![](/books_files/covers/thumbs_240/ya-vyros-v-stalinskuyu-epohu-politicheskiy-avtoportret-sovetskogo-zhurnalista-182423.jpg)
Автор книги: Олег Лейбович
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
В марте бюро Березниковского горкома ВКП(б) открепило тов. Данилкина М.Т. от партийной организации редакции «Березниковский рабочий» в связи с переводом на другую работу – помощником директора специального ремесленного училища № 22[241]241
Протокол заседания бюро Березниковского ГК ВКП(б) от 08.03.1948 // ПермГАСПИ. Ф. 55. Оп. 2. Д. 292. Л. 182.
[Закрыть]. Это было наказанием. Из номенклатуры обкома М.Т. Данилкин переместили в номенклатуру горкома. Для него закрыли доступ к служебным материалам. Его лишили права присутствовать на пленумах городского комитета партии, на партийно-хозяйственных активах и даже на партийных собраниях в чужих организациях. Возможность публиковаться становилась весьма и весьма проблематичной. Из узкого круга влиятельных партийных журналистов его переместили в толпу маленьких чиновников от идеологии. Ремесленных училищ и школ фабрично-заводского обучения насчитывалось в области более сотни[242]242
См.: Отчет о выполнении директивы министра трудовых резервов № 84/18к от 4 июля 1948 г. «О ходе изучения педагогического минимума директорами ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО, их заместителей по учебной части и помощников по культурно-массовой и воспитательной работе в РУ, ЖУ и школах ФЗО Молотовской области по состоянию на 1 октября 1948 г. // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 26. Л. 51.
[Закрыть].
Они были подведомственны Министерству трудовых резервов СССР. В названии министерства была точно схвачена суть дела – подготовка рабочих массовых профессий для ведущих отраслей промышленности. Набор в училища осуществлялся теми же методами, что и в армию. Указом Президиума Верховного Совета СССР правительству страны разрешалось «ежегодно призывать (мобилизовывать) из числа городской и сельской молодежи для обучения в ремесленных и железнодорожных училищах молодежь мужского пола в возрасте 14–17 лет и молодежь женского пола в возрасте 15–16 лет»[243]243
Указ Президиума Верховного Совета СССР «О возрасте молодежи, призываемой (мобилизуемой) для обучения в ремесленных и железнодорожных училищах и в школах фабрично-заводского обучения». 19.06.1947 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 18. Л. 126.
[Закрыть]. Всего за пятилетку «в соответствии с народно-хозяйственным планом планировалось призвать 4,5 миллиона юношей и девушек»[244]244
См.: Приказ министра трудовых резервов Союза ССР № 383 от 06.08.1947 «О состоянии и мерах по улучшению политико-воспитательной работы в ремесленных, железнодорожных училищах и школах фабрично-заводского обучения» // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 19. Л. 148.
[Закрыть]. Речь на самом деле шла о призыве. Мобилизованных эшелонами перевозили из призывных пунктов в районных центрах в промышленные города в любой точке Советского Союза, распределяли по училищам, ставили на довольствие, обмундировывали и обучали. Переходить из одного училища в другое, а тем более покидать их было запрещено. Начальник Молотовского управления Министерства трудовых ресурсов даже издал соответствующий приказ:
За последнее время в областное управление Министерства трудовых резервов поступает огромное количество различных писем и заявлений от учащихся ремучилищ и школ ФЗО об их переводе из училища в школу во время учебного года, из школы ФЗО в ремучилище, об отчислении от обучения по состоянию здоровья без наличия на то актов медицинской комиссии, перемене места жительства родителей и др.
Вследствие чего создаются излишняя переписка и ненужная загруженность аппарата управления, связанная с ответами учащимся.
В соответствии с чем требую немедленно разъяснить всем учащимся обращаться для разрешения с заявлениями и жалобами лично к директору или его заместителю – и только в исключительных случаях направлять заявления в областное управление с визой или представлением директора, когда разрешение того или иного вопроса требует разрешения областного управления[245]245
Павлюченков – Черешневу. 14.12.1947 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 19. Л. 280.
[Закрыть].
В соответствии с Указом самовольный уход из училища содержал все признаки уголовного преступления. Генеральный прокурор СССР в июле 1947 г. издал приказ, предписывающий усилить меры по борьбе с дезертирами:
Большинство нарушителей Указа от 28 декабря 1940 г. остаются безнаказанными, так как директоры училищ и школ не передают или несвоевременно передают материалы на нарушителей Указа в органы прокуратуры, прокуроры не привлекают многих из этих нарушителей к уголовной ответственности, а суды часто выносят условные меры наказания и оставляют учащихся, самовольно оставивших учебу, в колхозах, откуда они были мобилизованы. По поступающим в прокуратуру материалам о самовольном уходе немедленно принимать меры к розыску лиц, самовольно оставивших училище (школу). Лиц, виновных в сокрытии подростков, самовольно оставивших училища или школы, в использовании их на работе или в способствовании (путем выдачи фиктивных справок) уклонению от обучения, привлекать в зависимости от обстоятельств к уголовной или дисциплинарной ответственности[246]246
Приказ Генерального прокурора Союза ССР № 1 т-205 от 31.07.1947 «Об усилении борьбы с нарушениями Указа Президиума Верховного Совета СССР от 28 декабря 1940 года в ремесленных, железнодорожных училищах и школах ФЗО» // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 19. Л. 159–158.
[Закрыть].
На праздник Первомая городские обыватели могли видеть марширующие под гром духовых оркестров плотные ряды воспитанников ремесленных училищ в летней парадной форме, предводительствуемые колоннами спортсменов в майках, трусах и «спорттуфлях»[247]247
Приказ начальника областного управления Министерства трудовых резервов № 140 от 18.04.1949 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 20. Л. 1.
[Закрыть]. Наверное, это было красочное зрелище. Внутренняя жизнь ремесленных училищ была иной.
«Очень большой процент непосещения занятий учащимися вызван отсутствием обуви, которая в истекшем учебном году была крайне низкого качества, а также в части училищ поставленной не на должную высоту воспитательной работой коллективов училищ», – читаем в официальном отчете областного управления Министерства трудовых ресурсов[248]248
Отчет об итогах учебной деятельности 1947–1948 учебного года по Молотовскому областному управлению Министерства трудовых резервов. 09.09.1948 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 33. Л. 32.
[Закрыть].
Нравы в училищах были грубыми даже по меркам того времени. Мастера раздавали зуботычины. Драки, ругань, кражи считались бытовыми явлениями. Мальчиков, привезенных в училища из сельской глубинки, били, обкрадывали, унижали. В фондах обкома партии сохранилось письмо, отправленное из училища в Закамске заместителю председателя Бардымского райисполкома:
Разрешите Вам писать о нашей жизни. Вы нас посылали сюда учиться, а мы живем хуже заключенных. Питания не хватает, среди 200 русских мы только 26 татары. Русские мальчики нас со словами «татарские сволочи» бьют, ежедневно по 3–4 мальчика бьют. Воспитатели над нами смеются, издеваются, что татары – они на полу спят, без ложек едят. У русских мальчиков имеются у всех сделанные из меди штучки, которыми нас избивают. У некоторых они рот искривили, расшибли голову. […] Тов. Ибраев, у нас нету сил больше терпеть. Мы вернемся домой. В тюрьму идти мы согласны, но тут от русских мальчиков быть оскорбленными и избитыми больше не хотим. Вчера Ахмазию один пьяный русский мальчик чуть ножом не заколол. Мы решили идти к директору. А он нас самих до слез отругал. Начальники все защищают русских, вроде они сами их обучают на это.
Тов. Ибраев, просим Вас, пожалуйста, верните нас в свой район, мы не можем дальше тут оставаться. У всех у нас украли деньги, варежки, мы работаем без варежек. Если об этом скажем начальникам, они нас ругают, говорят, что «как вы не можете потерять свою голову». Мы тут вовсе не учимся, каждый день работаешь по 6 часов. А работе тоже не обучают. Бревна на плечах таскаем и ямы копаем. Когда мы приехали сюда, 10 дней держали нас в грязном, как в конюшне, помещении. А когда русские мальчики приехали, то их встретили честь по чести. Сразу же им дали новые валенки, а мы ходим в ботинках. Сейчас мы ходим в худых валенках.
Тов. Ибраев, мы больше не можем терпеть, что вы думаете с нами делать? Пишите скорее, мы с нетерпением ждем! Пока до свидания. Это письмо писали мы все[249]249
Турумов Бизян – Ибраеву (заместителю председателя Бардымского райисполкома. – А. К., О. Л.). Привет из Закамска. 11.02.1952 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 18. Д. 205. Л. 204.
[Закрыть].
У городских жителей ремесленные училища пользовались дурной славой. В детских воспоминаниях коренного ленинградца запечатлелся страх перед жестоким наказанием за потасовку на перемене:
В ремесленное училище отдают – в «ремеслуху»! В моем сознании это понятие было почти аналогично детской колонии. Во всяком случае, нас тогда стращали и тем и другим с примерно равным воспитательским успехом. «Ремеслуха» – спецодежда, казарменное житье, дисциплина, пайковая кормежка впроголодь. «Чтоб тебя ремесленники съели!» – было тогдашним ходовым присловьем. И точно – забирали туда, начиная с четвертого класса[250]250
Тарутин О. Межледниковье. Попытка мемуаров // Нева. 1999. № 12. С. 87.
[Закрыть].
Чиновники от литературы внимательно следили за тем, чтобы суждения и оценки такого рода, хотя бы в самой смягченной форме, не проникали на страницы художественной прозы. Редактор Молотовского книжного издательства Л.С. Римская критиковала рукопись рассказа о пионерах за то, что главный герой неправильно «рассуждает: “Уйду в ремесленное… Там разговор другой (чем в школе): знай свою работу и никому до тебя дела нет”. Это глубоко ошибочное заключение подтверждается поведением комсорга. Но это, по существу, не рассказ, а этюд, навевающий грустные мысли по поводу постановки воспитательной работы в ремесленном училище. Может ли хороший директор училища считать, что “наша главная задача – вырастить хороших производственников”. Добавление Зои Андреевны “и культурных” мало что изменяет в этой установке. Партия и правительство не в этом видят главную задачу воспитания молодежи»[251]251
Римская [Л.С.]. Рецензия на рассказ «Пионерский костер» // ГАПК. Ф. р-1188. Оп. 1. Д. 38. Л. 87.
[Закрыть].
В Министерстве трудовых резервов отдавали себе отчет о неблагополучном состоянии дел в подведомственных учреждениях. В августе 1947 г. был издан соответствующий приказ, в котором, в частности, признавалось, что «учащимся не прививают основы советской морали и правила социалистического общежития». Чтобы исправить положение, министр приказал: «Считать важнейшей задачей всех работников трудовых резервов улучшение постановки коммунистического воспитания учащейся молодежи; воспитание у молодежи в процессе обучения коммунистической морали; сознательное отношение к труду и к социалистической собственности; подготовку в училищах и школах ФЗО квалифицированных рабочих кадров, овладевших своей профессией-ремеслом, активных борцов за высокую производительность труда на производстве.
Восстановить в городских, областных, краевых и республиканских управлениях должность заместителя начальника по политико-массовой работе»[252]252
Приказ министра трудовых резервов Союза ССР № 383 от 06.08.1947 «О состоянии и мерах по улучшению политико-воспитательной работы в ремесленных, железнодорожных училищах и школах фабрично-заводского обучения» // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 19. Л. 147–148.
[Закрыть]. В соответствии с этим приказом помощник начальника ремесленного училища М.Т. Данилкин повышается в должности, становится заместителем директора[253]253
См.: Протокол заседания бюро Березниковского ГК ВКП(б) от 24.05.1948 // ПермГАСПИ. Ф. 55. Оп. 2. Д. 293. Л. 165.
[Закрыть].
Специальное ремесленное училище № 22 открыли в 1948 г. В марте издан соответствующий приказ об открытии нового учебного заведения с трехгодичным сроком обучения, найдено помещение, определены численность и состав учащихся – 100 мальчиков[254]254
См.: Отчет об итогах учебной деятельности 1947–1948 учебного года по Молотовскому областному управлению Министерства трудовых резервов. 09.09.1948 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 33. Л. 24.
[Закрыть]. Мо– лотовские училища на парад выводили по 700–800 воспитанников[255]255
См.: Разнарядка для участия на параде в составе сводной колонны трудовых резервов в день празднования 1 мая. 1949 (без даты) // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 20. Л. 2.
[Закрыть]. Были подобраны руководящие кадры: директор А.И. Акулов – из мастеров производственного обучения с шестилетним стажем работы[256]256
См.: Ковтун – Дедюкину. Информация о ходе подготовки к сдаче педагогического минимума по Березниковскому методическому объединению. 17.03.1948 // ГАПК. Ф. р-982. Оп. 1. Д. 26. Л. 189(об.).
[Закрыть], его заместитель – М.Т. Данилкин, оба без педагогического образования, на должности мастеров откомандированы с завода рабочие. Открывали училище в спешке. А.И. Акулов докладывал на бюро обкома:
Училище создано из воспитанников детдомов области. Не имеет базового предприятия, необходимого оборудования, мастерских, учебных пособий, помещения и подготовленных кадров учителей, воспитателей и мастеров. За период 1948–1949 гг. в училище сменилось работников 33 человека, в т. ч.: зам. директора по учебно-производственной части – 2 чел., зам. директора по культурно-воспитательной части – 3 человека, мастеров производственного обучения – 4 чел., пом. по хозчасти – 3, физруков – 11, преподавателей – 10 человек. В том числе отозвано ВКП(б) – 5 чел.; остальные уволены как не справившиеся с работой, ввиду отсутствия квартир и по болезни. […] Ввиду отсутствия помещения производственное обучение производится примитивно, только вручную[257]257
Справка на Акулова Александра Ивановича, 1917 года рождения, члена ВКП(б) с 1946 г. 25.10.1949 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 110. Л. 98.
[Закрыть].
Ремесленное училище № 22 отличалось от подобных ему учебных заведений составом. В нем на полное государственное обеспечение были принудительно помещены подростки, не имеющие родителей. Их нравы существенно расходились с правилами поведения учащихся. Они дрались, крали, пили и курили. В общем, озорничали. В первый учебный год ребята упражнялись стрельбой из рогаток в классных помещениях. Мишенью служат портреты вождей: В.И. Ленина и И.В. Сталина, а также плакаты с изображением героев-молодогвардейцев. Увечные картины разрывались на части[258]258
Данилкин М.Т. – Семеновой З.П. 20.12.1949 // ПермГАСПИ. Ф. 59. Оп. 2. Д. 304. Л. 39.
[Закрыть].
Под стать воспитанникам были и педагоги. Директор училища вел себя вполне патриархально: напившись в своем кабинете, наводил порядок кулаками. Поучив по-отечески нарушителя, мог потом угостить его папироской. Протрезвев, директор издавал распоряжение: провинившихся учащихся не кормить. Как водится, воровал, но по-малому:
Акулов А.И. брал из кассы ремесленного училища на подотчет деньги и расходовал их на свои нужды (6285 руб. 12 коп.). Силами училища и из материалов училища Акулову по его распоряжению изготовлены диван, две рамки полированных, постамент под трюмо, вывез из училища 2 кубометра дров для своих нужд без оплаты[259]259
Справка по делу Акулова А.И., осужденного по статье 109 УК РСФСР // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 71.
[Закрыть].
Учителя тоже дрались. В приказе по областному управлению Министерства трудовых резервов от 5 января 1949 г. читаем: «Отдельные факты антипедагогических методов физического воспитания имели место в специальном РУ № 22 г. Березники»[260]260
Приказ № 13 от 05.01.1949 // ГАПК Ф. р-982. Оп. 1. Д. 20. Л. 19.
[Закрыть].
Михаила Данилкина педагогике не обучали. От всего увиденного он поначалу опешил. Не думал, скорее всего, что так бывает. Во всяком случае, А.С. Макаренко в «Педагогической поэме» изображал совсем иные сцены из жизни. Новый замполит ребятам явно сочувствовал, добывал для библиотеки новые книжки. Случалось, заступался за мальчишек. По словам директора, «у Данилкина было некоторое стремление завоевать легкий, несерьезный авторитет среди учащихся»[261]261
Допрос Акулова А.И. 12.03.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 1. Л. 107.
[Закрыть].
По всей видимости, до лета никаких серьезных столкновений у руководства училища с новым замполитом не было. В июне Михаил Данилкин получает поручение: поработать начальником летнего лагеря РУ № 22 в деревне Усть-Кондас. Здесь он проявил совершенно неожиданную хозяйскую сметку. Для пополнения продовольственного пайка разрешил учащимся организовать переправу через Каму. Ремесленники за деньги перевозили местных жителей. Заработок тратили на табак и водку. Пили вместе с начальником. Когда выпивки не хватило, Данилкин отдал под заклад лагерный баян. Брали водку и снова пили. Дошла очередь и до казенного аптечного спирта. Свой пошатнувшийся авторитет М.Т. Данилкин восстанавливал при помощи палки. Пьяный замполит гонялся за учащимися. Учащиеся разбегались[262]262
Найданов (пом. областного прокурора по спецделам) – Прассу Ф.М. (без даты) // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 61.
[Закрыть]. Первая проверка выявила отсутствие порядка и упадок дисциплины. Как только каникулы закончились, партсобрание РУ обсудило персональное дело коммуниста М. Данилкина. Ему объявили выговор и «просили горком партии снять Данилкина с работы, так как он в дальнейшем быть воспитателем не мог»[263]263
Допрос Лоскутова М.Н. 13.03.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 1. Л. 110.
[Закрыть].
В то же время городская прокуратура по собственной инициативе начинает проверку соблюдения социалистической законности в ремесленном училище № 22. Материалы проверки были представлены в Березниковский горком. Бюро горкома в заседании 4 октября 1949 г. рассмотрело вопрос «О ходе выполнения постановления бюро Березниковского ГК ВКП(б) от 11.01.1949 по РУ № 22». Решение было суровым и бескомпромиссным:
Дисциплина учащихся в училище развалилась. Начало учебного года в училище было сорвано. Директор училища тов. Акулов и его заместитель по культурно-воспитательной работе т. Данилкин оказались бессильными в принятии мер к устранению допущенных недостатков в работе по руководству училищем. Состояние политико-воспитательной работы среди учащихся и среди сотрудников находится на низком уровне.
Далее последовали организационные меры.
А.И. Акулова исключили из партии и сняли с работы. Обком утвердил это решение лишь в январе 1953 г. Прокуратура возбудила против А.И. Акулова уголовное дело, завершившееся условным осуждением.
Заместителя директора по культурно-воспитательной части тов. Данилкина, как не справившегося с работой на своем участке и скомпрометировавшего себя, с работы снять. Утвердить постановление партийного собрания партийной организации РУ № 22 о вынесении тов. Данилкину выговора без занесения в личное дело за пьянку в лагере[264]264
Протокол заседания бюро горкома ВКП(б) от 04.10.1949 // ПермГАСПИ. Ф. 59. Оп. 2. Д. 295. Л. 20–22.
[Закрыть].
Михаил Данилкин усмотрел в этом решении происки врагов, к которым без обиняков причислил и бывшего директора училища. После чего немедленно покинул Березники и отправился в Москву за правдой. Был принят в ЦК. Внимательно выслушан заместителем заведующего отделом партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК ВКП(б) Д.Г. Смирновым. Ободрен. Перед Новым годом вернулся в Березники. Услышал, что о нем говорят, возмутился и направил заявление в горком:
Прошу дать задание органам государственной безопасности срочно и строжайше расследовать:
1. Кто и зачем довел советских детей-сирот (воспитанников Спец. РУ № 22) до такого состояния, когда они зимой 1949 г. (февраль – март) стали резать и расстреливать портреты Ленина и Сталина, героев «Молодой гвардии», что в училище была загнана в подполье комсомольская организация.
2. Кто и зачем не принял во внимание неоднократные и очень настойчивые требования коммуниста Данилкина о расследовании фактов рукоприкладства к воспитанникам этого училища…
3. Кому и зачем понадобилось пустить версию среди воспитанников Спец. РУ № 22 о том, что большевик Данилкин арестован…
4. Кто и зачем так усердно оберегает явного прохвоста, не простого прохвоста, а политического, как бывший директор Спец. РУ А.И. Акулов…
5. Как, во имя чего была составлена за подписью министра трудовых резервов бумага, компрометирующая политически коммуниста Данилкина…[265]265
Данилкин М. – Семеновой З. 20.12.1949 // ПермГАСПИ. Ф. 59. Оп. 2. Д. 304. Л. 38–39.
[Закрыть]
Секретарь горкома З.П. Семенова просьбу, больше напоминающую распоряжение, выполнила и переправила для проверки бумагу новому начальнику горотдела МГБ Шильникову.
Заметим, что А.И. Акулов на допросе в МГБ о М. Данилкине высказывался вполне лояльно: по работе помогал, но получалось не слишком хорошо, поскольку выпивал часто, «каких-либо фактов антисоветских проявлений, в том числе антисоветских высказываний, с его стороны в моем присутствии не было»[266]266
Протокол допроса Акулова А.И. от 12.03.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 1. Л. 108.
[Закрыть].
Из заявления следует, что М. Данилкин ощущал себя несправедливо наказанным педагогом и намерен был хлопотать о восстановлении его в прежней должности заместителя директора. Москва решила иначе. В соответствии с распоряжением ЦК Молотовский обком восстановил М. Данилкина в должности собственного корреспондента газеты «Звезда» задним числом – с ноября 1949 г.[267]267
Характеристика на тов. Данилкина. 1950 г. (без даты) // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 220. Д. 871. Л. 11.
[Закрыть]
В нашем распоряжении нет документов, мотивирующих это решение ЦК. Заметим, что оно по времени совпадало с подготовкой постановления секретариата ЦК ВКП(б) по работе Молотовского обкома. В соответствии с этим постановлением секретаря обкома Хмелевского за допущенные ошибки сняли с работы. Заявления М. Данилкина подоспели вовремя. Из них можно было извлечь нужный обвинительный материал.
Здесь уместно привести и более общие соображения. В сталинскую эпоху власть беспокоилась о каналах обратной связи, по которой могла поступать информация о настроениях в обществе. Одним из таких каналов, наряду со сводками органов МГБ и сведениями со стороны партийных инстанций, были письма граждан (анонимные или подписанные) в адрес центральных властей. Таких заявителей не слишком поощряли (орденом наградили только Лидию Тимашук), но в обиду старались не давать. При случае заступались. Впрочем, и жертвовали, если к тому побуждали обстоятельства. Иммунитетом они не пользовались.
Сотруднику ЦК (М. Данилкин упоминает инспектора ЦК ВКП(б) Д.Г. Смирнова)[268]268
Данилкин М. – Семеновой З. 20.12.1949 // ПермГАСПИ. Ф. 59. Оп. 2. Д. 304. Л. 39.
[Закрыть] заявления опального журналиста показались заслуживающими внимания. Данилкин был назначен жертвой гонений за критику. Партийный чиновник доложил свои соображения начальству, М. Данилкина восстановили в должности. На заседании оргбюро ЦК Л.Ф. Ильичев обвинил К.М. Хмелевского в том, что он «преследовал за критику Данилкина и с целью освободиться от “острого и партийно-принципиал[ьного] журналиста” (выражение Ильичева) сдал его в солдаты. Я всегда при всех случаях отрицал и отрицаю эти обвинения, как искусственно притянутые Смирновым»[269]269
Хмелевский – Назаровскому. 07.10.1954(?) // ПермГАСПИ. Ф. 25. Оп. 1. Д. 12. Л. 44.
[Закрыть].
Звездный час Михаила Тихоновича Данилкина пробил утром 13 января 1950 г.
На пленуме Молотовского областного комитета партии высокопоставленный чиновник из ЦК ВКП(б) Д.Г. Смирнов, перечисляя собравшимся политические ошибки их первого секретаря, указал на его неправильное отношение к критике: «Корреспондент областной газеты “Звезда” в гор. Березники, член ВКП(б) тов. Данилкин считался одним из лучших корреспондентов газеты, но после того, как он стал писать критические корреспонденции в областную газету, писать письма в обком и ЦК ВКП(б) о недостатках партийных, советских и хозяйственных организаций и лично тов. Хмелевского, отношение к нему обкома и редактора областной газеты резко изменилось. В октябре 1948 г. по согласию тов. Хмелевского Данилкин под предлогом выдвижения был направлен в армию для использования на газетной работе, хотя в этом не было никакой надобности. После поданного им заявления в ЦК ВКП(б) о том, что мобилизацией в армию хотят от него избавиться, обком отозвал тов. Данилкина из армии, но гонение на него продолжалось»[270]270
Стенограмма 6-го пленума обкома ВКП(б). 13.01.1950 – 14.01.1950 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 16. Д. 2. Л. 3–4.
[Закрыть]. Тогда Кузьма Михайлович Хмелевский с критикой согласился: «В своем докладе тов. Смирнов совершенно верно приводил пример, как поступили с корреспондентом “Звезды” тов. Данилкиным. Тов. Данилкин правильно критиковал недостатки Березниковского горкома и некоторых работников обкома. Вместо того чтобы его поддержать, я не реагировал на его освобождение»[271]271
Там же. Л. 17.
[Закрыть]. К этому моменту ЦК ВКП(б) уже освободил от должности самого Хмелевского как «зажимщика критики», насаждавшего «небольшевистские нравы», подбиравшего кадры «по принципу знакомства и угодничества»[272]272
Там же.
[Закрыть]. Члены пленума единогласно это решение одобрили. «Не могу я уходить в могилу с таким клеймом. Оно оскорбительно, гнетет меня», – писал спустя годы К.М. Хмелевский Б.Н. Назаровскому[273]273
Хмелевский – Назаровскому. 12.09.1962 // ПермГАСПИ. Ф. 25. Оп. 1. Д. 12. Л. 34.
[Закрыть].
По всей вероятности, М.Т. Данилкин узнал о своем триумфе не сразу. На пленум, решавший организационные вопросы, посторонних не звали. Да и вообще, в большие собрания Михаила Тихоновича старались не пускать – и не только потому, что ходил в каких-то обносках, выделяясь даже из послевоенной бедно и скудно одетой толпы своим «неопрятным видом»[274]274
См.: Протокол допроса свидетеля Сурвачевой Т.В. от 19.02.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 1. Л. 108.
[Закрыть], но главным образом из-за его особого пристрастия к горячительным напиткам. «Когда он пьян, то бывает очень неспокойным»[275]275
Протокол допроса Жижиной Л. от 20.02.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 1. Л. 92.
[Закрыть]. В официальной «Cправке о работе в редакции газеты “Звезда” члена ВКП(б) тов. Данилкина М.Т.» упоминается инцидент на совещании редакторов газет в Молотовском горкоме партии, когда пьяного и буйного собкора по Березникам товарищи по профессии силой выводили из зала[276]276
См.: Cправка о работе в редакции газеты «Звезда» члена ВКП(б) тов. Данилкина М.Т. (без даты) // ПермГАСПИ. Ф. 25. Оп. 1. Д. 30. Л. 28.
[Закрыть]. Чтобы освободиться от алкогольной зависимости или хотя бы ослабить на время ее влияние, Михаил Тихонович после запоев ложился на реабилитацию, как Фадеев, в спецбольницу для номенклатурных работников. Через 10 дней после пленума Данилкин был госпитализирован с диагнозом «алкогольная интоксикация», так что, скорее всего, 13 января он уже не был полностью дееспособным[277]277
См.: Постановление о направлении обвиняемого на психиатрическую экспертизу. 19.02.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 3. Л. 173.
[Закрыть]. О высокой поддержке, однако же, ему рассказали. В своих новых письмах по инстанциям журналист иной раз на высказывания Д.Г. Смирнова ссылался и время от времени увольнение К.М. Хмелевского ставил себе в заслугу. Здесь он, скорее всего, ошибался. На секретаря обкома в ЦК жаловались многие. Часто без подписи. Писали, что он пьет с подчиненными, заступается за негодных людей, не прислушивается к критике. Анонимов разыскивали. Если получалось, брали с них объяснения:
По отношению первого секретаря обкома ВКП(б) тов. Хмелевского и председателя облисполкома тов. Швецова, что они пьянствуют совместно, и неудовлетворительного руководства областью я просто не обдумал, грубо выразился, признаю ошибку, что это неправильно поступил. Те случаи выпивки Швецова, Хмелевского после сессии облисполкома в 1945 и 1946 гг. в Нижней Курье, в день отдыха летом 1945 г., второй раз под осень 1945 г. не давали мне основания писать, что они часто пьют, и это может привести к неудовлетворительному руководству области. Такой вывод я сделал лишь потому, что тов. Швецов очень грубо лично ко мне относился, и особенно за последнее время предложил немедленно меня выселить из квартиры по ул. Луначарского, 32, кв. 19…[278]278
Балчугов – УМГБ. Объяснение. 27.02.1947 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 13. Д. 152. Л. 24–25.
[Закрыть].
На смену одним жалобщикам приходили другие. Надо было давать объяснения в ЦК:
Далее в анонимном письме содержится утверждение, что Горовой заявил, будто секретарь обкома ВКП(б) тов. Хмелевский незаконно получил себе диплом об окончании университета. Горового сейчас в Молотове нет, и поэтому мы не смогли спросить его, говорил ли он. Но независимо от этого мы можем твердо заявить, что это утверждение является клеветническим, т. к. тов. Хмелевский никакого диплома об окончании университета не получал[279]279
Лященко (секретарь обкома по пропаганде) – Андрееву Е.Е. 06.07.1948 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 127. Л. 40.
Ф.С. Горовой (1916–1973) – историк, в 1948 г. – доцент, заведующий кафедрой истории народов СССР Молотовского госуниверситета. См.: Мухин В.В. Ф.С. Горовой // Профессора Пермского университета. Пермь: Изд-во ПГУ, 1991. С. 106–108.
[Закрыть].
Обвинения М.Т. Данилкина были использованы секретарем ЦК ВКП(б) Г.М. Маленковым, чтобы затеять очередное областное дело, на этот раз Молотовское. К.М. Хмелевский писал позднее: «Никаких объективных оснований для избиения кадров и оплевывания работы обкома не было. Показатели были хорошими, руководители честными, и без преувеличения можно сказать – неплохими организаторами. Вся эта свистопляска была инспирирована, потому что я несколько раз поспорил с Маленковым, обратился через его голову к Сталину с жалобой, и он (Маленков) получил тогда замечание. В этом собака зарыта. Все же остальное – чепуха. Была дана команда – и нас сожрали»[280]280
Хмелевский – Назаровскому. 12.09.1962 // ПермГАСПИ. Ф. 25. Оп. 1. Д. 12. Л. 34.
[Закрыть].
Михаила Данилкина бывший секретарь обкома трактовал «типом» и «проходимцем», который «ловко спекулируя на лозунге самокритики, кое-кого ввел в заблуждение»[281]281
Хмелевский – Назаровскому. 18.05.1955 // ПермГАСПИ. Ф. 25. Оп. 1. Д. 12. Л. 23(об.)
[Закрыть].
Михаил Данилкин после пленума к работе приступил не сразу. До февраля 1950 г. он находился в больнице, где лечился от алкоголизма с диагнозом «реактивный невроз, сопровождаемый головными болями, зрительными и слуховыми галлюцинациями и обморочным состоянием»[282]282
Акт судебно-психиатрической экспертной комиссии. 28.02.1953 // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 3. Л. 173.
[Закрыть].
Едва выйдя из больницы, он обращается с письмом в адрес нового секретаря обкома Ф.М. Прасса:
Вы совсем еще недавно вышли из стен Сталинского ЦК. Вас послали в одну из крупнейших индустриальных областей Советского Союза для того, чтобы Вы с честью выполнили волю ЦК. С Вами можно говорить откровенно. Настала пора говорить так – во весь голос, по примеру Владимира Владимировича Маяковского. Наберитесь терпения и выслушайте внимательно.
После этого вступления Михаил Данилкин пространно объясняет, почему он не антисоветчик, расписывает свои злоключения и излагает свое политическое кредо:
Я враг – опасный и непримиримый. Но для кого? Для Дугадко – Семченко – Хмелевского, для тех, кто глумился и продолжает еще глумиться над святыми для любого большевика принципами марксизма-ленинизма. Кто, по недоброму примеру Тито и его банды, пытался и пытается опорочить, разрушить уклад советской жизни, политически озлобить наших, советских людей.
Задав эти и подобные им вопросы, собкор «Звезды» тут же сделал предложения:
Привлечь к строжайшей партийной ответственности людей, травивших коммуниста Данилкина как бешеного волка, как «антисоветчика».
В конце концов М. Данилкин поделился личными проблемами:
У меня в связи (сами поймите) с крупными передрягами страшно обветшало тело – кажется, достукался до полового бессилия, до того, что в ближайшее время могу стать алкоголиком. Если нужен я партии, то спасите.
Для спасения Михаил Тихонович попросил материальную помощь, чтобы «не подохнуть с голоду», и творческий отпуск для завершения «партийного романа»[283]283
Данилкин М.Т. – Прассу Ф.М. 27.04.1950 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 24–35.
[Закрыть].
Ф.М. Прасс пропустил мимо ушей политические филиппики не совсем физически здорового журналиста, но человеку помог. Молотовское книжное издательство заключило договор с молодым автором и приступило к регулярным выплатам аванса за неоконченный роман «Новоселье». В 1950 г. М. Данилкин получил 9945 руб. – сумму по тем временам весьма приличную[284]284
Справка Молотовского государственного издательства. Январь 1953 г. // ПермГАСПИ. Ф. 641/1. Оп. 1. Д. 9925. Т. 3. Л. 190.
[Закрыть]. В июне того же года Михаила Тихоновича снова направили в больницу – долечиваться.
Прежде чем принять курс лечения, Михаил Данилкин послал Ф.М. Прассу еще два письма. В первом из них собкор «Звезды» сообщил о «тревожном, крайне опасном положении на азотно-туковом заводе» – результате «вредительства» со стороны директора завода Семченко и его «ставленников». Он потребовал направить в Березники
[…] авторитетную комиссию, и пусть она установит: наличие множества фактов грубейшего зажима критики; наличие фактов расправы с коммунистами за то, что они коммунисты; наличие фактов избиения наших, большевистских руководящих кадров самыми подлыми, чисто троцкистскими методами; наличие явного вредительства на азотно-туковом заводе. И пока будет работать эта комиссия, арестовать таких, как Семченко, Зырянов и Гельбух, ибо они вольно или невольно, для коммунистов это безразлично, работают в пользу какой-то иностранной разведки. Непростительно нам воспринимать явную подлость как обычные ошибки. […] Стража в фуражках органов государственной безопасности, которой совсем немало в Березниках, к сожалению, слишком мелко пашет и дальше своего носа не видит. Мерзавцы, вроде чистенького, гладенького карьериста (прошу задуматься над смыслом этого слова без помощи словаря) Семченко, под носом у этой стражи уже выводят важнейший завод из строя. Вчитайтесь получше только в текст речи этого подлеца, и вы поймете меня вполне[285]285
Данилкин М.Т. – Прассу Ф.М. 29.04.1950 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 9–15. Гельбух Самуил Яковлевич – начальник цеха на Березниковском азотно-туковом заводе. До войны начальник цеха Днепродзержинского азотно-тукового завода, отмеченный правительственной наградой (см.: Президиум Верховного Совета СССР Указ от 17 мая 1939 г. О награждении работников химической промышленности. <http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU &n=39593#09961437626705674> (дата обращения: 20.05.2018). Сведения о Зырянове найти не удалось.
[Закрыть].
В следующем письме, датированном 8 мая, Данилкин указывал на неудовлетворительную работу строительного треста, разоблачал прокурора Булошникова, который «[…] при молчаливом согласии горкома партии с давних пор проводит антипартийную, антисоветскую линию в карательной политике – он пачками садит в тюрьму молодежь, невинных советских людей, выгораживая крупных воров и явных проходимцев […]»[286]286
Данилкин М.Т. – Прассу Ф.М. 08.05.1950 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 4–8.
[Закрыть].
На такие письма полагалось реагировать. В них были приведены конкретные факты и предъявлены тяжкие обвинения руководящим работникам. Секретариат обкома создал комиссию по проверке заявлений тов. Данилкина. В нее вошли два инструктора обкома, сотрудники управления МГБ и областной прокуратуры. Материалы этой комиссии собраны в отдельной папке под заголовком «Заявления т. Данилкова(!) М. в ЦК и обком ВКП(б) об ответственных работниках г. Березники. 5 октября 1948 – 19 октября 1950». Комиссия установила, что в своих конкретных обвинениях заявитель большей частью прав. На самом деле, трест «Севуралтяжстрой» сорвал установленные правительством сроки строительства магниевого завода. На самом деле, технические эксперименты на азотно-туковом заводе проводились без достаточной подготовки. На самом деле, прокурор Булошников допускал в работе волокиту. Тем не менее никого из руководителей, упомянутых в письмах, «[…] нет оснований обвинять […] в злоумышленной антисоветской и прочей деятельности»[287]287
Справка о результатах проверки обвинений о непартийном поведении ряда партийных, хозяйственных и других руководителей гор. Березники, высказанных собкором газеты «Звезда» тов. Данилкиным в письмах на Ваше имя. Октябрь 1950 г. // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 41–56.
[Закрыть].
Ни Ф.М. Прасс, ни его сотрудники не хотели повторения «Ленинградского дела» в пределах вверенной им области. Этого был не в состоянии понять журналист М. Данилкин, вновь обращающийся в ЦК с жалобой на А.Т. Семченко. В ответе обкома звучали металлические ноты:
Установлено, что тов. Данилкин, используя серьезные недостатки в работе азотно-тукового завода, треста «Севуралтяжстрой» и городской прокуратуры, а также недостатки и ошибки в работе т.т. Семченко, Почтарева и Булошникова, клеветнически обвинил их в антипартийной деятельности[288]288
Прасс Ф.М. – Алексееву В.И. 19.10.1950 // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 1.
[Закрыть].
Работники прокуратуры признали свои ошибки, в том числе и ту, что не привлекли к уголовной ответственности за антипедагогические действия бывшего заместителя директора РУ № 22. Помощник областного прокурора по спецделам Найданов информировал секретаря обкома:
По делу бывшего директора СпецРУ № 22 Акулова жалоба тов. Данилкина в основном подтвердилась. […] Кроме того, из материалов дела усматривается достаточно оснований для привлечения к уголовной ответственности по ст. 109 УК бывшего помощника директора СпецРУ по культурно-воспитательной работе Данилкина по фактам антипедагогического воспитания детей, выраженного в организации коллективных пьянок в лагерный период 1949 года, где Данилкин являлся начальником лагеря РУ № 22, хулиганских выходок пьяного Данилкина, когда последний в стадии сильного опьянения, ругаясь нецензурной бранью, гонялся за учениками РУ[289]289
Найданов – Прассу Ф.М. 1950 (без даты) // ПермГАСПИ. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 61.
[Закрыть].
Прокурор Булошников, к этому времени переведенный на ту же должность в г. Лысьву, дописывал объяснительную записку:
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?