Читать книгу "Однажды. Сборник прозы"

Сумочка

Дама среднего возраста и такого же мышления проплыла в коридор, увидела свою сумочку и вдруг решила начать жизнь заново. Энергично вытряхнув все содержимое из сумочки на стол и разглядывая полузнакомые вещи, дама начала рассуждать:

– Итак, – бормотала она. – Вот ключи от квартиры – это очень ценная вещь, положу-ка я их на самое дно сумочки, чтобы вор не украл.

– Губную помаду, – перебирая ворох, размышляла дама, – оставим на потом, потому что это самая необходимая вещь.

– Итак, – бормотала она, – в сумке лежат ключи от квартиры, что же класть далее? – шаря по столу, размышляла женщина и вдруг рука ее натолкнулась на дорогие лайковые перчатки.

– Укрою ключи перчатками, – приняла решение дама, что и выполнила.

Укрыв перчатки пудреницей, дама опять задумалась, но ненадолго, потому что ее взору представился дезодорант и не читая надпись на флаконе «От насекомых», она решительно поместила баллон рядом с пудреницей и погрузилась в раздумья, поскольку от выбора предметов, которые она укладывала в сумку у нее закружилась голова и почувствовав дикую усталость, она решила испить чашечку кофе.

– Итак, – размышляла она, вдыхая ароматный запах исходящий из чашечки, – что еще положить в сумочку перед работой да так, чтобы поменять свою жизнь.

Допив кофе, она решила забрать с собой кофейную чашечку, чтобы заменить ей на работе свой пластиковый стаканчик и опять направилась к сумочке. Положив чашку рядом с дезодорантом, дама опять задумалась.

– Вот она, обертка от прошлогодней конфетки, на ней можно записать номер телефона случайного кавалера, – размечталась она, но взгляд упал на просроченный проездной билет и скомканный опальный фантик упал на пол.

Проездной билет дама убрала в потайной кармашек и начала размышлять далее, зорко осматривая оставшуюся кучку.

– А вот и самое главное, – вскрикнула она, – запасные колготки, – и с этими словами укрыла ими дезодорант, пудреницу и кофейную чашечку.

Дама устала, до выхода на работу оставалось две минуты и поэтому она решила оптом всю оставшуюся кучку поместить в сумочку поверх «ценных вещей», надела зимние сапоги и вышла на улицу.

Первый дискомфорт предоставили даме сильные морозы, она приоткрыв сумочку и представив себе где лежат перчатки, героически приняла решение не надевать их, поскольку столика для перекладывания вещей на улице не наблюдалось да и времени на это не было.

Дама сидела на остановке, ожидая автобуса, смотрела на часы, сумочка лежала рядом с ней.

Подошел автобус, из него высыпалось много людей, началась паника и дама, забыв о сумочке, решительно работая локтями, забралась в переднюю дверь.

Автобус стронулся с остановки, а решительная дама искала себе место в салоне.

Энергичность дамы вскоре поубавили пьяные мужики, которые нецензурно обозвали ее, поэтому вся ее решимость превратилась в скромно стоящий столбик у окна, где она держась за поручень, демонстративно глядела в окно, дабы не унизить своего самолюбия.

Выйдя на остановке, находящейся близ работы, дама по привычке решила одернуть ремешок сумочки, но его не обнаружила, как собственно говоря и сумочку, поэтому вынуждена была присесть на скамеечку и зарыдав, начала приговаривать:

– Меня обокрали.

Через пять минут у дамы потекла тушь с ресниц, вид был жалкий, без сумочки не хотелось на работу.

Там была вся ее жизнь.

Через десять минут дама решила отправиться обратно домой.

Добравшись до квартиры она нерешительно позвонила в дверь, но тут же вспомнила о разводе с мужем, села на ступеньки и загрустила.

Грустила она около сорока минут, попутно жалея себя, но наконец догадалась позвать слесаря, с целью вскрытия собственной квартиры. Подойдя к лифту, дама вошла в кабину и нажала на кнопку первого этажа, не обращая никакого внимания на вышедшего ей на встречу из лифта молодого человека с сумочкой подмышкой, но он, энергично просунув ногу между створок двери, начал извиняться перед ней и просить прощения.

Дама пустила слезу, поскольку просроченный билетик находился в сумочке, а скомканный фантик в квартире и не на чем было записать номер телефона молодого человека.

Глядя на слезы дамы, молодой человек воспринимал все иначе.

«Ох как сильно я обидел ее, украв сумочку, – размышлял он».

Укол совести и он озвучил свою мысль:

– Вот ваша сумочка, – смущенно достав из подмышки показал ее даме.

– Откуда вы узнали мой адрес? – возмутившись, воскликнула дама, не забыв выхватить из его рук сумочку.

– А у вас боковой кармашек, там паспорт… – и не успев закончить фразу, очутился лежащим на полу, придавленный очень круглой и упругой коленкой.

– Ты Вор, который украл у меня сумку в автобусе! – верещала дама, коленкой все более и более придавливая грудь несчастного.

– Хоть бы и вор, но не позарился на твое барахло, – с хрипом отвечал человек. – Я хотел помочь!

Дама ослабила нажим коленки и с интересом посмотрела на молодого человека.

– А вы и вправду вор? – с придыханием спросила она и глаза ее мечтательно затуманились.

– Только не говорите никому, – ответил он, после чего получив полную амнистию, подошел к ступеньке и с одышкой присел, держась за грудь, не замечая пристального и оценивающего взгляда дамы.

– Бедненький! – ласково произнесла дама. – Вы от меня потерпели. Я должна угостить вас чаем.

– Да нет, не то чтобы я вор, – смущенно отворачивался от нее молодой человек, – сумку нашел на остановке, нашел паспорт и решил отдать ее вам…

– Значит ты честный вор, – перебила его дама. – Ради меня вы пожертвовали собой. Срочно пройдем в мою квартиру.

С этими словами дама начала искать ключи в сумочке, нащупала лайковые перчатки, удивилась находке, забыв что под ними заветный ключ от квартиры.

Под вечер молодой человек задремал, а дама все никак не могла найти в сумочке ключи от квартиры.

Ночью вор был разбужен воплями дамы, которая наконец-то обнаружила их в недрах своей сумочки. Уставший молодой человек особо не надеясь на то что это ключи от ее квартиры снова погрузился в дремоту, а проснувшись обнаружил, что лежит в одной кровати рядом с дамой.

Эпилог

Одиноким дамам иногда полезно «правильно» складывать свои сумочки, быть непосредственными, рассеянными и забывчивыми.

Это умение истинных дам приводит к замужеству и Вор со временем исправляется, осваивая не криминальную для себя специальность.

Ведь представитель сильного пола всегда готов ради вас следовать по пятам, лишь бы отдать вам это орудие приманки для мужчин… дамская сумочка.

26.09.2014г.

Веселый фермер

Глава 1

Его жена сорвала с ветки наливное яблочко и сочно захрустела плодом. «Веселый» фермер не смог с этим непотребством смириться и поэтому наказал жену по своему, ткнув острым гвоздем, подобранным с огорода в печень супруге, после чего жена, укоризненно глядя ему в глаза, расслабилась и медленно опустившись на грядку, потеряла сознание, уронив из руки сей плод.

«Какое святотатство она совершила, – думал фермер».

– Она ответит за свое преступление и исправит свою вину, – пробормотал он.

Он отправил тело жены в печь и через некоторое время вынул оттуда золу, которой усыпал почву находящуюся рядом со злополучной яблоней, где не хватало вышеупомянутого наливного яблочка. Кости отнес в лес, закопал их и загрустил по яблочку, над которым надругалась жена. Дойдя до своего огорода, он подобрал надкушенный фрукт, затем выкопал ямку, закопал его и поставил крестик с оградкой, шепча молитву и преклоняя колени.

Через некоторое время к фермеру на огонек пожаловал местный участковый. В одной руке он держал бутыль самогона, а в другой лукошко с зеленью, овощами да фруктами, глядя на которые наш фермер злобно прищурил глаза и молча ненавидя местного стража порядка, тихо ревновал к своим родным питомцам. Но ничего не говоря участковому, он указал рукой на сени, пропустил его вперед и яростно сверлил спину глазами.

– А где же Ваша благоверная? – сидя за столом, наливая в стаканы жидкость, произнес полицейский. – Я ее сегодня не увидел в приходе. Не захворала ли она?

У фермера налились глаза кровью и он, пристально глядя ему в глаза, проскрежетал:

– Она ушла. Совсем ушла, – и, вспомнив о наливном яблочке, опрокинул в себя стопку, затем положив на нее черствый сухарик, прослезился.

– Да вы закусывайте, закусывайте, – хрустя сочным огурцом, молвил участковый. – Вот, пожалуйста, берите яблочко, у меня в саду они отменные, отборные и наливные.

После этой фразы фермер презрительно посмотрел сначала на него, затем на предложенные фрукты и занюхал выпитое черствым хлебом.

Спустя некоторое время полицейский, захмелев и сильно шатаясь, отправился справить нужду. Упав на землю, увидел маленький крестик и оградку, после чего резко встав, выбежал за калитку, полагая, что у него началась белая горячка. Прибежав к фельдшеру, он попросил у него промывание желудка и капельницу, сильно переживая за свое психическое состояние.

Не дождавшись участкового, фермер, презрительно взяв лукошко и лопату, отправился в лес делать братское захоронение, которое сопровождалось определенными ритуалами, молитвами да заклинаниями.

Глава 2

На утро проснувшийся участковый с ужасом вспоминал о своем видении. Ему казалось, что это была галлюцинация, и он постепенно сходит с ума.

– Вот поеду я с оказией в город, да и навещу местную психиатрическую клинику, – бормотал он. – Я ведь еще молод, может быть продержусь до пенсии?

После чего он поднялся с постели и начал медленно собираться на работу. Дорога в участок проходила рядом с жильем фермера и участковый, поежась, отправился обратно, перейдя на соседнюю улицу огородами, попал в свой храм законопослушания.

Могилка не выходила у него из головы весь день, поэтому он принял решение на утро разведать, находится ли она еще там, и если находится, то обязательно узнает, что в ней лежит.

А в это время фермер из разноцветных листочков бумаги делал миниатюрные венки, подвязывая их черной ленточкой, собираясь украсить ими маленькую могилку.

На следующее утро, проснувшись и одевшись, полицейский отправился в свой огород, где сорвал несколько головок чеснока, затем взял нитку, просунул чеснок через нее, завязал узелок и надел это изделие себе на шею, затем отрубив веточку осины, обстругал ее и вышел на дорогу.

«Чертовщина, – с испугом думал он».

– Доброе утро Виктор Викторович, – окликнула его соседка, – Как… – осеклась она, видя сие зрелище.

– Производственная необходимость, – сдвинув сурово брови, ответил участковый. – Служба такая.

– Ну, дай бог, дай бог, – завздыхала соседка. – Удачи Вам.

Стараясь не выдать себя, участковый пересек дорогу, пригибаясь, очень осторожно открыл калитку и по-пластунски, перевесив чеснок на спину, начал держать курс к этой загадочной могилке. По прибытии, он чуть ли не потерял сознание, потому что к могилке добавились еще и миниатюрные веночки. Судорожной рукой он разбросал в стороны все эти знаки траурного ритуала и вцепился в землю, намереваясь откопать захоронение. В голове участкового вертелись самые ужасные мысли. Если бы рядом с ним находилось зеркало, то он увидел бы, как за считанные минуты его волосы стали седыми.

– Проклятая работа, – бормотал он. – Говорила мне мама, что я очень чувствительный и впечатлительный, а выбрал работу не по себе. Надо было слушаться ее, сейчас наверное ботаником бы стал или агрономом, ну на худой конец животноводом или…

Не успев додумать последнюю мысль, его пальцы коснулись чего-то мягкого, липкого и участковый, с ужасом одернув руку, побежал к себе в дом за совочком, лихорадочно соображая, что это могло быть. В избе страж порядка тщательно ополоснул руки и отправился искать совочек.

А в это время фермер обнаружил вырытую могилку, разбросанные по траве веночки, крестик да оградку. Негодуя, он установил все это обратно и залег в засаду, находящуюся рядом с поленницей, что приютилась около кособокого сарайчика.

Обратно полицейский возвращался к могилке подобным же образом, но уже с совочком.

«Но долг есть долг, – размышлял он, пытаясь почувствовать себя храбрецом и героем».

Вернувшись к злополучному месту, участковый с ужасом увидел восстановленную могилку, перекрестился, поправил чеснок на груди, расшвырял веточки по сторонам и, вонзив лопаточку в землю, начал копать. Опешив, полицейский с изумлением долго смотрел на протухшее яблоко и поэтому не заметил ног фермера, обутые в кирзовые сапоги. Спустя некоторое время участковый в задумчивости поднял глаза и обнаружил фермера, который пристально разглядывал полицейского.

– Что это такое? – прошептал Виктор Викторович.

– Яблоко, – ухмыльнулся фермер. – А то вы не узнали?

– Зачем все эти ритуалы? – недоумевал участковый, жалея, что не прихватил с собой кобуру, поскольку глаза у «веселого» фермера, мягко говоря, были очень бешеные и злые одновременно.

– Жена ушла и я просто был вынужден выполнить этот ритуал в память о ней.

Участковый встряхнул головой, в сознании началась вырисовываться некоторая картина, теперь он очень жалел фермера, полагая, что тот сильно страдает из-за разлуки и поэтому немного тронулся умом, зарыв в землю яблоко, которое наверное перед уходом надкусила жена.

– Извините, я пойду, – смущенно сказал полицейский и направился к калитке.

А в это время фермер, прихватив совочек Виктора Викторовича, старательно закапывал могилку, злобно глядя вслед удаляющемуся участковому.

Глава 3

– Вам телеграмма пришла, пляшите, – весело окликнула почтальонша фермера.

В телеграмме значился некий текст, из которого он понял лишь то, что к нему приезжают в гости тесть и теща и вообще они его любят и целуют. Как завороженный фермер смотрел на телеграмму, а особенно на литеры «ТЧК».

«ТЧК, ТЧК, ТЧК, – вертелось у него в сознании. – Как быть? – выйдя из ступора, задумался он».

Изрядно испив самогону, фермер нетвердой походкой направился в дом к Виктору Викторовичу, дабы признаться в содеянном, но войдя в избу, обнаружил распластавшегося на кровати участкового, который сильно храпел и поэтому он вынужден был отправиться восвояси.

«Не судьба, – думал он. – Значит так велено судьбой. Я хотел признаться в содеянном грехе, но буду теперь всегда молчать».

А в это время Виктору Викторовичу снился изрядно странный сон, в котором он маленькой лопаточкой откопал могилку и вместо яблочка обнаружил тело жены фермера.

На следующий день к калитке фермера подкатил красный «Жигуленок», неопределенной даты выпуска, из него выскочила молодящаяся дама, открыла калитку и увидев фермера, подбежала к нему, обняла и расцеловала.

– Зятек ты мой родной, – ворковала она. – Одень сейчас же сапоги, а то простудишься, – по-матерински наставляла она нашего фермера, целуя его в щеку и лоб.

Из автомобиля вышел импозантный седовласый пожилой мужчина и, открыв багажник, начал вынимать из него сумки. Затем он направился к калитке, вошел во двор, обнял фермера и поздоровался с ним крепким рукопожатием.

– Сынок, – баритоном молвил он, – подсоби перенести вещи, а то что-то в последнее время я начал сдавать, сил нет да и поясница болит.

Фермер, натянув на себя слащавую улыбочку, поспешил угодить гостям, которых он в душе ненавидел. Пока он переносил сумки с гостинчиками и подарками в дом, пожилая пара осматривала хозяйство, которое она же и оставила своей дочери.

– А все же молодец зятек, – ликовал мужчина, на что получал одобрительный взгляд любимой жены.

– Вот это яблочки не то что у нас в городе, – прохаживаясь с женой вдоль грядок и сада, восхищался он, не замечая как фермер, спрятавшись в сарайчике, злобно и пристально смотрит на них.

Попрятав все ценные вещи в доме, фермер пригласил их за стол, на котором красовались подарки родственников и предложил испить чаю. Гости уселись за стол и начали грызть сахар, прихлебывая его чаем.

– А где же наша Ладушка? – мягко произнесла теща.

В воздухе повисло долгое молчание.

– Пойдемте в огород, – нашелся фермер, – подождем ее там все вместе.

Пожилая чета рука об руку направились в огород и, ожидая дочку, рассматривала ягоды да овощи.

– Ой, смотри какой красивый крыжовничек, – восхитилась дама, указывая на куст, и с этими словами сорвала с него две ягодки, одну из которых предложила отведать мужу.

Команда «фас» в голове у фермера сработала моментально и он, выскочив из сарайчика, в котором подглядывал за пожилой парой, двумя ударами в лицо положил их в грядку, а затем направился в дом за веревкой. Спеленав родственников, фермер потащил их в погреб, втолкнул в яму и закрыл люк, поставив на него пудовую гирю и бочонок с солеными огурцами.

Наступило утро, утомленные узники спали в холодном, сыром погребе, Виктор Викторович готовился к выходу на службу, а фермер куда-то пропал.

«Откуда взялась эта машина, – подумал участковый, проходя мимо забора фермера».

«Я ее здесь раньше не видел, – и с этими мыслями Виктор Викторович отправился дальше к месту службы».

Поскольку в отделении полиции компьютера не было да и дел особых не имелось, участковый решил направиться в город, дабы посетить психиатрическую лечебницу, затем зайти к местным друзьям-коллегам и узнать по базе данных кому принадлежит сей автомобиль, он оседлал своего верного железного друга и отправился в путь.

Глава 4

Пока участковый отсутствовал, проявился фермер с большим черным мешком и, открыв калитку, отправился в дом к погребу. Открыв люк, фермер высыпал на пожилую чету фрагменты костей.

– Вы искали ее, – засмеялся он, – получите и распишитесь.

Затем опять закрыв люк и поставив на него гирю и бочонок, отправился в свой огород выполнять ритуалы плодородия. Раздевшись донага, он стал вытанцовывать придуманные им же самим танцы. Поскольку в селе не было участкового, он иногда позволял себе непотребство и выбегал на улицу, пристраивался к березке и резко двигал задом вперед-назад, затем убегал обратно и его семенная жидкость попадала на растущие на грядке кабачки.

А в это время участковый с коллегами пробивали номер автомобиля, пытаясь узнать кому он принадлежит.

Выяснив, что автомобиль принадлежит родственникам фермера, Виктор Викторович почесал лоб и сильно задумался.

Нарезвившись фермер отправился к себе на участок и одевшись продолжил изучать свой огород, негодуя над варварами, которые осмелились сорвать две ягодки.

Из погреба доносились гулкие удары в люк и уже не баритонный голос требовал выпустить их на свободу или хотя бы дать выпить воды, но фермер на это не обращал никакого внимания. Он, усевшись на гирю, пытался открыть бочонок с огурцами краем сознания понимая, что он делает что-то не так.

– Да, точно, – осенило его, – огурцы надо выпустить на свободу.

Его помутившийся разум только этого и желал, поэтому взяв большой камень, он с силой начал бить им о стенку бочки, заглушая стук, доносившийся из-под его ног. Не пробив камнем бочонок, фермер расплакался и начал бегать по своему огороду да саду, вырывая на своей голове волосы и повторяя одну лишь единственную фразу:

– Темные силы не выпускают их на свободу.

Внезапно он получил удар в лоб и поднял глаза вверх, увидел над собой яблоню, затем опустив очи вниз, обнаружил яблоко, сорвавшееся с ветки. Фермер потер лоб и принял решение: «Казнь – за предательство».

Жители села очень хорошо запомнили историю, в которой фермер, очистив от кожуры яблоко, которое держал на вытянутых руках, обошел все улицы, дома и огороды, а затем вернувшись обратно мрачно поставил пенек, достал топор и положив на пень плод, начал его кромсать, приговаривая:

– Ты предало меня.

Местные жители столпившись у калитки фермера заворожено смотрели на его манипуляции.

Окончив казнь, фермер строго пригрозил провинившейся яблоне и бросив на тропинку топор, гордо отправился в дом. Поскольку представление было окончено, сельчане расходились по домам, бурно обсуждая происходящее, сочувствуя фермеру, понимая что от него ушла жена Ладушка, и он по этому поводу начал сильно чудить.

Виктор Викторович вновь оседлал своего железного друга и отправился обратно в свое родное село, наметив целью своей остановки участок фермера. Он не успел въехать в село, как дедуля в шапке-ушанке замахал участковому руками, требуя остановиться на что, проявив участие, страж порядка откликнулся и предложил пенсионеру место в коляске мотоцикла.

– Да не затем… – энергично жестикулируя руками проорал дед. – Беда, фермер сошел с ума! – восклицал он.

Подъехав к участку фермера, Виктор Викторович ничего подозрительного не обнаружил, но все же расстегнул кобуру и снял пистолет с предохранителя.

«Жигуленок» все так же стоял на своем месте, за калиткой было тихо. Увидев участкового, фермер дружелюбно направился к нему на встречу и первым протянул руку.

– Проходите в беседку, – указав направление рукой, мягко сказал фермер.

– А может быть все-таки в избу? – проявляя интерес к ней, допытывался Виктор Викторович.

– Там ремонт и очень грязно! – резко выкрикнул фермер.

– Ну в беседку, так в беседку, – молвил участковый благодушным голосом, стараясь отвести подозрение на свой счет.

Прошли в беседку и уселись в ней.

– Какие яблочки у Вас, – восхищался полицейский, краем глаза наблюдая за фермером и то ли почувствовал, то ли увидел, что кулаки у фермера сильно сжались и он ощутил волну ненависти.

«Так, иду по правильному пути, – размышлял Виктор Викторович».

Фермер, чувствуя ревность к своему саду, задумал нехорошее.

Участковый это почувствовал и повел беседу с ним на иной лад.