Читать книгу "Невеста врага"

Глава 8

На обратном пути мы с Фарретом почти не разговаривали. Мои мысли были только о ребенке и опасности, которая грозила нам обоим, если я не раздобуду этот чертов раниган. Да и вся эта история с Первородными сильно напрягала. Просто голова пухла от всего, а выход из паутины, в которой я вязла все сильнее, становился все призрачней.

Фаррет тоже всю дорогу о чем-то думал, нахмурив брови и нервно щелкая костяшками пальцев. Он предлагал старику Ноа отправиться с нами, поселиться в замке, но тот категорически отказался, лишь оставил свой адрес, где его можно отыскать в случае необходимости.

– Мне нельзя надолго отлучаться из дому, так мой дар ослабевает, – пояснил он. – Но я буду счастлив, если вы пришлете мне весточку, когда найдете раниган. Я буду за вас просить богов и духов Первородных. Они помогут вам…

В замке Фаррета снова радостно встречал Грозный, ко мне же он не подошел, только с опаской поглядывал в мою сторону. Похоже, мне придется потрудиться, чтобы завоевать его расположение.

– Сьер Фаррет, – окликнула я, когда тот вознамерился уйти.

Он посмотрел на меня вопросительно.

– Где я могу узнать подробнее о Первородных? – спросила я. – Из сегодняшнего откровения я мало что поняла, а оставаться в неведении, думаю, чревато для меня неприятностями. Гард лишал меня любой мало-мальски полезной информации… Поэтому мне бы очень хотелось…

– Я подумаю, чем помочь, – кивнул Фаррет. – Сам я тоже не силен в этом вопросе, но попробую что-нибудь найти…

– Спасибо. – Я улыбнулась, а он поспешно отвел глаза и быстрым шагом направился к лестнице.

В комнате меня ждала Лора. Сразу бросилась навстречу, без лишних слов помогла переодеться, подала стакан прохладной воды, что было весьма кстати в такой-то зной. Мой взгляд случайно упал за окно: снова Петра. Разгуливает как ни в чем не бывало.

– Лора, а сьера Петра еще не уехала? – спросила я с напускным равнодушием.

– А разве она куда-то собиралась уезжать? – удивилась служанка.

– Я слышала, что она хотела покинуть замок. – Я все так же наигранно зевнула. – Но, возможно, мне показалось…

– Нет, сьера Петра не давала никаких указаний по поводу отъезда, – ответила Лора. – У нее, конечно, другие слуги, но я бы уже знала, если бы это было так.

– Значит, точно показалось…

Я, допив воду, отошла от окна. Раз Петра все еще в замке, значит, Фаррет ей позволил остаться. Не зря же она утром от него выходила, правда, была не особенно довольной… Возможно, они даже повздорили. Тем не менее она так никуда и не уехала. Мне не нравилась эта Петра. Более того, я ощущала исходящую от нее опасность. Если только это не обычная ревность… Может, я преувеличиваю?

Я не заметила, как Лора ушла. Наверное, за обедом. И это было бы отлично: я порядком успела проголодаться. Однако вернулась служанка нескоро и сразу протянула мне две толстых книги, в одной из них я узнала ту самую со сказками и легендами, которую пыталась прочитать у Гарда. Выходит, у Фаррета такая тоже есть?

– Сьер просил передать вам книги, – сказала Лора, – а также пригласить пообедать вместе с ним.

Совместный обед? А вот это совсем неожиданно! Я даже занервничала. С чего бы это?

– Спасибо. – Я забрала книги, переложив их на край комода. – Так сьер Фаррет уже ждет меня?

– Да, в малой столовой, которая примыкает к его спальне и кабинету.

– Хорошо, сейчас буду. – Я кивнула, лихорадочно соображая, с чего бы это получила подобное предложение.

– Вам помочь переодеться? – предложила Лора.

– Нет, я не буду переодеваться. – Я окинула взглядом свое легкое светло-зеленое платье. – Просто помоги привести в порядок волосы, а то они растрепались.

– Спасибо за приглашение, – с этими словами я зашла в столовую, куда меня провела моя охрана. Фаррет уже сидел за накрытым столом, но при виде меня поднялся.

– Я решил, что нам необходимо все основательно обсудить и, возможно, проанализировать, – сказал он, а слуга уже торопливо отодвигал рядом с ним стул для меня. – Я имею в виду тайну, которая нам сегодня открылась.

– Да, было бы неплохо, – согласилась я. – И спасибо еще за книги, которые вы мне передали. Вечером их непременно прочту.

– Буду рад, если они помогут. Правда, это всего лишь сказки…

– Только одну из таких книг Гард не позволил мне читать, даже пригрозил, – усмехнулась я. – Вырвал из рук и запретил даже подходить к библиотеке.

– Любопытно. – Фаррет сделал глоток из бокала с вином. – Значит, там есть что-то ценное. По всей видимости, как раз о Первородных… Тим, – обратился он к слуге. – Найди горничную сьеры и попроси ее принести книги, что я давал, обратно. Мы прочтем их вместе, не против? – уточнил он уже у меня.

– Нет. Конечно нет… – энергично замотала я головой. – Так даже будет лучше. Вы сможете объяснить мне вещи, которые я могу не понять. – Я чуть улыбнулась и кивнула слуге, который поставил передо мной первую закуску: мясной паштет со свежими травами.

Первые минуты обеда беседа не особо ладилась. Мы снова молчали, и тишину в столовой нарушал лишь стук приборов. Я, чтобы не просто пялиться в тарелку, украдкой разглядывала обстановку: не так помпезно, как у Гарда, но в этой простоте чувствовался стиль и хороший вкус. И цветовая гамма приятна глазу: персиковый, оливковый и бледно-желтый.

Вместе со слугой, который принес нам книги, в дверь просочился Грозный и сразу кинулся к Фаррету.

– Опять еду будешь выпрашивать? – Тот делано нахмурился, но глаза его улыбались.

Грозный стукнул хвостом по полу и умоляюще уставился на хозяина.

– Невыносимый пес, – вздохнул Фаррет и вручил ему куриную ножку, которая сразу с хрустом исчезла в большой пасти.

Но через секунду взгляд Грозного стал таким же просящим.

– А можно я тоже дам ему что-нибудь? – робко поинтересовалась я.

Фаррет пожал плечами:

– Если он возьмет…

Я сняла с вилки кусочек мяса и, положив на ладонь, протянула собаке:

– Грозный… Будешь?

Тот, гипнотизируя угощение взглядом, переступил с лапы на лапу, облизнулся и сделал нерешительный шаг ко мне. Затем еще и еще. Остановился совсем рядом, повел мокрым носом, принюхиваясь, и все-таки посмотрел на хозяина, будто спрашивая: «Можно я съем эту вкусняшку?»

Фаррет едва заметно кивнул – и лакомство тут же слизнули с моей ладони.

– Еще? – Я потянулась за новым кусочком, а Грозный безотрывно следил за моей рукой.

– Ешь сама, – ворчливо проговорил Фаррет. – С него хватит. Он не голодный, его подкармливает вся кухня. Еще несварение получит с таким обжорством.

– Тогда только один кусочек, последний. – Я усмехнулась и угостила Грозного еще. Потом осмелилась потрепать его по холке, а он даже не сопротивлялся. Неужели получилось? – Хороший пес… Умный…

– Но за кусок курицы душу продаст, – вставил Фаррет тоже с легкой усмешкой.

– Теперь я буду знать, чем завоевать его сердце. – Я тихо засмеялась и почесала Грозного за ухом.

Когда мы перешли к десерту – фруктовому сорбету, я сама предложила наконец заглянуть в книги.

– Вот такую отобрал у меня Гард, – показала я на «Сказки и легенды». – Я в ней едва два абзаца прочитала. Вот, это самое место, – я нашла страницу: – «…И создали боги мужчину и женщину, отличную от иных, живших на земле. Вложили в них искру своей силы, дабы они могли творить добро и справедливость от их, богов, имени. Их магия была особенной, им подчинялись все стихии, но пользоваться ею они могли лишь изредка и только бескорыстно, а еще во благо. И Свет, который они несли в себе, боялось все Зло». Кажется, это именно о Первородных.

– Да, именно. – Глаза Фаррета тоже забегали по строчкам. – Я помню, читал эту книгу в детстве. У нас с братом была старая нянька, она очень любила рассказывать о Первородных, только мы не воспринимали ее истории всерьез. Это была всего лишь одна из версий происхождения людей, обладающих магией. То есть мы, те, кто способен владеть стихийной магией, пошли именно от Первородных. Только если верить этим сказаниям, они могли управлять всеми стихиями одновременно…

– В то время как вы только одной, да? – уточнила я.

Фаррет кивнул:

– Маги высшей ступени способны подчинить еще и близкую стихию, но все равно владеют ею намного хуже, чем основной… Смотри, тут написано о Тенях…

Я вздрогнула, и Фаррет заметил это:

– Что случилось?

– Я вспомнила, как меня чуть не утащили эти… Тени. – От нахлынувших воспоминаний в горле пересохло, и я сделала несколько глотков уже остывшего чая из чашки.

– Да, ты ведь рассказывала… – Фаррет замер, будто обдумывая какую-то мысль, но вслух ее не озвучил. Вместо этого спросил: – Где метка, которую мы тебе ставили?.. Точнее, Теолле.

– Гард стер ее какой-то жидкостью.

– Я так и думал…

– Так что там написано о Тенях? – напомнила я.

– В этой легенде говорится, – Фаррет подвинул книгу к себе ближе, – что раньше Первородные охраняли земли от демонов Пустоши, но когда они ушли, Теневая Пустошь стала разрастаться… И это действительно так. С каждым годом Пустошь отвоевывает себе все больше пространства, и это беспокоит людей и магов.

– Да, я видела карту, – сказала я. – Пустошь отделяет земли, не дает им граничить между собой. Значит, так было не всегда?

– Не всегда. – Фаррет покачал головой. – На старинных картах Пустошь находилась лишь на востоке. Да что рассказывать, идем покажу…

Он встал и поманил меня за собой. Мы поднялись в его кабинет, и Фаррет достал из шкафа несколько свитков:

– Вот. Эта карта трехвековой давности… Эта – семивековой… А вот эта, восстановленная и перерисованная уже в более позднее время, она создана около тысячи лет назад. Здесь и вовсе Пустошь – едва заметная область.

– Она разрасталась, точно корни пускала или щупальца, – заметила я, рассматривая и сравнивая карты.

– Верно. У меня те же ассоциации. А вот это уже современная. – Фаррет подошел к большой карте на стене.

– Кошмар… Да эта Пустошь занимает, наверное, треть всего пространства! А что будет дальше? Ведь это настоящая катастрофа. А правительство оставшихся земель что-то предпринимает по этому поводу? Пробуют это остановить? – Наверное, я произнесла все слишком эмоционально, поскольку Фаррет не ответил, лишь перевел на меня заинтересованный взгляд. На его губах мелькнула легкая, даже удивленная усмешка, которую, правда, он быстро спрятал и стал вновь серьезным. А потом вдруг спросил:

– Как тебя зовут?

– В смысле? – Я несколько опешила.

– Как твое имя? Настоящее.

Глава 9

Роун Фаррет

– Как тебя зовут? – Он все же задал этот вопрос.

– В смысле? – Она, кажется, испугалась.

– Как твое имя? Настоящее, – повторил Фаррет настойчивей.

– Разве это уже важно? – Она опустила глаза и печально улыбнулась. – Меня ведь все равно нет.

– Мне важно, – ответил Роун. – Возможно, мне так будет проще. Привыкнуть, что ты не… Теолла.

– Что же… – усмехнулась она. – В моем мире меня звали Наташа.

– Наташа? – Фаррет попробовал произнести за ней. – Похоже на имя нагов…

Она на миг задумалась, а потом засмеялась:

– Возможно. У них действительно имена «шипят», во всяком случае, у тех, кого мне довелось узнать. Но меня можно называть и Наталья, и Натали, и даже просто Ната. Хотя я не очень люблю последнее обращение. Так что выбирайте на ваш вкус… Или как проще.

– Хорошо. – Фаррет тоже улыбнулся, а она снова смутилась и быстро перевела тему.

– Это ведь порталы? – Ее палец стал двигаться по карте.

– Да, они разные по силе. Чем сильнее портал, тем большее расстояние можно преодолеть с помощью него, – попытался объяснить Роун.

Но Наташа (он все же остановился на этом варианте имени, поскольку оно было менее всего созвучно с «Теоллой». Да и не совсем обычное) перебила его:

– Да, я читала об этом в книге из библиотеки Гардов, перед тем как пыталась бежать от него.

– Ты хотела сбежать от него? – Она все больше удивляла его.

– Неудачно. Но это долгая история, давайте расскажу ее в другой раз? – Наташа продолжала с интересом рассматривать карту. – Порталы… Как вспомню, через сколько из них мне пришлось пройти…

– Кстати, а Гард никогда не объяснял, почему вы на пути в Ваи делали такой огромный крюк, хотя можно было доехать менее чем за день? – спросил Фаррет.

– Мне он вообще не особо стремился что-то объяснять, – вздохнула Наташа. – А насчет дальней дороги твердил одно: кругом враги, мы путаем следы, бежим от Фаррета. – Я уже рассказывала, что одну ночь даже под открытым небом ночевали.

– И это странно, очень странно… – Фаррет задумался.

– Да, еще и документы были поддельные… – добавила Наташа.

– Что ж у него на уме?..

– Сьер Фаррет, к вам генерал, – заглянул в кабинет слуга.

– Пусть заходит, – кивнул Роун.

– Привет. – Вилтор вошел стремительной походкой, будто спешил. – Добрый вечер, сьера…

– Виделись, – усмехнулся Фаррет. – Что стряслось?

– Мне тут пришла идея насчет порталов, – отозвался генерал. – Помнишь, мы раздумывали над тем, почему Гард едет в обход?

– Надо же. – Фаррет переглянулся с Наташей. – Ты вовремя. А мы только об этом говорили. Правда, пока так ничего и не придумали.

– А я, кажется, понял, в чем дело. – Генерал, не спрашивая разрешения, взял со стола кувшин с водой и налил себе стакан. Сперва осушил его залпом и затем уже продолжил: – Порталы чувствительны к любой магии. И чем сильнее портал, тем более точно фиксирует магические колебания от тех, кто через него проходит. У Первородных особый магический фон, об этом даже старик говорил. И даже если способности не разбужены, его могут ощутить сверхчувствующие, например, их хранители. Уверен, что и порталы, в частности сильные, тоже.

– Хочешь сказать, Гард боялся не погони, а того, что во время перехода через порталы откроется сущность Теоллы? – Фаррет даже не мог предположить, что ответ окажется так прост. – Поэтому выбирал слабые, чтобы было больше шансов пройти незамеченными…

– Именно. – Генерал налил еще воды. – Фух… Ну и духота сегодня. Похоже, будет дождь. А порталы… Стражники у сильных порталов точно бы засекли необычные магические возмущения и передали эту информацию в Совет. А наги, между прочим, одни из тех, кто безоговорочно верят в так называемую теорию Первородных, так что они бы могли и о происхождении этих возмущений догадаться… Да и в Совете немало тех, кто верит в них и ждет их возвращения. Таких же скептиков, как ты, – меньшинство.

– Да, похоже, уже и я перестал им быть. – Фаррет переплел руки на груди. – Мне больше ничего не остается делать… Ведь мне обещают наследника Первородного…

– Теперь многое начинает сходиться, – продолжил он после некоторых раздумий. – Гард одержим идеей стать отцом Первородного и обрести некие мифические блага. Его силу, власть, чем там еще бередит его прогнившую душонку?

– Поэтому старик Ноа прав: сьере, – генерал бросил на встревоженную Наташу взгляд, но «Теоллой» деликатно не назвал, – нужно поскорее вернуть раниган. Боюсь, Гард сейчас в поисках иных путей для достижения своей цели. Особенно если ему уже стало известно о его шпионке Моране…

– Треклятый раниган. – Фаррет с шумом выдохнул и тоже посмотрел на Наташу. – Ты знаешь, где он находится?

– Во всяком случае, я видела его в спальне Гарда, в шкатулке, которую он прятал в комоде, – отозвалась она. – Но вдруг он решит его перепрятать? А если еще поймет, что я знаю…

– А вот это по возможности необходимо сохранить в тайне, – заключил Роун.

– Но некоторые слуги могли услышать наши разговоры, – заметила Наташа. – Например, в столовой. Мало ли…

– Я позабочусь о том, чтобы они все молчали, – заверил ее Фаррет. – Второй Мораны в моем замке не будет…

Мне было приятно, когда Фаррет назвал ребенка, которого я носила, своим наследником. Значит, он все же рассматривает его всерьез, и Теолла, пожалуй, может быть за это спокойна. А вот то, что Фаррет решил узнать мое имя, радовало и в то же время волновало. Нет, я не тешила себя надеждой, что он за оболочкой Теоллы пытается разглядеть меня настоящую, да и слишком мало времени прошло, чтобы утихла его боль потери, просто это стало еще одним шагом к сближению и шаткому миру между нами.

– Значит, у нас два пути, чтобы достать раниган, – продолжил меж тем наш важный разговор Фаррет. – Первый: заставить каким-то образом Гарда вынести амулет за пределы его замка, а лучше и Ваи. Второй: проникнуть в замок самим и забрать его.

– Даже не знаю, какой из них реальней. – Я покачала головой, вспоминая крепостные стены Гардов. – Возможно, первый. Но каким образом это осуществить? Не представляю. Гард и без того очень мнительный, а тут еще и амулетом рисковать…

– А если силой? – предложил Фаррет. – Подогнать войска и взять замок в оцепление. Можно у Морая помощи попросить.

– С ума сошел? Хочешь под трибунал за нарушение пакта о ненападении и правил Конфедерации? – Генерал бросил на него усталый взгляд. – Еще и Морая за собой потащить?

– Морая можно и не втягивать в это дело, – согласился Фаррет. – А в остальном… Ну и к демонам, если нарушу. Главное, Гарда наказать и амулет получить.

– Это неразумно, Роун, – повторил генерал. – Горячиться в таком вопросе нельзя. Нужно все тщательно продумать. Прикинуть разные варианты. Ты же не хочешь, чтобы кто-то пострадал?

– Хорошо. Ты прав. Будем думать. Если у тебя появится какая-нибудь толковая идея, сразу сообщай мне. Я тоже сделаю так же, если в голову придет светлая мысль.

Наша беседа продлилась недолго: «толковые идеи» никак не хотели рождаться, и мы начали ходить по кругу. Когда небо за окном затянуло серыми низкими тучами, генерал откланялся. Я тоже отправилась к себе: день выдался насыщенным, и уставший организм настоятельно требовал отдыха. К моменту, как я оказалась в своей комнате, небо окончательно прорвало. Дождь бил в окно, полыхала молния, стекла сотрясало от раскатов грома. Лору, которая вся дрожала в страхе перед непогодой, я отпустила, осталась одна. Сама я не особо боялась грозы, иногда даже любила сидеть около окна, смотреть на озаряемое белыми вспышками небо и о чем-нибудь думать, вспоминать, мечтать… Но сегодня я настолько устала, что хотелось лишь растянуться на кровати. Жаль, что ужин еще не очень скоро, так бы уже и ко сну можно было готовиться.

Однако лежать без дела оказалось скучно. Тогда я переместилась к зеркалу, распустила волосы и стала их расчесывать. Из-за непогоды в комнате царил полумрак, но всполохи молний то и дело озаряли ее на доли секунды ярким светом. В одну из таких вспышек взгляд случайно упал на мою грудь в зеркальном отражении. Я застыла, ибо то, что успела заметить, было невероятным. «Нет, мне показалось, точно показалось», – твердила себе я, пока пыталась зажечь свечи. Наконец у меня получилось, и я вернулась к зеркалу.

Нет, не показалось… По спине прошел холодок, в следующее мгновение сменившийся жаром: в ложбинке груди отчетливо виднелась родинка. Точь-в-точь как у меня в прошлой жизни, на прошлом теле. Но ведь у Теоллы такой никогда не было! Да что там, сегодня утром ее еще не было! Я попыталась потереть родинку, думая, что это пятно, иллюзия. Но даже спустя пять минут интенсивного натирания и соскабливания пальцем родинка была на месте. Да что за чертовщина такая? Как на теле Теоллы могла появиться моя родинка?

Это было настолько ошеломительно, что я ушла в себя, в свои мысли, и не заметила, как гроза прекратилась. За окном даже посветлело, хотя дождь еще накрапывал, тихонько стуча по стеклу.

– Сьера, – вернулась Лора, – вам тут записку передали…

– Кто? – Я и вправду не могла взять в толк, кто это мог быть, ведь кроме Фаррета и Лоры в замке я почти никого не знала и ни с кем не общалась.

– От сьеры Петры.

От кого?

И что сегодня за день? Шок за шоком. И что этой Петре от меня надо?

Записку я брала с опасением, но ее содержанию все же удалось снова потрясти меня: «Теолла! Раз нам уж суждено жить в одном замке, предлагаю перемирие и приглашаю тебя к себе сегодня на ужин. Поверь, нам есть что обсудить. И тебе это будет особенно интересно. У меня есть информация, которую ты отчаянно ищешь. Жду тебя в восемь тридцать. Только прошу, Роуну ни слова. Он не одобрит нашу встречу».

– Сьера? – Голос Лоры вывел меня из ступора, в который я вновь впала. – Все в порядке? Вы как-то изменились в лице.

– Да, все в порядке, – отозвалась я, все еще плавая в своих мыслях. – Помоги мне привести себя в порядок. Я иду на ужин к сьере Петре.

Глава 10

Да, я совершенно не знала, чего можно ожидать от Петры, потому готова была к разному развитию событий. Однако ее обещание рассказать мне нечто важное интриговало. Вдруг она знает, кто пытался убить Теоллу? Конечно, Петра может потребовать от меня что-то взамен, но разберусь с этим на месте. Разберусь… К тому же я шла к ней не одна, а со своей охраной.

Весь сад после дождя был покрыт прозрачным бисером капель, то и дело приходилось перепрыгивать или огибать лужи, зато воздух был таким пьяняще свежим, влажным, объемным. Охрана следовала на несколько метров позади, я слышала лишь их шаги и тихий лязг оружия.

– Надеюсь, ты не возьмешь своих мальчиков в обеденный зал? – поинтересовалась Петра, встречая меня на крыльце. Она была нарядно одета и причесана и излучала радушие. – Они, конечно, очень хороши, но хотелось бы поужинать без их присутствия. Они могут подождать в холле.

– Останьтесь здесь, пожалуйста, – попросила я охранников. – Я не задержусь.

На их лицах промелькнуло сомнение, но в конце концов они выполнили мою просьбу, и в столовую я уже входила одна. Ужин был накрыт на две персоны: запеченная птица, овощи, закуски.

– Выпьем за примирение? – Петра показала на вино.

– А мы разве воевали? – уточнила я сдержанно. – И, прошу прощения, но я вино не буду.

– Ну да, конечно. Извини. – Петра будто была раздосадована этим, и у меня даже промелькнула мысль, что она хотела меня либо напоить, либо подсыпала что-то в вино.

– Тогда я выпью сама, – продолжила она, жестом подзывая слугу и указывая себе на бокал.

Нет, кажется, я ошиблась. И что за глупости в голову лезут? Уже собственной тени начинаю бояться.

– Так о чем вы хотели со мной поговорить? – спросила я, поглядывая, как другой слуга раскладывает по нашим тарелкам закуски.

– Давай вначале на «ты», – улыбнулась Петра. – А то я чувствую себя старухой, хотя мне всего двадцать пять.

Я на это неопределенно пожала плечами и тоже слегка улыбнулась.

– Первым делом о Фаррете, – продолжила она. – Мы с тобой вынуждены делить его между собой, и это, безусловно, неприятно.

– А ты разве не собиралась уезжать? – Да, прозвучало довольно нагло и вызывающе, но я не могла не задать этот вопрос. Заодно было интересно посмотреть на ее реакцию. Да и в сладкие улыбки ее не верилось.

Я оказалась права: она изменилась в лице и не сразу смогла вернуть на него прежнее дружелюбное выражение.

– Я извинилась перед Роуном за свою несдержанность, и он дал мне возможность остаться здесь еще несколько дней. Просто Роун очень благороден и знает, что мне некуда идти. Во всяком случае, не так быстро. Мне нужно время…

– Ясно. – Я подождала, пока она отправит в рот кусочек паштета, и только после этого решилась попробовать его сама. – Так что за важную информацию ты хотела мне открыть?

– Давай поедим сперва, а когда будем ждать десерт, я все тебе расскажу, – снова ушла от ответа Петра и позвала служанку: – Вейта, принеси свечи, цветочные… Уже темнеет.

Когда служанка вернулась, Петра забрала у нее свечи, красные, необычной овальной формы:

– Я сама зажгу их, иди… – и улыбнулась уже мне: – Люблю зажигать свечи… Меня это успокаивает. И огонь – моя любимая стихия. Как и Роун…

На последнем ее слове я едва не поперхнулась, но она сделала вид, что ничего такого не произошло, и стала поджигать фитили. По комнате сразу поплыл аромат каких-то цветов, вроде приятных, но при этом несколько удушающий. Вскоре принесли долгожданный десерт, и когда мы вновь остались одни, я повторила, уже в который раз, свой вопрос:

– Что ты мне хотела сказать?

– Я знаю то, что тебя волнует, – с таинственной улыбкой ответила Петра и облизнула ложечку от шоколадного крема.

– И что же это? – сама я пока не притронулась к десерту. Да и мутить что-то стало, поэтому я лишь медленно перемешивала крем в хрустальной пиале.

– Ты хочешь знать, кто желал твоей смерти и собирался убить.

Сердце дрогнуло. Это именно то, ради чего я сюда пришла.

– А ты знаешь? – Я посмотрела ей в глаза.

– Возможно, – и снова таинственная улыбка.

– Если знаешь, то говори, – потребовала я, потирая виски. Стало как-то душно, и закружилась голова, точно пьяная. Еще и этот запах сладкий…

– А если это я?

Я вновь вскинула на нее взгляд, на этот раз изумленный.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – Почему-то не было страшно, только искреннее недоумение.

Петра расхохоталась:

– Поверила, что ли? Да меня тогда уже в замке и в помине не было, ты что, память потеряла? Выставил меня тогда Роун, из-за тебя, между прочим, – а вот последнее прозвучало с агрессией и даже ненавистью. – Служанка это все сделала, Морана. Все она, хоть не признается. И украшения она украла, и остальное…

– Ясно. – Я поднялась из-за стола. И зачем я сюда пришла? – Спасибо за ужин, Петра.

Голова кружилась все больше, а тело будто ослабло.

– Так мы с тобой теперь подруги? – Петра тоже подскочила.

– Для подруг мы не так уж близки, но добрые отношения поддерживать можем. – Язык тоже едва шевелился. Да что ж это такое? Неужели так устала за день и разомлела от еды?

– Ну хоть так. – Петра оказалась рядом. – Я провожу тебя. Спасибо, что пришла. Я уж и не надеялась…

– Идем, – кивнула я охранникам, которые ждали меня за дверью.

Я думала, на воздухе мне станет легче, но мое состояние ухудшалось с каждой минутой. Я мечтала только дойти до своей комнаты, упасть на кровать и закрыть глаза. Конечно, можно было заподозрить в этом Петру, но я ведь была осторожна, ничего не пила, а ела только то же, что и она.

Наконец замок. Каждая ступенька лестницы давалась с трудом, точно к ногам привязали гири. Перед глазами уже все плыло, в голове шумело, я едва различала предметы. И душно, как же душно, прямо воздуха не хватает. В какой-то момент я все же оступилась. Лестница стала уходить из-под ног, я начала падать… Сознание тоже стало угасать, и последнее, что я успела почувствовать, как оказалась в чьих-то объятиях.

Роун Фаррет

Он увидел ее из окна. Теолла, вернее, Наташа, вышла из замка и направилась в сторону сада. Ее походка была быстрой и решительной, потому Роун засомневался, что она решила просто прогуляться. Благо охранники следовали за ней…

И все же он позвал Лору, ее служанку.

– Куда ушла сьера? – спросил ее Фаррет.

– Сьера Теолла отправилась на ужин к сьере Петре, – ответила та.

– К Петре? – Роун не смог скрыть удивления.

– Да, сьера Петра прислала ей записку с приглашением, и сьера Теолла согласилась, – пояснила Лора. – Она сказала не волноваться, что долго не задержится там.

Фаррет отпустил служанку, а сам погрузился в тревожные мысли. Что это Петра удумала? Кажется, зря, очень зря он разрешил ей остаться еще на несколько дней, чтобы дать возможность собраться. Конечно, она и вовсе раздумала покидать замок, ради этого и приходила утром, просила прощения, но Роун был непреклонен. Он лишь дал ей отсрочку, не больше. Как бы и об этом не пожалеть… Петра была эмоциональной женщиной, даже взрывной, и она вполне могла устроить скандал на ровном месте. А Теол… Наташе это может навредить.

Может, навестить их самому?

Но его отвлек дворецкий, принеся послание от Лукаса Морая. В письме ничего серьезного не оказалось, Лукас лишь интересовался, как поживает сам Роун, и намекал о возможном обеде в его резиденции в Йорте, Теоллу тоже приглашал. Ответ на письмо Фаррет отложил на потом и вернулся мыслями к Наташе и Петре. Еще раз взглянул в окно и с облегчением заметил, что Наташа возвращается. Правда, в следующий миг вновь насторожился: она шла как-то странно, покачиваясь и заплетая ногами. Казалось, она пьяна, однако Фаррет не мог поверить, что Наташа разрешила бы себе напиться до такого состояния, будучи беременной.

Он поспешил ей навстречу. Застал ее уже на лестнице. Наташа едва передвигала ногами, на лбу выступила испарина. А потом она покачнулась и стала заваливаться назад. Один из охранников успел ее подхватить, но Фаррет уже тоже оказался рядом.

– Что с ней такое? – Он забрал бесчувственную девушку себе на руки. – Вы что, не видели, в каком она состоянии?

– Мы думали, она выпила немного со сьерой Петрой, – ответил кто-то из них.

– Идиоты, она беременна! Не можете отличить пьяного от больного? – гаркнул Фаррет и помчался наверх, в ее спальню. – Лекаря позовите, немедленно!

– Лора, помоги раздеть сьеру, – бросил он уже испуганной служанке и положил Наташу на кровать.

– Что с ней, сьер? – Та сразу стала развязывать тесемки ее плаща.

– Откуда мне знать? – нервно отозвался он, наклоняясь к девушке ближе и пытаясь расслышать ее дыхание или стук сердца.

– Дышит? – с замиранием в голосе спросила Лора.

– Кажется, да. Принеси полотенце или что-нибудь, чтобы протереть ее. Видишь, она вся в испарине. И смотри за ней, я сейчас вернусь.

У Роуна было еще одно дело, не терпящее отсрочки.

– Приведите сюда сьеру Петру, – приказал он стражникам. – И как можно быстрее. Пусть ждет в кабинете.

– Как она? Не пришла в себя? – Фаррет тотчас возвратился в спальню к Наташе.

– Нет, сьер, только постанывает иногда, – отозвалась Лора, осторожно протирая ее лоб полотенцем.

– Где же лекарь? – Роун нетерпеливо выглянул в окно.

Но тот уже входил в комнату.

– Что случилось, сьер?

– Дансетт, – Фаррет бросил взгляд на старого доктора, который лечил еще его родителей, – Теолла… Мы не знаем, что произошло. Ей стало плохо, она упала в обморок…

– Сейчас посмотрим, – Дансетт устремился к кровати. Пощупал у девушки пульс, дыхание, осмотрел кожу на руках, потрогал лоб, и его взгляд с каждой секундой становился все мрачнее. Последнее, что он сделал, это снял с ее лба капельку пота и попробовал на язык. – Все ясно… – проговорил. – Это яд. Очень редкий, поэтому сразу не поймешь…

– Она его выпила? – Роун уже был сам не свой.

– Скорее, впитала через кожу или надышалась его парами.

– Она же не умрет? – с надеждой спросил Фаррет.

– Боюсь, я не могу этого гарантировать, сьер, – печально ответил лекарь. – Это очень сильный яд, однако смерть от него наступает не сразу. Во многих случаях это выглядит как обычная лихорадка, только опытные лекари могут сразу понять, что к чему. Благо я хорошо знаком с ядами и смог распознать его. Пока у нас есть шанс попробовать его вывести из организма сьеры… Пошлите кого-нибудь вот по этому адресу, – он быстро написал на бумажке улицу и дом, затем название, – и попросите вот этот порошок. Затем его нужно будет растворить в горячей воде, в ванне, и положить туда сьеру. Такие ванны нужно повторять трижды в день, даже если сьера без сознания… И температура воды должна быть как можно выше.