Читать книгу "Железная правда «Русского кошмара»"

* * *

Здесь бы я хотел сказать свое мнение о различиях советского спорта и спорта современной России. И, конечно же, высказаться о своем родном культуризме. Часто горько бывает смотреть на наших билдеров, да и на проведение наших соревнований тоже. В наше время мы денег не получали, мы боролись за небольшой клочок бумаги – грамоту и за небольшую медальку. Но, когда нам ее вручали, мы были на седьмом небе. Мы готовы были прыгать от счастья. Я до сих пор храню все свои грамоты, ведь каждая из них мне досталась потом, травмами и за них я заплатил своим здоровьем. А что сейчас? Помню, как-то пришел судить соревнования. Смотрю на состав выступающих. А почему, спрашиваю, нет таких-то спортсменов? Мне отвечают, что они отказались, так как за главный приз не будут вручать автомобиль. Я не против того, чтобы спортсмены зарабатывали хорошие деньги и получали хорошие призовые, но планировать свое участие в соревнованиях только от суммы призовых – не есть хорошо. Кроме этого, есть еще фанаты, любители нашего спорта, да и зрители, которые пришли посмотреть на своего кумира или просто увидеть больших, красивых людей. В чем они провинились? Почему их надо обижать?

Некоторые из наших культуристов позволяют себе выходить на сцену в такой форме, что их не только культуристами, их спортсменами стыдно назвать. Я прекрасно понимаю, что можно не попасть в углеводную загрузку. Я понимаю, что сегодня ты выглядишь классно, а к следующим соревнованиям делаешь то же самое, а выглядишь хреново. И не понимаешь, почему. Я только не понимаю, почему одни зрители лучше других? Почему одни зрители заслуживают увидеть тебя в хорошей форме, а другие нет. Я имею в виду, что на чемпионаты области или города можно выйти так себе, а к чемпионату Европы или России – во всеоружии. Я не понимаю, почему на показательные выступления можно выйти без грима? Хотя, в принципе, всё и так ясно. Лень.

Поэтому одни становятся великими культуристами и чемпионами, а другие остаются просто любителями, пусть и с медалями. Чемпионство складывается из многих и многих факторов, больших и маленьких. В том числе и из любви к своим почитателям. Я не буду хвастаться, но я всегда старался выйти на сцену, не важно соревнования или показательные выступления, в лучшей форме. Не всегда это удавалось, но я очень к этому стремился, потому что уважал тех, кто пришел на меня посмотреть. А раз люди заплатили деньги за билет, то я должен доставить им удовольствие видеть меня в лучшей форме, легко мне это или нет. И это тоже профессионализм – уважать других, и деньги здесь ни при чем.

Сейчас отношения в сборной России также отличаются оттого, что было у нас. И это вам может подтвердить и В. И. Дубинин, и Е. И. Колтун, и многие другие. Правды ради, всё, что я сказал о культуризме, в полной мере касается и других видов спорта.

Кстати, про деньги. У нас потихоньку начинает пробивать себе дорогу гостевое позирование. Но часто, глядя на приглашенных позеров невольно спрашиваешь себя: «А зачем организаторы пригласили данного культуриста и платили ему деньги? Ведь выглядит он не только хреново по качеству, но даже меньше в объемах самих участников. Если у тебя небольшие размеры – однозначно надо показать качество, проработанность мышц, интересную программу, шоу. А если не можешь, то и не лезь, не позорься. Потому что зрителей не обманешь».

Есть такая программа

Хочется сказать не только о фитнесе, но и вообще о спорте, о чиновниках, о спортсменах, о тренерах и функционерах. И в этом вопросе у нас бардака и показухи куда больше. Обо всем я, конечно, рассказывать не собираюсь, да и уверен, что большинство из вас знают о многих существующих проблемах. Я лишь выскажу свое мнение по части из них. Вы вправе соглашаться или нет, но я пишу только то, что видел и знаю.

А начну я свой рассказ с того, как несколько лет пытался воплотить в жизнь одну из своих идей, связанных с системой физического воспитания, которая, как оказалось, переплетается с многими ныне принятыми федеральными программами. Но на тот момент их еще не было и в проекте. Так, еще в 1997 году мне в голову пришла мысль создать новое направление в фитнесе, а назвал я это «школьный фитнес». Ничего подобного, повторюсь, на тот момент в России не существовало. Не было тогда и федеральных программ, связанных с этим. Где-то с 2000—2001 гг., когда они появились, я стал общаться с чиновниками, объяснять, что данное направление в фитнесе объединяет все действующие программы и даже нацпроекты99
  Официально эта информация изложена в действующем «Законе об образовании в Российской Федерации».


[Закрыть], а именно:

1. Реформа общеобразовательной школы в целом и конкретно в части, связанной с физическим воспитанием детей и подростков.

2. Отвлечение детей от улицы.

3. Борьба с наркоманией.

4. Подготовки молодежи к службе в армии.

А теперь опишу, что такое «школьный фитнес». Дело в том, что не каждая семья может позволить себе купить карту в фитнес-клуб, где членство стоит 1 000—1 500 долларов. Поэтому если мы оснастим школьные спортзалы тренажерами, то у детей появится возможность посещать школьный тренажерный зал в любое время. Естественно, не позднее 22.00. Сегодня в Москве (а это можно сделать в других городах) каждый московский школьник имеет личную карточку школьника. Эта пластиковая карта и являлась бы пропуском в школьный фитнес-клуб. И в свободное от учебы время дети запросто могли бы туда ходить. Вот первая программа отвлечения детей от улицы, а из нее вытекают вторая и третья программы – борьба с наркоманией. Ведь если ребенок привыкнет заниматься спортом, то и на наркотики не будет времени – незачем будет их употреблять. Не надо долго убеждать, что в результате будет одновременно и работа в рамках 4-го пункта – подготовка молодежи к армии.

Многие задаются вопросом: как сделать уроки физкультуры интереснее? Вот вам и ответ. Еще один плюс данной программы – это увеличение часов для преподавателей физкультуры, соответственно и увеличение зарплаты. Со школьных времен мы знаем, что физруки, как правило, не являются классными руководителями, а значит, им неоткуда брать дополнительные часы. В предлагаемом варианте, после несложного курса обучения, физрукам можно будет дежурить и помогать тренироваться школьникам. Вот и желанные дополнительные часы для преподавателей и повышение им зарплаты, а также кадры, которые должны работать на этом проекте.

Следующий момент. Я предлагал на базе старших классов организовать факультативные занятия по обучению старшеклассников таким профессиям, как инструктор тренажерного зала и инструктор групповых программ, с последующей сертификацией и выдачей диплома о получении профессии. Таким образом, по окончании школы выпускник получает с аттестатом зрелости еще диплом о получении профессии. А мы знаем, что на сегодняшний день эти профессии очень востребованы и одни из высокооплачиваемых в России. Ведь инструктор тренажерного зала может спокойно зарабатывать 2 000 долларов, а некоторые намного больше. Но деньги – не единственный положительный момент. Кроме прочего, учащиеся могут проводить сами для себя уроки физкультуры. Например, аэробику, в разных ее направлениях. А это, в свою очередь, повысит не только ответственность, но и улучшит внутренний климат и отношения внутри коллектива класса. Ведь если кто-то будет проводить занятия, а другие будут балбесничать и не реагировать на ведущего, то в следующий раз они рискуют столкнуться с таким же отношением к себе.

Я говорил чиновникам, что у Московской федерации бодибилдинга и фитнеса была готовность поддержать этот проект. Все, что нужно было сделать – это запустить пилотный проект. Все говорили: как интересно! Но помочь в осуществлении или сделать хоть что-нибудь никто не хотел. У всех на лице читалось одно: «А на хрена мне все эти лишние хлопоты? На кой хрен мне сдался этот геморрой?»

Я не скрою, что преследовал в этом проекте и материальные цели. Например, школьные залы планировал оснастить своими тренажерами. Но ведь это не криминал! И, как говорят в современных рыночных отношениях, – это нормально.

Параллельно с детско-юношеской программой я хотел запустить проект по работе с тюрьмами: оснастить их тренажерами, по аналогии с американскими тюрьмами. Начать эту деятельность я хотел с исправительных колоний для несовершеннолетних. Ведь что делают подростки на зоне?! Сколачивают ящики, да тапочки шьют? А в свободное время чем занимаются? Да кто чем! А вот если 13—14-летний подросток, которому дали 4—5 лет, будет ходить в спортзал на протяжении этих лет, то после освобождения он будет искать не тех друзей, с кем можно выпить или уколоться. Он в первую очередь будет искать спортзал, где можно позаниматься. Ведь организм за эти годы уже привык к занятиям спортом. Не случайно, спорт сравнивают с наркотиками. К нему тоже быстро привыкаешь, только эффект, наоборот, положительный. Вы думаете, кого-то из ГУИН мое предложение заинтересовало? Нисколько! У нас чиновники могут только говорить перед телекамерами в интервью, как они, не покладая рук и не считаясь со временем, работают по 20 часов в сутки. Все, что могут делать наши чинуши – это красоваться перед объективами, периодически цитируя крылатые фразы, пиарить себя и партию, в которой они состоят, ну и, конечно же, воровать и брать взятки, используя свое служебное положение.

Знаете, с программой по оснащению тюрем, я выходил, как говорят, «на самый верх», через Комитет по защите прав человека, а конкретно – через одного из помощников Лукина. Так вот там мне сказали:

– Николай, идея хорошая, но ничего не получится, так как ГУИН всеми своими фибрами ненавидит нашу организацию. Ведь мы всегда им говорим и давим на них, чтобы они улучшали условия содержания в тюрьмах, а им это, как ножом по яйцам. А тут еще ты!

Все произошло, так как они и говорили…

Приведу еще один пример истинного отношения чиновников к спорту. Несомненно, радует, что стали открываться бассейны, ФОКи, футбольные поля с искусственными покрытиями. Внешне все выглядит благостно. Но у медали две стороны. И то, как оснащаются наши ФОКи, воинские части, школы олимпийского резерва и многие другие объекты – это совсем другая история. А история такова. Вы, наверное, знаете, что под Федеральную программу оздоровления нации есть несколько независимых подпрограмм, таких, как «Газпром – детям! «или программы партии «Единая Россия», программа Российского футбольного союза «В каждом дворе стадион» и так далее. Был я как-то у высоких чинов Краснодарского края и разговаривал по поводу оснащения своим оборудованием строящиеся ФОКи. Связываемся с одним из чиновников по селекторной связи:

– Слушай, у меня тут человек сидит, занимается оснащением тренажерных залов и вообще спортивных объектов. У нас ведь строятся в крае ФОКи, пусть он их оснастит…

Ответ был таков:

– Да вы что! Эти объекты строит «Единая Россия» и к ним близко никого не подпускает.

Высокий чиновник сказал:

– Ну им же нужно оборудование?

– Так они сами и оснащают. Им много не надо, ставят там пару шведских стенок, турник, брусья и пару скамеек и всё, для галочки хватит.

И это правда. Иногда по ТВ показывают, как господин Грызлов приезжает на открытие очередного «дутика». Там из оборудования – турник да брусья или на худой конец – Кеттлеровский тренажер. Как потом они распинаются, что вот какие они молодцы: и построили, и оснастили! Квартиру бы вам господин Грызлов так же оснастить.

Есть еще один пример от «Единой России». Я три раза в неделю езжу тренироваться на Малую Филевскую улицу в школу олимпийского резерва. Тренажерам, которые там стоят, лет по 15. Они уже настолько старые, что само железо не выдерживает старости, и к тому же варены-переварены сваркой. Ну так вот. Решили год назад открыть в этой школе диагностический кабинет. Закупили дорогущее оборудование, компьютеры, плазменные широкоформатные мониторы и еще много чего. На открытие пригласили Ю. М. Лужкова. Церемония была помпезной. Но открыли и забыли. Месяцев шесть эта комната пустовала. За это время я ни разу не видел в ней ни одного студента. И вот решил эту школу посетить господин Грызлов. Как всегда, на полдня перекрыли движение по улице. Потренироваться в этот день я, естественно, не смог, а вечером смотрю репортаж по каналу «Столица» об этом визите1010
  «Новости Москвы», сентябрь 2003 года.


[Закрыть]. И вижу, как в пустовавшую почти год комнату набили студентов, за каждым столом по 3—4 человека, и так внимательно всматриваются в мониторы, как будто что-то изучают. А Грызлов слушает преподавателей, которые ему лапшу вешают и восхищаются «тренировочным процессом». А еще в этот день он сказал, что партия «Единая Россия» решила помочь школе в оснащении тренажерами и в связи с этим дарит им новое оборудование. Вот только оборудование это, пара тренажеров, было взято из тренажерного зала и поставлено в другую комнату рядом с зеркалами. Ведь если один тренажер поставить рядом с двумя зеркалами, то получится уже 3 тренажера. А если снять камерой с разных точек, то вообще может получиться целый тренажерный зал. К сожалению, большинство людей, видевших этот репортаж и подобные постановки, не догадывается, что это всего лишь оптический обман зрения! Все воспринимают за чистую монету. После отъезда Грызлова комната опять пустовала еще полгода, пока ее не решил посетить господин Мутко. Люди верят этим показушникам, а потом идут на выборы и выбирают этих лгунов. Жаль, что только ничтожный процент людей знают всю правду. Вот чтобы больше людей знали об этом – одна из целей этой книги, где все факты взяты из жизни. Я еще раз хочу повторить, что все это похоже на показуху времен Советского Союза. Но господин Грызлов или Лужков, да неважно кто, этого никогда не признают, потому что сами ругали показуху во времена правления коммунистов. Хотелось бы спросить руководителей «Единой России», да и не только этой партии: «чем вы лучше, чем вы отличаетесь от коммунистов, товарищи?»

И последнее. Да будет вам известно, товарищ Грызлов и товарищ Сергей Иванов, как оснащаются школы, колледжи, университеты, детские сады, спортшколы в Америке? Видимо, вам это не ведомо.

Поэтому хочется вам сказать, что там закупается самое современное силовое оборудование от лучших производителей. Это же касается и армии. Стыдно смотреть на убогое дешёвое оборудование в казармах и даже на единственном авианосце России. А какие результаты могут быть у наших спортсменов, если им закупают вместо тренажеров металлолом?

* * *

В этой связи хотелось бы поговорить совсем немного о наших спортсменах и тренерах. Все в той же школе олимпийского резерва, где готовят велосипедистов, каноистов, байдарочников, конькобежцев, я вижу, как эта молодая поросль тренируется в тренажерном зале, «повышая свою физическую форму»: каждый из них выполняет упражнение из-под палки. Вроде ребята молодые, по 15—17 лет, а такое впечатление, что уже от спорта устали. Иногда так и хочется их спросить: «Ребята, вы ведь не просто так поступали в это училище. Вы же наверняка мечтали стать великими спортсменами и любите свой вид спорта. Так почему же вы стараетесь сачконуть или недоделать упражнение? Ведь так чемпионами не становятся. Только „пахари“ становятся если уж не великими, то знаменитыми».

Ну а что же тренеры? Как правило, они смотрят на это сквозь пальцы. Да и когда смотришь, как они объясняют то или иное упражнение, – диву даешься, откуда такие «знания». Хочу продолжить рассказ на эту тему на примере случая с моим сыном.

Могу сразу сказать, что я, природа и господь Бог заложили в него такой потенциал, что его с лихвой хватило бы на десятерых. И потенциал его был не только физический, но и умственный. Еще будучи в младших классах, к нему часто обращались старшеклассники написать стих для своей девушки или для школьной стенгазеты. И он сочинял не просто четверостишие, а действительно целый стих. У сына огромная склонность к изучению иностранных языков. У него великолепная память и к тому же нестандартное мышление. Все, за что он брался, ему удавалось с легкостью. Но это и сыграло свою пагубную роль в дальнейшем. Вместо того, чтобы улучшать свои данные, он думал, что они сами будут совершенствоваться. Может, он так и не думал, но прикладывал дополнительные усилия только тогда, когда ему об этом говорили другие люди и тренеры в частности. Родителей он редко слушал. Считал, что к нему придираются, а когда то же говорили другие, – спокойно выполнял. Мой сын занимался футболом и был вратарем. Я часто ездил с ним на тренировки и видел, как он работает. Иногда он тренировался в поте лица, а иногда так, с прохладцей. Когда я делал ему замечание или давал советы, он их игнорировал, считая себя мастером и большим знатоком футбола. Хотя я сам был «игровиком» и в летний период часто играл в футбол. Мой сын заканчивал одну и ту же вратарскую школу с Игорем Акинфеевым. Они до сих пор дружат. Обучал сына один из величайших вратарей Советского Союза Ю. П. Пшеничников. Ну так вот. Я никогда не видел, чтобы Игорь Акинфеев где-то в каком-то упражнении или движении сачконул. Все задания он отрабатывал честно, а другие при удобном случае старались как-то отлынуть. Поэтому Игорь – основной вратарь ЦСКА и сборной России, а мой сын – за бортом, и вина в этом только его. Хотя он и добился в спорте многого, но не достаточно, чтобы стать великим или знаменитым.

Говоря о сыне, хотелось бы сказать о тренерах, которые работают в командах высшей лиги или со спортсменами сборных. Ни в коем случае не буду говорить обо всех, но скажу о том, что видел сам, и о тех, с кем пришлось столкнуться. Еще совсем маленьким мой сын грезил футболом. В 13 лет он тренировался в одной из ДЮСШ. Естественно, мне, как отцу, хотелось определить его в одну из школ премьер-лиги. Я обратился на кафедру своего Института физкультуры, и через знакомых преподавателей договорился на просмотр в школе ЦСКА. С моим сыном просмотр проходили еще трое ребят, которых привезли родители. За 18—20 минут ребята прошли несколько тестов: пробежать 100 м, уже не помню, еще какие-то 2 физических упражнения, ну и последнее – их каждого ставили на ворота посмотреть технику отражения ударов. Здесь я, честно скажу, что у моего сына не было никакой техники, у него было одно – огромное желание. Да и какая техника, если не каждый клуб мастеров имеет тренеров для вратарей; что уж тут говорить о простой ДЮСШ, где все внимание уделялось игрокам. В то время тренером вратарей ЦСКА был Остаповский, в свое время игравший в премьер-лиге, он-то и принимал экзамен в воротах. Я думаю, вы представляете волнение 13-летнего ребенка, который пришел на просмотр, да еще в такой знаменитый клуб. Как только сын встал в ворота, Остаповский с первых же секунд начал говорить на повышенном тоне, иногда переходя на крик. Выглядело это так:

– Как ты стоишь?.. Ты чё, арбузы ловишь? Давай тянись! Ну ты чё, глупый, что ли?!

Естественно, когда ребенок волнуется, а на него еще и кричат, то он начинает закрепощаться, считая, что бы он ни сделал, он делает неправильно. Я попытался подзадорить сына и сказал ему, чтобы он не обращал на этого урода внимания и делал всё как умеет. Надо сказать, сын у меня с детства не был закомплексованным. В 10 или 11 лет, когда он жил в С.-Петербурге, они с ребятами создали команду. Но площадка во дворе была неровная, а еще они хотели иметь свою форму. Так он сам написал письмо, чтобы им помогли сделать площадку для игры в футбол и экипировали. Потом с этим письмом ходил по квартирам и собирал подписи и наконец записался на прием в администрацию. Через месяц им сделали площадку и выделили форму.

Но вернусь к тому, чем все закончилось. После просмотра ко мне подошли и сказали, что мой сын, как вратарь, не перспективен. Тогда я спросил:

– Скажите, пожалуйста, а как за 15—20 минут можно определить, перспективный ребенок или нет? А ваш тренер вратарей имеет ли высшее образование, и вообще он когда-нибудь изучал психологию? Ведь на протяжении всего времени он только и делал, что орал и ругался матом. А вы знаете, сколько в нашей стране певцов, музыкантов, знаменитых актеров, которых не принимали в институты с формулировкой «не перспективен», а впоследствии ставших знаменитыми на весь мир? А может, надо дать денег?

– Денег мы ни от кого не берем, мы принимаем только одаренных, перспективных детей.

Только вот когда смотришь наш чемпионат или как играет наша сборная по футболу, почему-то не возникает ощущение одаренности этих игроков. Я глубоко убежден, что до тех пор, пока у нас будут определять перспективность ребенка за 15 минут, да еще такими специалистами, в нашем спорте ничего хорошего не будет. До тех пор, пока наши тренировочные базы будут оснащаться металлоломом, а не тренажерами, мы еще долго будем плестись в хвосте и радоваться любому месту, даже не на пьедестале, на любых международных стартах. Кстати, знаете, это как со спортивным питанием, сами американцы говорят, что на 95% питание в Америке – это junk, garbage, короче, мусор. И только 5% фирм делают настоящее питание. Так и с тренажерами: их много, но надо знать и использовать лучшие.

Я уже говорил, что книга писалась на протяжении 2 лет, и год – подготовка к изданию. За это время многое из того, о чем я писал, стало не актуальным, но я ничего не стал переделывать и добавлять. Единственное, что я хотел бы добавить – высказать свое мнение о результатах Олимпиады в Пекине. Точнее, не о результатах, а о тех, кто там выступал. До каких пор мы на олимпиадах будем бороться за второе-третье общекомандное место, а не за первое в каждом виде? Знаете, когда я смотрел по ТВ интервью наших гимнастов, диву даешься, как таких спортсменов берут в сборную страны. Они уже изначально проигравшие, как сейчас говорят, лузеры. Когда наш гимнаст говорит:

– Вы посмотрите на табло, отрыв китайцев от второго места 20 баллов. Это что-то из области фантастики их невозможно победить…

Когда наши спортсменки говорят:

– Вы знаете, мы довольны четвертым местом. Мы знали, что победить будет тяжело, поэтому изначально настраивались на это место.

Простите меня, как можно готовиться к соревнованиям, но не думать о победе, тем более когда готовишься к Олимпиаде? А то, что китайцы на предыдущей олимпиаде были только шестыми в гимнастике, а уже через 4 года «сделали всех в одну калитку». Это как? Или они не люди? Пахать надо, дорогие мои. Пахать. А не смотреть на табло и удивляться успехам других. Надо работать так, чтобы другие смотрели на табло, открыв рот. С такой психологией, как у наших спортсменов, их надо гнать метлой из сборной и больше никогда не привлекать в нее. Плохо, что в наших спортсменах утерян дух победителя, бойца. Нет ответственности ни перед собой, ни перед страной, ни перед зрителями. Если нет харизмы победителя, то и в спорте делать нечего. Про наших гребцов я уже говорил: как тренируются – такие и результаты на чемпионатах и на Олимпиаде.

Но нам ведь пример есть с кого брать! С Быкова и его хоккейной дружины, с девушек-биатлонисток, есть с кого!

Менять в спорте надо в первую очередь чиновников от спорта, которые могут только языком молоть о том, что они всем покажут «кузькину мать», когда наших спортсменов явно засуживают, строят различные препятствия и так далее. Только кормиться могут за счет спортсменов. Вот такая получается грустная картина.

На одной отчетно-перевыборной конференции, где присутствовали министры спорта всех регионов России, я задал вопрос Фетисову (тогда он был главный по спорту):

– Вячеслав Александрович, я являюсь МСМК. У нас в стране еще тысячи таких же, а еще ЗМС, которые и семи– и десятикратные чемпионы мира и Европы. В их честь играли гимн. Они так же, как и другие спортсмены, прославляли нашу страну и так же получали травмы. Тратили не меньше своего здоровья наравне со всеми. Однако, когда они заканчивают спортивную карьеру, о них тут же забывают: ни внимания по заслугам, ни финансовой помощи со стороны государства. В связи с этим хочу спросить: а будут ли когда-нибудь спортсмены-не олимпийцы получать такое же внимание со стороны государства и так же оплачиваться, как во время выступлений, так и после завершения спортивной картеры?

На что он ответил:

– Николай, только-только олимпийцам начали платить. Дай хоть с ними разберемся, а там видно будет.

Тут я понял, что не доживу до тех времен, когда это случится. Но, по крайней мере, Фетисов честно ответил.

Хотелось бы, чтобы наши руководители обратили внимание на тех спортсменов, которых относят к не олимпийцам. Чтобы им также уделяли должное внимание: приглашали в Кремль, выплачивали премиальные. А то складывается впечатление, что нашему министру спорта, господину Мутко, если б дали возможность, то он вообще один вид спорта оставил и культивировал бы, понятно какой. А все остальное – под скальпель.

Я уже говорил, что книга писалась долго, и, конечно, многое уже изменилось. Всё, кроме воспоминаний и моих убеждений.