому зла не делала. И только… Мика. Сын канцлера Крэйка. Неужели он все-таки помер и отец узнал, с чьей помощью отпрыск отправился к праотцам? Я застонала.

– Вижу, что мыслишки по этому поводу у вас есть.

– Канцлер Крэйг, – выдавила я. – У него сын… Но… он сам… я была совсем-совсем не виновата.

У ректора передернулось лицо. Он даже глаза на секунду прикрыл и покачнулся. Потом медленно развернулся, пронзительно заскрипели по паркету каблуки сапог.

– Вы же суккуб, леди Найли! Вы на инстинктивном уровне должны всем нравиться. Но вы умудряетесь даже своим очарованием нажить себе врагов на практически пустом месте. Причем, замечу, враги у вас сплошь серьезные или влиятельные.

Я вздохнула. Это было не пустое место. Мика приставал ко мне – грязно и просто отвратительно. А я… я… Если я девушка – это не значит, что каждый имеет право пользоваться мною на свое усмотрение. Даже если это сын канцлера. Меня тут же злость взяла. И вообще, кто бы говорил!

– Замечу, заказали не только меня! Но и вас!

Лорд порывисто повернулся ко мне, в темных глазах блуждала тьма. Как же он сейчас походил на проректора! Даже лицо на долю секунды стало бледным и вытянутым.

– С этим я сам разберусь, – сказал холодно и нервно расстегнул верхнюю пуговицу рубахи. – А вы лучше поразмышляйте, кто там еще есть в кулуарах ваших врагов.

Мне как-то сразу стало дурно.

А ректор остановился в изголовье кровати и ехидно так произнес:

– И не забывайте, за вами теперь должок. Я избавил вас от ненависти ваших собственных одногруппников. Представляете, с какой радостью они бы вас встретили, если бы помнили о событиях вечера?

Я вспыхнула. Ректор прошел к столу посреди комнаты, налил себе воды из графина.

– Вообще, не ожидал, что вы ко всему еще и трусиха. Напакостили, а отвечать боитесь.

Я все-таки приподнялась. Руки дрожали, губы тоже.

– Я… я их чуть не убила…

– Не убили же, – резонно заметил ректор и залпом выпил воду. Я, кстати, тоже пить хотела, в горле пересохло. Он посмотрел на меня, налил в свой стакан и, подойдя, протянул мне. Я схватилась за стакан, припала губами. Лорд Кейн стоял, внимательно смотрел и вдруг вздохнул, очень тяжело.

– Все же мне придется вам открыться, дабы избежать ошибок прошлого.

Я вся обратилась во внимание. Как же странно было слышать подобное от резкого и отстраненного ректора!

– Это моя ошибка, – проговорил он, принимая опустевший стакан обратно. Покрутил его в руках и поставил на тумбу у кровати. – Есть у амулета небольшой побочный эффект.

Я боялась вдохнуть, чтобы не перебить.

– Сдерживая вашу силу, он ее… гм… собирает до какого-то определенного момента…

Мой мозг после такой ночки работал со скрипом, потому сказанное не сразу дошло. А когда дошло, я выдохнула со злостью:

– И вы еще смеете утверждать, что я вам должна! – От гнева глаза затянуло пеленой. – Да если бы не вы!.. Снимите с меня это немедленно!

Ректор Риган развел руками.

– Не могу.

Меня затрясло от негодования. Попыталась встать, запуталась в одеяле, чуть не рухнула на пол. Лорд Кейн вовремя поймал меня, усадил обратно на кровать. Я ударила его в плечо и продолжала бы бить – это единственное, на чем я могла в данной ситуации выместить собственную злость. Ректор твердой рукой опрокинул меня на спину, прижал к постели. Вторая рука легла на шею. На секунду меня пронзила обжигающая боль, заставившая дугой выгнуться тело.

– Тсс, девочка, потерпи, – горячий шепот ректора.

И боль пропала. Но лорд еще нависал надо мной, волосы его упали на мое лицо, он осторожно убрал их и наклонился ниже. Аккуратно коснулся моих губ. Я напряглась.

– Лорд Риган, – произнесла дрожащим голосом. – Что вы делаете?

Он отпрянул, спешно поднялся. У меня в висках стучал пульс. Ректор поправил рубаху. Посмотрел на меня искоса.

Я приложила пальцы к амулету. Ожог под ним пропал.

– Пока это все, что я могу для вас сделать.

– Спасибо! – вяло выдавила я.

– В любом случае, – продолжил лорд, не глядя на меня, – он бы не сработал, не пожелай вы всех… и разом.

Я задохнулась от негодования.

– Вы останетесь здесь, пока мы не проверим территорию института. Мало ли кто еще мог забрести в то время, когда наш охранник изнывал от сладострастия по вашей милости.

Я залилась краской.

А лорд Кейн продолжил.

– Судя по всему, нам следует ждать и других охотников за вашей головой.

«Других!»

Я замерла. От понимания того, что сказал ректор, стало страшно.

– А вы?

Он оглянулся, посмотрел на меня. Я ни разу не видела у него такого взгляда. Насмешливого и в то же время довольного.

– Вы сегодня меня забавляете своей заботой о моем благополучии.

Ректор направился к двери. Уже выходя, оглянулся, учтиво кивнул.

– Отдыхайте, леди Риган! – и вышел.

Я осталась одна. Уткнулась лицом в подушку, позволяя себе заплакать. Просто от обиды и страха. От непонимания, кому вдруг понадобилась я, живая или мертвая.

– Не плачь, – прошептал вкрадчивый голос. Я подняла голову, шмыгнула распухшим от слез носом. Из-за стойки кровати выглядывала морда духа-хранителя. Минуту мы смотрели друг на друга. Потом я выдавила с громким всхлипом:

– Я должна сказать тебе спасибо, Баз. Если бы не ты…

Он тяжко вздохнул, перебрался всем телом на кровать и сел у меня в ногах.

– Плохой из меня хранитель…

Я промолчала. Он плохой хранитель, я неудачная студентка. Хороша парочка.

– Меня отстраняют… – Он тоже шмыгнул носом, его черные глаза стали тоскливыми. – Отправят к низшим… А я уже родне похвастался, что меня не к кому-то, а к суккубу приставили. Стыдобища, – он отвернул расстроенную морду.

Мне стало жаль и его, и себя.

– Хочешь, я попрошу? – спросила, размазывая по щекам слезы. Баз посмотрел на меня с надеждой. – Только и ты… – Он быстро закивал. Рыжая морда так и просияла. – Мне бы переодеться.

Дух тут же соскочил с кровати и пропал, только балдахин чуть покачнулся. Появился через несколько минут, нарисовал в воздухе портал. Расстроенно пояснил под моим удивленным взглядом:

– Я говорил, что к тебе нельзя. Но она очень настаивала, – и потер правый глаз. Теперь я заметила, что под ним расплывается темное пятно. – Ну и тяжелая рука у нашей подруги, – проворчал себе под нос. А из портала в это время с бешеным взглядом выскочила Тара, держа в руках рубаху и штаны.

– Найли! – бросила одежду на кресло, кинулась к кровати, порывисто обняла меня. И сразу же всплеснула руками. – Тебя вообще одну оставлять нельзя!

Я смотрела на Тару и отчетливо понимала: хорошо, что она не пошла на этот пресловутый вечер. Как бы я ей в глаза смотрела?

– Что произошло? – Тара отстранилась, провела по моему лицу ладонью, убирая упавшие на него пряди волос. – Ты очень бледная.

– Это пройдет, – выдавила я.

– Что случилось? Почему ты здесь? – посыпались вопросы.

Я смотрела на подругу и не находила слов. Какая она все-таки замечательная! Она переживает, и видно, что ей правда не все равно. Если бы она была там, на вечере первокурсников, смогла бы я остановиться? Смогла бы испугаться выпить ее? Нет, я никогда не стану это проверять и сделаю все, чтобы не пришлось.

– Меня пытались убить.

Глаза Тары стали огромными. Она вскочила. Лицо исказилось:

– Кто? Ты знаешь, кто это был?

– Тролль, – ответила я чуть слышно.

Взгляд девушки потух.

– Наемник?

– Скорее всего.

Тара вернулась обратно на кровать. Села, уставившись на собственные сцепленные руки.

– Кем направлен?

– Если бы я знала, – вздохнула. Ну не рассказывать же ей мои злоключения! Вьятт недоверчиво покосилась на меня.

– Весточка из прошлого?

Я молчала.

– Найли, как ты попала в институт проклятых?

Как же часто мне задают этот вопрос! Я посмотрела в красные глаза подруги. Мне придется ответить. В конце концов, я не смогу вечно молчать.

– Тара… – начала медленно. Она смотрела пристально. – Меня в убийстве обвиняют.

Она даже не моргнула.

– Так вышло, в момент убийства сына советника я была там. Я видела убийцу и держала в руках оружие… Он сунул мне его… Я растерялась. А потом… Меня ректор Риган недалеко от института нашел, – уточнять, при каких обстоятельствах наткнулся на меня лорд Кейн, не стала. – Он предложил мне побыть студенткой, пока не разберется с этим убийством.

Тара понимающе кивнула.

– Я была уверена, что ты неспроста сюда попала. Не догадывалась даже, что все так сложно.

«Не представляешь насколько», – мрачно подумала я, ведь это только часть случившегося. А еще есть канцлер и Север. И заказ на меня с ректором.

Я откинулась на подушки.

– Как думаешь, советник мог подослать убийц?

Я прикрыла глаза, виски сдавило от внезапной боли.

– Мог… – и смолкла. За последнее время у меня как-то выпал из головы настоящий убийца лорда Алана. Ведь кто-то его заказал! А желтоглазый демон? Он меня в лицо видел. И почему не убил у дома советника сразу? Растерялся? Или… пожалел. А вот теперь осознал, что оставил свидетеля… Или заказчик узнал о свидетеле и приказал убрать его. У меня во рту стало горько.

– А тот убийца, который убил сына советника. Ты его рассмотрела? Узнать сможешь?

Тара просто читала мои мысли. Может, они на моем побледневшем, вытянувшемся лице были?

– У него капюшон был накинут. Я только глаза видела. Желтые.

– Желтые? – поджала губы Тара, осторожно придвинулась поближе и положила руку мне на плечо. – Такие, как у демоницы Кэт?

– Ректор Риган уверяет, что желтые глаза не только у демонов.

Тара вздохнула и поправила мне одеяло.

– Короче, искать – не переискать.

И обняла меня крепко-крепко. От нее тянуло тревогой и переживанием.

– Ты отдыхай, – сказала ласково, – а я в книгах пороюсь. – Она поднялась. – Да, кстати, там под окнами твой малахольный ухажер ошивается… Что ему передать?

– Зак? – обрадовалась я и сразу сникла, ведь он на вечере был. И мне ему в лицо смотреть придется. То, что лорд Риган вычистил память первокурсникам, никак меня не успокаивало. Я-то помнила!

– Ничего не говори. Я сама.

Тара понимающе кивнула.

– Сама так сама. Я на лекции, и так уже тренировку прогуляла. Треш рвет и мечет, – сказала и покраснела, растерянно отводя взгляд, но тут же махнула мне рукой. – Пока. Выздоравливай, – и скрылась в портале.

Я поднялась. Переоделась в принесенную одежду. Чувствовала я себя намного лучше. Подошла к окну. Внизу раскинулась белая поляна, последние розовые бутоны, укрытые белесой шапкой. Беседка с плющом, по-зимнему свернувшим ссохшиеся листья. Плющ. Я на это растение спокойно смотреть не могла. Вспоминалась точно такая же беседка, но еще зеленое растение у огромного красивого дома. А ведь я мечтала там работать. Потом мне предложили стать почти его хозяйкой… И я, возможно, стала бы ею… Растерянное, искаженное лицо сына советника и красное пятно, расплывающееся на бежевом костюме. Я буду помнить его всю жизнь. И желтоглазого убийцу. Он смотрел в мое лицо всего несколько секунд, за которые я успела увидеть смерть в его глазах. Свою смерть. Однако он не убил меня, оставил жизнь. Но что это за жизнь? Полная тревог и страхов, отчаяния и недоверия.

Нет!

Я запахнула окно.

Так нельзя! Сидеть и ждать, пока за мной снова придут. Окажется ли ректор рядом в следующий раз?

– Баз, – позвала я.

– Да, леди Найли, – возник он из ниоткуда.

– Мы возвращаемся в нашу комнату.

– Но ректор…

– Ректор Риган не может до скончания веков меня охранять. – Я уверенно тряхнула локонами. – А еще там лекции начались, мне нужно учиться. Хотя бы для того, чтобы иметь возможность защищать себя самой.

Баз отвесил поклон, взмахнул лапой. Всколыхнулся воздух.

– Леди Найли, портал готов!

Я шагнула в черную дымку как раз в тот момент, когда открылась дверь и в комнату вошел лорд Кейн. Он широко распахнул глаза, увидев меня на краю темного марева.

– Студентка Найли! Вы куда собрались?! – рявкнул на всю комнату.

Я махнула ему рукой и шагнула в портал.

Глава 19

Худой, с болезненно бледным лицом лорд Рени Болдер – магистр по проклятиям и существам – уставился на входящую меня и недовольно поморщился.

– Студентка Найли, уже пол-лекции прошло.

– Извиняюсь, – юркнула на свободное место.

– Тебе переписать дать? – наклонился ко мне сидящий позади Вит. Я быстро кивнула и начала внимать меланхоличному голосу магистра.

– Итак, для опоздавших, проходим классификацию проклятий. Есть проклятия родовые – переданные по наследству, не использованные родителями. Например. – Он окинул аудиторию взглядом. – Студенка Вьятт, слушайте внимательно – это ваш случай.

Тара хмыкнула и, встав, рявкнула на всю аудиторию:

– А фамильярничать со стороны педагога некрасиво и вызывающе! У вас ко мне лично претензии есть? – У нее в голосе был такой вызов, что магистр Болдер стремительно побледнел. Но тут же взял себя в руки, глаза под очками недобро сощурились.

– Студентка Вьятт, вы очень хорошо знаете свое проклятие? Тогда, может, выступите перед группой и расскажете о нем сами?

– Да легко! – Тара уверенно направилась к доске. – Родовое проклятие направлено на угнетение кого-то из проклятого рода, – подруга наградила всех в аудитории усмешкой тонких губ. – Такое проклятие останавливает свое воздействие на самом сильном представителе рода. В данном случае на мне!

В группе хихикнули.

– Кто-то сомневается в моей силе? – сверкнула глазами девушка-тролль.

Студенты на первых партах развели руками. Никто ни капельки не сомневался в Таре.

– Так вот, – с наигранной слащавостью продолжила она. – Проклятие останавливается после того, как полностью выльется. Что это может значить? Только то, что дети у меня будут нормальными людьми, а не зелененькими, – и расплылась в насмешливой ухмылке, обращенной к лорду Болдеру. – Я все правильно сказала, магистр?

– Совершенно верно, студентка Вьятт! – Он поправил очки. – После выплеска проклятие полностью теряет силу, прочно закрепившись в единственном носителе. – Он посмотрел на Тару и чуть улыбнулся. – У вас будут чудесные дети, студентка Вьятт, и вполне обычные. Садитесь, – обернулся к аудитории. – Остальным подготовить рефераты по теме «Родовые проклятия, наведенные не магическим методом», – и начал собирать пособия со стола.

Я поднялась из-за парты.

– Как узнать существо, если видел его всего раз? Желтые глаза – это не обязательно признак демона. А если все-таки демон? Кому он может подчиняться?

Магистр поднял на меня глаза. Задумчиво почесал затылок. Я смотрела на него. А он сомневался, давать ли ответ. И тогда я сделала то, что посчитала нужным. Только осторожно, боясь слишком разойтись. Тонкие лиловые нити скользнули к лорду Рени. Амулет слегка сжался. Я нахмурилась: «Я не убиваю, а всего лишь узнаю то, что по темам мы проходить не должны». И амулет тут же ослабил хватку. От радости чуть не присвистнула. Вот оно как. Да он же меня слышит! Вернее, слушает. Лиловые нити спокойно опутали магистра, он покраснел, глаза заблестели. Я впервые обратила очарование себе во благо. И не было боли в теле, не было мозговыносящего желания. Я будто просто выдохнула. Не брала, а отдавала вот этому худощавому, неприметному магу. И он плыл в волне удовольствия, уже ничего не соображая. А ведь тема не для ушей боевиков, не нужно им знать демонологию. Она им по существу не нужна. Но магистра понесло.

– Желтые глаза… Смотря какие именно желтые глаза. Если в них существует перпендикулярный зрачок, то, вероятно, вы встретились с леканом.

– А если совсем нет зрачка…

Магистр почесал в затылке.

– Демон. Опять же квалификации настолько разрозненны… Но если это все же демон, то, скорее всего, высшего сословия. Студентка Найли! – Магистр заметно нервничал. – Демоны. Истинные, чистокровные. Они очень опасны. – Я была вся внимание. Остальные слушали и смотрели на магистра, расплывшегося в блаженной улыбке, с удивлением. – Подчинить себе чистокровного демона более чем сложно, почти невозможно. – Лорд Болдер мял взмокшие руки, но остановить поток речи не мог. – Если вас это так интересует, по-хорошему нужно было бы идти на факультет демонологии, они там как раз проходят все виды демонов. На вашем курсе этот предмет подразумевает только поверхностное знание категорий. У демонологов вследствие того, что им приходится довольно часто сталкиваться с ними, этот предмет намного глубже… – Магистр смущенно хлопнул ресницами за очками. – К сожалению, я не располагаю нужной вам информацией. Кто имеет власть над чистокровными демонами… Как распознать желтоглазое существо… В таком вопросе вам мог бы помочь проректор. – У магистра на лбу выступила испарина, у меня самой при мысли о лорде Флэксе руки задрожали. – Или, возможно, вы могли бы получить доступ к библиотеке демонологов… Вы знаете, что нам, простым магистрам боевых искусств, совсем не нужно знать… Но я мог бы… – Он заметно смутился, начал нервно перебирать пальцами. – Я мог бы объяснить вам это подробнее, студентка Риган, если бы вы посетили меня на внеурочном занятии… – Мои щеки запылали от столь неприличного предложения. А у одногруппников отвисли челюсти. Но магистр вдруг закашлялся, тяжело сглотнул, и тут я увидела, как его окутали другие волны, не видимые простому глазу – черные, пожирающие мое очарование. Лорд Болдер покачнулся от двойного воздействия, но вовремя ухватился за край стола. Потом быстро заморгал, приходя в себя. Окинул аудиторию растерянным взглядом. – О чем я говорил?

– О квалификациях высших демонов, – подсказал кто-то с первого ряда. – И о библиотеке демонологов. Еще студентку Риган к себе на внеурочные занятия приглашали… – и тонкий смешок.

Магистр бросил на меня гневный взгляд, стремительно побледнел.

– Вот же напасть! – сказал сквозь зубы. – Студенка Риган, после занятий зайдите к ректору! – Лорд Болдер спешно бросился к выходу, позабыв учебники и возмущенно бормоча под нос: – Чтобы духу не было… Я это так не оставлю. Суккуб!

Я не смотрела на убегающего впопыхах магистра. Я смотрела на площадку перед доской. Там как раз сворачивались и расплывались в воздухе видимые только мне черные полосы мрака. Задумчиво так на них глядела. А нити вытянулись к потолку и пропали. И тогда впервые у меня появилась пугающая меня саму догадка, кто такой на самом деле темный маг лорд Кейн. И это вполне могло объяснить, почему он встал на защиту демона-суккуба Найли Сторм!